Эти строки, наверно, не высокая поэзия,
но я не мог их не написать.
Автор
Каска
(Быль)
Копая окоп,
солдат наткнулся на порыжевшую каску
с отметиной от немецкой пули.
Посмотрел: крепкая!
Хорошо сохранилась с Великой Отечественной.
Подумал:
дважды смерть в одно место не попадает.
Примерил: годится!
И теперь он ходит в бой в этой каске,
предпочитая её современной навороченной экипировке,
хотя командиры не одобряют.
Боец «Ахмата»
Под тяжеленными берцами хлюпает чернозёмная грязь,
нудный дождик лицо остужает,
но боец знает – он здесь горы свои защищает
и не только потому, что дан приказ.
Родина – она одна.
Отсюда,
из белгородских просторов,
ему победа видна.
Крестик
– Одной молитвы, пожалуй, мало,
чтоб одолеть этих бесов.
… И рука до боли автомат сжала.
А чёрные «птицы» кружат по-над лесом.
Что будет завтра, боец не знает,
но понимает – бессмертия нет.
И крестик нательный никогда не снимает –
такой же надёжный, как бронежилет.
День рождения
Торкнулась дверь. Голос. Она
его из тысяч узнает.
– Комбат отпустил на сутки, сказал:
«Матушка – это святое».
Тебе я, родная, ромашек нарвал
прямо на поле боя.
Летняя ночь незаметно пройдёт.
Наглядеться бы! Наговориться!
Утром сыну снова на фронт.
– Буду молиться…
В госпитале
Если встану на ноги,
если выберусь отсюда,
то первым делом загляну в какую-нибудь кафешку
и выпью за друга Серёгу.
Он вытащил меня на себе с того света,
когда рядом саданула мина.
После зайду в храм
и поставлю свечку за Серёгу.
Его на другой день
накрыла хохлацкая арта.
А потом поеду к Серёгиной матушке,
попрошу у неё прощения
за то, что остался жив.
***
По гробы ходить в Россию запросто.
Приступ, отступ – и ворочай заступом.
В.Михалёв. 1975г.
Пророчество? Предвиденье? Не хочется
поверить в это. Но опять, опять,
историю забыв, чужие полчища
посмели землю русскую топтать,
как некогда татары и монголы,
французы, немцы… Где теперь их прах?
Поэт сказал же: – Возвращаться будут
они не с перемогой, а в гробах.
Курск, 26 августа 2024 г.
***
Забирает война сыновей
самых лучших из лучших.
Почему? Для чего?
Разве только Никола Святой,
Ратный, может ответить.
Молчит он, мрачнее чёрной тучи.
И скорбящую Родину
отеческой крестит рукой.
Пейзажная лирика
1.
Разрывы ракет в синем небе
похожи на разлетающиеся лепестки ромашек.
Жутко красиво.
2.
По зеркальной глади пруда
плывёт отражение военного вертолёта –
как гигантская угрожающе рокочущая стрекоза.
3.
Зазубренные осколки снарядов в изумрудной траве –
как смертельно ядовитые грибы.
4.
Вдруг полюбилось серое низкое небо
и нудный моросящий дождь –
вражеские «птички» не летают.
***
Когда увидишь из окна,
как разлетелась тишина
обломками ракеты вражьей,
услышишь, как она рычит
зловеще, то один есть щит –
Иисуса образок бумажный.
Жизнь, может быть, не сбережёт,
но от неверия спасёт.
Прелестница
Передвигается на коляске, но руки здоровы
и могут плести маскировочные сети.
А ещё своё фото и доброе слово
она отправит в красивом конверте
и улыбнётся, представляя,
как боец улыбнётся в ответ,
не зная, что у далёкой прелестницы
после разрыва ракеты ног нет.
Чёрный платок
В семейном сундуке
она отыскала чёрный платок.
Его повязывала бабушка,
когда в 41-ом
на мужа пришла похоронка.
Едва ли родная думала, что он
когда-то кому-то ещё пригодится.
А в кроватке
безмятежно спала девчушка,
пока не ведая,
что ей расти без отца.
В селе Крутой Лог
На стене сельской школы три памятных доски.
А сколько в России нынче таких школ.
В этих строчках поэзии нет. Но если сердцем вы не глухи,
то услышите, душу пронзающий, материнский стон
и мольбу:
– Господи, смилуйся, помоги,
чтобы на школе больше не было ни одной доски.
Двадцатилетнему
Что ты пялишься в чёрный айфон?
Что там хочешь вычитать, высмотреть?
А с полосы соприкосновения доносится стон –
это твои ровесники на рубеже стараются выстоять.
Можешь и ты им помочь,
хотя б смс-ку «Ребята, я с вами» отправить.
Может быть, тогда кошмарная ночь,
с завыванием тревоги, малость потише станет.
***
Кто-то остался без крова,
кто-то расстался с жизнью…
Первоклассница спрашивает:
– А не воевать нельзя?
На этот вопрос ответить
я не могу. Стал старым,
но так и не понял – люди
почему стреляют в людей.
***
Станиславу Минакову
Перекличка колоколов,
завыванья воздушной тревоги…
Нереальность материализовалась
и страшит, а не удивляет.
Но когда наступает затишье,
как святое помнится только
звон врачующий, а не разрывы
беспощадных вражьих ракет.
Избирательна память – дороже
ей всё то, что жизнь утверждает.
А война – она ляжет в граниты,
в обелиски, дай Бог, навсегда.