В день 90-летия Валерия Николаевича Ганичева, давайте вспомним, еще раз оценим его заслуги, качества. Писатель, общественный деятель, ученый-историк (доктор исторических наук), организатор литературной жизни России в самые нелегкие времена.
В СССР и России он возглавлял важнейшие журналы, газеты, издательства (наверняка в статьях к юбилею их не раз перечислят). Родился на Новгородчине, рос в Омской и Полтавской областях, учился в Киеве, работал в Николаеве. Траектории его жизненных и служебных перемещений нанесенные на карту СССР выглядят словно нитки, которыми дополнительно прошивали уязвимые места, упреждая стирание, разрывы. Нитки, да и все прочие связи, дратвы-канаты не выдержали, так, что остается удивляться, как остро переживавший сей разрыв Ганичев ещё почти тридцать лет сохранял энергию, деятельную выдержку.
За русскую, русскоязычную Украину он держался до последнего. Пробужденное и организованное им живое, искреннее движение молодежи новороссийского города Николаева, влюбленной в русский флот, почитающего святого Федора Ушакова — общеизвестно. Мне довелось выступать в составе организованной Ганичевым писательской делегации в Харькове в декабре 2009 года, как раз накануне президентских выборов (тех что «Янукович-Ющенко»), во многих последующих встречах в Белгороде, Москве. Прибавлю свой голос ко многим свидетельствам: украинские писатели весьма уважали Валерия Николаевича, его слово. Не хочется и представлять, куда кого разбросало, что чувствовал бы Валерий Ганичев сегодня.
Весьма утяжеляло его четверть-вековую миссию председателя Союза писателей России то, что линии разрывов не просто было описать вроде: «патриоты-космополиты, почвенники-западники…». Споры и дробления множились, как в знаменитом пророческом сне Раскольникова, завершающем «Преступление и наказание».
Добродушие, незлопамятность Валерия Николаевича признают во всех литературных станах, становищах. Возможно, сама его донкихото-подобная фигура снижала накал конфликтов, но интересна и «технология примиренчества». Мне об этом рассказала председатель Союза писателей Якутии поэт Наталья Харлампьева. Якутские просторы умиротворяюще действовали, вдохновляли Глазкова, Бродского, Евтушенко. В этом ряду совсем невероятно, оказался и Андрей Вознесенский. Позже он признал: «Известно, мы с Валерием Николаевичем состоим в разных, что ли партиях, но он неоднократно протягивал мне руку помощи в тяжелых случаях».
Самый тяжелый из тех его «случаев»: выход «Метрополя», опала. И Валерий Ганичев не с бутылкой же пришел утешать, «примирять» Вознесенского. Он его отправил в спасительную командировку в Якутию. Вернулся тот посвежевший, ободренный, с новой поэмой. Позволил себе это отступление потому что тут вспомнился и Гоголь «По России надо проездиться», и опыт с рождения проездившегося по стране Ганичева, которым он поделился с опальным поэтом.
Рискну утверждать, что объединил Валерий Николаевич и свою собственную судьбу, причем, объединил вокруг фигуры безупречной. Имею в виду объединение усилий Ганичева-писателя («Росс непобедимый» и весь корпус его исторических романов), Ганичева-ученого, историка и Ганичева – влиятельного общественного деятеля, а фигура, стержень объединения: святой праведный воин Феодор (Ушаков), адмирал флота Российского.
Игорь Шумейко