Вторник, 16 июля, 2024

Дедушкины уроки

В июле поспела голубика, и дедушка с шестилетним Андреем отправились за ягодой. Шли, разговаривая о разных делах. На полпути мальчик остановился и удивлённо сказал...

По ком ты плачешь,...

«ВСУ продолжают подготовку к рывку в районе Харькова и Херсона-Запорожья. На этих направлениях усилился боевой потенциал противника. Постоянные попытки расширить сектор для контрнаступления...

И был вечер, и...

Украинские власти вынуждены признавать успехи ВС РФ не только на Кураховском, Покровском, Краматорском и Купянском направлениях, но и на севере Харьковской области...

Сердце храброго мужчины

Здравствуй, дорогая бабушка! Шлю тебе привет из Воронежа. Помнишь, когда ты к нам приезжала и мы гуляли по Воронежу, ты спросила: «Кто такой Андрей Санников? Почему в его честь назвали улицу?»...

Наш Пушкин

Слово составителя книги «Светлое имя Пушкин» Владимира Десятникова

225-летию Александра Сергеевича Пушкина посвящается

(1799-2024)

 

…Клянусь честью, что ни за что на свете

я не хотел бы переменить оте­чество или иметь другую историю,

кроме истории наших предков, такой, какой нам Бог её дал.

Из письма А. С. Пушкина к П. Я. Чаадаеву от 19 октября 1836 г.

 

Марина Цветаева назвала свое эссе «Мой Пушкин». Наверное, каж­дый из нас мог бы повторить эти слова: у каждого Пушкин свой.

Со школьных лет мы помним прекрасные в простоте своей пушкин­ские строки: «У лукоморья дуб зеленый…», «Мороз и солнце; день чудесный!..», «Москва, как много в этом звуке для сердца русского слилось.» Пушкин сопутствует нам в горе и в радости, в раздумьях о самой нашей жизни. Воистину он, как сказал Аполлон Григорьев, «наше все».

Пролистывая свой пятитомный «Дневник Русского», который я вел без малого сорок лет, отобрал несколько записей о Пушкине:

23-24 сентября 1963 г.

Вместе с Ильей и Ниной Глазуновыми рано утром выехали из Ле­нинграда во Псков, а оттуда в Изборск. Нигде долго не останавливаясь, едем дальше, на запад. И вдруг из-за поворота золотом блеснули купола старинных церквей. Совсем как у Пушкина в «Сказке о царе Салтане»:

 

Стены с частыми зубцами,

И за белыми стенами

Блещут маковки церквей.

 

Это Псково-Печерский монастырь, один из самых знаменитых в Рос­сии. Стоит он, как в чаше, у подножия трех небольших гор, на склонах которых амфитеатром расположен чудный архитектурный ансамбль. Ос­нование монастыря уходит в глубь веков. Первые пустынножители появи­лись здесь шесть столетий тому назад. Название свое обитель получила от пещер, в которых жили ее насельники. Велики заслуги монастыря перед Церковью. Отсюда распространилось христианство на Лифляндию. Из иноков монастыря вышли восемь епископов и патриарх всея Руси Иоасаф.

…Монах, будто сошедший с картины Нестерова «Пустынник», с тон­ким иконописным лицом и седою длинною бородой, ведет нас в святая святых обители. Взяв в руки тонкие свечи, чтобы освещать себе путь, мы входим в песчаные пещеры. Общая протяженность их свыше двухсот метров. Песок под ногами совершенно белый и до того крепкий, что за всю историю никогда не было обвалов. Никаких запахов в пещерах нет, а цветы вот благоухают.

Читая надписи на керамических плитах в местах захоронений, мы идем из улицы в улицу. Наш проводник, рассказывая об умерших как о живых, говорит: «А вот здесь живут предки А. С. Пушкина». Мы накло­няемся и, еле разбирая полустертую надпись надгробного памятника, чи­таем: «Симеон Васильев Пушкин, инок, умер 24 января 7073 (1562 г.)». Нам напоминают, что предки поэта испокон веку жили на Псковщине. Сам А. С. Пушкин был здесь частым гостем, и, кто знает, не в монастыр­ских ли стенах он подсмотрел типы тех людей, которые впоследствии стали действующими лицами драмы «Борис Годунов»?

22 апреля 1964 г.

Большие Вязёмы. Усадьба Бориса Годунова (позднее – Б. А. Голи­цына, воспитателя и друга Петра I).

Первое упоминание в летописи об усадебной церкви (воспроизвожу по памяти): «…При царе, государе и великом князе Федоре Иоаннови­че сооружена бысть церковь каменная о пяти верхах во имя Пресвятой Троицы» (в XVIII веке переосвящена в церковь Преображения, тогда же были переписаны фрески).

В этой церкви когда-то истово вместе со всем народом пел «Верую…», внимал проповедям, исповедовался и причащался раб Божий Александр Пушкин. В детстве, до поступления в лицей, он часто гостевал у бабушки (1806-1810) в соседнем селе Захарове. Позже, приезжая в Вяземы, Пуш­кин любил гулять вдоль берега причудливо изгибающегося протяженно­го пруда. Здесь, говорят, он написал строку «У лукоморья дуб зеленый…». Рядом с прудом на горушке сохранился огромный дубовый остов.

В местном пруду утонул ребенком брат Пушкина Николай – он по­хоронен у восточной апсиды Преображенской церкви.

31 мая 1970 г.

Я приехал в эту чудную страну грязи, чумы и пожаров.

А. С. Пушкин

 

Добравшись на перекладных до Большого Болдина, я оставил рюкзак в конторе Пушкинского музея-заповедника и пошел гулять. Побывал в окрестных деревнях и селах. В Кистенёве познакомился со старой бобыл– кой, отрекомендовавшейся Евдокеей. Всю жизнь проработала в колхозе, пенсия – 12 рублей. Паспорта у нее нет, да он ей и не нужен. Местные и без паспорта все ее знают, а уезжать она теперь уж никуда и не собирает­ся. На погосте ей место во всех случаях обеспечено. «Много ли человеку земли надо?» На этот толстовский (а потом и шолоховский – «Судьба человека») вопрос ответ по сей день один и тот же – всего две сажени. Еще и с избытком.

По большому счету, с пушкинских времен (поэт трижды осенью – в 1830, 1833 и 1834 годах) приезжал сюда, в Болдино мало что изменилось. Разве что алтари все порушили да мужики пить стали «по вся дни», а не как раньше – по праздникам.

«Ах, мой милый, что за прелесть здешняя деревня! – писал А. С. Пушкин 9 сентября 1830 года П. А. Плетневу. – Вообрази: степь да степь; соседей ни души; езди верхом сколько душе угодно, пиши дома сколько вздумается, никто не помешает. Уж я тебе наготовлю всячины, и прозы и стихов». И наготовил за три месяца вынужденного сидения в карантине (была эпидемия холеры) столько, сколько отпускает Господь только из гениев гениям: последние главы «Евгения Онегина», «Малень­кие трагедии» (в том числе «Пир во время чумы»), «Повести покойного Ивана Петровича Белкина», «История села Горюхина», около тридцати стихотворений. Кроме того – «Сказка о попе и работнике его Балде», шутливая поэма «Домик в Коломне» и, что немаловажно, сделал несколь­ко сот рисунков на полях и в самом тексте рукописей. Портреты, иллю­страции, профили, автопортреты, виньетки, орнаментальные наброски и просто мастерские росчерки пера. Если бы можно было устроить вы­ставку рисунков мировых гениев, то из числа болдинских графических листов я непременно бы отобрал три шедевра Пушкина: сцену чаепития к повести «Гробовщик» (начало сентября 1830), «Кухарка брилась» – иллюстрацию к поэме «Домик в Коломне» (9 октября 1830) и «Дон-Гуан» – иллюстрацию к драме «Каменный гость» (1-4 ноября 1830).

Пушкин рисовал так свободно и легко, как будто стихи писал. Гра­фика его пластичная, живая, экспрессивная. Она была для поэта отдохно­вением, когда он «работал» стихи. «Просыпаюсь в семь часов, – писал Пушкин жене осенью 1833 года, – пью кофей и лежу до трех часов. Не­давно расписался, и уже написал пропасть». Во время этого ежедневного «лежания» по восемь часов рисование было своеобразным переключени­ем творческого регистра.

«В три часа сажусь верхом, – продолжал пись­мо Пушкин, – в пять в ванну и потом обедаю картофелем да грешневой кашей. До девяти часов – читаю».

В свой третий приезд в Болдино, в сентябре 1834 года, Пушкину не удалось «расписаться». Занимался в основном хозяйственными делами. Была написана только «Сказка о золотом петушке». Над привезенной рукописью «Капитанской дочки» так и не поработал. «Скучно, мой ан­гел, – жаловался Пушкин в письме к Наталье Николаевне. – И стихи в голову нейдут; и роман не переписываю… Погожу еще немножко, не распишусь ли; коли нет – так с Богом в путь».

Договорившись с шофером грузовика, привозившим запчасти для машин и тракторов, я объехал все болдинские проселки, по которым мог ходить и ездить Пушкин. Места удивительные, широкие, раздольные, здесь так легко и свободно дышится – и в пушкинские времена, и ныне, и во веки веков.

Обратный путь домой я проделал с пушкинской «подорожной»: Большое Болдино – Арзамас – Муром – Владимир – Москва. Жаль только, что ни Пушкин и ни я не сподобились побывать в Сарове у препо­добного Серафима. А ведь Пушкин имел возможность благословиться у преподобного (f 1833), как это делали многие из тех, с кем поэт жил бок о бок в Большом Болдине. До Сарова и Дивеева отсюда – рукой подать.

28 сентября 1978 г.

Козельск

Старая дорога, обсаженная вязами, уперлась в железнодорожную на­сыпь. Пути пересеклись. Над макушками деревьев мерно отстукивают колеса груженых вагонов. Досчитав до своего любимого числа «семь», я укладываю его еще три раза. Странное совпадение: число, о котором я думал, когда вышел вечером на прогулку. Дорога из гостиницы приве­ла меня к реке. По наплавному мосту я перешел Жиздру и оказался на заречной стороне Козельска. Захотелось пройтись именно той дорогой, которой когда-то ехал Пушкин. В 1829 году, отправляясь в свое путеше­ствие в Арзрум, он проехал через Козельск и далее направился в орлов­ское имение прославленного героя войны 1812 года генерала Ермолова. «Наверное, вот этот самый старый, в два обхвата, выгоревший могучий вяз у железнодорожной насыпи, помнит ту поездку Пушкина, – подума­лось мне. – Деревья многое помнят…»

30 августа 1982 г.

Проведя недельку на берегу Чудского озера, мы с Г алей и дочерями снова двинулись в путь. За предложенный мною маршрут проголосова­ли единогласно. Решили побывать на месте битвы Александра Невского с тевтонцами, оттуда – в Михайловское, Святогорский монастырь и к началу учебного года – домой. Задумано – сделано. И все-таки я не рассчитал сил. На что уж Катя с Настей привычны к путешествиям (Переславль-Залесский, Ростов Великий и Ярославль, Керчь и Феодосия, Киев и Одесса, Николаев, Очаков и т. д.), но в этот раз – явный перебор впечатлений. Надо было не метаться, а приехать и пожить дней десять в Михайловском и в Святогорском монастыре. Благо гостиница недорогая, а Семен Гейченко оказался просто выше всяких похвал. До этого у нас было две-три встречи в Министерстве культуры СССР, но он меня вспом­нил и обласкал выше всякой меры. Дети мои Семена Степановича всем сердцем приняли.

– Вы идёте с ним, разговариваете, – вспоминали Катя с Настей, – а он на аллеях в Михайловском окурки собирает и в карман себе кладет. Чтобы у Пушкина в усадьбе чисто было.

Такой человек не забудется. Гейченко жизнь отдал Михайловскому. Горит в одно пламя – и всё тут. Собственно, другого хранителя Пушкиногорья и быть не может. Слава Богу, не перевелись на Руси подвижники.

13 июня 1988 г.

Настольной книгой Пушкина была Библия (на русском и француз­ском языках).

26 января 1996 г.

Вечером процеживал свои старые записи, кое-что решил оставить. Среди записей – три цитаты из Пушкина:

Мы ленивы и нелюбопытны.

Европа в отношении к России всегда была столь же невежествен­на, как и неблагодарна.

Прекрасное должно быть величаво.

***

Пушкину – 225 лет! Даль времен пролегла меж ним, жившим в XIX столетии, и нами, живущими в XXI веке. Череда, событий, имен, фактов разделяет нас. Но открываешь книгу Пушкина, со стихами ли, с прозой, – и в пушкинских строках находишь отклик на события дней нынешних: все так просто и живо, так одухотворенно в этих строках!

Пушкину – 225 лет! И он – наш современник!

Владимир Десятников,

Заслуженный деятель искусств РСФСР

 

* Светлое имя ПУШКИН / Сост. В. А. Десятников. М.; Сергиев Посад; Вязьма: Международный историко-культур­ный центр «Маковец»; МСА; Галерея Владимира Десятникова при Государственном музее-заповеднике – усадьбе А. С. Грибоедова «Хмелита», 2024. – 338 с.: ил.

Попечитель издания – Благотворительный фонд «Энциклопедия Серафима Саровского».

Владимир Десятников

Последние новости

Похожее

Нам на гордость Россия дана

После первой моей публикации в этом году о фестивале, посвященном Александру Аверкину, пришло немало откликов, да и просто писем. Люди спрашивали, когда это будет, как добраться до Сасова...

Приятели

Как-то раз, в начале июля, собирала я подосинники возле забора, выходящего на соседнюю дачу. Камушек упал ко мне сверху в корзинку, ударил в крепки подосинник. Откуда? Кто это может быть?

Наш Пушкин

Первая мировая война, окончание которой мы отмечали в ноябре 2018 года, просматривая передачи Евровидения, а кому повезло, видя все своими глазами…

Взрыв на реке Вилие

Рассказ человека, который не погиб во время Великой Отечественной войны, тогда как часть его, увы, так и остается "без вести пропавшей" по сей день, вместе с теми, кто тоже "без вести"... Иван Тимофеевич Кузнецов всю свою жизнь старался вернуть память павшим и себе...