Вторник, 16 июля, 2024

Дедушкины уроки

В июле поспела голубика, и дедушка с шестилетним Андреем отправились за ягодой. Шли, разговаривая о разных делах. На полпути мальчик остановился и удивлённо сказал...

По ком ты плачешь,...

«ВСУ продолжают подготовку к рывку в районе Харькова и Херсона-Запорожья. На этих направлениях усилился боевой потенциал противника. Постоянные попытки расширить сектор для контрнаступления...

И был вечер, и...

Украинские власти вынуждены признавать успехи ВС РФ не только на Кураховском, Покровском, Краматорском и Купянском направлениях, но и на севере Харьковской области...

Сердце храброго мужчины

Здравствуй, дорогая бабушка! Шлю тебе привет из Воронежа. Помнишь, когда ты к нам приезжала и мы гуляли по Воронежу, ты спросила: «Кто такой Андрей Санников? Почему в его честь назвали улицу?»...

Человек еще не научился жить без сердца

Чувствовать…

Эмпатия это страшно. Не могу к ней привыкнуть, еще со времени моей работы в медицине. Помню, как безудержно хотела быть детским гематологом, когда училась в универе. Для тех, кто не понимает, что такое детская гематология объясню просто: болезни крови-лейкозы и лейкемии, лысые детки в «масках», – это оно самое. Тогда меня отговорил папа, проработавший в онкологии более 40 лет: «Ты не сможешь, просто не сможешь пропустить всë через себя…» Послушалась. Закончила интернатуру по дерматовенерологии: чистенько, спокойно, без особой нервотрепки с больными. Потом второе высшее по терапии, на факультете последипломного образования, тут уже не так спокойно, лишком много заболеваний, пограничных состояний между той же онкологией, огромный пласт людей и судеб.

Когда умер папа, хотела пойти на анестезиолога-реаниматолога, потому что именно там его не спасли. Со мной долго беседовала наш республиканский реаниматолог и… отговорила меня, мотивируя тем, что горе в выборе профессии – плохой союзник. Наверное, сейчас я ей даже благодарна, лучше так, чем было бы.
Потом волонтерство. Снова эмпатия. Нет, не ко всем, к некоторым, к тем, кто врос под кожу, в сердце, в нервы. Перечислять не буду, не хочу лишний раз даже вспоминать, чтобы не сглазить и не отвернуть от них Жизнь.  Те, кто меня знает и читает, те догадаются о ком я пишу эти строки.  Когда время придет, отыщу каждого, обниму каждого, заплачу, помогу. Хватит и сил, и слез, и объятий.
Служба. Здесь один человек в Мариуполе, да, она, да, моя петербурженка, по-прежнему хочу вывести-вынести ее из горя, как людей выносят из огня. Открытый гештальт? Вероятно. Он самый.

Теперь здесь: половина меня с теми, кто в Донецке, половина с теми, кто рядом. «Рядом, – я сказала. – Место, лапу…» – Ой, ошиблась, хотя и с псом тоже.
Сегодня не человечески орала рация, и хоть я не могла разобрать слов, но понимала-знала-чувствовала: «Это по «моим». Если до сегодняшнего дня, мне приходилось когда-то испытывать озноб, то это был всего лишь легкий холодок, мелочи, дискомфорт не более. Теперь я понимаю, что означает одно короткое слово. Слово – «трясëт».

В какой-то момент стало не хватать воздуха так, как будто я бегу, бегу в броннике весом килограмм в 25, с обвесами и подсумками, ну и конечно в каске. Подумалось: «Ну и куда ты бежишь… куда бы не бежал, просто добеги.»
Дальше звон в голове и чувство распирания черепушки – знакомо еще с Мариуполя. Так отзываются укладывающиеся рядом мины, рядом, если ты в помещении, как удар молотка по консервной банке, только бьешь не ты, – ты как раз в ней, всамделишный что ни на есть шпрот, просто шпрот, приятно познакомиться.

Я не могу вспомнить сколько это длилось со мной по времени, только ближе к полуночи поняла, что за день выкурила две пачки сигарет, голос окончательно подсел, а фаланга указательного пальца правой руки приобрела насыщенный коричневатый  табачный оттенок, с легким флëром смол и никотина.

Вечером приехали ребята. Я не солгала ни в одном чувстве, теперь они всë подтвердили фактами.

Мне кажется, если бы мы собрались на кухне не всем составом, – я бы этого не пережила, более того, даже бы не пыталась, потому что… человек еще не научился тому, как жить без сердца. Существовать – да, можно вполне себе комфортно. Жить… нет.

Из ДНР с любовью

Анечка.

Русское Воскресение

Последние новости

Похожее

По ком ты плачешь, шиповник?

«ВСУ продолжают подготовку к рывку в районе Харькова и Херсона-Запорожья. На этих направлениях усилился боевой потенциал противника. Постоянные попытки расширить сектор для контрнаступления...

«ЧП» или «военное преступление»

....за открытым окном мерно лупит ПВО, уже второй эшелон защиты. В панорамное окно мне видно одно характерно-тёмное облачко, одно, не более. А что остальные? Выпрыгиваю на балкон...

Жёлтые абрикосы в заброшенных садах и танковые удары…

...Шёл штурм, повсюду гремело и сверкало, в их дом попало, часть дома завалило, часть горела. Женщина успела вытащить детей, но её мама осталась под завалами в подвале...

А что в Беларуси?

Грозы, праздник, дети в лагерях, поездки к морю, чаще в Грузию. Кто-то отправляет бабушек с детьми в санаторий, утешая себя мыслью, что заботится и о бабушках и о детях...