Если всё-таки завтра война…
«5.II.1941. Вчера была М.Н.Столярова – мои странные боли в области сердца оказались радикулитом межрёберным. М.Н. посоветовала мне 3 дня лежать. Я согласился и сегодня лежу.
Вчера был 2-й день «затемнения» – в ожидании возможных бомбардировок. Всё делается, не считаясь с реальными условиями.
Приехал Б.Л.Личков с дочерью Зиночкой. Зиночка у Насоновых, Б.Л. – у нас. Едут в Самарканд. Профессура Самарк[андского] университета не даёт возможности (ему) защищать диссертацию. (…). Много говорил о прошлом. Об общих вопросах геологии в связи с моей работой.»
8 февраля 1941: «…В Ленинграде идёт спешная работа над «метро» – говорят, бомбоубежища. Печать молчит.» – Строили всё-таки метро. К июню 1941 построено 11 шахт и пройдено около 1 км тоннелей. С началом Отечественной войны строительство было законсервировано, 1-я очередь метро открылась только в 1955.
9 февраля: «…Почти стихийно работаю над «Хронологией». Неужели начну «Воспоминания». М.б. это старческая работа?»
10 февраля: «…Вчера была дочь Любы Календы Никитина с двумя мальчиками, Алексеем и Митей. Муж её – экономист – послан в Америку на год. Днём был Б.Л.Исаченко. Я помню, когда приехал в Петроград в 1921, две девочки Любы – не кончившие гимназию – пережили страшно тяжёлую драму и опростились, женились (очевидно, вышли замуж) и работали – одно время в ужасающих условиях – в холоде и голоде – как заправские пролетарии. Обе выбились в конце концов, но лет 10 была страшно тяжёлая жизнь. Сейчас (уже сама) мать – Никитина – с детьми, а муж зарабатывает.» – Календа Любовь Александровна – близкая знакомая Вернадских по Петрограду-Ленинграду.
– «С Исаченко о подземной жизни. Он всё не может понять, что по существу это явление геологически вечное. Считает недоказанным там анабиоз, который открыт Сумгиным и Каптеревым. Новые формы подземной жизни – они не решаются их описать как новые формы. Это поразительно – люди боятся большого нового.» – Исаченко Борис Лаврентьевич (1871-1948), окончил Петербургский университет (1895), там же организовал в 1918 кафедру микробиологии, которую возглавлял до 1929. В 1929-37 зав. отделом ВИЭМ в Ленинграде, одновременно в 1917-30 директор Ботанического сада АН. С 1937 – в Москве, сотрудник, с 1939 до конца жизни – директор Института микробиологии АН. В 1929 избран членкорром АН, в 1946 – академиком, с 1945 академик АН УССР. Труды по морской микробиологии, биохимическим циклам в гидросфере, роли бактерий в геологических процессах (месторождения самородной серы).
Анабиоз – состояние организма, в котором видимые признаки жизни не проявлены. Способность низших организмов из слоя вечной мерзлоты к оживлению при нагревании, описанная П.Н.Каптеревым, при дальнейших исследованиях (например, А.Е.Крисса в 1944) не была подтверждена. Формирование кристаллов льда приводит к разрушению структуры клеток, восстанавливающейся лишь при опытах с мгновенным замерзанием биологических препаратов. Стало быть, прав пока Исаченко…
11 февраля: «…Работы В.И.Лебедева, присланные С.М.Курбатовым, вновь возбудили во мне вопросы о строении силикатов. Думаю, что Лебедев и Курбатов на правильном пути.» – Лебедев Василий Ильич (1911-1996), геохимик. В 1927-31 рабочий-литейщик Балтийского судостроительного завода. В 1937 окончил ЛГУ, в 1940 защитил кандидатскую диссертацию. С 1941 – на фронте, после тяжёлого ранения и ампутации обеих ног демобилизован и с августа 1944 – ассистент кафедры минералогии ЛГУ, доктор геолого-минералогических наук (1955), профессор (1960). В 1961-74 возглавлял НИИ земной коры при ЛГУ, затем зав. лабораторией физических и химических методов исследования минералов. В 1948-65 читал в ЛГУ курс геохимии; выступал за отстранение И.И.Презента (сподвижник Т.Д.Лысенко, в 1948-51 декан биофака ЛГУ) от педагогической деятельности, а «лысенковщину» палагал антинаучным направлением. Автор оригинальных трудов по кристаллохимии и энергетическому анализу геохимических процессов.
– «С В.И.Барановым о создании Ra (радиевого) центра в Москве с биологическим уклоном.» – В Биогел ещё с 1932 работала группа радиохимиков из шести человек под руководством В.И.Баранова (Московская геофизическая лаборатория). Несмотря на усилия Академика, группа так и не получила своего помещения и после эвакуации её работа не возобновилась.
13 февраля: «…Я ясно увидел, насколько я отстал в оценке достижений кристаллохимии. По-видимому, накопился материал, который в корне заставляет переработать мои давным-давно сложившиеся представления о полиморфизме как физическом состоянии кристаллического вещества. (…)
Мне, очевидно, надо уйти из Совета Общ[ества] (испытателей природы), раз я не могу посещать заседания. Думаю, об этом думает и Президиум Общества.
Но я, не сговорившись, отказался от Совета Менделеевского Общ., где ни разу не был – и всё осталось по форме прежнее. Надо как-то иначе.»
«16 февр. 1941.
Вчера работал с Аней – диктовал свой доклад о космич. пыли для 28 февр. Как всегда в таких случаях, творчески менял и неожиданно получил выводы, о существовании которых не подозревал. Читая свою статью 1932, нашёл там выводы, о которых не помнил.
Читал новые для меня статьи Астаповича и Уиппла в «Quarter[ly] Journal of Meteorological Soc[iety]», октябрь 1934, о которых не знал. Решил выдвинуть гипотезу космического обл[ака] для Тунг[усского] метеорита.» – Возможно: Astapowich I.S. New data concerning the fall of the great (Tungus) meteorite on June 30, 1908, in Central Siberia // Popular Astronomy. 1940. V. 48. 433-43, 493-506.
Whipple F.J.W. On phenomena related to the great Siberian meteor // Quarterly Journal of Royal Meteorological Society. 1934. V. 60. N 257. P. 505-513.
В докладе 28 февраля 1941 Академик предположил существование облаков космической пыли, столкновение которых с Землёй может вызвать явления, подобные «Тунгусскому метеориту». При этом заметил: «очень может быть, что космические облака имеют какое-то отношение к кометам». Впервые кометная гипотеза Тунгусского метеорита была выдвинута американским астрономом Ф.Уипплом в 1935, поддержана И.С.Астаповичем и в настоящее время, после её разработки в 50-70-х годах, считается наиболее обоснованной. Подробнее: Бронштэн В.А. Тунгусский метеорит. М.: Сельянов, 2000.
– «Был доктор Влад[имир] Николаевич Блохин, хирург, специалист в опред[елённой] обл[асти] – консультант в Кремлёвской больнице. Его вызвали к Наташе. Начал лечение её колена (ок[оло] двух месяцев держала ногу неподвижно). (…) Также рентген дал резкое изменение сустава.» – Блохин Владимир Николаевич (1897-1975) ортопед-травматолог. Окончил 2-й МГУ (1922), работал в Лечебно-протезном институте (ныне Центральный институт травматологии и ортопедии – ЦИТО), 15 лет был зам. директора. С 1962 был председателем организованного им Общества травматологов-ортопедов Москвы и Московской области.
– «С Блохиным интер[есный] разговор о значении изотопов и радия, и радиоакт[ивности]. Эти мысли признавать врачам – я её (агитацию) веду недавно – мало пока действует.
Он говорит, что сейчас перегружен тяжёлой работой в связи с подготовкой медиц[инского] персонала к войне. Ему и инст[итуту], где он служит – это главное дело. В объяснениях военных, с которыми им приходится говорить, выясняется, что придётся воевать с победителем. Я это считаю правильным: война, кто бы ни победил поставит вопрос о социальном сдвиге, который так или иначе может привести к революционно-насильственному – социальному перевороту – «левому» – в пользу народных масс.» – Очевидно, «победитель» в войне между Германией и англо-французской коалицией. Предсказание «левого» послевоенного переворота полностью оправдалось: формирование «народно-демократических» режимов во всех странах Восточной Европы, а во Франции и Италии много лет компартии были близки к достижению власти парламентским путём.
– «Был Александр Павл[ович] и Христ[ина] Густ[авовна] (Виноградовы) – отдохнули. Пока свидания короткие. Надеюсь, что А.П. сможет вернуться к настоящей работе.
Все ждут от XVIII (партийной) конференции стеснений жизни и увеличения чисток, сокращения бюрократического аппарата и т.п.»
«17 февр. 1941.
Был Ан[атолий] Михайлович] Фокин. Рассказ о двоюр[одной] тётке, которая зажиточная женщина (300 р. в месяц) с неразделённого имения (Путивль?); после 1905 научилась музыке как заработку в случае будущей революции. Считали «умные» люди чудачеством – но в последнюю революцию она действительно благодаря этому прожила «хорошо». – Фокин А.П., геолог, бывший историк, родственник Натальи Егоровны.
На Кубани (он из Майкопа) едва 1/3 станиц осталась – жители других частей были выселены. Сейчас кубанцы оказались рыбаками у Белого моря (Ферсман при поездке в Кировск). – Опубликована записка Ягоды – Сталину о завершении операции по этому выселению от 29.XII.1932: «В настоящее время все выселенные с Кубани в количестве 1992 сем[ей] (9442 чел.) размещены и устроены в Северном Казахстане и в спецпосёлках Северного края. Переброска этих контингентов прошла без всяких эксцессов». См.: Лубянка, Сталин и ВЧК-ГПУ-ОГПУ-НКВД. Документы. Январь 1922 -декабрь 1936. М., 2003. С.386.
«20.II.1941, утро.
(…) Упорно – почти бессознательно – «тянет» работать над хронологией жизни в аспекте рода моих детей, углубляюсь вглубь (до XVII ст[олетия]) и ловлю момент. Наташа помогает – по письмам, остаткам семейного архива, медленно приводимого в порядок. Точно стихийно – неужели напишу «Воспоминания о пережитом», большое значение которых я ярко сознаю. Много видел людей, из ряда вон выдающихся, диапазон и научной, и общественной жизни был очень велик. (…)
Газеты переполнены бездарной болтовнёй XVIII съезда партии (конференции.) Ни одной живой речи. Поражает убогость и отсутствие живой мысли и одарённости выступающих большевиков. (…) Ход роста жизни ими не затрагивается. Жизнь идёт – сколько это возможно при диктатуре – вне их.» – Ко внутренней политике родной страны Академик измлада пребывал глуховат. Тоже и большинство Братства, измлада заточенного на борьбу, благо возможность была…
«21.II.1941.
Разговор вчера с Коганом (заведующий издательством Общества (испытателей природы)), который говорит, что цензор теперь не возражает против помещения моей статьи. Я ничего не понял из этих переговоров и сказал, что переговорю с президентом (МОИП Зелинским).» – Коган Мирон Исаакович (1887-1954), специалист по пушному звероводству, действительный член МОИП с 1932. Работал в «Сельскохозяйственной энциклопедии», заведовал сельхоз отделом в издательстве МОИП, в 1940 назначен директором этого издательства.
– «Работал с Аней над «Проблемами (биогеохимии). V». Она упряма и, желая помочь, путает. Хороший человек – но делает не то, что нужно, желая сделать лучше. Эти мелочи неприятны.
Кринов объяснил, что доклад Маленкова на время улучшит положение людей, предки которых подозрительны». – Вероятно, речь о тексте доклада: «Среди беспартийных много честных и способных работников, которые хотя и не состоят в партии, не имеют коммунистического стажа, но работают часто лучше, добросовестнее, чем некоторые коммунисты со стажем (…) Болтунов, людей, не способных на живое дело, нужно освобождать и ставить на меньшую работу, безотносительно к тому, являются они партийными или беспартийными». (См.: «Правда», 16.II.1941.)
«22.II.1941.
Вчерашние известия о XVIII съезде (конференции) партии интересовали с точки зрения скандала, как и в старом правительстве – брат Кагановича, жена Молотова (Жемчужина) оказались неподходящими, несмотря на свою принадлежность к современной чиновничьей (элите) – столь же слабой и бледной, как и царская.» – Каганович Михаил Моисеевич (1888-1941), старший брат Лазаря К.; член РСДРП(б) с 1905, образование начальное. В 1923-27 председатель Нижегородского губсовнархоза. В 1931 – зампред ВСНХ, в 1932-36 зам. наркома тяжёлой промышленности СССР. С декабря 1936 – заместитель, с октября 1937 – нарком оборонной промышленности, с января 1939 – нарком авиационной промышленности. С 1934 член ЦК ВКП(б). 10 января 1940 снят с поста наркома, назначен директором авиационного завода. На Пленуме ЦК ВКП(б) 21.II.1941 предупреждён о выводе из ЦК ВКП(б). 1.VII.1941 покончит жизнь самоубийством. (Едва ли не самый разумный из выступавших в прениях XVII-го съезда, семью годами ранее).
Жемчужина (урожд. Карповская) Полина Семёновна (1897-1970), член РКП(б) с 1918. В 1911-17 работала на папиросной фабрике в Екатеринославе, в 1918-21 на партийно-политической работе в РККА и ЦК КП(б)У. В 1922-25 училась на рабфаке 1-го МГУ. С 1930 – директор парфюмерной фабрики, в 1937-39 зам. наркома пищевой промышленности СССР. Затем до октября 1948 возглавляла Главки наркоматов (министерств) местной промышленности РСФСР, лёгкой промышленности СССР. С 1939 кандидат в члены ЦК ВКП(б), на Пленуме ЦК 21.II.1941 выведена из его состава. В 1949-53 была под арестом и в ссылке. Реабилитирована 25.III.1953, с апреля того же года на пенсии.
– «Одна фигура сошла со сцены – Литвинов.»
В этот день В.И. ответил на старое залежавшееся письмо былого кадетского соратника Глебова Николая Николаевича, инженера, земского деятеля. Доброго знакомого Мити, вместе занимались они издательскими делами партии, работали в комиссиях ЦК по выборам в Учредительное собрание… В кадетскую всероссийскую власть недолгую Н.Н. не попал или не пошёл. После Октября занялся изобретательством, получил патент на идею огородного комбайна (1936). В 1908-15 публиковал философский трактат «Координаты. Очерки по теории познания и мышления», в 30-х годах безуспешно пытался напечатать сочинение «Рабочая гипотеза дифференциального творчества во Вселенной». В лихие 20-е часто общался с Д.И.Шаховским…
Отвечая запоздало на письмо Н.Н., задаваясь вопросом, «а жив ли он?», В.И. невольно итожит заслуги свободы-равенства-братства, поводырями коих в России служили «лучшие-передовые» интеллигенты Её – помесь декабризма с обломовщиной и донкихотства с лукавством, братья-кадеты в первых рядах. – «…Мы живём в таком строе, когда чрезвычайно ограничена возможность быть в курсе бытовых условий отдельной личности. Она чувствует себя совершенно распылённой и не имеет лёгких возможностей этого избежать, если она не делает для этого усилий. Можно умереть, и близкие узнают об этом долгое время спустя, и это в тот век, когда молодое поколение развивается и растёт при радио, мгновенной связи теоретически с кем хочет, но быт таков, что возможности для этого чрезвычайно малы. Так, я не знаю сейчас, и часто об этом думаю, знаете ли Вы, что дорогой нам обоим Дмитрий Иванович скончался 25 января прошлого года от эндокардита в чужой далёкой стране и в чуждой далёкой обстановке». – Сведений о судьбе Н.Н.Глебова и полной его биографии найти не удалось. До Октября Глебов был соседом Милюкова в новейшем семиэтажном доме на ул. Некрасова, 60 (быв. Бассейная), одном из четырёх солидных домов Бассейного товарищества квартирохозяев; он и мог сообщить Академику о строительстве метро – шахта была в углу сквера напротив дома. Милюков не упомянул Глебова в своих Воспоминаниях, содержащих, однако, главку, мимо которой нельзя пройти – «Der Mohr kann gehen. (Убийство Столыпина)». Отдающая сплетней, как многие гладкописания Милюкова, главка обыгрывает реплику из трагедии Шиллера «Заговор Фиеско»: «Мавр сделал своё дело – мавр может уйти» – для блага России, ибо дело он делал очень дурное. Травля Столыпина и его правительства была едва ли не основным занятием кадетской прессы во всё Его премьерство и даже посмертно – ради нужных им великих потрясений; наш Академик тому пример (стр.74). Большевики продолжат эту их травлю, а «Партию народной свободы» и её вождя Милюкова объявят вне закона – вот уж точно Der Mohr kann gehen…(Перестройка, учинённая последышами тех и других, явила краехатным иванушкам-да-марьюшкам, как их морочат и сиротят; уразумеют ли?..)
Академик Вернадский, единственный из своего кадетского круга, не покинув Россию, уцелел – благодаря случаю и своим талантам, а в конечном счёте – благодаря своим неустанным трудам, приносящим осязаемые нужные плоды. Пределом своей научной продуктивности он полагал своё 70-летие. Но вот ему 77-мь уже, а он всё пашет и пашет…
«26 февраля 1941.
Сегодня третий раз сделал маленькую прогулку пешком после кровоизлияния в мышцу сердца в сентябре и 15′ (минут) всё время ноющая боль в руках, спине и груди (аорта?) и медленно проходила после возвращения домой.»
«27 февраля 1941.
Сегодня прошёл 25′ – более слабое нытьё рук, спины и груди. Быстро прошло по возвращении домой.
Вчера в Лаборатории с З.Г.Пинскером – ещё взял переделать свою работу. Должен принести сегодня.
По телефону сообщил Ферсману. С ним сговорился о защите (Пинскера) в Геологическ. инст.» – З.Г.Пинскер защитил докторскую диссертацию «Экспериментальные и теоретические исследования простых слоистых решёток» в 1943.
– «Сговорился с Ферсманом. Он считает работу Малюги (партийный) хорошей – я – вполне достаточной для доктора. Работу его я отсылал назад три раза. Он добросовестно переделывал.» – Д.П.Малюга с февраля 1940 работал по специальному заданию в Наркомате иностранных дел и вернулся в Биогел осенью того же года. Защита состоялась в эвакуации (март 1942, Казанский университет), однако прошла неудачно. Вторично Д.П.Малюга представит работу «Геохимические основы поисков руды по растениям и почвам (биогеохимический метод поисков)» и защитит её лишь в 1956.
– «Вчера использовал письма мои 1911 года для «Хронологии». Всё больше заинтересовываюсь…»
Вечером 1 марта 1941 Болгария официально присоединяется к Тройственному пакту и 2 марта войска новых союзников вступают на её территорию.
По ноябрьским берлинским переговорам В.М.Молотова Болгария входила в сферу интересов СССР; но все болгарские коммунисты давно покинули Болгарию, и Наркоминдел поспешил выразить сожаление, что «правительство Германской империи нашло для себя возможным придерживаться курса, наносящего ущерб интересам безопасности СССР, и решило осуществить военную оккупацию Болгарии». (См.: СССР – Германия. 1939-41 Документы. Кн. 2. Вильнюс: Mokslas, 1989.) – Должно быть, думали, что Гитлер не решится воевать на три фронта, если не задирать его…
Академик, не побуждаемый советскими СМИ, отзовётся на эти события только неделю спустя, уже по слухам, «говорят»…
«6 марта 1941.
Вчера пошёл гулять утром и вернулся (35 мин) с нытьём в руках, спине, груди, которое долго не проходило по возвращении – при принятии нитроглицерина, (нрзб) – только к 6-7 веч. прошли все остатки. По телефону с М.Н.Столяровой.
Был А.И.Яковлев – с ним очень интересный разговор. Совершенно другое впечатление (от окружающего) натуралиста и историка. Пишу в постели – неудобно.»
«7 марта. Уже скоро 40 лет А.И. занимается философскими темами, таким теоретико-просветительским – отголоски влияния Риккерта, который на меня не произвёл никакого впечатления, хотя я в связи с П.И.Новгородцевым пробовал читать его книгу, но удовольствовался разговорами и брошюрами.» – Риккерт (Rickert) Генрих (1863-1936), немецкий философ. Допускал существование реальностей, недоступных сознанию. Полагал, что науки о культуре выше наук о природе, а эстетические, этические и религиозные ценности образуют самостоятельное царство, лежащее в потустороннем мире.
– «Его (А.И.Яковлева) точка зрения индивидуальна. Он хочет оставить – для будущего несколько готовых экземпляров. Мне кажется, такие попытки вообще безнадёжны.» – Об этой рукописи нет упоминания в подробной биографической справке об А.И.Яковлеве. (См.: Александров Г.А. Алексей Иванович Яковлев – археограф, историк, педагог // Вопросы истории. 2003. № 8. С. 151-157.)
– «Процесс эволюции, который выражается в создании поворота, не имеет места в его мышлении. Хотя это человек более глубоко проникающий в окружающее сравнительно с П.И. – Павел Иванович был больше организатор, чем учёный – Яковлев обратно.» – Новгородцев П.И. (1866-1924), философ, глава школы «возрождённого естественного права» в России; основатель Русского юридического факультета в Праге, близкий друг В.И.
– «Перед отъездом вечером Ферсман – в Киев – впервые был. Он был в Госплане – его значение увеличивается. Неудачное выступление Чудакова. Его грубо оборвал Вознесенский. Серые люди.» – Чудаков Е.А. – вице-президент АН (стр.639).
Вознесенский Н.А. – зам. председателя СНК СССР и председатель Госплана (стр.566). «8 марта, утро.
Слушающие радио немецкое и английское – двух сторон – говорят совсем иначе о впечатлении ввода немецких войск в Болгарию. Говорят об изменении обстановки в ближайшие две недели. Удар по Греции, и если Константинополь (фраза не окончена.) – «Братушки» всё-таки не пошлют на Восточный фронт ни одного солдата. В остальном помогут «Новому порядку» по возможности. В сентябре 1944 армия Болгарии не окажет сопротивления Красной Армии, поэтому приказом Ставки не будет разоружена; после преобразований и довооружения болгарские воинские формирования численностью до 250 тысяч в составе 3-го Украинского фронта примут участие в Балатонской и Венской наступательных операциях и освобождении Югославии.
– «Широко говорят, что Сталин на съезде был подставной. Он не сказал ни слова. И овации ему были необычно слабые.
Последнее время мысль идёт в направлении пространства-времени и гилозоист[ического] представления об атомах.» – Гилозоизм, философское учение о всеобщей одушевлённости материи, зародилось в Древней Греции. К этому направлению мысли примыкает философия Риккерта и были близки французские материалисты XVIII в., в частности Д. Дидро. Гилозоизму противоречит «живое вещество» Академика…
– «Полулежу, но мысль работает хорошо. Эти дни по утрам ложусь в постель… Мысль работает хорошо.»
«22 марта 1941. Давно не записывал, но много работал – скорее всего (фраза не окончена.)
«23.III.1941. Вчера утром у меня было совещание – профессора Валентина Алексеевича Кардина [правильно: Каргина] (инст. Карпова) – физикохимика, А.П.Виноградова, К.П.Флоренского, Зин[овия] Григорьевича Пинскера. Обсуждение настоящих (истинных) растворов каолина в воде. По мнению Кардина, здесь может быть настоящий раствор молекулярный: ионов водорода в нём нет. Он признаёт каолиновую кислоту как кислоту, но кислоту более слабую, чем вода. Это всё допустимо для меня, тем более, что вода является более сильной (кислотой), чем кремнезём только при t выше 500° с чем-то градусов. (…) Эта гипотеза допустима, но пока только гипотеза. Необходимо чрезвычайно чисто очистить каолин от следов даже электролитов.» – Каргин Валентин Алексеевич (1907-1969), выпускник МГУ (1930), физико-химик, осноатель научной школы В 1946 избран член-корром АН, в 1953 – академиком. С 1956 профессор МГУ, организатор и зав. кафедрой высокомолекулярных соединений. Трижды лауреат Сталинской премии, Ленинская и Государственная премии, Герой Соц. Труда.
– «Я увидел, что я во многом отстал, но что в основном мои представления об алюмосиликатах остаются незыблемыми. Замалчивается, но остаётся нетронутым и теоретически непонятным вопрос об эндотермическом характере каолинового ядра. Флоренский изучит методику у Кардина электродиализа и ультрафильтрации.
Был на панихиде Н.С.Курнакова, на самой панихиде сидел в другой комнате и чувствовал, что должен быть осторожным. Рано уехал и проехал через Воробьёвы горы. Народу была масса, много академиков. Видел Комарова – трагическая фигура. Перед поездкой на панихиду у меня на квартире был Кржижановский в связи с моим заявлением Комарову и в Геологический институт о необходимости охранения и урегулирования минералов, собираемых академическими экспедициями. Значительная часть их расходится по рукам и исчезает, не попадая в музеи. Необходимо образовать Совет (Минералогическ) музея.» – Научный совет при Геологическом музее им. А.П.Карпинского АН был организован приказом по ИГН АН от 29.I.1941 под председательством А.Е.Ферсмана, В.И.Вернадский член этого совета.
– «Вечером были Грабарь (В.Э.) и Паша (П.Е.Старицкий). Совещание у Вышинского, где Грабарь, Штейн из Китая, Суриц из Германии, Тро[яновский] (забыл фамилию) – бывший посол из Вашингтона. Вышинский указывал, что их интересует балканский вопрос (и, кажется, Грабарь сказал – Дарданеллы).» – Штейн Борис Ефимович (1892-1961), дипломат, член ВКП(б) с 1926. В 1933-34 полпред СССР в Финляндии, в 1934-39 в Италии, одновременно в 1934-38 член делегации СССР в Лиге Наций. С 1940 на научно-педагогической работе.
Суриц Яков Захарович (1882-1952), участник социал-демократического движения с 1902 (член Бунда), с 1903 – меньшевик, с 1917 – член РКП(б). На дипломатической работе с 1918, в 1923-34 полпред в Турции, в 1934-37 в Германии, в 1937-40 во Франции. Выслан из Франции за телеграмму в Москву, где Франция и Англия названы «поджигателями войны». В 1940-45 сотрудник центрального аппарата НКИД, в 1945-47 посол СССР в Бразилии, затем в отставке.
Трояновский Александр Антонович (1882-1955), профи революционер, член РСДРП с 1904 (меньшевик), в ВКП(б) с 1923. В 1910-17 в эмиграции. С 1927 на дипломатической работе, в 1933-39 полпред в США, затем на педагогической работе в Высшей дипломатической школе НКИД.
– «Паша, заботясь о Маке (М.Е.Старицкой), собирается продавать гравюры, но соглашается брать только лучшие, обесценивая остальные. Подбор гравюр, составлявшийся много лет Пашей не обеспечивает денег, за них заплаченных, т.к. продать все очень трудно, а продать часть – потерять большую часть вложенного капитала.» – Старицкая Мария Егоровна (1870-1942), сестра Н.Е.Вернадской, жила в Полтаве, с середины 20-х годов переехала в Москву в семью своей сестры Анны Любощинской.
– «Анатолий Михайлович Фокин, из которого вышел настоящий, хороший геолог – полевой – попал вновь в Военно-историческое общество, в которое он был раньше принят и уже закончил для них одну работу – биографию Суворова, которую он может написать, не кривя душой – свободно. Суворов получил ещё большую оценку, чем в царское время. Я совершенно покорён той силой, талантливостью и добросовестностью научной работы при массе предрассудков, его мысль охватывающих.» – Эта книга A.M.Фокина осталась неопубликованной, её рукопись хранится в семейном архиве Фокиных. Во время войны, в эвакуации в Тбилиси, Фокин публиковал очерки по российской военной истории в местной печати, среди них и о Суворове.
На пороге неизбежной войны с гитлеровским интернационалом Кремль усиливал начатое в 34-м году преодоление большевицкой русофобии, делая упор на военно-патриотическое воспитание. Были сняты фильмы «Александр Невский» 1938, режиссёры С.Эйзенштейн и Д.Васильев и «Суворов» 1941, режиссёры В.Пудовкин и М.Доллер; фильм о Суворове был взят на контроль лично Сталиным.
(Записи от 23 и 24 марта сделаны Н.Е.Вернадской под диктовку – В.И. после дневных трудов вынужден отлёживаться…)
«24 марта 1941.
Вчера и сегодня я без всяких болей сделал утреннюю прогулку, в первый раз с сентября месяца. Вчера я прошёл полчаса, а сегодня больше 45 минут. Вчера я прошёл с Виктором Викторовичем Чердынцевым. Это мой сотрудник по Радиевому институту, которого мы пригрели в тяжёлую минуту для него, т.к. его отец, инженер из крестьян, был арестован или что-то вроде этого, и он не мог получить высшего образования. Он стал техническим работником, научился измерять радиоактивность. В то же самое время, слушая курс, который тогда читал у нас Гамов, тогда научный сотрудник Радиевого института и, кажется, связанный с Иоффе или Ленинградским университетом. Он читал лекции, посвящённые теории ядра и собрал вокруг себя ряд молодых, интересующихся этим вопросом талантливых людей. В том числе и Виктора Викторовича. В.В. приезжал в Москву, т.к. здесь умер его тесть Петровых, по семейным преданиям их род шёл от кузнеца, мастерство которого обратило на него внимание Петра I. С ним для меня чрезвычайно интересный разговор о тяжёлых звёздах Нова и той тяжёлой материи в скоплениях массы в кубич. сантиметре в десятки тысяч и сотни миллионов раз больших, чем может в этом кубич. сантиметре содержаться воды. Т.к. я всё время теперь думаю о реальной возможности такого рода материи, состоящей из скоплений мельчайших ядер атома размером 10-13 сантиметра. Из разговора с ним я убедился, что можно допускать их существование в космической пыли». – Чердынцев В.В. (1912-1971), физик, геохимик. В 1929-31 учился в Московском энергетическом институте, затем сотрудник ГРИ, в 1934 получил диплом физика экстерном. В марте 1935 без предъявления обвинения сослан в Ташкент «в административном порядке», где занимался радиометрией природных вод. После ходатайств Вернадского и .Хлопина возвращён в ГРИ. Во время Отечественной войны (1941-43) начальник нефтеразведочной экспедиции РИАН в Чистополе (Татарская АССР). В 1943 защитил кандидатскую диссертацию (радон в природных водах). В связи с тяжелым заболеванием дочери (рожд. 1941) переехал в Алма-Ату, где работал до 1960 (профессор, зав. кафедрой КазГУ, зав. лабораторией, зам. директора Института астрономии и физики АН КазССР, почётный гражданин КазССР. В 1946 защитил докторскую диссертацию по геохимии изотопов. С 1960 до конца жизни – зав. лабораторией абсолютного возраста ГИН АН. В 1966 баллотировался в член-корры А, но избран не был.
Nova, т.е. новые звезды, постоянно фиксируются астрономами (более 100 ежегодно) по внезапному увеличению светимости вследствие взрыва в их глубинах и отрыва их внешних оболочек. При такой вспышке происходит образование плотного ядра; эти звёзды относят к типу «белых карликов». Их радиус на 2 порядка величины меньше радиуса Солнца, а масса сравнима с массой Солнца.
В настоящее время основным источником межпланетной космической пыли считают кометы. Общая масса пыли в Солнечной системе около 1020г, примерно 2/3 этой массы приходится на пылевые частицы 10-3-10-5 г.
– «Днём был у меня Василий Михайлович Поляков [правильно: Пермяков], командированный сюда Хлопиным в связи с тем, что господа, стоящие во главе наших профессиональных союзов, роскошно живущие чиновники, всячески стремятся не признавать сокращения рабочего дня в Радиевом институте – 8-часового на 5-ти и 6-часовой. Они всячески ставят палки в колеса и стремятся не допустить формального сокращения рабочего дня. Реально Хлопин ввёл укороченный день, который существует во всех радиевых институтах с ведома академического начальства, но при тормозе тех учреждений, которые должны были бы на том настаивать, защищая интересы рабочих, да ещё в социалистической стране.» – Пермяков Василий Михайлович (1896-1961), радиохимик. С 1933 – сотрудник ГРИ, с 1946 – зав. лабораторией. Специалист в определении атомных весов, химии радиоактивных элементов. В феврале 1934 подавал заявление о переводе в Биогел, однако перевод не состоялся.
– «Пермяков был первым, который получил синтетический каолин, и, когда через несколько лет после него Нолль и другие подошли к тем же синтезам, – я, встретившись с Ноллем, рассказал ему об этих опытах и с большим трудом достал и послал то редкое издание, в котором оно было напечатано Пермяковым. Пермяков мне говорил, что эта работа была напечатана без его ведома и для него неожиданно Ипатьевым». – Пермяков В.М. Синтез каолина // Изв. Научной комиссии Комитета по химизации. 1931. Вып. 1.
Нолль (Noll) Вальтер (1907-?), немецкий минералог, специалист по экспериментальной минералогии, работал при Йенском университете в 30-х годах. Независимо от В.М.Пермякова синтезировал глинистый минерал – каолинит (Noll W. Synthese des Kaolins // Naturwissenschaft. 1932. Jg. 20. H. 21. P. 366).
Ипатьев Владимир Николаевич (1867-1952), химик-органик, академик Петербургской АН с 1916. В 1929 организовал и возглавил Государственный институт высоких давлений в Ленинграде. В 1930 отказался вернуться в СССР из заграничной командировки, жил и работал в США. В 1936 исключён из АН СССР. Специалист в области катализа, химии нефти, автор множества открытий синтеза сложных органических соединений (см.стр.310).
– «Пермяков рассказывал мне об открытом им реактиве на каолин, чрезвычайно характерном и чувствительном – щелочной органической краски. Он обещал мне получить её, дать статью для доклада, а реактив – мне для моей работы.» – Академик уже не впервые стоит перед фактом – сторонним и личного опыта – одинаковых открытий, сделанных почти в одно время разными работниками науки; и своих незаконченных работ, завершённых независимо от него – другими; наконец, работ забытых и повторённых новыми поколениями в новых условиях научной работы, теперь уже бригадной… Неповторим путь открытия, мало кому интересный – пользующимся…
– «Был Аршинов, с которым я говорил об инструментах для метеоритов и для сбора космической пыли. Я сейчас забыл, что он от меня хотел. Я как будто начинаю многое забывать, но как будто это бывало со мною давно.» Далее – трёхнедельная пауза в записях…
«13 апреля, утро.
Пережил очередную сердечную спазму, как всегда появляющуюся неожиданно. (…) Я думаю, что это ещё одно из кровоизлияний: прислушиваясь к себе и к своим внутренним переживаниям, я вижу, что базис жизни неуклонно понижается, но пока не затрагивает мой основной корень сознательной жизни.
Сейчас ещё не оправился.
В эти дни, лёжа в постели, я не прерывал работы и диктовал Ане и мысль была совершенно свежая и никакой усталости и утомления, незаметно идущего ухудшения не чувствую.» – Его мысль как бы неутомима, только вот забывчивость, рассеянность, неоконченные фразы в текстах, повторы; раздражительность пустяковская…
– «Это у меня было проявление спазмы в сердце, 11-го (апреля). Как раз в это время шалый Кулик (хотя он в отпуске) вздумал везти корректуру и требовал свидания со мной и меня взволновал. Я должен был отказать ему в приёме. Позже я сообразил, что он, б.м., от издательства получил деньги за (работу) технического секретаря. Второй раз я вскрываю полную материальную заинтересованность – если я прав. Через Кринова я передал всё Фесенкову, который был так любезен, что взял и исполнил всю редактуру по 1-му тому «Метеоритики». Кулик сделал свою работу плохо, а я получил в последнюю минуту, когда грозили рассыпать шрифт. Недавно рабочие это сделали с книгой Борисяка о Ковалевском.» – Первое издание книги акад. А.А.Борисяка о Владимире Онуфриевиче Ковалевском вышло под редакцией В.И.Вернадского в 1928; второе так и не состоялось.
– «10-го был А.Е.Ферсман и рассказал о совещании в Отделении геолог. наук. И.Ф.Григорьев опоздал – и это было занесено в протокол.
Ещё вечером накануне, когда я послал письмо П.И.Степанову с резкой критикой проекта организации (Геологического института) – он (А.Е.Ф.) говорил, что это распоряжение правительства, хотя там это и не сказано. Поэтому мне лучше не протестовать. (…)
Я послал записку. Болезнь помешала мне приехать.
Оказывается случилась та катастрофа, с которой А.Е. (Ферсман) не считался. По его словам, Мал[ышев] смещён и назначен вне Москвы помощником наркома. Это осталось вне выступления Шмидта с резкой критикой проекта, как никуда не годного. Он фактически сказал (всё по словам А.Е.) то же, что и я (не зная этого, т.к. моя записка была прочитана после его и Обручева выступлений).» – И.И.Малышев с 1939 был председателем Комитета по делам геологии при СНК СССР. Его новое назначение – предмет слухов.
– «Шмидт сказал, что если проект будет принят, он выступит (против) в Президиуме (АН) и в Совете (СНК?). Тогда (выступил) Попов (парторг – плохой специалист – его отчёт по люминесценции (шлихов), который был в моих руках при моей оценке работы (Геологического) института за 1940 год по минералогическому сектору). Попов выступил, что надо кончать – утвердить проект. Не имея приглашения и не являясь членом совещания, выступил с тем же Кашин. Их встретил резкой отповедью Шмидт: «Вы – советская молодежь – не понимаете, как ведётся государственное дело». План был отвергнут, и А.Е. предложил внести новый проект.
Я написал ему сегодня новое письмо и дал конкретную проблематику минерал[огии]. А.Е. мне звонил сегодня и говорил, что получилось неприятно, но – мои предложения приняты. Не знаю, что это значит.» – В заключении бригады по обследованию ИГН АН (В.И.Вернадский, И.Ф.Григорьев, П.И.Лебедев, В.И.Крыжановский) все главные предложения В.И. учтены, за исключением двух частных вопросов: создания редакционной комиссии постоянного состава для многотомной серии «Минералогия СССР»; и специального исследования гипергенных минералов арктических областей. (Т.е. минералов коры выветривания, образующихся влиянием множества поверхностных воздействий, оттого их состав и свойства напрямую зависят от климатической области – умеренной, жаркой или арктической – наименее изученной тогда.)
«23 (апреля)1941.
Давно не писал. Но работал недурно, а здоровье на грани.
Вчера днём был в Метеор[итном] ком[итете] – прислана «метеоритная» пыль из Челябинска – через (пропуск для фамилии) с Исаченко и Фесенковым. Прислали по моей телеграмме НКВД – очень культурно и тщательно уложено. Взяли для исследования – Исаченко на Ni (никель) и Fе (железо) – Селиванов.» – Эксперимент всегда тесноват бывал Академику, утомителен. Иное дело – направлять, обобщать эксперименты, охватывая проблему… А «передовая» наука советская!.. Бедность помещений, оборудования, засилье чиновников и «общественности» – проблемы создаются из ничего…
– «С Фесенковым и Криновым об устройстве метеор[итного] помещения при Планетарии. (…)
Разговор (с) Одинцовой о её теме – при глубинных скважинах, о которых была речь 19 апреля – она возьмёт (пробы на) азот.» – Вопрос о продлении Боенской скважины до глубины 2.000 метров так и останется не решён (стр.658).
– «С Щербаковым о Личкове. До сих пор не получили ходатайств Самарк[андского] университета о допущении его к защите докторск. диссертации. Что-то здесь неясное.» – Борис Леонидович увлёкся гидрогеологией Туркестана и осенью 1934 его не хотели отпускать из Ташкента на Волгострой; и вот весной 1941 – не хотят принимать? (Дескать, «сами с усами»?..) В.И. решился разобраться и вскоре напишет личное письмо С.В.Кафтанову, председателю Комитета по высшей школе.
– «Вечером был Тихонович.»
«24 апр., утро.
Судьба Тихоновича – судьба тысяч, если не сотен тысяч людей – это общее явление, создающее неудобство жизни в нашей стране – одно из проявлений гниения государственного аппарата – резкое общественно-политическое явление отрицательного характера. Всё будущее зависит для России от того, победит ли оно или ему противоположное – положительное большое, что у нас делается. Кто знает?..
Н.Н., сохранившийся здоровый старик, мой старый ученик, перешедший в геологию, годами (одновременно с Гинзбургом арестованный) – в Печорских лагерях был и там десять лет провёл в каторжной работе, в последние годы работал как геолог. Сейчас он имеет право жить за районом Москвы – в Москве он имеет комнату в квартире жены – в Черёмушках, служит в тресте.»
«25апреля, утро.
Тихон[ович] кочует для ночёвки, обычно спит с кем-нибудь, иногда много (людей) в комнате. Имея комнату в Черемушках, не может там прописаться. Любопытно, что помощник Берии, к которому он обращался за помощью, – его знакомый и товарищ по заключению в лагерях. Его фамилия (пропуск для фамилии). Он и в лагере был на особом положении: за ним ходил «штатский», а не солдат, но он находился на положении заключённого. Т. говорит, что он вполне понимает (его, Тихоновича) положение, но сделать ничего не может.» – Тихонович Николай Николаевич (1872-1952), первооткрыватель нефти в Тимано-Печорском регионе (стр.287).
Гинзбург И.И (1882-1965), геохимик (стр.329…)
– «Всё непрочно. И полное недоумение о японск[ом] пакте. Всюду явная подготовка к быстрой войне – население в недоумении.» – 13 апреля 1941 в Москве был подписан Пакт о нейтралитете между Советским Союзом и Японией, а также декларация о взаимном уважении территориальной целостности и неприкосновенности границ Монгольской народной республики и Манчжоу-го. (См: СССР – Германия. 1939-1941. Документы. Кн. 2. Вильнюс: Mokslas, 1989.
«26 апр., утро.
Второй день всё покрыто снегом – все крыши и улицы. Держится немного ниже нуля. Чрезвычайно поздняя весна.» – Подобные вёсны и даже лета у нас не редкость, а В.И. давненько уже метеозависим…
– «Физически всё-таки чувствую себя не первый сорт. Но мысль работает хорошо.
Вчера днём – в Метеор[итном] ком[итете] с Куликом и Криновым. Тяжёлая обстановка. Кулик с большой инициативой, очень властный, мания величия, разбрасывающийся в мелочах, трусливый перед властью и всё более отстающий от конкретной работы. Хочет свалить на других работу. Все его статьи требуют осторожного отношения. Кринов – талантливый и растущий в знании – Кулик обратно. Пришлось поставить ему рамки… Выпускаем «Meteoritica» – плохая организация издательства и малообразованная верхушка (Вейнберг играет там роль эксперта, – по существу, неважный специалист – но на безрыбье и рак – рыба).» – Вейнберг Яков Юльевич (1892-?), выпускник Высшего технического училища в Карлсруэ (1914), затем был мобилизован в российскую армию. В 1918-30 служил в советских учреждениях (Главпрофобр, Сахартрест и т.д.), меняя место работы через 1,5-2 года. С 1930 на редакторской работе в ОНТИ. В феврале 1938 врио зав. редакцией в Издательстве АН, осенью 1940 сотрудником АН не значился. Дальнейшую судьбу выяснить не удалось.
– «Выпустят 2 вып[уска]. Кулик 3-м выпуском хочет издать свой каталог. Условились, что он укажет, что он исходит из Гебеля и позже перейдёт к критической работе и архивному материалу.» – Гебелъ А.Ф. Об аэролитах. 1.Критический обзор аэролитов, находящихся в Императорской Академии наук; 2.Обозрение аэролитов, находящихся в Санкт-Петербургских музеях и собраниях; 3.О некоторых случаях падения аэролитов в России; 4.О палласовой массе. Приложение к XII тому «Записок Императорской Академии наук». СПб. 1868. 136 с.
– «Прогулялся по Можайскому шоссе.
В течение ряда лет (читал), окончил несколько дней назад 21-й том биографии Погодина – Барсукова – образованная ячейка старой России. Читая теперь, видишь особенно ясно, как всё это была Катерининская деревня в вековой постановке.
Уже в XVIII в. надо было покончить с крепостным правом. Узость и вредоносность таких лиц как Филофей и царская семья, ярко вырисовывается. Настоящая история шла стороной – но пришли к большевизму. (…) Наркомы – их число всё растет – и они представляют из себя живой брак.» – Погодин Михаил Петрович (1800-1875), историк, писатель, академик Петербургской АН (1841), по взглядам близок славянофилам.
Филофей – писатель XVI в., игумен Псковского Елеазарова монастыря, сторонник присоединения Пскова к Москве в царствование Ивана Грозного. Впервые обстоятельно развил идею о Московском царстве как Третьем Риме.
Барсуков Николай Платонович (1838-1906), историк, археограф, с 1883 зав. Архивом Министерства народного просвещения.
Барсуков Н.П. Жизнь и труды М.П.Погодина в 22-х томах. 21-я книга вышла в свет в 1907. В ней – о жизни М.П.Погодина в 1863 г., о путешествии царевича Николая Александровича по России, о полемике М.П.Погодина с Н.И.Костомаровым о Куликовской битве. В книге неоднократно упоминается отец Академика И.В.Вернадский как автор публицистических статей без какой-либо личностной характеристики.
29 апреля Академик отослал своё письмо в защиту Б.Л.Личкова – председателю Комитета по высшей школе С.В.Кафтанову. – «…Я требовал пересмотра дела: его утвердили профессором в Самарканде до 1.1.1942 и отказали в праве защиты готовой диссертации («О геол[огическом] значении рек»), двухтомной, принятой к защите в Географическом инст., и требуют сдачи кандидатского экзамена. Письмо (конфиденциальное) написано резко и откровенно. Я указываю на его заслуги, признанные НКВД, на три года утомившего его заключения и давшее право быть профессором в Москве. Не знаю, подействует ли это на Кафтанова.» – Кафтанов Сергей Васильевич (1905-1978) с 11 декабря 1937 по 9 февраля 1951 Председатель Комитета – Министр высшего образования СССР.
Слово «потребовал» имело в конце XIX века менее жёсткий смысл, нежели в ХХ: «мы потребовали чаю», «требуется моё мнение», «шуба мне пока не требуется»… Тоже и слово «конфиденциально» – доверительно, почти вышедшее из употребления в Диаматии. А резкости и откровенность В.И. умел подать как мало кто вообще…
– «Б.Л. рассказывал, что в последний приезд в Москву ему, отпуская его, сказали позвонить по телефону N… Когда он позвонил – женский голос, просивший его заехать. Элегантная, бальзаковского возраста дама в отдельной квартире – если не ошибаюсь, инспектор НКВД. Большой разговор – признание его заслуг и вполне в курсе его работ – расспрашивала, куда он хочет: он ответил – в Самарканд. Она говорила, что он, если хочет, может вернуться в Академию, в Москву. Между словами – они хотят сохранить возможность его экспертизы в крупных случаях. Когда она увидела, д.б., эффект этих слов – она говорит: «Вы неужели думали что-то дурное (что-то вроде этого). Это та экспертиза, которую Вы всегда давали в эти годы.
Учитывая это, я вставил фразу об его оценке НКВД и послал письмо конфиденциально. Просил ответить хотя бы по телефону. ВАК и по форме, и по существу (решил) неправильно: без экспертной комиссии…»
«1 мая 1941. Холодный, но прекрасный весенний день.
Я весь под впечатлением моего вмешательства – неожиданно для меня удачного – в судьбу Б.Л.Личкова. (…) Вчера днём мне позвонили, как я просил, от Кафт[анова] и сообщили, что Л. разрешается защищать диссертацию без кандидатского экзамена и об этом сообщают Григорьеву (о котором я в письме не упоминал) и что вопрос о профессуре будет решаться в связи с утверждением степени доктора после диспута.» – Григорьев Андрей Александрович (1883-1968), академик, географ; в 1925-36 был профессором ЛГУ, в 1931-51 директор Института географии АН, член ВАК.
– «Послал телеграмму и сегодня письмо.» – Письмо к Б.Л. опубликовано; Переписка, том 2. – Вчера всё время находился под влиянием этих событий. (…)»
«2 мая 1941, утро. Вчера весь день – как навязчивая идея – под влиянием моего письма к Кафтанову и его эффекта. Позвонил Щербакову – поблагодарить за совет – от себя просить пересмотра дела. Он был совершенно поражён эффектом – никогда этого не бывало. Ответ на 2-й день! Что это? Справки в НКВД, о которой писал 30-го, Кафтанов не знал и помимо него или, что менее всего вероятно, мой официальный «авторитет». Я не раз сталкивался, что в этом отношении я не могу жаловаться.» (…) – Минералог Д.И.Щербаков в 1941 – член секции геологии Высшей аттестационной комиссии (ВАК).
Через неделю Академик получил официальное разрешение Комитета по высшей школе Б.Л.Личкову защищать диссертацию без кандидатских экзаменов. Но военной подмосковной осенью 1941 Самаркандский университет будет закрыт, а летом 1942, когда защита, наконец, состоится в Ташкенте, Личков не наберёт положительного большинства. Докторская степень Б.Л.Личкова будет утверждена лишь в октябре 1943 (после сталинградского перелома). Подробности – в Переписке В.И. с Б.Л.
А пока В.И., в своём предчувствии скорой войны, уже привычном, то есть не замечаемом, продолжает свою позитивную деятельность – научную, академическую и родственную, невзирая на причуды московской погоды…
«3 мая 1941. Холодная весна. Утром 3-8°.
Вчера днём была Мар[ия] Павл[овна] Белая – одна из моих старых работниц по Биогелу. Она работала в институте у Н.И.Вавилова (Н.Н.Исакова) над анализом семян ржи из всего Союза, собранных с огромными затратами. Когда мы приступили к работе, то оказалось, что de facto из того, что числилось, осталось немного. Огромный научный труд Н.И.Вавилова был уничтожен чиновниками. Здесь она работает над Zn (цинком).
Её братья – украинцы – в ссылке – семьи пострадали, дети и т.п. Это одна из характерных черт современного положения. Огромное количество – тысячи, сотни тысяч и мильоны страдающих невинных людей. Искажается этим путём идеал комунизма и состояние нашей страны в мировом аспекте теряет свою моральную силу. Это язва, которая скажется при первом серьёзном столкновении.(…)
Из разговора с Белой выяснилось для меня, что вредное влияние, которое 8-часовой рабочий день – в отвратительных условиях нашей лаборатории – тесноты и невозможности отдыха отражается и на работе, и на здоровье». (Сама М.П. скончается вскоре после выхода на пенсию по инвалидности в 1952 году, не дожив до 60-ти).
«11 мая 1941. Холодный май. Сейчас утро, ясная солнечная погода и 0о в 7 часов утра. Любопытной чертой нашего времени являются некоторые неожиданные и непонятные черты организованного невежества – патологическое явление, однако очень глубоко влияющее на жизнь. Два явления здесь бросаются в глаза: запрещение синоптических карт, искажение одно время (по указанию приезжавшего сюда друга Аргутинского проф. Г.Ф.Фиккера) высоко стоявшей работы Гл[авной] физ[ической] обсерватории (время Мультановского – отголоски Голицына). Не только не печатают карты, исчезли в работах циклоны и антициклоны. (…) А между тем для авиации, которая растёт – несомненно эти данные должны быть.» – Аргутинский-Долгоруков Пётр Михайлович (1854-1911), врач, профессор Казанского университета (1893), старый знакомый семьи Вернадских, лечил их детей.
Фиккер (von Ficker) Генрих (1881-1957), метеоролог, участник Мировой войны, был военнопленным в России, репатриирован в 1919. В 1923-34 профессор Берлинского университета, затем до 1937 возглавлял Прусский метеорологический институт в Берлине. С 1937 жил и работал в Австрии (директор Центрального института метеорологии, профессор Венского университета). После 1953 в отставке. В 1934 в СССР вышла его монография «Погода и её изменение».
Мультановский Борис Помпеевич (1876-1938), метеоролог, академик ВАСХНИЛ (1935). С 1900 сотрудник Главной физической (затем геофизической) обсерватории в Петербурге, в середине 30-х годов – зав. сектором долгосрочных прогнозов Бюро погоды СССР. Впервые применил метод составления синоптических карт на больших площадях для составления долгосрочных прогнозов. Голицын Б.Б., академик, директор Главной физической обсерватории в 1913-1916, князь.
– «Но сейчас, мне кажется, мы переживаем какое-то глубокое изменение климата. Опять – вторично – резко аномальный год. Холод и дождь. Приезжие с юга говорят о затруднении машинного и железнодорожного сообщения». – Зато лето 1941-го, помнится, было жарким и ранней суровой была зима…
– «Второе – с географическими картами. Всё искажено и здесь цензура превзошла всё когда-то бывшее. Вредители сознательные и бессознательные слились. Оппоков сидит из-за своих исследований Днепра, сделанных до революции. Работы Выржиковского (сидит) полузасекречены. Дерюгин не мог напечатать карты Японского и Охотского морей – дурак-цензор (и более важничал) ему сказал, когда он показал ему опубликованную японскую карту – а м.б., они нарочно это напечатали, чтобы провести нас? (…)» – Оппоков Евгений Владимирович (1869-1937), гидрогеолог. Академик ВУАН (1929) и ВАСХНИЛ (1935). Работал по мелиорации Полесья, с 1921 – профессор Киевского политехнического института, с 1926 – директор Института водного хозяйства ВУАН, автор многочисленных трудов по гидрологии и гидрогеологии речных бассейнов Европейской части СССР. Арестован 15.Х.1937 и расстрелян 4 ноября того же года. Реабилитирован в 1963.
Выржиковский Роман Романович (1891-1937), с 1935 профессор Харьковского университета. Автор многочисленных трудов по геологии, гидрогеологии, полезным ископаемым Украины и Молдавии. Был арестован в апреле 1937 и обвинён в принадлежности к антисоветской организации академика Н.И.Свитальского (вроде Личкова – участника организации академика Вернадского?); расстрелян 3.IX.1937. Реабилитирован в 1956.
Свитальский Николай Игнатьевич (1884-1937), вице-президент АН УССР. Арестован 29.VI.1937, расстрелян в Днепропетровске 15.IX.1937. Реабилитирован в 1957 (стр.491).
Дерюгин Константин Михайлович (1878-1938), гидробиолог. С 1919 до конца жизни – профессор ПГУ – ЛГУ, основатель кафедры гидробиологии, ихтиологии и гидрохимии. В 1920-31 директор созданного им Петергофского естественно-научного института (ПЕНИ), сотрудничал с Вернадским в работах по изучению химического состава организмов. В последний год жизни был выдвинут кандидатом в действительные члены АН.
«12 мая 1941 (…) Вчера видел много народа. Никуда не выходил. Холодно и неуютно. Работал над «Хронологией» и много читал.
Утром приходил начать писать мой портрет художник – от Ферсмана, по инициативе которого я согласился. Я хотел бы, если бы оказался хороший, послать Танечке (внучке в Америку). Ростислав Николаевич Барто, женат на дочери А.Н.Северцова. Скучная история.» – Барто Р.Н. (1902-?), окончил ВХУТЕИН в 1930, был членом объединения «Цех живописцев». Работал в традиционной реалистической манере («Открытие Вахшского канала» (1935), «Колхозный базар» (1936). Выставлялся за рубежом (Венеция, 1932; Лондон, 1935), были персональные выставки в 1933, 1956. Работу над портретом Академика отложат до осени…
– «Был Алдр Фёдорович Соседко, обещал ему краткий отзыв для степени. С ним интересный разговор о корундах. Советовал ему обратить внимание на Кыштым – здесь, по моему убеждению, порода – кыштымит, maximum температуры. Он напомнил мне о находке кыштымита в Наксосе. Советовал ему искать наждак – (у нас не хватит) – в Кыштыме.» – Соседко А.Ф.(1901-1957), выпускник МГА (1929), в 1929-35 сотрудник Таджико-Памирской экспедиции. Кандидат наук. С 1950 – сотрудник Кольского, затем Якутского филиала АН. Специалист по минералогии пегматитов.
Кыштымит – редкий минерал, состоящий из основного плагиоклаза и корунда (наждака, до 45%) с примесью биотита и шпинели; назван по гор. Кыштым на Среднем Урале. В Греции на острове Наксос крупные скопления мелкокристаллического корунда в известняках на контакте с гранитами.
– «Днём заезжал Ив. Якушкин с дочерью Наташей. С ним об изотопах, Прянишникове, Вавилове» (! стр.468-9). Сведений о дочери И.В.Якушкина найти не удалось.
«14 мая 1941.
Третьего дня – интересный разговор с Валентином Трофимовичем Малышеком. С ним я и лаборатория уже несколько лет поддерживаем научный контакт. Он завален текущей, – во многом ненужной работой. Никак не может обработать огромного материала химич. анализов нефтяных вод. Теперь как будто это сделает. Убеждение о подземной ископаемой жизни у них, наконец, складывается.» – Малышек Валентин Трофимович, работал в Баку совместно с другом Академика Н.Г.Ушинским, открыл и описал серобактерии в глубинных нефтяных водах; в 1941 совместно с А.П.Виноградовым опубликовал статью «Пластовые воды – ценное сырьё» (газета «Нефть», 15.1.1941). В 1957 защитил кандидатскую диссертацию в Ростовском госуниверситете по петрографии нефтеносных пород Азово-Кубанской впадины. Других сведений найти не удалось.
– «Чувствуется рознь азербайджанцев с русскими – стремление всех заместить местными. Его и т.п. людей – выдающихся и нужных – не трогают – но замещение местным человеком каждой вакансии, часто в ущерб возможному русскому кандидату – на каждом шагу. Это естественно, и, по-моему, выход один – тогда этого не будет: русский должен свободно владеть местным языком и помнить их культуру. (…)
Снимал фотограф ТАСС в связи с моей статьёй о космической пыли…
Была Наташа Шик (Шах[овская]) – дети её просто великолепны, и Машенька, так же как Серёжа – отличники.» – Старостенкова (урожд. Шик) Мария Михайловна (р. 1924), биолог. В 1941 окончила среднюю школу в Малоярославце. Выпускница МГПИ им. В.И.Ленина (1946), в 1951 защитила кандидатскую диссертацию «Сезонное развитие травяного покрова дубрав». В 1950-55 преподаватель сначала в пединституте г. Новозыбков Брянской обл., затем в МГПИ на кафедре ботаники. В 1955-61 зав. редакцией биологии издательства «Знание», в 1961-90 доцент кафедры биологии МГЗПИ, автор многих методических разработок для заочного обучения. С 1990 – на пенсии.
Шик Сергей Михайлович (р. 1922), о нём стр.664.
«16.V.1941 …Был у Шмидта. С ним разговор: 1) О положении минералогии. Президиум (АН) несколько раз пытался добиться разделения Геологического инст. и получал отказ. На мой вопрос: Кто именно (в) правительстве – Ш. ответил, что была создана особая группа: Вышинский, Вознесенский, Булганин, Землячка, Шмидт, Чудаков – одна 3. их поддержала. Он думает, что я могу ещё (как я спросил) обратиться к Сталину. 2) По вопросу об U (уране) и о прекращении работ в Табошаре и т.п. он сказал, что Хлоп[ин] ему ничего не ответил письменно и что надо написать Хл[опину], чтобы он прислал Ш[мидту] данные о Табошаре, или прежде чем обращаться лично, напр[ямую] мне, к Сталину (фраза не окончена).– Булганин Николай Александрович (1895-1975), большевик с 1917, имел неоконченное среднее образование; зам. председателя СНК.
Землячка Розалия Самойловна (1875-1947), в революции с 1896. Зам. председателя СНК (см. к/ф «Солнечный удар»).
Табошар – урановое месторождение в Таджикистане, 40 км. от г.Ходжент.
– «М[ежду] пр., я ему указал, что сейчас обструкция в физиках (Иоффе, Вавилов – я не называл лиц) – они направляют все усилия на изучение атомн. ядра и его теории и здесь (напр., Капица, Ландау) делается много важного – но жизнь потребует направления рудно-химич[еского]. Я ему напомнил, что наши физики остались в исторически важный момент при создании учения о радиоактивности в стороне от мирового движения и теперь (это) повторяется. Тогда, м.б., ранняя смерть Лебедева (помешала), а (вы)ступившие Боргман и Соколов не имели нужного авторитета. Ведь ненормально, что я – не физик – организовал Радиев[ый] институт. Шмидт ответил мне любезностями.
С ним о Гаузе в связи с его письмом ко мне. Я настаивал на его докладе в Академии и, если нужно, денежной поддержке. Согласился.»
Капица Пётр Леонидович (1894-1984), Нобелевский лауреат (1978).
Ландау Лев Давидович (1908-1968), Нобелевский лауреат (1962).
Лебедев Пётр Николаевич (1866-1912), основатель первой в России научной школы физиков. Впервые получил миллиметровые эл.магнитные волны (1895); открыл и измерил давление света на твёрдые тела (1899) и газы (1907), доказав эл.магнитную природу света.
Боргман Иван Иванович (1849-1914), физик. С 1888 профессор Петербургского университета, в 1905-10 ректор, ушёл в отставку, протестуя против нарушения автономии высшей школы. В 1906/07 член Государственного Совета, отказался от своего поста протестуя против роспуска II Государственной Думы. Один из организаторов Русского физико-химического общества (РФХО).
Соколов Алексей Петрович (1854-1928), с 1882 возглавлял Физическую лабораторию Московского университета; около 1900 впервые в России организовал исследования радиоактивности.
– «О Рейнвальде и о передаче М[етеоритному] к[омитету] Эзельского метеорита и архива. Согласился.» – Рейнвальд Иван Александрович (1878-30.IV.1941), выпускник ПГИ (1907), до 1912 сотрудник Геологического музея ПГИ, затем в 1912-14 работал в Туркестане и Китае по договору с одним из владельцев бакинских нефтепромыслов. С 1921 жил и работал в Эстонии, принял эстонское гражданство, возглавлял геологические разведки нерудных ископаемых. После присоединения Эстонии к СССР остался на прежней работе. С 1928 детально исследовал метеоритный кратер на о-ве Сааремаа.
Метеорит Эзель (падение 1855), назван по месту находки на о-ве Сааремаа (Эзель), вес 6 кг, каменный хондрит. Хранится в коллекции Дерптского университета (Тарту).
– «Был А.И.Яроцкий и А.Н.Шаховская – (она) молодцом.» – Анна Николаевна, вдова Д.И.Шаховского. Яроцкий Александр Иванович (1866-1944), медик. Был профессором медицинского факультета Юрьевского, а с 1918 до начала 20-х годов Таврического университета, с 1930 – профессор МГУ; близко знаком с В.И. с 80-х годов.
«17.V.941, утро.
Вчера утром умер Иван (И.М.Гревс). Так мы с ним и не увиделись. Он хотел приехать, и надо было бы перед уходом из жизни повидаться.
Все построения – религиозные и философские о смерти являются сложными концепциями, в которых научно реальное, вероятно, едва ли сказывается – а научная мысль ещё не подошла даже к первым построениям.» – Последняя живая связь Академика с молодостью… Лучшая пора жизни, отмеченная самозабвениями – «всё во мне и я во всём», единственная свобода… В дальнейшем неповторимая…
– «Странным образом я подхожу к идее, что атомы-изотопы – иные в живом и косном. Это во-первых, а во-вторых ясно, что 1) всё живое от мельчайшей бактерии и амёбы и до человека – единое; 2) что материально это отличается от всех косных природных тел мироздания – поскольку мы его знаем…
Я думаю, что различие кроется глубже, чем в физико-химических свойствах (которые одинаковы), но в состояниях пространства-времени; 3) мы не знаем ещё многого основного: есть неизвестные нам свойства человека, которые затронуты, по-видимому, индийскими мыслителями, и мы не знаем какие процессы были или есть в природе – на Земле, в частности, – которые отвечают созданию пространств-времён, отвечающие живому организму; 4) возможно, что жизнь – живой организм, в отличие от всего в природе существующего – отличается атомами. Идея Лукашевича имеет прочные основания; 5) эти явления космические. В космосе солнечные системы занимают особое положение в Галаксии – около центра.» Лукашевич Иосиф Дементьевич (1863-1928), за покушение 1 марта 1887 на Александра III почти 19 лет в Шлиссельбургской тюрьме; написал и после освобождения напечатал трёхтомный труд «Неорганическая жизнь Земли». Он считал, что жизненная энергия имеет такую же самостоятельность, как и другие виды энергии, и её можно измерять, что совпадало с поздними раздумьями Академика о роли «живого вещества», несводимой к геологии.
– «Ник[олай] Павл[ович] Анциферов звонил мне, что он недавно видел Ивана – он бодрый, собирался к нам в ближайшее время. Умер внезапно.» – Анциферов Николай Павлович (1889-1958; стр.295…) Автор мемуаров с замечательными зарисовками И.М.Гревса и Академика. (Анциферов Н.П. Из дум о былом. М.: Феникс, 1992. С. 164-178, 399-407.)
– «Иван был христианин с мистическим оттенком – глубже понимал христианство, чем, напр[имер] Шики-Шаховские. Думаю, Георгий мой к его настроениям близок.» – Утрата Ивана. Сомнения вокруг «живого вещества»… Самое время обратиться к злободневности.
– «Была вчера Ек[атерина] Ник[олаевна] Котляревская-Орлова. Страдает о муже. Грубое отношение меркуловских молодцов к семьям пострадавших. Изысканная жестокость, сеющая опасное семя.» – Сёстрам Орловым, праправнучкам М.В.Ломоносова, грозила нищета; старшая Елизавета (1861-1940), художница, ещё в феврале 1938 (77-ми лет!) безуспешно хлопотала о пенсии, младшая Екатерина (1869-?), врач-окулист, потеряв мужа, лишилась и работы: при обыске у неё забрали набор пробных очковых линз… Сёстры решились продать Академии семейную реликвию – грамоту на фабрику Ломоносова; Академик содействовал сёстрам как мог…
Меркулов Всеволод Николаевич (1895-1953), в 1916 окончил 3 курса физмата Петроградского университета, был призван в армию. В 1918-21 учитель в Тифлисе. С 1921 сотрудник ГПУ Грузии, в 1931-38 сотрудник аппарата Закавказского крайкома ВКП(б). С декабря 1938 1-й зам. наркома внутренних дел СССР; с 1939 член ЦК ВКП(б), в феврале-июле 1941 и в 1943-46 нарком госбезопасности СССР. В 1946-50 сотрудник, затем начальник Главного управления советского имущества за границей при Совмине СССР. В 1950-53 министр госконтроля СССР. В июле 1953 арестован, в декабре того же года расстрелян по «делу Берия и его сообщников». Не реабилитирован.
– «Никогда в последнее время не было такого интереса к внешней политике – как «бегство» Гесса. Все считают, что это переговоры Герм. с Англией за наш счёт. Говорят, немецкие войска на границе. Думают, что они с нами не будут церемониться – и пустят в действие газы…» – Гесс Рудольф (1894-1987), бывший лётчик, личный секретарь Гитлера с 1925, с 1933 зам. фюрера по НСДАП. 10.V.1941 перелетел на самолете в Англию, потребовал встречи с премьером У.Черчиллем. Черчилль отверг это требование, а Гесс был арестован и пробыл в английской тюрьме до конца Второй мировой войны. Гитлер, в свою очередь, объявил перелёт Гесса – следствием его психического заболевания. В 1946 Р.Гесс будет осуждён как военный преступник Международным судом в Нюрнберге на пожизненное тюремное заключение, а в 1987 найден в тюрьме мёртвым (официально – самоубийство).
– «Любов» к Сталину – есть фикция, которой никто не верит. Будущее чревато. Я уверен в силе русского (украинского и т.п.) народов. Они устоят.»
«18 мая 1941. Мысли об Иване – всё время.
Последний (и самый старый по возрасту) из нашего Братства ушёл полный сил умственных. Тяжёлые и хорошие переживания нас связывали теснейшим образом его и Машу (М.С.Гревс), меня и Наташу (Н.Е.Вернадскую). Неожиданно для меня всё тяжёлое позабыто и в корне. Иван здесь играл пассивную роль – страдающего. Это явно указывает, что с точки зрения истины – как она сейчас выработана человечеством – это тяжёлое переживание (грех) sub specie aeternitatis (с точки зрения вечности) второстепенно.
Иван должен был приехать к нам на днях. Фатум древних резко сказался в жизни нашего Братства, характерным для которого была его интимность и отсутствие большой организованности. Попали в такой мировой катастрофический период, который многое во всём происшедшем объясняет.
Надо сохранить архив Ивана, но он один мог его обработать…» – Знал бы Владимир, каких блокадных мук уже не испытает Иван, своих собственных и за семью…
«19 мая 1941. …Читал с большим интересом книгу Rauschning о Гитлере. А.И.Яковлев считает – мне кажется ошибочно, – что за Г. настоящие хозяева – генералы… Всё, что пришлось слышать за границей – много от Ф.А.Брауна – говорит обратное.» – Г.Раушнинг (Rauschning Н.) в 1939-40 опубликовал три книги о нацизме: Rauschning Н. The revolution of nihilism. N.-Y., 1939. 300 p.; Hitler speaks. London. 1939. 287 p. (перевод с издания «Gesprache mit Hitler»); Hitlers aims in war and peace. London – Toronto, 1940. 131 p.)
Браун Фридрих (Фёдор) Александрович (1862-1942), проф. Петербургского университета (1900), преподавал на ВЖК, в 1918-21 ректор Историко-филологического (Педагогического) института, сотрудничал в Наркомпросе. С 1921 в Германии, профессор университета в Лейпциге (1923), иностранный член-корр. АН СССР (1927). Одноклассник Вернадского по гимназии в Харькове; бывая в Лейпциге, В.И. останавливался у него.
– «Письмо Маше (М.С. Гревс).
Большое возбуждение вызывает бегство или поездка Гесса в Англию. Рассказывают о возможности войны с Германией – официально скорее влиятельные круги ближе к англ[ийской] ориентации. Я боюсь, что официальную лесть и пресмыкательство ЦК партии принимают за реальность – а между тем грозное всюду идёт недовольство и власть, окружённая морально и идейно более слабой, чем беспартийная, массой, может оторваться от реальности. Две фигуры – Сталин и Молотов – остальные незнакомцы.
Большинство думает, что мы и наша армия не могут бороться с немцами.
Я думаю, что, в конце концов, – немцы не справятся – но фикция революционности, которая у нас существует, – где две жандармские армии и мильоны каторжников (в том числе – цвет нации) не может дать устойчивое (состояние). Революция коснётся и нас.» – Академик полагал неизбежными перемены в общественном строе СССР после победы над Германией, в которой не сомневался. Однако последует холодная война, «железный занавес», очередной виток подавления инакомыслия внутри страны.
(Продолжение следует)
Ссылки на части 1-10.
https://archive.voskres.ru/literature/library/belogoloviy.htm
https://archive.voskres.ru/literature/library/belogoloviy1.htm
https://archive.voskres.ru/literature/library/belogoloviy2.htm
https://voskres.ru/literaturnaya-stranica/biblioteka-literaturnaya-stranica/po-doroge-k-noosfere-2/
https://voskres.ru/literaturnaya-stranica/biblioteka-literaturnaya-stranica/po-doroge-k-noosfere-3/
https://voskres.ru/literaturnaya-stranica/biblioteka-literaturnaya-stranica/po-doroge-k-noosfere-4/
https://voskres.ru/literaturnaya-stranica/biblioteka-literaturnaya-stranica/po-doroge-k-noosfere-5/
https://voskres.ru/literaturnaya-stranica/biblioteka-literaturnaya-stranica/po-doroge-k-noosfere-6/