Говорят, поэтами рождаются. Но бывает, поэтами становятся. Это происходит тогда, когда человек родился поэтом, но сам не догадывается об этом, а подсказать некому.
Николай Пашков в юности не забавлялся стишками. Страсть к творчеству его не мучила – стихи стали появляться как бы сами собой. И причина тому – дорога, а вернее то, что связано с дорогой, которая явилась трудом, риском, любовью, то есть – смыслом жизни.
Вряд ли человек, отчужденный от дороги, способен выразить так образно своё отношение к ней:
Земля наша – это раскрытая книга.
Дорога – закладка между любимых страниц.
Николай Пашков ворвался в литературу на высокой скорости, не боясь трудных виражей, со своей особой темой и болью. Николай – поэт резкий, стремительный, нежный. Дальнобойщик, водитель-междугородник по профессии, он знает цену слову: талант его отшлифован нелегкой судьбой русского человека. Из глубинок. А в судьбе этой были навязаны такие узлы, что разрубить их и выжить было дано только мужественному человеку, умеющему держать удары и самому наносить их.
…Поэты в чистом виде в наше время стали редкостью. Может, оно и к лучшему. Вспомним хоты бы, Николая Анциферова его «угольные строки»:
«Я работаю, как вельможа.
Я работаю только лежа…»
И можно сказать, что Анциферов – поэт шахтеров. Можно было бы сказать и о Николае Пашкове, благо рифмуется – поэт шоферов. Однако настоящая сердечная поэзия выше цеховых ограничений, как и народная, а не легкая однодневная эстрадная песня
Стихи орского поэта Николая Пашкова предельно насыщены его жизненным опытом шофера-дальнобойщика, рожденного нашим временем.
Эго стихи из самой гущи жизни. В них есть та особая жизненная документальность, может быть, в чем-то уже другого русского человека – не выживальщика, не самооплакивальщика, а «ваньки-встаньки», которого как ни наклоняй, тут же распрямляется. Тип человека бывалого, «босяка» на колесах, заменивший скитальца с посохом.
Вспомним хотя бы судьбу талантливейшего поэта А. Добролюбова, ушедшего на Волгу с посохом в руке, отринувшего славу поэта – символиста. И Николая Пашкова поманила дорога:
Оседлой жизни не приемлю,
И Крым прошел я и Нарым.
Ремни дорог вращают землю,
Шоферы помогают им.
Это путь не в скит, а в мир.
Уверены что в 10-12 лет назад за ним бы гонялись модные журналы, а загадочно улыбающийся Вадим Валерьянович Кожинов утверждал бы, что это он открыл Николая Пашкова и он не уступает Рубцову, только немного поразмашистей и подорожнее.
Он человек не без амбиций, ибо сегодня без этого нельзя, с задиристостью воюет за человека с нежностью души.
И вот новая книжка стихов. Она издана за счет автора, но человеку, всю жизнь живущему за свой, а не чужой счет, это не зазорно: его стихов ждут на опасных шоферских трассах. В наше смутное время они как живая вода для всех любителей и знатоков лирической поэзии.
Стихи этой книги просты, добры и мудры как народная пословица. Они глубоки, как глубока бывает душа любящего человека.
Валерий Ганичев