В схватке. Книга вторая

К читателю

На данном историческом этапе развития общемировых социально-политических процессов, апогеем которых явилось заранее спланированное разрушение Советского Союза, есть острая необходимость в объективном всестороннем высвечивании перед мировой прогрессивной общественностью зловещего механизма подрыва социалистической системы антинародными силами изнутри при координации и финансировании их целенаправленных действий глобальным суперимпериализмом, цепко и безраздельно управляемым ныне вездесущим и ненасытным сионизмом. При этом должен быть четко обозначен мерзкий образ гнусного, коварного врага, приведшего нас к роковой черте. Высвечивание этого зловещего механизма даст возможность и в будущем быть готовым к отпору новых агрессивных попыток закабаления свободолюбивых народов. Знание многовековой враждебной нам дьявольской технологии ползучей оккупации независимых государств позволит выработать стратегию и тактику борьбы с общемировым злом, заранее разгадывая и пресекая античеловеческие происки непримиримого классового и национального врага.

Этой цели будет служить книга Вадима Цекова. В ней остро обнажена навязанная нашей стране идеологическая борьба, захлестнувшая Советский Союз, представлены вероломные государственную систему, народовластие, весь уклад советской жизни.

В книге убедительно показывается, как подкармливаемые из-за кордона, эти силы шли в наступление: проникали в коридоры власти, захватывали средства массовой информации, целенаправленно дестабилизировали экономику и политический климат социалистического государства.

ВОЗМУЩЕНИЕ РАВВИНА НАКАНУНЕ ВОЗМЕЗДИЯ

На последней книжной ярмарке в Москве ко мне подошел раввин хоральной синагоги и сказал:

– Я прочитал вашу тысячестраничную книгу «В схватке», регулярно читаю также ваши зубодробительные, разоблачительные опусы в периодической печати и с возмущением, категорически, решительно отвергаю настырно, последовательно внедряемое вами в сознание масс утверждение, что будто бы только наши люди и великий Советский Союз развалили, и трудовой народ этой страны привели к роковой черте. Все это абсурд, бессмыслица и нелепость! Со всей ответственностью заявляю: ваше утверждение противоречит истинной, документированной правде жизни! Без осознанного пособничества нам со стороны представителей коренной, государствообразующей нации этой страны – русских – мы бы сами по себе, можно сказать, в одиночку, не смогли бы так успешно приблизиться к заветной нашей цели в этой стране и справиться с поставленной перед нами нашими мудрейшими праотцами задачей.

«О, это что-то новенькое в трактовке исторических событий в нашей стране конца ХХ в.», – подумал я, разглядывая свисающие у ушей священнослужителя пейсы и его широкополую черную шляпу. И тут же спросил раввина:

– У вас есть на сей счет весомые доказательства?

– Да сколько угодно! – воскликнул раввин. – Но, прежде всего, замечу, что численность наших людей в стране Советов к 1980-м годам не составляла и полпроцента от общего количества граждан, проживающих в СССР. И, естественно, с таким мизерным составом наших людей в этой стране, повторяю, мы бы никогда самостоятельно не разрушили гигантскую социалистическую пирамиду. Хотя мы и отлично понимали с самого начала, что сама централистская природа Советского государства, вертикальная иерархия правящей в этой стране КПСС позволяла при захвате всего нескольких руководящих высот контролировать весь его колоссальный монолит. И если этот захват осуществлялся подобранными нами абсолютно лояльными к нам деятелями, то контроль над этой страной сводился бы лишь к поэтапному эффективному её разрушению с использованием существующих структур власти и передачи под наше полное владычество…

– Под «абсолютно лояльными» к вам деятелями вы имеете в виду Горбачева, Яковлева, Шеварнадзе? – прервал я раввина.

– Не только! – сказал раввин. – Для реализации наших обширных планов требовались исполнители и рангом пониже. В целом же подсобила нам и обеспечила полный успех в этой стране на данном историческом этапе сознательная, я бы сказал даже, изобретательная активно-пассивная реакция верховодов СССР на наши вожделенные устремления окончательно целиком и полностью закабалить Русь.

«Нагловатое заявление священнослужителя!» – подумал я и спросил раввина:

– Что же это за сознательная, да еще к тому ж изобретательная «активно-пассивная реакция верховодов СССР» на ваши устремления?

– О, это уникальное явление, охватившее верхние властные слои страны Советов на исходе ХХ века! – оживленно подхватил раввин. – И сводилась эта самая активно-пассивная реакция разных уровней верховодов СССР к тому, что они не только подчеркнуто сами не сопротивлялись нашему племенному напору, но и сдерживали порыв других стремившихся нам противодействовать. А между тем каждый из верховодов на своем посту внёс лично свою весомейшую, неоценимейшую лепту в нашу историческую победу в этой стране! И потому всем им безмерная благодарность.

– И много ли выявилось таких вот волонтеров, взявшихся охотно подсоблять вам в развале Советского Союза? – поинтересовался я.

– Скажу откровенно: им несть числа! – сказал раввин.

– А если говорить поконкретнее? – вставил я, а сам подумал: «Неужели раввин выдаст политических деятелей кремлевской элиты советской поры, оказавших услугу просионистским силам в развале страны Советов и о предательстве которых советские граждане лишь строили и строят до сих пор догадки?»

– Что ж, – промолвил раввин, – сейчас уже можно открыто говорить о конкретных фактах пособничества влиятельных русачков нашему движению. И характерно, что почти все они выходцы из трудовой, рабоче-крестьянской среды. Принципиальнейший Егор Кузьмич Лигачев, к примеру, родился в семье крестьянина и познавать окружающий мир начал с деревни Дубинкино Новосибирской области. Добрейший, чистейшей души Иван Кузьмич Полозков – потомственный крестьянин из сельской глубинки Курской области. Милейший Владимир Александрович Крючков начал трудовой путь разметчиком на сталинградском заводе «Баррикады». Рассудительнейший Анатолий Иванович Лукьянов родился в рабочей семье и изначально был рабочим смоленского завода «Арсенал». Эрудит в высшей степени и высшего порядка Леонид Владимирович Шебаршин – потомок сапожников из Марьиной Рощи Москвы. Трудовые корни также у кузбассовца порядочнейшего, интеллигентнейшего Вадима Викторовича Бакатина… И так далее, и тому подобное…

«Ишь ты, какая осведомлённость раввината! – подумал я. – И как скрупулезно изучается им подноготная своих пособников!»

– Какую же «лично свою весомейшую, неоценимейшую лепту» в вашу «историческую победу в этой стране» внес каждый из названных вами известнейших политических деятелей? – спросил я.

– Извольте! – сказал раввин. Готов вас просветить! И начну хотя бы с того же Лигачева. Но прежде всего для ясности скажу несколько слов о Ельцине. Дело в том, что Борисом Николаевичем Ельциным мы заинтересовались еще в пору его трудовой деятельности в строительстве после окончания им в Свердловске политехнического института. Человек неординарный, гигантского телосложения, дерзновенен, груб и вероломен. К тому ж в Ельцине нам были симпатичны и некоторые детали его происхождения. И наши люди пришли к единодушному заключению, что человек с бульдожьей хваткой может и должен нам служить, не оставаться на Урале и быть в Москве, в центре грядущих исторических событий, у нас под руками. Ответная благосклонная реакция Ельцина на наши предложения не заставила себя ждать, и план перемещения будущего первого президента России из Свердловска в Москву посредством использования организационных структур КПСС вступил в стадию практической реализации. Но для этого сделать надо было многое. Ельцину предстояло и срочно стать членом КПСС, и проникнуть в обком партии, и взять там планку не ниже первого секретаря, а потом уже и готовиться к прыжку с Урала на Старую площадь Москвы. И для осуществления этой обширной многоходовой программы действий кто только нами не был задействован! Кто только из центрального аппарата ЦК КПСС не был подключён к проталкиванию нашего протеже на вершину партийной вертикали! Вплоть до таких влиятельнейших политбюровцев, как Кириленко, Андропов, секретарь ЦК КПСС Рябов и многие, многие другие лица такого же высокого партийного ранга… Но особенно успешно, результативно сработал и справился с поставленной нами задачей многоопытный функционер партии, секретарь ЦК КПСС Лигачёв. И тут надо сказать, что в середине 1980-х годов с легкой руки генсека Горбачева и его ближайшего сподвижника по оргвопросам секретаря ЦК КПСС Лигачёва в Советском Союзе была учинена кадровая чехарда. Повсюду, к нашему удовольствию, всех прежних первых секретарей обкомов, крайкомов, райкомов КПСС заменили на вторых секретарей… А потом уже и их выбросили из кресел первых секретарей, усаживая туда тех, кто под руку попадется… Но сбрасывать нашего протеже – первого секретаря Свердловского обкома КПСС Ельцина на политическую обочину великодушный Лигачёв не стал. В середине апреля 1985 года он привёз Ельцина в Москву на должность заведующего отделом строительства ЦК КПСС. За такую успешно проведенную операцию Лигачёв тут же был поощрен повышением в партийной иерархии: он стал полновесным членом Политбюро ЦК КПСС даже без кандидатского стажа. Прибывший же для освоения столицы Ельцин тоже с ходу по партийным чинам стал набирать обороты и даже догонять Лигачёва. В июле 1985 года Ельцин уже секретарь ЦК КПСС. А прошло ещё полгода, и Ельцин стал кандидатом в члены Политбюро ЦК КПСС…

«Интересно, как бы отнёсся к такому разоблачительному монологу раввинчика сам грозный Егор Кузьмич Лигачёв?» – мелькнула у меня мысль.

Между тем мой нежданно-негаданно объявившийся собеседник продолжал:

– Когда же 29 мая 1990 года подоспели выборы председателя Верховного Совета РСФСР, неоценимую услугу нам оказал покладистый Полозков – вожак фракции коммунистов в российском парламенте. Имея все шансы быть избранным председателем Верховного Совета РСФСР от доминирующей фракции коммунистов, Полозков уважил нашу просьбу и неожиданно для своей фракции и всей страны снял в последний момент свою кандидатуру с голосования в пользу Ельцина. Так в мае 1990 года Ельцин наконец получил для своих действий по развалу СССР абсолютный стратегический и тактический простор. Но и благородный поступок Ивана Кузьмича Полозкова не остался незамеченным. Полозков тут же был поощрён: получил повышение в партийной иерархии. На очередном съезде КПСС Полозков, так же как до этого Лигачёв, без кандидатского стажа, сразу стал полновесным членом Политбюро ЦК КПСС.

Слушал я раввина и думал: «Как всё же тщательно сионисты анализируют происходящие в стране поселения события, как стремятся приблизиться к властным лицам приютившей их страны, втереться к ним в доверие и вовлечь в сферу своих интересов! Как, наконец, дотошно накапливают, систематизируют и монтируют компрометирующие этих лиц факты! И все это проделывается лишь для того, чтобы при необходимости, в нужный для себя момент прицельно выстрелить в попавших на сионистский крючок фигурантов-пособников поражающим залпом компромата!»

– А вклад председателя КГБ СССР Крючкова – руководителя так называемого передового вооружённого отряда КПСС – в нашу историческую победу в этой стране ещё более весомый и до сих пор недооценён! – продолжал раввин. – Во-первых, Крючков подсобил нам тем, что в бурные августовские дни 1991 года не арестовал Ельцина. А во-вторых, в ночь с 20 на 21 августа 1991 года в кабинете председателя КГБ СССР Крючкова было принято судьбоносное для страны Советов решение.

– Какое же это «судьбоносное решение» было принято в кабинете Крючкова? – спросил я.

– В ту ночь, – сказал раввин, – на совещании в КГБ СССР принималось окончательное решение о штурме Дома Советов, где засели ельцинисты. И происходило это так. Председатель КГБ СССР Крючков в 00 часов пригласил к себе в кабинет заместителей председателя КГБ СССР Агеева и Прилукова. Там были заместитель председателя Совета Обороны СССР Бакланов, член Политбюро, секретарь ЦК КПСС Шенин, заместитель председателя КГБ СССР Грушко, начальник управления охраны КГБ СССР Плеханов. Очень скоро подъехали генералы Ачалов, Варенников, Громов. Позицию кагэбистов не штурмовать «Белый дом» поддержали все. Все вместе стали убеждать Бакланова и Шенина отказаться от операции штурма. Крючков решительно заявил, что тоже против операции. Варенников и Ачалов успокаивали Бакланова и Шенина, говорили, что ещё не всё потеряно, что завтра нужно вести переговоры мирным путем. Все с облегчением вздохнули: штурма «Белого дома» не будет. Лишь Бакланов и Шенин, потрясённые предательством, выглядели подавленными происшедшим. Крючков сказал Агееву о необходимости задержания Попова и Лужкова. Но всем показалось, что он говорит это исключительно для Бакланова и Шенина…

«Да, – подумал я, – память на детали событий в стране поселения у раввина отменная!»

– Говоря же об августовских днях 1991 года в Москве, – проговорил раввин, – нельзя не отметить важнейшую роль, которую сыграл для нас председатель Верховного Совета СССР Лукьянов. Все мы в напряжении ожидали, что он незамедлительно соберёт народных депутатов в Москве для принятия кардинальных решений по защите Советской власти в стране. Тем более что в его распоряжении были все рычаги государственного управления, в том числе и транспортные средства, позволяющие доставить народных избранников в Москву в пределах полусуток. Но мудрый Лукьянов не стал форсировать события и 19 августа подписал постановление о созыве внеочередной сессии Верховного Совета СССР аж 26 августа 1991 года. Ну, а до 26 августа мы сполна управились! Лучшего нам подарка не сделал бы и Горбачев! Зато Лукьянов оперативно, без задержки сработал, когда 22 августа 1991 года от него потребовалось поставить подпись под постановлением Президиума Верховного Совета СССР «О даче согласия на привлечение к уголовной ответственности и арест народных депутатов СССР Бакланова, Стародубцева, Балдина, Варенникова и Шенина»…

«Ловко приложил священнослужитель маститого юриста Лукьянова – однокашника Горбачева!» – отметил я про себя.

– А что касается начальника внешней разведки КГБ СССР Шебаршина, сказал раввин, – то он вообще блестяще справился с отведенной ему ролью в августовские дни 1991 года. Назначенный возвратившимся из Фороса Горбачевым только на сутки временно исполнять обязанности председателя КГБ СССР, Шебаршин проявил завидное рвение, профессиональную сноровку и оперативность. Как сейчас помню: 22 августа 1991 года в 15 часов Горбачев подписал указ о назначении Шебаршина исполняющим обязанности председателя КГБ СССР. А 23 августа, опять же в 15 часов, Горбачев отстранил Шебаршина от этих обязанностей. Свершить же Шебаршину в течение суток предстояло архиважное: деятельность партийных организаций КПСС в системе советской госбезопасности должна быть запрещена. И разумно, расчетливо Шебаршин распорядился отведенным ему временем! В сложнейшей политической ситуации, в дни бушующей политической бури в стране и ограниченный жесткими временными сроками умница Шебаршин не стал действовать с кондачка. Поостерегся он ломать через колено коммунистические воззрения норовистых генералов центрального аппарата КГБ СССР. Вероятность же того, что генералы – коммунистические ортодоксы, прослышав о предстоящей департизации гозбезопасности, вздыбятся, была огромная! И как истинный разведчик Шебаршин, всё взвесив и рассчитав до мелочей, решил прежде всего психологически деморализовать и нейтрализовать неуправляемых генералов-ортодоксов. Но как это проделать, Шебаршин ещё не знал. А тут, надо же случиться такому совпадению, на площадь Дзержинского молодой депутат – демократ Станкевич привел возбуждённую, буйную толпу ельцинистов, призывающих немедленно скинуть памятник первому чекисту. Естественно, разведчик-аналитик Шебаршин сразу оценил важный смысл происходящего на площади и пришел к выводу, что это как раз то, что ему сейчас и нужно. Ставка Шебаршина на сбрасываемый с пьедестала чекистский символ – железного Феликса – была абсолютно правильной! С низвержением наглядного символа могущества советской госбезопасности деморализовывались и противники её департизации. Ибо происшедшее с памятником Дзержинскому не могло не произвести на генералов – коммунистических ортодоксов угнетающего впечатления. А уверовав в неотвратимость развития таких вот предстоящих событий, Шебаршин все оставшиеся часы первого дня своего пребывания на посту председателя КГБ СССР до самой ночи посвятил исключительно обеспечению надежной безопасности митингующих ельцинистов на площади Дзержинского и проводимого ими важного мероприятия по демонтажу памятника железному Феликсу. И, прежде всего Шебаршин приказал начальнику комендантской службы ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах не применять оружия!.. Но любознательному Шебаршину очень хотелось и лично понаблюдать, как будет протекать процедура публичной казни первого чекиста в современном исполнении. Окна же кабинета председателя КГБ СССР в новом здании выходили во двор, снаружи в кабинет глухо доносился лишь гул буйствующей толпы, и Шебаршину не было видно, что происходит вокруг здания. Поэтому ему пришлось пройти по подземному переходу в старое здание на пятый этаж, в свободный кабинет первого заместителя председателя КГБ СССР Агеева, окна которого выходили на площадь Дзержинского. Кстати, все начальники аппарата КГБ СССР загодя к тому времени были Шебаршиным распущены по домам…

Площадь Дзержинского была слабо освещена. И по просьбе организаторов митинга Шебаршин тут же распорядился включить прожектора на здании комитета: мол, не трогайте нас, видите, какие мы сознательные… Стоя же поздно вечером у окна кабинета на пятом этаже старого здания КГБ, выходящего на площадь Дзержинского, и с упоением наблюдая, как взревели краны, зашумела толпа, вспыхнули сотни блицев и как крепко схваченный канатами за шею железный Феликс повис над площадью, а под чугунной шинелью обозначилась смертная судорога чугунных ног, Шебаршин, говорят, даже с чувством промолвил: «Не за то дело отдали свою первую, земную жизнь, Феликс Эдмундович? Посмертно ответили за прегрешения потомков?»

А на другой день пребывания Шебаршина в роли главы КГБ СССР, 23 августа в 10:30, на совещании руководящего состава комитета произошло то, что, как и предполагалось, должно было произойти. После случившейся накануне экзекуции на площади Дзержинского весь управленческий генералитет центрального аппарата КГБ СССР выглядел сникшим. И Шебаршин лишь для порядка, открывая совещание, задал присутствующим контрольный вопрос: мол, все ли видели сегодня с утра площадь Дзержинского? И оказалось, что все видели, вопросов ни у кого нет, ясность полная. Потому сразу же пришли к согласию, что необходимо запретить деятельность партийных организаций КПСС в системе госбезопасности. Ни одного голоса не было против, ни одного воздержавшегося, даже секретарь «большого парткома» Назаров тоже был «за». Тут же подготовили приказ по КГБ СССР и циркулярную телеграмму: конец партийной организации КПСС в системе госбезопасности… И вопрос департизации КГБ СССР был закрыт!.. Вот таким добрым молодцем оказался в роковой для страны Советов час испытаний потомок сапожников из Марьиной Рощи, славный советский разведчик генерал-лейтенант Шебаршин!

– Но если советский разведчик генерал Шебаршин с таким вот усердием лил воду на вашу мельницу, милейший, то почему в августовские дни 1991 года посадили его в кресло председателя КГБ СССР лишь на сутки? – сказал я.

– На больше нельзя было! – отмахнулся раввин. – Как-никак, Шебаршин – наш враг, хоть, может, и бывший… В нашу задачу входило выжать из него все возможное, размазать, измочалить, скомпрометировать навсегда в глазах сотоварищей-чекистов и выбросить на свалку!.. А 23 августа 1991 года пост председателя КГБ СССР уже занял другой, ещё более смышлёный и покладистый, генерал Вадим Викторович Бакатин, который для начала тут же передал нашим друзьям-американцам особо секретные чертежи расположения подслушивающих жучков во вновь построенном здании посольства США. В октябре же 1991 года Бакатин и вовсе ликвидировал КГБ СССР…

«И к чему же, в конечном итоге, ведёт этот велеречивый господин?» – мелькнула у меня мысль, и я решил напрямик спросить его об этом.

– А зачем вы мне всё это подробно говорите? – прервал я раввина.

– Затем, дорогой мой, – сказал раввин, – чтобы подробностями доказательно и окончательно убедить вас в том, что без пособничества нам со стороны влиятельных, властных русачков в этой стране мы бы сами по себе не смогли справиться с задачами по развалу Советского Союза, которые стояли перед нами в конце ХХ века! И вы должны внести уточнения в свои воззрения на события и факты, связанные с развалом СССР. Приписывать нам чужих заслуг в этом направлении не надо. В этом совершенно нет никакой необходимости! У нас на сей счет предостаточно своих племенных наработок!.. С другой стороны, вы же сами видите и слышите, что сейчас творится в этой стране, как нагнетается негатив в наш адрес! Каждый день, каждый час и слева, и справа звучит только одно: «Революция! Революция! Грядёт беспощадная революция обездоленных сионистами трудовых масс!..» И мы хотим, чтобы всё окончилось справедливым, документированным разбирательством, без какой-либо предвзятости! Чтобы высокий суд не только нашим людям, но и всем нашим пособникам-подельникам воздал «по серьгам»!.. Ведь вы же тоже всегда выступаете за справедливость!

– Вы так печётесь обо всех своих соплеменниках? – спросил я.

– Нет! – парировал раввин. – Не обо всех!.. Большинство наших разумных людей – реалисты-прагматики. Они не только умеют учитывать подлинные условия борьбы, не только считаются с возможностями и трудностями, но и, отлично зная историю этой страны, уже успели сделать всё, что всегда необходимо сделать нашим людям в преддверии предстоящего социально-политического взрыва в стране нашего поселения. Вот и сейчас, коль нам не удалось заполнить сердца и души русских, наши люди готовы покинуть Россию. Такое в нашей мировой практике уже не раз бывало. В том числе и в России! Мы, кстати, всегда готовы уйти от гнева и ненависти коренного народа страны нашего пребывания, уйти туда, где нас примут в расчёте оживить экономику нашими капиталами. И уходим мы из страны пребывания не бедными и больными, а здоровыми и богатыми. Деньги же – это наши ноги! Мы смещаем свой центр тяжести туда, куда предварительно переведены наши деньги, наш капитал. Что именно так и проделали уже предусмотрительные наши реалисты-прагматики: миллиардеры и миллиардерши, миллионеры и миллионерши… Все присвоенные ими здесь богатства они уже превратили в евродоллары и перекачали их за пределы этой непредсказуемой страны. И мы за них спокойны! Тем более что почти все они обзавелись собственными летательными аппаратами, и в случае социально-политического вспучивания в этой стране добраться им до нового места своего поселения за считанные часы не составит проблем…

А вот наши так называемые романтики рубля и доллара нас очень беспокоят! Никакой не чувствуют они себе угрозы в нынешней России! Живут беспечно, как в дивном, счастливом сне, ничего опасного для себя не замечают, наслаждаются прихваченной роскошью, поглощены сибаритством и гурманством, думают, что так вести себя в этой стране им позволят до бесконечности, и продолжают лишь ещё больше состязаться между собой в беспредельном накопительстве, уверовав в постулат: мол, всё, что русские имеют сегодня – это всё наше в их временном пользовании, и взять у них то, что нам завещано Богом – это наша задача!.. Так вот за этих беспечных наших так называемых романтиков, увлёкшихся в этой стране беспредельным обогащением, мы обеспокоены! И обеспокоены потому, что в роковой для них час во время социально-политического всплеска трудовых низов в этой стране многие из них могут должным образом не сориентироваться и не успеть убраться восвояси из этой страны. Так что им, этим несчастным романтикам, за всех и вся отдуваться и нести ответственность перед революционным трибуналом за содеянное с Советским Союзом? Причем не только за себя и за всех своих соплеменников, но и за пособников-русачков? Разве это справедливо? Возмездие же тоже должно быть справедливым! И я крайне возмущен тем, что может произойти в грядущем!..

– Короче, вы хотите, – прервал я велеречивого раввина, – чтобы революционный трибунал трудового народа, который будет судить разрушителей Советского Союза, учёл бы и пособнические деяния названных вами шести фигурантов?

– Не только этих шести! – в сердцах воскликнул раввин. – Мы пойдем до конца в разоблачении наших пособников-подельников! Мы незамедлительно дополнительно представим вам исчерпывающие сведения обо всех влиятельных фигурантах-русачках, основательно подсобивших нам своими действиями в разрушении Советского Союза. Мы даже засветим вам персонально тех наших пособников из руководства Московского горкома и Центрального комитета КПСС, которые запретили коммунистам в августовские дни 1991 года митинговать и устраивать манифестации против нас… Ну, а что касается всякой там должностной партийно-советской мелкоты рангом пониже, оказавшей нам разнообразные конкретные услуги по подрыву устоев Советской власти в этой стране, то пусть её, эту самую мелюзгу-шушеру, выявляет уже ваш революционный трибунал!

И бросив фразу: «До встречи!», – раввин удалился.

10.03.06 г.

Запоздалая явка с повинной

О событиях августа 1991 г.

Казалось бы, что по прошествии стольких лет, отделяющих нас от роковых августовских событий в Москве в 1991 г., все уже основное по сему поводу сказано, учтено, персонифицировано, написано и опубликовано. Ан нет!

Встречаю днями знакомца – преуспевающего ныне банкира, а в недавнем прошлом генерала из центрального аппарата КГБ СССР, весьма близкого к высшему руководству сего в прошлом всемогущего ведомства великой державы, на безбедное содержание которого трудовой народ не жалел никаких средств.

Внешне отставной генерал-аппаратчик выглядел вполне благополучным: холеное лицо, дорогой костюм, ухоженные руки. А в глазах были тревога, боль и озабоченность.

– Последнее время, глядя на то, что творится вокруг, места себе не нахожу… – проникновенно произнес генерал, как бы поясняя свое душевное состояние. – И больше всего одолевают меня угрызения совести, сознание преступно не выполненного долга перед Родиной. Ведь мы – так называемый передовой вооруженный отряд КПСС – клялись жизнью защищать первую в мире страну Советов. А сдали ее многовековому, исконному врагу без единого выстрела. Да еще, к стыду и позору своему, на глазах у бедствующего трудового народа. Используя профессиональные навыки и связи, бросились в бизнес и приватизацию недвижимости вплоть до явочных служебных помещений… и вот я принял решение прояснить людям о том, как это все случилось…

– А что, есть неизвестные факты? – поинтересовался я.

– Для простого люда – да! – последовал ответ. – И для начала надо прояснить, как и когда свершилось величайшее в истории человечества предательство – осознанно добровольная, без единого выстрела сдача Советского Союза его исконному врагу – просионистским силам.

– И когда же произошел этот постыдный акт? – спросил я.

– В ночь с 20 на 21 августа 1991 года в кабинете председателя КГБ СССР Крючкова.

– И это в тот момент, когда члены ГКЧП пылко призвали граждан Советского Союза осознать свой долг перед Родиной! – возмущенно воскликнул я.

– В ту ночь на совещании в КГБ принималось окончательное решение о штурме Дома Советов, где засели псевдодемократы-ельцинисты, – продолжил генерал. – А происходило это так. Председатель КГБ Крючков в 00 часов пригласил нас, генералов, с заместителем председателя КГБ Агеевым к себе. Там были заместитель председателя Совета обороны СССР Бакланов, член Политбюро, секретарь ЦК КПСС Шенин, заместитель председателя КГБ Грушко и начальник управления охраны КГБ генерал Плеханов. Очень скоро подъехали генералы Ачалов, Варенников, Громов. Нашу позицию не штурмовать «Белый дом» поддержали все. Все вместе стали убеждать Бакланова и Шенина отказаться от операции штурма. Крючков решительно заявил, что тоже против этой операции. Варенников и Ачалов успокаивали Бакланова и Шенина, говорили, что еще не все потеряно, что завтра нужно вести переговоры мирным путем. Все с облегчением вздохнули: штурма «Белого дома» не будет. Но Бакланов и Шенин, как мне показалось, остались в расстроенном, подавленном состоянии. Крючков сказал Агееву о необходимости задержания Попова и Лужкова. Но мне показалось, что он говорит это исключительно для Бакланова и Шенина… Кстати, об этом историческом совещании в КГБ СССР в ночь с 20 на 21 августа 1991 года, окончательно предательски решившем судьбу страны, никогда и нигде ни единым словом не было упомянуто в средствах массовой информации. Потому как при этом полностью разрушается вброшенная в массы идеологическая концепция о том, что будто бы в Советском Союзе победила демократическая революция и социализм развалился сам по себе. А на самом деле это был контрреволюционный переворот. И кремлевская власть нашим врагам была передана без единого выстрела

– Это в принципе по-иному высвечивает ход событий, – произнес я.

– Любопытна и ситуация, сложившаяся в те исторические августовские дни 1991 года в верхнем эшелоне ЦК КПСС, – сказал генерал. – Как известно, 19 августа 1991 года в 10 часов 50 минут Секретариат ЦК КПСС направил из Москвы шифрограмму. В ней говорилось:

«ЦК компартий, райкомам, крайкомам, обкомам КПСС В связи с введением чрезвычайного положения примите меры по участию коммунистов в содействии Государственному комитету по чрезвычайному положению в СССР… О Пленуме ЦК и других мероприятиях сообщим дополнительно». А 22 августа, когда ельцинисты, ликуя, отмечали свою «победу», в стенах того же Секретариата ЦК КПСС была срочно сотворена верноподданническая новому режиму официальная бумага, подписанная многими членами Политбюро и секретарями ЦК КПСС, гулявшими тогда на воле. В этой бумаге сказано: «Текст шифрограммы Секретариата ЦК КПСС от 19 августа 1991 г. был составлен на основе дезинформации, сообщенной участникам Секретариата ЦК о состоянии здоровья Генерального секретаря и обстоятельств введения чрезвычайного положения. Текст не отражал всех соображений, высказанных участниками Секретариата при обсуждении данного вопроса, и был передан для срочной отправки на места. С учетом изложенного считать текст шифрограммы от 19 августа 1991 г. недействительным».

– Оперативно сработано горбачевскими выдвиженцами! – заметил я. – И кто подписал сию бумаженцию?

– Дзасохов, Лучинский, Семенова, Фалин, Калашников, Мельников, Гиренко, Манаенков, Строев, Купцов и другие. В курсе этой холуйской «портянки» был и второй человек в КПСС, премудрый Ивашко.

– Этот факт тоже до сих пор никому не ведом! – сказал я.

– Не по-офицерски повел себя в те же исторические августовские дни 1991 г. и наш председатель КГБ Крючков, находясь в следственном изоляторе «Матросская тишина», – продолжил генерал. – Уже 25 августа 1991 г. Крючков успел написать покаянное письмо Горбачеву из «Матросской тишины» – Генерал достал из папки бумагу и зачитал: – «Уважаемый Михаил Сергеевич! Огромное чувство стыда – тяжелого, давящего, неотступного – терзает постоянно. Позвольте объяснить Вам буквально несколько моментов. Когда Вы были вне связи, я думал, как тяжело Вам, Раисе Максимовне, семье, и сам от этого приходил в ужас, в отчаяние. Какая все-таки жестокая штука эта политика! Будь она неладна. Хотя, конечно, виновата не она. 18 августа мы последний раз говорили с Вами по телефону. Вы не могли не почувствовать по моему голосу и содержанию разговора, что происходит что-то неладное. Я до сих пор уверен в этом. Короткие сообщения о Вашем пребывании в Крыму, переживаниях за страну, Вашей выдержке (а чего это стоило Вам!) высвечивали Ваш образ. Я будто ощущаю Ваш взгляд. Тяжело вспоминать об этом. За эти боль и страдания в чисто человеческом плане прошу прощения. Я не могу рассчитывать на ответ или какой-то знак, но для меня само обращение к Вам уже стоит чего-то. Михаил Сергеевич! Когда все это задумывалось, то забота была одна – как-то помочь стране. Что касается Вас, то никто не мыслил разрыва с Вами, надеялись найти основу сотрудничества и работы с Б.Н. Ельциным. Кстати, в отношении Б.Н. Ельцина и членов российского руководства никаких акций не проводилось. Это было исключено. В случае необходимости полагали провести временное задержание минимального числа лиц – до 20 человек. Но к этому не прибегли, считали, что не было нужды. Было заявлено, что в случае начала противостояния с населением операции немедленно приостанавливаются. Никакого кровопролития. Трагический случай произошел во время проезда дежурной военной машины БМП по Садовому кольцу. Это подтвердит следствие. К Вам поехали с твердым намерением доложить и прекращать операцию. По отдельным признакам уже в Крыму мы поняли, что Вы не простите нас и что нас могут задержать. Решили доверить свою судьбу Президенту. Войска из Москвы стали выводить еще с утра в день поездки к Вам. Войска в Москве просто были не нужны. Избежать эксцессов, особенно возможных жертв, – было главной заботой и условием. С этой целью поддерживали контакты. У меня, например, были контакты с Г. Поповым, Ю. Лужковым, И. Силаевым, Г. Бурбулисом и, что важно, многократно с Б.Н. Ельциным. Понимаю реальности, в частности, мое положение заключенного, и на встречу питаю весьма слабую надежду. Но прошу Вас подумать о встрече и разговоре со мной Вашего личного представителя. С глубоким уважением и надеждами В. Крючков».

– Не менее интересно и письмо заключенного под стражу председателя КГБ Крючкова своему преемнику Бакатину, – сказал генерал и зачитал другую бумагу: «Уважаемый Вадим Викторович! Обращаюсь к Вам как к Председателю Комитета госбезопасности СССР и через Вас, если сочтете возможным довести до сведения, к коллективу КГБ со словами глубокого раскаяния и безмерного переживания по поводу трагических августовских событий в нашей стране и той роли, которую я сыграл в этом. Какими бы намерениями ни руководствовались организаторы государственного переворота, они совершили преступление. Разум и сердце с трудом воспринимают эту явь, и ощущение пребывания в каком-то кошмарном сне ни на минуту не покидает. Осознаю, что своими преступными действиями нанес огромный ущерб своей Отчизне, которой в течение полувековой трудовой жизни отдавал себя полностью. Комитет госбезопасности ввергнут по моей вине в сложнейшую и тяжелую ситуацию. Мне сказали, что в КГБ СССР была Коллегия, которая осудила попытку государственного переворота и мои действия как Председателя КГБ. Какой бы острой ни была оценка моей деятельности, я полностью принимаю ее. Очевидно, что необходимые по глубине и масштабам перемены в работе органов безопасности по существу и по форме еще впереди. Уважаемый Вадим Викторович! После всего происшедшего, да и в моем положении заключенного, считаю в моральном отношении не вправе обращаться к коллективу органов безопасности, доверие которого не оправдал, с просьбой о каком-либо снисхождении. Но убедительно прошу не оценивать всю мою жизнь только по августу 1991 г. С уважением В. Крючков. 24 августа 1991 г.»

– Уму непостижимо! И это он пишет патологическому предателю – антисоветчику, главному разрушителю госбезопасности страны?!

– А вот фрагменты из записей министра обороны СССР Язова в «Матросской тишине», – продолжил генерал, извлек из папки еще одну бумагу и зачитал ее: «23 августа 1991 г. – пятница. Всему конец, имею в виду собственную жизнь. Утром снял мундир Маршала Советского Союза. Поделом! Так и надо. Чего добивался? Прослужив 60 лет, я не отличил от политической проститутки себя – солдата, прошедшего войну… 24 августа 1991 г. Слушаю в одиночной камере радио о событиях 19, 20, 21 августа в Москве. Понял, как я был далек от народа. Сформированное мнение о развале государства, о нищете – я полагал, что это разделяет народ. Нет, народ не принял нашего Обращения. Народ политизирован, почувствовал свободу, а мы полагали совершенно обратное. Я стал игрушкой в руках политиканов!..»

– Выходит, псевдодемократам, – вставил я, – с этими безвольными генералами фантастически повезло. Они оказались худшими из худших для единственной в мире страны Советов! Будучи на их месте, псевдодемократы лучше бы для себя не сделали! Воистину испоганила выродившаяся капээсэсовская верхушка сталинскую систему подготовки и расстановки кадров!

– Это уж точно! – согласился мой собеседник.

– И что вы собираетесь предпринять? – спросил я.

– Прежде всего довести до сведения трудового народа имеющиеся в моем распоряжении документальные факты, высвечивающие истинный ход событий в роковое для нашей страны время, – сказал генерал. – И, конечно, пусть даже и запоздало, явиться с повинной головой к своему народу. Хотя, как вы сами понимаете, прощения предателям-клятвопреступникам за измену Родине – нет! Но я буду с трудовым народом, поднимающимся на борьбу за воссоздание великой державы!

Выслушал я запоздалое откровение генерала и подумал: а ведь нашей стране грозит новая опасность! Та немалая прослойка беспринципных номенклатурщиков, которая вольготно прохиндействовала при Советской власти, а затем плавно приспособилась к новому режиму, сегодня в очередной раз готова сменить свою идеологическую оболочку, влиться в народно-патриотическую оппозицию и примазаться уже к новой грядущей власти. И надо сделать все, что от нас зависит, чтобы этого не случилось!

Судя же по всему, в лагере перевертышей и приспособленцев, а попросту, по рабоче-крестьянски говоря, – КОЛЛАБОРАЦИОНИСТОВ пошли конвульсии агонии? и потому впопыхах они спешат рядиться в тогу патриотов. А это верный знак того, что наш трудовой народ устремлен к последней схватке с оккупационным режимом накануне своей неотвратимой Победы!

Откровения бывшего аппаратчика ЦК КПСС

Поразительная метаморфоза произошла с моим давнишним знакомцем из аппарата ЦК КПСС Моисеем Соломоновичем Зенковичем с тех пор, как не видел его с августа 1991 г.

В советские времена при любых социально-политических катаклизмах в стране Зенкович всегда был невозмутимо спокойным, подобострастно предупредительным, сосредоточенно задумчивым, с извечной грустью в глазах навыкате и с неизменной многозначительной фразой в устах, произносимой тишайшим голосом в узком кругу: «Все идет к лучшему в этом лучшем из миров».

И вдруг днями случайно встречаю на улице Зенковича и не узнаю. Со скромнейшим Моисеем Соломоновичем произошло превращение. Его словно подменили: взбодренный такой, улыбчивый, лоснящийся от сытости и снисходительно посматривающий на окружающих, еще больше оттопырив нижнюю губу не совсем классических форм.

– Как поживаете, Моисей Соломонович? – поинтересовался я, разглядывая бывшего цековца в новом облике.

И первое, что услышал от Зенковича, была его излюбленная, сакраментальная фраза:

– Все идет к лучшему в этом лучшем из миров!

Но произнес он эту фразу, в отличие от прошлого, громко, задиристо, гордо вскинув голову и глядя куда-то вдаль.

– И откуда такой оптимизм? – просил я.

– А почему ему, этому самому оптимизму, и не быть, когда мы стоим на пути достижения нашего всемирного могущества и власти? – с улыбкой снисходительного превосходства на одутловатом лице на вопрос вопросом ответил Моисей Соломонович и торжественно добавил: – То, о чем раньше мы только тайно мечтали, уже находится в наших руках. А те твердыни, перед которыми мы веками раньше стояли униженные и оскорбленные, теперь рушатся под напором наших сплоченных любовью к своей вере национальных сил… Когда мы да Бог захочет сделать, то уж будет так, как нужно! Это я вам говорю!..

– И всегда так бывает? – не без сарказма произнес я.

– Во всяком случае, с Россией все реализуется точно по нотам! – приподнято изрек Зенкович.

– Коль вы заговорили о нотах, то, значит, есть и партитура закабаления России? – сказал я.

– Естественно, естественно! – подхватил Зенкович. – И мы из этого ныне секрета не делаем! У нас уже наступил долгожданный ренессанс!.. Конечно, мы победили русских в этой стране не в открытой борьбе. Но в любом случае это наша победа! А иным способом мы никогда и не побеждали. И я получаю в данный момент истинное наслаждение, заявляя вам с гордостью о нашем ренессансе. Горд я и тем, что мне наконец не надо унижаться, лицемерить, хитрить, лукавить и лгать, как в бытность свою в ЦК КПСС. Мы достаточно веками намолчались и натерпелись, чтобы сейчас во весь голос всем сказать, кто мы есть и что мы сделаем с этим миром. Больше того, мы теперь открыто гордимся своим иудейским происхождением, своими ветхозаветными корнями и во всеуслышание торжественно провозглашаем: «Бог завещал нам владеть миром, и мы им владеем!»

«Что ж, – с чувством брезгливости подумал я, – послушаю откровения политического гаденыша!»

– Теперь о «нотах» действий нашего движения, – бодро продолжил Зенкович. – Да, партитура стратегии покорения народов всего мира нашим ветхозаветным сионистским движением была безукоризненно прописана древними мудрейшими нашими праотцами еще тысячи лет тому назад. А вот партитуры современной тактики действий нашего движения применительно к специфике отдельных субъектов мирового сообщества писались лидерами сионизма попозже и по мере назревшей необходимости… В том числе и по России! Большой вклад в осовременивание ветхозаветных теоретических выкладок наших древних сионистских мудрецов и разработку тактики нашего движения в XX веке внес первый Всемирный сионистский конгресс, прошедший в 1897 году в швейцарском городе Базеле.

– И какая же тактика действий была избрана сионистами для закабаления России? – прервал я Зенковича.

– Видите ли, – распаляясь, надменно проговорил Моисей Соломонович, – лидеры сионистского движения в конце XIX века отлично сознавали, что царская Россия будет для них крепким орешком. И потому кончать с царским режимом и захватывать необъятные просторы России целиком и полностью наши люди решили поэтапно, последовательно манипулируя диаметрально противоположными идеологиями. Не засвечивая при этом, естественно, тонкостей своей собственной сионисткой идеологии и устраивая в стране всемерный хаос.

– И какие же это этапы захвата России планировались? – интересуюсь я. – Что за манипуляции с идеологиями на ее территории предусматривались?

– На первом из этапов, – продолжил Зенкович, – решено было начать разрушение Российской государственности путем компрометации стержневой, традиционной в России православной идеологии и вытеснения ее из сознания народных масс коммунистической идеологией, привнесенной извне на территорию России и популяризируемой нами к тому времени среди местного населения… Благо большинство газет в царской России уже тогда были в наших руках… Ну, а дальше все складывалось для нашего движения не так уж плохо! Реальную власть в России в октябре 1917 года захватили большевики-коммунисты. Срочно нашим людям надо было решать, как действовать дальше. И тогда в Москву беспрепятственно съехались наиболее влиятельные сионисты со всего мира и постановили: коль власть в России в обозримом будущем будет принадлежать коммунистам, то надо без промедления идти в их ряды и включаться в многотрудную, тяжелую работу подрыва этой власти изнутри, цинично используя коммунистическую идеологию, государственные и партийные структуры в своих целях. Благо, что к этому времени и в партию большевиков удалось внедрить немало наших людей. А с прибытием в Россию Троцкого со своим кагалом наши позиции в руководящих структурах страны значительно укрепились. А если говорить точнее, то почти все высшие посты в большевистской власти были захвачены нами. И если бы тогда, в 1917 году, у нас под руками были в наличии не местечковые безграмотные, да еще к тому же безгранично алчные кадры, то уже тогда мы бы могли перехватить у большевиков-коммунистов абсолютную власть в России. Короче, у нас тогда не хватило критической массы!.. Между тем наш тогдашний полный контроль над силовыми ведомствами позволил немедленно приступить к реализации первейшей задачи. А конкретнее, к замене национальных русских кадров на наших ставленников. Тем более что нам удалось почти сразу же после октября 1917 года протолкнуть через верхушку власти беспрецедентное в мировой юридической практике постановление, что за малейшее проявление юдофобии теперь можно было вполне законно ставить гражданина к стенке и пускать в расход на страх остальным…

«Это же сколько такой вот расистской мерзости внедрилось в ЦК КПСС после смерти Сталина!» – с возмущением подумал я.

Зенкович, еще более распаляясь, продолжал:

– Так, клеймя Православие, прославляя коммунистические идеи и расправляясь с русскими, мы во всех сферах жизни в послереволюционной России брали все новые и новые рубежи, проталкивая, где только можно, наших людей на вершину власти. И однозначно можно сказать, что сегодняшнюю политико-социальную ситуацию в этой стране после августа 1991 года мы могли бы получить еще в 1930-е годы. Ведь все шло планомерно к этому в России при НЭПе. И уже в начале 1930-х годов можно было бы законодательно восстановить и частную собственность на средства производства, и землю со всеми полезными ископаемыми под видом распродажи пустить в наши руки, одновременно внедряя в еще незрелое массовое сознание бухаринский лозунг: «Обогащайтесь!..» Но беспощадная самодержавная рука Сталина каленой железной метлой вымела из политической жизни страны таких, казалось бы, несокрушимых, суперзвезд нашего движения, как Троцкий, Каменев, Зиновьев, Бухарин и многих, многих других. Выкорчевать же всех сионистов из России даже Сталину не удалось. И наши люди в то время с особой остротой поняли, в чем наша сила.

– И в чем же эта ваша сила? – спросил я.

– Наши люди поняли, – ухмыльнулся Зенкович, – что наша сила – в нашем единстве, в нем залог наших успехов, наше спасение и процветание. Что многие народы погибли в рассеянии, потому что у них не было четкой программы действия и чувства локтя. Мы же благодаря обостренному веками расовому чувству прошли через века и народы, сохранились, приумножились и окрепли. Что единство – это цель, оно же и средство к достижению нашей великой цели! Поняли наши люди и то, что надо формировать свои национальные кадры. Что кадры решают все. Что кадры сегодня – это наше завтра. И потому решено было, что каждая лаборатория, каждая кафедра, каждый институт должны стать кузницей наших национальных кадров. Что надо готовить еврейскую молодежь принять эстафету поколений. Что пусть каждое поколение русских сталкивается с нашей эшелонированной обороной. Что для этого необходимо как можно раньше выдвигать на руководящие должности наших молодых людей, доказывая их зрелось и гениальность. Что пусть пока это и не совсем так, но они дозреют на должности. Что в преемственности поколений – наша сила, наша стабильность, наше бессмертие… Поняли наши люди, что в интересах нашего движения мы должны проповедовать и возбуждать среди темной массы крестьян и рабочих партийную вражду и ненависть, побуждая к междоусобице классовой борьбы, к истреблению культурных ценностей, созданных христианскими народами, заставлять русских слепо идти за нашими преданными еврейскому народу сионистскими вождями. Мы уже тогда понимали, что достигаем заветной цели, но нам необходимо соблюдать осторожность, дабы не давать врагам нашим поводов к возмущению против нас, ибо вековечный наш враг рабская Россия, уничтоженная, оплеванная, опозоренная самим же русским племенем, гениально руководимым представителями сынов Израиля, может восстать против нас самих… И мы поклялись, что заставим плакать Россию слезами горя, нищеты и национального унижения. Что врагам нашим не должно быть пощады. Что мы без жалости должны уничтожить всех лучших и талантливейших из них, дабы лишить рабскую Россию ее просвещенных руководителей и этим самым устранить возможность восстания против нашей власти. В итоге мы должны изъять из собственности народов страны Советов земли, недвижимость и духовные ценности. А наш пароль – сила и лицемерие!

– И как же реализовывалась сионистская программа в Советском Союзе? – еле сдерживая себя, поинтересовался я.

– Главное, что предопределило наш успех – это информированность! – вальяжно произнес Зенкович. – Наши люди всегда информируют друг друга обо всем, что может представить нам вред или пользу. Ибо информация – это святая святых! А деньги, кадры и информация – три кита, на которых зиждется наше благополучие! Для того же, чтобы выполнить нашу главнейшую задачу – удержать мир в наших руках, наши люди держали в своих руках средства пропаганды и информации: печать, радио, телевидение, кино. Проникали в аппарат партийного и государственного управления. Вокруг любого вопроса нахраписто формировали общественное мнение с учетом наших национальных интересов. Из любого пустяка делали проблему, а из проблемы – пустяк. Ни один общественный процесс наши люди не пускали на самотек. Если же он не приносил нам пользу, спускали его на тормозах или направляли его против врагов наших – русских. И, естественно, любое эпохальное начинание возглавляли наши люди, чтобы вести его в нужном направлении… Мы одурачили, одурманили и развратили русскую молодежь посредством воспитания в заведомо для нас ложных, но нами внушенных принципах и теориях… Наши люди создавали свои коллективы и этими коллективами выталкивали русских, помня, что все высокооплачиваемые, влиятельные, прибыльные должности – это наши должности, это наш национальный доход. И помнили при этом, что все, что имеем мы – это наше средство к достижению большего. А все, что русские имеют сегодня – это все наше в их временном пользовании и взять у них то, что нам завещано Богом – это наша задача. Потому наши люди, с одной стороны всегда и везде говорили и поступали уверенно, напористо и агрессивно, обескураживающе и ошеломляюще, придерживаясь принципа: «больше шума и словесной мишуры, больше непонятного и наукообразного». Пусть, мол, русские ломают головы в поисках рациональных зерен в наших идеях, пусть ищут в них то, чего там нет. Завтра мы дадим новую пищу их примитивным мозгам. Ведь неважно, что вы говорите – важно, как вы говорите, и ваша самоуверенность будет воспринята как убежденность, амбиции – как возвышенность ума, манера поучать и поправлять – как превосходство… даже когда русские уговаривают друг друга быть осторожными, умеренными и гибкими по отношению к нам. Даже когда они осторожно сдерживали наш натиск, мы действовали решительно и быстро, ставя их всегда перед свершившимся фактом. Наши люди никогда не ослабляли натиск. Чем жестче было сопротивление русских, тем значительнее были наши издержки и тем выше должны были быть наш доход и наши накопления… А с другой стороны, наши люди играли на сердоболии русских. Изображали из себя бедных и несчастных, вызывали к себе жалость и симпатию, распускали слухи о народе – вечном страдальце, о гонениях в прошлом и дискриминации в настоящем. Ибо тактика «бедного еврея» проверена тысячелетиями! Пусть русские имеют меньше нас, все равно они всегда помогут иметь нам больше. Ведь в генетическом коде русских – быть благодетелями и покровителями!.. Но наши люди и не упускали случаев гасить в зародыше любые попытки противопоставить нас обществу, и уничтожали антиеврейские тенденции в самом начале, в каком бы виде они ни возникали. Тем же русским, кто пытался разоблачить нас, клеился ярлык антисемитов. А произведения, раскрывающие сионистскую стратегию и тактику и представляющие евреев в дурном свете, нашими людьми скупались, похищались, уничтожались и не допускались к переизданию.

Двойственное, противоречивое, мягко говоря, чувство овладело мною, когда я слушал расистские откровения распоясавшегося Зенковича. С одной стороны, было желание оборвать сионистского мерзавца порезче, развернуться и уйти. А с другой, хотелось дослушать оголтелого расиста. Ведь он, бахвалясь, вещал о том сокровенном, чем руководствуются в своих действиях его соплеменники – сионисты. И хотелось до самого конца узнать, какие идеологические постулаты вбили им в мозги их древнейшие праотцы.

– Под особым же неустанным контролем нашими людьми держался каждый шаг влиятельных и перспективных русских, – с напором продолжал Зенкович. – Если не удавалось блокировать и «засушить» молодых и перспективных русских, наши люди делали их управляемыми. Привлекали их в свои компании, создавали вокруг них плотное кольцо еврейского окружения, лишали их контактов и знакомств помимо нас. Подсовывали и вынуждали их жениться на еврейских женщинах и только после этого открывали им «зеленую улицу». Помогая таким русским, мы вносили вклад в дело нашей еврейской общины. Сожительство с еврейской женщиной – это один из способов вовлечения талантливых русских в сферу нашего влияния и сферу наших интересов.

«Что ж, дослушаю эту расистскую мразь до конца, – подумал я, – и своими наводящими вопросами вытряхну из этой сионистской твари все его паскудное нутро!» – и прервал Зенковича вопросом:

– Как же ваши соплеменники поступали с непокорными, упрямыми, которые не хотели склонить головы перед заявленным вами превосходством, не хотели работать на вас и противодействовали вашей практике?

– Таких людей с их упрямой идеей национального достоинства, – брызжа слюной, сказал Зенкович, – мы тут же компрометировали под любым предлогом, по любому поводу, ополчались против них всеми имеющимися средствами. Пока они были одиноки, им было не устоять против нашего коллективизма, против нашего натиска. Пусть они даже тысячу раз правы в своих мелочах – все равно они виноваты, мешая нам. Мы взывали к общественности и администрации, тащили их в партком, милицию, если можно – в суд. Обвиняли их в нарушении принципов братства и обязательно интернационализма. Эффективность этих приемов проверена многими нашими поколениями. Главное обвинить. Пусть они оправдываются. А тот, кто оправдывается – уже наполовину виноват!

– И что же дальше? – спросил я.

– Так десятки лет, – продолжал Зенкович, – наши люди провели под «крышей» коммунистический идеологии, всемерно скрывая от русских свои истинные цели и намерения. За это время мы многого достигли и в подготовке своих национальных кадров, и в захвате ими ключевых властных должностей во всех сферах жизни этой страны, и, главное, в подрыве устоев советской власти. Но к середине 1980-х годов нас уже не устраивало то, что стало твориться в этой стране. Многие из русских патриотов уже разгадывали наш коварный замысел увлечь в трясину могучий Советский Союз. И нельзя было позволить им, русским патриотам, оттеснить нас от власти и экономически вознестись этой стране. А такая возможность у страны Советов еще была! Потому наши люди решили: либо наш порядок, либо полная дезорганизация. Ибо там, где хотят обойтись без нас, должен быть хаос. И мы все должны делать, чтобы беспорядок продолжался до тех пор, пока измученные аборигены, отчаявшись, не попросят нас взять власть в свои руки и обеспечить им спокойную жизнь. Аборигены должны работать под нашим руководством и приносить нам пользу. Тот, кто не приносит нам пользы, должен быть нейтрализован. Вне наших интересов нет общественной пользы! Тот, кто не с нами – тот против нас! Око за око! Зуб за зуб! Так учил наш Моисей, так жили наши предки. Так будем жить мы!.. И потому в конце 80-х годов XX века нами было принято решение под прикрытием так называемых реформ учинить в стране снова всемерный хаос и разрушить Советский Союз целиком и полностью. А для этого было решено лишить его прежде всего государствообразующего стержня – коммунистической идеологии. И опять же не обошлось без нашей манипуляции идеологиями.

– То есть? – бросил я.

– Поясняю, – сказал Зенкович, – в конце 1980-х годов была успешно применена все та же ранее нами апробированная методика манипулирования диаметрально противоположными идеологиями. Не засвечивая при этом, естественно, тонкостей своей собственной, сионистской идеологии. На этот раз мы поступили наоборот: скомпрометировали коммунистическую идеологию и предприняли все возможное для вытеснения ее из сознания народных масс православной идеологией. В успехе мы не сомневались! На практике в очередной раз убедились: любую идеологию можно навязать любому народу, если знать методу и приступить к делу с энергией и хладнокровием… И наши люди с начала 1990-х годов теперь уже под «крышей» православной идеологии, и по-прежнему всемерно скрывая от русских свои истинные цели и намерения, устремились любым способом, в том числе и криминальным, стать собственниками славянской земли и владельцами русских предприятий. Всячески помогая друг другу, правдами и неправдами, иудеи проникали прежде всего в управление финансовых, информационных, правоохранительных и других государственных структур, где «управляли» в интересах своих общин и кланов, получая стабильное жалование и статус неприкасаемых государственных чиновников…

– И чего же вы достигли? – спрашиваю Зенковича.

– Многого!.. – подчеркнуто протянул Зенкович. – Мы владеем сейчас в этой стране всем: экономикой, финансами, недрами, средствами массовой информации… наши люди в этой стране получили в частную собственность любую недвижимость, имеют двойное-тройное гражданство… Под нашим жестким контролем сейчас и силовые ведомства этой страны, обязанные защищать нашу частную собственность и охранять нас. Но, к сожалению, за последние полтора десятка лет нам так и не удалось в этой стране достичь необходимой скорости вымирания русских, до сих пор не удалось дожать, измотать их, выбить из их сознания русский дух и вытравить ностальгию по коммунистическому прошлому. Короче, нам не удалось поставить их на колени и поработить…

– И что из этого всего следует? – не унимался я.

– А то, что в любой момент в России может произойти протестный социально-политический взрыв обнищавших русских! – в сердцах воскликнул Зенкович. – Этого мы допустить не можем! Слишком уж наши люди засветились перед коренным населением своим безмерным скоропалительным обогащением и презрением ко всему русскому. И такой поворот событий в России грозил бы им полнейшим крахом.

– Что же вы собираетесь предпринимать?

– Упредить социально-политический взрыв в России! – сказал Зенкович.

– Каким образом? – спрашиваю его.

– Впустить коммунистов на время в Кремль, – пояснил Зенкович. – Пусть они попытаются поуправлять страной, не имея приводных властных вожжей, и своей немощью окончательно скомпрометируют себя и свою коммунистическую идеологию. Коммунисты в Кремле не смогут нажимать на кнопки. Кнопки будут у нас! Ведь ныне в России в наших частных руках уже все приводные вожжи экономики, финансов, средств массовой информации, под нашим абсолютным контролем ходят силовики, да еще к тому же мы успели навязать стране через нами управляемую Госдуму законы, защищающие исключительно наши интересы. И потому, даже если коммунисты войдут в Кремль и восстановят Советскую власть, – это будет сугубо временная акция. При отсутствии у коммунистов реальных рычагов управления экономикой, финансами, средствами массовой информации и силовиками они продержатся в Кремле не более года! И мы снова на белом коне въедем в Кремль, как в августе 1991-го. Но после этого нашего реванша в России мы уже не оставим русских в покое пока не доведем всех их до необходимой кондиции!

– Что значит «до необходимой кондиции»?

– Это значит, что мы должны довести каждого из русских до состояния полнейшей покорности нашему владычеству! – размеренно произнес Зенкович. – И момент полного признания нашей абсолютной власти над русскими наступит тогда, когда русские, измученные неурядицами и несостоятельностью своих правителей, нами подстроенной, воскликнут: «Уберите их и правьте нами! Дайте нам одного вашего самодержавного правителя, который объединил бы нас и уничтожил причины раздоров – границы национальности, религии, который бы дал нам мир и покой, которых мы не можем найти с нашими правителями и депутатами». Но вы сами отлично понимаете, что для возможности всероссийского выражения подобных желаний необходимо беспрестанно мутить в этой стране отношения народа и правительства, чтобы переутомить всех разладом, враждой, борьбой, ненавистью и даже мученичеством, голодом, прививкой болезней, нуждою, чтобы русские не видели другого исхода, как прибегнуть к нашему денежному мешку и полному владычеству… Если же мы дадим передышку русским, то желательный момент едва ли когда-нибудь наступит.

– Как вы все это проделаете? – интересуюсь.

– Комплексом мероприятий, – последовал ответ.

– Именно? – спрашиваю его.

– Прежде всего тем, – набирая обороты, продолжил Зенкович, – что возьмем окончательно общественное мнение в этой стране в свои руки и поставим его в недоумение, высказывая с разных сторон столько противоречивых мнений и до тех пор, пока русские не затеряются в лабиринтах и не поймут, что лучше всего не иметь вообще никакого мнения в вопросах политики, которых обществу не дано ведать, потому что ведает их лишь тот, кто руководит обществом… Затем для успеха нашего управления русскими мы настолько размножим народные недостатки – дурные привычки, страсти, правила общежития, чтобы никто в этом хаосе не мог разобраться и русские вследствие этого перестали бы понимать друг друга. Эта мера еще послужит к тому, чтобы посеять раздор во всех патриотических партиях, разобщить все коллективные силы русских, которые еще не хотят нам покориться, обескуражить всякую личную инициативу русских, могущую сколько-нибудь мешать нашему делу. Ибо нет ничего опаснее личной инициативы: если она гениальна, она может сделать более того, что могут сделать миллионы людей, среди которых мы посеяли раздор. Мы направим воспитание русских так, чтобы перед каждым делом, где нужна инициатива, у них опускались бы в безнадежном бессилии руки. Всем этим мы так утомим русских, что вынудим их предложить нам абсолютную власть, руки которой будут протянуты во все стороны, как клещи, при такой колоссальной организации, что она не может не покорить весь народ… Короче, применяя наши принципы, обращая внимание на характер народа, в стране которого мы находимся и действуем, и шествуя в применении их осторожно, мы увидим, что не пройдет и десятка лет, как самый упорный характер изменится, и мы зачислим русский народ в ряды уже покорившихся нам.

Я развел руками и сказал:

– Как же вы поступите с Православием?

– Как положено после окончания бенефисного спектакля, – ухмыльнулся Зенкович. – Цветы на долгую память, прощальный поцелуй… Как говорится, поиграли и хватит. Освободите сцену для других.

– Что же будет с вашим Путиным? – спросил я.

– Путин – это детали, – махнул рукой Зенкович.

– Ничегошеньки из всего этого у вас, голубчик, не получится, – взорвался я. – Ишь как замахнулись! И с коммунистической идеологией хотите покончить, и с православной… Вы что, не знаете истории Руси? Не знаете, чем кончается в нашей стране оккупация для оккупантов?

При этих моих словах Зенкович вдруг преобразился: потускнел, помрачнел, поник… И предо мной предстал тот прежний, но одряхлевший, Моисей Соломонович в бытность своего пребывания в аппарате ЦК КПСС: подобострастно предупредительный, сосредоточенно задумчивый… Но в глазах навыкате у Зенковича была уже не извечная грусть, а затаенный животный страх.

Произошло же это с Зенковичем за какое-то мгновение.

– Ну что ж, если, конечно, так случится, – упавшим голосом протянул Зенкович, – если нам не удастся заполонить сердца и души русских, то мы покинем Россию, такое уже в нашей практике бывало… – и тут же, снова приободрившись, добавил: – Мы всегда готовы уйти от гнева и ненависти коренного народа страны нашего пребывания, уйти туда, где нас примут в расчете оживить экономику нашими капиталами. Периодическая смена стран пребывания в поисках более благоприятных условий существования является частью нашей стратегии. В этом заключается символ «вечного жида» – Агасфера – неиссякаемого оптимиста и вечного странника. Но уйти из России мы должны, если надо будет, не бедными и больными, а здоровыми и богатыми. Деньги – это наши ноги. Мы смещаем свой центр тяжести туда, куда предварительно переведены наши деньги, наш капитал. Окрепнув материально в странах рассеянья, собрав с них свою дань, время от времени мы собираемся на земле наших предков для того, чтобы укрепить наш дух, наши силы, нашу веру в единство. Мы собираемся для того, чтобы снова разойтись. И так во все века!..

Я не стал дальше слушать Зенковича, резко развернулся и ушел.

– Ну, куда же вы? – донесся до меня надрывистый голос сиониста Зенковича. – Мы же не договорили!..

А час спустя в метро я увидел другого своего знакомца – активиста патриотических мероприятий со свернутым красным знаменем в руке, возвращавшегося с очередной протестной манифестации.

Я его хорошо знал по массовым митингам, съездам, конгрессам и пикетам. Он всегда к месту громче всех восторженно кричал «Ура!», когда провозглашался лозунг, прославляющий Советский Союз и не менее громко кричал «Позор!», когда с трибуны клеймились оккупанты-сионисты.

– Как прошло мероприятие? – спросил я знакомца.

– Да вы знаете, – устало промолвил он, потупив взор и поправляя свободной рукой окладистую бороду, – я так много последние годы хожу на все эти наши мероприятия, так много насмотрелся на наших нерешительных, многочисленных, амбициозных, хлипковатых партийных вожаков и так наслушался их пустоватых, безответственных, декларативных заявлений, что прихожу к мысли: пусть лучше Чубайс возглавит нашу страну! При его врожденной цепкой хватке, настырности, нахрапистости и неимоверной наглости он и порядок в стране наведет, и нам кое-что достанется…

«Ну вот, пожалуйста! – подумал я. – Один из русских патриотов на радость зенковичам уже доведен до необходимой для оккупантов-сионистов “кондиции”».

29.10.03 г.

ПЯТЬ ПРЕЦЕДЕНТОВ ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА

При очередной моей встрече с раввином хоральной синагоги, передавая мне дополнительные конкретные сведения о влиятельных властных партийно-советских русачках, активно подсобивших сионистскому движению в развале Советского Союза, визави говорит:

– А еще величайшую лепту в нашу историческую победу в этой стране в конце XX века внесла выросшая на вольготных партийно-советских хлебах дерзкая, алчная, мародерская поросль тутошних журналистов.

– То есть? – изумился я.

– Могу прояснить, – продолжил раввин. – В задачу наших людей в те исторические августовские дни 1991 года входило не только в конечном итоге водворить расхрабрившихся гэкачепистов в кутузку, но и попутно, как говорится, одним махом окончательно идеологически обескровить агонизирующую КПСС. Для этого надо было выпотрошить из КПСС остающиеся еще под ее влиянием и руководством печатные издания, в логотипе которых сохранился коммунистический лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» Наши люди с успехом провернули и эту подрывную операцию в отведенные жесткие сроки опять же изнутри самой КПСС. Как мы обычно и поступали традиционно везде последние две тысячи лет!

– И как вам это удалось? – спрашиваю его.

– Я всегда говорил и говорю: «Когда мы да наш Бог Иегова захочет сделать, то уж будет так, как нужно», – патетически провозгласил раввин и торжественно добавил: – И первым, кто в августовские дни 1991 года решился активно подсобить нам в реализации департизации советской печати, был сам главный редактор общественно-политического еженедельника Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза «Гласность» Изюмов.

– Изюмов? – не веря своим ушам, переспросил я. – Юрий Петрович?

– В голове не укладывается, как подобное могло случиться, – не унимаюсь. – Изюмов прошел многолетнюю, основательную, объемную коммунистическую закалку в различных партийных органах. После окончания факультета журналистики МГУ в 1955 году работал Изюмов и в редакции петрозаводской газеты «Ленинская правда», что была в Карельской АССР, и в «Московском комсомольце», и в «Пионерской правде», и в журнале «Молодой коммунист», и в «Вечерней Москве», и в еженедельнике «Литературная газета»… Был даже Изюмов ближайшим, доверенным помощником члена Политбюро ЦК КПСС Гришина, избирался депутатом Моссовета 4-го созыва… И вдруг такой реприманд неожиданный – такая гнусная идеологическая метаморфоза Изюмова…

– А чего вы удивляетесь? – ухмыльнулся раввин. – В критические, бурные дни развала Советского Союза на политическом небосклоне в этой стране всплыло немало прагматичных, напористых, изворотливых людей, мгновенно сообразивших, на кого им теперь надо делать ставку! И осознавших, что ныне нужно в открытую исповедовать не коммунистическую идеологию, а сионистскую!

– Нет, нет! – решительно заявил я. – Не могу поверить, чтобы кадровый номенклатурец ЦК КПСС Изюмов так вероломно предал коммунистические идеалы в роковой для страны Советов час испытаний!

– Я допускал мысль, что вы мне не поверите, – сказал раввин, – поэтому, отправляясь на встречу с вами, захватил из нашего архива документально неопровержимое доказательство мною сказанного в отношении Изюмова. – При этих словах раввин извлек из своего «дипломата» экземпляр еженедельника «Гласность» и, протянув его мне, продолжил: – Этот 37-й номер еженедельника «Гласность» вышел в свет сразу после того, как в августовские дни 1991 года гэкачеписты были водворены ельцинистами в следственный изолятор «Матросская тишина».

Я посмотрел на первую полосу еженедельника «Гласность», протянутого мне раввином. Да, действительно, из логотипа «Гласности» был убран коммунистический лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» Взглянул на выходные данные еженедельника и убедился, что оттуда были убраны строки: «Центральный Комитет Коммунистической партии Советского Союза».

– Обратите внимание, – сказал равнин, – гэкачеписты-коммунисты уже были в следственном изоляторе «Матросская тишина», а о них, об их аресте и дальнейшей трагической судьбе в еженедельнике – ни слова! И вообще весь этот 37-й номер еженедельника «Гласность» исполнен Изюмовым исключительно в доброжелательном, низкопоклонском духе к нашим людям, к нашему движению и в абсолютно пораженческом, деморализующем духе по отношению к советским коммунистам… А как искусно, целенаправленно Изюмовым нагнетается ситуация! Только поглядите: на первой странице, как видите, крупным планом изображены и фасад здания ЦК КПСС с уже водруженным власовским флагом при входе в центральный подъезд вместо скинутого оттуда красного знамени с пятиконечной звездой и серпом с молотом, и заблаговременно заготовленный устрашающий чистый бланк уведомления ЦК КПСС… На видном месте этой же первой страницы еженедельника Изюмов почему-то посчитал крайне важным и необходимым поместить и фотокопию какой-то непонятно куда и кому адресованной рукописной провокационной докладной Бурбулиса от 23 августа 1991 года. А по сути, публикуя в «Гласности» эту рукописную, непонятно откуда и кому адресованную докладную Бурбулиса, Изюмов создал из нее верноподданнический политический донос на своих соратников по взрастившей его с младенчества КПСС и целиком на всю многомиллионную коммунистическую партию.

В докладной же этой записке сказано: «В ЦК КПСС идет форсированное уничтожение документов. Надо срочно распоряжение Генсека – временно приостановить деятельность здания ЦК КПСС. Лужков отключил электроэнергию. Силы для выполнения распоряжения Президента СССР – Генсека у Лужкова есть. Бурбулис».

Я пробежал глазами по иллюстрациям первой страницы еженедельника и снова убедился: мой визави был совершенно прав и на этот раз.

Между тем, развернув еженедельник, раввин говорит:

– А вы поглядите, с каким пиететом, подобострастием и упоением в этом номере изюмовского еженедельника «Гласность» говорится о наших демократах-антисоветчиках! С каким почтением, например, представлен читателям член Верховного Совета РСФСР Серёга Юшенков! На полстраницы еженедельника Юшенков разразился по поводу возможных репрессий и «охоты на ведьм» со стороны новой власти, пришедшей на смену советской. Ибо он, Юшенков, «слышал призывы: расправиться с кем-то, выяснить едва ли не у каждого, чуть ли не по часам, кто чем занимался в те трагические дни и ночи». Видимо, Изюмова на этот момент этот вопрос крайне волновал, и он его считал весьма актуальным. Потому еженедельник и обратился за пространным разъяснением к этому политическому авторитету… А нашему вездесущему «златоусту» Гришке Явлинскому в этом номере еженедельника и вовсе поется осанна! Мол, 39-летний автор программы «500 дней» – «одна из важнейших фигур будущей экономической политики России. Как заместитель руководителя Комитета по оперативному управлению народным хозяйством СССР Явлинский является в настоящее время чем-то вроде главного реформатора и исполняющего обязанности министра экономики и финансов Советского Союза в одном лице».

– Позвольте, – прервал я собеседника, – а как все же насчет гэкачепистов? Неужели в самом деле в этом номере еженедельника «Гласность» ничего конкретно о них не говорится? Не упоминаются их фамилий, не сообщается, кого и когда арестовали ельцинисты? Ведь все эти гэкачеписты – вчерашние партийные начальники, покровители и благодетели того же Изюмова!

– Я же вам уже сказал, – воскликнул раввин, – в этом номере еженедельника «Гласность» не назван ни один из арестованных ельцинистами гэкачепистов. Больше того, в еженедельнике ни разу не упомянут даже сам Государственный комитет по чрезвычайному положению в СССР – ГКЧП, функционировавший в стране в августовские дни 1991 года! Видите ли, мéста для этого в еженедельнике не оказалось!.. Зато в угоду нам даже в этом номере еженедельника «Гласность» Изюмов не премил походя лягнуть Сталина, предоставив почти целую страницу для материала о том, как Сталин в августе 1946 года «не обошел отрицательными оценками вторую серию “Ивана Грозного” и режиссера С.М. Эйзенштейна…» А что качается августовских событий в Москве в 1991 году, то о них лишь вскользь в опубликованных в еженедельнике материалах вкраплены обрывки фраз, в которых гэкачеписты обзываются и «путчистами», и «хунтой…» Например: «…Хотя путч, по-видимому, готовился тщательно, действия заговорщиков выглядят довольно дилетантски…», или «…Москвичи сразу же почувствовали моральную слабость путчистов…», или «…Сейчас нередко можно услышать утверждения, что организатором, вдохновителем этого путча явилась КПСС…», или «…секретари ЦК, те, кто не связан с путчистами, по-прежнему молчат…», или «…Россияне во главе с Ельциным показали себя деятельными, энергичными. Они сумели организовать и отпор хунте…», или «…Номер от 22 августа не вышел, так как “Гласность” в ряду других изданий была запрещена путчистами…» И так далее, и тому подобное… В этой же тональности своеобразный итог событиям, происшедшим в Москве в августовские дни 1991 года, подвел и бывший член Политбюро ЦК КПСС Егор Лигачев в своем пространном интервью на полторы страницы еженедельника под заголовком «В руководстве партии не оказалось личностей». «В составе Секретариата, – сказал Лигачев, – не оказалось людей, которые могли быть названы личностями, политиками, трибунами… В прежнем составе Политбюро, хотя я не хотел бы сравнивать, было больше личностей. Разных. Но это были личности. Это были… Яковлев, Шеварднадзе, это был Лигачев, допустим…»

– Но возможно, – вставил я, – Изюмовым овладел испуг с приходом новой власти, а потому он и выпустил в свет такой вот верноподданнический вашему движению номер еженедельника «Гласность»?

Раввин ухмыльнулся и говорит:

– Пять прецедентов от испуга одним махом не сотворишь! Их можно создать при полнейшей осмысленности, осознанности происходящего вокруг и личной готовности идти ва-банк на все в проявлении искренней симпатии антикоммунистическому строю!

– А вы полагаете, что, выпустив в свет 37-й номер еженедельника «Гласность» за 1991 год, Изюмов сотворил сразу именно целых пять прецедентов? – спросил я.

– Конечно же! – воскликнул раввин.

– И какие это прецеденты? – поинтересовался я.

– Ну, о первом прецеденте Изюмова я уже говорил! – продолжил раввин. – Свершил его, этот свой первый прецедент, славный ловкач Изюмов тогда, когда в очередном 37-м номере еженедельника «Гласность» сразу после ареста гэкачепистов ельцинистами в августовские дни 1991 года, самочинно убрал из логотипа вверенного ему Центральным Комитетом КПСС общественно-политического еженедельника «Гласность» коммунистический лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» Тут же, в этом 37-м номере «Гласности» Изюмов свершил и второй свой прецедент! На последней странице еженедельника в его выходных данных он выкинул крупным шрифтом набранные строки: «Учредитель – Центральный Комитет Коммунистической партии Советского Союза. Издательство ЦК КПСС «Правда». Так вот беспардонно, цинично, публично главный редактор «Гласности» Изюмов решительно отмежевался от учредителя и издателя еженедельника – ЦК КПСС, дав недвусмысленно понять читателям, кто ныне полновластный хозяин еженедельника с деидеологизированным логотипом! Сохранение же за собой идеологически откорректированного прежнего логотипа печатного издания было третьим прецедентом Изюмова!.. А дерзкое, мародерское оприходование партийной капээсесовской собственности Изюмовым было осуществлено даже несмотря на то, что в своем интервью, опубликованном в том же 37-м номере еженедельника «Гласность», первый заместитель управляющего делами ЦК КПСС Мишин четко сказал: «Комиссия ведет работу по инвентаризации имущества партии. КПСС как собственник не поручала нам его передачу на баланс других организаций…» И тут надо сказать, что по состоянию на август 1991 года в Советском Союзе еще никто не решался посягать на общепартийную, общенародную собственность. Это потом уже, с позволения Ельцина и взяв себе на вооружение с успехом ранее отработанные Изюмовым прецеденты, ушлые и ловкие на руку ребята стали вовсю грабастать народное добро, прихватывая себе заодно и популярные в массах логотипы – торговые марки оприходованного, выпотрошив из них идеологическую начинку. Так впоследствии по такому же образу и подобию родились и антикоммунистический, русофобский, маркзахаровский театр «Ленком», нынешняя антисоветская, местечковая газета «Комсомольская правда» и многие, многие другие мародерски прихватизированные, «ничейные» средства массовой информации, учреждения культуры, фабрики и заводы, колхозы и совхозы…

– И каковы же остальные прецеденты, свершенные Изюмовым? – спросил я.

– Четвертый прецедент Изюмова состоял в том, – пояснил священнослужитель, – что едва успев смародерствовать у ЦК КПСС «Гласность», он тут же стал чернить и охаивать прежнего собственника еженедельника. Что было не в традициях обычных, ординарных практикующих мародеров… И, наконец, пятый прецедент, сотворенный Изюмовым, – это разрушение стереотипа почтительности к своим бывшим покровителям и благодетелям по службе. Ведь в правящей партии страны было даже общепринято, что при упоминании в разговоре того или иного благодетеля, продвинувшего тебя по властной вертикали, надо было обязательно предварять произношение имени и отчества такой вот важной, почитаемой персоны словами: «добрейший», «милейший», «чистейшей души», «честнейший…» и т.д., и т.п. А тут вдруг: черная неблагодарность! Вчерашних своих благодетелей и покровителей по ЦК КПСС Изюмов позволил на всех страницах своего еженедельника оскорбительно обзывать «путчистами», «хунтой»… И это при всем при том, что еще даже и следствие ельцинистов по так называемому делу гэкачепистов не началось!..

– Нельзя же все вот так валить на одного Изюмова, – прервал я раввина, – ведь среди авторов возглавляемого им еженедельника «Гласность» были и люди с высшим политическим образованием – дипломированные выпускники Академии общественных наук при ЦК КПСС! Почему же они тогда, в августовские дни 1991 года, не попридержали Изюмова в его верноподданнических рвениях к новому, просионистскому режиму, идущему на смену Советской власти?

– А это лишь доказывает то, – сказал раввин, – что и в Академии общественных наук при ЦК КПСС, в этой кузнице руководящих партийных кадров, в угоду нам была заблаговременно поставлена на поток подготовка идеологов высшей квалификации, готовых к адекватному, спокойному восприятию грядущих кардинальных перемен в Советском Союзе, реализуемых в этой стране нашим движением.

– Но ныне-то, – не унимался я, – в логотипе редактируемого Изюмовым еженедельника «Гласность» красное знамя изображено на ширину полосы. Есть на знамени том и пятиконечная звезда, и серп, и молот. А восстановленный в логотипе «Гласности» коммунистический лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» набран даже еще более крупным шрифтом!

– Ничего удивительного! – парировал раввин. – При нынешнем нарастании протестного движения обездоленных трудовых масс в этой стране даже наш знаменитый олигарх Ходорковский, отбывающий сейчас наказание в колонии, публично заявляет, что у него наметился мировоззренческий «левый поворот». Вот и в логотипе всё проделано, как всегда, в духе времени! А на поверку, если прямо спросить Изюмова, какая идеология потеснила на постсоветском пространстве идеологию коммунистическую, то он ничего не скажет. Ни за что публично Изюмов никогда и нигде не заявит, что коммунистическую идеологию на постсоветском пространстве потеснила сионистская идеология! Вы можете сами в этом убедиться!

Я последовал совету раввина, тут же набрал номер телефона Изюмова, включил громкую связь и спросил:

– Какая все же, по вашему мнению, идеология потеснила на постсоветском пространстве коммунистическую идеологию?

– А никакая! – истерически взвизгнув, вскрикнул Изюмов.

– Убедились? – хмыкнул раввин. – Вот так-то, мой хороший друг!.. В дальнейшем вы получите полнейшую информацию обо всех партийно-советских идеологах разных рангов, изрядно подсобивших нам в развале Советского Союза. Не пощадим мы при этом, естественно, и тутошних хищных, прохиндействующих политиканов – журналюг!.. Хотя, конечно, мы безусловно, признательны всем категориям бывших советских граждан за их услуги нашему движению в развале страны Советов и искренне радуемся их нынешнему процветанию в коммерческих фирмах, банках, средствах массовой информации и во всех властных структурах. Но мы не допустим, чтобы наши многочисленные услужливые пособники увильнули от ответственности, когда нашим людям будет реально грозить в этой стране какая-либо опасность. Повторяю, мы не допустим, чтобы при грядущем социально-политическом взрыве трудовых низов в этой стране за развал Советского Союза перед революционным трибуналом отвечали только лишь наши люди, увлекшиеся в этой стране беспредельным обогащением, притупившие бдительность, не сумевшие должным образом сориентироваться и не успевшие вовремя убраться восвояси из этой непредсказуемой державы. Ведь не должны же эти наши люди, по своему легкомыслию недооценившие грозящую им опасность в этой стране и случайно задержавшиеся в ней, отдуваться и за себя, и за всех остальных своих соплеменников, успевших с оприходованным ими богатством этой страны своевременно отсюда унести ноги, и за наших услужливых пособников-русачков! Справедливость требует: если уж в судный час за содеянное со страной Советов на скамью подсудимых попадут наши соплеменники, то пусть на эту же скамью подсудимых сядут и наши пособники-подельники из аборигенов!

Бросив фразу: «До встречи!» – раввин удалился.

23.06.06 г.

В поисках идеологических оборотней

Легковесны все же суждения иных наших сограждан, оскорбительно безосновательно обзывающих налево и направо известнейших людей идеологическими оборотнями.

Вот, к примеру, встречаю днями своего давнего знакомца – велеречивого профессора, и едва зашла речь о политической ситуации на постсоветском пространстве, как он тут же запальчиво, с ожесточением выпалил:

– Достали меня все эти наши идеологические оборотни! Злости не хватает!

– Кого вы имеете в виду? – спрашиваю.

– Известно кого! – воскликнул профессор. – Тех, которые и при Советской власти процветали, чувствуя себя, как вареники в сметане, а с захватом Кремля просионистскими силами еще с большим успехом жируют при антинародном, оккупационном режиме.

– А при чем тут «идеологические оборотни»? – спросил я.

– Но разве все они не таковы?

– Ничего общего! – твердо произнес я.

– То есть? – взвыл профессор. – Поясните!

– Видите ли, – сказал я, – еще граф Лев Николаевич Толстой в своих произведениях пришел к выводу, что все человечество испокон веков состояло и состоит из особей двух разновидностей. Первая из них – люди, живущие только для нужды своей, только брюхо набивают. Вторая – люди, живущие не для брюха, а для души, для правды. И практически в каждом поступке и действии представителей этих двух разновидностей объективно проявляется их истинная сущность. И еще граф Толстой пришел к выводу, что если добро имеет причину, оно уже не добро; если оно имеет последствия – награду, оно – тоже не добро. Стало быть, добро вне цепи причин и следствий…

– А при чем тут Толстой и его выводы? – высокомерно бросил профессор.

– А при том, – говорю ему, что в стране Советов после Сталина оживились затаившиеся до этого корыстолюбцы из разряда любителей набивать брюхо на дармовщину, которые для этой своей заветной цели решили цинично попаразитировать на партийно-государственных структурах. И как было им не воспользоваться для этого открывшимися с легкой руки волюнтариста Хрущева шлюзами в КПСС и облегчить себе путь к обогащению! Потому в массовом порядке и поплыли в руководящую партию волонтеры – добытчики, новоявленные «строители коммунизма», истинной целью которых было побыстрее приблизиться к привилегированному, по их местечковому мнению, бездонному, всеобъемлющему «корыту» и побыстрее реализовать свои корыстные интересы. Но не только зрелые мужи со своими сомнительными целями в пору хрущевской «оттепели» ринулись в распахнутые ворота правящей партии. Смекалистые, прагматичные отроки со своими амбициозно-нарцисовскими планами на будущее тоже не отставали. Одни из них чуть ли не со школьной скамьи становились кандидатами в члены КПСС, другие – шли в местные подразделения КГБ проконсультироваться на предмет того, как выстроить им свое образование и в какой вуз поступить, чтобы в конечном итоге попасть в престижное ведомство – передовой вооруженный отряд КПСС…

– И опять я не пойму, зачем вы мне все это говорите! – резко прервал меня профессор.

– А затем, – говорю я, – чтобы убедить вас, что из циничной, расчетливой и нахрапистой поросли, заполнившей КПСС после Сталина, вылупиться идеологические оборотни никак не могли! Ибо истинный идеологический оборотень – это тот, который поначалу искренне, самозабвенно присягает и служит одной идеологии, а потом вдруг бесцеремонно, цинично предает ее и так же искренне, самозабвенно присягает и служит другой идеологии, диаметрально противоположной прежней. А если субъекты вообще не служат никакой идеологии и под их прикрытием лишь всю жизнь всегда и везде отслеживают только свой личный, корыстный интерес, то можно ли таких субъектов назвать идеологическими оборотнями? Презренные, замшелые, мерзкие мокрицы – вот им истинное название!.. В данном же случае после Сталина изначально интерес соискателей дармовщины был устремлен не к коммунистической идеологии, под прикрытием которой они собирались провернуть выгодный гешефт, а прикован к заветному «корыту», посредством которого они надеялись решить все свои проблемы. И всякие там высокопарные заверения и клятвы их в верности служению коммунистическим идеалам для этих людей составляли лишь внешнее необходимое оформление общепринятого ритуала проникновения в КПСС.

– Ну, зачем же всех вот так накрывать мокрым рядном? – возмутился профессор. – Ведь в этой «поросли», как вы их обзываете, есть и исключения!

– Например? – сказал я.

– Да сколько угодно! – воскликнул профессор. – Тот же нынешний мэр Москвы – латифундист Лужков и к тому же супруг скороспелки-миллиардерши! Разве он не типичнейший идеологический оборотень? При Советской власти где только Лужков не подвизался!.. Член КПСС с 1968 года Лужков был известен как комсомольский активист и организатор общественных мероприятий. Работал в одном из первых студенческих отрядов, осваивавших целину в Казахстане. Избирался он и народным депутатом Бабушкинского районного Совета народных депутатов Москвы, и депутатом Моссовета, и депутатом Верховного Совета РСФСР… Занимал Лужков и руководящие должности в Минхимпроме СССР.

– У вас есть неоспоримые свидетельства искреннего, самозабвенного служения Лужкова коммунистическим идеалам при Советской власти? – спросил я.

– Допустим таковых нет… – понизив голос, произнес профессор. – Но Лужков награжден орденами Ленина, Трудового Красного знамени, медалями. Он лауреат Государственной премии СССР. Имеет звания «Заслуженный химик РСФСР», «Почетный химик СССР»… – тут же, приободрившись, профессор воскликнул: – А возьмите лужковского дружка Примакова! Колоритнейший фигурант – идеологический оборотень этот Примаков! При Советской власти был и в Гостелерадио СССР, и в газете «Правда» и в Академии наук СССР…

– Ну и что из этого? – прервал я профессора. – Познер ведь тоже был при Советской власти и в Агентстве печати «Новости», и в Гостелерадио СССР…

– Я бы не сравнивал Примакова с Познером! – парировал профессор. – Примаков был даже председателем Совета Союза Верховного Совета СССР и кандидатом в члены Политбюро ЦК КПСС. А прожженный лукавец и матерый, последовательный антисоветчик-русофоб Познер был при Советской власти на каких-то задворках и на идеологического оборотня вообще никак не тянет!

Но каких-либо неоспоримых свидетельств искреннего, самозабвенного служения Примакова коммунистическим идеалам при Советской власти профессор так и не назвал. Зато тут же обозвал идеологическим оборотнем и Аркадия Вольского, превосходно вписавшегося в нынешний оккупационный режим и вольготно процветающего сейчас в кругу олигархов.

– И это при всем при том, – добавил профессор, – что при Советской власти Аркадий Вольский был и секретарем парткома Московского автозавода имени Лихачева, и заведующим отделом, помощником секретарей ЦК КПСС… Неужели и эти ответственные партийные должности Аркадия Вольского не убеждают вас в том, что он искренне исповедовал коммунистическую идеологию до прихода к власти в стране просионистских сил?

– Не убеждают! – сказал я. – Горбачев, Яковлев, Шеварднадзе, Ельцин ведь занимали в КПСС посты повыше, а что из этого?

– Согласен, – бросил профессор. – Горбачева, Яковлева, Шеварднадзе, Ельцина к идеологическим оборотням никак не причислишь! Ибо они, эти политические циники, сами теперь заявляют, что никогда при Советской власти коммунистической идеологии не исповедовали и были всегда последовательны: осознанно разрушали КПСС и подрывали страну Советов изнутри. Чего только стоит обошедшее всю мировую прессу признание Горбачева, сделанное им недавно в американском университете в Анкаре! «Целью всей моей жизни, – сказал Горбачев, – было уничтожение коммунизма, невыносимой диктатуры над людьми… А для ее достижения я должен был заменить все руководство КПСС и СССР, а также руководство во всех социалистических странах… Мне удалось найти сподвижников в реализации этих целей. Среди них особое место занимают Яковлев и Шеварднадзе, заслуги которых в нашем общем деле просто неоценимы».

Процитировал вот так Горбачева профессор, а обзывать идеологическими оборотнями не унимался. И кого только в связи с этим профессор не назвал! В ход пошли фигуранты, которые и при Советской власти у всех на виду были, и сейчас при оккупационном, просионистском режиме с экранов телевизоров не сходят. Тут и политики, и военные, и ученые, и писатели, и журналисты, и космонавты, и бизнесмены, и режиссеры, и артисты… А среди них Герои Советского Союза, Герои Социалистического труда, лауреаты Ленинской и Государственной премий СССР.

Но как только мы начинали с профессором разбираться персонально с каждым из названных им фигурантов – идеологических оборотней, то выходило, что на чистокровного, истинного идеологического оборотня ни один из фигурантов ни в какой мере не тянул.

А когда речь зашла о таких высокопоставленных фигурантах, как Маршал Советского Союза Язов, а также генералы Крючков и Бобков, то профессор и вовсе пошел на попятную и снял эти кандидатуры с рассмотрения. Потому как при анализе шансов указанных лиц прослыть полноценными идеологическими оборотнями выявилось, что эти шансы у них приближаются к нулю. И не только потому, что под руками не оказалось достоверных подтверждений того, что эти фигуранты при Советской власти искренне верой и правдой служили коммунистическим идеалам. Положение их усугублялось еще и тем, что в роковой для страны Советов час испытаний они сами себя своими личными заявлениями и поступками окончательно навсегда дискредитировали. Маршал Советского Союза Язов, к примеру, находясь в августе 1991 г. в следственном изоляторе «Матросская тишина», в своем дневнике записал: «23 августа – пятница. Всему конец, имею в виду собственную жизнь. Утром снял мундир Маршала Советского Союза. Поделом! Так и надо. Чего добивался? Прослужив 60 лет, я не отличил от политической проститутки себя – солдата, прошедшего войну…»

Не по-офицерски повел себя в те же исторические августовские дни 1991 г. и председатель КГБ СССР генерал армии Крючков, находясь в том же следственном изоляторе «Матросская тишина». Уже 25 августа Крючков успел написать покаянное письмо Горбачеву – этому патологическому предателю-антисоветчику, главному разрушителю госбезопасности страны.

Генерал же армии Бобков поступил еще более радикально и прагматично. Накопив изрядный чекистский опыт и бесценную информацию в должности первого заместителя председателя КГБ СССР, генерал армии Бобков предложил свои услуги новоявленному олигарху Гусинскому и пошел к нему в услужение.

Не выдержали экзамен на чистокровных идеологических оборотней и бывшие члены Политбюро, секретари ЦК КПСС Строев с Дзасоховым. И все потому, что достоверных свидетельств их искреннего, самозабвенного, беззаветного служения при Советской власти коммунистическим идеалам нет. Хотя налицо подобострастное прислуживание Строева и Дзасохова идеологии, которая ныне потеснила в нашей стране коммунистическую.

Между тем профессор не сдавался и в сердцах воскликнул:

– Но хоть глава нашего государства, по вашему разумению, тянет на идеологического оборотня?

– Ну, это вы и вовсе сиганули!.. – сказал я ему и пояснил, что отличительной особенностью всех названных им фигурантов, которых он обзывает идеологическими оборотнями, является то, что все они как один в роковой для страны Советов час испытаний не выполнили ни военной, ни партийной присяги.

– И по какому же основному критерию, вы считаете, должно оцениваться истинное, искреннее, самозабвенное служение коммунистической идеологии? – спросил профессор.

– Жертвенностью! – сказал я. – И только жертвенностью служения ей!

***

Раздосадованный профессор махнул рукой и удалился с поникшей головой.

А неделю спустя этот же профессор звонит мне и говорит:

– Мне все же удалось выявить настоящего идеологического оборотня наших дней! Причем соответствующего самым высоким требованиям и стандартам, которые вы справедливо предъявляете к такого рода фигурантам.

– И кто же этот уникум? – спросил я.

– Биография у него такова, – сказал профессор. – Будучи еще отроком, этот смекалистый, прагматичный русачок-ленинградец ходил в местное подразделение КГБ проконсультироваться на предмет того, как ему выстроить свое образование и в какой вуз поступить, чтобы в конечном итоге попасть в престижное ведомство – передовой вооруженный отряд КПСС. Кандидатом в члены КПСС он стал чуть ли не с десятого класса. И дальше вся жизнь его была посвящена самозабвенному, неистовому, жертвенному служению коммунистическим идеалам в первых рядах строителей коммунизма. И на всех этапах жизни при Советской власти он был впереди на самых трудных участках, не щадя себя. Спасая трактор при пожаре на целине, он чуть ли не погиб, за спасение человека на водах получил медаль, в числе первых добровольцев-спасателей отправился на Чернобыльскую АЭС, успел побывать и в Афганистане… Короче, подвиги самопожертвования в труде на благо компартии и советского народа у него шли один за другим. И с продвижением по партийно-государственной вертикали вплоть до конца 1980-х годов у него было все прекрасно. Стал даже членом ЦК КПСС и народным депутатом Верховного Совета СССР! Но случилось так, что в 1990 году на волне горбачевской перестройки он сошелся с какой-то демократкой-иудейкой, и все в его жизни перевернулось. Да так, что и жену свою с двумя детьми он в скорости бросил, и иудейскую веру принял. От коммунистической идеологии демонстративно наотмашь отмежевался и стал ревностно исповедовать сионистскую. А чтобы родственники новой жены не сомневались в его серьезных намерениях, потребовал сделать ему в синагоге обрезание. И даже хотел сменить свою фамилию на фамилию новой жены. Да только раввин хоральной синагоги отсоветовал: «Нашему делу, – сказал раввин, – русская фамилия очень даже не вредит». И раввин упомянул для примера известного усопшего пародиста-сатирика, который носил русскую фамилию Иванов.

– И где же этот ваш уникум? – поинтересовался я. – И как с ним встретиться?

– Это сейчас совершенно невозможно! – произнес профессор.

– Почему? – удивился я.

—Дело в том, – сказал профессор, – что в период чубайсовской грабительской приватизации по наущению своей новой жены этот уникум настолько увлекся оприходованием себе в собственность разного рода общенародной недвижимости, что уже к середине 1990-х годов превзошел многих известных в то время новоиспеченных олигархов. А когда власти прихватили олигарха Ходорковского и водворили в тюремную камеру, то он вмиг превратил свою недвижимость в валюту, которую тут же перекачал в Израиль. А вслед за валютой и сам туда отправился вместе со своей возлюбленной иудеечкой. Ну, а как вы знаете, Израиль своих воров, награбивших добро в Советском Союзе, не выдает!

– О!.. – воскликнул я. – Так, может даже, этот уникум – идеологический оборотень проходит там вместе с беглыми олигархами Гусинским и Невзлиным по нашумевшему на весь мир скандальному уголовному делу, связанному с отмыванием наворованных миллиардов?

– Не исключено! – сказал профессор.

(Продолжение следует)

18.07.05 г.

Препараты

из абсолютно экологически чистой славянской младенческой крови

О торговле человеческими органами[1]

В последнее время средства массовой информации все чаще публикуют сообщения о торговле человеческими органами, чаще всего младенцев. Это «дело» пытались поставить на промышленную основу. В предлагаемой вниманию читателей главе книги поднимается эта проблема до обобщения сложившегося механизма, действующего безнаказанно в нашей стране ритуала.

МАХАЧКАЛА. Корнев и Джубайрат идут по асфальтированной дорожке вдоль пляжа.

– Мне удалось узнать кое-что о звероферме… – говорит Джубайрат.

– Она здесь рядом? – уточняет Корнев.

– Нет, – отвечает Джубайрат. – Где-то далеко в горах…

– Эта зловещая звероферма входит в комплекс вашего треста ресторанов и столовых? – спрашивает Корнев.

– Да, подтверждает Джубайрат, – как подсобное хозяйство… По бумагам туда вроде отправляются отходы ресторанов и столовых… А на самом деле звероферма занимается совсем другим: выцеживает из детских телец кровь и в виде полуфабриката направляет для дальнейшей переработки в Подмосковье.

В ТОТ ЖЕ ДЕНЬ в Москве Нина Самойловна встречается с эмиссаром.

– А теперь, – говорит эмиссар, – несколько слов о производимых вами, Нина Самойловна, препаратах на базе младенческой крови… Спрос на эти препараты на Западе увеличивается, и производство их надо наращивать. Маршрут транспортировки препаратов меняется. Оптовую поставку в конечный пункт теперь будете осуществлять через Осло и Неаполь.

МОСКВА. Корнев в редакционном кабинете Матвеева.

– А то, что ты мне рассказал о производстве препаратов на основе младенческой крови, у меня, Валерий, из головы не выходит… – произносит Матвеев. – Это ж так могли поступать только звери-фашисты!

– Ничего удивительного! – говорит Корнев. – Гитлер ведь тоже вылупился из масонской ложи…

ПО ЛЕСНОЙ дороге едут темно-вишневые «Жигули». За рулем – Нина Самойловна. Справа от дороги сквозь деревья видны высокий забор и строения. Машина останавливается у ворот. Из нее выходит Нина Самойловна.

Навстречу Нине Самойловне идет Милашевич.

– Сразу же хочу доложить вам, Нина Самойловна! – произносит Милашевич. – На объекте ни одной живой души, кроме зверья! Я специально это предусмотрел…

– Ну-ка, показывайте ваше хозяйство! – бодро говорит Нина Самойловна.

– Мы начнем с вольеров или непосредственно с лаборатории? – спрашивает Милашевич.

– С лаборатории! – отвечает Нина Самойловна.

Нина Самойловна и Милашевич проходят через двор и входят в помещение лаборатории.

– Слева на столе, – говорит Милашевич, – расположены образцы новых препаратов, выполненных на основе абсолютно экологически чистой славянской младенческой крови.

Нина Самойловна внимательно осматривает препараты.

– Я бы предложила, – произносит Нина Самойловна, – назвать все препараты такого рода одним словом: «Гомеопат».

– Но слово «гомеопат», Нина Самойловна, имеет несколько иной смысл! – замечает Милашевич.

– Вот и прекрасно! – говорит Нина Самойловна. – Это уведет любопытствующих от истинной сути препарата и его происхождения.

– Главное же направление работы данной лаборатории в настоящее время состоит в следующем, – продолжает Милашевич. – Исследуется влияние расположения тела младенца на количество и качество выцеживаемой крови. И уже установлено, что в зависимости от того, подвешивается ли младенец вверх ногами или головой или же располагается в горизонтальном положении, количество и качество выцеживаемой крови значительно меняются. – Милашевич указывает взглядом на развешенные в лаборатории плакаты: – Что и подтверждается наглядно графиками на этих плакатах…

– Не мудрствуйте особо! – прерывает Нина Самойловна Милашевича. – Наши праотцы с древнейших времен накопили огромный уникальный опыт реализации подобных ритуальных процессов. Они первые применили младенческую кровь для исцеления от разных недугов и разработали соответствующую технологию… Вот к этому опыту и надо прибегнуть!

– Принимается к исполнению, Нина Самойловна! – чеканит Милашевич.

– Переходите, Сереженька, на безотходное производство! – задушевно говорит Нина Самойловна. – Скармливать зверью останки младенцев – экономическое преступление! Кости надо перемалывать в муку, а мякоть превращать в биомассу, которая пользуется спросом на Западе не меньше, чем сама кровь младенцев. И, конечно же, надо наращивать всемерно это доходнейшее производство.

– А это делается! – восклицает Милашевич.

– Только в прошлом месяце нами открыто еще двадцать вот таких филиалов.

Взгляд Нины Самойловны останавливается на бочках, складированных в углу лаборатории.

– А это для чего? – спрашивает Нина Самойловна.

– В бочках предварительно катают младенцев для привлечения, то бишь задействования подкожной крови… – поясняет Милашевич.

– Вон даже как? – удивляется Нина Самойловна. – Что ж, разумно!

– Половина дна в бочке вынимается, – увлеченно продолжает Милашевич, – и в нее головой вперед кладут ребенка. Затем закладывают опять дно и начинают катать бочку по полу попарно, сменяясь каждые часа два… Ребенка вынимают красного, как обожженного или сильно тертого… Эти бочки для мальчиков, а девочек катают в других, иначе – устроенных бочках…

НЕДЕЛЮ спустя в редакционном коридоре Корнев идет навстречу Матвееву.

– Еду, Женя, в звериное логово, – говорит Корнев.

– Обнаружил-таки нору? – спрашивает Матвеев.

– Похоже! – отвечает Корнев.

В ГОСТИНИЧНЫЙ номер «люкс» Нины Самойловны быстро входит Милашевич.

– Нина Самойловна, срочная информация! – произносит Милашевич. – На подмосковной звероферме побывал Корнев. Ну, не так, чтобы внутри… Но, во всяком случае, был рядом!..

– Срочно перебазировать, а следы уничтожить! – велит Нина Самойловна.

КОРНЕВ с милицейскими на «уазике» подъезжают к звероферме. Перед ними открывается панорама выжженной земли.

– Оперативно сработали! – восклицает Корнев.

– Да, все дотла сожгли… – произносит майор.

– Ничего! – говорит Корнев. – Эту звероферму они сожгли. Но другие-то остались…

КОРНЕВ и Матвеев подходят к станции метро «Динамо».

– А что у тебя получается с так называемыми зверофермами, где подлецы выцеживают младенческую кровь? – спрашивает Матвеев.

– К сожалению, ничего… – отвечает Корнев.

– Может, тебе есть смысл ехать снова в Махачкалу? – продолжает Матвеев, – и разыскивать в горах, в лесу?…

– Я, Женя, уже звонил Джубайрату, – говорит Корнев. – Там ничего уже нет… Там тоже на корню сожжена дотла звероферма. А никакой другой информации относительно производства препаратов на основе младенческой крови пока нет.

МИЛАШЕВИЧ входит в гостиничный номер «люкс» Нины Самойловны.

– Нина Самойловна, будьте любезны, примите флакон препарата «Гомеопат», произведенного зверофермой на основе свежайшей младенческой крови, – говорит Милашевич.

– Спасибо, Сереженька! – беря флакон, расплывается в улыбке Нина Самойловна.

– Как видите, по вашему указанию мы и этикетку сделали с надписью «Гомеопат»… – продолжает Милашевич.

– Вижу, вижу!.. – говорит Нина Самойловна, рассматривая этикетку на флаконе.

– Здесь кровь смешана с шафранным настоем… – поясняет Милашевич.

– Теперь о Корневе, – продолжает Нина Самойловна. – Он, безусловно, взял было след. Очень приблизился к нам, к нашим зверофермам. И мы были близки к разоблачениям… А разоблачение нас по делам с младенцами – это, считай, что засветить сверхзадачу нашего движения.

– Но Корнев снова может взять наш след, Нина Самойловна! —восклицает Милашевич.

– Может, – произносит Нина Самойловна. – И мы должны запутать этот след.

– Как? – спрашивает Милашевич.

– А так! – отвечает Нина Самойловна. – Методически, с каким-то разрывом во времени надо анонимно сообщить в газету Корневу о том, что вот, мол, в такой-то области или крае функционирует злополучная, зловредная звероферма. И указывать те вымышленные области или края, где наших звероферм сегодня нет. И пусть помечется Корнев по стране! Это его отвлечет и от собственного расследования под названием «В схватке», и от других разоблачительных материалов против нас.

– Резонно, резонно, Нина Самойловна, – расплывается в улыбке Милошевич. – Я, как всегда, восхищен…

КОРНЕВ в кабинете главного редактора газеты Кулешова.

– А тему об изуверском выцеживании крови из младенцев и умерщвлении их не оставляйте!– произносит Кулешов. – Но нужны факты. Убийственные разоблачительные факты!

– В том-то и дело! – говорит Корнев.

– Тут, безусловно, не одно убийство, а обдуманное, преднамеренное мученическое истязание невинных младенцев и, следовательно, или наслаждение этими муками, или особая цель, с ними соединенная.

ДВЕ НЕДЕЛИ спустя в своей спальне в постели лежит Нина Самойловна и просматривает газеты. В спальню входит Тулупов в пижаме.

– Постой, котик, я что-то не пойму! – удивленно произносит Нина Самойловна. – Как это?.. Значит, двух промышленных газет теперь не будет?

– Я же тебе говорил, Нинуся! – отвечает Тулупов. – Принято решение ЦК КПСС…

– А что будет вместо них?

– Совсем новая газета.

– Какая?

– «Рабочая газета».

– Она тоже будет газетой ЦК?

– Да.

– Жаль… – в раздумье произносит Нина Самойловна. – Эти газеты мне нравились. Там часто печатали и прелестные полосы «Бизнес-клуба», и газету в газете «Кооператор»…

– Ну вот, печатали, печатали и допечатались! – говорит Тулупов. – Экономика трещит по швам, что ни день все новые забастовки потрясают страну. А они сюсюкают перед западными финансовыми воротилами и коммерсантами. Да еще и наших кооператоров-разбойников расхваливают…

– Насчет кооператоров ты, конечно, зря, Тулупчик! – восклицает Нина Самойловна. – Возьми хотя бы Олега Матвеевича Шестопала… Ведь труженик, ничего не скажешь!

– Я о нем не говорю.

– Будем надеяться, что и новая газета в духе времени послужит перестройке! – говорит Нина Самойловна.

Тулупов берет со стола у трюмо флакон с красочной этикеткой и читает:

– «Гомеопат»…

– Отдай сюда! – мгновенно вскакивает Нина Самойловна, отбирает у Тулупова флакон и прячет его в тумбочку. – Не имей такой привычки!..

– А что такое? – обижается Тулупов. – Я лишь посмотрел… Это что, новое лекарство?

– Да, новое! – с вызовом произносит Нина Самойловна.

ДВЕ НЕДЕЛИ спустя Корнев входит в редакционный кабинет Матвеева.

– Тебе везет, Валерий! – улыбается Матвеев. – Как говорится, на ловца и зверь бежит…

– К чему это? – спрашивает Корнев.

– А к тому, что позвонили сейчас из Красноярска и сказали, что там обнаружена какая-то звероферма с сомнительной деятельностью, связанной с истязанием младенцев и так далее… Обещали еще перезвонить…

– Может, действительно снова выйдем на след… – в раздумье произносит Корнев.

МИЛАШЕВИЧ входит в гостиничный номер «люкс» Нины Самойловны.

– Нина Самойловна, вы как в воду смотрели, повелев нам прибегнуть к опыту наших мудрейших праотцов по части рационального извлечения крови из младенцев! – восклицает Милашевич. – Мы перевернули все вверх дном: подняли публикации прошлого по сему поводу, все архивы и убедились!.. Ах, какие это были тонкие люди! Как превосходно они знали анатомию и физиологию малюток! Как гуманно, бережно и щадяще они относились к своим малолетним жертвам. Поначалу, скажем, девочкам лишь обрезали ногти вплоть до мяса и сосочки на груди, а мальчикам, помимо удаления ногтей, делали легкое обрезание… И какое огромное значение они придавали мельчайшим нюансам всего технологического процесса кровопускания! Тому, как тщательно надо готовить к этому младенцев, как предварительно катать их в бочках, как зажать рот клещами, как колоть тельце, чем колоть, куда колоть, в какой последовательности и сколько времени держать под гнетом ребенка, чтобы максимально выжать из него кровь. И делалось все это в общем-то с помощью простейших орудий и приспособлений: всевозможных игл, гвоздей, шильев, бочек, корытцев, клещей, ремней для перевязывания ног…

– Ну, вот и занимайтесь полезным делом! – говорит Нина Самойловна. – Совершенствуйтесь!

– Кстати, замечу, Нина Самойловна, – запальчиво продолжает Милашевич, – наши предшественники производили целый спектр продукции с присадками младенческой крови. Это и мед, и опресноки, и разные кровяные лепешки… А иные потребители могли за сносную цену получить в свое распоряжение даже высушенную младенческую кровь!

– Поставлять на Запад высушенную младенческую кровь – хорошо бы было!.. – размеренно произносит Нина Самойловна. – Это упростило бы ее транспортировку! Да и расширить ассортимент не мешало бы…

– Будем стараться, Нина Самойловна! – Милашевич подобострастно смотрит на свою повелительницу.

КОРНЕВ быстро входит в редакционный кабинет Матвеева.

– Не было еще звонка из Красноярска? – спрашивает Корнев.

– Не было, – отвечает Матвеев.

– А может, главному кто-либо звонил по поводу зверофермы? – не унимается Корнев.

– Похоже, что нет. Иначе Кулешов бы мне сразу сказал.

– Что же это было? – задумывается Корнев. – Ведь информация из Красноярска, пусть даже она не конкретная, необычная, касается какой-то зверофермы и увязывается с истязанием младенцев.

***

НИНА САМОЙЛОВНА из окна номера «люкс» гостиницы «Украина» наблюдает за обстановкой вокруг здания Верховного Совета РСФСР. Подходит к столу, берет флакон с этикеткой «Гомеопат», открывает его и делает пару глотков. Затем берет морской бинокль и снова подходит к окну. Рассматривает в бинокль все, что происходит у здания Верховного Совета. Переводит взгляд на крыши близлежащих домов…

КОРНЕВ у редакционного лифта встречает Матвеева.

– Был звонок из Карелии… – произносит Матвеев. – И снова сообщили о какой-то странной звероферме.

– И какие подробности? – заинтересовывается Корнев. Матвеев машет рукой: – Да никаких! Разговор почему-то оборвался…

МИЛАШЕВИЧ в гостиничною номере «люкс» Нины Самойловны достает из «дипломата» две баночки меда.

– Новая продукция, Нина Самойловна! – улыбается Милашевич, ставя баночки на стол. – Мед с добавками младенческой крови.

– А что Корнев? – спрашивает Нина Самойловна. – Не бросился на розыск звероферм в подсказанных ему регионах?

– Вчера мы ему еще одну автономную республику назвали,– гогочет Милашевич.

***

КОРНЕВ в редакционном кабинете Матвеева.

– Как у тебя со зверофермами? – спрашивает Матвеев. – Нашел что-нибудь?

– Никаких зацепок! – отвечает Корнев.

МИЛАШЕВИЧ в номере «люкс» Нины Самойловны.

– Меня все же беспокоит надежность охраны наших специфических звероферм… – произносит Нина Самойловна.

– Не стоит беспокоиться, Нина Самойловна! – говорит Милашевич. – Для охраны звероферм каждые два месяца мы отбираем необходимое количество заключенных. Освобождаем их из-под стражи, обещаем оформить документы и помочь переправиться на Запад. При условии, если они будут верно служить нам в течение этих двух месяцев. И они несут надежную охрану наших звероферм, а предыдущую партию охранников скармливаем зверюшкам. И такой цикл, Нина Самойловна, повторяется каждые два месяца!

***

У ВХОДА в редакцию Корнев сталкивается с Матвеевым.

– Послушай, Валерий! – говорит Матвеев. – Не прекращается поток информации об этих самых зверофермах! На этот раз звонили из Тюмени.

– И что?

– Опять ничего, – отвечает Матвеев. – Я стал расспрашивать – разговор оборвался…

МИЛАШЕВИЧ входит в гостиничный номер «люкс» Нины Самойловны.

– Я к вам с лакомствами! – говорит Милашевич. – Мы запустили в производство кровяные лепешки.

Милашевич кладет на стол перед Ниной Самойловной полиэтиленовую упаковку лепешек.

– Молодцы! – произносит Нина Самойловна. – Расширяйте ассортимент и дальше!

КОРНЕВ и Матвеев идут по улице Горького.

– Гложет меня, Женя, и очень гложет, то обстоятельство, что не удается приблизиться к этим зловещим зверофермам, тем более такое разоблачение сейчас важно, когда псевдодемократы сбросили народ к нищете и навязывают безнравственный образ жизни. Я представляю, насколько увеличились для врагов нашего Отечества возможности пустить на поток истязание несчастных младенцев!

– Масштабы такого преступления нормальному человеку даже страшно себе вообразить… – замечает Матвеев.

МИЛАШЕВИЧ в гостиничном номере «люкс» Нины Самойловны.

– К апрельским дням, Нина Самойловна, мы подготовили сюрприз, – говорит Милашевич. – Наладили массовый выпуск опресноков на основе свежайшей младенческой крови.

– Хорошо!.. – улыбаясь, протягивает Нина Самойловна. – Этими гостинцами и на Западе, и здесь воспользуются многие!

– Но мы не останавливаемся на достигнутом… – продолжает Милашевич. – И рад вам доложить, что на сегодня нами отработана совершенная технология получения самой высококачественной высушенной младенческой крови первой группы.

– А это и вовсе хорошо! – восклицает Нина Самойловна.

– Кровь первой группы отличается самой мощной антимикробной, антивирусной активностью… – поясняет Милашевич. – И пригодна для любого человека с любой другой группой крови… В особенности эта кровь полезна и незаменима для обладателей четвертой группы крови!

– Я знаю об этом Сереженька!.. – улыбается Нина Самойловна.

***

КОРНЕВ в редакционном кабинете Матвеева.

– Что-то перестали нам сигнализировать о так называемых зверофермах, – произносит Матвеев. – Уже несколько месяцев прошло – и ни одного звонка!

– Может, это они поиграли с нами? – произносит Корнев. – А сейчас при полным разгуле псевдодемократии просто нашли новое прикрытие для своих черных дел…

МИЛАШЕВИЧ входит в гостиничный номер «люкс» Нины Самойловны.

– С учетом ваших замечаний, Нина Самойловна, мы заменили упаковку для высушенной младенческой крови, – говорит Милашевич. – И вот как она теперь выглядит!..

Милашевич кладет несколько упаковок перед Ниной Самойловной.

– Вот это другое дело! – восклицает Нина Самойловна. – Это и красочно, и привлекательно, и респектабельно!

В ГЛУБИНЕ леса звероферма. У входа стоит охранник со шрамом на правой щеке.

К звероферме подъезжает «Вольво». Из машины выходит Милашевич с газетой в руке и направляется к входу.

– Позвольте обратиться к вам, начальник? – произносит охранник, когда мимо него проходит Милашевич. – Как там с нашими документами на выезд за бугор?

—. Оформляются! – твердо говорит Милашевич. – Будут точно к сроку.

– Нельзя ли у вас позаимствовать газетку? – говорит охранник, указывая взглядом на газету в руке Милашевича.

Милашевич отдает газету и уходит от навязчивого охранника.

Охранник разворачивает газету, и на глаза ему попадается публикация Корнева.

– О, фельетон! – восклицает охранник. – Это я люблю!

***

К ЗДАНИЮ редакции газеты подходит мужчина со шрамом на правой щеке. Видит вывеску «Бюро пропусков». Входит в бюро пропусков и звонит по телефону.

В РЕДАКЦИОННОМ кабинете Матвеева Корнев разговаривает по телефону.

– Хорошо! – говорит Корнев. – Я сейчас спущусь к вам.

– К кому это ты идешь? – спрашивает Матвеев.

– Это тот охранник зверофермы, который звонил час тому назад, – поясняет Корнев. – А сейчас он уже здесь.

КОРНЕВ и охранник со шрамом на правой щеке идут по тротуару вдоль редакционного здания.

За ними наблюдает Тенгиз из черной «Волги», припаркованной напротив, у сквера. Тенгиз говорит по радиотелефону:

– Он здесь!… Да, со шрамом на правой щеке… И что?.. Я понял!..

– О вас я узнал по фельетону, – продолжает разговор охранник с Корневым. – А теперь о том, что меня к вам привело… Хотя я и убийца, но то, что я увидел своими глазами на звероферме, меня потрясло до глубины души! А увидел я такое… Мальчика положили на стол в корыто, туго перетянули ему ноги под коленями ремнем и поочередно ударили его по щекам… Затем был подан большой острый светлый гвоздь. И истязатели стали поочередно колоть ребенка в висок, в бок и по всему телу… Каждый по очереди всадил гвоздь в тело дитяти!.. Они поворачивали в корытце младенца, качая и приподнимая его для лучшего истечения крови… Мальчик сперва кричал, а потом смолк, медленно двигал ногами, смотрел на всех и тяжело вздыхал… И тогда я, потрясенный увиденным, сказал себе: «Да кто же я на свете? Пусть я, каков ни есть, последняя подлюка, весь извалявшийся в дерьме, в подлой жизни своей, но должна же быть у меня крупица русского чувства? Неужели изуверам я прощу это?.. Да никогда!..» И вот я у вас…

– Подождите меня здесь! – обрывает Корнев охранника. – Я сейчас вернусь…

Корнев быстро входит в подъезд редакции.

Из черной «Волги» выходит Тенгиз и направляется к охраннику. Незаметно приблизившись к нему, Тенгиз выхватывает пистолет и в упор охранника расстреливает. Тут же бросается к своей машине и уезжает.

Из подъезда выскакивает Корнев с «дипломатом» в руке и видит группу людей, склонившихся над убитым.

РАВВИН ПРОСВЕЩАЕТ РУССКИХ АБОРИГЕНОВ

Во время моей недавней встречи с раввином хоральной синагоги, как уже повелось, он поначалу передал мне полную конкретную информацию обо всех партийно-советских идеологах разных рангов, изрядно подсобивших сионистскому движению в развале Советского Союза, а потом вдруг эдак деликатно-вкрадчиво и говорит:

– Хорошо бы было, если бы посредством вас нынешнее поколение русских аборигенов в положительном смысле просветилось по части наших современников и в целом по нашему сионистскому движению. Если, конечно, на то будет ваше согласие…

«Ничего себе, достойную миссию придумал для меня почтеннейший раввин!» – не без сарказма подумал я и спросил собеседника:

– И в чем же должно состоять это самое просвещение?

– Видите ли, – сказал раввин, – у русских аборигенов годами сложилось ложное представление, что нас ведет и движет в жизни. А ведь у наших людей и многовековые, сокровенные мечтания, и взвешенные планы по реализации нового устройства мироздания.

«Что ж, выслушаю и на этот раз этого велеречивого господина о задумках и намерениях современных сионских мудрецов, а при первой же возможности расскажу об услышанном трудовому народу», – решил я.

Между тем раввин, набирая обороты, продолжал:

– Русские аборигены, да, к сожалению, и коренные народы других стран мира, ошибочно полагают, что самая главная, самая важная и основная сущность, так сказать, квинтэссенция смысла деятельности каждого нашего соплеменника и в целом всего нашего сионистского движения – это лишь дармовое обогащение наших людей в стране их поселения за счет коренного народа. Какой злостный поклеп на наших соплеменников! И какой заскорузлый, замшелый, пещерный примитивизм в восприятии окружающего мира, реальной действительности и нашей роли в мироздании. Наших известнейших, уважаемых и почитаемых во всем цивилизованном мире миллиардеров-олигархов Абрамовича, Фридмана, Вексельберга, Михельсона, да и ту же супружку московского мэра-латифундиста Батурину, не говоря уже о всех прочих наших миллионерах и миллионершах, простонародье этой страны безнаказанно направо и налево оскорбительно обзывает грабителями с большой дороги, мерзкими ворюгами, да и просто обыкновенным жульем – мелкотравчатыми наперсточниками…

– А разве это не так? – вставил я.

– Совершенно ошибочное суждение, – сказал раввин. – Да, мы, конечно, не отрицаем важности в нашей обширной, многогранной деятельности приобретенного в странах поселения богатства в любых формах и видах, да еще к тому ж дармового. Но, заверяю вас, богатство для наших соплеменников вторично или, как говорится, на втором плане!

– А что же для ваших соплеменников на первом плане? – спросил я.

– На первом плане для каждого из наших людей, – пояснил раввин, – самоотверженное, неукоснительное, жертвенное идеологическое служение своему сионистскому племени, его сверхзадаче и конкретный взгляд на реализацию предначертаний наших мудрейших сионистских праотцев, срабатывание на общий племенной интерес. И только потом уже, выполнив предписанную первейшую племенную идеологическую заповедь и сделав реальный вклад в общую племенную копилку, нашему соплеменнику позволительно личное обогащение. Да и то в размерах, пропорциональных его вкладу в общую копилку – сокровищницу наших племенных социально-политических достижений и великих исторических побед в стране поселения наших соплеменников.

– Кто же устанавливает и контролирует эту «пропорциональность»? – спросил я.

– А для этого у нас существует веками апробированная, специальная, надежная, жестко действующая оргструктура, – сказал раввин. – Название же ей: «государство в государстве». Везде и всегда наше племя в приютившей его стране представляет собой государство в государстве, что позволяет устанавливать жесточайшее централизованное раввинское управление нашими людьми на данной территории из одного единого центра. А признаками этого самого «государства в государстве» является отчужденность сионистов по отношению к коренным народам, неслиянность с ними, вера в то, что существует в мире лишь одна достойная личность – сионист, а другие хоть есть, но все равно надо считать, что как бы их и не существовало…

– И это я должен рассказывать русским людям? – спросил я.

– Не только это, – ответствовал раввин. – Мы сейчас впервые, что называется, во всю, по-настоящему, во весь рост выпрямились. В открытую, демонстративно, с гордостью и вызовом называем свою национальность. Сионисты имеют теперь возможность публично продемонстрировать моральную мощь своих идеалов, а наше религиозное сознание может себя широко и громогласно выразить. И еще с большей открытостью мы гордимся своими историческими свершениями и ни от кого не скрываем своих дерзновенных планов и того, что в обозримом будущем мы сделаем с этим миром. Такой же открытости в освещении реальной действительности и роли нашего племени в мире мы ждем и от вас… К слову сказать, не так давно мы широко в мире отметили вековой юбилей со времени проведения первого Всемирного сионистского съезда в швейцарском городе Базеле. Грядет и знаменательное 100-летие с тех пор, когда были опубликованы известнейшие протокольные материалы сионских мудрецов. И в связи с этими историческими событиями для вас пропагандистской работы непочатый край… Тут и итоги выполнения за прошедшее столетие политической сионистской программы, заложенной в установках на первом Всемирном сионистском съезде в швейцарском городе Базеле в 1897 г., а также в протокольных материалах сионских мудрецов, и стратегия с подробнейшей тактикой дальнейших действий сионистов по окончательному завладению миром и управлению им. Конечно, 100 лет лишь миг в истории мироздания, но в нашем движении прошедшие годы важны в том отношении, что в этот период получила воплощение сионистская идея обретения земли обетованной и реализовывалась программа сионских мудрецов по утверждению контроля над миром для воздвижения трона нашего всемирного царя. Подводя же итоги проделанной нашим движением плодотворной работы за столетие, необходимо обозначить дальнейший путь, по которому нашему племени предназначено привезти род человеческий к новому миропорядку.

«Дослушаю до конца повнимательней велеречивого раввина, дабы не упустить какой-либо подробности-детали из сомнительного деяния этого одержимого племени, и с пристрастием обо всем расспрошу его», – мелькнула у меня мысль, и я поинтересовался:

– Чего же достигло ваше движение за истекшее столетие?

– Многого… – многозначительно протянул раввин. – Все завертелось с первого Всемирного сионистского съезда. На нем, естественно, стратегии действия иудейства разрабатывать необходимости не было. Поскольку эта самая стратегия была безукоризненно прописана нашими мудрейшими праотцами еще тысячи лет тому назад. И наши лидеры на этом съезде позволили себе лишь осовременить ветхозаветные теоретические выкладки наших древних сионских мудрецов. Провозгласили еврейское равноправие во Франции, а затем и в других странах. XIX столетие проходило как век великой иудейской подготовки, за которым должен последовать век великих иудейских свершений. И потому о тактике сионистского движения по дальнейшему захвату и освоению мирового пространства в грядущем XX веке на первом Всемирном съезде сионистов говорилось досконально, углубленно и разнопланово. Тогда, в Базеле, наши люди смогли публично огласить сионистскую идею объединения нашего племени из рассеяния и обозначить пути обретения и овладения миром. А спустя несколько лет, ровно столетие назад, были распространены протокольные материалы собрания сионских мудрецов и конкретная программа продвижения сионистской политики. Но сразу скажу, информируя аборигеновские народы всех стран о целях нашего движения, мы начисто отметаем всяческие обвинения в наш адрес в неких тайных заговорах. Мы просто честно и открыто говорим всем этим аборигеновским народам: во имя своего же блага следуйте за нами, за нашим племенем.

– Так что же предстояло сделать вашему движению в XX веке?

– Наши мудрецы сказали: «Уничтожьте аборигеновские государства, разрушьте народы, и вы откроете себе дорогу в мир», чем мы и занимались на протяжении минувшего столетия, – пояснил раввин. – Сосредоточив у себя неограниченный контроль над финансовыми и материальными ресурсами планеты, нам удалось в течение всего прошедшего века определять мировую политику, планомерно двигая происходящее в нужном для нашего дела направлении. Со всей ответственностью заявляем: власти большинства аборигеновских государств, сами того не зная, слепо исполняли нашу волю.

«Да, тут не попахивает расизмом, а омерзительно разит оголтелым сионистским фашизмом», – подумал я, но сдержал свои эмоции и спокойно спросил раввина:

– Как это вами достигалось?

– Овладев средствами воздействия на массы, – сказал раввин, – каковыми являются зрелища, образование, медицина, социальное обеспечение, судопроизводство, мы смогли в полной мере отвлечь слишком беспокойных людей от обсуждения вопросов политики. Внедряя ложные ценности, поощряя и без того сильную межнациональную рознь, религиозную нетерпимость, провоцируя антисемитизм, мы разобщали аборигеновские общества, сеяли взаимное недоверие и даже вражду, между аборигеновскими народами, инициируя разного рода вооруженные конфликты. В конце концов, добившись признания негодности всех существующих правительств и вообще подорвав доверие аборигеновских народов к своей власти, уже к исходу минувшего столетия мы обладали реальной государственной властью в большинстве стран Запада. И, что, пожалуй, самое главное, смогли вплотную подойти к вершинам правления в России, а нынче и подняться на них.

– И что это вам дало? – спросил я.

– Владение властью, – продолжил раввин, – позволило нам на совершенно законных условиях теперь уже напрямую разрушать весь уклад жизни аборигеновского населения. Исполняя высшее поручение наших мудрецов, наша агентура в государственных институтах и учреждениях всех уровней принимает соответствующие законы, проводит либерально-демократические реформы, которые просто-напросто уничтожают самую среду жизнеобитания аборигенов – коренных народов, методично и целенаправленно опуская их до положения вымирания. Совершенно неожиданный эффект в этом направлении, даже не предусмотренный нашей программой, был достигнут в результате широкомасштабного внедрения психотропных препаратов в повседневную жизнь. В историческом плане употребление наркотических средств, обычно растительного происхождения, было ограниченным и не оказывало практического влияния на состояние общества. Зато сейчас, сокрушив аборигеновские государства, обретя свободу, цивилизованный мир в качестве награды получил фактически беспрепятственную наркоторговлю. В странах Запада распространение наркотиков стало повсеместным, в ряде случаев даже на легальной основе, особенно среди подростков и юношества. Успешно развивается наркобизнес в России; все большее число молодых людей, увлеченных «западными ценностями» приобщается к наркотикам, становясь в конечном итоге жертвами наркозависимости. Разумеется, наши агенты во власти ведут «непримиримую борьбу» с наркобизнесом, успешно имитируя преследование отдельных наркодельцов, перехватывая «крупные» партии наркотических веществ, обнаруживая подпольные нарколаборатории, но отнюдь не затрагивая самих основ. В то же время надо признать, что алкогольная наркотизация никогда не препятствовала общественному развитию, но более того, объективно даже способствовала аборигеновской власти. Алкоголь крепко вошел в быт всех слоев общества, став в ряде случаев неотъемлемой составляющей образа жизни. На этапе завоевания власти, организуя «антиалкогольные кампании», вводя «сухие законы», нам удалось нарушать стабильность аборигеновских управлений и даже содействовать их падению. Очевидно, что на этапе владения властью мы напротив, обязаны полностью обеспечивать население спиртными напитками всех типов и сортов по доступным ценам в любое время для и ночи.

– Поговаривают также, что ваши соплеменники в странах поселения контролируют и другие сферы деятельности местных коренных народов? – вставил я.

– Да это так, – подтвердил раввин. – Контролируя пищевую и химико-фармацевтическую отрасли, используя медико-биологические разработки, достижения генной инженерии, стало возможным снабжать аборигеновское население такими продуктами питания, такими лекарствами, при употреблении которых существенно страдает здоровье человека, нарушается обмен веществ, падает сопротивляемость организма, ухудшается репродуктивная функция. Серьезные достижения получены в области разработки средств, разрушающих иммунную систему. В этом плане наиболее эффективными оказались инфекции, вызывающие стойкий иммунодефицит у человека. Заболевание практически не поддается лечению, смертность приближается к 100%. В настоящее время распространение подобных инфекций во все большей степени приобретает характер эпидемии. Поощряя сексуальные девиации, наркоманию, можно, по существу, достичь неограниченного роста заболеваемости СПИДом, а это еще одно средство ускорения вымирания аборигенов, что вобщем-то и требуется. Отмечу также меры, направленные на снижение рождаемости аборигенов: внедрение гормональных противозачаточных средств, могущих, правда, иметь побочный, отрицательный эффект на женский организм, но кого это волнует, пропаганда и поддержка сексуальных извращений, придание такого рода отклонениям социально значимого статуса вплоть до регистрации однополых семей, создание общественных и даже политических организаций. И еще важным фактором повышения напряженности в обществе является проводимая нами либерализация уголовного законодательства. Добиваясь под предлогом «гуманизации», «человеколюбия» и прочего смягчения наказания, особенно за самые тяжкие преступления, сохраняя жизнь серийным убийцам, террористам, мы создаем в обществе атмосферу страха и неуверенности. Ведь ясно, что из тюрьмы всегда остается шанс выбраться, тогда как из могилы уже нет возврата. Особо выделю результаты предложений по развитию спорта во всех видах. Главным нашим достижением здесь является возрождение олимпийского движения и возрождение Олимпийских игр. Практическая работа, проделанная нашим уполномоченным Купером при значительной финансовой поддержке со стороны наших банков, позволила еще за год до первого Всемирного съезда сионистов в Базеле провести I Олимпийские игры в Афинах. Для тех, кто этого не понял, разъясню: олимпийский лозунг «О спорт, ты – мир!» полностью отражает нашу концепцию по овладению миром. А еще я скажу, что в будущем мире не будет никаких других полноценных народов, кроме нашего племени. А душам праведников аборигеновских масс мира будет дано существование в качестве добавки, прилагаемой к нашему племени, и они будут вторичны по отношению к нему, как одежда вторична по отношению к человеку. И в этом качестве они получат то, что полагается им из блага, и по своей природе они не смогут достичь большего совершенства.

– А корректно ли, милостивый государь, – сдерживая свое негодование, проговорил я, – вашему племени демонстративно противостоять народам мира и пытаться высокомерно возвыситься над ними?

– А почему бы и нет? – подивился раввин. – Наше племя не просто одно из звеньев человеческого бытия. Наше племя – фактор космический, подобно Солнцу, Луне, законам природы. Мы самый аристократический народ в мире, каждый из нас обладает королевским достоинством. В известном смысле каждый из наших соплеменников – принц. И все другие призваны к житию для служения нашему племени в его достойнейшей миссии.

– И что же ждать от вашего племени в грядущем? – спросил я.

– Видите ли, – промолвил раввин, – если в начале минувшего века, действуя в соответствии с сионистской программой, мы стремились скомпрометировать, ослабить и разрушить аборигеновские государства и их правительства, то теперь, спустя столетия и войдя во власть, мы имеем возможность совершенно легитимно планомерно проводить мероприятия по разрушению аборигеновских народов. Сейчас первоочередной задачей является радикальное сокращение аборигеновского народа до уровня необходимого обслуживания будущего царствования нашего племени, но не более того… Так называемое общечеловеческое культурное наследие, не имеющее ничего общего с нашим движением, для нас не представляет никакой ценности и должно быть отброшено как ненужный, и даже опасный хлам и забыто навсегда. В новом мире искусства: театр, кинематограф, живопись, скульптура, а также литература, архитектура, все виды зрелищ будут ориентированы исключительно на цели нашего племени как высшей расы. Мерка высшей расы – самосознание, внутреннее осознание собственного превосходства, гордость. Это превосходство не только взаимное субъективное восприятие, но и признание теми, кто неполноценен. Мы – раса, неукротимая во веки веков… Проживая в России и сейчас, и в прошлом, каждый наш соплеменник-сионист, всегда осознавал, что именно он, а не русский, является носителем более совершенных расовых качеств.

– А как же по части демократии? – спросил я.

– Установив демократическое право, – сказал раввин, – располагая неограниченными материальными ресурсами, мы поставили процесс формирования власти в большинстве стран и, что самое главное, в России под свой полный контроль. Толпы аборигенов, опьяненные «этим сладким словом свободы», низвергнув свои правительства, тут же попались в демократический капкан, из которого, уж поверьте нам, никому вовек не выбраться. Впрочем, желания такого у них не возникает, о чем мы не преминули побеспокоиться. В современной демократии большинство подчинено нашему меньшинству. По сути это демократизм хозяев жизни – крупного интернационального капитала. Нашим властям остается лишь убедить толпы, что и они являются участниками демократического процесса. Прослеживается совершенно четкая зависимость: чем демократичнее общество, тем менее свободным становиться человек – материальные заботы, тщеславные устремления вытесняют у него духовную составляющую, превращают его в заложника собственных страстей. Если в органическом мире дарвиновский закон естественного отбора лежит в основе эволюции, то применительно к роду человеческому, в борьбе за существование выживают хотя и сильнейшие, но далеко не лучшие представители – грубая сила довлеет над разумом, подчиняет его себе. Уступая «звериному началу», человек теряет свою духовность и в конце концов фактически утрачивает человеческую сущность. Итак, дорога «ко все большей и большей демократии», есть путь регресса человечества, его деградации, который в конечном итоге ведет к вырождению рода человеческого, а возможно, и просто к полному прекращению его существования.

– Спрашивается, зачем же вам тогда потребовалась демократия? – вставил я.

– Прямо скажу, – рапортовал раввин, – демократия востребована нами вовсе не для созидания, но прежде всего как инструмент разрушения. Концентрируя в своих руках финансовую и политическую власть над миром, мы посредством демократических реформ дестабилизируем аборигеновское сообщество, и, разложив его морально и физически, сможем окончательно покончить с любыми формами аборигеновской государственности, полностью исключить аборигенов из политической жизни. Только так возможно очистить путь к заповедной цели нашего мирового господства.

– Но каким же образом ваше племя собирается победить в современном мире? – спросил я.

– Имеющий уши да услышит! – сказал раввин. Мы возглашаем: «Пусть дивятся блаженные интеллектуалы, всевозможные радетели “общечеловеческих ценностей”, досужие болтуны всех мастей, своими бреднями о торжестве добра над злом, человеколюбии, “красоте, которая спасет мир” морочащие людям головы, но знайте – любое зло искореняется еще большим злом. Абсолютное добро грядущего мира достижимо лишь через абсолютное зло, по сути, содержащее в себе мировое благо. Поэтому не случайно великие пришли к однозначному заключению: путь развития человечества вперед к идеальному обществу лежит через диктатуру». А диктатура есть власть, опирающаяся на насилие, не связанная никакими законами. Известно – «диктатура пролетариата» есть путь к коммунизму. Но есть дорога в будущее и через иную диктатуру. Во исполнение своей достойнейшей миссии наше племя принимает на себя диктатуру среди остальных аборигеновских народов мира. И уже сейчас наше сионистское движение фактически приступило к несению диктаторских полномочий в мире. Большинство стран старого и нового света находятся под нашими прямым управлением, происходит интеграция отдельных стран в различные экономические, политические блоки и объединения – ВТО, Евросоюз. Военный блок НАТО превратился в могущественную силу, способную утвердить новый миропорядок уже в глобальном масштабе. Посредством НАТО мы можем проводить в жизнь нашу политику, диктовать миру свои условия. И наконец-то настал тот момент, когда мы во всеуслышание можем объявить: «Наши соплеменники овладели полнотой власти в России». Они заполнили все поры государственного механизма, начиная от высшей власти до средств массовой информации. Русские успешно выдавливаются из всех сфер управления. Мы тщательно отслеживаем, чтобы на руководящие должности попадали преимущественно лица с еврейским содержанием либо представители национальных меньшинств. Что до русских, то им предоставлено почетное право оставаться в рядовых. Только в крайних случаях, и то в силу необходимости, назначение может получить проверенный русский, исповедующий сионистскую идеологию. Если дела в России будут и дальше развиваться таким же образом, то мы даем уверенный прогноз: в текущем столетии Россия как государственное образование исчезнет с географической карты, и нам ничто не помешает установить диктатуру по всей Земле. Здесь уместно дать некоторые разъяснения и ответить на бытующие вопросы о существовании некоторого мирового тайного правительства, о наличии какого-то заговора нашего племени. Хорошо известны попытки ряда исследователей найти эту подпольную мировую организацию, реально властвующую на земле. Спешим разочаровать неугомонных следопытов: невозможно разыскать то, чего нет. Просто такого скрытого от всех правительственного учреждения, наделенного административными атрибутами, как это представляется примитивным аборигеновским головам, в природе не существует. Тем более что, действительно, в том нет никакой надобности.

– Но, что-то же все-таки есть? – вставил я.

– Наверно, несказанно удивятся те, до которых дойдет, – сказал раввин, – что именно наше племя в целом и есть то мировое правительство, та сила, которая незримо господствует в мире на протяжении тысячелетий, управляя всеми общественными процессами, влияя на судьбы народов и даже каждой личности в отдельности… В основе нашего существования всегда находился принцип взаимовыручки: «один за всех и все за одного», каждый наш соплеменник в любое время знал свое место и понимал, что ему надлежит делать. И в нашем движении ни один из наших соплеменников не считается со своими собственными устремлениями или прихотями, следуя главенствующему положению нашего бытия: «все для борьбы, все для победы нашего родного племени», не жалея, если это потребуется, даже собственной жизни. В течение многих веков наше племя существовало как единый живой организм, и любой наш соплеменник, даже пребывая в отрыве от своей общины, оставался частицей этого организма, разделяя с остальными общую боль и радость. И вот теперь настало время, когда мы можем во всеуслышание открыто объявить всем: наше племя в общем и целом принадлежит сообществу «высших людей». А это как раз и есть тот главенствующий атрибут, который выделяет наше племя среди земного человечества как сообщество, в полной мере наделенное качеством «высшей расы». Политические задачи по большей части, как и прежде, мы успешно решаем через масонство, полностью контролируемое и направляемое нашими мудрецами. Идеологической же основой диктатуры нашего племени является сионизм. Мы вправе назвать сионистское учение высшим достижением человеческой мысли за весь период существования Homo sapiens на земле. Итак, повторяю, обладая диктаторскими полномочиями, наше племя сможет выполнить условия, необходимые для построения общества будущего: уничтожить государственность во всех существующих ныне видах, безжалостно подавить любую ересь, подготовить народы для жизни в грядущем мире. Сейчас, начав новое столетие, мы вплотную подошли к конечному этапу реализации своих планов.

– Каков же будет удел коренных народов или, как вы их называете, аборигенов при новом порядке? – спросил я.

– Надобно, – сказал раввин, – чтобы каждый четко представлял себе трудности и тяготы на том нелегком пути, который всем аборигенам придется пройти. Потребуется преодолеть и социально-экономические потрясения, и опустошительные войны. Одной из основных задач при формировании нового миропорядка будет проблема регулирования аборигеновского населения в пределах численности, необходимой для обеспечения достойных, вольготных условий жизнедеятельности нашего племени, но не более того. Не будем забывать, что ресурсы планеты Земля ограничены, и даже сейчас природа не выдерживает антропогенного воздействия. Что же касается воспроизводства аборигеновских народов, то этот процесс будет поставлен на строго научную основу. Используя методы селекции, аборигеновские пары будут подбираться таким образом, чтобы их дети обладали физическим и психологическим здоровьем, имели благопристойную внешность. Любые попытки нарушения установленных связей будут пресекаться самым жесточайшим образом. Новорожденные с аномалиями будут выбраковываться, нормальные же дети по окончании вскармливания примерно через год после рождения будут отбираться от матерей и помещаться в специализированные детские, а затем в подростково-юношеские учреждения, где получат начальную религиозную подготовку и приобретут рабочую профессию сообразно своим наклонностям. При этом надо иметь в виду, когда мы говорим о воспитании аборигеновской молодежи: каждый должен четко представлять себе, что речь идет отнюдь не об образовании в том смысле, как это понимается в настоящем, а именно о целенаправленной дрессировке, позволяющей последовательно с наибольшим эффектом готовить аборигеновское подрастающее поколение к исполнению своего долга в назначенном им нами трудовом деле.

– Какова будет роль интеллигенции при вводимом вами новом порядке? – спросил я.

– В отношении аборигеновской интеллигенции, – сказал раввин, – наша позиция совершенно определенна: этой интеллигенции не должно быть. Нельзя допустить, чтобы так называемые личности «мутили воду», внося брожения в умы и подрывая тем самым системные основы нового миропорядка. В то же время особи, наделенные способностями к искусствам, спорту смогут развивать свой дар и в дальнейшем будут привлекать трудящиеся аборигеновские массы, положительно воздействуя на их трудовой энтузиазм. И только так необузданные, разнородные и неуправляемые аборигеновские толпы возможно превратить в настоящую трудовую армию, послушно и усердно несущую службу нашему племени. Замечу, что владение нашим племенем диктаторским правом позволяет нашим соплеменникам использовать аборигеновские тела для исправления и ремонта человеческого организма в случае преждевременного выхода его из строя, а также с целью проведения медицинских экспериментов, помня, что опыт на живом теле не имеет ценности. Для этого будет введена специальная система формирования банка запасных органов, которые до востребования должны храниться непосредственно в организмах живых доноров-аборигенов. Количественный и качественный состав донорских групп определится прежде всего потребностями нашего племени в органах. Нельзя допустить, чтобы наш соплеменник терял свое тело только из-за того, что вовремя не нашлось подходящего донора из аборигенов. Но удостоится такой милости от нас смогут далеко не все аборигены. Почетное звание донора получат лишь обладатели безукоризненного здоровья, не отравленные алкоголем, наркотиками или воздействием вредных производств и не слишком старые… Следует отметить, что детородная функция будет сохранена только у тех аборигеновских женщин, которые по своим физическим и психологическим качествам отобраны к деторождению. Все остальные женские особи во избежание неконтролируемого размножения аборигенов, появления неполноценного потомства подвергнутся стерилизации… Тут уместно обратиться к одному из важнейших пунктов сионистской программы, а именно к экономической составляющей наших планов. На этапе разрушения аборигеновских государств мы рассматривали рыночные отношения как решающее средство разобщения и закрепощения аборигеновских народов, завоевания и укрепления нашей власти и обеспечения всеобщего контроля. Теперь же, сосредоточив богатства планеты в своих руках, наши соплеменники окончательно сконцентрировали власть над аборигенами и подошли к заключительной части нашего пути к установлению нового мирового порядка.

– Какими же качествами должны обладать коренные народы, чтобы быть допущенными в трудовой удел вашему племени? – спросил я.

– Это будут, – сказал раввин, – отдельные категории европейской расы, главным образом из западной и северной языковых подгрупп германской языковой группы, представители восточно-азиатских народов, великоросская часть славянства. Не забудем, что европейские аборигены, в особенности германцы, отличаются аккуратностью, пунктуальностью, они исполнительны, законопослушны, ценят порядок. Именно европейские аборигены окажутся незаменимыми работниками в высокотехнологичных отраслях экономики. Наиболее достойные из них при соответствующей подготовке смогут заняться творческой работой, участвовать в исследованиях и разработках. Трудолюбивые восточные азиаты, как безотказная рабочая сила, смогут быть использованы при реализации крупномасштабных проектов с большим объемом земляных и ручных работ, например в обводнении и ирригации, в частности, рисосеянии, чаеразведении. Юго-восточные азиаты найдут себе применение, скорее всего, в индустрии развлечений. Жители южных, центральных, западных регионов Азии, мало приспособленные к систематическому труду, к тому ж в значительной степени захваченные мусульманским экстремизмом, вряд ли востребуются в грядущем мире. Само собой разумеется, что в грядущем миропорядке такого большого числа работников, даже из востребованных коренных народов, просто не понадобится. Потребность в азиатских работниках всех вместе не превысит 300–350 миллионов. Судьба лишних никого не должна заботить. Выбор же великоросской части славянства не случаен.

– Какая же в данном случае мотивация? – спросил я.

– Не лишне заметить, продолжал раввин, – что в отличие от прочих славянских народов русские отличаются добродушием, они не злопамятны, хотя легко поддаются эмоциям, внушаемы и жалостливы. Русские обладают природной физической силой, смекалисты, способны приспосабливаться к обстоятельствам и выживать, казалось бы, в невозможных условиях. Необходимо особо подчеркнуть, что по своему характеру русские абсолютно невосприимчивы к демократии, либерализм им непонятен и чужд. Не испытывая никакого почтения к чужой частной собственности, русские уважают только крепкую хозяйскую руку. И мы обещаем: в будущем мире вековечная мечта русского мужика о «добром царе» наконец-то сбудется – такого царя из наших соплеменников он получит.

– И чем же русские будут заняты при диктатуре вашего племени? – спросил я.

– При правильной постановке дела, – сказал раввин, – русские рабочие смогут успешно трудиться в горнодобывающей промышленности, металлургии, строительстве, на лесоразработках, в сельском хозяйстве. И, наконец, в пользу данного выбора укажем еще на одно обстоятельство. Русские всегда были идеальными воинами. У них зачастую недоставало хорошего командования, но при должном управлении русская армия во все времена представляла собой первоклассную боевую силу. И такая сила нам потребуется. Под руководством сионистского офицерства российская армия станет решающим фактором утверждения нового миропорядка. В дальнейшем же русские составят основной контингент призыва в мировые вооруженные силы быстрого реагирования, обеспечивающие порядок и спокойствие в любой точке планеты. В целом, по подсчетам наших мудрецов, общее количество великоросских славян при диктатуре нашего племени составит 35–40 миллионов. Прочие славянские народы должны исчезнуть.

– Какова участь ожидает другие племена и народы при вашей диктатуре? – спросил я.

– В отношении других аборигеновских племен и народов, – сказал раввин, – будет производиться сугубо индивидуальные отбор. Так, африканские рабочие могут быть использованы для работ в условиях тропического климата, там, где белый человек не выдержит и нескольких недель. К тому же мы знаем, что историческая практика трудового применения негров показала способность чернокожих производительно трудиться лишь под жестким контролем, главным образом в сельском хозяйстве и на рудниках. В общей сложности от Африки в трудовом уделе новому миропорядку потребуется порядка 100–150 миллионов работников.

– А что будет с темпераментными народами Латинской Америки и романской группы Европы? – спросил я.

– Эти аборигены, – сказал раввин, – более склонные к карнавалам, нежели к производительному труду, пригодятся лишь в части проведения развлекательных мероприятий и в сфере оказания услуг. Численность указанной категории населения в пределах 100–150 миллионов будет вполне достаточна, чтобы наряду с представителями юго-запада Азии закрыть всю отрасль обслуживания, включая зрелища. Еще раз подчеркну: мусульманские аборигены, как носители воинствующей исламской идеологии и неиссякаемый источник терроризма, не будут допущены в новый миропорядок, хотя какое-то количество рабочих для обслуживания нефтяных разработок и придется сохранить. Что касается этнических меньшинств, например африканских пигмеев, новогвинейских папуасов, оленеводов Заполярья и прочих, то эти аборигены, проживая в условиях изоляции, по сути, в естественных резервациях, не представляют опасности для нового миропорядка. В то же время по примеру североамериканских индейцев или аборигенов Австралии смогут послужить объектом научных исследований. Но, конечно же, основу будущей мировой государственности составят нынешние североамериканские штаты.

– Каким же образом вы станете на практике осуществлять новый порядок в мире при диктатуре вашего племени? – спросил я.

– Со всей прямотой заявляю, – сказал раввин, – при подготовке человечества к новому миропорядку нам придется в полной мере использовать бесценный опыт управления людскими массами, накопленный гитлеровской Германией в результате национал-социалистических экспериментов. Используя хорошо отлаженные технологии переработки человеческого материала на индустриальной основе, конечно, в несопоставимо более широком масштабе, по сути, на глобальном уровне, мы сможем ликвидировать все лишнее. Истребив часть, пусть даже значительную, мы спасем целое.

– Итак, что же осталось сделать сионистскому движению для реализации задуманного им нового порядка в мире? – прервал я раввина.

– Повторяю, – торжественно провозгласил раввин, – первоочередной задачей сегодняшнего дня для нас является уничтожение России и Православия, ибо эти чудища по-прежнему стоят на пути нашего племени в новый миропорядок. Борьба идет не на жизнь, а на смерть. Повторяю: наши люди, войдя во власть в России, не жалея своих сил и даже рискуя жизнью, ведут беспримерную борьбу с врагом, планомерно и методично разрушая все государственные институты: экономику, армию, социальную систему, образование, здравоохранение. Россия согнулась, но даже сейчас, накрепко сплетенная непомерными внутренними и внешними долгами, почти что стоя на коленях, она способна вновь воспрянуть. Расслабляться нельзя ни на миг. России не должно быть оставлено ни единого шанса. И однажды мы уже показывали свою силу, устроив этим русским в октябре 1993 года кровавую баню. Это предостережение потенциальным Сусаниным, Мининым да Пожарским, что значит вставать на нашем пути. Мы с беспощадной жестокостью будем и дальше давить любые попытки возрождения, истребляя крамолу в зародыше. Пусть ни один бунтовщик, ни один смутьян или даже просто маловер не рассчитывает на снисхождение.

– Каков же дальнейший план действий вашего племени? – спросил я.

– После окончания разрушения российской экономики и вооруженных сил объединенным армиям международной коалиции останется лишь занять основные центры России и ввести внешнее управление. Локальные очаги сопротивления будут подавлены точечными ударами высокоточного оружия. Возможно, в отдельных случаях потребуется использовать средства массового поражения, в том числе и ядерные.

– И как вы поступите, овладев Россией – этим «огромным пирогом»? – поинтересовался я.

– Международное сообщество незамедлительно перейдет к его освоению, – последовал ответ раввина. – И, уж будьте уверены, при диктатуре нашего племени с приобретенным добром мы сумеем распорядиться бережно и по-хозяйски. В самом деле, ведь Россия – это и необозримые земли, и природный резервуар чистой атмосферы: сибирская тайга наряду с джунглями Амазонки – легкие планеты, и поистине неиссякаемый источник пресной воды: Байкал, Ладога, реки Сибири, и богатейшая кладовая полезных ископаемых. Природно-климатические условия средней полосы, где расположена Россия, достаточно благоприятны для ведения сельского хозяйства. При правильной постановке дела население, по крайне мере северного полушария, может быть полностью обеспечено высококачественными, натуральными мясомолочными и плодовоовощными продуктами питания, в том числе и кошерными. Человечество в интересах своего же выживания просто обязано сохранить природную среду этой громадной территории, превратив ее в заповедную зону. При этом уместно заметить, если любое вмешательство в природу, будь то производственное или бытовое, должно производиться с максимальной осторожностью, чтобы минимизировать или даже вовсе исключить экологический ущерб, то местное аборигеновское население потребуется подвергать радикальной чистке.

– И что же это за «радикальная чистка»? – спросил я.

– Совершенно очевидно, – сказал раввин, – что нетрудоспособная часть русского этноса, так называемая просвещенная русская интеллигенция, а также различные неугомонные личности – словом, все те, кто представляет препятствие на пути нашего племени к новому миропорядку, должны быть убраны с дороги. По оценкам наших мудрецов, общее количество сокращаемого российского населения составит приблизительно 80–100 миллионов человек. Сохраненная часть русских, пригодных к трудовой деятельности, будет перемещена в районы несения своего трудового удела – к местам разработки месторождений, в сельскую местность. Особо отмечу: вся научно-образовательная система бывшей России, от дошкольных до академических учреждений, будет ликвидирована и заменена начальными профессионально-религиозными учебными заведениями для подготовки аборигеновской молодежи служению нашему племени в установленном нами трудовом уделе нового миропорядка. Научно-исследовательские организации, разумеется, со штатом из лиц нашего племени, сохранятся в ограниченном числе лишь для обслуживания текущего производства. Промышленность будет ориентирована в основном на добычу полезных ископаемых и их первичную переработку. Также не исключается возможность развития некоторых отраслей легкой промышленности по выпуску пищевой продукции и предметов первой необходимости.

– И что же будет дальше с Россией при диктатуре вашего племени? – прервал я раввина.

– Архивы России будут запечатаны, – продолжил раввин. – Доступ в них получат особенно доверенные лица из наших мудрецов по специальному назначению. Одновременно, на этот раз уже окончательно и бесповоротно, будет уничтожено православное христианство без малейшей надежды на возрождение. Особо важно отметить, что при уничтожении России придется покончить и с русской культурой, совершенно бесполезной и даже вредной для нашего дела, и сокрушаться тут нечего. Сейчас, в начале нового столетия, мы еще раз выражаем твердую уверенность в том, что к окончанию нынешнего века, а может быть, даже и раньше, мировое сообщество окажется свидетелем воистину эпохальных событий огромной исторической важности: конца существования тысячелетней православной империи и окончательного искоренения православной веры. По мере разрушения российской государственности станет возможным овладение центральными, восточными, южными и ближневосточными регионами Азии с политическим и этническим переустройством на этой территории. Тут все пройдет значительно проще и быстрее, можно быть вполне уверенным, что особых проблем не возникнет. Применяя в неограниченных масштабах средства массового поражения, главным образом боевые отравляющие вещества, а также биологическое и тактическое ядерное оружие, мы сможем в самые сжатые сроки устранить до 4-х и более биллионов азиатов. Оставленные в жизни займутся обеззараживанием местности, восстановлением сельского хозяйства, промышленности в заданных объемах. Наземные операции будут проводиться объединенными миротворческими силами блока НАТО с привлечением российских подразделений. Особо подчеркну: именно в ходе азиатской акции предусматривается полное уничтожение мусульманского мира с его исламистской идеологией; с этим постоянно действующим источником терроризма и рассадником язычества надлежит покончить раз и навсегда.

– А что же произойдет в Африке? – спросил я.

– Особых хлопот, – сказал раввин, – по обезлюживанию африканского континента вообще не предвидится. Искусственно вызванные массовые эпидемии не оставят никаких шансов на выживание коренного населения. Уцелевшие составят трудовой контингент для работ на тропических плантациях, рудниках и копях. Само собой разумеется, под самым строжайшим нашим контролем. Аналогично произойдет очистка южноамериканского континента. Здесь сможет пригодиться даже опыт средневековых конкистадоров и первых поселенцев Северной Америки, почти полностью истребивших проживавшие там индейские племена… На заключительном этапе строительства нового мирового порядка на Земле понадобиться провести окончательную зачистку человеческих завалов среди европейского и североамериканского народонаселения. Разводить здесь какие-либо церемонии неуместно и опасно. Все непригодное к проживанию при диктатуре в мире нашего племени останется в прошлом. Именно тогда станет возможным окончательно избавиться от славянства, как православного, так и католического. Одновременно с этим Европа и Северная Америка будут вычищены от носителей социальной и физической заразы. По различным оценкам, в целом так называемый свободный мир потеряет 300–350 миллионов своих сограждан, но не стоит сокрушаться по этому поводу и горевать. И вот тут-то, мы заявляем совершенно открыто: именно на завершающей стадии строительства нового миропорядка и востребуется наша армия, основу которой – об этом говорилось, составят великороссы. Хорошо выученная, снабженная всем необходимым, с современным вооружением, ведомая сионистскими командирами. Только наша армия закончит перестройку рода человеческого под диктатурой нашего племени, утвердит и в дальнейшем поддержит новый миропорядок… Да, путь к новому миропорядку труден и жертвенен. Человеческие утраты будут безмерны – ведь численность населения Земли сократится на 4,5–5 биллионов человек, но иного не дано.

При сих словах раввин раскланялся и, бросив фразу: «Успеха вам в вашем благородном просветительстве русских аборигенов, да и не только русских!» – удалился.

Что я сейчас и делаю: довожу до сведения людей труда и планеты Земля, какая участь уготована им вездесущими, алчными, наглыми, ненасытными сионистскими соплеменниками. А как поступить с коварными пришельцами-расистами? Подсказывать трудовому народу нет необходимости. Во всяком случае, русский народ уж точно знает, как следует обойтись с мерзкими, фашиствующими сионистскими супостатами-оккупантами.

28.09.06 г.

ПРОСИМ ПРИНЯТЬ НАС ПОД ВЫСОЧАЙШУЮ СВОЮ ДЕРЖАВУ

Как формировалось государство Российское и что за люди, нарушившие волю предков

Послушаешь порой заявления иных нынешних новоявленных «суверенных» руководителей бывших союзных республик по радио и телевидению, почитаешь их пространные послания и речи в газетах – и диву даешься. Сколько в словах сих власть имущих яда, злобы, ненависти и остервенелости при упоминании до недавнего времени процветающей монолитной страны Советов! Это, мол, и империя зла, и душительница свободы, и тюрьма народов. Короче, беспросветный оккупационный режим.

И слог-то, слог какой базарно-беспардонный! Сплошной низкопробный цинизм и навешивание омерзительнейших незаслуженных ярлыков и эпитетов великой державе – преемнице Российской империи, спасительнице мировой цивилизации.

Впрочем, чего другого ждать от иных нынешних руководителей-временщиков бывших союзных республик? Перевертыши, они и есть перевертыши! Они предали свою страну, а сейчас с содроганием наблюдают за надвигающимся ее воссозданием. Чувствуют приближение неотвратимой расплаты за содеянное.

А ведь были и иные времена, и иные нравы! И мудрые властители национальных окраин, предшественники нынешних амбиционных «суверенных» президентов-узурпаторов, придерживались тогда совсем другого стиля при изложении своих сокровенных мыслей и чаяний.

Вот, к примеру, как изящно сказано о главном в листе Богдана Хмельницкого, посланном из Черкас царю Алексею Михайловичу с сообщением о победах над польским войском и желании украинского народа объединиться с Россией:

«Наяснийший, вельможний и преславний цару московский, а нам велце милостивий пане и добродию… Зичили бихмо соби самодержца господаря такого в своей земли, яко ваша царская вельможноеги православний хрестиян-ский цар, азали бы предвичноё пророчество от Христа Бога нашего исполнилося, што все в руках его святое милости. В чом упевняем ваше царское величество, если би била на то воля Божая, а поспех твуй царский зараз не бавячися, на панство тое наступаты, а ми зо всим Войском Запорозким услужить вашой царской велможности готовисмо, до которогосмо з найнижшими услугами своими яко найпилне ся отдаемо… Дат с Черкас, июня 8, 1648. Вашему царскому величеству найнизши слуги. Богдан Хмельницкий, гетман з Войском его королевской милости Запорозким».

Немало культурных и обходительных людей было в разное время и среди представителей молдавского народа. И подтверждением тому может служить грамота молдавского господаря Георгия Стефана царю Алексею Михайловичу об отъезде в Россию посольства во главе с митрополитом Гедеоном и боярином логофетом Григорием Нянулом для ведения переговоров о переходе Молдавии в русское подданство:

«…Челобитно творим пред великому и православному ти царству, велики господарю и наши православний царю, понеже ибо благодятием Божием сердце нашя вожеждет на восяк о время и на всяк час поклонитися к пресвятому и великому ти царство и непрестано с всих наших православных християн, пребиваещих же в нашей страни Молдавской, молим Господа Бога вседержителе да подарует царскому ти величество долголетний живот и здравие и побяди на всих неприятели.

Мы, не знающи в всих вселенских странах иншего православнаго царя, развя царское ти величество, днес прибегаем и припадаем под славна и висока, и честна ти рука… Тилко молим и желаем царское ти величество да имати быти за вярности, об наше словеси истини суть. Поклон малый от художества нашего вашиму царскому величество посылаем и усердно просим, яко да благовосприимеши от мене, поклоника вашего царского величества. И ликуй царствию ти с Богом. Аминь.

У Яс, в лето 1656 мартие 15.

Благодатием Божием добровольнии поклоник и всеких благ желатель и слуга царскому ти величеству Ио Георгие Стефан воевода, Божию милостию господарю земли Молдавскому, челом бием пряд великому ти царство».

Знали толк в эпистолярном искусстве и предшественники нынешних прибалтов. Вот как, к примеру, в феврале 1795 г. были сформулированы сокровенные помыслы в прошении Курляндского рыцарства и земства о принятии Курляндии под покровительство России:

«Мы, земский предводитель и земские послы ныне созванного сейма благородного рыцарства и земства Курляндского и Семичальского.

Чрез сие всенародно объявляем, что поелику мы на настоящем сейме и нынешнего числа манифестом нашим торжественно отреклись от союза, в коем мы доселе с Польшей пребывали, и от прежнего над нами польского верховного начальства и покровительства по означенным в нашем манифесте побуждениям и причинам и в то же время приняли во уважение не токмо, что нам, яко весьма малой области, невозможно самим собою независимо и без покрова высшей державы существовать, но и сколь тягостна и предосудительна была для общего блага бывшая доселе в Курляндии ленная система, то натуральным образом долженствовали мы не токмо восчувствовать необходимости покориться вновь верховной власти, но и возыметь желание, отрицаясь от существовавшего доныне верховного начальства, отказаться и от ленной системы и происходившего отоной посредствовенного правления и покориться непосредственным образом, но беспоредствованно сей высшей державе.

При сей для нас и потомства нашего столь важной перемене с чувством покорности и благодарности вспомним кы то высокое и сильное покровительство, коим мы и сии герцогства в продолжение всего настоящего столетия августейшими обладателями Российской империи уже удостоены были, а наиначе в новейшие времена от е. в. достославно царствующей императрицы всея России Екатерины II во время высочайшего благоденственного и достославного ее государствования, так что пред целым светом почитаем мы долгом чрез сие паки возобновить достодолжное признание, что мы – нашим по днесь продолжающимся существованием единственно обязаны сему высочайшему и сильному покровительству. И поелику таковое покорное и благообразное воспоминание необходимо долженствовало возбудить и вселить в нас намерение, чтоб посредством добровольного покорения под достославную державу е. в. императрицы всероссийской не токмо навсегда приобрести сие высочайшее и сильное покровительство, но и тем самым сделаться сопричастными блаженства и счастья, коим наслаждаются верноподданные под правлением, е. в. достославно царствующей императрицы, того ради, вследствие всего вышеозначенного, мы на настоящем сейме постановили, утвердили и положили…»

«Дан в Митаве на земском собрании…»

Напомню читателям: Курляндское герцогство (Курляндское и Земгальское герцогство) образовалось при распаде Ливонского ордена в результате подчинения ливонских феодалов польскому королю Сигизмунду II Августу на основе договора от 28 ноября 1561 г. Во главе Курляндского герцогства стоял бывший магистр Ливонского ордена Г. Кетлер и его потомки, затем Бироны. В 1795 году Курляндское герцогство было присоединено к России и на его территории была образована Курляндская губерния. А Митава – центр Курляндского герцогства. Ныне же это город Елгава, расположенный посредине Латвии, невдалеке от Риги.

Но вернемся к нашей теме, то бишь к проблеме деликатности в сфере человеческого общения на высшем уровне. Кстати, этому издавна уделялось большое внимание и на Кавказе. Взять хотя бы историю грузино-русских отношений. И свидетельством тому может служить написанная еще в 1638 г. грамота царя Мегрелии Леона к царю Михаилу Федоровичу о желании грузинского народа перейти в подданство России. В грамоте же той говорится:

«Превысочайшему, благочестивому, Богом хранимому самодержцу единому, начальнику веры християнские, царю государю московскому и всея Русии многолетнему царю Михаилу и царствию твоему. Раб твой, дидиянский государь имянем Лев в смиренном образе бъет челом и поклоняетца и молит Бога, чтоб многолетнему сотворил Бог высоту великому царствия его государева… И поклоняется его царствия его государева… И желал-де он от многово времяни чтоб ему служити его великому царствию, да не изыскал такова времяни, как ему государю о том побить челом. А ныне-де, он послал к его великому царствию крестового своего попа имянем Гаврила. И поклоняетца его царскому величеству он, раб его со святыми Божиими церквами и со святыми мощми и со главою своею и со всею областию своею и со всем державством своим, поддаетца служити его великому царствию и бъет челом, чтоб он, великий государь пожаловал его, прислал к нему посла своего с своими царскими грамотами и принял бы их под свою царскую высокую руку, чтоб им всегда быти под его царского величества рукою и служить бы им царствию его, яко и иные рабы его государевы, и иметь бы им от него, великого государя, себе помощь и заступление, чтоб им стоять о вере Христове».

Не уступали в те давние времена грузинским государственным деятелям и армянские державные мужи по части утонченной предупредительности и такта! И доказательством тому может служить отправленное в 1724 г. послание армянских патриархов Исайи и Нерсеса императору Петру I с просьбой принять армянский народ под покровительство России:

«По Божией милости великому самодержцу цесарю и государю Петру Алексеевичу, императору нашему, нижеписаные последнейшие рабы страны армянской Исай и Нерсес, патриархи, и прочие, которые ниже печати свои приложили, напред сего о всех наших нуждах чрез четыре или пять писем в. в. доносили, но ни на которое резолюции не получили, и для того в такой безнадежности обретаемся, что якобы мы от в. в. в забвении оставлены, понеже чрез три или четыре уже года живем в таком распутий, яко овцы без пастыря, и на единого токмо Бога и на в. в. полагаем надежду, а кроме в. в. ни на кого надежды не имеем; до сего времени которых неприятелей мы имели со всех четырех сторон, по возможности от оных оборонялись и себя содерживали, а ныне пришло турецкого войска множество, и многие персидские города побрали, а именно Теврис, Нагшиван, Эриван, Тифлис, Боргалюхазах, и намерены придти в Генжу и к нам, о чем с великими слезами просим учинить нам как наискорее вспоможение хотя морем на нашу сторону, а о хлебе и прочем чтоб оные воинские люди не сумневались, мы можем приготовить хлеба тагаров тысяч пять или шесть, токмо б повелеть им придтить в провинции Карабахскую и Шемахинскую вскорости, а ежели не будут, то по сущей истине турки поберут все месяца в три и христиан всех побьют и погубят, а мы иной надежды кроме в. в. не имеем, того ради повторне просим в. в. ради Христа и Креста Господня приказать нас высвободить, в чем мы полагаемся на волю в. в.»

И таких вот цитат из деликатно-слезных прошений, посланий, писем, клятвенных обещаний, присяг, грамот, обращений, записок, просительных пунктов, предложений, обязательств прежних государственных деятелей можно привести превеликое множество. И лейтмотивом во всех этих посланиях проходят одни и те же фразы: «Просим принять под высочайшую свою державу… Всегда верно и справедливо служить обещаюсь… А кроме вас ни на кого надежды не имеем…»

Сама логика развития исторических событий властно диктовала народам-соседям объединяться в великую державу для всеобщего процветания. И надо сказать, что в каждом отдельном случае на послания-прошения властителей национальных окраин из столицы великого государства следовал уважительный, благожелательный ответ. Вроде вот этого письма князя Г.А. Потемкина от 19 октября 1786 г., адресованного шамхалу Тарковскому Бамату с извещением о принятии его в подданство России:

«Высокостепенному и знаменитому шамхалу Тарковскому Бамату:

По получении здесь всеподданнейшего вашего прошения е. и. в. благоволила снизойти на оное и принять вас под высочайшую свою державу…

Князь Потемкин».

И тут может быть задан мне вполне законный вопрос: а зачем, собственно, так подробно об этом всем писать?

Отвечу однозначно. Неотвратимо грядет знаменательное историческое событие – воссоздание нашего великого государства! И всем нашим народам надо обязательно знать, как формировалось могущественное государство Российское. А заодно и пригвоздить к позорному столбу амбиционных политиканов, нарушивших волю мудрейших предков и ввергнувших граждан единого государства в бездну нищеты, бесправия и кровавых междоусобиц.

[1] Фрагменты киноповести — политического детектива «В схватке», М., 1999.

АКЦИОНЕРНЫЙ РАЗБОЙ

Слишком уж истеричны сетования: в этой стране, дескать, крайне медленно идет реставрация капитализма, а отсюда и досадная задержка вхождения ее в мировое сообщество. Мол, и приватизация вершится через пень-колоду, и класс собственников растет не теми темпами, которыми хотелось бы.

Но одно дело, скажем, прихватить с благословения мэрии или правительства для личных нужд какой-нибудь отдельный многоэтажный, добротный особняк в центре столицы, совсем другое – целый микрорайон или какой-нибудь отдельный кусок Москвы.

Взять хотя бы ту же всемирно известную Выставку достижений народного хозяйства СССР, а по-нынешнему Всероссийский выставочный центр. Чем не лакомый кусочек? Причем довольно солидный и весьма калорийный! Основная территория ВДНХ занимает 260 гектаров. Имеется также около 500 гектаров промышленных и сельскохозяйственных площадей. Общая же закрытая выставочная площадь – 190 тысяч квадратных метров. Это – 78 павильонов-красавцев, которые ежегодно посещали до 12 млн человек, в том числе около 600 тыс. иностранцев. А как не вспомнить о знаменитых позолоченных фонтанах, бассейнах, садах и парках выставки?

Естественно, у многих хватких на добычу граждан даже глаза вожделенно поблескивали, глядя на это бесценное чудо национальной архитектуры и культуры. Да не каждому дано в кратчайший срок все это государственное добро оприходовать в своих интересах. Кишка тонка! Тут нужен особый организационно-пробивной опыт! И только генеральному директору Выставки достижений В. Саюшеву оказалось под силу взять на себя решение сей многотрудной задачи. А все потому, что получил он достойную закалку на руководящих должностях в комсомоле, народном образовании, в сфере профессиональной подготовки…

И вот в ноябре 1991 г. в газете «За передовой опыт» появляется рекламно-зазывная публикация под броским заголовком «ВДНХ – оазис для бизнесменов». В ней прогрессивно мыслящий и тонко чувствующий конъюнктуру после августовских событий генеральный директор выставки поспешил высказать заинтересованной общественности свои основополагающие соображения применительно к новому режиму: «в условиях рыночных отношений ВДНХ должна менять содержание и тематическую направленность, свою организационную структуру, методы работы, систему материально-финансового обеспечения» и т.д.

Упомянув, что «основные фонды и земли выставки оцениваются в сумме порядка 3 млрд руб.» (в ценах 1990 г.), В. Саюшев сообщил, как собирается переделать вверенную ему махину. С одной стороны, «создать на базе ВДНХ СССР акционерное общество». А с другой – оказывать «всемерную поддержку предпринимательству, организации биржевой и посреднической деятельности, проведению биржевых и торговых операций…»

И работа завертелась!

Энергичный В. Саюшев форсировано составил для высших инстанций разного рода бумаги-обоснования превращения ВДНХ – достопримечательности столицы в акционерное общество. И стал он зондировать возможные подходы к президенту РФ Б. Ельцину, дабы тот поддержал своим державным указом проявленную инициативу верноподданного новоявленного реформатора.

Первыми откликнулись на предложение В. Саюшева председатель Госкомимущества РФ, министр А. Чубайс и министр науки, высшей школы и технической политики РФ Б. Салтыков. Они не только единодушно одобрили задумку оборотистого новатора, но даже по сему поводу издали совместный приказ 20 декабря 1991 г., обязавшись всячески посодействовать в этом направлении.

В то же время поощряемые В. Саюшевым к предпринимательству сообразительные руководители павильонов и других подразделений Выставки достижений незамедлительно кинулись с поклоном к толстосумам-дельцам, предлагая в аренду вверенные им государственные помещения. И успех не заставил себя ждать! На ВДНХ покатили в новеньких импортных лимузинах нынешние хозяева жизни – доморощенные бизнесмены. Павильоны-красавцы пришлись им очень даже по душе. И началось массовое поселение коммерсантов на ВДНХ. Вскоре же не только выставочные площади были сданы в долгосрочную аренду сотням толстосумов-дельцов, но и подвалы с чердаками пошли в ход для этих целей.

А засим захваченные государственные павильоны шустрые арендаторы поделили на сусеки и завалили их заморским ширпотребом, залежалыми консервами, бытовой техникой, автомобилями, бутылками со спиртным…

Тут, правда, возникла проблема с охраной всего этого иноземного добра. Но навстречу интересам богатых арендаторов охотно пошли сотрудники отдела внутренних дел по охране выставки, а вслед за ними и служивые второго полка управления охраны при ГУВД Москвы. Рядовой и офицерский состав этих вооруженных подразделений по договору за дополнительную плату обязался ревностно денно и нощно беречь как зеницу ока скарб преуспевающих дельцов. И вопрос был снят.

Сдавать же направо и налево в аренду помещения государственной выставки оказалось делом весьма выгодным и прибыльным. Сотни миллионов дармовых рублей потекли не только в карманы работников павильонов, но и на счета дирекции выставки.

«Рыночные» отношения несомненно давали ощутимый навар! Но, как говорится, аппетит приходит во время еды. Хотелось, естественно, чего-то еще сверх… И это «сверх», оказалось, при желании легко можно получить. Для этого достаточно лишь искусным маневром исказить отчетные данные о себестоимости и финансовых результатах. Так именно и поступили в павильоне «Товары народного потребления и услуги населению». В нарушение порядка учета валютных операций здесь прибыль павильона, подлежащая налогообложению, была занижена на 4,17 млн руб. Кроме того, павильоном не была проведена переоценка валютных средств по состоянию на 01.07.92 г. и сумма дооценки – 1,97 млн руб. в учете отражена не была. Не была включена в выручку и арендная плата на сумму 250 тыс. руб., а в себестоимость необоснованно включили резерв на вознаграждение работников павильона в сумме 300 тыс. руб. Не меньше рвения к предпринимательству и изощренности для получения дополнительного «навара» проявили руководители павильона № 2 и других подразделений выставки.

Между тем Президент Российской Федерации Б. Ельцин весьма благожелательно откликнулся на инициативу В. Саюшева создать на базе вверенной ему выставки акционерное общество. И 23 июня 1992 г. за № 663 в свет вышел специальный президентский указ об организации государственного акционерного общества «Всероссийский выставочный центр» с целью сохранения единого комплекса бывшей ВДНХ СССР как национального достояния. В этом же указе предписывалось в месячный срок внести «предложения по вопросам, требующим решения Правительства Российской Федерации».

Успех предпринятых действий по созданию акционерного общества, казалось бы, был налицо. Но особой радости президентский указ все же не вызывал. Да оно и понятно! Очень уж не кстати в нем было упоминание слова «государственного». Такой статус акционерного общества напрочь связывал последующие действия энергичных и предприимчивых акционеров. Ну, никак невозможно, при условии, что акционерное общество государственное, протащить в его устав желанную формулировку: имущество общества продается ликвидационной комиссией с аукциона, а оставшиеся активы распределяются между акционерами. А если так, то никакой приватизации и последующего дележа национального достояния не предвидится и ничего никому не перепадет. Какой же тогда резон огород городить?

И снова работа завертелась! Но только теперь энергичный поиск возможных подходов шел уже к самому Е. Гайдару. Дабы тот в своем постановлении внес коррективы в президентский указ и упразднил бы в названии «Государственное акционерное общество “Всероссийский выставочный центр”» слово «государственное». Хлопоты на сей счет и на этот раз взяли на себя весьма влиятельные должностные лица: заместители председателя правительства РФ А. Чубайс и Б. Салтыков, заместитель председателя Госкомимущества В. Сычкин, ученый секретарь Российской Академии наук И. Макаров…

И опять последовало волнительное ожидание появления желаемого документа. Лишь 16 ноября 1992 г. за № 890 вышло такое постановление правительства за подписью Е. Гайдара. И ненавистное слово «государственное» из названия акционерного общества «ВВЦ» было навсегда исключено. Что означало: жесткого государственного контроля за деятельностью Выставки достижений не последует. А это давало полное основание в заключительном разделе устава АО «ВВЦ» с уверенностью записать не только то, что общество может быть ликвидировано «по решению общего собрания акционеров», но и однозначно сформулировать отдельный важный параграф: «Имущество Общества продается ликвидационной комиссией с аукциона… Оставшиеся активы распределяются между акционерами в соответствии с настоящим Уставом».

А это уже что-то да значило! Это сулило новоявленным акционерам вполне определенные дивиденды в обозримой перспективе: общенародная собственность в один момент могла быть поделена и превращена без труда в частную, потому-то надо было действовать дальше с еще большим напором. И со свойственной ему оперативностью директор выставки В. Саюшев 24 ноября 1992 г. издал специальный приказ. В нем Вадим Аркадьевич повелел утвердить план мероприятий по реализации ускоренного превращения государственной выставки в акционерное общество, а контроль за выполнением настоящего приказа оставил за собой.

Теперь оставалось добиться выхода в свет официальной бумаги ведомства А. Чубайса. Чтобы в ней было черным по белому начертано: можете приватизировать всю эту Выставку достижений. И такая официальная бумага вскоре появилась. В распоряжении заместителя председателя Госкомимущества В. Сычкина от 11 декабря 1992 г. за № 1081-р как раз именно и предписывалось провести организационно-технические мероприятия по приватизации выставки. А заодно этим же распоряжением утверждался акт оценки имущества выставки, план ее приватизации и устав акционерного общества.

И снова работа завертелась, набирая обороты! К заветной цели понеслись еще с большим ускорением. Быстренько в январе 1993 г. государственную выставку зарегистрировали в московской регистрационной палате (рег. № 13690-iu) как акционерное общество открытого типа «Всероссийский выставочный центр», утвердили и Совет директоров АО «ВВЦ». Естественно, с В. Саюшевым во главе. А для солидности и весомости в Совет директоров включили весьма влиятельных должностных лиц, во многом гарантирующих успех предприятия: начальника Главного управления приватизации предприятий социальной сферы и услуг Госкомимущества Б. Веретенникова, председателя комитета по науке и технике В. Евтушенкова, заместителя министра науки, высшей школы и технической политики РФ И. Бортника, помощника председателя Российского фонда федерального имущества А. Ключникова, вице-президента Российского союза промышленников и предпринимателей В. Колмогорова, ученого секретаря Российской Академии наук И. Макарова и других не менее полезных персон на все мыслимые и немыслимые случаи жизни. Естественно, ввел В. Саюшев в правление АО «ВВЦ» своих ближайших сподвижников.

Все шло четко по плану! В том же январе руководством АО «ВВЦ» посредством газеты «Московская правда» были приглашены и рядовые сограждане «подать заявку на приобретение акций в Комиссию по приватизации в семидневный срок от даты опубликования данного объявления». Тут, правда, некоторые дотошные читатели обратили внимание на очевиднейшую нестыковку важных цифр. В ноябре 1991 г., как вы помните, в публикации «ВДНХ – оазис для бизнесменов» В. Саюшев заявил, что «основные фонды и земли выставки оцениваются в сумме порядка 3 млрд руб.». А более чем год спустя, при все нарастающей инфляции, в объявлении, помещенном в «Московской правде», почему-то было сказано, что уставный капитал АО «ВВЦ» составляет лишь 217 млн 35 тыс. руб. Впрочем, на сии мелочные придирки критиканов никто из должностных лиц особо не среагировал. Потому как еще раньше, в 1991 г., В. Саюшев вознамеривался объявить балансовую стоимость основных фондов ВДНХ СССР на еще более заниженную сумму – всего лишь 145,5 млн руб.

Зато вскоре объявились первые охотники стать полновластными владельцами государственных выставочных павильонов. Генеральный директор ливанской фирмы «Инфолайн Орбит» И. Омар, к примеру, с удовольствием пожелал приобрести по приемлемой цене павильон «Физика», директор фирмы «Комек» Г. Ким – павильон «Атомная энергия», исполнительный директор фирмы «Росинпроект» А. Косяков – павильон «Биология», генеральный директор фирмы «Диалог-салон» Ю. Зубарькова – павильон «Химия»… А один из особо преуспевающих дельцов-фирмачей даже высказал желание купить оптом сразу четыре павильона!

Все складывалось как нельзя лучше! Но и расслабляться не следовало. Того и гляди серьезные конкуренты появятся. Ибо слишком уж много развелось всякого постороннего должностного люда, жаждущего поживиться за счет госимущества Выставки достижений и поучаствовать в дележе национального достояния. И в этом смысле столичная мэрия тоже не являлась исключением. Мало того, что еще до образования АО «ВВЦ» волевым решением правительства Москвы у выставки был отобран не только третий павильон, но и часть лучшей экспозиционной площади на территории павильона № 4, где разместилась товарная биржа. Так еще ко всему, оказывается, у мэра Лужкова есть и более обширный план: превратить Выставку достижений в большой бизнес-город с биржевыми городками, брокерскими конторами и офисами фирм…

А тут еще в разные высокие инстанции хлынул поток пространных жалоб и обращений о печальной судьбе выставочного уникального историко-культурного комплекса, составляющего национальное достояние нашей великой страны. И главная мысль в этих посланиях высказана чуть ли не в одних и тех же гневных выражениях…

Более лаконичным по сему поводу было решение Малого Совета Московского областного Совета народных депутатов: «Обратиться в Верховный Совет Российской Федерации и к Президенту Российской Федерации с предложением немедленной приостановки приватизации Всероссийского выставочного центра». Свое предложение приостановить приватизацию бывшей ВДНХ направил Верховному Совету и правительству РФ также Малый Совет Моссовета.

При таких обстоятельствах, естественно, Госкомимущества не мог отмалчиваться. И на имя В. Саюшева первый заместитель председателя этого ведомства П. Мостовой отправил коротенькое письмо: «Прошу воздержаться от действий, противоречащих законодательству Российской Федерации и усугубляющих ситуацию на ВВЦ»…

Но у В. Саюшева было на руках ранее подписанное заместителем председателя Госкомимущества В. Сычкиным распоряжение за № 1081-р от 11 декабря 1992 г., позволяющее беспрепятственно приватизировать имущество Выставки достижений. И В. Саюшев, судя по всему, не торопился «воздержаться от действий».

Тогда первый заместитель председателя Госкомимущества П. Мостовой подписал специальное распоряжение № 548 от 1 апреля 1993 г., в котором значилось: «Считать недействительным распоряжение Госкомимущества России от 11.12.92 г. № 1081-р с момента его издания».

Да только В. Саюшева особо не смутило такое распоряжение П. Мостового. Имея под руками тщательно подобранный состав Совета директоров и правления акционерного общества, можно, по нынешним временам, без особого труда нейтрализовать любого чиновника.

И вот уже на имя А. Чубайса и Б. Салтыкова из правления АО «ВВЦ» летит послание: «В связи с указанным распоряжением Госкомимущества РФ трудовые коллективы подразделений, входящие в структуру выставки, не соглашаясь с происходящим процессом по отмене акционирования ВВЦ… активно обсуждают эти вопросы, проводят собрания и обращаются с требованием проведения чрезвычайного собрания акционеров, на котором необходимо рассмотреть правомерность принятого Госкомимуществом РФ вышеуказанного распоряжения»…

А два дня спустя уже члены Совета директоров АО «ВВЦ» (а в миру соответственно: И. Бортник – заместитель министра науки и технической политики РФ, А. Ключников – помощник председателя Российского фонда имущества и В. Колмогоров – вице-президент Российского союза промышленников и предпринимателей) направили на имя заместителя Председателя Совета Министров РФ О. Лобова свой вариант послания с более радикальной формулировкой: «Просим правительство РФ отменить вышеуказанное распоряжение Госкомимущества (№ 548 от 01.04.93 г.)…»

Вот такие-то примитивные прихватизаторские страсти развернулись в центре столицы вокруг нашей гордости – ВДНХ! Наступил, как видим, расцвет мафиозного торгово-спекулятивного капитализма в интересах жадной своры перекрасившихся партократов и «демократических» ворюг, которым наплевать на многострадальное Отечество. Куда же идти дальше, если в России разрешают приватизировать даже общенациональные достояния? А высшие государственные горе-чиновники, стоящие у кормила власти, потакают этим процессам. Свидетельством тому является акционерный разбой, развернувшийся вокруг национального достояния нашего Отечества – всемирно известной Выставки достижений народного хозяйства. А ведь эту выставку создавало и лелеяло не одно поколение народов нашей страны, всех наших союзных республик!

Сколько нынче стоит «Бычья гордость в собственном соку»,

или

Как псевдодемократы разрушили гособщепит[1]

Об этом надо рассказать хотя бы потому, что на носу выборы Президента РФ и мэра г. Москвы. А нынешние наши правители, и «всенародно избиравшийся» теннисист, и исполняющий обязанности городского головы крепыш-морж в кепчонке с помпончиком, судя по всему, явно не намерены слезать с насиженных кресел. Программа-то окончательного разрушения нашего государства и захвата общенародной собственности еще далеко не выполнена! Задумок же на сей счет превеликое множество… И если что и удалось на сегодня свершить сполна, так это напрочь развалить государственную систему общественного питания.

У меня до сих пор звучат в ушах настырно-елейные голоса известных псевдодемократов – главнейших «перестройщиков» нашего общества и неутомимых пропагандистов «общечеловеческих ценностей середины 1980-х гг.» Каждый раз, возвратившись из очередного зарубежного вояжа за казенный счет, сии грассирующие «радетели» счастья народного, со свойственной им одержимостью и страстью бездушных сирен, обольщали нас, простых граждан, сладкими, но лживыми речами по части ожидающей страну Советов блестящей рыночной перспективы. Если, конечно, мы не будем совсем глупыми, доверимся частникам и поспевшим в своем развитии вслед за так называемыми цивилизованными странами. И чего только, дескать, у нас тогда не будет! И все для широкого потребителя! А уж насчет того чтобы «заморить червячка», так вообще все проблемы исчезнут. Ибо на улицах и площадях наших городов и селений сплошь возникнут общепитовские точки с ласковыми зазывалами – новыми хозяевами. Ешь и пей, мол, до отвала! И все будет, естественно, отпускаться по самым доступным трудовому народу ценам. Даже еще по более низким, чем при Советской власти!

Такое вот светлое потребительское будущее обрисовывали нам завзятые зазывалы-рыночники, помышляя лишь о том, как бы побыстрее захватить власть и разрушить ненавистное им великое государство.

И вот пробил час подводить итог! Результат лукавых речей и подрывных действий грассирующих «просветителей» налицо: разветвленная эффективная государственная система предприятий общественного питания, безотказно действовавшая многие десятилетия при Советской власти, цинично разрушена. Новоявленные хозяйчики привольно расположились на месте доступных по ценам, рентабельных, приносивших до недавнего времени доход государственных предприятий общественного питания. В хищные лапы приватизаторов, исповедующих лишь свой низменный корыстный интерес, попали и здания, и оборудование, и инвентарь госпредприятий, являвшихся общенародной собственностью.

И сейчас на улицах городов, и тем более в Москве, вы не увидите привычных вывесок общедоступных по ценам всякого рода столовых, кафе, молочных, котлетных, блинных, сосисочных, пельменных, закусочных, пирожковых, шоколадниц, чайных, вареничных… Сейчас на тех же зданиях красуются многоцветные аляповатые вывески с иноземными названиями казино, ресторанов, баров, ночных клубов. Ко всему еще и цены блюд и закусок в них запредельно космические!

И возникает простой вопрос: а для кого, собственно, все эти нынешние питательные заведения пооткрывались в нашей столице и за ее пределами? Не для простого же трудящегося человека, пенсионера или студента? Не для того же, который сейчас едва-едва сводит концы с концами?

Скажем, в «застойный» период в общедоступном кафе «Марс» рядом с театром Ермоловой можно было вполне прилично поесть на рубль: и мясца вкусить, и сметанки, и пирожного… И, между прочим, кафе давало государству большую прибыль. Теперь же здесь на фасаде здания огромными буквами начертано: «ЛА КАНТИНА». А хозяйничает ныне вовсю в этой харчевнице англичанин С. Конвей. Судя по ценам в меню, сей моложавый сэр быстро освоился в нашей столице. С рублем теперь здесь делать нечего. Только за одну-единственную порцию салата тут требуют 80 тыс. руб. А это как раз нынешний размер полумесячной зарплаты ведущего инженера-изобретателя с 30-летним стажем подмосковного космического НИИ.

Нечего делать обобранному псевдодемократами космическому инженеру-изобретателю со своей мизерной зарплатой и в ресторане «Серебряный век», вольготно расположившемся в здании бывших Центральных бань. Там, к примеру, могут предложить полакомиться фаршированным поросенком за 200 долларов. А нет инвалюты – выкладывай, почитай, миллион рублей…

В другой же недавно открывшейся не менее фешенебельной частной ресторации вам могут приготовить на заказ фирменное блюдо под весьма пикантным названием «Бычья гордость в собственном соку» стоимостью поболее 300 долларов…

Но ведь к фаршированному поросенку или к той же «бычьей гордости» для полноценного обеда-ужина надобно присовокупить еще и холодные закуски, какую-нибудь фирменную сборную мясную окрошку или рыбную солянку, десерт и горячительных напитков… А если учесть, что уважающий себя толстосум-гурман в одиночку ресторацию, как правило, не посещает, то можно лишь представить, какие деньжищи он выкладывает за одно такое посещение.

И выходит, что пользоваться услугами всех этих так называемых цивилизованных харчевен может исключительно лишь образовавшаяся прослойка «новых русских», а точнее, хапуг, спекулянтов, банкиров, коррумпированных чиновников и прочих хищников, нажившихся за последние годы на разорении нашей страны и обнищании трудового народа. А именно этой-то процветающей алчной «прослойке», а не людям труда, благоволят и «всенародно избиравшийся» теннисист, и крепыш-морж в кепчонке с помпончиком, и другие известнейшие псевдодемократы.

Страстно любят власти предержащие и псевдодемократы всех мастей ловких на руку заезжих иноземцев. Очень даже кстати пришлись эти охотники легкой наживы, когда разрушители Советского государства поставили перед собой первостепенную задачу покончить с гособщепитом.

На первый взгляд, казалось бы, ничего предосудительного вроде бы и нет в том, что иностранцы норовят открыть у нас свои харчевни. Пожалуйста: открывайте свои ресторации рядом с нашими гособщепитовскими предприятиями, давно построенными, и конкурируйте себе на здоровье. Так нет же! Поначалу алчные пришельцы – представители так называемого мирового порядка разрушают то, что у нас уже давно есть, а потом, покончив со своим потенциальным конкурентом, навязывают нам свои услуги, диктуя произвольные грабительские цены…

Эксперимент удался, торговать без предусмотрительно заранее уничтоженных конкурентов понравилось, и фирма «Макдоналдс» приступила к следующему этапу освоения гостеприимной Москвы, последовательно удушая очередные приглянувшиеся предприятия системы гособщепита. На этот раз руководство «Макдоналдса» положило глаз на двухэтажное здание на улице Огарева, в котором опять же многие годы располагались общедоступные кафе и сосисочная.

Вскоре и эти два государственных общепитовских предприятия были уничтожены, а на их месте появился второй ресторан «Макдоналдса».

Этот успех инофирмы на улице Огарева ознаменовался личным посещением нового ресторана Президентом Б. Ельциным. А его восторженные поздравления вдохновили хозяев «Макдоналдса» на открытие третьего своего ресторана в Москве.

Для сей цели было облюбовано двухэтажное здание известной пельменной на Старом Арбате. Пельменную, естественно, тут же ликвидировали, а на ее здании появилась вывеска вездесущего «Макдоналдса»… И победоносное шествие по Москве этой захватнической и все поглощающей на своем пути инофирмы продолжается!

Очень выгодное, оказывается, это дело для иностранцев – завести в нашей стране частное предприятие общественного питания! Особенно если изначально местные госструктуры с необъяснимым на первый взгляд великодушием поощряют предпринимателей-иноземцев выделением госдотаций на получаемые продукты питания, необоснованным предоставлением торговых скидок на реализованную продукцию, неправильным определением суммы налога с продажи и пр. А именно так начала свою деятельность фирма «Макдоналдс» в нашей стране, получая мясо и молоко из фондов г. Москвы по ценам, установленным для государственных предприятий общественного питания, т.е. с дотацией, выплачиваемой из госбюджета. И, конечно же, при этом был нанесен огромный ущерб нашему государству…

Точно так же привилегиями госструктур воспользовались и другие совместные предприятия: «Ресторан Дели», «Русь-Отель», «Метрополь», «Свелат», «Аэромар», «Кампомос»…

Впрочем, и необязательно для иноземцев, захватив здание гособщепита, открывать там свое предприятие аналогичного профиля. Никто их не упрекнет из властей предержащих, если они используют доставшуюся им общенародную собственность и для иных своих корыстных целей.

До недавнего времени, к примеру, на Калининском проспекте успешно функционировал в добротном трехэтажном здании гособщепитовский ресторан «Арбат», хорошо известный не только в Москве, но и далеко за ее пределами. Днем здесь за полтора рубля вам могли предложить полноценный комплексный обед. Тысячи москвичей и гостей столицы посещали каждодневно это гособщепитовское предприятие! Но вот это специально построенное под огромный ресторан массового обслуживания трехэтажное здание попало в руки преуспевающей британской фирмы «Roditi». И как же распорядились заезжие иноземные хозяева доставшимся им куском общенародной собственности? А им наплевать на интересы москвичей и гостей столицы! Им главное соблюсти свой корыстный интерес! И теперь на обширных площадях залов бывшего гособщепитовского ресторана «Арбат» идет торговля бижутерией, средствами гигиены, посудой, ювелирными изделиями, товарами для офисов, инструментом, бытовой техникой.

Тут меня могут прервать особо «радикально демократически» настроенные граждане и сказать:

– Но ведь что-то, наверное, и новое привнесли в нынешние рестораны и кафе хозяева-частники?

Привнесли. И прежде всего в меню. Раньше, бывало, днем с огнем не сыщешь блюда, в основу которого, скажем, легли бы лапки лягушки. А сейчас – пожалуйста. Даже в ресторане с чисто русским названием «Масленица», что расположился на третьем этаже московской гостиницы «Салют», вам могут предложить в неограниченном количестве свежайшие «лягушачьи лапки в тесте». Цена порции этого кушанья – всего лишь 55 тыс. руб. И если упомянутый выше инженер-изобретатель из подмосковного космического НИИ по-настоящему гурман, то он на свою месячную зарплату может заказать себе почти три порции этого редкостного деликатеса.

Встречается в нынешних осовремененных пищевых точках и иной редкостный ассортимент, который обычно в меню не фиксируется. Только в столичных кафе «Артико», «Усадьба», «Исаин», ТОО «Бо-ни-Ф», например, оказались в наличии и автоматы АКМ, и пистолеты ТТ, и газовые пистолеты, и дробовой пистолет, и гранаты Ф-1 с запалом, и тротиловые шашки, и патроны, и наркотические вещества. Да все разве перечислишь!

А теперь давайте посмотрим: кому мы прежде всего обязаны полнейшим развалом системы государственного общественного питания? Кто особо из высоких должностных лиц отличился на этом антинародном поприще?

И тут перво-наперво надо упомянуть бывшего мэра Москвы Г. Попова. Именно этот энергичный «демократ» в полную силу проявил инициативу и своим распоряжением от 26 ноября 1991 г. за № 222-РМ предписал подчиненным немедленно приступить к сплошной приватизации государственных предприятий общественного питания столицы по «упрощенному порядку».

Затем к этой проблеме вплотную подключился и сам Президент РФ Б. Ельцин, издав Указ от 29 января 1992 г. № 66 «Об ускорении приватизации государственных и муниципальных предприятий».

Достойный свой вклад в ускоренную приватизацию госпредприятий общепита сделал по-деловому вдумчивый хозяйственник – премьер правительства Москвы Ю. Лужков, выпустив в свет свое постановление в июле 1992 г. за № 520…

Результаты же налицо! Первостепенная стратегическая задача псевдодемократов – лишить советских людей возможности высококалорийного питания по доступным ценам – выполнена сполна.

Развал системы общественного питания пронесся по всей России. Ведь только за три года сеть гособщепита сократилась на 65,1 тыс. предприятий, а количество посадочных мест уменьшилось на 3,2 млн.

Особенно значительные потери по рабочим, студенческим столовым и пищеблокам профтехучилищ. В Костромской области, к примеру, лишь за один год сократилось количество рабочих столовых на 52%, и процесс сокращения таких столовых продолжается.

А из-за дороговизны обедов и недостаточного выделения средств неуклонно уменьшается численность питающихся школьников. В Алтайском крае, например, в 1995 г. питалось менее 30% учеников.

Практически повсеместно свернута и система учебно-профилактического питания многих миллионов людей, работающих на предприятиях с вредными условиями труда…

Впрочем, было у нас уже и татаро-монгольское иго, и нашествие иезуитов, и Наполеон, и Гитлер на наше добро зарились… Да только ни у кого из них ничего не получилось. Есть уверенность: сумеем обуздать и новоявленных оккупантов.

1996 г.

ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ[2]

Случалось ли с вами такое? Приезжаете вы в командировку в незнакомый город, с трудом устраиваетесь в гостиницу, идете но служебным делам, а вечером возвращаетесь, открываете свой номер и вдруг от неожиданности замираете на месте – стол в номере накрыт! Да как! Не иначе, добрая фея позаботилась скрасить ваше вынужденное одиночество.

Фантазия? Ничуть! Именно при таких обстоятельствах я познакомился десять лет назад с Марией Моисеевной Ойшия, администратором ждановского ресторана «Спартак»… Администратор, понятное дело, никак не фея. Но это выяснилось позже.

Началось же все с пустяка. Сначала у меня появилось обычное желание поесть. Затем я обратил внимание на вывеску: ресторан «Украина». А после обеда взял да и заглянул к директору ресторана.

– Неплохо, – говорю, – кормите народ!

Директор ресторана гордо приосанился и отвечает:

– Мы не только кормим, мы и не обсчитываем.

– А в других местах разве бывает?

– Случается… Но у нас исключено!

«Любопытно, – подумал я. – Вот где достигли высот культуры обслуживания. Видно, есть чем гордиться».

– Посмотрите нашу книгу предложений и жалоб, – продолжал между тем директор. – Одни восторженные отзывы и благодарности.

«Такой превосходный опыт, – мелькнула у меня мысль, – не грех перенять и другим предприятиям общепита».

– А все потому, – поддержала директора кассир, – что буква в букву выполняем приказ руководителя нашего треста. В конце дня сумма выручки сопоставляется со счетчиком аппарата и копиями счетов, предъявленных посетителям официантами.

– И всегда все совпадает? – полюбопытствовал я.

– Абсолютно! – ответил директор. – Копейка в копейку!

– К чему слова, Алексей Иванович, – вставила кассир, – если мы можем товарищу продемонстрировать…

– В самом деле! На выбор возьмем любой день работы ресторана, – поддержал ее директор.

Я стал было возражать, сослался на занятость. Но директор сделал едва заметный знак кассиру, и она в одно мгновение исчезла за дверью.

– Поймите меня правильно, – сказал директор. – Это, если хотите, гордость нашей фирмы, так сказать…

Не успел он окончить фразу, как в дверях уже появилась кассир. В руках у нее были какие-то бумаги.

– Вот копии счетов, – сказала она, – это выписка из показаний счетчика работы бригады официантов за тот же день.

«Еще чего недоставало! – с опаской подумал я. – Они, пожалуй, заставят меня вникать в бумаги».

– Позвольте, но ведь я ж не ревизор! – попытался я отбиться. – Просто расскажите мне обо всем сами.

– У нас секретов нет! – добродушно парировал директор. – Итак, сумма копий счетов, предъявленных посетителям, должна точно совпадать с общей суммой, зафиксированной аппаратом! Не так ли? Считаем! Вы, Ольга Михайловна, называйте цифры из счетов, а я прикину на косточках.

Прикинули. Сопоставили с показаниями счетчика. И… что же это? Посетителям выписано счетов на 334 рубля больше, чем выбито чеков.

– Странно… – проговорил директор, бледнея на глазах.

А по лицу кассира пошли красные пятна.

«Любопытно», – подумал я и решил, что наступило подходящее время уходить.

Но директор разгадал мой замысел и, схватив меня за рукав, не пустил.

– Еще секунду!.. Прошу… – взмолился он, беря пачку счетов. – Вы должны уйти отсюда сторонником эффективности нашей системы обслуживания. А посему еще один эксперимент. Вот у официантки Фасенко, я уверен, со счетами все тютелька в тютельку…

Подсчитали. Сопоставили. Итог получился потрясающий: посетителям выписано счетов почти на 50 рублей больше, чем выбито чеков.

И это только за один день и только одной официанткой.

– Невероятно!.. Это какое-то наваждение! – прошептал директор и начал нервно перебирать копии счетов. – Я не верю им! – вдруг неожиданно воскликнул он.– Этим счетам…

– Конечно! – вышла из оцепенения кассир. – Официанты могут написать все что угодно.

– Совершенно верно! Возьмем хотя бы этот один счет, официантки Кабанец, – продолжал директор. – Подбита сумма, а не понятно, что здесь написано: 59 или 52 рубля.

– Так это ж просто! – оживилась кассир, пододвигая к себе счеты. – Позвольте, я пробью столбик по блюдам по вертикали.

Ох, эта Ольга Михайловна! Как снова не кстати! Лучше бы она промолчала. Нет же: «Позвольте, я пробью столбик»… И вот результаты: чистый обсчет посетителей – почти 7 рублей. Это если считать подбитую в счете сумму 52 рубля. А если 59 рублей? Тогда и все 14 рублей лишку.

И это только в одном счете! Тут уж, как говорится, не до любопытства!

По натуре я человек слабонервный, не выношу драматических сцен, а потому через минуту был уже на улице.

Поздно вечером как ни в чем не бывало я возвратился в гостиницу. Не торопясь открыл свой номер и вдруг от неожиданности замер на месте – стол в номере был накрыт!

«Фея! – подумал я. – А может быть, сервис? Может, здесь так принято?»

На всякий случай осведомился у горничной.

– Ничего подобного! – пояснила. та. – Ужин принесли только в ваш номер.

– Но я не заказывал!

– Не знаю. Они попросили открыть ваш номер. Я и открыла.

– Кто они?

– Администратор ресторана Мария Моисеевна и еще официантка.

– Какого ресторана?

– Нашего, который при гостинице.

«Все понятно! Здесь произошла ошибка», – подумал я и набрал номер телефона ресторана.

– Никакой ошибки! – воркующим голоском возразила Мария Моисеевна – Вы гость города! Нам уже позвонили. И мы с директором решили оказать вам любезность.

– Странно! Почему же тогда вы не доставили ужин во все номера гостиницы? – спросил я, когда по моей просьбе уносили из номера навязанные дары.

Ответа не последовало.

***

Два года назад я снова приехал в Жданов. Снова поселился в той же гостинице «Спартак». И вечером спустился в гостиничный ресторан поужинать. Сел за столик. Подождал, как водится, с полчаса, пока официантка взяла заказ… И тут невольно обратил внимание, что счёта посетителям вообще не выписываются. Вспомнился мне при этом и «передовой опыт» местного ресторана «Украина», и накрытый стол в гостиничном номере, и все прочее.

Поужинав, зову официантку Н. Белую (так мне она потом представилась) рассчитаться. Она и не собирается выписывать счет. Подошла ко мне и быстро назвала сумму. Я плачу ровно столько, сколько сказано. А затем вежливо прошу представить счет.

Официантка смешалась и, как мне показалось, даже покраснела. Долго она возилась с выписыванием счета. И все прочие официанты заволновались: переполох! Вернулась Н. Белая и вручает мне счет. А еще кладет на стол рубль с какой-то мелочью и заискивающе говорит:

– Ошиблась я… Лишнее взяла с вас…

А дальше я поступил и вовсе бестактно. Взял да и спросил, как у них по части копий счетов? При сих словах официантка совсем разволновалась. Да так, что на помощь ей поспешила администратор.

– Вы уж извините нас! – защебетала она. – Знаю, что и счета должны выписывать в двух экземплярах. Об этом мне не раз и моя сменщица Мария Моисеевна Ойшня толковала!.. Да все никак руки не доходят… Обещаю навести полный порядок!

Вот при таких-то обстоятельствах я познакомился с Розалией Иосифовной Пупий, администратором ждановского ресторана «Спартак», два года назад. И когда мне довелось побывать в Жданове совсем недавно, то, естественно, поинтересовался я и тем, что изменилось в общественном питании с тех злополучных времен.

Первая информация сразу же поступила от инспектора ОБХСС УВД Жданова В. Народицкого. И она была мало утешительной.

– За последнее время, – огорчил меня Владимир Ильич, – в общепите участились случаи нарушений правил советской торговли. Обсчеты, обвесы, недоливы, завышение цен, неправильное оформление заказов – дело ныне обычное…

И инспектор ОБХСС стал перечислять предприятия общественного питания, особо отличившиеся на этом поприще: закусочная № 3, столовая № 26, чебуречная № 3, кафе «Майское», рестораны «Приморский», «Коралл», «Строитель», «Украина»…

– Как? – удивился я. – И в ресторане «Украина» до сих пор не изжиты эти недостатки?

– Напротив! – последовал ответ.– Не так давно, например, у официантки этого ресторана О. Орловской было установлено наличных денег 96 рублей, а по счетчику кассового аппарата значилось только 85 рублей 78 копеек. Излишки денег – 10 рублей 22 копейки подтверждают факт обсчетов посетителей или продажи продукции, минуя кассу… А официантка ресторана «Украина» Т. Федяева развила успех своей коллеги дальше: из полученных от посетителей 138 рублей она внесла в кассу лишь 108 рублей…

«Итак, – грустно подумал я, направляясь в городскую прокуратуру,– за прошедшие десять лет ничего не изменилось по части манипуляций со счетами… От посетителей официантка берет одну сумму, а в кассу сдает значительно меньшую».

– Совершенно верно, – поддержал мою мысль заместитель прокурора И. Скловский. – Но я вам скажу больше того: ничто не стоит на месте! И если раньше было известно лишь о том, каким образом официанты прикарманивают деньги, то сейчас мы уже доподлинно знаем: часть этих денег от официантов перекочевывает к администратору… Вон ведь какая порочная система в общепите иногда бытует!

И для подтверждения своих слов И. Скловский сослался на ресторан «Турист». Администратор этого ресторана А. Бадасен, злоупотребляя служебным положением, понуждала подчиненных ей официанток к обсчету посетителей. А затем вымогала с них определенные суммы денег в виде взяток. За короткий период Бадасен только от официантки Дандуковой получила взятку в сумме 700 руб., от официантки Волошиной – 480 руб., от официантки Ливневой – 750 руб., от официанток Соколовой и Марковой – 579 руб. А всего администратор Бадасен получила с официанток взяток на сумму 2790 руб. Кроме того, она брала взятки и с посетителей за предоставление столика в ресторане – по 5–10 руб.

Не гнушалась Бадасен и мелкой спекуляции. Скупалась в магазинах водка по ее стоимости, а продавалась в ресторане с наценкой.

И все это делалось зарвавшимся администратором при попустительстве и бесконтрольности директора ресторана «Турист» А. Авдаловой…

Печально было все это слушать.

– Простите, – сказал я, – но в ресторане «Спартак», наверное, ничего подобного не обнаружилось? Ибо администраторы этого ресторана Мария Моисеевна Ойшия и Розалия Иосифовна Пупий и свое время меня очень даже заверили, что во всем наведут полный порядок!..

Заместитель прокурора на эти мои слова лишь развел руками и многозначительно улыбнулся: мол, ничего исключительного в этом мире не бывает.

И оказался прав.

Чуть позже я повстречался с директором треста столовых и ресторанов Н. Ищенко. И он мне сказал:

– К сожалению, в ресторане «Спартак» можно обнаружить весь набор нарушений правил советской торговли. Это и обсчет посетителей, и обвес, и недолив, и недовложение, и грубое нарушение норм отпуска спиртных напитков… А официантка «Спартака» X. Рыбакова не так давно и вовсе разгулялась: принесла из дома паюсную икру и стала подавать посетителям по цене 2 рубля 30 копеек за порцию…

Я не верил своим ушам. Все мною услышанное никак не вязалось с теми пылкими заверениями, которые я получил несколько лет назад от Марии Моисеевны и Розалии Иосифовны.

– Возможно, они ушли из ресторана, и потому там такое творится? – спросил я директора треста.

– Нет, – последовал ответ. – Они по-прежнему работают в «Спартаке» администраторами.

– Тогда что же получается? – сказал я. – Мария Моисеевна и Розалия Иосифовна – неизменные администраторы, и ничего к лучшему в ресторане не меняется.

– Совершенно верно, – подтвердил Н. Ищенко, – не меняется.

– Так, может, пора наконец что-то и менять?

– Я давно уже об этом думаю, – сказал директор треста.

Вот и я думаю. Сколько можно по такому поводу раздумывать? Год, два, десять? Незаменимых-то людей вроде бы нет. Феи – те да, наверно, незаменимы. Что же касается администраторов ресторанных, то тут все, как я думаю, гораздо проще. И вполне можно было подыскать замену. Но почему-то не торопятся с этим делом в городе Жданове. Вот и думаешь – почему? И разные всякие мысли в голову приходят. И вопросы возникают. Позволю себе обнародовать только один из них, самый безобидный. Неужели для того, чтобы убрать из ресторана недобросовестных администраторов, нужно обязательно уличить их в том, что они берут взятки в крупных размерах, как это было в случае с рестораном «Турист»? Неужели хорошо отлаженный обсчет посетителей, коль скоро он не единожды имел место, недостаточно веская для этого причина?

Плесень на монолите[3]

А уж что у нас в действительности в дефиците, так это терпение. Да, да, терпение! Не какие-то там колготки или колбаса, не сапоги и не лосины, а именно терпение!

Нам, видите ли, подавай все сразу. И побыстрей. В один миг! И чтобы, мол, цены были общедоступны, и чтобы качество ничуть не уступало мировым стандартам.

Ну, с ценами – тут, правда, вроде бы, многие наши граждане достаточно попривыкли, стерпелись. Увидят, что цены подскочили еще на порядок, потупят смиренно очи, склонят опечаленные интеллектуальные мордашки вниз, тяжело вздохнут и бредут молча из магазинов восвояси…

А вот по части качества разного рода продукции, в особенности пищевой, то брюзжание и ропот у населения наблюдаются. Повсюду только и слышишь: и то, дескать, не пригодно к употреблению, и это сплошной брак…

Да, верно! Есть у нас отдельные нерадивые предприятия, куда ни кинь взор. Так было всегда! И до, и после перестройки. И среди них инспекторы при выборочной проверке выявили даже такие, которые выпускают стопроцентный брак. В Оренбургской области это, к примеру, Адамовский маслозавод и Абдулинский молкомбинат, Пономаревский и Ждановский сырзаводы… В Нижегородской области – Спасский маслосырзавод и Нижегородский молкомбинат, Воротынский маслосырзавод… В Ростовской области – колбасный цех рыбколхоза «Путь Ильича», молочный цех совхоза «Маргаритовский», две пекарни Кашарского райпотребсоюза… В Ленинградской области – гормолзавод № 3, молкокомбинат № 4… В Белгородской области – колбасный цех райзаготкооппрома Белгородского райпотребсоюза… И перечень таких вот предприятий-рекордсменов по выпуску стопроцентного брака можно продолжать и продолжать.

И в торговле сплошь и рядом можно повстречаться все с тем же стопроцентным браком пищевых продуктов. Скажем, на торгово-закупочной базе уфимского горпо Башпотребсоюза госторгинспекторами проверены и тут же забракованы все 20 669 килограммов натурального меда, не отвечающего требованиям стандарта по невыраженному аромату, отсутствию терпкости, присущей этому продукту, активному вспениванию на поверхности, несвойственному вкусу, наличию посторонних включений, без надлежащей маркировки и указаний ботанического происхождения меда, года сбора, даты фасовки. В магазине № 40 «Ереван» г. Ростов-на-Дону забраковано сразу 740 килограммов вяленого толстолобика по «наличию плесени, опыления, резкому запаху окиси и повреждению грызунами отдельных экземпляров рыб». В магазинах № 6 и № 40 «Продтовары» г. Вологды оказались испорченными 860 килограммов бутербродного масла, а в магазинах № 53 и № 9 забракованы все 930 килограммов имеющегося растительного подсолнечного масла, отличающегося избытком осадка и горечью во вкусе. В магазине же № 5 г. Миллерово Ростовской области признаны негодными к употреблению 3900 куриных яиц по наличию плесени на скорлупе, загрязнений, боя, техническому браку …

Короче, куда ни кинь, всюду и в торговле можно повстречаться со стопроцентным браком пищевых продуктов. Наметилась даже в некотором роде своеобразная специализация торговых точек на продаже отдельных видов негодных к употреблению товаров. Скажем, в Оренбургской области покупателям прежде всего предлагается изрядно подпорченное сливочное масло. В магазине «Золотая нива» облпотребсоюза г. Оренбурга, к примеру, госторгинспекторами снято с продажи по истекшему сроку реализации 240 килограммов испорченного сливочного крестьянского масла. В магазине № 84 «Чайка» г. Орска забраковано 440 килограммов сливочного крестьянского масла по резко затхлому вкусу. В магазине № 12 г. Гая снято с продажи 735 килограммов сливочного крестьянского масла по наличию точечной плесени на монолите. А в магазине № 1 «Продукты» горкоопторга г. Сорочинска забраковано аж 1400 килограммов сливочного крестьянского масла по прогорклому вкусу…

А вот в Москве торговые работники приловчились всучивать нашим согражданам иную бракованную пищевую продукцию. Объединение «Росоптпродторг», к примеру, выбросило на прилавки доверчивым покупателям 19 300 килограммов так называемого «натурального жареного в зернах фасованного кофе». На поверку же выяснилось, что этот популярный продукт – стопроцентный брак. Он имел отвратный привкус, запах затхлости и пригара, а также повышенную массовую долю экстрактивных веществ. Холодильник же № 11 ассоциации «Мосрыба» припас для продажи любителям солененького 314 288 банок пресервов «Кильки каспийские пряного посола». И все эти пресервы оказались непригодны в пищу людям…

Но будем справедливы! Не везде и не всегда у нас пищевые продукты – стопроцентный брак. Встречается процент брака и поменьше… Скажем, на Больше-Мурашкинском молзаводе, что в Нижегородской области, госторгинспекторами забраковано всего лишь 89,7% проверенного сливочного крестьянского масла из-за его кислого, гнилостного вкуса и запаха. На предприятиях Ростовской области выявлено бракованного майонеза еще меньше – 84,4%. В четырех же вологодских продтоварных магазинах забраковано всего лишь 77% проверенного майонеза, имеющего чрезмерно кислый вкус и явные признаки брожения.

Есть, конечно, регионы, где брак предлагаемой потребителям продукции составляет еще меньший процент. В Ленинградской области, например, с успехом реализуется коньяк, брак которого составляет только 73,9%. А в Башкирии и вовсе успех налицо! Брак реализуемого коньяка там достигает лишь 55,3%, куриных же яиц и того меньше – 46,9%…

Кстати, а то, что вообще непригодно для потребления человеком, тоже может быть, при желании, с пользой для дела пущено в ход. Скажем, в Ленинградской области забракованные госторгинспекцией сыр и севрюгу холодного копчения вначале тщательно рассортировывают. Затем отсортированные напрочь недоброкачественные сотни килограммов сыра и севрюги направляют на корм животным. А материальный ущерб, составляющий, естественно, не одну сотню тысяч рублей, списывается на убытки магазина.

Но это же севрюга, это сыр!.. Тут, вроде бы, все понятно. Животные с удовольствием их поглощают. А что делать с фальсифицированным спиртным? Его ведь тоже на прилавки сплошным потоком запускают!

Только в Омской области, к примеру, на продаже сомнительного зелья специализируются магазины № 1, 43, 112, 122, 521… В них любителям алкоголя предлагались сотни бутылок фальсифицированных водок «Столичная» и «Русская», спирта питьевого, коньяков «Армения», «Гек-Гель» и «Варцихе». В Ленинградской же области для утонченных дегустаторов спиртного коммерческий центр «Троицкий» заблаговременно припас 1125,9 декалитров фальсифицированного коньяка «Наполеон». Ну, а в московскую торговлю, само собой, этого горячительного «добра» закачивается поболее! Лишь акционерное общество «Меркурий» Центрального округа, ТОО «Надежда-36» Северного округа и универсам НОРД-ОСТ Северо-Восточного округа столицы закупили у частных лиц для продажи доверчивым москвичам и гостям столицы 5138 декалитров, или 102 760 бутылок фальсицифицированных коньяков «Баку» и «Гек-Гель»…

Тут, возможно, меня прервет какой-нибудь современный «демократический» читатель и скажет:

– Позвольте, господин хороший! Но ведь это все отрыжка вчерашнего дня, следствие 75-летнего административно-командного тоталитаризма! Плановая система обезличила труд и лишила человека личной заинтересованности. Иное дело сегодня, когда человек действительно становится хозяином. Частный владелец может постоять и отстоять свое дело! Достаточно заглянуть в многочисленные палатки, разбросанные по всей Москве, чтобы убедиться в этом.

Но я и без оной подсказки осуществил подобный экскурс в частно-палаточный бизнес. Да только отправился я сразу не к хозяевам торговых палаток.

– Есть ли у вас сведения о качестве продуктов, реализуемых в частных торговых палатках? – поинтересовался я у заместителя главного государственного санитарного врача столицы В. Виноградовой.

– К сожалению, никаких… – развела руками Вера Сергеевна.

– Как? – удивился я. – Частно-палаточная торговля осталась без всякого государственного санитарного контроля?

– Видите ли… – в раздумье пояснила В. Виноградова. – Пищевые импортные продукты поступают в частно-коммерческие палатки многочисленными мелкими партиями, сертификаты качества на которые часто отсутствуют. И при выборочном контроле, который возложен на госсанэпидслужбу, практически невозможно проверить качество всех импортных пищевых продуктов, реализуемых частниками. К тому ж замечу, что контролировать палаточных торговцев – дело крайне рискованное…

Разговор был продолжен в Главном управлении Госторгинспекции Российской Федерации.

– Что верно, то верно!.. – сказал начальник главка В. Бодрягин. – Конкретных же сведений о качестве продуктов, реализуемых в частных торговых палатках, и у нас нет. И объясню почему. В условиях возникновения различных форм собственности и ликвидации централизованного управления отраслью в торговле приобрели массовый характер злоупотребления и различного рода дерзкие правонарушения, участились случаи продажи населению фальсифицированных и опасных для жизни продуктов. Грубейшим образом нарушается порядок оформления документов при закупке товаров от частных лиц и торгово-посреднических кооперативов. При этом следует добавить, что и работники Госторгинспекции также не защищены от преступных элементов. Ведь зачастую и госторгинспектор сталкивается с руководителем или частным владельцем торговой точки, у которого несколько телохранителей, и которые охраняют его не только от грабителей, но и от контрольных органов тоже. А в связи с этим при Госторгинспекции должна быть торговая милиция, которая занималась бы пресечением такого рода злоупотреблений…

Но у меня не было времени ждать, пока будет создана торговая милиция. Хотелось все же разузнать, как и чем защищаются новоявленные крутые торговцы от назойливых и настырных госторгсанинспекторов. И я направился прямехонько к частно-коммерческим палаткам.

Побывал я и на Сретенке, и на Арбате, и на Пушкинской площади… Весь центр столицы исходил! И повстречался не только с крутыми хозяевами многочисленных коммерческих торговых точек, но и с не менее крутыми и верными охранниками-телохранителями. Разговор получился весьма примечательный. В особенности когда речь зашла о Госсанэпиднадзоре и госторгинспекции.

– Тут к нам как-то заявился с претензиями проверяющий из городского центра Госсанэпиднадзора… – не без бахвальства сказал один из моих собеседников, так мы тут же сделали прижигание, и его как языком слизало.

– Простите, это ж в каком смысле «прижигание»? – поинтересовался я.

– Разузнали его адресок, подожгли входную дверь квартиры, – последовало пояснение.

Другой коммерсант – крупный мужчина с туповатым выражением лица и огромным брюхом – сформулировал несколько иной подход к затронутой проблеме:

– А я своим людям не позволяю подобными нецивилизованными методами бороться с разного рода наседающими контролерами. И на всякий случай всем своим велел запастись вот такой штукой…

При сих словах он извлек из внутреннего кармана вороненый пистолет.

– Небось игрушечный? – заметил я.

—Никак нет! – отчеканил пузан. – Настоящий «Макаров»!

И для вящей убедительности коммерсант пристрелил пробегающую мимо упитанную крысу.

А у Белорусского вокзала смуглый усатый мужчина в изысканной дубленке пепельного цвета даже сказал мне так:

– Приезжайте в Лужники, я вам покажу палатку, которая всегда закрыта на санитарный день. Вы думаете, там настоящие бутылки Амаретто? Как бы не так! Все это муляжи, за которыми упрятана миниатюрная установка «Град».

Но глядеть палатку с муляжом итальянского ликера «Амаретто» я так и не поехал. Терпения не хватило. Именно того дефицитнейшего терпения, к которому денно и нощно фарисейски призывают сограждан нынешние власть предержащие.

Званый ужин на тысячу с лишним человек[4]

Отпускное время летит быстро. Вот уж и билеты обратные куплены. Пора бы и чемоданы собирать. А тут жена из курзала вернулась чрезмерно оживленная.

– Собирайся, пойдем в гости. Я повстречала кое-кого из своих прошлогодних знакомых. Премилые люди. Настоящие интеллектуалы! Представь себе: я и, конечно же, ты приглашены на званый ужин.

– Я готов, – как обычно, повиновался я.

«Как обычно» – это потому, что давно убедился: перечить любимой супруге – пустая трата времени и нервов. Все равно будет так, как она решила. И я сразу после женитьбы, несколько побарахтавшись в сопротивлении и отстаивании своего так называемого «мужского «я», вскоре окончательно смирился, или, попросту говоря, сдался. Это, так сказать, для сведения. Чтобы вы обо мне все знали.

Итак, сказав, что «готов», я подошел к чемодану и стал вытаскивать из него аккуратно сложенный выходной костюм. Кстати, выпущенный столичным производственным объединением «Большевичка» со знаком качества.

– Что ты, милый! – увидев костюм у меня в руках, воскликнула жена. – Ни в коем случае! Твой костюм никуда не годится. Мы оденемся с тобой во что-нибудь посовременней!

И она вынула из вещевой сумки пару каких-то потертых, неопределенного цвета джинсов и две аляповато разрисованные и расписанные спереди белые майки.

– Это все я приобрела, сегодня благодаря моим новым знакомым, – последовало пояснение.

Мы натянули на себя всю эту амуницию и стали разглядывать друг друга.

Могучий бюст моей спутницы жизни украшали изображенные на майке какие-то огромные боевые ракеты, которые, казалось, вот-вот должны были стартовать с пусковой площадки.

Я посмотрел на себя в зеркало и замер: с моей майки на меня остервенело глядел средних лет мужчина, едва удерживающийся в седле споткнувшейся кобылы…

Впрочем, все это сразу же поблекло по сравнению с тем, что мы увидели при встрече с нашими новыми знакомыми. Изображенные на их одеяниях сюжеты были еще более смелыми и неожиданными: разного рода на любой вкус полуобнаженные и просто обнаженные заморские блондинки и брюнетки, молодящиеся супермены, рекламирующие всевозможную хозяйственную утварь вплоть до унитазов… И так далее и тому подобное. Не говоря уже о всевозможной иностранной символике, металлических украшениях, брелках, кольцах, серьгах, цепочках, медальонах, перстнях, клипсах, браслетах, кулонах и прочем.

Внешне они, наши новые знакомые, удивительным: образом были похожи друг на друга. И расслабленной осанкой, и надменной позой, и показной размеренностью жестов, и пренебрежительной мимикой лица, и снисходительным выражением глаз… Они представляли собой как бы единый стереотип – человека, чуть ли не с колыбели всем пресытившегося, все постигшего и решительно все знающего. Человека, конечно же, четко представляющего себе, что все и вся в этом мире – суета сует и всякая суетовина, не заслуживающая его драгоценного внимания…

Каждый из них постоянно был занят лишь самим собой, своей персоной. И вот тут-то все, что касалось лично его, человека от природы крайне одаренного, но до сих пор в должной мере так и не понятого и не оцененного, – все было важно, все его потребности должны были быть удовлетворены. Безусловно и сполна. Любым путем. И по высшему классу. Как полагается для избранных.

Наши новые знакомые, безусловно, были люди деловые и практичные. И потому, естественно, разговор непроизвольно поначалу пошел у них о том, что было подано к питью в качестве закусок. Как, например, и где подешевле можно раздобыть паюсную и кетовую икру. Где за это надо больше дать на «лапу» – в магазине, на базе или в ресторане? А где можно получить все это, не затратив ни рубля из личного кармана. Но расплатившись за деликатесы, скажем, вагоном цемента, древесины, кирпича или другого строительного материала, к которому приставлен по службе и обязан оный охранять.

Следующий, более затяжной период был занят обсуждением и показом новых приобретений. Грузная дама с испорченной временем фигурой выкатилась на середину и, чтобы привлечь внимание к желтому австралийскому комбинезону, стала с трудом вертеться на одной ноге, слезно обращаясь к присутствующим с просьбой расшифровать то, что написано спереди и сзади на ее обнове.

Но тщетно. Никто из присутствующих иностранными языками не владел. И оставалось загадкой: что же значат эти таинственные многочисленные надписи, пестревшие на одежде собравшихся.

Возникло даже в некотором роде разбирательство, когда на толстом животе вновь прибывшего гражданина все увидели пикантную сцену. Посреди майки на голубом фоне была изображена пластичная фигура девушки в джинсах. Пояс джинсов был расстегнут. Талию красавицы властно охватывали волосатые мужские ручищи. Одна из них прикасалась к расстегнутой пуговице. И было совершенно непонятно, что же в действительности происходит? Присутствующие разбились на два лагеря.

Одни решительно утверждали, что мужчина одевает девушку. Другие категорически придерживались диаметрально противоположного мнения: нет, раздевает!

Но тут неожиданно подъехал человек – известный полиглот и знаток всех последних новинок в области современной моды (как потом было объявлено). И внес ясность.

Он тут же вошел в курс дела и объявил:

– Я вас всех примирю! Надпись над заинтересовавшим вас изображением гласит просто: «Не спеши!»

В короткое время полиглот раскрыл загадки надписей у всех присутствующих. Откровенность некоторых даже повергла в смущение. Особенно мою благоверную супругу. Когда знаток моды, внимательно присмотревшись к боевым ракетам, украшавшим ее могучий бюст, прочитал на майке: «Самые мощные, самые дальнобойные! Записывайтесь в вооруженные силы США»…

– Если вы такой всезнающий, – сказала одна из дам, кокетливо, подмигнув,– то оцените, пожалуйста, и мое последнее приобретение!

На обозрение знатока была представлена сумка из грубой мешковины. На лицевой стороне ее красовался наездник с подписью: «Cowboy».

– Я не сомневаюсь! – уверенно заявила дама. – Эта сумка из штата Техас!

– Все может быть… – с ухмылкой протянул наш эксперт, профессиональным движением запустил руку куда-то вглубь сумки, вытащил оттуда ярлык и прочитал: «Малокарачаевское районное объединение “Сельхозтехника”, село Терезе. ГОСТ 17-333-74. Цена 4 рубля». Так что ковбои здешние, из окрестностей города Кисловодска.

– Вы скажите! – только и воскликнула обладательница «американской» новинки. – Какая наглость! Какой обман! Содрать с меня четвертную! Как же я не сообразила сразу заглянуть вовнутрь…

– Ну, моя-то сумка, надеюсь, не отечественного производства! – даже с некоторым вызовом воскликнула обладательница другой сумки, на которой был изображен мужчина в шляпе и в черной маске. Подпись внизу гласила: «Zorro».

– Кстати, она мне обошлась в три червонца, – добавила дама.

Наш эксперт при сих словах аж рассмеялся:

– Точно такую же сумку на днях купила моя теща в универмаге за три рубля. И ярлык имеется: «Чегемское районное производственное управление». А это уже из-под Нальчика.

Пока дама приходила в себя, внимание присутствующих привлек вошедший юноша. С его появлением все так и ахнули. На всю грудь у него был изображен флаг США. А чуть выше обозначены четкие большие буквы: «USA».

При виде подобного одеяния у многих от зависти аж заблестели глаза.

– Самвел Мерзоян! Из Еревана, – четко представился он, с достоинством слегка кивнув головой, и повернулся спиной.

Взорам присутствующих предстала другая картина. На спине молодца пестрели рекламные надписи: «Кока-кола» и т.п.

Но это уже, признаюсь честно, произвело гораздо меньшее впечатление.

Конечно же, Самвел превзошел всех! Хотя, между прочим, у других присутствующих в избытке на самых разнообразных частях тела красовалась всевозможная символика многих заморских держав, в том числе и их государственные флаги… Но чтоб таких гигантских размеров!.. Извините, ни у кого! И все отлично понимали, что владелец уникальной американской майки Самвел Мерзоян заслуживает самого теплого внимания лучших женщин сегодняшнего вечера.

Лишь один не по возрасту обрюзгший мужчина в полосатых пижамных брюках, на которого до сего времени никто не обращал внимания, как бы не замечая происходящего, вдруг громко сказал:

– И все же, мне кажется, уважаемые, давайте поговорим о деле. У каждого из нас свой промысел, свой сусек, свой источник добычи средств, свои методы обогащения, своя, наконец, тактика и стратегия…

– Правильно! Правильно! – подхватили мужские и женские голоса, выдавая то обстоятельство, что многие из присутствующих уже изрядно подвыпили. – Надо обменяться опытом!.. Безусловно!..

– Лично я, – сказала Г. Хейфец, заведующая отделением ленинградского кождиспансера, – собираясь на курорт в Кисловодск, покупаю побольше импортной парфюмерии… Дело выгодное, платят и в два и втридорога…

– А я специализируюсь на импортных полиэтиленовых пакетах, – заявил прибывший из Севастополя Л. Арчая. – Вот и сейчас прикупил в дорогу 1500 пакетов. Брал их за два, продаю по пять…

И он тут же извлек откуда-то и продемонстрировал присутствующим образцы товара. Пакеты понравились. Многие одобряюще покивали головами.

Дальше о том, как выгодно покупать цветы на Центральном сочинском рынке и перепродавать в Краснодаре, поведала жительница города Горячий Ключ В. Скворцова.

Опытом перепродажи жевательной резинки доверительно поделился М. Джгаркава, который припас для продажи на курорте более 2000 пачек этого пользующегося спросом товара.

Взявшая слово вслед за ним жительница Кутаиси Л. Кикнадзе заметила, что ассортимент предметов, предназначенных для перепродажи, целесообразно по возможности расширять. Она, например, прихватила на курорт не только импортные полиэтиленовые пакеты, но и тени для век, губную помаду. Это оживляет торговлю.

Мнение Л. Кикнадзе тут же горячо поддержали приехавшая из Червонограда, что на Львовщине, Н. Царева и тбилисец Н. Геурков. Первая прихватила на курорт для спекуляции помимо импортных пакетов ещё и большую партию жевательной резинки. Второй – кроме жевательной резинки еще и майки.

– Я тоже разделяю подобную точку зрения,– вставил ереванец К. Манасарян и подробно рассказал, как он лично скупил в Москве для продажи в Сочи бусы, кулоны, перчатки, подарочные наборы и т.д. Всего 24 наименования на общую сумму около 700 рублей…

Страсти накалялись. Давление коньячных паров усиливалось, перебивая яростный аромат французской парфюмерии.

Последовали доверительные сообщения о спекулятивных операциях более крупного масштаба.

Житель г. Иванова В. Белоконь поведал присутствующим, как он с успехом скупил по деревням и перепродал любителям старины в Каунасе иконы и всякую церковную утварь.

Далее слово взял небезызвестный житель Харькова А. Гаймур. И рассказал он о своей наживе от последних удачных операций:

Это: золото в монетах, изделиях и слитках, всего 1380 граммов, серебро в монетах 380 граммов, наличных денег 15 795 руб., бриллиантов 6,75 карат и различных предметов для спекуляции на сумму 2000 руб.

– Смеем заметить, что выгодно спекулировать легковыми автомобилями! – в один голос стали утверждать жители Каунаса Маляцкас и Пауразас. – Мы вдвоем купили и перепродали несколько автомашин. Нажива от перепродажи каждой – от трех до шести тысяч рублей.

Чтобы несколько остудить темпераментных «автолюбителей», дама в желтом австралийском комбинезоне, прервав их, громко сказала:

– Я предлагаю тост за верных друзей и помощников в наших крайне рискованных предприятиях! Я пью за здоровье и процветание скромных тружеников прилавка!

И в мгновение ока она опорожнила бокал.

– А, в самом деле, почему бы за нас и не выпить! – без ложной скромности сказали заведующие ессентукскими комиссионными магазинами № 32 и 10 Л. Калашникова и Н. Дибижева. И они увлеченно рассказали, как и где стоит скупать в больших количествах импортную ткань, чтобы потом перепродавать в комиссионных магазинах по значительно завышенным ценам…

Предложенный тост разгорячил участников встречи, вызывая их на все новые и новые откровения.

По этому случаю первой несколько слов сказала дама, прибывшая из Таджикистана.

– Дефицитные товары оптом отпустил мне для перепродажи заведующий отделом одного из универмагов нашего райпотребсоюза. И я ему искренне благодарна, – сказала она, и глаза ее увлажнились.

Затем с благодарностью был упомянут экспедитор Бельцевского управления торговли Вайсман. С его помощью спекулянтами был реализован 21 ковер.

С одобрением присутствующими был воспринят и такой факт: десятки тысяч полиэтиленовых пакетов финского производства скупили и перепродали Ясюков и Никоненок. Они скупили эти пакеты через Кудрявцеву. А та в свою очередь купила их у работников ленинградского универсального магазина «Московский» Казаковой и Столяровой.

Огромную услугу оказала предприимчивым людям и директор магазина «Агавни» Армювелирторга Л. Бархударян. Она сбыла спекулянтам десятки джинсовых платьев австрийского производства.

Не менее благородно поступила и заведующая отделом магазина № 7 Северо-Осетинской конторы «Курортторга» В. Сланова. Она получила на базе 16 паласов стоимостью по 60–70 руб. каждый и, не завозя в магазин, реализовала их по 120–130 руб. спекулянтке Т. Меликян.

Сообщались здесь и кое-какие любопытные данные, касающиеся деятельности некоторых торговых работников. В Киргизии, например, во Фрунзенском ЦУМе «Ай-Чурек» и его филиале как-то было обнаружено укрытых дефицитных товаров на сумму более 100 тыс. руб. Отдельные виды товаров пролежали на складе более года…

В Москве же в 1978 г. выявлено укрытых от глаз обычных покупателей только промтоваров на сумму около 2 млн руб.

Проверили как-то 450 киевских магазинов и обнаружили в 200 из них укрытые товары…

…И вдруг где-то из угла раздался густой бас:

– Сограждане! А все ли из вас имеют надежные замки?

Но его перебил коренастый здоровяк с заметным шрамом:

– Милые вы люди! О каком замке вы говорите? Я только что вернулся из Ставрополья… И так и не увидел своего старого друга Кима Калабекова. Он в тюрьме. И, видать, надолго!.. А ведь какие у него повсюду были замчищи! Ничего не помогло… Да еще к тому ж при обыске у него изъяли одних только сберкнижек 10 штук, не говоря уже о золотых червонцах царской чеканки, уйме колец, облигаций, ковров и прочего добра… А накануне он со своими соратниками провел операцию славную! Прелестную! Нехитрая манипуляция с документами, и импортный фундук превратился в орех отечественный. И, пожалуйста: чистоган в 300 000 рублей! На такую сумму званый ужин на тысячу с лишним персон мог бы длиться чуть ли не год!

– Почему «чуть ли»?– возразил кто-то, видимо, моментально все подсчитавший в уме. – На такую сумму, извините, можно жрать гораздо дольше!..

Тут еще стали раздаваться на сей счет разные суждения. Да только мы с женой уже их не слушали.

Мы заспешили к себе, к нашему временному пристанищу…

Жена всю дорогу ахала и причитала. Что, мол, делается на белом свете!

А я шел по благоухающей курортной улице, и мучили меня разные вопросы.

Почему, например, для украшения всяких там хозяйственных сумок выбираются некоторыми предприятиями-изготовителями столь странные иностранные мотивы?

Каким образом в нашей стране, думалось мне дальше, где законом запрещена всякая пропаганда войны, удается человеку беспрепятственно красоваться в майке, разукрашенной боевыми ракетами, да еще с призывом записываться в вооруженные силы другого государства?

Откуда может достать человек не один, не два, а десятки тысяч заграничных полиэтиленовых пакетов?

Почему, скажем, в кисловодских магазинах не хватает парфюмерии, и ее приходится покупать у спекулянтов?

Ах, да мало ли и сколько каких вопросов может возникнуть у нормального человека после такого званого ужина?

Вернулись мы с курорта домой, а тут телефонный звонок: знакомые приглашают в гости.

– Ну, нет уж! – взвыл я. – Ни в какие гости, ни на какие приемы! Если и пойдем, то в театр!

– На что? – резко возразила жена. – Мы же все давно пересмотрели.

– Хотя бы на того же «Ревизора»! – парировал я. – Классика – она никогда не стареет!

Реквием для флейты с валторной[5]

В последнее время пристрастился я к музыке. То сыграю на балалайке задорную кадриль, то под гитару на кухне спою старинный русский романс…

А тут оказия подвернулась. По служебным делам оказался я в Ленинграде. А там уникальная выставка музыкальных инструментов. Бесценное хранилище, крупнейшее инструментальное собрание мирового значения – фактически музыкальный Эрмитаж. Очень многие экспонаты выставки не так уж давно имели постоянное место прописки – Зимний дворец.

А тут еще повстречал я знакомого искусствоведа.

– Выставка при научно-исследовательском отделе Ленинградского института театра, музыки и кинематографии входит в число самых крупных инструментальных музеев мира, – сказал он мне. – О степени ценности хранящихся там экспонатов может свидетельствовать хотя бы один факт. Институтом были экспонированы на Всемирной выставке в Канаде 14 инструментов, из которых одна только флейта оценена в два миллиона рублей. Вот так-то!.. В собрании выставки спинет XV века – уникум, цену которого невозможно определить. Ряд клавишных инструментов, сделанных в Петербурге в конце XVIII – начале XIX века, не представлен ни в одном музее мира: личные фортепьяно Глинки, Римского-Корсакова, Даргомыжского, Рубинштейна…

Пришел я на выставку, а мне сообщают, мол, без ведома ректора института Н.М. Волынкина пускать не велено. Я – к Волынкину.

– Извините,– отвечает мне деликатно ректор,– но что именно вас интересует?

– Ну, для начала хотя бы узреть двенадцатиклапанный кларнет гренадильного дерева парижской фабрики Бюффе. Из собрания Александра III…

– К сожалению, – ответил ректор, – вы несколько опоздали. Этот инструмент куда-то исчез…

– Исчез? – удивился я. – Вот те на!.. Но, надеюсь, скрипка работы Небе и тирольская скрипка с этикетом Себастьяна Клотца на месте?

– К сожалению, – развел руками ректор, – и их теперь ни в экспозиции, ни в запасниках, ни среди предметов с утраченными инвентарными номерами не обнаружишь…

– Ничего себе! Так, может, и 57-струнных хроматических столообразных гуслей нет?

– Их постигла та же участь… – грустно проговорил ректор. – Тоже пропали!

– Это что же у вас происходит? – в сердцах воскликнул я. – Ведь так и до знаменитого колокола 1686 года из бывшей церкви фарфорового завода могут добраться!..

– Уже добрались…– промолвил ректор.– И теперь неизвестно, кому звонит колокол…

– Ну и дела! – сокрушенно сказал я. – Так что же выходит: все экспонаты выставки пропали?

– Нет, не все! – последовал ответ. – Некоторые уникальные музыкальные инструменты подменены, а еще большее их число либо разукомплектовано, либо сильно повреждено…

Грустно и горько было все это слышать. А когда я побеседовал с заместителем славного бухгалтера института М.Е. Михайловой, то и вовсе впал в уныние…

По описи выставки, к примеру, французский кларнет под инвентарным номером И-34 значится как инструмент Геккеля из черного дерева. Поступил он будто бы в коллекцию Придворного хора не позднее 1900 г. В действительности же это пластмассовый инструмент, изготовленный Ленинградским заводом духовых музыкальных инструментов в 1967 г. В другом месте описи рядом с инвентарным номером И-1618 поверх соскобленного наименования «арфа» написано слово «цитра» и дано описание инструмента, соответствующего этой подложной записи… Всех подобных примеров тут не перечислить!

В экспозиционных помещениях и в запасных хранилищах сотни предметов не оприходованы и не оформлены, как положено. Представленные же в актах основания для списания многих уникальных инструментов до удивления малозвучны. И удивляет, как они могли служить поводом к принятию решения по уничтожению памятников культуры. Так, одним актом списано сразу 29 предметов, многие из которых представляют собой либо значительные антикварные ценности (например, часы-орган), либо мемориальные предметы (орган, принадлежавший известному русскому композитору XIX в. П. Турчанинову).

В числе разукомплектованных, сильно поврежденных и полностью разрушенных экспонатов многие инструменты знаменитых мастеров прошлых веков: фортепьяно Рирта, часы с органом работы Штрассера; съедены грызунами различные фисгармонии, арфы, гусли, литавры, флейты, валторны, свирели…

Крупная коллекция старинных клавишных инструментов «сыграла» сначала в мокрый подвал, а затем – в помещение с повышенной температурой. В результате деки полопались, металлические части «зацвели».

А М.Е. Михайлова между тем уже рассказывала о работе закупочной комиссии выставки:

– Кларнет под инвентарным номером И-30 был списан как «утраченный». А некоторое время спустя этот же инструмент был снова куплен в Феодосии, и ему присвоили другой инвентарный номер… И что странно: два инвентарных номера соседствуют друг с другом… Точно так же закупочная комиссия, не видя экспонатов, приобрела не так давно у бывшего сотрудника института А.М. Мирека за 25 тысяч рублей сто гармошек, из которых четверть детские и губные…

Слушал я, слушал Марию Ефимовну, а затем и говорю:

– Хорошо, а куда смотрела бухгалтерия?

– Смотрим куда следует, – спокойно произнесла М.Е. Михайлова. – Но побывавший в нашем вузе представитель Министерства культуры РСФСР разъяснил, что бухгалтерия должна иметь на проведение инвентаризации в музее специальное решение ректората с обязательным привлечением эксперта… Ну, а ректорат наш, судя по всему, с этим делом почему-то не спешил… Между прочим за последние десятки лет никакой ревизии или инвентаризации на этой выставке никем не проводилось. В закупочную же комиссию нас, представителей бухгалтерии, не включают…

Сильно удивляет спокойствие ректора института Н.М. Волынкина. И даже когда на ученом совете был остро поставлен вопрос о крайне плохом учете и хранении музыкальных инструментов, ректор в своем заключительном слове пытался задать мажорный тон:

– Я полагаю, что в научно-исследовательском отделе достаточно разумных холодных голов… У коллектива НИО достаточно своих средств и сил для того, чтобы не выносить эту конфликтную ситуацию на решение совета института или партийной и профсоюзной организаций института.

Но члены совета настояли, и инвентаризация экспонатов выставки была все же проведена.

– Со всей ответственностью заявляю, – сказал мне председатель инвентаризационной комиссии Ф.В. Равдоникас, – что на выставке никакого учета не существует…. Нет книг по учету драгоценностей и драгоценных металлов, по учету временных, постоянных и дарственных поступлений… А с какими трудностями комиссии пришлось сталкиваться, чтобы получить для работы хоть какие-нибудь документы от материально ответственных за выставку С.Я. Левина и Н.А. Лисовой! Так мы прикоснулись только лишь к музыкальным инструментам… Документы же и книги учета по иконографии и библиотеке находятся примерно в таком же беспорядке! В инвентарной книге по иконографии сорвана печать и нарушена шнуровка. А в книге учета по библиотеке нет даже намека на печать и шнуровку. А в библиотеке должны быть уникальные экземпляры XIV–XVIII веков!..

– И еще какие! – вставила член инвентаризационной комиссии кандидат искусствоведения А.Л. Порфирьева. – Когда я обнаружила среди рукописных нот, помещенных в сырой подвал, автограф Баха, у меня затряслись руки!..

На выставке было два хозяина: Левин и Лисова… А ответчиков – ни одного!

И тогда еще раз я обратился к ректору института Н.М. Волынкину:

– Но смогу ли я хоть посмотреть на то, что осталось от выставки? Пока еще оно цело?!

– Нет! – ответил ректор. – Вдруг вы еще чего-нибудь не обнаружите из того, что есть в каталоге?!

Квартирная одиссея[6]

Встречаю я как-то приятеля, Борю Семина. Он у нас в мясомолочном техникуме редактором стенгазеты был. На вид вроде все хорошо, появился даже второй подбородок, брюшко под пиджачишком колышется. И вдруг: идет – нос повесил! Что такое? Почему?

– Да вот, – говорит,– с некоторых пор жена вдолбила себе в голову, что мы должны жить в двухкомнатной квартире, дочка да сын, мол, подрастают.

– Что же в этом плохого? – удивился я.– Жить в двухкомнатной квартире, заверяю тебя, ничуть не хуже, чем в малогабаритной однокомнатной.

– Да знаю! Знаю! Только зачем ей это? Никак не пойму! Квартира у нас хорошая, светлая, тихая. Да и привык я к ней. И тут на тебе: такой каприз! Подавай ей двух-, а то и трехкомнатную, и точка!

– Да ты не расстраивайся, дружище! – постарался я его успокоить.

– Что уж тут говорить! – безнадежно махнул рукой Борис. – Расстраивайся, не расстраивайся – ничего не изменишь! Воля супруги, во всяком случае, в нашей семье, свята и неоспорима. Пришлось идти в жилищный отдел…

– И что же в жилотделе? – поинтересовался я. – Выделили вам квартиру?

– Ну да! – не без сарказма воскликнул он.

И Боря Семии поведал мне следующую историю.

В жилотделе, куда они с женой обратились, прикинули, определили и тут же взяли на учет. А вот когда зашла речь о сроке получения отдельной квартиры, то назвали дату весьма неблизкую.

– Столько ждать? – опешила Борина супруга. – Да ни за что! Можно подумать, что на Москве свет клином сошелся! Мы поедем в любой другой город и без всякой волокиты получим двухкомнатную квартиру. Я слышала, например, что в приморском городе Сочи без проволочек жилплощадь дают…

И, взяв кратковременный отпуск за свой счет, они отправились в славный Сочи.

– Складывается впечатление, – грустно проговорил Боря в поезде, – что в связи с развивающейся научно-технической революцией люди становятся черствыми, сухими… Волокитчиков развелась – тьма. Уж на что слесари жэка простые люди, и то забюрократились, установили приемные часы.

– А я вот считаю, – сказала жена, – что мнение насчет сухости и черствости слишком преувеличено, не соответствует действительности.

– Полностью согласен с вашей супругой, – поддержал их разговор попутчик, возвращавшийся в Сочи из командировки в Москву. – Будь моя воля, я бы в «Красную книгу», куда заносят исчезающих животных, поместил бы и бюрократа. Переводятся они, вот-вот, видимо, исчезнут как вид. Да что далеко за подтверждением ходить! Взять хотя бы председателя исполкома Центрального районного совета Сочи В.Ф. Цыбанкова. Он получил двухкомнатную квартиру, затем без всякой волокиты им на двоих с женой выделили трехкомнатную. А с каким вниманием сейчас относятся к молодежи! Дочь его жила себе скромненько в Москве, а ей раз – и дали двухкомнатную квартирку в Сочи. А обменять Сочи на Москву – пара пустяков;

– Ну, как-никак все-таки – дочка председателя райисполкома, – заметил Борис. – Может, это сыграло роль?

– Что вы! Что вы! У нас никакой семейственности! Дочь директора филармонии Т.Д. Поповой никакого отношения к райисполкому не имеет, а в двухкомнатную квартиру без всякой проволочки въехала. Точно так же в обход всяких очередей за счет городских организаций дополнительную отдельную двухкомнатную квартиру для своего сына получила начальник управления культуры А.Ф. Дебольская. Сын директора НИИ курортология и физиотерапии Н.Е. Романова, наверное, не знает, где и райисполком находится, а двухкомнатную квартирку тоже получил. Вне всякой очереди райисполком недавно предоставил квартиру и дочери председателя городского комитета народного контроля И.А. Чуприна… Так что, если вы что плохого подумали, то зря!

Порадовались супруги за сочинцев, у которых столь душевные руководители, искренне порадовались. И ничего плохого не подумали про генерального директора объединения «Краснодарский чай» У.Г. Штеймана, который получил на свою семью из трех человек две двухкомнатные квартиры. Другой бы на его месте расстроился, как же в двух квартирах одной семье расположиться, а Штейман нет. Прорубил стенку и соединил квартиры, благо они были в одном доме. И все это без малейшей проволочки.

Порадоваться-то наши супруги порадовались, да тут же и огорчились. Ибо как только речь зашла в квартире для них самих, их просто не поняли. Что вы, мол, в самом деле? О какой отдельной квартире может идти речь? Работаете в другом городе, на учете не стоите. С какой стати?

Короче, после такого поворота супругам Семиным вроде бы дальше и делать нечего. Впору хоть домой возвращаться. Да не такая супруга у Бори, чтоб на попятную идти!

– Не падай духом, муженек! – сказала она.

Им ничего не оставалось, как покинуть этот благословенный край и искать счастья в другом месте…

«Другим местом» был Кисловодск. И первый же житель этого города, повстречавшийся супругам на вокзале, узнав о цели их приезда, сочувственно сказал:

– Ах, надо было вам приехать сюда чуть пораньше! Когда начальником жилищного управления исполкома Кисловодского горсовета был В.С. Емельянов. Человек, что называется, большого масштаба! При подготовке проектов решений исполкома о распределении жилья он умышленно не включал в них несколько квартир, создавая тем самым неучтенный резерв жилплощади… А дальше, пожалуйста: любому желающему из этого резерва предоставлялась квартира… За определенную мзду, естественно.

– И где же сейчас товарищ Емельянов? – с надеждой спросила супруга Бори.

– Он сейчас, к сожалению, уже не «товарищ», а «гражданин». Ибо приговорен к десяти годам лишения свободы, да еще с конфискацией имущества.

После такой информации у супругов и настроение упало. Увидев это, незнакомец и говорит:

– А вы поезжайте в Предгорный район. Тут рядом. Можно на электричке или на автобусе. Секретарь тамошнего райисполкома Л.В. Игумнова может распорядиться выписать ордер на квартиру даже без решения исполкома…

Через час обнадеженные супруги явились в кабинет секретаря Предгорного райисполкома Л.В. Игумновой.

Но Лидия Васильевна я слушать их не захотела. Да, однажды она со ссылкой на вымышленное решение райисполкома дала устное распоряжение и.о. заведующего райкоммунхозом Н. Обухову выписать ордер на квартиру Л. Коломийцевой. До прокурора и народного суда дело дошло. Благо хоть отделалась легко. Могла бы лишиться и должности…

И здесь, как видим, не повезло странствующим супругам. Дорога их теперь лежала в Ереван. Там, по имеющимся у Бориной жены данным, в получении жилья нет никакой проблемы.

По пути в Армению, проезжая Северную Осетию, на станции Беслан они вышли из вагона на перрон подышать свежим воздухом и разговорились со станционным работником.

– Слушай, дорогой! – обращаясь к Боре, сказал станционный работник. – Уверяю тебя, что, не угоди в тюрьму управляющий домами Р.С. Джелиев, тебе и твоей семье шикарная квартира в Беслане была бы гарантирована. Пользуясь бесконтрольностью должностных лиц Прохладненской дистанции гражданских сооружений и Минераловодского отделении Северо-Кавказской железной дороги и используя свое служебное положение, Роберт Семенович такие манипуляции проделывал с государственным жилищным фондом, что дух захватывает! Конечно, не без «навара» для себя…

Прибыли наши супруги в Ереван и вскоре убедились, что здесь, пожалуй, можно получить отдельную квартиру. Но, естественно, при наличии в кармане энной суммы дензнаков, с которой вы согласны расстаться…

Такса была разной.

Директор Горисского завода республиканского производственно-технического объединения «Армэлектродвигатель» В.М. Казарян, например, за предоставление квартиры рабочему завода Матевосяну запросил у последнего вознаграждение в сумме 1500 руб.

У директора же Норхарбердской индейководческой фабрики кандидата экономических паук Ж.А. Саркисяна и главного инженера А.С. Манукяна пределы взимаемых с рабочих и служащих фабрики сумм за предоставление квартир были более широки: от 1000 до 2000 руб. И «навар» в общей сложности составил 16 тыс. руб.

А заведующий отделом исполкома Ереванского городского Совета народных депутатов А.А. Кочарян специализировался на поборах за незаконный прием в ЖСК. В результате активной деятельности на этом доходном поприще он положил в домашнюю копилку 37 тыс. руб.

Но не только готовую квартиру можно было тут же получить в Ереване! Если вам не по вкусу современные стандартные дома, тогда, пожалуйста: берите стройматериалы и воздвигайте себе на здоровье что-либо пооригинальней.

По части же оказания помощи в деле приобретения строительного камня, артикского туфа здесь руку набил начальник подотдела материальных фондов Госплана Армянской ССР А.Ф. Максимов и нигде не работающий Г.М. Мурадян. Их «такса» за подобную услугу была как минимум 3000 руб.

Но супруги Семины не располагали подобными суммами. И, видимо, потому, ни один из местных вариантов ускоренного добывания жилья им не подошел.

Вот такую прискорбную историю поведал мне при встрече давнишний приятель Боря.

– И что же дальше? – внимательно выслушав его, спросил я.

– А дальше, – проговорил он, – отпуск кончился, мы с супругой вернулись домой, и она мне сказала: «Значит, так! Ты у меня, Боря, не бизнесмен. Начальника из тебя тоже никогда не получится. Я же в свою очередь буду что есть мочи налаживать выгодные связи с влиятельными лицами».

– А ты что ответил?

– Сказал, что хоть она и немало поездила со мной, но так ничего и не поняла и необходимых выводов не сделала.

– А она? – мучило меня любопытство.

– Говорит: либо квартира, либо развод, и детей своих сам воспитывай.

– А ты?

– А я сказал: дети наши общие. А вообще, как хочешь, но только пока ты квартирного мужа себе искать будешь, мы с детьми новую квартиру в порядке очереди получим.

– Думаешь, подаст на развод?

– Да нет, подумает и успокоится. Это у нее характер такой.

На том мы с Борей и расстались.

Южное солнце в розницу[7]

Иной раз реальная жизнь обгоняет самую смелую фантазию. Совсем недавно, перед моим отъездом на Кавминводы, встречаю знакомого доцента Пипкова. Он загорелый, веселый… Спрашиваю:

– Никак после отпуска?

– Да нет, – улыбается Пипков. – Отпуск мой еще и не начинался. Я его перенес на зиму. Хочу в Закарпатье на горных лыжах покататься…

– Но загар-то откуда?

– Я вчера с юга вернулся. Провел месяц в клинике одного из научно-исследовательских институтов курортологии… Так сказать, побывал на лечении…

– На лечении? – удивился я. – Что-то не слышал о твоем пошатнувшемся здоровье.

– А что? – парировал доцент. – Почему было не воспользоваться подвернувшейся возможностью? И в следующем году поеду туда же.

…Уже на одной из центральных улиц Пятигорска я обратил внимание на вывеску: «Научно-исследовательский институт курортологии и физиотерапии». Тут невольно вспомнился рассказ доцента Пипкова, и я решил зайти в институт.

Заместитель директора НИИКФ Л.И. Новожилова развела руками:

– У нас в институте ничего подобного быть не может! Факты нарушения установленного порядка исключены. Путевки для больных, поступающих в клиники нашего института, распределяются исключительно централизованно.

Для вящей убедительности передо мной положили на стол огромные папки с письмами.

Открыл одну из них. Путевки в клиники института действительно распределяются строго централизованно. Персональный пенсионер Н.П. Гусейнова из Махачкалы, например, пишет:

«Страдаю распространенным межпозвонковым остеохондрозом… Убедительно прошу вас выслать путевку… В надежде на сочувствие». Надежда пожилой жительницы на сочувствие была напрасной. Официальный ответ директора Пятигорского НИИ курортологии и физиотерапии Н.Г. Кривобокова гласил:

«Институт не имеет самостоятельного права распределения путевок. Путевки, согласно приказу Министерства здравоохранения РСФСР, распределяются централизованно, через республиканские министерства здравоохранения, куда вам следует обратиться».

Не скрою, я порадовался: рассказ доцента Пипкова о том, что в клинике такого рода путевки распределяются не по назначению, не подтвердился. Но у самого выхода из института ко мне подошла пожилая сотрудница в белом халате и вполголоса сказала:

– Извините, но если вам нужна путевочка в наш институт, могу посоветовать, к кому обратиться…

– К кому же?

– А это в зависимости от того, в какую из клиник нашего института вы желаете попасть… Если, скажем, в Ессентукскую, то получить путевку вам поможет управляющий Кисловодским ремонтно-строительным трестом № 5 В.Б. Нугзаров… Ежели в Железноводскую – то лучше всего обратиться к начальнику Северо-Кавказского зонального управления санаториев И.Д. Топурия. А если вы хотите отдохнуть в Кисловодской клинике, то поезжайте к начальнику второго участка Ессентукского строительно-монтажного управления производственного бройлерного объединения «Ставропольское» Р.В. Канну…

Я – в бухгалтерию института. Главный бухгалтер О.К. Быковская меня просветила: кому, по чьему ходатайству и сколько было выдано путевок. Да так просветила, что через полчаса я убедился: мой знакомый доцент прав на все сто процентов. При известной предприимчивости путевку в НИИ курортологии и физиотерапии добыть не составляло труда. Главный бухгалтер привела сотни примеров того, как люди в обход всех норм и законоположений, пользуясь протекциями, знакомствами, связями, а проще говоря, «по блату», приобретали путевки в ту или иную клинику института.

Технология добычи путевок крайне проста и стереотипна. Скажем, тот же вышеупомянутый управляющий Кисловодским ремонтно-строительным трестом № 5 В.Б. Нугзаров на служебном бланке пишет письмо-ходатайство директору НИИ курортологии и физиотерапии Н.Г. Кривобокову: «Просим вас изыскать возможность в приобретении одной путевки для нашей сотрудницы Микаэлян Р.С.» Незамедлительно на официальном письме появляется виза главного врача Ессентукской клиники Д.И. Тоцурия: «Ходатайствую на июль». Тут же сразу следует и резолюция-предписание директора института Н.Г. Кривобокова бухгалтерии: выделить путевку. На поверку же оказалось, что Р.С. Микаэлян в тресте № 5 не работала и не работает, а является лишь родственницей одного из его работников.

Всех примеров протекционизма и вариантов реализации «деловых» связей здесь, конечно, не перечислить. Но не могу не упомянуть наиболее преуспевшего на этой ниве начальника Северо-Кавказского хозрасчетного участка № 11 Минчермета СССР Я.Г. Полиева. Как «специалист» по отбору «больных», он пользуется настолько большим авторитетом в глазах директора НИИ курортологии и физиотерапии Н.Г. Кривобокова, что тот без всякой проволочки размещает в подопечные ему клиники любого полиевского «пациента» из Тбилиси, Тулы или другого города.

Впрочем, директор института Н.Г. Кривобоков благосклонно относится и к другим полезным и нужным должностным лицам – поставщикам «больных» для его клиники. Особенно, когда они к просьбе выделить путевку присовокупляют такие вот по-человечески теплые, веские и убедительные сочетания слов: «для брата бухгалтера», «жене ведущего сотрудника», «дочери нашего работника», «мужу нашего врача»…

В равной мере директор института Н.Г. Кривобоков внимателен и к супружеским парам. Услугами клиник их пользуются сотни! А некоторые из них, такие, например, как москвич М.С. Либман с супругой, ассистент Ставропольского мединститута Е.П. Котти с супругом и другие, успели побывать здесь неоднократно.

Кавминводские ученые-курортологи даже заметили одну любопытную особенность: как только солнце поворачивает к лету, резко повышается среди больных процент супружеских пар, в особенности медицинских работников. Любопытно, что обычно диагноз у мужа и жены одинаков.

Но ведь в Минздраве РСФСР должны знать, что творится в подчиненном ему институте, как производится отбор больных?

Знают! Главный инспектор – врач Главного управления противотуберкулезной помощи и спецсанаториев этого министерства О.Д. Петров даже особую справку составил по результатам проверки правильности использования госбюджетных путевок в клиники Пятигорского НИИ курортологии и физиотерапии. И недвусмысленно отметил в ней, что «здравотделы направляют незначительное количество рабочих», что «некоторые территории направляют на лечение преимущественно руководителей промышленных предприятий, вузов, работников торговли, службы быта и медицинских работников», что, наконец, «выполнение научной тематики клиниками затрудняется тем, что… поступает значительное количество нетематических больных…»

Как же отреагировал на эти серьезные замечания своего подчиненного начальник Главного управления противотуберкулезной помощи и спецсанаториев А.Г. Сычев? А как он мог принципиально отреагировать, если в то же время сам письменно, на министерском бланке распорядился директору института Н.Г. Кривобокову выделить путевки в Ессентукскую клинику повару подмосковного города Видное Е.Г. Анохиной и ее мужу, мастеру столичного ателье Н.И. Витковской, и многим другим…

Каково же было последнее слово зам. директора института Л.И. Новожиловой? На прощание она сказала:

– Я хочу заявить официально: вашего знакомого доцента Пипкова в наших клиниках не было!

Я не возражал. Потому что Пипков мог отдыхать совсем в другом НИИ курортологии…

Уже перед самым отъездом я зашел в курортные бюро. Тысячи, десятки тысяч писем приходят сюда.

Пишут из Сибири, Донбасса, Кузбасса, с Дальнего Востока и Урала… Просят об одном: дать возможность поправить здоровье. На письмах же я видел однотипные размашистые резолюции: «отказать», «дать отрицательный ответ»…

Изобретение премии[8]

В последнее время от жены спасу нет. Все пилит и пилит: «Простофиля, неумеха! Живем на одну зарплату…» И указывает на преуспевающего соседа: и «Волга», и дача… Не вытерпел я, да и отправился к Полупетухову. Так, мол, и так, говорю, соседушка. Пособи!

Выслушал он внимательно, призадумался.

– Способов материальное положение подправить придумано много, но вы… – тут он глянул на меня вприщур, – человек интеллигентный, на тяжелую работу не годитесь. Вам бы лучше всего подошла изобретательская стезя. Превыгоднейшее дело, уверяю вас!

Так я занял вакантное место в отделе изобретательства одного из институтов. В тот же день директор НИИ, подавая папку с бумагами, сказал:

– Подсчитайте экономический эффект от внедрения по этому изобретению и определите денежное вознаграждение авторам!

Опыта на сей счет, сами понимаете, никакого, и отправился я набираться ума-разума у коллег в других учреждениях.

– Первая заповедь, – наставлял меня заведующий патентно-лицензионным отделом ЦНИИ кожевенно-обувной промышленности М.М. Дорофеев, – в авторском коллективе, получающем вознаграждение за внедрение изобретения, не должно быть случайных людей. Туда помимо, естественно, своих руководителей надо включать представителей министерств, ведомств, объединений… И тогда успех дела неотвратим!

И привел пример. Могли ли мы, дескать, мечтать о таких экономических эффектах и соответствующих им денежных вознаграждениях, если б в состав авторов наших изобретений предусмотрительно не включили директора института, заместителей директора института, заместителя директора Таллинского кожевенно-обувного производственного объединения «Коммунар», директора Кременчугской обувной фабрики и многих других руководителей предприятий и объединений, которые выплачивают вознаграждения…

– А иначе нельзя, – поддержала старший инженер-патентовед Всесоюзного заочного института пищевой промышленности З.А. Кацевман. – Невозможно представить, что наш способ «производства шампанского в непрерывном потоке» был бы с ходу внедрен на Бакинском заводе шампанских вин (и насчитан экономический эффект свыше 250 тысяч рублей), если б в состав помимо наших сотрудников, не был бы включен начальник Госинспекции по качеству алкогольных напитков Минпищепрома СССР Е.Н. Сторчевой. Кстати, чтобы избежать ненужных разговоров и кривотолков, «свои» 1677 рублей вознаграждения он получил через кассу института…

– В нашем министерстве, – пояснил начальник отдела изобретательской патентнолицензионной работы Министерства сельхозмаша СССР В.Я. Ганин, принцип оптимального формирования авторского коллектива неукоснительно выдерживается.

– И у нас тоже, радостно поддержал зав. отделом патентных исследований ВНИИ меховой промышленности В.А. Жестков.

– Так что же это, – изумился я. – А изобретатель-одиночка? Куда же он, сердешный, приткнется со своим творением?

– Да-да, – завздыхали мои собеседники. – Судьбе такого бедолаги не позавидуешь!..

И тут я вспомнил, как мается с внедрением своего изобретения водитель автокомбината № 30 управления торгового транспорта Главмосавтотранса В.Н. Третьяков. А сотворил он чудо-пасту для заделки трещин на корпусных деталях типа блока цилиндров двигателей. Изобретение Третьякова с большим успехом демонстрировались на выставке «Изобретательство и рационализация-83». Он удостоен медали ВДНХ СССР… Но со стороны руководства предприятия, где работает, Третьяков не получил поддержки. Приходят запросы откомандировать Третьякова на другие предприятия для внедрения изобретения – директор автокомбината М.И. Френкель и главный инженер А.С. Богданский отказывают напрочь. А между тем Третьяков получает тысячи писем с просьбой помочь внедрить его изобретение на различных предприятиях. И делает он это во время… своего отпуска. В один из отпусков Владимир Николаевич побывал на трассе БАМа, научил людей ремонтировать двигатели при помощи своей пасты. За активную помощь ему была вручена грамота как почетному строителю БАМа и символический золотой ключ с надписью: «В. Третьякову от строителей Байкало-Амурской железнодорожной магистрали…»

А как знать, сколько получил бы Владимир Николаевич грамот и «золотых» ключей, да еще, может быть, и денежных вознаграждений, расширь он состав авторов изобретения!..

Признаться, я поначалу никак не мог понять, чего бы это соискатели денежных вознаграждений пытаются во что бы то ни стало получить справку о наивысшей экономической эффективности своих изобретений. О, святая простота! От размера суммы экономического эффекта зависит и размер авторского вознаграждения. 2% каждый год! При этом мои наставники деликатно обратили внимание на сугубо творческий характер операции.

Вот вернемся к виноделам. Скажем, по изобретению № 603440 за первый год его использования (1982) на Московском межреспубликанском винзаводе было выплачено авторам вознаграждение в размере 1221 руб. Однако, поразмыслив изобретательским умом, они два года спустя, задним числом оформили свежие акты, будто бы изобретение использовалось на заводе, еще не родившись, с января 1977 г. И ранее подсчитанный экономический эффект в сумме 61 078 руб. в один момент подскочил до 261 431,5 руб. В результате такой нехитрой арифметической проделки апостолы научно-технического прогресса, включая директора винзавода Н.С. Тохмахчи и зам. главного инженера А.Г. Черного, под брызги шампанского отломили себе еще 4 тыс. Осталось уладить мелочи: Не дать родному коллективу винзавода заподозрить, будто у начальства помутилось в голове. Тохмахчи и Черный сделали еще один ход: причитающееся им денежное вознаграждение решили получить через кассу Всесоюзного заочного института пищевой промышленности, для чего велели заводской бухгалтерии перечислить целевым назначением деньги на расчетный счет вуза…

– Как же так! – усомнился я. – Выходит, можно представить справку любого экономического эффекта и содрать с государства круглую сумму!..

Напрасное волнение. Нигде ни в каких финансово-бухгалтерских документах экономический эффект от внедрения изобретений не получает ни малейшего отражения. Фиксируются лишь с точностью до копейки выплаченные авторам суммы вознаграждений…

И чтобы окончательно убедить в сказанном, начальник отдела изобретательской и патентно-лицензионной работы Минсельхозмаша СССР В.Я. Ганин дал такую справку. Только в этом министерстве и только в минувшем году авторам изобретений выплачено вознаграждений на сумму 403 195 руб. Так вот эту цифру в бухгалтерских документах министерства обнаружить можно. А сведений об экономическом эффекте, на основании которого выплачены авторские вознаграждения, – никаких…

– Хорошо, хорошо, – не унимался я. – Но известно авторитетнейшее научно-производственное объединение «Поиск», и там могут дать официальные сведения об экономическом эффекте по любому изобретению!

– Справку-то мы даем, – пояснил заместитель начальника управления по охране прав изобретателей и централизованной выплате вознаграждений Госкомизобретений СССР В.Б. Зязин. – Но мы не перепроверяем сведения об экономическом эффекте от внедрения изобретений. Верим цифрам, которые указывают предприятия.

И тут неожиданно выясняется, что, например, предприятиями Министерства заготовок СССР по изобретению № 1009303 только за один минувший год представлены фиктивные сведения об экономическом эффекте от внедрения этого изобретения на сумму более 15 млн руб.

После всеобъемлющего экскурса в сферу изобретательства я решительно направился к своему директору и, разложив на столе бумаги, сказал:

– Давайте говорить принципиально и по существу. Кто эти люди – авторы изобретений?

– Ну, это я… – кротко сказал директор, указывая перстом в список. – А это – зам. начальника нашего главка… Это главный специалист объединения… А этот – наш главный инженер завода, где, так сказать, внедрено наше изобретение.

– Так-так, – перебил я, делая пометки. – И каково будет пожелание относительно денежного вознаграждения?

– Да, пожалуй бы, по тысчонке на голову совсем неплохо!..

– Сделаю по полторы! – категорично заявил я. – При оформлении следующей заявки на изобретение не забудьте включить и себя…

Выпорхнув, как на крыльях, из кабинета, я тут же позвонил жене:

– Наши дела идут на лад, дорогая!

[1] Российская земля; Правда; Ветеран. 1996.

[2] Человек и закон.

[3] Домострой; Ветеран; Правда.

[4] Человек и закон

[5] Советская Россия.

[6] Человек и закон.

[7] Советская Россия.

[8] Советская Россия.

Вагон для прокурора[1]

Хочется! Ох, как хочется временами, а иногда и чаще, чего-нибудь этакого! Чтобы и то, и се было для твоего блага в личном распоряжении… Соблазну-то вокруг вон сколько! Тьма-тьмущая! Как не вкусить?

Хочется и кусок земли пожирнее для личного пользования самовольно отхватить, и ускоренным путем автомобиль попрестижней добыть, и гараж без какого-либо официального позволения под боком у своего дома соорудить… Да мало ли чего хочется!..

Вот и в городе Барабинске тоже некоторые руководители некоторых строительных организаций очень даже нередко подумывали о том, как бы побыстрее дома строить, приличные приписочки к тому ж учинять и соответственно премии получать регулярно. Но вспоминали о грозном, принципиальном и бескомпромиссном районном прокуроре И. Кольтюгине, и всякое желание пропадало реализовать задумку.

К тому же в порядке профилактического предупреждения прокурор статью в местной газете опубликовал под рубрикой «Человек и закон», в которой весьма недвусмысленно говорилось: «За самовольное строительство без надлежащего письменного разрешения индивидуальные застройщики привлекаются к ответственности в установленном законом порядке. Занятые земельные участки возвращаются по их принадлежности без возращения затрат… Гаражи, построенные и установленные самовольно, после сделанного официального предупреждения горисполкомом будут снесены…»

Все в городе отлично понимали, что вопрос ставится шире и глубже, чем угол для машины, что не будет прокурорского спуску и тем, кто учинит приписку, кто посягнет на народное добро… И потому в Барабинске: ни-ни!.. Никто казенного, скажем, гвоздя домой не тащил, не то что решиться на какую-либо приписку.

И долго наблюдалась напряженная ситуация в славном городе Барабинске.

Но одним прекрасным морозным утром проснулись обитатели указанной районной столицы и были премного удивлены, увидев диковинку. Иные просто своим глазам не поверили… Посередине города, напротив прокуратуры, стоял грузовой железнодорожный вагон. Правда, без колес.

– Вот те на! – в недоумении воскликнули одни.

– С чего бы это? – в тон произнесли другие.

– Братцы-сограждане! – воскликнул самый сообразительный. – Да ведь это вагон-гараж!

– Но чей он? – тут же посыпались вопросы. – Кому удалось отхватить единицу вагонного парка для личных надобностей? Да еще расположить в неположенном месте?..

– Не беспокойтесь, сограждане! Вот появится прокурор Кольтюрин, и отчаянной голове достанется на орехи!

При сих словах к толпе подошел как раз сам младший советник юстиции В.И. Кольтюгин.

– Полюбуйтесь, товарищ прокурор! – обратились к нему граждане. – И это вопреки вашему строжайшему предупреждению…

– Прошу руками не трогать! – строго сказал Кольтюгин. – Вагон мой!

– Ваш?! – ахнула толпа.

– Мой! – подтвердил прокурор. – Я за него железной дороге пять тонн металлолома сдал.

– Пять тонн? – с недоверием переспросил самый сообразительный из присутствующих. – Где вы столько металлолома могли собрать?

– А что? Школьники ведь собирают… А я, взрослый человек, по-вашему, не могу собрать в свободное от работы время каких-то пять тонн металлолома?

Сограждане, качая головами, стали расходиться.

И тут пошло. Пошло и поехало! Вскоре исполком Барабинского городского совета народных депутатов в своем решении о фактах приемки в эксплуатацию незаконченных строительством объектов вынужден был записать так: «…в г. Барабинске комиссией под председательством заместителя председателя горисполкома т. Лунгина В.П. были приняты, а подрядчиком сданы в эксплуатацию 18-квартирный жилой дом Западно-Сибирской железной дороги… и 64-квартирный жилой дом завода «Промсвязь» (подрядчик ПМК-59) с незаконченными работами по благоустройству… по встроенным помещениям аптеки и парикмахерской…»

А тут еще городской главный архитектор Г.С. Воложанин начал приставать к младшему советнику юстиции со своими назойливыми претензиями. И то, видите ли, по его мнению, делается в городе не по закону, и это… Начальник дистанции пути Ю.Д. Чумакин на глазах всего города начал самовольное строительство жилого дома из шпал в непосредственной близости от железнодорожных путей с грубейшими нарушениями санитарных и пожарных норм… На строящемся железнодорожном вокзале не закончены работы по кафе, гостинице, производственным помещениям, кассовому залу, отделке фасада… Однако государственная комиссия решила принять «пусковой комплекс»… Бывший районный прокурор Г.Г. Болтухин соорудил себе гараж во дворе горисполкома. Уезжая из Барабинска на повышение, он сумел выгодно продать свой гараж… горотделу милиции.

А не прошло еще и двух недель, как на свет появилось новое решение Барабинского горисполкома. «Обилие самовольно установленных и построенных гаражей, – говорилось в нем, – затрудняет эксплуатационным службам обслуживание сетей и подстанций, вызывает справедливые жалобы жителей… Просить прокурора т. Кольтюгина В.И. рассмотреть вопрос о возможности привлечения к ответственности лиц, самовольно установивших или построивших гаражи».

Прочитал решение горисполкома прокурор В.И. Кольтюгин и задумался… Кого же привлекать-то? С себя начать? Или сначала привлечь самовольно установивших себе персональные гаражи заведующего райфинотделом М.В. Мистюрина, капитана милиции В.В Абраменко, главного врача санэпидстанции А.Ф. Асташенко. директора комбикормового завода В.Т. Горбунову, домоуправа С.Р. Сороквашина? Или, может, привлечь к ответственности подписавшего это исполкомовское решение самого его секретаря А.А. Апросичева, который, пользуясь своим служебным положением, не только построил свой индивидуальный гараж в центре города по улице Котовского, но и соорудил рядом со своим гаражом еще и сарай?

В.И. Кольтюгин не стал прибегать к крайностям Более того, не поторопился выполнять свои прямые обязанности и по отношению к другим, рядовым гражданам. Пока не поступило неожиданное известие о том, что на берегу озера кто-то самовольно установил пассажирский вагон. Это сильно задело прокурорское самолюбие.

– Это что же, меня превзойти решили? – в негодовании воскликнул младший советник юстиции и незамедлительно призвал к себе владельца пассажирского вагона. Им оказался прораб базы путевой машинной станции № 178 И.К. Сафиулин.

– Пассажирский вагон мне выделило родное предприятие, – сказал он.

– Верно, – подтвердил начальник ПМС-178 А.Т. Плевако. – Этот вагон был продан мною Сафиуллину что-то за 50–60 рублей.

Между тем полнокровная жизнь в городе Барабинске пульсировала с небывалым подъемом. Одни граждане, глядя на возвышающийся в центре города величественный товарный вагон прокурора, самовольно захватывали участки земли и увлеченно, со вкусом возводили себе в сжатые сроки гаражи и хозсараи. Другие – совершенствовали утонченную методику приписок…

Но вот майским утром проснулись обитатели Барабинска и диву дались. Прокурорского товарного вагона напротив прокуратуры как не бывало!

– Вот те на! – останавливались люди в недоумении.

– Ежели самого Кольтюгина заставили, другим никакого снисхождения ждать не приходится!

И некоторых обитателей райцентра охватило вполне понятное волнение.

Но тут местный турист наткнулся нечаянно в глубинном селе на прокурорский вагон. Оказалось, В.И. Кольтюгин благополучно продал вагон своему знакомому…

И жизнь в городе Барабинске вошла в прежнюю накатанную колею.

НА БУМАЖНОМ ФУНДАМЕНТЕ…

Нередко построены договоры между вузами и предприятиями[2]

Разработки вузовских ученых вносят заметный вклад в развитие народного хозяйства страны. В подтверждение можно привести длинный перечень примеров и цифр. Однако если подходить к вузовской науке с точки зрения эффективности использования ее возможностей – а именно так ставится сегодня вопрос, – то следует признать, что научный потенциал работает пока далеко не в полную силу. Возьмем хоздоговорные научные работы. Существующая система научного содружества института и завода и сегодня стоит на зыбком условном фундаменте экономического эффекта, который легко увидеть в бумагах, но куда труднее обнаружить в деле. Чтобы не быть голословными, предлагаем совершить экскурсию в любой студенческий город. Куда? Ну, к примеру, в Барнаул…

Заведующий научно-исследовательским сектором медицинского института А. Меньшиков, узнав о цели визита, приветливо повел рассказ:

– Нам есть, чем гордиться! Вот, пожалуйста, тема: «Санитарно-гигиеническая оценка территории и природно-очаговые болезни бассейна реки Алей». Наш доцент взял с Алтайского краевого управления сельского хозяйства всего лишь 40 тысяч рублей, а реальный экономический эффект от внедрения результатов исследований по этой теме составил 317 250 рублей… Об этом официально сообщили начальник краевого управления сельского хозяйства Д. Нартов и главный бухгалтер Н. Мешков.

Я – в управление сельского хозяйства, к Н. Мешкову. Спрашиваю его: как повлияли на финансовые показатели вашего управления научные разработки с объявленным экономическим эффектом в размере более чем 300 тысяч рублей? Главный бухгалтер пошелестел документами и говорит:

– Знать не знаю! А подписал эту бумагу по прямому указанию своего начальника Нартова…

Тогда я – в политехнический институт. Оп почти рядом с медицинским…

– У нас средства по хоздоговорной тематике осваиваются в больших масштабах! – восторженно произнес ректор В. Радченко. – Принесет ученый весомый акт о внедрении – пожалуйста, получай и приличную премию…

Действительно, в списках против каждой хоздоговорной темы, выполненной вузом, стояла сумма премиальных. Внушительные цифры вселяли надежду. Но стоило только повстречаться с представителями предприятий и организаций, финансировавших выполнение хоздоговорных научных работ, как радужная картина вмиг испарилась.

– Мне, конечно, известно, сколько денег мы перечислили политехническому институту по хоздоговорам, – сказала главный бухгалтер Алтайского моторостроительного производственного объединения Д. Кукуруза. – А вот насчет 700 тысяч рублей экономического эффекта, якобы полученного от внедрения, могу сказать точно: в наших бухгалтерских документах никакого отражения эта солидная сумма не получила. И никак на финансовые показатели объединения не повлияла…

– А меня профессор Л. Гячев уговорил утвердить акт с экономическим эффектом 162 319 рублей 65 копеек… – сообщил начальник краевого управления «Транссельхозтехника» Н. Сучков.

Грустно, но чем дальше я углублялся в постижение тонкостей сложившейся «специфики» выполнения хоздоговорных исследований, тем более убеждался, что определить практическую ценность вузовской разработки непросто.

Стереотипные ответы следовали один за другим. От главных бухгалтеров Барнаульского шинного завода Л. Верещагиной, автоколонны № 1247 Алтайского транспортного управления В. Татарииковой, Барнаульского станкостроительного завода А. Рязанова, горэлектросети Барнаула Л. Мотузовой и от многих других представителей различных предприятий.

Остановимся, задумаемся: что же получается? Бухгалтерия любого предприятия или учреждения, выделив денежные средства, непременно потребует скрупулезного финансового отчета: куда пошли деньги, какой эффект, какая прибыль… Но как только речь заходит о хоздоговорных работах, это правило почему-то повсеместно забывают. В бухгалтериях предприятий-заказчиков с точностью до копейки говорят, какую сумму перечислили по хоздоговору институту-подрядчику. А чем обернулись затраты, какой реальный экономический эффект от внедрения научных разработок – тут полный молчок.

Вузы порой норовят поживиться за чужой счет. Берут темы, в которых ничего не смыслят, а если и смыслят, то ничего или почти ничего не делают. И диво: не боятся, что схватят за руку, накажут…

А ведь если бы разработчики верили, что, допустим, за недобросовестность или очковтирательство при выполнении хоздоговора накажут, заставят уплатить из собственного кармана, стали бы они обманным путем добывать «галочку» в отчете? Нет, не стали бы! Но они в дурные последствия не верят – вот в чем беда. И на то есть все основания. В практике хоздоговорных работ, пожалуй, не было случая, чтобы ученые вернули обратно предприятию-заказчику деньги за невыполненные исследования. Ну, хоть бы рубль!.. Не принято это делать. И потому еще, что если вернуть неиспользованные деньги, то вузы подведут и заказчиков, и себя. И у тех, и у других годовой план освоения средств, выделенных на научные изыскания, не будет выполнен. Если бы существовал порядок, что предприятие обязано поделиться с министерством частью прибыли, полученной от внедрения новшества, оно бы, уверен, называло цифры экономического эффекта куда осторожнее и объективнее.

А при всяком беспорядке, как известно, порядка не жди. Взять хотя бы те же финансовые сметы по хоздоговорам… Сплошь и рядом сметы дутые, «потолочные»…

Скажем, профессор Г. Кагаловский и доцент В. Гранитов из медицинского института для выполнения хоздоговорных тем в прошлом году потребовали от своих заказчиков – Барнаульского сельского строительного комбината и Алтайского краевого управления сельского хозяйства – в 2 раза больше денег, чем в действительности нужно было… А доцент политехнического института Т. Аунапу при составлении сметы расходов по хоздоговору с Барнаульским станкостроительным заводом перво-наперво запланировал потратить: 31,5 тыс. руб. на зарплату, 25 тыс. руб. на премии, почти 5 тыс. руб. на командировки, 744 руб. на междугородные телефонные разговоры.

Что и говорить, размах купеческий. Правда, в этой же смете Т. Аунапу предусмотрел и экспериментально-производственные расходы – 13 332 руб. Ну, насчет зарплаты, премий и тому подобного, тут, как вы догадываетесь, все деньги выбраны с лихвой… А вот экспериментально-производственные расходы по научной теме составили всего-навсего… 263 руб.!

Что же касается служебных командировок, то никаких ограничений! Куда задумал, туда и поезжай. Хоть на край света!.. Тут пальму первенства, пожалуй, следует отдать Алтайскому сельскохозяйственному институту. Заключив хоздоговор, к примеру, на тему о «корректировке материалов почвенного обследования прошлых лет» или по внедрению методов лечения местных телят, сотрудники отправляются в многодневные изнурительные вояжи в Москву, Киев, Ленинград, Ростов, Днепропетровск, Воронеж…

Алтайские вузы мы, как уже признались, выбрали случайно. Но вряд ли можно дать гарантию, что подобная практика перекачивания государственных средств вузам-подрядчикам не существует в других городах. Везде ли в этой ситуации оказываются на высоте ревизоры финансовые, ревизоры ведомственные?

Видимо, должна существовать более четкая система, которая предусматривала бы оплату хоздоговорных работ только с учетом объективного экономического эффекта. Здесь должны сказать свое слово Госплан СССР, ГКНТ и Министерство финансов.

Сегодня от вузовской науки страна ожидает максимальной отдачи. Мы за тесный союз институтов с производством, за то, чтобы каждый затраченный в науку рубль давал весомый прибавок в экономику. Но хотим, чтобы это содружество строилось только на деловой основе.

Вам это и не снилось[3]

Платные убийцы всегда хладнокровны и деловиты. Эти заранее купили двуствольный обрез и патроны к нему. В укромном месте, на берегу озера, провели репетицию, ведя огонь по бумажным мишеням. К моменту, когда заказчик определил день и час покушения, подготовка была завершена.

Кто ждет выстрелов в упор, торопясь в семь утра на работу? Человек вышел из подъезда, нашарил в кармане ключи от гаража. В следующий миг он отшатнулся от взявшегося невесть откуда мотоцикла и рухнул на землю, приняв два заряда волчьей картечи. Предсмертный крик лишь подстегнул улетавший стрелой мотоцикл с двумя седоками в шлемах.

И потом все было четко, по плану. Снялся с поста сигнальщик, подавший мотоциклистам знак о выходе жертвы из дома. Пересел в машину, ждавшую в условленном месте, стрелок с обрезом (оружие затем утопили в ручье). Без промедления ринулись в людные места, чтоб затеряться и обеспечить алиби…

Картинка из жизни гангстеров Чикаго? Нет, это было в Чите. И не в какой-то законспирированной банде, а в легальной кооперативной организации – старательской артели «Южная», что при объединении «Забайкал-золото». Но в чем отличие артели от преступного сообщества, если это председатель «Южной» Ю. Тхорик дал указание шоферу своей персональной машины В. Рудому убрать своего заместителя В. Максименко и выложил авансом за голову обреченного 29 700 руб.?

Максименко не ждал угрозы от «друзей». Ведь Тхорик, человек вообще-то свирепый и властный, явно благоволил к своему заму. Они водили дружбу много лет, по-братски делили холостяцкую квартиру и стол, вместе ездили на отдых. Дружба дала трещину, когда Максименко собрался жениться. Председатель артели панически боялся каждого нового человека в своем окружении и сделал все, чтобы расстроить брак. А когда не получилось, пошел, точно в картах, ва-банк.

Когда Максименко начали пугать, угрожать по телефону, тот поделился своими сомнениями о расставленных силках с В. Рудым и еще с одним из «палачей» – С. Иванюком, тоже водителем «Южной». Рудый заверил товарища в помощи. Хотя в то время уже положил на сберкнижку многотысячный гонорар, принесенный в газетном кульке от заказчика – Тхорика. С. Иванюк тоже не думал идти на попятную – на выручку от убийства мысленно строил дом, покупал машину. Тем более не колебались непосредственные исполнители – студенты Хабаровского института инженеров железнодорожного транспорта С. Сапунов и Н. Вуглак, которые до того и в глаза не видывали Максименко. А почему бы и не позабавиться, не подработать? Романтично, как в западном боевике: пиф-паф с мотоцикла!

Что это за артель такая, где по приказу руководителя, на деньги руководителя одни работники готовят убийство другого? Увы, под вывеской кооперативной организации, в которой все равны, вопросы решаются сообща, правление подотчетно коллективу и т.д., скрывалась шайка преступников, извлекавшая баснословные нетрудовые доходы. Матерый волк Тхорик был уличен в хищении 160 тыс. руб. В возглавляемой им артели не было и тени кооперативной демократии. «Тхорик – страшная личность, – говорили на суде. – Человеческая жизнь для него ничего не стоит. Любит стравливать людей, распространять порочащие слухи…»

Он управлял артелью, как атаман бандой. Трудно придумать более жесткую власть, если была беспрекословно исполнена директива об убийстве. «Тхорик два раза не повторяет, иначе вылетишь с денежной работы», – развел руками В. Рудый. Каждый должен был знать только свой, самый узкий участок «денежной работы». Если какой-то старатель проявлял законный интерес к делам артели, то натыкался на зловещий вопрос: на ОБХСС работаешь?

Кажется, против этих извергов должна была восстать вся Читинская область. Однако драма не стала сенсацией. В районах старательской добычи золота – это почти рядовое явление, там только и жди уголовщины. В артели «Дружба» (при том же «Забайкалзолоте») похищено 150 тыс. руб. Сразу 16 человек привлекли к уголовной ответственности в кооперативе «Забайкалье» – растрачено 3 млн руб. То же и в других регионах. В артели «Казахстан» украли без малого полмиллиона. Шайку «подельщиков» возглавлял сам председатель Дьяченко. Преступные руки гребут не только деньги, но и благородный металл. А почему бы и нет, коли налажен сбыт? Примеров тому хоть пруд пруди. Так что ограничимся лишь этим.

Ныне, когда кооперативы растут, как грибы, возьмемся предостеречь тех, кто умиляется при виде любой подобной вывески. Эта прогрессивная форма хозяйствования, открывающая, несомненно, большие возможности для деловых, предприимчивых и честных людей, в то же время оказалась очень удобной и для деляг, преступников, которые кооперативную демократию и экономическую самостоятельность ловко используют для грабежа и хищений – как, например, нож, пистолет или отмычку.

Для несведущих заметим: старательская артель сегодня – это вам не группа лесных бродяг с лопатами и лотками, какими они предстают со страниц «Угрюм-реки» Шишкова. Современный охотник за золотом оседлал бульдозер «Комацу» размером с таежную избу и гигантскую драгу – плавучий завод. По техническому оснащению и по численности работающих (скажем, в артели «Печора» 1500 человек) – это горное предприятие, ни в чем не уступающее подразделениям Минцветмета.

Исходная идея, которой руководствовалось министерство, создавая артели, была проста и очевидна. В положении о старательской добыче записано, что «она разрешается на закрываемых золотодобывающих предприятиях, участках и объектах, а также на небольших месторождениях, эксплуатация которых государственными предприятиями нецелесообразна». То есть кооперативы должны были показать себя там, где государству заниматься промышленной добычей не с руки, нерентабельно. Казалось бы, все по законам социализма, правильно.

Однако слово «нерентабельно» было невыносимо для ушей отцов-основателей артелей. Постигая новые и, как выяснилось, благодатные формы хозяйствования, особенно в условиях слабого контроля со стороны родного министерства и других ведомств, со временем они поставили перед собой стратегическую цель – внедриться на богатые россыпи, где золото можно грести лопатой, а еще лучше – бульдозером! И немало преуспели. Начальник производственного отдела по старательским работам Минцветмета СССР В. Чупин констатирует ныне печальный факт: наши горнодобывающие предприятия предоставляют артелям месторождения с промышленными запасами золота.

А барьеры протаранили взяткой. Именно за подношения и услуги выносились «выгодные» артелям решения и разрешения. Торг в руководящем звене горнодобывающих предприятий, бывает, идет такой, что иному кооперативу позавидует и фирма «Локхид», поднаторевшая на крупных аферах.

Председатель артели «Нурата» А. Сергиенко, «подмазав» генерального директора объединения «Узбекзолото» А. Кахарова 30 тыс. руб., взрыхлил почву, казалось бы, для выдающейся сделки. Кахаров предложил для разработки месторождение «Зарница» с высоким содержанием золота. Стоимость грамма будет столь же высокой, набивал себе цену «генерал», как при добыче на участках, где золота втрое меньше. Взамен он просит наличными лишь… 10% от всей выручки, полученной с «Зарницы». Эта чудовищная десятина поставила тогда Сергиенко в тупик. Тот замялся, а потом и отказался вовсе. На богатую россыпь на тех же условиях внедрилась артель «Чаткал», возглавляемая более решительным и, судя по всему, более расчетливым председателем – вором О. Пащенко.

Сказочные возможности открыло перед артелями предоставленное им право самостоятельно вести геологоразведку. Отцы-основатели тут же принялись переманивать с государственных предприятий геологов и маркшейдеров высшей квалификации высшей, чем где бы то ни было, зарплатой. Уже при составлении проектной документации на разработку месторождений (еще одно странно приобретенное право старательских кооперативов) здесь закладывается мощный фундамент для сверхприбылей. Все, что выгодно завышать, завышают, а что удобно занижать, занижают. В подавляющем большинстве артельных документов доля содержания золота в породе меньше, чем в натуре. А расчетная цена грамма добываемого металла больше фактической вдвое и втрое. Только на этом, по скромным подсчетам, каждая артель получает ежегодно от миллиона до полутора миллионов рублей неучтенной прибыли, или сотни, тысячи граммов неучтенного металла.

Что значит, скажем, завысить толщину вскрышных пород? Это автоматически повышает объем работ, дает рекордную производительность землеройной техники, экономит горючее, запчасти. Вот и искомая для статотчетов рентабельность!

Кстати, для ликвидации всех «узких мест» и для защиты жизненно важных интересов артели создали сеть «снабженцев» из тысяч человек, накрывающую всю страну. Эти весьма мобильные и богатые люди творят чудеса, могут добыть даже мощную импортную технику, например бульдозеры «Катерпиллер» и «Комацу», приобретаемые за валюту целевым назначением для государственных предприятий, транспорт, оборудование. И даже драги!

Зачисляют в «снабженцы» по особого рода способностям и авторитетным рекомендациям. Скажем, пронырливый и обходительный московский фотограф М. Быкадоров имел в активе родство, хоть и дальнее, с одним из виднейших деятелей старательского движения (в уголовном, конечно, направлении), заместителем председателя артели «Печора» С. Вуткевичем. А свел его непосредственно с артельщиками из «Южной» фотокорреспондент АПН Ю. Сомов. Рекомендаций столь известных в своем кругу людей оказалось достаточно, чтобы новоиспеченному «снабженцу» положили оклад 600 руб. в месяц – не стыдно упомянуть такую сумму и тестю-генералу. Но этот окладишко был для начала, нечто вроде ученической стипендии. Пройдя испытательный срок, он получил за год почти 23 тыс. руб. вместе с премиальными и 45,5 тыс. – на расходы. В подотчет? Как сказать… Председатель артели Ю. Тхорик дал Быкадорову такое напутствие: будут документы – отчитывайся перед бухгалтерией, нет – передо мной, на словах, артель моя и деньги мои.

На отчетно-неподотчетные тысячи он покупал по заказам Тхорика всевозможный дефицит, деликатесы, японские магнитофоны. Однажды даже справил по заданию шефа уютный домик у Азовского моря, записав его на свою фамилию. Расторопному и неболтливому «снабженцу» Тхорик доверил и большее – вручить пятнадцать тысяч целковых из того же волшебного источника предшественнику В. Чупина на посту начальника производственного отдела по старательским работам Минцветмета СССР И. Марьяновскому, которого успел узнать по совместным застольям с Тхориком в шикарных московских ресторанах.

Весьма преуспел на деляческой ниве и «снабженец» артелей «Тайга». «Лена», «Согдиана» Л. Островский, выпускник Московской консерватории. Одно время он служил сразу в двух артелях. И специализировался исключительно на незаконных поставках, ибо в «Тайге» при ревизии не нашли ни единого документа, свидетельствующего о том, что такие-то материалы, запчасти и оборудование получены через Островского.

Раскроем его творческую лабораторию. Имея в кармане сфабрикованные письма на бланках Минцветмета СССР и «Лензолота» с поддельными подписями ответственных товарищей, он шел в Минсельхозмаш СССР и получал на них совершенно натуральные визы заместителя начальника ВПО «Союзтракторопром» П. Евдокименко. За это благодарная артель зачислила в «снабженцы» зятя Евдокименко, некоего М. Высотского. И Л. Островский старался не за так. Его престарелый папаша, инвалид первой группы, был «принят» в артель экспедитором. Оба столичных «старателя» и не помышляли о работе, зарплата им шла по почте.

Бурная, но скрытая деятельность «снабженцев» еще ждет своего летописца. В Таджикистане с их помощью артель получила несколько могучих «БелАЗов», предназначенных совсем для других мест и других ведомств. На заполярный остров Большевик, который взялся покорить кооператив «Полюс», «снабженцы» оперативно доставляли грузы на самолетах… тяжелой транспортной авиации. Ничего невозможного!

Но вернемся с невидимого фронта на передний край добычи. Что делают отцы-основатели, утвердившись на богатых россыпях? Хапуги не были бы хапугами, если бы и при наличии лучшей техники, первоклассных специалистов работали культурно. Нет, артели ведут добычу хищнически, снимают сливки, а там хоть трава не расти. При контрольных промывках отработанных пород выявлены остатки золота на 15–25% сверх нормы допустимых потерь. Стало быть, ежегодно попадают в отвалы многие тонны золота, повторная добыча которого сложна и невыгодна.

Тревожная, ненормальная тенденция последних лет та: доля добычи металла старателями растет, а доля госпредприятий – снижается. Выходит, ситуация перевернулась – Минцветмет довольствуется теми участками, от которых отвернулись отцы-основатели.

Прибрав к загребущим рукам золотые жилы под лозунгами кооперативной демократии, патроны артелей позаботились о том, чтобы сама демократия существовала исключительно у них на языке. Если забыть на минуту о технике и других приметах сегодняшнего дня, то по условиям труда и быта рядовой старатель недалеко ушел от дореволюционного предшественника. Он вкалывает как проклятый – от зари до зари, без выходных. Их текучесть достигает в артелях девяноста процентов. КЗоТ не соблюдается.

Скудный, спартанский быт рядовых старателей – еще одно слагаемое блестящего хозрасчета. Не воздвигать же для безропотных работяг-сезонников палаты белокаменные. Ютятся они, как и в веке минувшем, в ветхих избушках, землянках, сараях.

Когда один из нас посетил базу артели «Печора» в Ухте, два сведущих человека – бухгалтеры Л. Комаров и С. Савченко, живописуя невиданное процветание кооперативного хозяйства, не преминули подчеркнуть, что главная цель артели – вовсе не добыча презренного желтого металла, а воспитание старателей в духе идеалов коммунизма, вовлечение их в общественную жизнь, развитие соревнования, как и записано в уставе товарищества. Видимо, невзгоды и лишения, виданные нами, тоже входят в программу перековки сознания.

Но как совместить с этим доходы и быт отцов-основателей? Нередко на одну руководящую персону приходится за год 45 тыс. руб. зарплаты. Когда во время ревизии подсчитали легальный доход председателя «Печоры» В. Туманова, оказалось, что аналогов в отечественной практике он не имеет. Союзный министр получает за год в несколько раз меньше. А если учесть еще и широко развитую семейственность в артелях, то с отцами-основателями потягается лишь редкий бизнесмен. Председатель кооператива «Иртыш» М. Мельников вместе с женой-секретаршей, а также сыном, зятем, сестрой жены выкачал за пятилетку из старательской кассы почти 380 тыс. руб.

Ясно, что столь солидные и высокооплачиваемые люди не могут обитать в землянках или дырявых палатках, спать на нарах. Молчаливый страж базы артели «Печора» показал уютные, комфортабельные терема коттеджи отцов-основателей, двухэтажные апартаменты Туманова. Мебель, оборудование, ковры – все эстракласса. Располагают к отдыху, поправке здоровья и несколько крытых бассейнов с чистейшей приятной водой, роскошные сауны, буйствует зелень в оранжереях. А в точке общепита хозяйничает шеф из первоклассного столичного ресторана.

Но В. Туманов не таков, чтобы подолгу прозябать в приполярном городке. Он предпочитает руководить артелью на расстоянии, пребывая в командировках 250 дней в году. Если вершит дела в столице, то пребывает в комфортабельной квартире ЖСК «Лебедь», записанной на сына, если греется на южном солнце, останавливается в одном из своих особняков – пятигорском или мисхорском. Туманов располагает выездом из нескольких машин в разных точках страны, оплачиваемых артелью. Конечно, жизнь на широкую ногу требует хлопот, поэтому председатель не может обойтись без особых слуг. Мисхорский дом Туманова сторожат и обслуживают два весьма квалифицированных служителя. А на московских проспектах ждет его указаний другой поверенный-доверенный, некто В. Шехтман.

С той же целью, с какой скоробогатые дельцы прошлого покупали дворянские гербы и титулы, отцы-основатели ищут знакомства с именитыми поэтами, художниками, писателями, артистами, наводят мосты к министерствам и ведомствам, братаются с журналистами. Дело не только в «решпекте», в тщеславном желании выйти в свет. Служители муз и печатей формируют надежное лобби для их защиты от правосудия. Сгустилась, например, гроза над Тумановым – встревожились авторитетные «друзья», взявшись хлопотать за «честнейшего и заслуженного человека».

Жаль, «друзья» не знают кое-какие детали его биографии. Из четырех своих судимостей Туманов вспоминает, да и то нехотя, только об одной: по известной 58-й статье, изображая себя невинной жертвой культа. Увлекался, мол, поэзией, читал Есенина, за то и пострадал. Поправим Вадима Ивановича: он был осужден за антисоветскую агитацию и пропаганду, оснований для его реабилитации не было и нет. Другие дела и вовсе не свяжешь с любовью к стихам – сплошная уголовщина. Сначала – хищение денежных средств по подложным документам ради попоек в ресторанах Владивостока. Групповое нападение на сберкассу на Колыме, отягченное убийством. Снова хищение и судимость – это уже в пору благородной старательской деятельности.

Сейчас этот рецидивист со стажем, потершись возле мастеров слова, сам взялся за перо. В «Огоньке» (№ 4 за этот год) увидел свет его опус «Жизнь без вранья». Ложью тут является хотя бы то, как В. Туманов представился: руководителем предприятия, геологом. Какое отношение к науке о земле и ее недрах имеет он, если даже семилетнее образование в своей анкете приписал (фактически окончил лишь шесть классов)?!

Враньем Туманов только и живет. Проведя время войны за тысячи километров от фронта, сейчас он выдает себя за ветерана сражений. Раньше, когда Туманов был менее нагл, он собственноручно написал в одной из анкет: «В боях не участвовал». Но, видно, по вкусу ему пришлись ветеранские льготы – уже и орден нацепил, полученный к 40-летию Победы. Удостоверение участника войны Туманову якобы выдано в Ялте. Военком этот факт отрицает. Подлог?

Завязав знакомства и связи «наверху», отцы-основатели стараются выжать из них все. Узы дружбы с заместителем министра цветной металлургии СССР П. Жмурко они скрепили, зачислив зятя его в артель «Полюс». С помощью столь высокого руководителя наладили настоящий конвейер хищений. Ободряет участников лобби и то, что произошло, когда факты преступной связи Жмурко с артелями вскрылись: того пересадили в кресло заместителя начальника главка, заставив заниматься вместо золота медью. Наиболее преданных служащих отцы-основатели без обиняков берут на собственное содержание. Начальник УВД Семипалатинского облисполкома Бапсаков, например, был зачислен в артель «Иртыш» методистом «по совместительству», получая за это 800–900 руб. в месяц. Интересно, какую методику он совершенствовал – методику крупных хищений?

Особенно тщательно культивирует верхушка артелей связи с Прокуратурой СССР. Отдачу это уже принесло. Например, С. Гусев, в бытность следователем по особо важным делам, сумел замять уголовное дело против сына Туманова в Гагаринском районе столицы. Правда, и вытянул из папаши немало – 30 тыс. руб.

Заставляют задуматься и факты, которые мы почерпнули у начальника управления бухгалтерского учета и контроля Минцветмета СССР Л. Одарюк. Ведомственные контролеры нащупали один из путей незаконного обогащения артелей. Министерство официально обратилось в союзную прокуратуру: расследуйте, привлекайте воров-миллионеров к ответственности. Прокуроры двинулись по следу столь медленно, что порой это движение вообще незаметно. Следствие по артели «Забайкалье» тянется уже шесть лет, и конца волоките не видно. Черепашьими темпами расследовались преступления в артели «Согдиана», затягивается следствие в артели «Хинган» и др. Хуже того, бесследно исчезли в стенах Прокуратуры СССР многочисленные материалы по уголовному делу артели «Тайга». Следователь же по особо важным делам Ю. Зверев, который должен за это ответить, всего лишь отстранен от должности.

С другой стороны, отцы-основатели демонстрируют завидную мобильность, оставляя далеко позади буксующую машину правосудия. Технология отработана: как только дело начинает пахнуть керосином, артель распускается, документация уничтожается. И тут же создается новый кооператив, иногда даже с прежним названием. И механизм хищений включается снова.

«Подзапустили мы этот вид производственной деятельности», – признался заместитель министра цветной металлургии СССР В. Рудаков. Что верно, то верно – вожжи упустили, а может, никогда их и не держали? Кучка же всемогущих дельцов, взнуздав принципы кооперативного хозяйствования, гарцует по полигонам отечественных клондайков. Никто свободным артелям не указ. С 1983 года Минцветмет СССР шлет бумаги в «Уралзолото» о желательном переизбрании председателя «Печоры». Но артель, послушная воле «папаши» и его стражей, неизменно голосует «за» Туманова. Это и в самом деле непотопляемый лидер старательства, ведь «Печора» – шестая артель, в которой он председательствует. Так вместе со священной кооперативной собственностью стали неприкосновенными и дельцы, воры, прохиндеи, на которых, казалось бы, и клейма негде ставить.

Нет, мы вовсе не за то, чтобы закрыть кооперативы старателей. Дать такой рецепт легко. Но ведь речь идет о судьбе 19 тыс. человек, объединенных в 242 артели. Возможно, иные поганки среди кооперативных грибов и нужно вырвать с корнем. Но многие старательские коллективы, если очистить их от преступных элементов, восстановить в них законность и демократический кооперативный порядок, могут стать хорошими партнерами государству. Все будет хорошо, если добывать золото, этот очень скользкий металл, станут люди с чистыми руками.

Письмо группы следователей в редакцию[4]

Мы работаем в следственной группе Прокуратуры СССР, возглавляемой следователем по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР А. Нагорнюком. Нас вызвали в длительную командировку в Москву из разных городов Союза для участия в расследовании должностных преступлений. Мы добросовестно выполняем свою работу, понимая свою роль в бескомпромиссной борьбе с лихоимцами и взяточниками, развернутой по инициативе партии. Очищение нашей жизни от уродливых явлений мы считаем своей святой обязанностью, партийным долгом. Однако в нашей и без того нелегкой деятельности мы встретили трудности и препятствия там, где с полным основанием рассчитывали на действенную помощь.

Каждый в нашей группе считал, что на уровне руководства Прокуратуры СССР мы избавлены от каких-либо нежелательных вмешательств в следствие, тем более – от попыток воздействия на нас, ограничения сферы нашей работы. К сожалению, мы глубоко заблуждались, поэтому вынуждены обратиться в газету «Социалистическая индустрия», чтобы предать гласности позорные факты давления на следствие. Молчать об этом мы не можем, не позволяют партийная совесть, профессиональная честность и наш гражданский долг.

При расследовании дела по фактам получения взяток Г. Бровиным, бывшим секретарем Л. Брежнева, мы вскрыли негативные явления в системе старательской золотодобычи страны. Хищения и злоупотребления, которые при этом совершаются, приносят стране ущерб на многие миллионы рублей.

При этом были выявлены преступная связь заместителя начальника следственной части Прокуратуры СССР А. Чижука с руководством старательской артели «Печора» (председатель этой артели В. Туманов имеет четыре судимости за государственные и хозяйственные преступления), а также другие весьма отрицательные факты в работе центрального аппарата Прокуратуры Союза.

Обвиняемый С. Буткевич, заместитель председателя этой артели, а до того – директор бассейна «Москва», пояснил, что руководство «Печоры» сочло Чижука нужным человеком, который может быть полезен в связи с его должностным положением. Чижуку были предложены услуги в доставке стройматериалов для дачи и сооружение ее силами работников артели. Чижук эти услуги принял. В течение летних месяцев 1984 и 1985 гг. старатели бесплатно трудились на сооружении дачи Чижука, а табелировались и получали зарплату в артели. Чижук же расплачивался информацией по уголовным делам, расследуемым Прокуратурой СССР в отношении знакомых Буткевича.

Чижук – этот скомпрометировавший себя человек, буквально до последних дней оставался в руководстве следственной части Прокуратуры СССР, хотя мы информировали руководство о его противоправных действиях. Да и как его «наказали» – уволили «по собственному желанию».

Вопрос об отстранении Чижука от дел не решался, зато досталось руководителю нашей группы А. Нагорнюку. По инициативе Генерального прокурора СССР А. Рекункова этого принципиального следователя обсудили на заседании коллегии. Нельзя было понять, в чем обвиняли Нагорнюка, поскольку ему не было предъявлено никаких конкретных претензий. Но была создана очередная комиссия, направление работы которой нам неизвестно. Одно можно с уверенностью сказать: делу это вредит – следствие заторможено в самый важный момент.

Вокруг нашей группы нагнетается нездоровая атмосфера и создается впечатление, что главные обвиняемые по этому делу это мы, следователи. Нагорнюка без конца вызывают к руководству, либо руководители сами приходят к нему, всячески выражают недовольство его деятельностью, доходя до крика в нашем присутствии. Заместитель Генерального прокурора СССР О. Сорока в разговоре по телефону так кричал, что слышно было всем присутствовавшим в кабинете: он отстраняет группу Нагорнюка от работы.

Уже в течение двух месяцев мы не можем нормально вести дело. Запрещены выезды следователей в места, где базируется артель «Печора» – в города Ухту и Инту Коми АССР, словно это какие-то южные курорты. Не продлевались наши командировки в Москву, что ставило нас в трудное материальное положение.

Стоило следователю Н. Рейтер проявить интерес к записным книжкам Буткевича и Бровина, в которых фигурировали фамилии и телефоны работников Прокуратуры СССР, в том числе и Генерального прокурора А. Рекункова и его родственников, которые, как установлено следствием, оказались хорошими знакомыми этих обвиняемых, как последовало ничем не обоснованное указание об отправке Рейтер домой.

Нам запрещено выполнять неотложные следственные действия. Не разрешают допрашивать обвиняемых в следственном изоляторе, и допрос ведут другие лица, не имея на то законных оснований, явно в ущерб делу. Фактически мы все отстранены от следствия, и даже есть письменное указание сдать дело начальнику следственной части, хотя официального постановления на этот счет нет.

Надеялись, что принципиальную позицию в этом вопросе займет партком Прокуратуры СССР. Однако и партком после нашего коллективного обращения действовал непоследовательно. С одной стороны, нам продлили командировки и обещали материальную помощь, с другой – снова поставили вопрос об откомандировании всех нас из Прокуратуры СССР. Спрашиваем: кто же будет вести наше дело? Отвечают: пока никто, оно будет «изучаться», а потом нас, возможно, снова «позовут». Но не всех…

Никак нельзя с этим согласиться, это незаконно. Дело не может лежать без движения. Скажем, сейчас мы организовали ряд очень серьезных ревизий, требующих постоянного руководства со стороны следователей. Ревизоры из министерств и ведомств теперь работают, по существу, одни и смотрят на нас, словно мы несерьезные люди, уходим в кусты.

Кстати, как раз после нашего обращения в партком работники отдела кадров принялись выяснять у персонала следственной части, а здоров ли психически наш руководитель А. Нагорнюк. Дожили: твердость, принципиальность, самоотверженность в борьбе за перестройку отношений в прокуратуре воспринимаются как признаки психического нездоровья!

Допустим, в наше поле зрения при расследовании попали руководящие работники прокуратуры. Можем ли мы закрыть глаза на неприглядные факты и при этом считать себя принципиальными и объективными? Конечно, нет. Все должны быть равны перед законом, не должно быть «неприкасаемых»! Но именно личные отношения А. Чижука и А. Рекункова с обвиняемыми стали главным препятствием для объективного и всестороннего расследования. Это понятно всем работникам прокуратуры. Вопрос лишь в том, хватит ли мужества высокопоставленным лицам открыто и честно признаться в этом? Ведь по закону в создавшейся ситуации прокурор обязан самоустраниться от решения вопросов по делу, как лицо заинтересованное.

Но пока все обстоит иначе. Никто не самоустраняется, а нас отстраняют от расследования, ничем это не мотивируя, не имея законных оснований. Создаются всевозможные комиссии на различных уровнях. Кажется, руководство Прокуратуры СССР ищет любую зацепку, чтобы избавиться от дотошных следователей. Как только заинтересованные лица, руководство артели «Печора», напуганные нашими активными действиями, сфабриковали коллективную жалобу, она стала, как уже отмечалось, предметом рассмотрения на заседании коллегии Прокуратуры СССР. Причем руководство артели, как, впрочем, и жена обвиняемого Буткевича, имело возможность доставить эти жалобы в первые руки – непосредственно А. Рекункову. Мы не можем согласиться с решением руководства Прокуратуры СССР о роспуске нашей следственной группы по принципу: «Следствие закончено, забудьте!». Мы ничего не хотим забывать и не можем допустить, чтобы в угоду заинтересованным лицам было похоронено важное дело, имеющее, на наш взгляд, крупное народнохозяйственное значение. Не можем допустить и расправы над руководителем нашей группы А. Нагорнюком.

Возможно, год назад мы бы не написали этого письма. Но революционные веяния перестройки, горячие призывы партии к очищению дают нам веру, что в стране должно измениться многое. Мы стремимся внести свой вклад, и хоть устали от равнодушия, трусости, демагогии, с которыми сталкиваемся, но не можем с этим примириться. Мы серьезно обеспокоены противодействием руководства Прокуратуры СССР нашей борьбе с негативными явлениями.

Обращаясь в газету со столь серьезной критикой, мы уверены в своей правоте, уверены, что руководство Прокуратуры СССР глубоко ошибается, считая, что оно вне критики и контроля. Но если же нам не удастся довести дело до конца, то это надолго отобьет у других следователей желание искать и отстаивать правду, обнажать истину, невзирая на лица.

Наш конфликт, считаем, имеет политическую значимость. Нужно разрешить его как можно скорее. Требуем прекратить произвол и беззаконие со стороны нашего руководства, просим дать возможность немедленно продолжить расследование.

Следователи следственной группы Прокуратуры СССР В. ПОТОЦКИЙ, Н. РЕЙТЕР, Е. ПЛОТНИКОВ, 3. ВЫДРИНА, В. УШАКОВ, О. КРЕМЕЗНОЙ, Ю. БАРАНОВ

В Центральном Комитете КПСС

О статье «Вам это и не снилось!», опубликованной в газете «Социалистическая индустрия» от 13 мая 1987 г.[5]

В принятом постановлении ЦК КПСС отметил, что в статье «Вам это и не снилось!», опубликованной в газете «Социалистическая индустрия» от 13 мая 1987 г., правильно поднимаются вопросы о серьезных недостатках в организации работы старательских артелей по добыче золота. Критические замечания газеты направлены не на дискредитацию артелей старателей, а на устранение искривлений в практической деятельности этой кооперативной формы организации труда.

Руководители Министерства цветной металлургии СССР, ограничиваясь неоднократными заверениями устранить имеющиеся недостатки в организации добычи золота и других металлов с привлечением артелей старателей в соответствии с требованиями принятых постановлений ЦК КПСС и Совета Министров СССР по этим вопросам и довольствуясь общими положительными экономическими результатами старательской добычи, не делают надлежащих выводов и не принимают необходимых мер по наведению должного порядка в деятельности артелей старателей.

Минцветмет СССР, руководители золотодобывающих объединений и предприятий мирятся с тем, что нарушается действующее Положение о старательской добыче полезных ископаемых. Нередко артелям выделяются месторождения с лучшими условиями их отработки, чем на государственных объектах, на многих из отведенных горных участков добыча осуществляется без соблюдения природоохранного законодательства, с грубыми нарушениями технологии, в результате чего допускаются сверхнормативные потери металлов. В ряде артелей продолжают иметь место грубые нарушения финансово-хозяйственной дисциплины, демократических принципов самоуправления, ущемляются права граждан. На объектах золотодобывающей промышленности, особенно в старательских артелях, не созданы необходимые условия для предотвращения хищений золота, растрат и злоупотреблений.

Партийные комитеты и советские органы на местах самоустранились от контроля за деятельностью артелей старателей. Во многих из них первичные партийные организации бездействуют. В результате формирование старательских коллективов осуществляется бесконтрольно, зачастую по принципу родства и знакомства. К руководству в артелях в ряде случаев приходят нечестные, случайные люди, не отвечающие предъявляемым требованиям по профессиональным качествам, образованию.

Прокуратура СССР и МВД СССР слабо направляют деятельность правоохранительных органов по выявлению и пресечению преступных проявлений в золотодобывающей промышленности, зачастую ограничивают свою деятельность информацией о свершившихся фактах.

ЦК КПСС обратил внимание коллегии Министерства цветной металлургии СССР на проявленную недисциплинированность в выполнении постановлений ЦК КПСС и Совета Министров СССР по эффективной организации старательской добычи золота и других драгоценных металлов и потребовал принять исчерпывающие меры по коренному исправлению недостатков в этом деле. Предложено покончить с поверхностным руководством старательскими артелями, подробно разобраться с деятельностью каждой из них, повести дело к тому, чтобы это была действительно кооперативная форма организации производства, основанная на демократических началах, принципах справедливости в оценке трудовых затрат членов артели. Подробно вникать в подбор кадров, и прежде всего руководящего состава, способного организовать коллектив на выполнение заданий с учетом современных требований.

Прокуратуре СССР (т. Рекункову) и МВД СССР (т. Власову) поручено решительным образом улучшить деятельность подведомственных правоохранительных органов по предупреждению преступлений и других нарушений законодательства в золотодобывающей промышленности. Покончить с проволочками, обеспечить оперативное выявление и расследование фактов правонарушений, принимать действенные меры по пресечению фактов хищений и злоупотреблений в этой отрасли промышленности.

Предложено ЦК Компартии Казахстана, Красноярскому и Хабаровскому крайкомам, Амурскому, Иркутскому, Магаданскому, Свердловскому, Читинскому, Коми, Якутскому обкомам КПСС усилить партийный контроль за формированием и организацией работы старательских артелей, деятельностью кадров, созданием им необходимых производственных и бытовых условий, решительным пресечением хищений, растрат и злоупотреблений на объектах золотодобывающей промышленности, повысить роль первичных партийных организаций в этом деле.

Госплану СССР, Минцветмету СССР, Минфину СССР, Минюсту СССР, Прокуратуре СССР и МВД СССР поручено совместно с местными партийными и советскими органами, другими заинтересованными ведомствами разработать и внести на рассмотрение Совета Министров СССР предложения по улучшению организации кооперативной добычи полезных ископаемых.

Хочу жить богато!

По поводу одной публикации в «Литературной газете»[6]

Историки, вне всяких сомнений, будут с особым тщанием и дотошностью изучать бурные, противоречивые годы перемен, в которые мы с вами сейчас живем. Будет со временем дана точная картина развития общества, соотношения сил, будут расставлены все акценты. Но и нам, живущим «внутри» происходящего, ничуть не меньше нужна точность оценки. А пожалуй, и больше. Потому что историкам останется лишь зафиксировать ход событий, мы же в силах этот ход изменить.

Необходимость в такой оценке была впервые со всей остротой осознана обществом после публикации «Не могу поступаться принципами» в «Советской России». Вспомним эти трудные три недели без откликов. Вспомним тех, кто поторопился объявить, что перестройка прошла свой пик, что старые добрые стереотипы жизни вновь поднимаются в цене. Вспомним и вздох облегчения, который пронесся по стране после очистительной статьи в «Правде».

Подавляющее большинство людей восприняли ее с ликованием. Продолжаем праздновать победу над консерватизмом и поныне, не замечая, как нечаянно впадаем в другую крайность – в эйфорию уверенности, что теперь-то уж никто не рискнет столь явно посягнуть на перестройку. Думается, именно поэтому как-то не было придано особого значения письму кинорежиссера Станислава Говорухина «Я – опровергаю!», которое появилось в «Литературной газете» 27 апреля с.г., кстати сказать, тоже через три недели, но уже после правдинской публикации.

Впрочем, есть и еще причина тому, что общественное мнение не задержалось на этой публикации. Письмо в «Советской России» звало общество назад, к тем принципам и методам, которые проанализированы и осознаны. Потому-то оно и было сразу узнано – истинные интересы и цели здесь нетрудно было отделить от перестроечной фразеологии. Письмо же в «Литературной газете» сформулировало платформу сил, для нас пока мало знакомых. Они отнюдь не требуют поворота к старому, напротив, торопят идти вперед. Вот только кто в действительности и куда в данном случае нас зовет? Давайте попробуем разобраться и ответить на этот совсем не праздный вопрос.

Спасибо Говорухину!

Публикация статьи «Вам это и не снилось!» («Социалистическая индустрия», 13 мая 1987 г.) вызвала совершенно неожиданную реакцию. Рассказала газета о крупных беспорядках, которые творились в старательских артелях, в том числе в артели «Печора» – ей было уделено основное внимание. И что после этого началось! В защиту «Печоры» появились выступления в журнале «Коммунист», «Московских новостях», «Строительной газете», на Центральном телевидении, радио, в «Советской России».

Но откуда эта кампания неумеренных восторгов? Неужели опять по указке сверху, как это не раз бывало в не столь уж давние времена? Нет, в данном случае этот вариант никак не проходит – Центральный Комитет партии принял специальное постановление, в котором признал статью «Вам это и не снилось!» правильной. Значит, остается только одно объяснение: кто-то снизу, обладая, надо признать, очень широкими возможностями, сумел воспользоваться гласностью и срежиссировать публикации в прессе по своему сценарию.

Отдадим должное, сценарий был хорош. Ни оспорить толком эти публикации, ни выявить истинные интересы и цели, во имя которых они готовились, не представлялось никакой возможности. Внешне они вполне отвечали моменту, доказывалось, что старательская артель вообще, и «Печора» в первую очередь, – это высокоэффективное производство, исключительно выгодное как государству, так и самим старателям. Кто же станет возражать против этого тезиса как принципа? Можно было, конечно, ринуться в перепалку по частностям – поводов хватало. Но что бы это добавило к уже сказанному нами? Вот почему мы искренне признательны кинорежиссеру Говорухину, который отбросил тактические уловки и наконец предельно обнажил то, ради чего восхвалялась «Печора». Обнародовал платформу, на которой стоит он и иже с ним. И более того, на которой все мы, по его утверждению, должны стоять.

Разумеется, он тоже не удержался и привел джентльменский набор аргументов в защиту артели. Но походя, скороговоркой. Понадобились они на этот раз лишь для разгона – чтобы легче было выкрикнуть столь же желанный, сколь и уязвимый лозунг: «Хочу жить богато!»

Удивительное дело, не так уж мало людей исповедуют этот принцип. Но часто ли вам приходилось слышать, чтобы человек, поставив во главу угла богатство, еще и открыто провозгласил, что для этого все средства хороши.

Говорухин это сделал.

Его герой – теперь уже бывший председатель «Печоры» – богат. Очень богат по нашим временам.

Заработная плата Туманова составила в 1984 г. 19,4 тыс. руб., в 1985 – 22 тыс. руб., в 1986 – 21 тыс. руб. Кроме того, в виде премий, ему выплачивалось из «запасного фонда» по 5–6 тыс. руб. ежегодно. Это только официально учтенные суммы.

Вот они Трудовые Доходы по-говорухински (автор подчеркнуто пишет эти слова с большой буквы. – Ред.)! Да еще с учетом того, что, скажем, в 1984 г. наш герой 252 дня находился за пределами артели: числился в «командировках». Снилось ли тебе такое, уважаемый читатель? Грезилось ли тебе, «рядовой человек», что за короткий отрезок своей жизни ты сможешь купить себе дом в Ялте, квартиры домочадцам, в том числе и в Москве, менять машины как перчатки? А Туманов может.

А теперь и прикинь, читатель, в тот ли ряд ты попал с легкой руки Говорухина, когда ему потребовалось «отвлечься и порассуждать» о «нашей доле». И ведь как об этой доле рассуждает! Тут и плохое отопление, и штурм автобусов, и дороговизна, и невозможность отремонтировать квартиру, и несбыточная мечта о даче, машине, видеоаппаратуре…

Но эта доля – не для Туманова. Он давно уже живет не так, как мы с вами. Вот он – идеал, равняйтесь на него, учитесь жить так, как умеет этот золотодобытчик!

Подходящее время выбрал Говорухин, а точнее, умело воспользовался нынешними переменами, чтобы вывести на сцену своего героя перестройки – именно таким он нам его и представляет. Воспользовался гласностью, когда можно открыто высказать в печати свою, пусть и весьма сомнительную, позицию. Воспользовался нарастающей волной кооперативного движения, в развитии которого заинтересовано общество (для Говорухина тумановская артель и есть та самая искомая ячейка цивилизованной кооперации). И, наконец, совсем уж цинично воспользовался массовой реабилитацией тех, кто стал жертвами сталинских репрессий. За что мы и предъявляем автору письма в «Литгазете» особый счет.

Но давайте все по порядку. Сначала расскажем о том, как герой перестройки, предложенный нам известным режиссером, начал претворять в жизнь свой основополагающий принцип.

Когда все средства хороши…

Не беремся утверждать, с какого именно возраста Вадим Туманов захотел жить богато. Бесспорно, однако, что в 21 год такое желание им уже владело всецело. Документы с присущей им сухостью устанавливают – юный штурман основательно сбился с курса в житейском море.

Факт из биографии. «Приговор № 593 от 8–11 декабря 1948 г. линейного суда Тихоокеанского бассейна в составе: председательствующего Курицына, заседателей Бардина и Бабоян при секретаре Удовиченко с участием прокурора Або, адвокатов Берестецкого, Ермакова, Крыжной и Игнатова в открытом судебном заседании в помещении столовой пароходства рассмотрел дело…»

Прервем цитирование и передадим для краткости суть своими словами. Шайка из пяти воров с помощью кассира-инкассатора пароходства сумела получить по подложным аттестатам 67 950 рублей, чтобы затем пропить. За что и была осуждена. Что касается нашего героя, то «Туманов Вадим Иванович, 1927 г. рождения, член ВЛКСМ с 1943 г., образование 7 классов, холостой, ранее не судимый был приговорен… к заключению в исправительно-трудовых лагерях сроком на пятнадцать (15) лет…»

Вспомним те послевоенные сороковые. Народ надрывал пуповину. Протыкая шилом новые дырки на все удлиняющихся солдатских ремнях, стягивал ими ввалившиеся животы и поднимал из руин города и села, заводы и фабрики. И растил детей.

В миллионах семей единственным подспорьем были сиротские рубли, как компенсация за кормильца, павшего смертью храбрых. К этим рублям и присосался герой Говорухина, который, по его словам, давно уже «стоял на живой и твердой почве деловой, трудовой инициативы».

Принцип не картошка – извините за каламбур – его за окошко не выбросишь. И через какой-то год с небольшим суд снова разбирался в пристрастии инициативного человека Туманова к казенным рублям. Теперь уже в поселке Сусуман Магаданской области.

Факт из биографии. «…Отбывая наказание в ОЛЦ № 6 прииска “Перспективный”… в начале сентября 1950 г., организовались в вооруженную банду… Подсудимые Фрутецкнй, Туманов, Желудков и Страшнов примерно в 3 часа ночи 21 сентября 1950 г. совершили бандитский налет на денежную кассу дражной конторы, в результате чего похитили из сейфа кассы 100 744 рубля 93 копейки». Причем, как следует из приговора, подсудимые Туманов и Желудков с ножами наготове стояли около спящих в конторе двух заключенных…

Вину Туманова суд оценил в 25 лет лишения свободы.

Кстати, в нашей публикации «Вам это и не снилось!» была и такая деталь – групповое нападение на кассу в Колыме было сопряжено с убийством. Но о том, что именно Туманову оно вменялось в вину, не сказано ни слова. Таким образом, Говорухин зря потратил столько чернил, доказывая, что его подопечный никого не убивал. Действительно, просто стоял с ножом наготове.

Но, может быть, мы зря ворошим тумановские дела 40-летней давности? Может быть, тот разгульно-бандитский рыск в его судьбе был случайностью? Чего не бывает по молодости лет… Увы. Вот приговор народного суда Среднеканского района Магаданской области (февраль 1968 г.) по уголовному делу председателя старательской артели «Прогресс» В. Туманова.

Факт из биографии. «Будучи председателем старательской артели, злоупотреблял своим служебным положением, допускал должностные подлоги….

Почерк все тот же. Туманов и двадцать лет спустя очень хочет жить богато, а для этого использует бесконтрольно артельные тысячи. Ибо, когда поставлена такая цель, предела у нее не бывает.

Таковы факты, которые рисуют, согласитесь, в общем-то заурядный облик уголовника-рецидивиста. С таким бурным прошлым по обычным меркам оставалось только одно: забиться в щель и доживать свой век, не привлекая лишнего внимания. И, вероятно, заурядный уголовник, решив «завязать», именно так поступил бы, но не Туманов.

После 1968 года он не только не забился в щель, но напротив, постоянно набирал силу, стал вхож во многие высокие кабинеты, начал ворочать миллионами. Ни о какой перестройке, разумеется, он и думать не думал. И сам же Говорухин дает тому блестящее подтверждение. Помните, у него есть место, где он описывает, как в артели был произведен обыск, но обернулось дело против самих же работников милиции. И, как бы давая понять, что с подобными неурядицами председатель артели в ту пору уже легко справлялся, автор письма тут же подчеркивает: по-настоящему «смертельный удар» нанесла артели «Социалистическая индустрия»!

Мы не склонны так высоко расценивать свое выступление, но полагаем, что оно действительно заставило всерьез забеспокоиться. Возникла угроза обнародования многих нежелательных фактов, а это и впрямь могло расстроить так хорошо налаженное дело. Надо было круто менять тактику.

И ситуация была осмыслена блестяще. В стране ширится демократизация, идет наступление на уравниловку – складывается, словом, на редкость благоприятная обстановка для того, чтобы перестать наконец таиться ото всех и вся. И с легкой руки режиссера Говорухина Туманов стал «человеком перестройки».

Как оказалось, в этом превращении рецидивиста в светлый идеал судимость не помеха (в общей сложности присужденных бывшему председателю артели сроков набегает на полвека!). Он же от конфликтов с Уголовным кодексом лишь матереет. И, сдается нам, неспроста. Пасуют перед ним блюстители этого самого кодекса. Подумайте, с какой бы это стати? Говорухина, готовящего письмо в защиту Туманова, любезно знакомят с документами по артели «Печора», журналу «Коммунист», напечатавшему «весьма положительную статью о деятельности артели», предоставляют облагораживающую преступника информацию, зато на все запросы «Социалистической индустрии» из Прокуратуры СССР со ссылкой на теперь уже бывшего Генерального прокурора А. Рекункова раз за разом следует непреклонное «нет!» И в милицейских органах нашему специальному корреспонденту, побывавшему недавно в Коми АССР, категорично ответили:

– У нас есть указание министерства – по «Печоре» «Социалистической индустрии» никаких сведений не давать!

Плохо ли живется правофланговому под защитой законников, под сладкие речи златоустов из вышеупомянутых и других изданий…

Имидж

или Как из черного сделать белое

Но как бы ни был напорист биограф, как бы ни была ему на руку конъюнктура, тем не менее он понимает: его протеже не каждому придется по душе.

Да уж, если выводишь на сцену героя перестройки, то вид у него должен быть соответствующий, и биография тоже. Ну а если ни вид, ни биография не подходят – что ж, придется подогнать, перекрасить. И вот Говорухин по ниточке начинает ткать для своего «давнишнего доброго друга» парадный мундир, дабы прикрыть всю неприглядность его облика.

Подобного рода биографы находились у всех великих, кто желал выглядеть в истории «покрасивше». А то и саму историю под себя переделать. Так ведь, скажете вы, Туманов-то не из великих. Ну и что, воспеватель все равно нашелся, и, как мы убедились, не один.

Ох, не зря приглашал он в свою артель писателей и журналистов, поэтов и режиссеров. Не зря демонстрировал им высокие достижения в труде, сауну и таланты повара, выписанного из столицы. Глава передового коллектива изо всех сил заботился о своем имидже – а иначе как отмоешь не слишком чистое богатство? Золото, оно хоть и блестит, но, как мы убедились, тоже грязным бывает. Понимал это Туманов, прекрасно понимал, потому и старался окружить себя орфеями.

Так что Говорухин лишь логически завершил картину, написанную о себе самим героем. И тут, пожалуй, превзошел Туманова, который больше манипулировал ролью жертвы, претендовал скорее на терновый венец мученика, чем на ореол вознесенного на пьедестал борца.

Когда в июле 1956 г. Туманов подает на имя Председателя Президиума Верховного Совета СССР прошение о помиловании, он рисует свою изрядно запачканную биографию именно с этих мученических позиций: «В первый раз я осужден линейным судом Тихоокеанского бассейна по ст. 58-10 к восьми годам исправительно-трудовых лагерей за восхваление Есенина и Вертинского и за высмеивание Маяковского…» Как говорится, врет, что блины печет, зато какие блины!

И по сценарию Говорухина его друг впервые арестован за те же самые по тем временам опасные пристрастия к опальным поэтам.

«Все это выглядело, как в средней руки детективном фильме: оперативники в черных кожаных пальто, черное дуло пистолета, черная “эмка”. Его привезли в тюрьму, где предъявили обвинение сразу по трем пунктам пятьдесят восьмой статьи – шестому, восьмому и десятому. Шпионаж, террор, антисоветская агитация… Судила его “тройка”».

Да, было и такое в биографии Туманова, только без черной «эмки», черного дула пистолета и оперативников в черном. И, конечно, без «тройки». Дело было вскоре после первого приговора, когда Туманов отбывал срок и, обозленный на весь свет за свою «неудачу», костерил всех подряд. Включая, естественно, и Советскую власть, которая, как вы помните, отвесила ему пятнадцать. И надо же было такому случиться, что кто-то из «собратьев» взял да и донес. Ну и дали 58-ю. Было это 7 января 1949 г. Общий срок наказания от этого, правда, не вырос, но еще одна судимость появилась. Знал бы тогда Туманов, как она пригодится ему потом!

И пригодилась ведь, стала спасательным кругом, за который изо всех сил уцепился его биограф.

Ведь если сноровисто повести дело, смекнул он, то одной этой статьей можно отмыть все прошлое. И появится уже не уголовник Туманов, а Туманов-политзаключенный. А это, согласитесь, по нынешним временам совсем другое дело. Если же рискнуть и пойти еще дальше: послать, скажем, запрос, да так, чтобы он коснулся только приговора, вынесенного 7 января 1949 г., и ни в коем случае не зацепил приговор, вынесенный месяцем раньше за уголовщину… Да поставить полученный ответ рядом со словом «реабилитация»… И тогда наш герой как бы сам собой окажется в одном ряду с лучшими сынами Родины, которым сталинские репрессии исковеркали судьбы, а многих и лишили жизни.

И так понравился Говорухину парадный костюм жертвы сталинизма, что, не имея возможности скрыть бандитский налет на кассу – второе уголовное преступление Туманова, он тоже склонен трактовать его как борьбу политического заключенного, как вполне объяснимый протест против необоснованного наказания. Видимо, отступаться от сценария, хоть он и фальшивый, не в его принципах, поэтому он начисто игнорирует тот факт, что лагеря и тюрьмы в то время были забиты не только политическими. Хватало и стервятников-мародеров, наловчившихся терзать народ, истощенный бесконечными муками войны. Что это была за публика, нам недавно талантливо показали создатели светлого и честного фильма «Холодное лето пятьдесят третьего».

Говорухин вполне овладел искусством, как из черного делать белое, поэтому в хронике жизни героя появляются страницы, бьющие на эмоции. Это изображение побегов и мук, связанных с отчаянными неудачами. Но сразу же возникают вопросы. Если Туманов семь раз бежал, как утверждает автор письма в «Литературке», то почему ни разу не был наказан за побег? Ведь в те времена за побег безоговорочно следовала новая судимость и наказание вплоть до расстрела. В личном деле бывшего заключенного Туманова не числится ни одного года наказания ни за один побег. Недосмотрели? Простили? Сразу же возникает новый вопрос: почему?

Вывод напрашивается один: ниоткуда и никуда заключенный Туманов не бегал. Более того, есть сведения, что он был лагерным деспотом – паханом. И солагерники от него крепко страдали. Есть и «расшифровка» таинственной штыковой раны, которую якобы нанес Туманову часовой. Вот как отражен сей инцидент в лагерных документах, какая характеристика дана «политическому заключенному»…

Факт из биографии. «Пользуется большим авторитетом среди воров-рецидивистов… В марте 1951 г. категорически отказался ото всех видов работ и с целью уклонения от них совершил членовредительство, порезав кожу живота лезвием безопасной бритвы…»

Кстати, это членовредительство подтвердил и сам Туманов перед комиссией Президиума Верховного Совета СССР, рассматривавшей вопрос о его досрочном освобождении в июне 1956 г. и его просьбу о помиловании, направленную К. Ворошилову.

Так что же остается от ореола борца, который, по утверждению Говорухина, «не превратился в животное, готовое за пайку хлеба вцепиться в горло собрата по заключению – а ведь были и такие, и никто из тех, кто хоть чуть-чуть представляет себе весь ужас, через который они прошли, не посмеет их осудить…» Уже одна эта цитата многое дает для понимания моральных принципов тумановского друга-биографа. Но речь о другом. Мы не знаем, вцеплялся ли Туманов ради хлеба в горло собрата, а вот когда грабил кассу ради 100 тыс. руб., с ножом над спящим стоял. И это наш уважаемый режиссер называет «мужественной борьбой за человеческое достоинство»? Это он называет «уделом человеческой души высокого полета»?

Говорухин даже адресует нас за подтверждением своей позиции к поэту Евтушенко, который вроде как специально проехал по тумановским местам. И вроде убедился, что там, где были колымские лагеря, Туманова помнят. Помнят как «человека, олицетворяющего собой стремление к свободе». Не постеснялся биограф и популярностью Высоцкого спекульнуть. Ну, как же, ведь тот передал ему своего «близкого друга, как дорогую эстафету». Тут уж Говорухин не сомневался, что убедил читателя окончательно: у столь любимого народом поэта не могло быть друга-рецидивиста!..

Покровители кто?

Кем-кем, а уж покровителями председатель артели умел обзаводиться. Это раньше, до того, как он пошел по золоту, легенды о себе приходилось самому распространять. А потом нужда отпала.

Проверка, проведенная уже после опубликования статьи, подтвердила факты покровительства незаконным методам деятельности руководителей старательских артелей со стороны некоторых ответственных работников государственных учреждений и организаций, в частности управления делами Совмина СССР, Госкомтруда СССР, Минфина СССР, которые в последние годы пропагандировали работу руководства артели «Печора» как высшую модель организации производства.

Подтвердила она в приведенные в статье данные о слабой работе Прокуратуры СССР и МВД СССР по координации деятельности подчиненных им органов по выявлению и пресечению преступных проявлений в золотодобывающей промышленности (утеря документов, затяжка расследования и т.п.).

Да, с Прокуратурой СССР у редакции сложились непростые отношения. Но не по нашей инициативе.

Еще в начале 1987 г. в «Социалистическую индустрию» с письмом обратилась группа следователей из бригады следователя по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР А. Нагорнюка, в котором проливался свет на некоторые противоправные действия, связанные с золотодобывающими артелями старателей. Как всполошились руководители Прокуратуры СССР! Какой закулисный хоровод устроили по этому поводу!

Тогда это письмо опубликовано не было. Сегодня, с извинениями перед авторами, мы публикуем его в том виде, в каком оно поступило в редакцию в марте 1987 г. Читатели сами разберутся, что в нем обеспокоило бывшего Генерального прокурора А. Рекункова. И почему последующие артельные дела оказались неподсудны.

Вопросы пока без ответа

Что показала жизнь?

Фактически все нарушения на «Североникеле». которые выявили следователи, были впоследствии признаны и Прокуратурой СССР в своем представлении Министерству цветной металлургии СССР от 28 апреля 1986 г. И приписки, деликатно названные в приказе по Минцветмету «необоснованными переносами объемов по реализации товарной продукции из одного периода в другой». И «подпольные» печи, исправно работавшие на план и, естественно, на премии.

Правда, фронтальная проверка, проведенная Прокуратурой СССР, не установила хищения драгоценных металлов. Зато ее без особого труда установили… следователи из Кривого Рога, задержавшие группу воров из «Североникеля». В южные края их занесла нужда: надо было быстренько сбыть уворованное на «Североникеле» золото на сумму 315 403 руб. 20 коп. На следствии они признались, что могли бы выкрасть сколько угодно – таковы порядки на комбинате. Да как его сбыть?!

Авторы того официального окрика поучали редакцию: если бы она захотела ознакомиться с документами… Захотела. Не дали. Как и документы по «Печоре» не дают до сих пор, оберегают Туманова от лишнего беспокойства.

В этих условиях приходилось проводить собственные журналистские расследования, добывать нужную правовую информацию окольными путями, пользоваться подчас копиями и копиями с копий, что усложняло проверку фактов. И, к сожалению, привело к неточностям и ошибкам в тексте. Мы приносим свои извинения А. Бапсанову из Семипалатинска, В. Кобыше из Магаданской области, чью честь мы невольно задели. Тем временем трое из желающих жить богато подали на газету иски. Свердловский народный суд Москвы иски удовлетворил, Мосгорсуд по двум из них решения отменил. По третьему же газета должна извиниться перед В. Тумановым и С. Гусевым, бывшим следователем по особо важным делам Прокуратуры СССР: не доказано, что один давал, а другой брал взятки.

Закон есть закон – мы обязаны его выполнить. Но при этом ставим перед новым руководством Прокуратуры СССР несколько вопросов. Почему расследование обвинения, предъявленного газетой Гусеву, было отдано Военной прокуратуре? Ведь Гусев – сугубо гражданский человек. Почему редакции был наглухо закрыт доступ к материалам этого дела? Как нам быть с письмами и пленками, что хранятся в сейфе редакции, авторы которых утверждают: бывший следователь по особо важным делам брал взятки. Один из них – Воротилин, юрист по образованию, отбывающий ныне наказание, готов рассказать следствию, как вместе с Гусевым организовал дело по вымоганию взяток, как сам в этом деле участвовал. Заявлял об этом следователям Прокуратуры СССР – не стали должным образом расследовать.

Вопросы этим не исчерпываются. Почему были прекращены уголовные дела против сына Туманова, замешанного в мошенничестве, квартирной краже и хранении наркотиков? Лишь по одному делу он был осужден условно, тогда как его сообщники были приговорены к заключению. Кто дал команду изъять эти давние дела в московских районных инстанциях и ни в коем случае не показывать представителям редакции?

Как быть с десятью почтовыми переводами на 500 и 1000 рублей каждый, направленными бухгалтерией «Печоры» в сентябре 1986 г. десятерым рабочим бурового участка? Все деньги по доверенностям получил некий Фуре Михаил Михайлович, доверенный человек руководства артели. Запросы, сделанные адресатам вышеозначенных сумм, принесли ошеломляющие ответы: доверенности никому не выдавали, денег не получали. Кто еще в «Печоре» хотел жить богато и красиво за счет тяжелого труда рядовых старателей?

Вопросов много, они требуют ответа.

Не одни мы, журналисты, отмечаем эти факты. Озабочены ими и профессиональные работники следственной службы. Предвзятость руководства Прокуратуры, недоверие к тем, кто хотел объективно разобраться с положением дел и в «Печоре», и в «Североникеле», вплоть до отстранения от следствия, отмечают в своих письмах в редакцию и опытные юристы-следователи, и осведомленные читатели. В своем решении ЦК КПСС потребовал от Прокуратуры СССР (т. Рекункова), МВД СССР (т. Власова) покончить с проволочками, обеспечить оперативное выявление и расследование фактов правонарушений, принимать действенные меры по пресечению фактов хищений и злоупотреблений в золотодобывающей промышленности.

К сожалению, проволочки как были, так и остались.

Звонок в редакцию из Сыктывкара. Телефонограмма. «Уведомляю вас о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления… в отношении финансовых нарушений в артели “Печора”, получения нетрудовых доходов руководством артели и других отдельных фактов, изложенных в статье “Вам это и не снилось!”… Решение можете обжаловать в пятидневный срок. Следователь Чигир».

Летит в Коми республику посланец редакции. Спешит услышать про тумановские, а заодно и редакционные промашки.

Только вот незадача – не особенно велик город Сыктывкар, а не найти в нем означенного следователя местной прокуратуры. Даже при содействии первого секретаря обкома партии В. Мельникова. И от обкома сумел ускользнуть тот законник. На другой же день подался в саму белокаменную. И все экземпляры той грамоты, которую сочинил, увез с собой.

Слушаешь про такое – и дивуешься. Наше ли это время? И правда ли, что мы живем на четвертом году перестройки, а не в те самые застойные годы?

Коррупция. Страшное слово, а приходит оно на ум всякий раз, когда видишь, какая еще непробиваемая стена стоит на пути к настоящей законности, когда человеку приходится доказывать: черное – это черное, а белое – белое. И кому? Прокурору, функционеру из Минфина и еще кое-кому повыше.

Чем страшна тумановщина? Тем, что многие вкусившие от контактов с «Печорой», с ее председателем оставались с убеждением, что все покупается и продается: рыбалка на запретной реке, дефицитная новая техника, приговоры и помилования, разрешения и запрещения, новые месторождения, старые грехи и покладистые акты. Эти люди, зараженные бациллой тумановщины, долго еще будут сыпать песок в маховик перестройки.

Все тот же почерк

А теперь самое время продолжить исследование документов, имеющихся в нашем распоряжении. Вопреки Положению о старательской добыче многим артелям передавались месторождения с более высоким содержанием золота, чем на объектах государственной добычи. Что до артели «Печора», то ей при попустительстве со стороны руководства объединения «Уралзолото» в нарушение действующего законодательства выделялись не разведанные в полном объеме участки, на которых артель самостоятельно вела геологоразведку, составляла проекты и смету на их разработку. При этом работники артели умышленно занижали содержание золота в песках. По заключениям специалистов Минцветмета СССР, артели «Печора» объединением «Уралзолото» необоснованно была завышена стоимость добычи драгоценного металла.

Чем же объясняется подобная щедрость к «Печоре» со стороны «Уралзолота»? А объясняется она просто. Туманов обеспечивал чрезмерно высокие заработки сыновьям директора объединения «Уралзолото» Н. Новака, его заместителя Л. Яшумова и некоторых представителей творческой интеллигенции. Кроме того, Туманов содержал целый штат «снабженцев» вне штата – в Москве, Ленинграде, Киеве, Одессе, других городах. Они различными неправомерными путями, нередко с подкупом должностных лиц доставали оборудование и материалы, предназначенные для предприятий и строек страны. В том числе за наличный расчет, а суммы списывали на убытки золотодобычи.

Итак, Туманов не тот, за кого он себя выдаёт. И уж тем более не тот, за кого его выдает Говорухин, предлагая нам образец «достойного человека», «самого честного и порядочного» из тех, с кем ему доводилось встречаться. Остается только догадываться, кто же те, другие… Недаром его воинственное письмо скорее напоминает выкрик: «Наших бьют!» Не зря ограблению кассы, в котором участвовал Туманов, биограф посвятил лишь несколько мимолетных строк, назвав эту уголовную историю «моментом жизни» и тут же отмахнувшись от нее, как от чего-то несущественного. И, надо полагать, совсем не случайно гневные строки против авторов статьи – Цекова и Капелькина – напоминают откровенный донос, из которого становится ясно, что вот они – враги перестройки – ату их! Ну а как же иначе, если они одержимы идеей «убрать с дороги годами сложившегося малоэффективного способа производства набирающего силы соперника – кооперативное предприятие»? Авторская мысль ясна: с такими, как Цеков и Капелькин, нам не по пути.

Только такие могли нанести глубочайшую травму герою перестройки, усомнившись в его праве носить орден Отечественной войны и ветеранское удостоверение. Внесем ясность: Министерство обороны аннулировало ветеранское удостоверение Туманова. Нам остается еще раз подтвердить, что это, пожалуй, наиболее ловко сыгранный из всех образов Туманова, вся жизнь которого, по его собственному признанию, проходит под следствием. Только диву даешься: как это ему удалось между следствиями орден получить? Правда, Говорухин тут на всякий случай подстраховался: мол, даже если удостоверение изымут, все равно Туманов ни при чем – не он же сам себе его вручил? С душком аргумент, что и говорить.

Впрочем, как мы убедились, все зависит от позиции. Именно поэтому мы официально ставим вопрос перед Прокуратурой СССР: надо провести новое, объективное расследование всех фактов, связанных с деятельностью «Печоры».

Хозяин и холопы

А теперь, когда позиция «героя» перестройки прояснилась до конца, самое время подробнее рассмотреть и ту ячейку экономики, которую предлагают нам как «высшую модель организации производства, труда и дисциплины», на которую мы должны равняться, созидая новое общество.

Из документов, которые здесь приводились, читатель уже может сделать вывод: каков хозяин, таково и хозяйство… Но не так все просто. Миф о тумановской «Печоре» как эталоне кооперативного предприятия сколочен столь прочно и так широко был в ходу у журналистов, высокопоставленных чиновников и высокооплачиваемых посредников, что нелишне будет обставиться фактами, как частоколом.

Так чем же приглашает нас восхититься Говорухин? Производительностью труда, высокими заработками, столичным поваром, сауной? Все это в той или иной степени было. Только в отличие от Говорухина нам не безразлично, откуда зарплата и за счет чего производительность? Какой ценой? То есть мы опять возвращаемся к тому, с чего начали: цель и средство ее достижения. Расскажем об этом строго документально, а также – по свидетельствам очевидцев.

Вот что пишет из Иркутска А. Балко.

«Говорухину в свое время, видимо, здорово повезло, коль он сумел попасть в число избранных людей, которым дозволялось быть на короткой ноге с «самим» Тумановым. Что же касается простого работяги, то, смею утверждать, его взаимоотношения с «хозяином» очень смахивали на те, что были в крепостной России между господами и холопами. Говорю это не понаслышке. Испытал все на собственной шнуре. Сейчас трудно сказать, какой бес меня попутал бросить работу в авиации и двинуть в старатели. Попасть к Туманову в артель было непросто. Набор шел только через преданных ему людей. Покойный ныне бригадир В. Григорьев был одним из тех, кто знал Туманова еще по Колыме. Он-то и взялся похлопотать за меня перед хозяином. С той минуты дни и месяцы полетели с неимоверной быстро той. Это был кошмарный сон. Забросили нас от Алдана километров за триста, в район реки Учур, той самой, в которой нашел свою погибель бригадир В. Григорьев. Читая эти строки, Туманов, наверное, вспомнил, при каких загадочных обстоятельствах утонул его верноподданный.

Людей из артели увольняли за один не понравившийся хозяину взгляд. Мы больше всего на свете боялись попасть в немилость. Волчьим билетом для провинившегося был четвертной, как раз на проезд до Алдана. А там, хоть воруй, хоть побирайся. За счет нещадной эксплуатации росла в артели производительность труда. Каждый работал за двоих-троих, а получали по трудодню, цену которого мы не знали до конца сезона. Адский труд оплачивался по прихоти начальства. Работали на износ и люди, и техника.

Туманов на одном месте долго не задерживался – везде спешил урвать лакомые куски, а потом заметал следы. Он и с Алдана сбежал неожиданно, прихватив ближайших помощников. А мы продолжали пахать. План выполнили. Но на трудодень получили всего по восемь рублей. Мы не заработали даже на питание. Как потом нам объяснили, Туманов задолжал государству огромную сумму, вот ее и покрыли за счет нас.

Тумановская система превращала одних в рабов, других в рабовладельцев. Я хорошо помню тумановского воспитанника В. Лукашова, который нас и за людей-то не считал. Но чаще вспоминаю москвичей Юру Баева, Сергея Коблова, ростовчанина Сергея Куцева, алданца Николая Пыльника, с которыми в тот год пришлось хлебать старательские щи и отрабатывать тумановение грехи».

А вот диалог нашего корреспондента с бывшими членами «Печоры» В. Гречишниковым и А. Дмитриенко.

– Вы знаете, за что распустили артель?

– Нет, слухи всякие ходили…

– Сколько вы зарабатывали?

– До десяти тысяч за сезон. При 12-часовой рабочей смене без выходных и отгулов.

– А сколько получал начальник участка?

– Не знаем.

– А Туманов?

– Еще чего… Догадывались, что много больше нас, но сколько, никто не знал.

– Спросили бы…

– В артели не принято было задавать вопросы.

Суровый режим существовал в артели, палочная дисциплина, драконовские штрафы, незаконные испытательные сроки. За одно неугодное слово, а тем паче действие, человек мог лишиться всего по единоличному распоряжению ближайшего начальника, уж не говоря о членах правления, тем более самого председателя. Так Туманов создавал в артели систему оболванивания людей и круговой поруки.

И это образец демократии? Это ячейка нового общества? К чему нас призывают воспеватели советского золотопромышленника? К чему ведут? Ведь на своем горбу испытал, миллионами жизней расплатился и единодушно осудил народ эту лагерную демократию. А теперь вновь назад? К палочной дисциплине, к всевластию вышестоящего и безгласию верноподданных?! И все это под лозунгом: хочу жить богато!

Строятся такие дороги, оценкой качества которых выставляется расхожий аргумент – «других-то нет!» – в ударном ритме растут производственные корпуса, стены которых выглядят как после 10-балльного землетрясения; сооружается железнодорожная ветка, рельсовые стыки которой держатся на одной гайке. Любой желающий может убедиться в этом, побывав в Инте.

Разве ради этого мы затеяли кардинальные перемены в обществе? Нет, у нас путь к достатку другой. И цели, и средства их достижения тоже другие. Тумановщина, она ведь лишь со слов Туманова и его приспешников так хороша.

Больно смотреть сегодня на берега реки Кожым, где квартировала последние годы «Печора». Лунный пейзаж. По подсчетам ученых Коми научного Центра Уральского отделения АН СССР, ежегодный ущерб природе только в деньгах превышает полтора миллиона рублей.

А Туманов между тем в письме Председателю Совета Министров СССР утверждает, что река «полностью сохранила свою первоначальную чистоту». И верили в Совмине Туманову, а не ученым, бьющим тревогу.

В. Мельников, первый секретарь Коми обкома партии, показал нашему корреспонденту документы (7 папок!) переписки с союзными министерствами и ведомствами. Речь о судьбе Кожымского золотого месторождения. Один из заместителей Председателя Совета Министров СССР еще весной 1980 г. распорядился «приступить», начиная с 1981 г., к добыче здесь золота «в возможно большем количестве».

– Мы предложили строить государственный прииск всей инфраструктурой, – говорит В. Мельников. – Вместо этого нам прислали бригаду старательской артели «Лена», которая дислоцировалась в Бодайбо Иркутской области, за несколько тысяч километров отсюда.

И по мере того как геологи давали заключение о богатом месторождении, артель «Лена» подтягивала свои резервы и путем какой-то игры без правил превращалась в артель «Печора». Одновременно с этим идея строительства государственного прииска начинала обрастать невесть откуда взявшимися сложностями.

Директивным решением была установлена дата: в 1986 г. – утверждение проекта, 1989 г. – ввод мощностей прииска «Кожымский». При этом подчеркнуто, что прииск надлежит строить ускоренными темпами. Но и до сего дня ни колышка не вбито на площадке будущего предприятия. Кто-то в Минцветмете умело ставил палки в колеса. В то же время артель капитально располагалась на трех участках месторождения и начинала хозяйничать. Как хозяйничала?

В одном из документов об том сказано так: «…За весь период эксплуатации месторождений Кожымского района артелью “Печора” с 1980 по 1986 г. технологические потери золота составляют от 22 до 39%. При пересчете на объемы добытого золота потери составляли 47,5–57,2%». И это при наличии импортной установки, позволяющей извлекать до 98% драгоценного металла! Но за два года это оборудование даже не распаковали! Вот такие радетели о благе государства.

Между тем Туманов, обращаясь в правительство, пишет ничтоже сумняшеся: «Промывка золотоносной породы производится в соответствии со стандартной технологией. Эксплуатационные потери не допускаются».

«Имея… подсобные хозяйства на всех базах и участках, артель… полностью обеспечила себя мясом, поставляя его также и ПО “Уралзолото”», – сочиняет Туманов. И ему вторят авторы различных публикаций и телепередач.

Но вот документ.

«Акт документальной ревизии движения продуктов питания по базе Кожым… За период с 1 ноября 1984 г. по 1 мая 1986 г. от торгующей организации (Кожымского торгового отдела ОРСа «Интауголь») базой получено продуктов питания на общую сумму 620 151 руб. В общем количестве поступивших продуктов получено мяса 44 383 кг».

Мифом являются и россказни про кристально трезвый образ жизни. В том же акте читаем: «За ревизуемый период на склад базы поступило винно-водочных изделий на общую сумму 7500 руб., в том числе 1074 бутылки водки и коньяка, шампанского 24 бутылки».

Застойный период породил не только культ безответственности за хозяйственные провалы, но и сформировал тип дельца, жиреющего на народных бедствиях. До поры до времени они пребывали в тени, предпочитали не высовываться, втихую ворочая миллионными состояниями.

И вот эти мало знакомые нам силы вышли на арену борьбы за перестройку. Во всеуслышание объявили о своей платформе, вооружились социальной демагогией. Более того, они уже действуют, наступают, пытаются расширить и укрепить свой плацдарм в обществе. И надо признать: им есть на кого опереться. Пока мы по привычке спорим со всяким там «левым инакомыслием», они, эти силы, готовят прорыв фронта перестройки. Под ее лозунгами, извратив и подстроив под себя ее смысл и суть.

…С. Говорухин-младший, сын кинорежиссера Ст. Говорухина, был зачислен в «Печору» с 6 августа 1985 г. Значился в ее списках по ноябрь, до конца сезона. Получил от артели 3344 рубля. Согласно платежной ведомости.

Возвращаясь к напечатанному[7]

Тему, поднятую в письме следователей, подхватили В. Капелькин, В. Цеков в своей статье «Вам это и не снилось!», после чего «прокурорский надзор» за газетой, естественно, не ослаб. Более того, он вознесся до окрика, когда в газете было опубликовано письмо следователя Главного следственного управления МВД СССР А. Мартынова. Беспрецедентным образом был передан для публикации в самой же «Социалистической индустрии» «ответ» Генерального прокурора СССР А. Рекункова и министра внутренних дел А. Власова. Оружием тяжелого калибра они ударили по рядовому следователю, вставшему на защиту государственных интересов, фарисейски поучали редакцию. «Та самая тенденциозность, в которой пытаются обвинить Мартынова (а заодно и редакцию), – возмущенно писал в газету в те дни Г. Баяхчев, начальник отдела ГСУ МВД СССР, решительно вставший на защиту следователя, – сквозит по всему пространному ответу двух ответственных руководителей. Они негодуют по поводу того, что редакция предоставила возможность публикации острой статьи рядовому коммунисту, не посоветовавшись с ними. Неужели они не понимают, что если редакция пойдет по рекомендованному ими пути, то ни одна критическая статья не увидит свет и призыв партии всемерно развивать критику снизу не будет иметь реальной основы для претворения в жизнь. Чувство меры подвело двух руководителей, по долгу службы обязанных быть объективными».

Крупным планом то, что за экраном

Фельетон[8]

Коля Андреев из села Лозовеньки после окончания школы остался работать в родном колхозе. И вскоре зарекомендовал себя с самой лучшей стороны. Парень – золотые руки! Любое поручение исполнит толково и в срок. И не только по производственной линии. По части общественной он тоже был активен. Если, скажем, надо к праздникам стенгазету оформить или, допустим, сыграть на клубной сцене роль героя-любовника… Пожалуйста! Оценивая его актерские данные, местные девчата восторженно причитали:

– Ну, вылитый Олег Видов! Только что нос усыпан веснушками…

А нашему Коле хоть бы хны! Все эти комплименты ему даже и ни к чему. Он уже, смотришь, в каком-нибудь новом деле выказывает свое прилежание и способности.

Но в особенности Коля Андреев тяготел ко всякого рода экономическим прогнозам.

Бывало, пришлют в колхоз новую технику. Коля тут как тут: с карандашом и блокнотом. Внимательно изучит паспортные данные машины и вмиг сделает расчеты в рублях. Польза, мол, колхозу и колхозникам от новой техники такая-то. И точно, все подтверждается.

В другой раз он математическим путем обосновал, что очень выгодно хозяйству в данный момент завести стадо молочных коров. В правлении его поддержали. Купили. И что вы думаете? Все получилось, как Коля предсказывал. Ну, прямо не голова у него, а вычислительная машина!

На что уж видавшие виды колхозные старички-пенсионеры, а и те уважительно поговаривали:

– Вот тебе и «молодо-зелено»!

А председатель колхоза так и заявил Коле:

– При первой же возможности направим тебя для повышения образовательного уровня в Плехановский.

Да, видно, не судьба. Попал Коля во ВГИК.

– Ну, что ж! – сказал председатель.– Дело для государства нужное…

На том и порешили. Правление выделило Коле стипендию. И поехал он в Москву.

Подоспело время практики, Коля опять своей любимой экономикой увлекся. Его товарищи постигают премудрости режиссуры, съемок, раскрывают профессиональные тайны маститых сценаристов.

А наш пострел везде поспел – с учебой у него полный порядок, да и блокнот испещрен аккуратными столбцами цифр.

В разгар практики Коля неожиданно объявился в Лозовеньках:

– Что такое? Почему? На кого оставил мировой кинематограф? – недоумевали односельчане.

А ведь многие из них уже и популярный киножурнал стали выписывать. Все ждут, что вот-вот Колин портрет пропечатают…

А Коле не до портрета. Случилось же с ним вот что.

Сo свойственной ему тщательностью начал он сопоставлять: что было предусмотрено снимать в сценарии, сколько на это выделили средств по смете и что фактически вошло в фильм. И результат подобных изысканий получился самый неожиданный.

Ну, скажем, так, для наглядности, чтобы понятней было: из сценария кинокартины, к примеру, следовало, что некий граф подъезжает к старинному замку, на воссоздание которого была заложена в смете и затрачена энная сумма. Но напрасно Коля искал этот замок на экране. Что такое? Почему? А куда же граф приезжает? «Все понятно! – решил Коля.– Это они сэкономили без ущерба для искусства».

Смотрит Коля следующий фильм и недосчитывается в батальной сцене двадцати двух гаубиц. Что такое? Почему? Тут уж расхождение не только со сметой, но и с историей… В одной из массовых сцен народного гулянья участвовало меньше статистов, чем было предусмотрено в сценарии и смете. И опять мучается Коля: может, и эта экономия оправдана?

И так далее и тому подобное. Но куда же пошли сэкономленные средства?

Стал Коля и этим интересоваться. Вот тут его практика и закончилась… Из-за отсутствия у него высшего специального образования компетентные лица отказались удовлетворить его чрезмерное любопытство.

Так бы и остался вопрос невыясненным, не обратись к нам в редакцию Колины земляки.

И вот я иду по Колиным стопам. И вскоре узнаю, что никакая это не экономия. Что неизрасходованные деньги ловкие люди от кино просто-напросто поделили между собой.

Поначалу я даже не поверил в это. Но всякие сомнения на сей счет исчезли, когда я повстречался с начальником управления внутренних дел Гагаринского района г. Москвы – полковником Н.Е. Патраковым. На территории этого района как раз и находится киностудия «Мосфильм». И он по роду службы, естественно, смог дать мне исчерпывающий ответ.

– Да, – сказал Николай Ефимович. – К сожалению, далеко не все денежные средства, выделенные для создания фильмов, идут в дело. Часть из них нередко оседает в карманах нечистых на руку людей…

И полковник стал по памяти перечислять фамилии должностных лиц «Мосфильма», прошедших за последние годы по уголовным делам…

Более детальную информацию о методах хищения государственных денежных средств в кинопроизводстве дал мне председатель Гагаринского районного народного суда В.Н. Туз. Это и подставные лица, и приписки, и должностные подлоги, и присвоение материальных ценностей, и оформление фиктивных финансовых документов…

Вот перечень «деяний» только одного мосфильмовского сотрудника – М.Р. Джахуташвили. Работая заместителем директора кинокартины, снимавшейся по такому значительному произведению, как «Вечный зов», и злоупотребляя служебным положением, Джахуташвили систематически как один, так и по сговору с отдельными лицами расхищал денежные средства, причинив крупный ущерб государству. Осуществлял он это, как явствует из приговора Гагаринского районного народного суда г. Москвы, путем «учинения должностных подлогов, оформления фиктивных трудовых соглашений, табелей учета работ разовых рабочих на лиц, фактически не работавших, а также на лиц, выполнявших работу не в полном объеме, начисления на этих лиц денег под видом заработной платы с последующим изъятием из кассы съемочной группы излишне начисленных к выдаче на этих лиц денежных средств, а также путем присвоения и растраты государственных денежных средств, находящихся у него в подотчете…»

На практике это выглядело так. По ходу съемок фильма, к примеру, надо было построить декорации «Сгоревшая деревня Михайловка». Для этой цели Джахуташвили заключает трудовое соглашение с бригадой плотников. По договоренности с бригадиром С. Кудряшовым и с его участием он включил в соглашение подставных лиц и завысил объем работы. А дальше – проще простого: излишне начисленные по платежной ведомости деньги в сумме 1010 руб. Джахуташвнли присвоил.

В другом случае потребовалось создать декорации «Строящаяся школа». Джахуташвнли заключает новое соглашение с той же бригадой плотников, заведомо завысив объем работ. Впоследствии от услуг плотников он отказался, для съемок взял напрокат за 65 руб. готовый сруб дома у работников деревенской школы. А трудовое соглашение с плотниками он и не собирался расторгать. Воспользовавшись халатным отношением к исполнению служебных обязанностей режиссера-постановщика В. Краснопольского, художника-постановщика Н. Маркова и других, подписавших акт о выполнении работ бригадой плотников, Джахуташвили положил в карман 1020 руб. 40 коп.

В соответствии со сценарием и сметой Джахуташвнли занимался подготовкой следующих объектов для съемок: «Заимка Кафтанова», «Деревня Михайловка», «Пожар», «Заброшенная деревня Юрюзань», «Полевая дорога», «Амбар-сарай», «Дорога в лесу», «Двор и дом Инютина», «Околица», «Двор Кафтанова», «Дом Кружилина»; изготовлением комбайна «Коммунар»…

И каждый раз предприимчивость Джахуташвили вознаграждалась все новыми и новыми тысячами рублей.

Даже подготовка объектов для такой трагической сцены, как «Казнь Силантьева», дала этому дельцу немалый доход!..

Все это, естественно, в полной мере было учтено народным судом. М.Р. Джахуташвили приговорили к семи годам лишения свободы с отбыванием в исправительно-трудовой колонии усиленного режима, с конфискацией имущества и лишением права занимать должности, связанные с распоряжением, учетом, хранением материальных ценностей и денежных средств, сроком на пять лет.

Следую дальше по пути, намеченному Колей Андреевым, и не успеваю удивляться тому, с какой легкостью и быстротой растекаются государственные средства. Случаи хищений и противозаконных выплат денег выявлены при съемках фильмов «Принимаю на себя», «SOS над тайгой», «Ты – мне, я – тебе», «Океан», «Дуэнья», «Сказ про то, как царь Петр арапа женил» и т.д.

Листаю официальные документы Госкино СССР и воочию убеждаюсь, что практика составления фиктивных трудовых соглашений с частными лицами, впоследствии отрицавшими свое участие в выполнении работ и заявившими, что они не получали никаких денег, широко распространена в кинопроизводстве.

Только начальником отдела декоративно-технических сооружений «Мосфильма» Г.П. Майковым в свое время были заключены семь трудовых соглашений, по которым указанные в них люди не подтвердили получение денег на сумму 11 907 руб.

Или, пожалуйста, еще пример. Директор картины В.В. Маслов заключил договор с механиками на ремонт игрового танка на сумму 2500 руб. А на поверку оказалось, что 1000 руб. из этой суммы израсходовано не по назначению.

И все эти тысячи и тысячи разбазаренных рублей были заложены в многочисленных сметах.

Нет, что ни говорите, а все-таки удивительное это изобретение – смета в кинопроизводстве! Она все стерпит. За счет сметы можно списать что угодно. Можно удовлетворить любые свои потребности, любые прихоти. Например, она позволяет автомобилисту-любителю, снимающему картину, оплатить новенькие автопокрышки…

А впрочем, иметь собственный и не обязательно. Достаточно закрепить за собой государственную легковушку. Именно так, как следует из акта ревизии Госкино СССР, и поступил один режиссер «Центрнаучфильма», длительное время незаконно пользовавшийся полуторасменным автомобилем ГАЗ-24 в качестве персональной машины, которая ему по занимаемой должности не положена… Удорожание производства разных кинокартин покрывает расходы по эксплуатации машины. Только за полтора года, что раскатывал режиссер на автомобиле, киностудия выплатила Центральной автобазе – 9317 руб. 45 коп.

Но, конечно, и здесь зарываться особо не стоит. Акты на списание финансовых и материальных средств, которые вы присвоили или употребили в личных целях, надо составлять толково, чтобы, как говорится, и комар носа не подточил. А то вон был какой случай! В Госкино СССР из «Мосфильма» поступило 34 акта на выбраковку и списание автомашин. Подписаны акты, как водится, целой комиссией. А на поверку оказалось, что 15 актов не отвечают действительности. Легковые машины, автобусы и другая техника, как выяснилось, после их выбраковки студийной комиссией прошли технический осмотр ГАИ, признаны исправными. И даже четыре автобуса, которые, по мнению комиссии, пригодны лишь для сдачи в металлолом, задорно продолжают бегать по городам и весям и направо, и налево.

А сотрудник «Центрнаучфильма» И. Могилевский взял да и представил в бухгалтерию студии акты на списание кругленькой суммы, затраченной на дополнительное питание, которое якобы было съедено в Арктике белыми медведями. Но дошлые люди установили, что «дополнительное питание» – это винно-водочные изделия, сигареты… А белые медведи, как известно даже младенцам, ни того, ни другого не употребляют…

Как правило, в утвержденные сметы закладываются «резервные» суммы, которые незамедлительно выбираются из касс разного рода «должностными» лихоимцами. Этих «резервных» сумм, бывает, не хватает. И тогда деньги расходуются сверх утвержденных в смете лимитов.

Так, по фильму «Солнце, снова солнце» необоснованный перерасход денежных средств составил 92 500 руб., по фильму «Раба любви» – 112 600 руб. А кинокартина «Чипполино» – явно чемпион, для ее завершения сверх сметы потребовалось еще 228 200 руб.!..

Впрочем, ловчить можно не только на стадии производства фильмов. Ряд авторов, например, получив авансы при подписании договоров, не представляют по нескольку лет даже первые варианты сценариев.

Постоянно сотрудничают в качестве авторов люди, сценарии которых систематически списываются как бесперспективные. Но всех, конечно же, превзошел Р. Кушнерович. За короткое время с ним было заключено четыре договора и выплачено в виде авансов 11 650 руб. Кушнеровичу не удалось создать по этим договорам ни одного полноценного сценария. Но данное обстоятельство никак не смутило руководство студии «Мосфильм». Более того, чтобы не «обидеть» Кушнеровича, ему поднесли на подпись новый договор и выдали аванс – 3000 руб.

Но при всем при том будем справедливы! Все ли зависит от руководителей ведомств и студий? Нет. Далеко не все!

На студиях работают сотни, тысячи людей, которые так или иначе причастны к финансовым вопросам… Это и директоры кинокартин, и администраторы, и режиссеры, и художники, и операторы… И от их гражданской позиции, чувства ответственности прежде всего зависит, насколько эффективно расходуются доверенные им крупные денежные суммы.

А что получается на практике? Самые, что называется, неожиданные коленца!..

Представляют определенный интерес и недавние действия на финансовой ниве директора трехсерийной кинокартины «Дрессировщики» И.Д. Пругер. Только общий перерасход по заработной плате нештатному персоналу вылился во многие тысячи рублей. Когда проглядываешь акт документальной ревизии Госкино СССР, то складывается впечатление, что Инна Давыдовна с раннего утра до позднего вечера только тем и занималась, что одаривала всех без разбора: кому трешку, кому десятку, а кому сотенную… При желании она могла в табель на оплату включить и артиста, который в съемках не участвовал.

Вот это великодушие! Да не спешите с выводами! Распискам-то, представленным Пругер в бухгалтерию, вера небольшая. Тому есть многочисленные свидетельства граждан, повстречавшихся Пругер во время ее творческого вояжа: «Предъявленная на мое имя счет-расписка заполнена не мной, подпись не моя», «Я расписалась в двух счетах, где не была указана сумма расчета», «Денег не получала, подпись в получении не моя», «Я собственноручно заполнил и расписался в счете, но никаких денег они мне не давали…»

Или, скажем, авторы фильмов Н.В. Семенова и Н.Е. Шиллер взяли аванс и… скрылись за тридевять земель. А подотчетные лица А. Лейбов, А. Шалатуркин, А. Тикка давным-давно получили в кассе студии большие суммы и не торопятся их возвращать. Одного из них вот уже 12 лет разыскивают по всей стране, другой – наотрез отказался возмещать нанесенный государству ущерб…

Или, к примеру, такой случай. Один ведущий режиссер «Центрнаучфильма» уволок домой уникальное импортное кинооборудование стоимостью более 13 тыс. руб. Что он делал там с ним на кухне два года – никто не знает! Зато точно известно, какая амортизационная сумма набежала за этот период – 1933 руб. 45 коп. Хотя, между прочим, этой уникальной киноаппаратурой могли воспользоваться и другие съемочные группы.

Это уникальное кинооборудование было хоть возвращено студии. А вот главный инженер «Центрнаучфильма» В.П. Зиновьев, прихватив с собой изрядную сумму государственных средств, скрылся в неизвестном направлении. Да так, видно, далеко и глубоко спрятался, что в Ленинградском РУВД г. Москвы даже в связи с этим вынуждены были приостановить ранее возбужденное против него уголовное дело.

Вот до чего доходит!

Так не ходить же начальству по квартирам своих сотрудников и не подглядывать же в замочную скважину, выявляя, что они там поделывают в свободное от работы время.

Да, ходить по квартирам не стоит, но обеспечить соответствующий контроль руководители киностудии обязаны. В настоящее время принимаются решительные меры, и, надо надеяться, они приведут к положительным результатам.

Буквально на днях, когда я завершал работу над фельетоном, мне позвонил режиссер студии «Центрнаучфильм» Л.И. Островский. Кроме всего прочего при встрече он сказал:

– Мне стало известно, что вы готовите фельетон о трудовой и финансовой дисциплине в кинопроизводстве, и я хочу высказать свою принципиальную точку зрения на этот счет. Меня, как ветерана кинематографии, возмущают факты произвола, безответственного отношения к порученному делу, к случаям безнаказанного разбазаривания государственных средств. Ибо я, проработавший в киноискусстве более 20 лет, создаю произведения чистыми руками, отношусь к обязанностям честно и безупречно.

И это было бы приятно слышать, если бы некоторые из упомянутых выше эпизодов (с автопокрышками и с импортной киноаппаратурой) не имели бы никакого отношения к Л.И. Островскому. Но, к сожалению, речь там шла именно о нем.

…Что касается дальнейшей судьбы лозовеньковского Коли Андреева, то у него вроде бы все складывается благополучно. ВГИК он окончил. Как квалифицированный специалист работает теперь в ОБХСС…

[1] Советская Россия.

[2] Советская Россия.

[3] Социалистическая индустрия. 1987. 13 мая.

[4] Социалистическая индустрия. 1988. 28 мая.

[5] Социалистическая индустрия.

[6] Социалистическая индустрия.

[7] Социалистическая индустрия.

[8] Человек и закон.

Как меня снимали

Про мафию, Штирлица и новых кинопиратов[1]

А началось все с того, что я, умудрившись опубликовать в самое что ни на есть «застойное» время немало фельетонов о проделках власть имущих и их прихвостней – с указанием конкретных адресов, должностей и фамилий, написал на этом материале в 1987 г. киноповесть – политический детектив «В схватке». О, если бы знать, в какие схватки он меня вовлечет!..

Завершив работу над рукописью, отправился в Госкино – узнать у профессионалов о возможностях экранизации: произведение вроде бы в духе времени… Ознакомившись с киноповестью, кинематографисты в один голос сказали мне, что им пришелся по душе главный герой кинодетектива журналист Корнев, ведущий борьбу за высокие нравственные идеалы и утверждение социальной справедливости. Но чтобы снять фильм, добавили они, желательно сделать две вещи: первое – нелишне опубликовать киноповесть в каком-либо известном издании, а второе – обратиться прямо в экспериментальное творческо-производственное объединение «Актер кино», руководимое прославленным нашим Штирлицем, народным артистом СССР Вячеславом Тихоновым. Он, дескать, и Герой, и лауреат, и секретарь Союза кинематографистов, и ветеран партии – кому, как не ему, взять на себя такое дело.

Последовав этим советам, я опубликовал фрагменты киноповести в журнале «Журналист» (1987. № 11, 12), ее сокращенный вариант увидел свет на страницах журнала «Молодая гвардия» (1989. № 9), а еще чуть позже и еженедельник «Московский строитель» (1990. № 4–19), переименованный позже в «Домострой», познакомил своих читателей со всей киноповестью. Предисловие к публикациям написал старший следователь Мособлпрокуратуры В. Осипов.

Проявил интерес к политическому детективу и художественный руководитель «Актера кино» В. Тихонов. Он дал согласие на съемки нескольких фильмов под общим названием «В схватке», сначала немного усомнившись, правда, в том, что в нашей стране действует такая вот зловещая подпольная организация. Когда же сомнения мэтра развеялись, поставить фильм «В схватке» пожелал кинорежиссер Ю. Иванчук.

– Восемь самостоятельных фильмов и не меньше! – бойко сказал он, прочитав киноповесть. – Срочно давайте литературный сценарий!

Сценарий был представлен. И тут же совместное предприятие «Агроинжиниринг», возглавляемое генеральным директором Г. Калатозишвили, и ЭТПО «Актер кино», руководимое В. Тихоновым, заключили договор о создании восьми полнометражных цветных художественных фильмов. Для этого был организован специальный кинофилиал, утвержден главный консультант. Фильм даже разрекламировали на Западе, и… Г. Каталозишвили с Ю. Иванчуком « по политическим мотивам» сделали подмену – взялись снимать фильм по сценарию братьев Вайнеров. Посему мне не оставалось ничего другого, как, подивившись превратностям мира кино, прервать отношения и с режиссером, и с предпринимателем. Но это было только начало.

Вскоре ко мне заявился спортивного вида мужчина с гайдамаковскими усами – кинорежиссер Коваленко:

– Знаком с вашими сценариями восьми фильмов «В схватке» и готов взяться за эту архисложную работу. Причем я могу быть не только режиссером-постановщиком, мне по силам сыграть и главную роль. Ну а на роль жены главного героя и его дочери вполне целесообразно для пользы дела взять мою законную супругу и нашу дочь – удивительная девочка! Еще я хотел бы задействовать в фильмах и мою любимую собаку… А самое главное – надо заключить со мной официальный договор на достойную сумму. Таково мое кредо!

Не знаю почему, но с этим кинорежиссером я уже сам не захотел больше встречаться.

Между тем за постановку фильмов энергично взялся-таки режиссер Малого театра В. Иванов, пригласивший единомышленников: режиссера Р. Тындыка, художника-постановщика В. Лукьянова и других подвижников киноискусства.

Вскоре нашелся и спонсор – некто В. Корешков, генеральный директор издательства «Родина», учрежденного журналом «Родина» и акционерным обществом «Фотофонд». По достоинству оценив кинодетектив и предвкушая большую прибыль от будущего проката восьми фильмов, спонсор щедро авансировал для начала В. Иванова со товарищи кругленькими суммами за разработку режиссерских сценариев, хотя, сказать по правде, никто из них не вставил туда и словечка.

Отдельный договор В. Корешков заключил со мной: «Автор передает издательству “Родина” киноповесть – политический детектив “В схватке” для издания и постановки в ЭТПО “Актер кино” Госкино СССР восьми остросюжетных цветных полнометражных художественных фильмов политического детектива под общим названием “В схватке”». Был установлен и срок начала производства – II квартал 1991 г.

Появилось на свет и генеральное соглашение между издательством «Родина» и ЭТПО «Актер кино»: кинообъединение бралось осуществить постановку восьми фильмов по моим сценариям, издательство же «Родина» брало на себя обязательство финансировать постановку указанных фильмов лимитной стоимостью 6,5 млн руб.

И дело завертелось! Был издан приказ о запуске в производство с 1 апреля 1991 г. восьми фильмов. Утвердили 170 ролей. В одной из главных предложили даже сняться мне. Слетелись в огромном количестве соратники энергичного В. Иванова, и все дружно стали готовиться к летней киноэкспедиции в южные края…

Съемки начались на побережье Каспия. Далее киногруппа перекочевала на Черноморское побережье, и все шло бы прекрасно, если бы не одна мелочь.

У многих членов киногруппы стал проявляться весьма острый интерес к финансам, выделенным на фильм, а у директора группы В. Зенкова – желание «выжать» их по максимуму. Люди попроще действовали без обиняков. Скажем, водитель Г. Квартальнов, будучи о подпитии и добиваясь дополнительной оплаты, вульгарно нанес директору удар рукояткой от дверцы своего грузовика, что обернулось ему уголовным делом. Творческие же личности проявляли себя куда тоньше: иной из актеров, едва заявившись на съемочную площадку и попав в кадр, тут же просил приостановить съемку и требовал незамедлительно оплатить ему те или иные расходы.

Но директор был непреклонен. Всем стало ясно, что его надо просто сменить. Заодно профессионалы решили разобраться и со мной, авторам сценариев фильмов и художественным руководителем оных, ибо я слишком непреклонно держался за текст, отстаивал авторскую концепцию, замысел, тему, трактовку образов и не позволял искажать сценарии. А делалось это сплошь и рядом: так «видел» фильм режиссер. Я, автор, лишь недоумевал: зачем нужно искажать суть картины? Не мог же я, скажем, тогда предположить – о, наивность дилетанта!.. – что, едва начав съемки, В. Иванов был озабочен тем, как бы половчее трансформировать эти фильмы в… совсем другую кинокартину, используя тех же действующих лиц и их исполнителей.

И только по возвращении в Москву я узнал от представителя издательства «Родина» А. Карасева о том, что еще во время наших южных съемок на его шефа – спонсора фильмов и генерального директора издательства В. Корешкова вышли некие весьма влиятельные по нынешним временам граждане и повелели новоявленному меценату незамедлительно прекратить финансирование производства фильмов «В схватке» ни много ни мало как опять же «по политическим мотивам». Что же, нынешние «хозяева жизни» были представлены в фильме, как говорится, без ретуши – это верно. Так что не подчиниться им Корешков не мог. Но и наносить себе урон тоже не хотелось, и тогда спонсор нашел выход: фильм сократить до минимума, а в угоду новым веяниям все в нем сделать по-другому.

Скажем, главный герой должен превратиться из принципиального журналиста в пьянчужку, а отпетый мафиози-золотодобытчик – конечно же, в циничного генерала КГБ. И никакой нигде не должно быть узнаваемости, никакого намека на мафию, и уж ни в коем разе за действующими лицами киноповествования не должны, как это было сначала, стоять очевиднейшие прототипы, чьи имена сегодня известны всем. Короче, политический кинодетектив патриотической направленности должен был не просто исчезнуть – ему предстояло превратиться в своего остервенелого антипода!

Заказ на умерщвление киноэпопеи «В схватке» поденщиками от искусства без колебаний был принят. А для контроля над выполнением своей задумки прагматический В. Корешков подключил к ним еще и некоего своего знакомца Вл. Весенского, выделив и ему за услуги изрядное вознаграждение.

И опять пошла работа!

Прежде всего надо было окончательно разделаться с неуправляемыми директором киногруппы В. Зенковым и мною, строптивым художественным руководителем фильмов «В схватке», как с препятствующими реализации смелого плана. Устроили шоу-митинг, на котором заклеймили скрягу-директора и ретрограда-худрука, потому что именно они, мол, создавали в киногруппе тяжелую атмосферу, мешали творческому процессу, чинили административный диктат и т.д.

Едва В. Иванов подписал протокол собрания, как тут же генеральный директор ЭТПО «Актер кино» Г. Вагина издала приказ об отстранении директора киногруппы и художественного руководителя, потому как уж очень ей пришлась по душе установка В. Корешкова поручить В. Иванову быстренько пересмотреть сценарии сериала «В схватке», сократить его и перелопатить до неузнаваемости.

Последний взялся за это с присущим ему жаром, но я не стал ждать четвертования сценариев и обратился в Бабушкинский райнарсуд Москвы с иском к ЭТПО «Актер кино» и издательству журнала «Родина» о нарушении неприкосновенности произведения и авторских прав. Мой иск поддержало и ВААП.

В суд пришел представитель ЭТПО «Актер кино» А. Ходус, бывший прокурор Кировского района Москвы.

– Предмета спора нет, – сказал он. – Я вчера читал приказ, изданный генеральным директором ЭТПО «Актер кино» Г. Вагиной, о прекращении съемок фильмов «В схватке» 19 августа 1991 г. Так что можете забирать свой иск назад.

Ох уж это 19 августа… А ведь именно в этот приснопамятный день генеральный директор Вагина подписала договор о совместной деятельности с телевизионным техническим центром «по производству сериала из трех полнометражных художественных фильмов “В схватке” (8 частей каждый фильм)». ЭТПО «Актер кино» обязалось оплатить за услуги ТТЦ при производстве сокращенного фильма «В схватке» 2,4 млн руб.

Договор этот вступал в силу с момента подписания и должен был действовать по 31 декабря 1991 г., но многое в нашей жизни пошло после прошлогоднего августа по-другому… Вот и Г. Вагина спешно внесла поправки в подписанный ранее договор: вместо трех серий фильма «В схватке» решили снять «двухсерийный полнометражный цветной игровой кинофильм “Час икс”». Изменили и договорную сумму, и сроки. Бухгалтерский же шифр, по которому были открыты услуги на ТТЦ для восьми фильмов «В схватке», остался прежним и для нового фильма «Час икс».

Энергично действовала и администрация киносъемочной группы «В схватке», обеспечивая форсированное продолжение съемок этого политического детектива. 4 сентября 1991 г. новый директор киносъемочной группы С. Макеев попросил директора московского предприятия «Кинотехника» И. Барского продлить аренду киноаппарата до 24 декабря 1991 г. в счет прежнего договора, заключенного между ЭТПО «Актер кино» и «Кинотехникой» для съемочной группы «В схватке», так как вместо двух камер пользовались одной. Согласно условиям, определенным «Кинотехникой», продление договора на аренду аппаратуры возможно только в том случае, если будет сниматься тот же фильм – «В схватке».

Но как только в начале сентября в ЭТПО «Актер кино» прибыл судебный исполнитель Бабушкинского райнарсуда, директор киносъемочной группы С. Макеев поспешил внести коррективы в служебную переписку. В письме на имя заместителя директора ТТЦ В. Мелехова он сообщил, что намерен снимать лишь двухсерийный кинофильм, предусмотрительно убрав название фильма и напечатав письмо на бланке не кинофильма «В схватке», а на бланке ЭТПО «Актер кино».

Далее было еще много интересных моментов – и на студии, и в суде, и в других инстанциях. Всего не перескажешь, но вот о письме В. Тихонова, право, нельзя не упомянуть. Исполненное на персональном бланке Вячеслава Васильевича, со всеми его высокими титулами, званиями и чинами и адресованное директору ТТЦ В. Горохову, оно свидетельствовало, что внезапно появившийся в производстве ЭТПО «Актер кино» фильм именуется политическим детективом с названием «Час икс». Оказывается, автор сценария – тот самый В. Иванов, соавтор – Р. Тындык, они же объявлялись и режиссерами-постановщиками фильма. Чудеса! Съемки политического кинодетектива «В схватке» выродились в заурядный кинофарс с элементами неприкрытого пиратства.

В сложное положение попал при этом актер В. Зикора. Вопреки яростному сопротивлению В. Иванова и Р. Тындыка он был утвержден на главную роль газетчика Корнева в фильмах «В схватке». В этой роли В. Зикора и снимался на протяжении трех месяцев. Теперь же по воле Иванова и Тындыка он должен был играть уже не газетчика, а тележурналиста и ходить повсюду с телекамерой. А поскольку ни литературного, ни режиссерского сценариев вновь объявленного фильма «Час икс» В. Зикора не видел и не читал (потому как их в природе не существовало), то продолжал сниматься преимущественно молча, как у братьев Люмьер на заре немого кино.

Но несмотря ни на что В. Иванов, Р. Тындык и примкнувший к ним Вл. Весенский, выполняя волю В. Корешкова, устремились к конечной цели. Правда, была еще одна заминка, но о ней рассказ особый. Бывшего режиссера-постановщика фильмов «В схватке» В. Иванова привлекли к ответственности за распространение им заведомо ложных, позорящих меня и директора киногруппы В. Зенкова измышлений. А если конкретнее, то В. Иванов обвинялся в том, что подписал тот самый «протокол собрания съемочной группы фильмов “В схватке” от 22 июля 1991 г.», в котором содержатся клеветнические измышления в приписывании Цекову В.И. и Зенкову В.М. административного диктата, террора, произвола…

И когда, проведя в зале суда в чрезмерном волнении день-второй, Иванов бросился к своему благодетелю – В. Корешкову, тот велел Г. Вагиной взять на себя ответственность за написание злополучного протокола, что последняя и сделала.

Долго еще тянулись потом суды-пересуды, угроза ответственности нависла и над самой Вагиной, взявшейся за сомнительную «помощь», и ни о каком кино уже не было речи… Хотя, впрочем, однажды вспомнили – когда искали компромат на автора этих строк.

– Когда генеральному директору нашего издательства Корешкову, – заявил на одном из судебных заседаний знакомый нам Карасев, – стало известно, что в сценариях фильмов «В схватке» фигурируют в качестве отрицательных героев Хасбулатов, Боннэр, Высоцкий, Влади и другие, он отказался от финансирования фильма по политическим мотивам!

Но и это была клевета. Разве что в последующем письме в суд самого Корешкова удалось найти более или менее искренние слова: «Дирекция издательства “Родина” официально заявляет, что никогда не разделяла и не разделяет политические взгляды Цекова В. И.».

Вот и вся причина. Подкрепил же ее своим выкриком в зале суда В. Иванов:

– Все началось с того, что я, как последний дурак, согласился снимать этот сценарий!..

Словом, такая вот схватка. Попал в этот жизненный детектив и сам Штирлиц. Судья показала В. Тихонову письмо, направленное им директору ТТЦ В. Горохову по поводу съемок новоявленного фильма «Час икс», и спросила:

– Ваша подпись на этом документе?

Штирлиц на семнадцать мгновений сделал паузу, а потом профессионально вычислил:

– Бумага эта моя, мой бланк, но подпись не моя! Бланки же находятся только у меня или у Вагиной. Так что, судя по всему, это Вагина подделала мою подпись. (В скобках заметим, что вскоре последняя была с треском уволена из ЭТПО «Актер кино». Ну, провал есть провал…) А что касается сценария фильма «Час икс», – раскололся перед судьями Штирлиц, – я его даже до сих пор не читал… – Завершив же свидетельские показания, он повернулся в сторону В. Зенкова и, указуя на него перстом, дал суду конкретное задание: – Вот этого директором киносъемочной группы не восстанавливать ни в коем случае!

Суд же принял свое решение: не только восстановить В. Зенкова в прежней должности, но и сполна выплатить ему объединением «Актер кино» положенное денежное содержание.

А некоторое время спустя Г. Вагина явилась в Черемушкинский райнарсуд Москвы по месту своего жительства и положила на стол судьи такое заявление: «Приношу извинения В. Зенкову и В. Цекову за указанные мною в протоколе общего собрания киносъемочной группы… произвольные обвинения в том, что якобы они…» – и т д.

Увы, сие важное признание уже бывшего генерального директора ЭТПО «Актер кино» не привлекло внимания служителей Фемиды ни в Бабушкинском райнарсуде, где слушалось дело В. Иванова, ни в Мосгорсуде. Так что конца у схватки так пока что как бы и нет.

«А как же кино? – спросит читатель. – Кина не будет?»

Будет кино. Многосерийный кинодетектив «В схватке» создаст новая независимая студия «Кинотелефильм».

Схватка продолжается.

Страх заставляет «хозяев жизни» не пускать на экран правду об их деяниях

Возвращаясь к опубликованному[2]

В № 38 газеты «День» (1992) был опубликован материал под названием «КАК МЕНЯ СНИМАЛИ… Про мафию, Штирлица и новых кинопиратов». В статье рассказывалось о перипетиях вокруг съемок сериала художественных полнометражных фильмов под общим названием «В схватке» по сценариям Вадима Цекова.

Еще в 1987 г. В. Цековым была написана киноповесть – политический детектив «В схватке», где остро обнажилась идеологическая борьба, захлестнувшая тогда страну. Знакомя читателя с цепочкой событий и фактов, автор показал силы, стремившиеся сломать государственную систему, народовластие, весь уклад советской жизни.

В киноповести убедительно показывалось, как подкармливаемые из-за кордона, эти силы шли в наступление: проникали в коридоры власти, захватывали средства массовой информации, дестабилизировали экономику и политический климат.

Тогда же автор опубликовал фрагмент киноповести в журнале «Журналист» (1987. № 11–12), позже ее сокращенный вариант увидел свет на страницах журнала «Молодая гвардия» (1989. № 9), а далее и еженедельник «Московский строитель» переименованный позже в «Домострой», познакомил своих читателей со всей киноповестью. Предисловие к публикациям написал следователь Мособлпрокуратуры В. Осипов. К слову заметим, что фрагменты повести опубликовала газета «Правда» 18 августа 1994 г., в канун трехлетия августовского государственного переворота в нашей стране, учиненного ельцинистами.

Проявил повышенный интерес к политическому детективу «В схватке» и художественный руководитель ЭТПО «Актер кино» Вячеслав Тихонов. Он дал согласие на съемки восьми фильмов под общим названием «В схватке». Поставить же фильмы пожелал кинорежиссер Юрий Иванчук. Сценарий Вадим Цеков тут же представил, и совместное предприятие «Агроинжиниринг», возглавляемое генеральным директором Г. Калатозишвили, а также ЭТПО «Актер кино», руководимое В. Тихоновым, заключили договор о создании восьми полнометражных цветных художественных фильмов. Для этого был организован специальный кинофилиал, утвержден главный консультант. Фильм даже разрекламировали на Западе, но… Г. Калатозишвили с Ю. Иванчуком «по политическим мотивам» сделали подмену: стали снимать фильм с похожим названием по сценариям братьев Вайнеров. Посему Цекову не оставалось ничего другого, как, подивившись превратностям мира кино, прервать отношения и с режиссером, и с предпринимателем, но это было только начало…

За постановку фильмов энергично взялся режиссер Малого театра Виталий Иванов, пригласивший для этого режиссера Романа Тындыка и художника-постановщика Виктора Лукьянова. Нашелся и спонсор – некто Валерий Корешков, генеральный директор издательства «Родина», учрежденного журналом «Родина» и ОА «Фотофонд». По достоинству оценив кинодетектив и предвкушая большую прибыль от будущего проката, он обязался финансировать постановку фильмов, стоивших тогда 6,5 млн руб. И 1 апреля 1991 г. фильм был запущен в производство. Художественным руководителем фильмов был назначен приказом по ЭТПО «Актер кино» Вадим Цеков, директором киносъемочной группы – Валерий Зенков. Съемки начались на побережье Каспия. Далее киногруппа перекочевала на Кавказ, в Крым, Ростовскую область. А по возвращении в Москву вдруг узнала от представителя издательства «Родина» Андрея Карасева, что на его шефа, спонсора фильмов и генерального директора Валерия Корешкова вышли какие-то влиятельные граждане и повелели незамедлительно прекратить производство сериала «В схватке». Не подчиниться им Корешков не мог. Но и наносить себе урон тоже не захотел, посему нашел выход: фильм сократить до минимума, а в угоду новым требованиям сделать в нем все по-другому. Скажем, главный герой Валерий Корнев должен был теперь превратиться из принципиального журналиста в пьянчужку, а отпетый мафиози-золотодобытчик – конечно же, в циничного генерала КГБ. И нигде не должно быть узнаваемости, никакого намека на мафию, а за действующими лицами не должны, как это было сначала, стоять очевиднейшие прототипы, чьи имена сегодня известны всем.

Для выполнения своей задумки Корешков подключил еще и некоего Владимира Весенского, выделив ему за услуги изрядное вознаграждение, и сериал начали изощренно умерщвлять. Первым делом незаконно отстранили от должности художественного руководителя Вадима Цекова и уволили директора киногруппы Валерия Зенкова, в подкрепление чего Виталий Иванов подписал протокол шоу-митинга киногруппы, якобы недовольной художественным руководителей и директором. Далее быстренько перелопатили сценарий фильмов «В схватке» и трансформировали все в сериал под новым названием «Час икс».

А когда Вадим Цеков обратился в Бабушкинский райнарсуд Москвы с иском к ЭТПО «Актер кино» и издательству «Родина» о нарушении неприкосновенности произведения и авторских прав, генеральный директор ЭТПО «Актер кино» Галина Вагина поспешила издать приказ о срочном прекращении съемок фильмов «В схватке» и начале съемок двухсерийного фильма «Час икс» с использованием отснятого материала по фильмам «В схватке». Художественный же руководитель ЭТПСГ «Актер кино» Вячеслав Тихонов в свою очередь незамедлительно направил в Телевизионный технический центр «Останкино» (ТТЦ) письмо, свидетельствовавшее, что внезапно появившийся в производстве фильм именуется отныне политическим детективом «Час икс», автор его сценария – Виталий Иванов, соавтор – Роман Тындык, они же и режиссеры-постановщики фильма.

Но тут пошли суды, и когда уличенный в нечистоплотности Виталий Иванов бросился к Валерию Корешкову, тот велел Г. Вагиной взять на себя ответственность за написание злополучного липового протокола, что последняя и сделала. Суды-пересуды продолжались, угроза ответственности нависла и над самой Галиной Вагиной, так что ни о каком кино уже речи не было. Впрочем, однажды вспомнили: когда искали компромат на автора киноповести и директора киносъемочной группы. Тогда и заявил Андрей Карасев на одном из судебных заседаний, что как только генеральному директору издательства Корешкову стало известно, что в сценариях фильмов «В схватке» фигурируют в качестве отрицательных героев некоторые тогдашние политики-демократы и деятели культуры, он отказался от финансирования фильма по политическим мотивам. Но и это была клевета. В решении Гагаринского межмуниципального народного суда Москвы об этом сказано прямо:

«Из представленного суду сценария фильма “В схватке”, состоящего из 8 отдельных фильмов, усматривается, что ни Хасбулатов, ни Боннэр, ни Высоцкий, ни Влади, ни кто-либо другой не фигурируют в качестве отрицательных героев сценариев Цекова “В схватке”… Таким образом, суд считает, что фраза: “Когда Корешкову стало известно, что в сценариях фигурируют в качестве отрицательных героев Хасбулатов, Боннэр, Высоцкий, Влади и другие, Корешков отказался от финансирования фильма по политическим мотивам”, является сведениями, не соответствующими действительности и одновременно порочащими честь и достоинство истцов… Обязать Карасева Андрея Евгеньевича принести публичные извинения Цекову Вадиму Ивановичу и Зенкову Валерию Михайловичу».

Попал в этот жизненный детектив и сам Штирлиц со своим кинообъединением. Суд принял решение: не только восстановить Валерия Зенкова в прежней должности, но и сполна выплатить ему положенное денежное содержание. В решении суда также сказано, что документы, представленные в суд и якобы свидетельствующие о законном увольнении Зенкова, были оформлены задним числом, «они не соответствуют действительности и не могут быть приняты судом как доказательство по делу».

А Галина Вагина, уже уволенная из «Актера кино», явилась в Черемушкинский райнарсуд Москвы (по месту жительства) и положила на стол судьи заявление: «Приношу извинения В. Зенкову и В. Цекову за указанные мною в протоколе общего собрания киносъемочной группы… произвольные обвинения в том, что якобы они…» и т.д.

А как же насчет возможного использования издательством «Родина» и ЭТПО «Актер кино» отснятого киноматериала по фильму «В схватке» в новоявленном фильме «Час икс»? По этому поводу Бабушкинский райнарсуд Москвы принял однозначное решение:

«Запретить издательству “Родина” и ЭТПО “Актер кино” использование отснятого киноматериала по сценарию В.И. Цекова фильмов “В схватке” с использованием замысла, темы, образов, характеров и ситуаций, а также трансформацию данного сценария».

Вот какая схватка разыгралась в жизни вокруг художественного кинопроизведения, воссоздающего механизм разрушения и разоблачающего силы, которые разрушение осуществляют. По существу, то, о чем идет речь в политическом детективе «В схватке», стало явью и при производстве фильмов, что, безусловно, еще выше поднимает значимость и актуальность киноповествования Вадима Цекова и говорит о необходимости его экранизации и выхода к широкому зрителю, уже почти совсем отлученному от отечественного кино. И потому несмотря на яростное сопротивление противников истины, стремящихся преградить путь фильмам на экран, их авторы, русские патриоты, продолжают работать над сериалом «В схватке». Схватка продолжается.

А никакого официального ответа на статью «Как меня снимали…» ни редакция «Дня», ни редакция «Завтра» так до сих пор и не получили. Такое вот кино…

Бывший

Бесхребетно пресмыкающийся бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС[3]

Когда я сразу же после захвата ельцинистами Кремля в 1991 г. как-то при встрече с одним из бывших секретарей ЦК КПСС в упор обвинил цековцев в том, что они предательски, без единого выстрела сдали страну Советов оголтелым просионистским силам, то он тут же взорвался.

– Ну, хорошо! – в сердцах бросил он. – Допустим, мы сдали страну Советов просионистским силам… Допустим! Но где же тогда был наш славный советский народ? Где были 18 миллионов членов КПСС? Где, наконец, был передовой вооруженный отряд КПСС – вышколенный КГБ? Ведь все они регулярно клялись ЦК партии в непоколебимой верности. А на поверку не удосужились оградить от этих самых просионистских сил даже нас – свою руководящую, организующую и направляющую элиту.

Совсем недавно я снова случайно повстречался с этим человеком, и у нас зашел разговор о нынешней политической ситуации в России.

– Наш народ – дурак! – сразу же выпалил бывший секретарь ЦК КПСС. – Не за тех голосует!.. Впрочем, какой с этого народа спрос? Не народ, а мерзейшее быдло!..

– Простите, простите!.. – прервал я его. – А вы-то сами, милостивый государь, откуда произошли?

– Я?.. – поперхнулся он. – Я – это совсем другое! Я – человек мыслящий и разумеющий, что происходит вокруг.

– Но коль вы уж такой мыслящий и всё разумеющий, – сказал я, – то и растолковали бы откровенно своему народу, как в стране Советов сионистской идеологии удалось потеснить коммунистическую и какими коварными способами удалось обмануть доверчивый русский народ, ввергнуть в бездну нашу страну, еще недавно процветающую.

– Вы мне предлагаете бросить себя в жернова нынешней политической смуты? – с дрожью в голосе произнес бывший секретарь ЦК КПСС. – Дудки! Меня по этой проблеме на мякине не проведешь! Достаточно просвещен на сей счет и знаю, что в нашей стране после русского царя Ивана Грозного никто из политических деятелей не решался в открытую вести борьбу с ветхозаветной, махрово расистской идеологией сионистов. Даже Сталин, которого, кстати, они, как и Ивана Грозного, смертельно ненавидят, громил сионистов в 1930-х гг. под предлогом публичных разоблачений различных политических уклонов: то правого, то левого, то еще какого-либо… В послевоенный же период в стране Советов Сталин выкорчевывал сионистов под лозунгом борьбы с космополитизмом… А Ленин по непонятным причинам в своей политической деятельности вообще уклонился от активного противостояния расистской сионистской идеологии. Хотя при его жизни прошли сионистские съезды и в 1897 г. в швейцарском городе Базеле, и в 1918 г. в Москве, где вырабатывалась врагами русского народа тактика окончательного закабаления России. И в полном собрании сочинений Ленина, состоящем из 55 томов, лишь в первых пяти томах, охватывающих период деятельности вождя по 1913 г., слово «сионизм» вскользь упоминается всего пять раз…

– Но это всё в прошлом… – вставил я.

– А сегодня что происходит? – парировал бывший секретарь ЦК КПСС. – Какой уж год минул с тех пор, как в августе 1991 года в нашей стране совершен контрреволюционный переворот, но ни одна из ныне действующих коммунистических партий на постсоветском пространстве, ни один из их руководителей до сих пор не осмелились дать публичный, исчерпывающий, актуальнейший, углубленный, исторический, критический анализ обвала великой социалистической державы. До сих пор не дан ими и всеобъемлющий анализ зловещего механизма подрыва социалистической системы антинародными силами изнутри при координации и финансировании их целенаправленных действий глобальным суперимпериализмом, цепко и безраздельно управляемым нынче вездесущим и ненасытным сионизмом. Больше того, политиканствующие вожди нынешних компартий в своих демагогических, популистских выступлениях остерегаются произнести даже слово «сионизм». А коль по сию пору объективного, всестороннего, углубленного анализа происшедшей трагедии в нашей стране нет, то так и не обозначен мерзкий образ гнусного, коварного врага, приведшего нас к роковой черте. Не обозначены даже контуры этого многовекового, истинного, исконного врага!.. А как можно без конкретизации образа врага, без четкого обозначения его контуров и без знания его иезуитских, коварных приемов и методов закабаления русского и других коренных народов нашей страны сплотиться и подняться на борьбу с жестокими оккупантами? Тем более как при этом возможно возглавить такую бескомпромиссную классовую борьбу? И о какой при этом революционной стратегии и тактике пролетарской борьбы с заклятым врагом – сионизмом вообще может идти речь?.. А вы хотите, чтобы я создал прецедент открытого боя сионистам-разрушителям в нашей стране?! Повторяю вам: дудки! Я не без головы! Я достаточно просвещен, чтобы не делать подобных глупостей. Да вы назовите мне хотя бы одного человека, который сегодня бы ринулся в открытый бой с сионистами…

– Вы действительно просвещенный человек, – не без иронии промолвил я.

– А как же! – воскликнул бывший секретарь ЦК КПСС. – Еще пятилетним мальчонкой меня просветил по сей проблеме мой дед. И случилось это так. Вбегаю я как-то с улицы в дом и, прыгая на одной ножке, весело напеваю только что услышанную мной считалку: «Два еврея, третий жид по веревочке бежит!» А дед как услышал эту считалку, сразу больно схватил меня за руку, усадил напротив себя и строго-настрого сказал, чтобы я никогда в своей жизни никому ничего подобного не говорил. А иначе я могу погубить свою жизнь, родных и близких… Когда же я подрос, то дед не раз просвещал меня на сей счет и поосновательней. И, войдя в жизнь, я уже четко, нутром знал, как вести себя, чтобы не только не войти в конфликт с сионистами, но даже напротив – расположить их к себе. Я знал, где и когда надо поддакивать им, а где – пошутковать, рассказав им в угоду скабрезный анекдот о своих простоватых деревенских родственничках… Эх, удивительнейший, мудрейший человек был у меня дед!

– И о чем же поведал вам ваш мудрейший дед? – поинтересовался я и подумал: «Это ж надо! Такое вот бесхребетнопресмыкающееся существо доползло до ЦК КПСС, процветало там и стало его секретарем!»

– Мой дед, – продолжил между тем собеседник, – просветил меня в том, что представляет собой племя ветхозаветных сионистов. И пояснил, что властвуют они, эти сионисты, в странах поселения исключительно лишь в своих корыстных целях, потому что придерживаются везде и всегда беспрекословной, заветной и святой для них заповеди: их племя в приютившей стране должно представлять собой государство в государстве, что позволяет установить жесткое централизованное раввинское управление сионистами на данной территории из одного единого центра. Что признаками этого самого «государства в государстве» является отчужденность сионистов по отношению к коренным народам, неслиянность с ними, вера в то, что существует в мире лишь одна достойная личность – сионист, а другие, мол, хоть есть, но всё равно надо считать, что как бы их и не существовало… Мой дед даже как-то в подтверждение сути идеи этого самого «государства в государстве» процитировал мне такую вот выдержку из постулатов сионистов: «Выйди из народов и составь свою особь, и знай, что с сих пор ты един у Бога, остальных истреби, или в рабов обрати. Верь в победу над всем миром, верь, что всё покорится тебе. Строго всем гнушайся и ни с кем в быту своем не сообщайся. И даже когда лишишься земли своей, даже когда рассеян будешь по лицу всей земли, между народами – всё равно, верь всему тому, что тебе обещано, раз навсегда верь тому, что всё сбудется, а пока живи, гнушайся, единись, эксплуатируй, и – ожидай, ожидай, ожидай…» А уходя в мир иной, мой дед мне с сожалением сказал, что не настали все времена и сроки, несмотря на протекшие 40 веков существования сионистского племени на земле, и окончательное слово человечества об этом агрессивном, расистском племени еще впереди.

– Но вы, наверное, – прервал я его, – дедушкину информацию о зловредной деятельности сионистов дополнили и своими собственными познаниями, добытыми личным опытом?

– Естественно, естественно! – подхватил бывший секретарь ЦК КПСС. – Шествуя по жизни, я, безусловно, сталкивался с бесчисленными вопиющими фактами проявления наглого русофобства со стороны сионистов. Я видел, как сионисты, искусно изображающие из себя правоверных коммунистов, кучковались между собой, как беспрепятственно растили свои национальные кадры, готовясь к решительному закабалению русского народа. Видел я и то, с какой неимоверной жестокостью, беспощадно и зверски сионисты расправлялись с теми русскими, кто из принципа им перечил и стоял у них на пути. Но я всегда при этом с благодарностью вспоминал родного деда, предостерегавшего меня от опрометчивых поступков против этого жестокого расистского племени. И у меня всегда на сей счет были ушки на макушке.

– И что же это за факты, с которыми вы столкнулись, и что за выводы, к которым вы пришли? – спросил я.

– Фактов – море! – последовал ответ. – А выводы такие. Мы видим сейчас результаты 40-вековой реализации расистских установок сионистов своим соплеменникам во всем мире, и в особенности в нашей стране! Видим, что двигает и двигало сионистами столько веков – одна лишь безжалостность к коренным народам и одна только жажда напиться их потом и кровью. И действительно, вся деятельность сионистов в странах поселения заключалась лишь в постановке коренного населения сколь возможно в безвыходную для себя зависимость, пользуясь местными законами. О, тут сионисты всегда находили возможность пользоваться правами и законами! Они всегда умели водить дружбу с теми, от кого зависел коренной народ, соединялись с его гонителями, брали у них на откуп, к примеру, тот же русский народ, и сами сионисты обращались в его гонителей. Как известно, капитал есть накопленный труд. Но сионисты любят лишь торговать чужим трудом и занимаются ростовщичеством. Воцаряются же они над человечеством всё сильнее и тверже, стремясь навязать миру свой облик и свою торгашескую суть. Сионистам и хорошо там, где коренной народ еще невежественен, или несвободен, или мало развит экономически, – тут, стало быть, им и лафа! И вместо того, чтоб, напротив, влиянием своим поднять уровень образования, усилить знание, породить экономическую способность в коренном населении – вместо всего этого сионисты, где бы они ни поселялись, еще пуще унижали, развращали и спаивали коренной народ; еще больше падал уровень образования, еще отвратительнее распространялась безвыходная бедность, а с нею и отчаяние. А причина тому – конечно же, это самое сионистское «государство в государстве», дух которого дышит именно этой расистской безжалостностью ко всему, что не есть сионист, и неуважением ко всякому народу и племени и ко всякому человеческому существу, кто не есть сионист. О, конечно, человек всегда и во все времена боготворил материальный достаток и склонен был видеть и понимать свою свободу лишь в обеспечении себя накопленными изо всех сил и запасенными всеми средствами деньгами! Но никогда эти стремления не возводились так откровенно и так поучительно в высший принцип, как в нашем веке. «Всяк за себя, и только за себя, и всякое общение между людьми единственно для себя», – насаждают свой нравственный принцип просионистски настроенные «новые русские» в нашей стране. И наступает торжество торгашеских установок, перед которыми никнут чувства национальной и даже патриотической народной гордости. Наступает слепая плотоядная жажда личного накопления денег всеми средствами. Вот всё, что ныне в нашей стране так называемой элитой и сионизированными СМИ признано за высшую цель, за разумное, за свободу – вместо теснейшего нравственного и братского единения людей труда. Но сионистам до истощения русской силы дела нет – они взяли свое и ушли. Истощение силы русской сионистам только в радость!.. Не забывают при этом сионисты постоянно и неизменно во весь голос на весь мир твердить, что они – вечные странники, что были столько веков угнетены, бедны и гонимы; угнетены, бедны и гонимы даже теперь… Носятся сионисты и со своим так называемым холокостом, который надо воспринимать никак не иначе, как наиболее удачный сионистский гешефт. А святую Русь, ее прошлое и настоящее неблагодарные, вероломные сионисты пытаются остервенело оболгать. Да еще к тому же клеветнически норовят прилепить фашистский ярлык к могучей Руси, фактически в одиночку победившей немецкий фашизм и спасшей от полнейшего истребления их, сионистов – авторов всех конфликтов и войн во всем мире и во все времена…

Слушал я, слушал бывшего секретаря ЦК КПСС и решил прервать его.

– А зачем вы всё это мне рассказываете? – спрашиваю.

– Как это – «зачем»? – поразился моему вопросу собеседник.

– В самом деле: зачем? – говорю. – Зачем вам вся эта информация и дезинформация о человеконенавистнической деятельности сионистов, полученная из напутствий вашего мудрого дедушки и собственным жизненным опытом добытая, если вы сами никогда не вступали и не вступите в открытую борьбу с этими сионистами и не станете публично обличать их?

– Очень даже «зачем»! – воскликнул бывший секретарь ЦК КПСС. – Даже ежу ясно, «зачем»! Ведь если бы я не владел такой обширной информацией о ветхозаветном расистском сионизме, то я бы не только не составил себе приличную карьеру, но даже в элементарной политической ситуации не смог бы учуять, где «горячо», где для меня опасно, и никогда не смог бы сориентироваться, как поступать с выгодой для себя при любой критической обстановке. А я ведь не только себя физически сохранил и успешно продвинулся по жизни, но позаботился также и обо всех своих близких. Да так, что и при нынешней власти все мы живем припеваючи и, пожалуй, даже еще лучше: воспользовались наступившей жилищной вольницей, и каждый из родственников без проблем отгрохал себе двух-, а то и трехэтажную дачу… Я, кстати говоря, твердо уверен, что мой мудрый род, как и река Волга, будет жить на Руси при любом режиме!.. А вернется в нашей стране, паче чаяния, прежний режим, то я готов по-прежнему руководить массами. Контакты с нынешними коммунистами у меня постоянны и конструктивны.

При сих словах бывший секретарь ЦК КПСС заторопился уходить, но вдруг приостановился и сказал:

– А вообще-то, ельцинисты, придя к власти в 1991 году, сотворили величайшую глупость! Ну, скажите: зачем нужно было им выкидывать на мостовую Старой площади сотрудников аппарата ЦК КПСС? Зачем? Разве мы бы не справились с поставленными перед нами новыми задачами? Новая власть просто захотела демонстративно досадить прежней! Но лишь доставила всем, и себе тоже, лишние неприятности и треволнения… И ведь всё равно спустя какое-то время эти самые аппаратчики из ЦК пришли и в структуры Кремля, и в администрацию президента, и в Белый дом… Я уже не говорю о Госдуме и Совете Федерации…

А когда я вскоре повстречался с другим еще более известным бывшим коммунистом, членом Политбюро ЦК КПСС, и поведал ему о беседе с его бывшим коллегой, а также, в частности, сообщил об услышанном от него сожалении по поводу того, что ельцинисты после контрреволюционного переворота в 1991 г. не стали использовать профессиональный потенциал сотрудников аппарата ЦК КПСС и выбросили их на мостовую Старой площади, то этот партийный зубр лишь улыбнулся и с легкой иронией произнес:

– Что ж, мой бывший коллега абсолютно прав! Задуманные нашими врагами так называемые ельцинские реформы, а я бы сказал – выполнение заветных планов мирового сионизма по закабалению русского человека, безусловно, пошли бы еще быстрее, если бы для их реализации были использованы творческий опыт, высокий интеллект, безграничная информированность, четкая исполнительность и неиссякаемый задор сотрудников бывшего сплоченного аппарата ЦК КПСС… А что касается прецедента открытого боя сионистам-разрушителям России, то такой прецедент в нашей стране уже есть.

Мой собеседник тут же выложил на стол толстенную, в тысячу страниц, свежеизданную книгу с тисненым золотом названием и добавил:

– В этом капитальном труде дан исчерпывающий анализ того, что планировали и что сотворили с нашей страной сионистские заговорщики, показана историческая обреченность их расистских замыслов и сказано, как надо поступать с этими супостатами. Тут и стратегия, и тактика борьбы с сионистским мировым злом, и поэтапная программа его полнейшего искоренения!

ПОЛИТИЧЕСКИЙ СТРИПТИЗ

Фельетон[4]

Вы, конечно, не могли не обратить внимание на факт резкого и неуклонного увеличения в последнее время проявления обостренного чувства юмора отдельными согражданами, межрегиональными группами профессиональных балагуров и даже некоторыми прогрессистскими печатными изданиями.

Стремление во что бы то ни стало сострить, пошутковать, похихикать и вообще всласть повеселиться с умным видом одолевает доморощенных юмористов в особенности в весенний период. А точнее, к началу апреля.

Вот и на этот раз журнал «Огонек» (1990. № 14) по такому случаю даже свершил «первоапрельский выпуск». И увеселение читающих сограждан, не мешкая, решил начать с воспроизводимой обложки журнала прежнего образца. На которой, как все знают, рядом с названием журнала было изображение ордена Ленина.

По задумке же редакции, это, видимо, должно было непременно вызвать взрыв смеха. Поскольку на нынешней об ложке журнала «Огонек» ордена Ленина уже давно нет и быть не может.

Дальше следует незатейливый «первоапрельский ретровернисаж». На одном из плакатов под рубиновой кремлевской звездой изображен очаровательно улыбающийся годовалый ребенок. А внизу подпись: «Родился под счастливой звездой».

Естественно, здесь каждый, кто не апологет застоя, должен сразу же громко хохотнуть. Мол, тоже мне, нашли счастливую звезду!

А глядя на другой плакат, мы видим работницу в красной косынке, приложившую указательный палец к губам. И предупредительная подпись-призыв: «Не болтай!»

Это изображение, вероятно, должно еще более рассмешить нашего современника, так как каждому известно, что взахлеб болтать по нынешним временам никому не возбраняется. Сверх того, это стало признаком хорошего тона. И никого не должно волновать, что от болтовни и сплетни недалеко до измены. Мол, подобные призывы и рассуждения – все это плоды устаревшего мышления и узко классового подхода! Да и о каких вообще государственных секретах и от кого может идти сейчас речь, если уже повсеместно объявлено, что мы уверенно и целенаправленно строим общеевропейский дом на прочном железобетонном фундаменте непреходящих общечеловеческих ценностей? А какие могут быть тайны от будущих родственников-домочадцев?

Ну, а что касается и поныне обильно финансируемых западных спецслужб, по-прежнему навостряющих свои любознательные профессиональные глаза и уши на нашу страну, то это, сами понимаете, происходит с ними лишь по инерции… Так сказать, по старинке, для проформы, исключительно для сохранения количества рабочих мест…

Тут же, в «первоапрельском выпуске» журнала «Огонек», и дежурное изображение И. Сталина с ленинской книгой в руке. А внизу подпись: «Великий Сталин – светоч коммунизма!»

Естественно, глядя на этот плакат, животики можно надорвать. Ибо, само собой, любому из современников, обладающему, несомненно, врожденным утонченным чувством юмора, давно пора необратимо усвоить: бывший руководитель страны Советов И. Сталин и вовсе не «великий», и тем более он никакой не «светоч коммунизма»! Да и вообще, кто из радикально мыслящих людей последнего времени заикнется ныне о каком-то коммунизме? Ведь теперь все больше рассуждают о свободном рынке, о частной собственности, о неизбежной реставрации капитализма в нашей стране…

Приобщить соотечественников к искрящемуся веселию решились также юмористы-самородки Николай Андреев и Павел Гутионтов. Они поставили перед собой достославную задачу – осветить исторические события почти десятилетней давности. Потому и кокетливо озаглавили свою совместную информационно-развлекательную продукцию: «Репетиция исторического XXVI». Надо полагать, мало-мальски политически грамотному читателю должно быть ясно: речь идет, безусловно, о партийном съезде.

А чтобы ни у кого не возникало сомнения по части достоверности излагаемого умельцами материала, его авторы деловито сообщают о себе:

«Мы оба тогда работали в “Комсомольской правде”, и как раз в этот день в номере стоял наш отчет о Рапорте советской молодежи и пионеров XXVI партийному съезду. И у телевизора мы сидели не просто так: внимательнейшим образом следили, все ли из происходящего в Кремлевском дворце соответствует тому, что уже два часа как было набрано и заверстано в полосу».

Оказывается, Н. Андреев и П. Гутионтов, в духе «застойного времени», свой газетный отчет изготовили, «наполнившись живыми впечатлениями от репетиции». То есть, говоря попросту, они вдохновились на творческий взлет, воспользовавшись лишь полуфабрикатом запланированного официального мероприятия.

Впрочем, не будем торопиться с упреками и тем более с какими-либо нелицеприятными замечаниями в адрес авторов первоапрельского юмористического морально-философского «эссе». Больше того, для начала даже восторженно и проникновенно воздадим должное Н. Андрееву и П. Гутионтову! Ведь, положа хоть две руки на сердце и будучи до конца пронзительно чистосердечными и честными, разве мы не можем хоть кого-либо назвать из ныне здравствующих, кто бы спокойно и достойно мог ныне изречь: «Да, я тоже, как и эти славные подвижники слова, еще десять лет тому назад досконально понимал все, что делается в стране!».

Да нет же, нет такого человека среди землян!

Даже теперешний шеф-редактор многокрасочного с избытком желтизны «Огонька» несравненный В. Коротич, и тот прозрел окончательно не ранее, как после завершения телетрансляции торжественных похорон Леонида Ильича на Красной площади. А до того, как всему честному народу известно, вовсю прославлял пятикратного обладателя Звезд Героя, где мог, и куда только допускали. И к тому же, надо верить, В. Коротич действовал, как всегда, бескорыстно и чистосердечно.

Конечно, кое-кто из сегодняшних коньюнктурщиков-обличителей, возможно, и сурово спросит: «А почему же тогда они, этот Андреев с Гутионтовым, так долго таили от народа и страны в целом то, что им было издавна ведомо?»

Так вот отвечу. Как истые дети внуков Рахметова они с достоинством несли свой крест и точно знали, когда, где, при каких обстоятельствах, по какому поводу и в какой мере обо всем этом можно поведать простому люду. А недостижимым примером служения истине им была, вероятно, достойная вдова Н. Бухарина, обнародовавшая устное «политическое завещание» мужа только спустя пятьдесят лет после его смерти…

И потом, кому из мудрейших может быть известно о том, какие последуют новые откровения Н. Андреева и П. Гутионтова, скажем, лет через десять-двадцать по поводу событий уже нашего бурного времени?..

А теперь обратимся снова непосредственно к первоапрельскому произведению бывших сотрудников «Комсомольской правды».

Свое обличительное повествование юмористы-самородки начинают с весьма нериторического вопроса: «Кем ты стала, гениальная девочка Вика?».

Вика – это девочка-пионерка «в очаровательно белых бантах», которая в феврале 1981 г. не только «проникновенно произнесла ключевые строки» стихотворного приветствия Леониду Ильичу, но еще и вручила «букет цветов цвета огневого».

Конечно же, Вика никакая не гениальная. И сказано о ней так в шутку, опять же, как бы для смеха… Ибо, ежели бы девочка Вика действительно была гениальной, то, наверное, все же разобралась бы уже в истинной сущности Генерального секретаря ЦК КПСС. И с прямотой и определенностью сказала бы ему все, что о нем думает. Во всяком случае, никак уж не позволила бы себе еще и обнять Леонида Ильича «от всей души, как отца родного»…

А теперь что? Теперь Вике не позавидуешь! Ее удел ныне – одни лишь терзания да страдания… До конца дней угрызения совести не будут давать покоя бывшей пионерке за ее прошлый опрометчивый, легкомысленный поступок… Вот к чему приводит неразборчивость в отношениях с малознакомыми мужчинами!

С незадачливой Викой, как говорится, все ясно. Но весьма неуютно, видимо, должны чувствовать себя сегодня и другие участники Рапорта советской молодежи и пионеров XXVI партийному съезду. И бригадир из Нового Уренгоя П. Баряев, и артистка Е. Драпеко, и слесарь АЗЛК Н. Махонин, и белорусский поэт В. Некляев…

А как же чувствовали себя сами авторы тогдашней газетной публикации в «Комсомольской правде»?

О, у них тоже не было проблем по вопросу совести!

«…мы вернулись в редакцию и написали отчет, – свидетельствуют в «первоапрельском выпуске» журнала «Огонек» самородки-юмористы Н. Андреев и П. Гутионтов. – Заголовок взяли у Светлова: «Сколько молодости у страны!»…

И, надо полагать, представленный бескомпромиссно-гибкими исполнительными репортерами отчет вполне устроил тогдашнего главного редактора газеты «Комсомольская правда» Г. Селезнева.

А заканчивая свои проникновенно-разоблачительные воспоминания, точнее же – политический стриптиз, Н. Андреев и П. Гутионтов еще раз в один голос вопрошают «Где ты теперь, Вика?».

Ну, что касается нынешнего местонахождения Вики, то тут, думаю, трудно что-либо определенно сказать. А в отношении Н. Андреева и П. Гутионтова имеется в наличии некоторая достоверная информация. Пережили вполне благополучно безрадостное «застойное» время Н. Андреев ныне – заместитель редактора отдела СССР и гуманитарных проблем журнала «Новое время», и его соавтор по разоблачительным воспоминаниям П. Гутионтов – специальный корреспондент газеты «Известия».

Не остался без куска хлеба в сложный перестроечный период и бывший главный редактор «Комсомольской правды» Г. Селезнев. Не так давно он, наконец-то, покинул свой привычный, обжитый руководящий кабинет на улице Правды, 24. И стал ныне наставником наставников… И это без смеха! И совсем не игра слов!.. Как только «Учительская газета» получила официальный статус газеты ЦК КПСС, так сразу же ее главным редактором был назначен именно Г. Селезнев. И все потому, наверное, что до сих пор еще у кое-кого «вверху» в цене опытные люди конформистского толка…

Но согласитесь, далеко не каждого развеселят искренние воспоминания Н. Андреева и П. Гутионтова.

Поэтому в поддержку журналистским юмористическим силам были призваны еще и писательские, и даже артистические.

К примеру, модная нынче писательница Татьяна Толстая решила рассмешить население методом модной шоковой психотерапии.

Свое выстраданное юмористическое произведение «Не могу молчать» она начинает шуткой:

«Пушкин был еврей…»

Разумеется, просвещенный читатель, не лишенный чувства юмора, должен непременно улыбнуться.

Но от растерянной улыбки до заразительного смеха еще ой как далеко. И Т. Толстая сокращает это расстояние, продолжая шутки шутить:

«Лермонтов тоже был еврей» (Ха-ха!).

«…Гоголь – естественно, тоже еврей» (ха-ха-ха!).

«Герцен тоже был еврей» (Ха-ха-ха-ха!).

Ну, и, естественно, Лев Толстой, Тургенев, Достоевский, Гончаров, Чехов – тоже евреи.

При упоминании каждой новой известной фамилии, хохот, по Татьяне Толстой, должен неуклонно нарастать. А при упоминании современников – даже перейти в гомерический:

«Василий Белов – он же Барух Вайсман! Бондарев, он же Бундарев, он же Арон Бундер! Распутин, он же Рабинович! Куняев – Зильберминц!..»

Читатели, конечно же, хохочут до колик! И остается лишь догадываться, чем бы закончилось все это непринужденное веселье, если бы Т. Толстая, оставаясь верная своему принципу «Не могу молчать», пошла бы до конца и смеха ради расшифровала и свою фамилию…

Между тем, видимо, под воздействием шоковой смехотерапии Т. Толстой известный артист Ю. Никулин в свое первоапрельское меню включил и такой анекдот

«По улице еле-еле идет старый Рабинович. Ему кричат:

– Рабинович, как ваше здоровье?

– Не дождетесь!»

После такого фейерверка специфического местечкового веселья заинтригованный читатель вправе с нетерпением ожидать очередного первого апреля в «Огоньке». Ведь наверняка не случайно оставлено в резерве еще много русских писателей и поэтов, которых, шутя и веселя публику, можно объявить евреями.

Не исключено также, что и упомянутые выше Н. Андреев с П. Гутионтовым продолжат свой политический стриптиз, решатся на следующий обличительный шаг и поведают, как они освещали и другие исторические события «застойного» (а то и перестроечного уже) времени…

Ну, а известный клоун, народный артист СССР Ю. Никулин, может быть, порадует продолжением анекдота. И от Москвы до самых окраин станет известно, как говорится, из первых уст сдержал ли свое слово Рабинович?

Так над кем же смеетесь, весельчаки-первоапрельцы?

Раввину не даёт покоя взбунтовавшаяся Кондопога

Совершенно неожиданно позвонил ко мне раввин хоральной синагоги и попросил срочной аудиенции. Голос звонившего раввина показался мне непривычно крайне взволнованным, и я подумал: «Что это?.. Раввин хочет предъявить мне претензии по поводу моих ранее опубликованных разоблачительных материалов о расистских деяниях его соплеменников-сионистов и их вероломных планах на ближайшее будущее перестроить миропорядок под диктатуру своего племени?»

Известное же правило гласит: «Если опасность или какая-либо иная грозящая тебе неприятность неизбежна, иди им навстречу».

И встреча с раввином тут же мною была назначена.

Будучи уже хорошо знакомым с характером воинственно-нахрапистых речей вальяжного раввина, я был годов к любому повороту нашей беседы.

Я прекрасно запомнил нашу последнюю встречу с этим раввином. Тогда раввин был демонстративно улыбчивый, с блеском в глазах навыкате, лоснящийся от сытости, снисходительно посматривающий на окружающих и оттопырив нижнюю губу не совсем классических форм, он мечтательно разглагольствовал о том, как в обозримом будущем, уже в текущем веке, его соплеменники сократят численность коренных жителей планеты Земля до уровня необходимого достойного обслуживания будущего всемирного царствования сионистского племени, но не более того… Что, к примеру, общее количество великоросских славян при сионистской диктатуре составит всего 35–40 миллионов. Прочие же славянские народы должны вообще исчезнуть… А с каким сладострастием и упоением раввин тогда сказал мне, что первоочередной задачей сего дня для его соплеменников является уничтожение России и Православия, ибо эти чудища, как он выразился, по-прежнему стоят на пути сионистского племени в новый миропорядок!

И говорил всё это раввин при тогдашней моей встрече с ним громко, задиристо, гордо вскинув голову и глядя куда-то в даль.

Но того, что произошло при новой встрече с раввином, я никак не мог предполагать.

Передо мной предстал изменившейся до неузнаваемости человек. Он был сосредоточенно задумчив с извечной грустью в глазах навыкате и затаённым животным страхом.

Ссутулившись, медленным шагом раввин приблизился ко мне и протянул для приветствия руку, поникшим голосом проговорил:

– Простите меня, мой хороший друг, но то, что произошло во взбунтовавшемся карельском городе Кондопоге, меня повергло ниц, смяло и основательно просветило. Для меня стало ясно, что не за горами то время, когда Кондопога войдет в каждый дом этой страны. Если каждый ненационалистический, терпеливый и терпимый народ, доселе прибывавший в безответном большинстве, заявил о своём праве на достоинство и честь в маленькой Кондопоге, то что будет, когда он столь же решительно сделает это в крупных, исконно русских городах России? И лишь недалёкие писаки пытаются представить кондопогский конфликт как межэтнический. Но мы смотрим глубже! Ведь на месте тех, на кого подняли руку русские аборигены осенью 2006 года, могут оказаться и наши люди. Только тогда начнут крутиться не жалкие торговые точки кавказцев, а офисы крупнейших еврейских компаний и банков, владельцы которых реально управляют сейчас экономикой на постсоветском пространстве.

«Так вот, оказывается, какие события так потрясли и преобразили в недавнем прошлом помпезного, напыщенного раввина, – подумал я. – Интересно, какую сомнительную миссию на этот раз придумал для меня этот прагматичный господин, попросив внеочередной срочной встречи со мной?»

– А что вы хотите? – сказал я. – Менталитет в Кондопоге – социалистический. И жители её хотят жить по законам социализма. Люди хотят честно работать, зарабатывать, жить без вражды, но и без воров, криминальных авторитетов, без миллионеров-миллиардеров. И кондопогский бунт – это социальный взрыв, выступление народа против чуждого им образа жизни! Люди продемонстрировали готовность к активному протесту… Кондопога показала, что она не хочет верить в эти «общечеловеческие» ценности и жить по звериным законам капитализма. Происшедшее в Кондопоге можно рассматривать как начало серьёзного сопротивления.

– И что меня при сём крайне возмущает и даже, если хотите, бесит, – продолжил раввин, – так это то, что многие мои соплеменники, увлёкшись дармовым обогащением в этой стране, не хотят осмыслить и понять, что в любой момент здесь может произойти мощнейший социально-политический взрыв и нашу братию – пришельцев – русские беспощадно выметут отсюда железной метлой. Как, впрочем, уже бывало в этой стране и при царях-батюшках, и при царицах-матушках.

– От осознания эксплуатируемым большинством русского народа своего нынешнего рабского социально-экономического и политического положения и не менее рабского нравственно-духовного состояния зависит коренное изменение жизни всей многонациональной России, – сказал я. – Так было всегда в отечественной истории: с пробуждением русского сознания пробуждались все народы и нации нашей великой страны. Конечно, новую революцию сейчас здесь никто не может назначить, запланировать заранее. Заказать революцию нельзя – революция вырастает и совершается только народом. Всеобщая же вера в революцию есть уже начало революции. И протестный социально-политический взрыв трудового народа в нашей стране может произойти в любую минуту. Давно всё созрело, любая капля может стать последней.

– И эта «капля» для нас, для всего нашего сионистского движения, может оказаться роковой, – с вызовом в сердцах бросил раввин. – Проблема бессмысленного и беспощадного бунта сейчас стоит перед нами… Это опасность для нас всех… Все мы будем висеть на фонарных столбах…

Затем мой собеседник тяжело вздохнул, громко высморкался и говорит:

– Все эти дни после известных уже всему миру драматических событий в карельской Кондопоге я много передумал, пережил, тщательно всё проанализировал и пришёл к окончательному выводу: применительно к России, к русскому этносу моими соплеменниками, всем нашим многовековым сионистским движением допущен колоссальный, исторический не только тактический, но, уверен, и стратегический просчёт.

В глазах навыкате у раввина по-прежнему не было, как раньше, ни блеска, ни демонстративной взбодрённости, а были сосредоточенная задумчивость с извечной грустью и затаённый животный страх.

«Изрядно напугал город-герой Кондопога велеречивого святошу, но ещё больше он боится новых всероссийских Кондопог и грядущего всеобщего социально-политического взрыва на постсоветском пространстве!» – подумал я и спросил раввина:

– И какой же это «колоссальный, исторический просчёт» допустило ваше многовековое сионистское движение «применительно к России, к русскому этносу»?

– Скажу… – промолвил раввин, нервно подрагивая оттопыренной нижней губой. – Но вначале несколько слов из истории…

«Что ж, дослушаю до конца велеречивого раввина и на этот раз, – решил я. – Да ещё и расспрошу его обо всём подробней. А о своей встрече с раввином и о планах-намерениях сионистов поведаю трудовому народу при первой же возможности!»

– Видите ли, мой хороший друг, – продолжил раввин, – метод захвата и покорения чужих нам стран с применением тактического манёвра подрыва государственной власти изнутри был давно освоен нашими соплеменниками, противопоставляющими себя остальному человечеству. Ещё две с половиной тысячи лет назад просвещённый правитель и основатель империи, охватившей всю Западную Азию, персидский царь Кир был первым в длинном ряду марионеток-жертв, оказавшихся в руках нашего племени. Без помощи царя Кира наши люди никогда бы не смогли захватить власть в этой империи. На нём, на царе Кире, наше племя впервые показало, как можно обманом, лицемерием, подкупом и предательством пролезть в иноземное правительство, а затем подчинить все себе. Захватив же власть в иноземном государстве, наши соплеменники бесцеремонно управляли марионетками-правителями, разжигали вражду между народами и создавали конфликты, для достижения нашей «сверхнациональной» цели – мирового господства. При злых, разрушительных намерениях такая система внутри других народов действует как заряд динамита в скале, взрываемой с далёкого расстояния. И к ХХ веку этот контроль над иноземными правительствами приобрёл такую силу, что все они в значительной степени уже стояли под одной высшей властью сионистского племени. А действия этих правительств-марионеток в конечном итоге всегда служили нашему племени. Такая участь постигла и Францию, и Англию, и многие другие западные страны. В жестокой узде на этих принципах управляются нами и Соединённые Штаты Америки… Так из века в век наш тактический манёвр подрыва и захвата государственной власти иноземной державы изнутри везде и всегда с успехом реализовывался, реализуется и, хотелось бы надеяться, будет реализоваться нашими людьми во всём мире. И только в этой стране с её специфическим, особенным великоросским этносом реализовать наш тактический манёвр до сих пор нашим соплеменникам так и не удалось. Терпим крах…

– Как же «не удалось»? – прервал я раввина. – А то, что вы учинили с Советским Союзом, разве не реализация вашего коварного тактического манёвра по подрыву и захвату изнутри иноземного государства?

– То, что нашим племенем учинено с Советским Союзом, так это, как я теперь твёрдо убеждён, всего лишь наша в буквальном смысле верхушечная победа, – проговорил раввин. – Именно: верхушечная!.. Да, приступая к развалу Советского Союза, наши соплеменники применили тщательно отработанный ими веками тактический манёвр подрыва государственной власти иноземной державы изнутри. И отлично понимали с самого начала, что сама централистская природа Советского государства, вертикальная иерархия правящий в этой стране КПСС позволяли при захвате всего нескольких руководящих высот контролировать весь его колоссальный социалистический монолит. Что и было нами проделано. Захват изнутри осуществлялся подобранными нами абсолютно лояльными к нам тутошними деятелями и контроль над этой страной сводился лишь к поэтапному эффективному её разрушению с использованием существующих структур власти и передачи под наше владычество… Но – продемонстрировала недавно карельская Кондопога – нынешнее владычество наших соплеменников в этой стране абсолютно половинчатое, неустойчивое, обманчивое, кажущееся, иллюзорное и призрачное. А всё потому, что, захватывая государственную власть в Советском Союзе, наши соплеменники сделали ставку исключительно на покладистую к нам правящую советско-партийной верхушку. И совершенно недооценили и упустили из виду, как теперь стало совершенно очевидно, реальный взрывной протестный потенциал трудовых низов русского этноса, их силу и влияние.

– Вы недовольны тем, как сработала тогдашняя советско-партийная верхушка в пользу вашего движения при развале сионистами страны Советов? – спросил я.

– Ни в коем разе, – возразил раввин. – Все наши пособники из русских аборигенов синхронно и динамично действовали в роковой для Советского Союза час испытаний. Весомый вклад в развал родного Отечества внесли и члены ЦК КПСС, его секретари, члены Политбюро, и руководители тогдашнего Совмина СССР, Президиума Верховного Совета СССР, и, конечно же, генералы центрального аппарата КГБ СССР… Да и много других фигурантов такого же властного уровня, не говоря уже о многочисленной околокремлёвской челяди, проституирующих журналистах, писателях, деятелях науки, культуры и иной подобной пресмыкающейся мелкоте, обслуживающей верхушку политической власти в стране при любом режиме и во все времена.

– И в чём же все они состоялись в советские времена? – поинтересовался я.

– Русачки, изрядно подсобившие нам в развале Советского Союза, – пояснил раввин, – это те, которые в «застойные» годы социализма, используя его преимущества, не только успели получить два-три высших образования, запастись всякими там учёными степенями-званиями, успешно продвинуться по партийно-государственной вертикали власти, но и максимально в жестоких рамках условий тогдашнего режима сумели незаметно изрядно, по тем временам, обогатиться, приблизившись к номенклатурному, партийному «корыту». По мере же освобождения цековской «кормушки» у привилегированных советских людей и их семей проявился вкус к разного рода частной собственности, к финансам, к недвижимости и так быстро развился, что многие из них готовы уже были поменять власть на собственность. Когда встал вопрос: власть или собственность, – без колебаний сделали ставку на собственность! А, нажившись, бывшие привилегированные советские люди пришли к выводу, что большая частная собственность – это та же власть. И как ныне убедительно продемонстрировали им наши еврейские скороспелки-миллиардеры, собственность бывает и посильнее власти. Потому при нынешней нашей власти в этой стране они только наращивают темпы приобретения разных форм и видов собственности, используя все свои неформальные ресурсы. Благо, что с приходом наших соплеменников к власти в этой стране мы не только не стали преследовать их за коммунистическое прошлое, позволили им плавно вписаться в базарную экономику и продолжать далее обогащаться в недостижимых ранее размерах, но наши соплеменники охотно стали использовать в своих интересах и их истинный советский профессионализм. За что сейчас, при нашей власти в этой стране, проявив известную гибкость, они стали охотно, не без корысти функционировать в штате новых властных структур: в президентской администрации, в Белом доме, в Госдуме, в Совете Федерации, в силовых министерствах, не говоря уже о разного рода коммерческих фирмах, банках, охранных агентствах и всевозможных фондах, включая Сороса и несть конца…

– Иными словами, – говорю собеседнику, – ваши соплеменники и вы лично довольны тем, как тогдашняя покладистая к вам правящая советско-партийная верхушка со своим окружением эффективно и слаженно подсобила вашему движению в развале Советского Союза и как преданно продолжает вам служить сейчас?

– Безусловно, – соглашается раввин, – целиком и полностью довольны… За что им, нашим пособникам из русских аборигенов, наша безмерная благодарность! А вот в отношении наших соплеменников – тут разговор совсем иного рода. В самом деле, как можно было нашим соплеменникам, готовясь к заключительному этапу закабаления этой страны, заполнить, подчинить себе в услужение лишь одну часть русского этноса – правящую верхушку страны с её челядью и совершенно недооценить, сбросить со счетов другую часть русского этноса – трудовые низы? Как можно было нашим соплеменникам упустить из вида принципиальное различие этих двух составляющих частей русского этноса и вытекающих отсюда неотвратимых последствий.

– И в чём же это «принципиальное различие двух составляющих частей русского этноса»? – спрашиваю я.

– Могу сказать, – продолжает раввин. – Подсобившие нам в развале Советского Союза русские аборигены – это люди, живущие только для нужды своей, они только брюхо набивают, ставят выше всего свои личные интересы и всю свою жизнь исповедуют лишь одну-единственную махровую, эгоистическую мещанско-обывательскую мораль: «Умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт». Все они, наши пособники из русских аборигенов, клялись жизнью своей защищать страну Советов, а совершили предательство: осознанно, добровольно, без единого выстрела сдали Советский Союз его многовековому исконному врагу – просионистским силам. Да ещё, к стыду и позору своему, все они как один не только цинично изменили военной и партийной присяге, но на глазах у бедствующего трудового народа почти поголовно, используя свои профессиональные навыки и связи, бросились в бизнес и приватизацию общенародной недвижимости… А случись сейчас в этой стране вздыбятся трудовые массы, то, можно не сомневаться, наши нынешние пособники из русских аборигенов тут как тут, сразу же заявятся снова в Кремль с претензиями поуправлять и порулить бунтовщиками-победителями, а заодно при этом вдоволь пображничать и обогатиться.

– В отношении этой части русского этноса, – сказал я, – тут всё ясно. А в чём отличие второй его части?

– О том, кто представляет вторую часть русского этноса, – пояснил раввин, – убедительно наглядно недавно продемонстрировала взбунтовавшаяся карельская Кондопога. Это люди, живущие не для брюха, а для души, для правды. Практически в каждом поступке и действии представителей этих двух частей русского этноса объективно проявляется их истинная сущность. У людей, собравшихся в те знаменательные дни вместе на главной площади Кондопоги, было и чувство собственной силы, и молчаливый вызов. Силу своего вызова, несомненно, чувствовали сами люди, собравшиеся там, в Кондопоге. Эта сила вызова всегда заражала русского человека, звала стукнуть шапкой о землю, взяться очертя голову за неподъёмный труд, что называется не зная брода броситься в любую «воду», бескомпромиссно борясь за социальную справедливость и, наконец, ринуться безоглядно в схватку, в самую гущу врагов всех мастей… Именно из этой части русского этноса родились Иван Сусанин и молодогвардейцы, Александр Матросов и Зоя Космодемьянская, Николай Гастелло и многие-многие истинные патриоты… Зачем они рисковали? Почему не выждали более удобного времени, безопасных условий? Потому что знали свой народ, своих соратников. И именно только трудовые низы – эта часть русского этноса может сейчас реально воспрепятствовать нашему движению в уничтожении России и Православия, стоящих на пути сионистского племени в новый миропорядок! А без уничтожении нами России и Православия всемирного царствования сионистского племени нам не видать.

– И что же вы собираетесь предпринять сейчас, с учётом складывающийся ситуации на постсоветском пространстве? – продолжаю спрашивать раввина.

– Бороться и побеждать! – с вызовом вскрикивает он. – Мы должны прежде всего форсированно вытравить из душ русских аборигенов, представляющих трудовые низы этой страны, негативное, предвзятое отношение к нам, к нашей сионистской идеологии, к нашим преуспевающим миллиардерам-олигархам и ко всему, что связано с еврейством. Само собой в этих трудовых низах русских аборигенах в кратчайшие сроки должно быть покончено и с коллективизмом, их объединяющим, и с пресловутой классовой пролетарской солидарностью, и со многими другими атрибутами тоталитарного советского наследия… Надо раз и навсегда внушить, вдолбить в головы русских аборигенов из трудовых низов, что в развале Советского Союза повинны не наше сионистское племя и его расистская идеология, а исключительно они сами, русские аборигены, и так называемый мировой империализм в лице в первую очередь руководства США и зажравшегося запада.

– Для решения поставленных задач вы применили новые, оригинальные методы воздействия на человеческую психику? – поинтересовался я.

– Ничего особенного, – сказал раввин. – Для начала мы, как обычно, прибегли к активному содействию нам со стороны бывших властных русачков, оставленных ранее нами в резерве на «чёрный день». И результаты не заставили себя ждать! Посмотрите как, к примеру, искусно и изобретательно оградил наше сионистское движение от критики и обвинений за развал Советского Союза наш пособник-резервист, бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС. Выступая перед представителями трудовых низов русских аборигенов, он не стал выискивать конкретных врагов русского трудового народа, приведших его ныне к роковой черте. Решительно отверг этот наш ретивый пособник-резервист и всяческие обвинения присутствующих в адрес сионистов, якобы повинных в развале этой страны. Чётко, лаконично, в доступном виде, не прибегая к подробностям, в общих словах, он ловко сформулировал первопричины развала Советского Союза: «Во-первых, – авторитетно заявил этот бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС, – более 70 лет в этой стране действовал внешний фактор. Союз всегда хотели уничтожить. Во-вторых, у нас хватало людей внутри страны, которые активно работали на развал. В-третьих, у руководства партией и государства оказался враг трудового народа, предатель и недоумок Горбачёв, который всё время врал и изворачивался. В-четвёртых, люди в погонах не выполнили присягу…»

Закончив цитировать пособника-резервиста, раввин самодовольно улыбнулся и сказал:

– Согласитесь, умница этот бывший кадровый цековский управленец! И как всё же остроумно, достойно он оградил наших людей от нападок на них трудовых низов русских аборигенов.. А вот с какой похвальной тирадой в наш адрес обратился днями к трудовым низам русских аборигенов другой наш пособник-резервист, бывший заместитель Генерального прокурора СССР…

Раввин достал из «дипломата» брошюру, раскрыл её и прочитал в приподнятом тоне: «Поражаешься, как “русские патриоты” готовы обвинять в бедах, свалившихся на нашу страну, сионизм и Бог весть кого. И вовсе становятся необъяснимыми их стенания по поводу “еврейского ига”. За то, что произошло с Россией, русские должны винить в первую очередь самих себя, свою неорганизованность и беспечность. Кто нам мешает быть лучше, перенять это лучшее у тех же евреев? Кто нам мешает любить друг друга и помогать друг другу, как делают это евреи? Кто нам, наконец, мешает формировать и поддерживать свои кадры, с упорством идти к достижению целей, как делают это евреи?..»

Закрыв брошюру бывшего заместителя Генерального прокурора СССР, раввин с вызовом посмотрел на меня, смачно с удовольствием причмокнул и воскликнул: «Не плохо, а?»

Затем раввин извлёк из «дипломата» газету и, развернув её, сказал:

– А теперь послушайте, как элегантно осадил, отбрил и отутюжил рвущуюся к верховной власти шантрапу из русских трудовых низов, а заодно как уважительно возвеличил и поднял на пьедестал почёта наших еврейских миллиардеров-олигархов другой бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС.

И раввин вдохновенно стал цитировать этого другого члена Политбюро, секретаря ЦК КПСС: «Сейчас среди трудового люда нашего общества только и разговоров: на постсоветском пространстве вот-вот грянет революция. А это значит скачкообразная смена формаций, переход от прежнего, старого общественно-политического строя к новому, при котором, в нашем случае, собственность на средства производства немедленно изымается у её нынешних владельцев еврейских миллиардеров-олигархов и национализируется. Но прежние владельцы собственности бывают этим очень недовольны и организуют ожесточённое сопротивление. Дело, как вы помните, при посредстве иностранной интеграции в нашей стране в прошлом веке даже обернулось гражданской войной. А надо ли обществу, чтобы погибли самые лучшие его представители? И как можно избежать конфронтации между трудовыми народами и еврейскими миллиардерами-олигархами?.. Да, существует множество людей труда, которые считают, что национализация – это единственное средство и другого нет. Между тем, если собственник на средства производства еврейский миллиардер-олигарх служит не только своей алчности, а ещё кое-что отстёгивает обществу, то обязательно ли отнимать у него средства производства? Ведь какие еврейские миллиардеры-олигархи ни есть, но они всё же ныне как-то содержат не только толпы бюрократов, но и армию, пенсионеров и какие-то остатки социального обеспечения. И если отобрать у еврейских миллиардеров-олигархов сразу всю собственность, то кто будет ею управлять? Ведь управленец – это, как минимум, десятилетие опыта, а у кого он сейчас в стране есть, кроме еврейских миллиардеров-олигархов? Конечно, у людей труда «желающих порулить», могут быть искренние намерения сделать «как лучше», но мы же понимаем, что именно у них будет получаться, пока не пройдут годы и они не научатся. Несложно прикинуть, что получается, когда вместо опытных управленцев хозяйством начинают рулить невежды из трудовых низов, о которых ещё Ленин говорил, что они могут умереть за революцию, но не способны созидать новый строй. И потому трудовому народу неизбежно потребуется, чтобы еврейские миллиардеры-олигархи остались. Чтобы не допустить нового развала народного хозяйства… Есть и ещё один аспект в этом деле. Еврейские миллиардеры-олигархи утащили за границу очень много капитала, и если отнять у еврейских миллиардеров-олигархов собственность здесь, то они уедут к своим деньгам за рубеж, и страна потеряет опытнейших, эффективных управленцев. А зачем нам, русским, лишаться кур, несущих золотые яйца? И если русские люди труда действительно истинные патриоты своей страны и искренне пекутся о её будущем, то они должны заботиться лишь о том, чтобы экономикой России продолжали беспрепятственно управлять еврейские миллиардеры-олигархи даже и после возможной грядущей революции».

Закончив цитировать и этого бывшего члена Политбюро, секретаря ЦК КПСС, раввин игриво ухмыльнулся и восторженно сказал:

– Как всё же тонко, по-иезуитски приложил трудовые низы русских аборигенов этот бывший цековский управленец, наш пособник-резервист! Не правда ли?..

– Да, резервисты – ваши пособники из бывших властно советско-партийных структур – у вас отменные! – не без горечи сказал я.

– В самое короткое время, – продолжал раввин, – мы создадим мощную информационную службу, которая, продолжая активную антисталинскую компанию, должна будет работать столь безошибочно и слаженно, чтобы ни в одном районе на постсоветском пространстве не смогла возникнуть такая личность, как Сталин. Ведь для нас, для нашего сионистского племени, опасны не трудовые массы русского народа сами по себе, а присущая им сила порождать такие личности, способные, опираясь на знание души русского народа, привести эти трудовые массы в движение.

Я в упор разглядывал собеседника и думал:

«Боязнь грядущей неотвратимой расплаты за всё содеянное в глазах раввина очевиднейшая. Причина этому одна – страх перед будущим! Страх, что в России несмотря на разграбление её богатств, промывание мозгов, оболванивание населения всё же появится человек масштаба Сталина, который снова сумеет организовать трудовые массы русского народа на созидание и восстановление великой державы!»

– А ещё, – приободрившись, сказал раввин, – нам бы хотелось в ближайшее время вбросить и внедрить в массовое сознание трудовых низов русских аборигенов этакий синтетический, собирательный, художественный образ современника, на которого они, эти трудовые низы русских аборигенов, должны ориентироваться в своей жизни и во всём ему подрожать. И если все аборигены из русских трудовых низов будут на него похожи, то нашему сионистскому движению больше и желать было бы нечего.

– И что это за «синтетический, собирательный, художественный образ»? – поинтересовался я.

– Этот образ, – говорит раввин, – должен представлять как бы помесь-гибрид осовремененного, порвавшего со своими родословными корнями, тщеславного, самодовольного, невежественного, толстокожего, спесивого мольеровского «мещанина во дворянстве». Типичнейшего нашего верного пособника в развале Советского Союза из властных советско-партийных структур, живущего исключительно для наживы своей и готового в личных интересах, в интересах только набивания своего брюха предать кого угодно, что угодно, вплоть до своей Родины, которую он ранее клялся жизнью своей защищать. Этот синтетический, собирательный, художественный образ, внедрённый в массовое сознание трудовых низов русских аборигенов, должен их основательно убедить, что отныне жить каждому из них нужно только на свою потребу и во всех случая действовать исключительно в своих эгоистических интересах. Что на смену коммунистической идеологии в этой стране окончательно пришла сионистская идеология. И все русские аборигены из трудовых низов, осознанно идущие в услужение сионистской идеологии, пусть фанатически верят, что в благодарность за это они с нашего барского стола пусть крохи, но всегда получат.

– И нашёлся уже писатель-подрядчик, согласившийся сотворить такой вот литературный образ-гибрид? – спрашиваю.

– Конечно же, лучшего б варианта не было бы, если бы за эту миссию взялись вы, – лукаво щурясь, подмигнул мне.

Я улыбнулся и широко развёл руками.

С лицо раввина мгновенно окаменело.

– Жаль… – понуро сказал он. – Но, я думаю, что и в таком случае у нас в этом не будет проблем. Поиздержавшихся, политически неприкаянных, блуждающих писателей в этой стране – пруд пруди. А мы со своей стороны, как говориться, за ценой не постоим!

– Мне кажется, – заметил ему, – вы придаёте деньгам слишком большое значение. Между тем корысть – чувство настолько предосудительное и до такой степени низменное, что порядочному человеку не должно выказывать к ней особой склонности.

– Извините, мой хороший друг, – покривился собеседник, – но нас совершенно не колышат ни аморальность, ни безнравственность любого человека, если он чётко выполняет нашу волю и действует с полной отдачей в интересах сионистского движения, приближает нас к заветной цели. Цель нашего движения в этой стране сейчас, повторяю, одна: уничтожение России и Православия, ибо эти чудища по-прежнему стоят на пути сионистского племени в новый миропорядок. И эта цель будет достигнута нашим движением любой ценой, любыми средствами!

– Ничего у вас не получится, – возразил я, – слишком замахнулись: и с коммунистической идеологией хотите покончить, и с Православной, и Россию намерены стереть с земли… – Вы что, не знаете историю Руси? Не знаете, чем заканчивается в нашей стране оккупация для оккупантов?

От моих слов раввин еще более потускнел, помрачнел, поник извечной грустью в глазах навыкате и затаённым животным страхом.

Так раввин оставался лишь на какое-то мгновение, затем собрался:

– Ну что ж, если, конечно, так случится, – упавшим голосом протянул раввин, – если нам не удастся заполнить сердца и души русских аборигенов, то мы покинем Россию, такое уже в нашей практике уже бывало… – и тут же, снова приободрившись, добавил: – Мы всегда готовы уйти от гнева и ненависти коренного народа страны нашего пребывания, уйти туда, где нас примут в расчёте оживить экономику нашими капиталами. Периодическая смена стран пребывания в поисках более благоприятных условий существования является частью нашей стратегии. В этом заключается символ «вечного жида» – Агасфера – неиссякаемого оптимиста и вечного странника. Но уйти из России мы должны не бедными и больными, а здоровыми и богатыми. Деньги – это наши ноги. Мы смещаем свой центр тяжести туда, куда предварительно переведены наши деньги, наш капитал. Окрепнув материально в странах рассеяния, собрав с них свою дань, время от времени мы собираемся на земле наших предков для того, чтобы укрепить наш дух, наши силы, нашу веру в единство. Мы собираемся для того, чтобы снова разойтись. И так во все века!..

Я не стал дольше слушать раввина, развернулся и ушёл.

– Куда же вы, куда? – надрывисто кричал он мне в спину. – Мы же недоговорили, мы же старые добрые люди…

Но я не реагировал. Я шёл и думал лишь о том, как, что и в какой последовательности я расскажу людям труда о моей встрече с представителем расистского сионистского племени, стремящегося закабалить не только русский народ, но и все коренные народы Земли.

28.03.07 г.

Присяга

Памфлет[5]

Воистину все смешалось в головах наших соотечественников-современников! Никаких не осталось понятий: ни чести, ни достоинства, ни нравственности, ни совести, ни морали… Все перевернулось вверх ногами!

Представляю, что было бы с теми людьми, которые при входе на Красную площадь в славном 1945 г. в день Победы пытались бы раздавать ликующим москвичам власовские флажки! Не успели бы среагировать ни милиция, ни НКГБ, как сам возмущенный народ растерзал бы этих мерзавцев, всучавших эту предательскую, зловещую символику.

А тут, 50 лет спустя, никто не только не возмущался, но спокойненько брал власовские флажки, чинно направляясь к гостевым трибунам.

На трибунах же среди цивильного, сановного, расфуфыренного люда – сотни генеральских парадных мундиров. Сплошь сияющие сытые лица. Все в напряжении ждут начала представления.

На трибуну Мавзолея В.И. Ленина, имя которого на мраморе было цинично и опасливо завешано зеленой тряпкой, взбирается разрушитель Советского Союза Ельцин. И занимает то самое место, где 50 лет назад во время исторического парада Победы советского народа над фашизмом стоял Генералиссимус Иосиф Виссарионович Сталин.

И представление началось.

На Красную площадь в открытых лимузинах выехали Маршал бывшего Советского Союза и генерал бывшей Советской Армии. Обменялись они приветствием, дали команду участникам представления и пошло-поехало движение…

Впереди всех, ухватив легендарное Знамя Победы, водруженное в памятном 1945 г. над рейхстагом поверженной гитлеровской Германии, чеканил шаг Одинцов, дважды Герой бывшего Советского Союза, генерал-полковник бывшей Советской Армии, а ныне председатель Российской ассоциации Героев и полных кавалеров Ордена Славы, глава Всемирного Русского Собора и председатель Комитета памяти Маршала Советского Союза Г.К. Жукова.

Прошел знаменосец мимо Мавзолея. А на трибуне Ельцин с застывшей улыбкой наблюдал за плодами своей собственной победы, отмечая свое торжество. То, что не удалось Гитлеру свершить со страной Советов за четыре года кровавой бойни, он, бывший кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС, сполна реализовал без единого выстрела. Регулярно посматривал при этом новоявленный российский властелин и на стоящего у подножья Мавзолея самого дорогого американского гостя Клинтона, президента оставшейся единственной мировой супердержавы после разрушения СССР. Тот, похоже, не скрывал своего удовлетворения от происходящего.

Ветераны шли по 20 человек в шеренге. А чтобы для взобравшихся на Мавзолей и, конечно же, для господина Клинтона шеренги шагающих ветеранов смотрелись приятней, многих ветеранов обязали держать друг друга за мизинцы. Кстати, вспоминается, что когда в июле 1944 г. 60 тыс. военнопленных фашистов провели под конвоем по улице Горького, то их в шеренгах было тоже по 20. Но им победители позволили идти вольным шагом и вовсе не требовали держать равнение в рядах, используя мизинцы…

– А как же насчет присяги? – кивая на проходящие мимо шеренги ветеранов, спросил я рядом стоящего полковника с двуглавым орлом на тулье фуражки.

– Это ж о какой присяге вы говорите? – на вопрос вопросом вежливо ответил мне служивый.

– О той, о Советской!

– Ну-у!.. – протянул офицер. – Это уже все в прошлом…

– Как «в прошлом»? – возмутился я. – Разве не клялись жизнью служить своей социалистической Родине и Советскому народу? Разве не во имя свободы и независимости нашей Родины, неуклонно исполняя присягу и воинский долг, отдавали свои жизни Александр Матросов, Зоя Космодемьянская, генерал Карбышев и многие миллионы советских людей?

– Я, конечно, понимаю, – замялся полковник. – Изменить присяге – это значит изменить своей Родине. Но почему претензии только ко мне? Я и до звания полковника дослужился совсем недавно… А посмотрите вокруг, сколько всяких генералов и маршалов родов войск! Все они предали забвению Советскую присягу, изменили клятве. И без зазрения совести служат теперь новому хозяину, пользуясь большими благами… Так это общевойсковики! А возьмите кадровых чинов госбезопасности, МВД, прокуратуры, которые в один миг переметнулись на другую сторону без малейшего сопротивления… Разве с них не должно быть сурового спроса?.. А всему этому массовому клятвопреступничеству и предательству Советской Родины подал пример «лучший немец», последний Верховный Главнокомандующий Советского Союза… А теперь он по вызовам иноземцев, на их деньги, разъезжает по всему миру и бахвалится, как ему удалось подвести к пропасти великий могучий Советский Союз…

Я слушал суетливый говорок лощеного полковника, облаченного в новенький, на манер немецкого, мундир, и думал:

«Что же среди многотысячного офицерского корпуса нашей легендарной, никем не побежденной в боях Советской Армии никого так и не нашлось верного присяге, чести и долгу? Неужели предательство ради корысти сильнее присяги? И инстинкт самосохранения, ублажения брюха оказался выше интересов социалистического Отечества?.. Так не пора ли трудовому народу положить конец этому беспрецедентному позору и призвать к ответу всех клятвопреступников?»

Что перевесило: зло или добро?[6]

Прохожу я 15 апреля поутру мимо Колонного зала Дома Союзов, вдруг ко мне подходит интеллигентного вида мужчина и говорит:

– Не хотели бы вы поприсутствовать на политическом шоу? Есть лишнее приглашение!.. Моя жена наотрез отказалась идти, заявив, что никак не хочется вновь видеть надоевшие на экране телевизора физиономии пучеглазых мелкотравчатых политиканов. А я все же наберусь терпения погляжу и послушаю.

И незнакомец вручил мне роскошное приглашение, исполненное на мелованной бумаге. На лицевой стороне того приглашении крупными буквами было напечатано: «Никита Сергеевич ХРУЩЕВ. 100 лет со дня рождения». А на развороте фотография Н.С. Хрущева с его провидческим высказыванием: «Умру я… Положат люди на весы дела мои. На одну чашу дела худые, на другую – добрые… И добро перетянет».

Рядышком же с фотографией упоминались и те «люди», которые взяли на себя труд организовать конференцию, посвященную 100-летию со дня рождения Н.С. Хрущева, и «положить на весы» дела бывшего первого лица государства: Г.А. Арбатов, Ю.Н. Афанасьев, О.Т. Богомолов, Ф.М. Бурлацкий, Д.А. Волкогонов. Г.Б. Волчек, А.И. Гельман, А.С. Грачев, И.А. Дедков, Ф.А. Искандер, Д.Н. Кугультинов, Ю.М. Лужков, Ф.Т. Моргун, Э.И. Неизвестный, Г.Х. Попов, А.А. Собчак, М.М. Хуциев. А.Н. Яковлев, Е.В. Яковлев, Н.А. Аджубей, Р.Г. Пихоя…

– А что тут особого? – промолвил я. – Народ здесь перечислен вроде бы известный.

– Не только известный, но и ловкий, – парировал собеседник. – Всегда и при всех властях у золотого корыта… Я, правда, пока не могу представить, как псевдодемократы хотят использовать личность Хрущева в своих целях, о чем собираются говорить… Зачем он им именно сейчас понадобился?.. Конечно, Хрущев – фигура неоднозначная. Но при всем при том он и массовое строительство жилья развернул, и создал стройную систему государственного социального обеспечения, и помог запустить в космос первого человека Земли, и предотвратил агрессию империалистов против социалистической Кубы… Короче, Хрущев был убежденным коммунистом и в отличие от нынешних «демократов» – созидателем, а не разрушителем.

«А почему бы и не посетить это мероприятие!» – мелькнула у меня мысль, и в сопровождении своего собеседника я вошел в Колонный зал.

С трибуны уже размеренно вещал непотопляемый бывший главный идеолог ЦК КПСС, а ныне идейный наставник строителей капитализма А.Н. Яковлев.

– Ну вот, пожалуйста!.. – не замедлил со своим комментарием мой спутник. – Наш идеологический пострел, как всегда, уже первым поспел!

Уселись мы поудобней в креслах. Яковлев между тем с величайшим сожалением и даже скорбью упрекал Хрущева в том, что тот нанес удар лишь по сталинизму, а не сокрушил до основания вею социалистическую систему. И основная трудоемкая работа, мол, по демонтажу и уничтожению государственного социалистического строя страны Советов пришлась уже на долю их, нынешних демократов…

– Вот какой типчик восседал в кресле главного идеолога КПСС, – с презрением промолвил мой теперь уже знакомец. – А мы-то, весь народ, и не подозревали о его истинных коварных намерениях…

С трибуны же продолжал звучать монотонный голос бывшего члена Политбюро ЦК КПСС А.Н. Яковлева:

– Хрущев – вулкан энергии! Он обхитрил даже такую бестию, как Берия… С ветерком несся Хрущев по свету!.. Но сделав крупнейший шаг в обличении сталинизма, он лишь стащил социализм на грязную мостовую… Хрущев был утопистом. Он верил, что колхозы лучше ферм. Не мог понять, что частная собственность непобедима… Как истинный «русский медведь», Хрущев вкосолапку бросился догонять Америку… А побаивался Хрущев только Жукова. Изгнание Жукова – самая большая ошибка Хрущева…

– Конечно, Хрущев боялся Жукова, – вставил мой сосед. – Потому что был многим обязан ему и зависим от него…

А Яковлев между тем все продолжал:

– Пока же опасная, мерзкая топь прошлого еще сидит у нас… Иллюзии социализма еще живы! Некоторые еще верят в Маркса, Ленина… Иными словами, языческая религия еще жива. Мы не имеем права сбиться с пути. Реформа должна стать перманентной! Иначе возможен реванш…

И совершая хаотический экскурс в прошлое, Яковлев называл Хрущева то «большевистским Александром Вторым», то предтечей современного «духовного прорыва».

– Ну и перевертыш же этот Яковлев, – в сердцах проговорил мой сосед, – и если бы только он один из верхушки! А то кого ни возьми…

При сих словах мой сосед кивнул в сторону президиума конференции во главе с Г.X. Поповым, который в этот момент предоставил слово мэру Москвы Ю.М. Лужкову.

– Хрущев энергичный и подвижный, как ртуть! – сказал столичный мэр. – Он предпринял первый штурм строя, установленного после 1917 года. Нам, нынешним участникам строительства нового общества, есть чему учиться у Хрущева…

– Теперь я понял, зачем они, эти высокопоставленные демократы, дружно собрались здесь и проявляют такой повышенный интерес к личности Хрущева! – произнес мой сосед. – Их антинародные реформы потерпели закономерный крах. Народ воочию убедился в их экономическом, идеологическом и нравственном бесплодии. И теперь псевдодемократы пытаются подстраховаться на будущее, нутром чуя приближающуюся неотвратимую смену режима – воссоздание истинно народной Советской власти. Потому-то они и обращаются к истории, стремятся выискать себе соответствующие аналогии и параллели в деятельности Хрущева, чтобы опереться на них, завуалировать и оправдать результаты своей подрывной деятельности. Чтобы когда их, разрушителей великой державы, привлекут к ответу, они могли бы сослаться на Хрущева: мол, всю эту кашу он, «русский медведь», заварил, а мы, дескать, по инерции стали его последователями…

И как бы в подтверждение слов, высказанных моим соседом, взобравшийся на трибуну сам председатель РДДР Г.Х. Попов заявил:

– Хрущев – дальний родственник наших преобразований… Объективно уже тогда при Хрущеве можно было приступить к демонтажу социализма в этой стране. Поставив под сомнение культ Сталина, он подтолкнул других к выводам о неприемлемости социализма как системы…

– И это говорит профессор, который прекрасно знает величайшие достижения социалистического государства! – даже воскликнул мой сосед. – Или он не хочет помнить о победе в Великой Отечественной войне, о восстановлении и развитии народного хозяйства в краткратчайшие сроки, о том, что после такой войны постоянно снижались цены? Или, может, ему неведомо об успехах нашей науки и социальных завоеваниях? Ведь было бесплатное образование, здравоохранение, гарантированное право на труд и другие блага…

В унисон Г.Х. Попову высказался и придворный толкователь новейшей истории с односторонним уклоном генерал Д.А. Волкогонов.

– Хрущев нанес первый страшный удар по сталинизму, по всей системе социализма! – с апломбом провозгласил он. – Хрущев стал нашим освободителем духа…

– Ну, от этого профессионального очернителя социализма ничего иного и ждать нельзя! – бросил мой сосед. – Как же можно наотмашь отвергать социализм, когда за ним будущее!

В таком же духе выступили и другие «активисты», восседавшие на эстрадных подмостках Колонного зала.

Но звучала с трибуны и вполне конкретная критика.

Так, сын Н.С. Хрущева – Сергей Никитич, обращаясь к А.Н. Яковлеву, без обиняков упрекнул его, что важный официальный документ, касающийся судьбы полного текста мемуаров Никиты Сергеевича, чудесным образом исчез в недрах аппарата главного идеолога перестройки. В ответ Яковлев вначале снисходительно улыбнулся: мол, давай-давай, поговори. А когда прозвучал громовой хохот зала, улыбка с лица сановника исчезла и уже не появлялась до конца мероприятия.

Бросил испепеляющий взгляд на сидящего в президиуме А.Н. Яковлева и бывший сподвижник Н.С Хрущева – Ф.Т. Моргун.

– Каждый мнит себя стратегом, видя бой со стороны! – воскликнул он.

А почтеннейшая, седовласая А.М. Бухарина-Ларина и вовсе выразила сомнение в аналитических способностях академика А.Н. Яковлева. Упомянув его публикацию, где утверждалось, что убийство Кирова не доказано, Анна Михайловна откровенно заметила: «Только дурак может утверждать, что убийство Кирова не доказано». И в подтверждение своих слов она прочитала обширную цитату из выступления Н.С. Хрущева.

Не менее критично по отношению к текущему моменту высказался и перестроечный маршал Е.И. Шапошников.

– Во все времена была вера, – поделился он своими мудрыми раздумьями. – А после 1991 гола верить не во что…

И маршал тут же поставил боевую задачу: «уцепиться за идею».

С более общими критическими замечаниями в адрес нынешней демократии и размышлениями о будущем выступил живой классик драматургии, автор бессмертной «Премии» А.И. Гельман.

– Сегодня мы ощущаем неуправляемость свободой, – высказал он основополагающую мысль. – У нас нет управления свободой. И это страшно. Что будет дальше у нас со свободой?.. Девять лет нынешней свободы отличаются унынием, тоской. И вся эта нынешняя свобода привела не к освобождению творческих сил, а к освобождению кровавых конфликтов… А все потому, что свободу ныне получили прежде всего темные силы…

Любимец же демократической общественности, бывший народный депутат СССР от города Харькова Е.А. Евтушенко был, как всегда, краток и говорил стихами. Подводя итог социально-экономической катастрофы, в которую сознательно ввергла великую державу нынешняя впасть, он афористично сформулировал его как путь «от хрущевских ракет до наших рэкетиров».

А когда мы выходили из Колонного зала, мой спутник воскликнул:

– Нет, все-таки зло в делах Хрущева перетянуло добро!

А как вы думаете?

Все – на продажу!

За считанные месяцы в столице напрочь разрушена система общественного питания, которая складывалась десятилетиями

Наслушавшись восторженных радиотелевизионных реляций о чрезмерных успехах повсеместной малой и средней приватизации госсобственности в нашей столице, я недавно отправился по общепитовским точкам. Дай, думаю, узнаю, что там и почем предлагают потребителям новые хозяева жизни, а заодно, при сносных ценах, и перекушу.

И вот что из этого получилось.

Сразу же на улице Пятницкой, откуда я начал свой поход, меня ожидал сюрприз. В доме под номером 30, где раньше функционировало общедоступное и любимое народом молочное кафе, теперь была открыта ресторация «Валентина». В зале не было ни одного посетителя. Зато у входа – молодцеватый охранник.

– Милости просим! – вышел мне навстречу улыбчивый новоявленный хозяин харчевни Н. Циркуненко,– В пределах десяти тысяч рублей вы можете откушать у нас крабов, свиного шницелька…

– Да мне,– говорю,– разве что кашки молочной, стакан кефира.

– Тогда это не к нам! Припоздали, милый мой, несколько… Такой мелочевкой теперь тут не занимаются.

Смущенно порывшись в кошельке, я взял курс на кафе «Лазания», дислоцированное тут же, на улице Пятницкой, в доме № 40. До недавнего времени здесь процветала опять же общедоступная и популярная в народе гостеприимная гособщепитовская чайная. А сейчас президент «Лазании» Г. Аракелов предложил мне телятинку по пятнадцать тысяч рублей за порцию, рыбу в соусе по семнадцать тысяч… А когда я повернулся к выходу, до меня донеслись слова: «Ну, возьмите хотя бы мозги по тринадцать тысяч рублей за порцию или почки «Леонардо» всего лишь за восемь тысяч рублей!»

Но я не стал тревожить почки неизвестного мне Леонардо – мир праху его. А переместившись в центр столицы, и вовсе подивился ценам, обозначенным в Меню новоявленных харчевень с броскими иноземными вывесками.

В застойный докооперативный период в кафе «Марс» рядом с Театром им. Ермоловой можно было вполне прилично поесть на рубль: и мясца вкусить, и сметанки, и пирожного… Сейчас же здесь на фасаде здания огромными буквами начертано: «ЛА КАНТИНА». А хозяйничает ныне вовсю в этом общепитовском заведении англичанин С. Конвей. Судя по меню, сей моложавый сэр быстро освоился в нашей столице. За кусочек говядины или курицы в его кафе у посетителя требуют как минимум 16 тысяч рублей. И никакого в меню намека, сколько ж телятинки или курочки подадут тебе за эти немалые, прямо скажем, тысячи? Может, сто граммов, а может, тридцать?

И так повсюду, куда я заходил! И в ресторане «Европейский», что дислоцируется в гостинице «Метрополь», и в ресторане «Север», что на Тверской улице, и в ресторане «Парадиз», что уютно расположился в гостинице «Москва»… Мясные и рыбные блюда здесь вполне определенно оценены суммами в пределах 20-40 тысяч рублей. И опять же ничего не сказано в меню: сколько в тех порциях мясца и сколько рыбки.

– Зато у нас в меню все расписано до грамма! – сказал мне Д. Демченко, заместитель директора ресторана «Токио», освоившего обширную площадь под крышей гостиницы «Россия».

И точно! В меню этого общедоступного ухоженного питательного заведения против блюда под названием «мясо» четко указано; «по 150 г», А рядом и цена порции кушанья точно обозначена – 50 долларов. Что в пересчете по нынешнему обменному валютному курсу составляет более 60 тысяч рублей…

Впрочем, это не предел! В ресторане «Серебряный век», вольготно расположившемся недавно в здании Центральных бань, вам, к примеру, могут предложить полакомиться жареным поросенком или же индейкой… За каждое из этих блюд здесь требуют 99 долларов! А нет инвалюты – выкладывай, починай, 120 тысяч рублей.

Впрочем, объективности ради, замечу, что в меню ресторана «Серебряный век» значатся кушанья и подешевле. Например, блюдо «седло барашка» стоит «всего лишь» 89 долларов… Ну а сколько это получается в рублях – сосчитать не трудно…

Но ведь к жареному поросенку, к индейке или к-тому же барашку для полноценного обеда – ужина надобно присовокупить еще и холодные закуски, какую-нибудь фирменную сборную мясную окрошку или рыбную солянку, десерт и, конечно же, что-либо из приличных горячительных напитков… А если учесть, что уважающий себя толстосум-гурман в одиночку ресторацию, как правило, не посещает, то можно лишь представить, какие деньжища он выкладывает за одно такое посещение.

А теперь зададимся простейшим вопросом: для кого все эти нынешние питательные заведения пооткрывались в нашей столице? Ведь даже за стакан чая или же чашечку кофе здесь берут с посетителя до семи тысяч рублей! Так кто же при таких гигантских ценах может посещать все эти пустующие новоявленные кафе, рестораны, бары и ночные клубы? Может, рабочие, крестьяне и служащие? Или, может, пенсионеры и студенты?.. Конечно же, нет! Все эти так называемые цивилизованные харчевни предназначены исключительно для вновь образовавшейся прослойки спекулянтов, банкиров, мафиози, коррумпированных чиновников и прочих хищников, нажившихся за последнее время на разорении страны и обнищании народа.

За каких-то полтора-два года в столице напрочь разрушена система общественного питания, которая складывалась десятилетиями. Не стало разного рода общедоступных столовых, чайных, пельменных, блинных, сосисочных, кафе, закусочных… А на их месте, в тех же помещениях возникли с иноземными вывесками рестораны, ночные клубы, кафе-бары, казино-клубы.

На первый взгляд, казалось бы, ничего предосудительного в том, что иностранцы норовят открыть у нас свои харчевни, вроде бы и нет. Пожалуйста: открывайте свои предприятия рядом с нашими общепитовскими точками и конкурируйте себе на здоровье. Так нет же! Поначалу пришельцы разрушают то, что у нас уже давно есть, а потом навязывают нам свои услуги, диктуя цены…

На площади Пушкина, к примеру, многие годы было популярное среди молодежи кафе «Лира», а рядом – общедоступная столовая. Кафе и столовую быстренько ликвидировали, а на их месте возник первый ресторан фирмы «Макдоналдс». Эксперимент удался, торговать без предусмотрительно заранее уничтоженных конкурентов понравилось, и фирма «Макдоналдс» приступила к следующему этапу освоения гостеприимной Москвы. На этот раз руководству «Макдоналдса» приглянулось двухэтажное здание на улице Огарева, в котором опять же многие годы располагались общедоступные кафе и сосисочная. Вскоре и эти два государственных общепитовских предприятия были уничтожены, а на их месте появился второй ресторан «Макдоналдса».

Этот успех инофирмы на улице Огарева ознаменовался личным посещением нового ресторана президентом Б. Ельциным. А его восторженные поздравления вдохновили руководство «Макдоналдса» на ускоренное открытие третьего ресторана. Для сей цели был облюбован Старый Арбат. А дабы понапрасну не тратить время, решили прихватить двухэтажное здание известной пельменной. Предварительно, естественно, ликвидировав и это общепитовское предприятие на Старом Арбате…

Оказывается, очень выгодное это дело для иностранцев – завести в нашей стране предприятие общественного питания! Особенно, если изначально местные госструктуры с необъяснимым великодушием поощряют предпринимателей-иноземцев выделением госдотаций на получаемые продукты питания, необоснованным предоставлением торговых скидок на реализованную продукцию, неправильным определением суммы налога с продажи и прочее. А именно так начинала свою деятельность фирма «Макдоналдс» в нашей стране, получая мясо и молоко из фондов г. Москвы по ценам, установленным для государственных предприятий общественного питания, то есть с дотацией, выплачиваемой из госбюджета. И, конечно же, при этом был нанесен огромный ущерб нашему государству…

Точно так же привилегиями госструктур воспользовались и другие совместные предприятия: «Ресторан Дели», «Рус-Отель», «Метрополь», «Свелат», «Аэромар», «Кампомос»…

А теперь давайте посмотрим, кому мы обязаны развалом системы общественного питания в столице? Кто особо из должностных лиц отличился на этом поприще?

И тут, прежде всего, надо упомянуть бывшего мэра Москвы Г. Попова. Именно он своим распоряжением от 26 ноября 1991 года за № 222-РМ предписал подчинённым немедленно приступить к приватизации предприятий общественного питания столицы по «упрощенному порядку».

Два месяца спустя к этой проблеме подключился и сам президент РФ Б. Ельцин, издав указ от 29 января 1992 года № 66 «Об ускорении приватизации государственных и муниципальных предприятий».

Ну а премьер правительства Москвы Ю. Лужков к приватизации предприятий общественного питания активно подключился лишь в июле 1992 ГОДА СВОИМ ПОСТАНОВЛЕНИЕМ ЗА № 520…

Результаты же налицо!

И подобный развал системы общественного питания пронесся по всей России! Ведь только за два года (по данным Госкомстата) сеть общепита сократилась на 46 тысяч предприятий, или 26 процентов. Особенно незначительные потери по рабочим, студенческим столовым и пищеблокам профтехучилищ. Практически повсеместно свернута система лечебно-профилактического питания для более чем трех миллионов человек, работающих на предприятиях с вредными условиями труда…

А заканчивая свой поход по общепитовским точкам, я проходил мимо ресторана «Столичный», что в гостинице «Москва». И увидел броский плакат-призыв посетить «стриптиз-шоу» по входной цене всего лишь три тысячи рублей, что эквивалентно стоимости полутора стаканов чая в кафе англичанина С. Койвея, что рядом с Театром им. Ермоловой на Тверской улице.

«Все – на продажу!» – мелькнула у меня мысль, и я зашел к директору комбината питания «Москва» Н. Владимировой.

– С сегодняшнего дня входная плата у нас на «стриптиз-шоу» уже не три тысячи рублей, а десять, – сказала Наталья Дмитриевна.

«Что ж, здорово русский народ ведут к рынку!» – подумал я.

* Газета «Правда»

Упаковка для легендарного полководца[7]

В Москве, на Смоленском бульваре, во вновь отреставрированном здании бывшего киевского райкома КПСС столичный коммерческий банк «Российский кредит» и Межрегиональный фонд «Выдающиеся полководцы и флотоводцы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.» провели презентацию книги Маршала Советского Союза, дважды Героя Советского Союза K.К. Рокоссовского «Солдатский долг».

Профинансировал это издание и организовал презентацию книги нынешний полновластный хозяин двухэтажного шикарного особняка, что рядом с МИД, упомянутый преуспевающий банк «Российский кредит».

Что ж, по теперешним временам в таком тандеме верных властям коммерческих структур и вновь образованных общественных организаций военно-патриотической ориентации новизны нет. Такая тенденция объединения взаимных интересов разнородных партнеров в нынешнем, деформированном обществе за последние годы прочно сложилась, и она всячески поощряется новоявленными властями.

Ну, скажите в самом деле, разве плохо для новых властей, если они, обращаясь к покоряемому ими народу, скажут: все ваши в прошлом национальные герои-коммунисты вовсе не коммунисты, а страдальцы тоталитарного режима? И только, мол, мы, демократы и всякого рода предприниматели-банкиры, даем им сегодня подлинно высокую оценку и признание как настоящим русским патриотам?

Конечно, сами новые власти такую идеологическую манипуляцию, безусловно, не в состоянии проделать. А с участием общественных контор под «Крышей» бывших воинов, да еще при содействии «перелицевавшихся» советских генералов, маршалов и адмиралов она успешно удается.

На практике же это выглядит так. Новые власти обильно финансируют через свои банки новоявленные конторы – «крыши» услужливых и покладистых бывших служивых, а те на их деньжища заказывают памятники советским героям – выдающимся военачальникам, открывают им скороспелые музеи, переиздают их мемуары, регулярно устраивая во дворцах и роскошных офисах пышные юбилейные торжества, презентации и пиршества во славу героев. И при этом напрочь убирают красные коммунистические знамена и другую советскую символику, под которыми прошли славный боевой путь военачальники. Лишь для проформы вывешивают портретики юбиляров в советской форме. И тем более на всех этих торжествах не звучат ни советский гимн, ни прежние прокоммунистические, просоветские речи юбиляров на Красной площади. И при всем том, при каждом удобном случае особо подчеркивается, что, дескать, эти самые усопшие герои-военачальники никакие они не коммунисты, не советские, а попросту русские самородки, которые вопреки социалистическому строю и компартии, несмотря на сталинские притеснения и жестокий коммунистический террор, умело сделали себе блестящую карьеру.

От такого растаскивания и размытия советской идеологии и манипуляции с переподчинением, а точнее, перепродажей национальных ценностей – советских героев новые власти получают огромную прибавку к рычагам воздействия и давления на сознание покоряемого ими доверчивого народа.

Вот и на этот раз на пышной презентации шестого издания известной книги прославленного советского полководца К.К. Рокоссовского «Солдатский долг» в узком кругу приглашенных, охраняемых автоматчиками, выявилось нечто подобное.

Вдумайтесь только! Пять раз издавалась эта книга при Советской власти массовым тиражом, и никто из боевых товарищей Константина Константиновича или, скажем, государственных, политических деятелей Советского Союза и при его жизни, и после его смерти не решился снабдить известные маршальские мемуары своим персональным словом – обращением к читателям и тем более – пространным тенденциозным назидательным предисловием-комментарием.

Но по истечении столетия со дня рождения К.К. Рокоссовского нашелся, видите ли, такой дерзновенный смельчак – оценщик жизни и деятельности легендарного полководца. И им оказался президент коммерческого банка «Российский кредит» В.Б. Малкин.

В опубликованном им на первой странице маршальских мемуаров послании к читателям не только прежде всего извещается о весомом вкладе его коммерческого банка «в изучение славного прошлого России, ее исторического наследия». Не упустил случая находчивый банкир и факсимиле своей драгоценной подписи тиснуть на первой странице книги. Дескать, знай наших! А Маршал Советского Союза К.К. Рокоссовский не решился поместить факсимиле своей подписи в собственных мемуарах…

Вслед же за обращением банкира помещено пространное редакционное предисловие на 17 страницах. В нем наставнически подробно подсказывается потенциальным читателям, что и как в профинансированном коммерческим банком «Российский кредит» шестом издании книги К.К. Рокоссовского надо понимать и воспринимать. А походя, как бы ненавязчиво утверждается, что, к примеру, Сталин «не сразу избавился от излишней самоуверенности в вопросах оперативного управления», что Жукову «порой недоставало» целого перечня «достоинств и черт характера». И так далее, и тому подобное.

На прошедшей презентации шестого издания мемуаров К.К. Рокоссовского особо подчеркивалось, что этой книгой открывается серия изданий «Полководцы Великой Отечественной». Итак, какой же банкир и кого из прославленных советских полководцев «оприходует»? И в какой «упаковке» нам его преподнесет?

Закат псевдодемократии[8]

Общеизвестно: история всех существовавших до сих пор обществ была историей борьбы классов. Свободный и раб, патриций и плебей, помещик и крепостной, капиталист и рабочий. Угнетающий и угнетаемый находились в вечном антагонизме друг к другу, вели непрерывную то скрытую, то явную борьбу, всегда кончавшуюся революционным переустройством общественного строя.

В России накануне октября 1917 г. диспропорция в распределении собственности, противоречие между общественным характером производительных сил и производственными отношениями, а также противостояние капиталистов-эксплуататоров и угнетаемых трудовых масс достигли такого уровня, что произошел революционный взрыв. Так было положено начало реализации извечной мечты прогрессивного человечества – построению общества, обеспечивающего социальную справедливость для трудового народа.

При социализме в Советском Союзе не было частной собственности, не было эксплуатирующих, а также эксплуатируемых классов. Но постоянно существовали подпольные тенденции врагов социализма – прожженных антисоветчиков, стремящихся взорвать ненавистную им соцсистему и реставрировать буржуазно-капиталистический строй в нашей стране.

При жизни Сталина им не удалось осуществить свою мечту.

А после смерти Сталина начался последовательный циничный подкоп под социалистическую систему враждебных нам сил изнутри при координации и финансировании их целенаправленных действий глобальным суперимпериализмом, цепко и безраздельно управляемым вездесущим и ненасытным сионизмом.

Сама централистская природа Советского государства, вертикальная иерархия партии позволяли при захвате нескольких руководящих высот контролировать весь его колоссальный монолит. Этим и воспользовались враги социализма. Были объявлены так называемые демократические реформы, которые должны были служить ширмой для введения частной собственности, захвата власти в стране и осуществления контрреволюционного переворота.

Начинали лукавые псевдодемократы свои «реформы» с обмана. На всех углах и площадях кричали, что все они за Советскую власть и лишь только против партократов. Что они, дескать, за совершенствование социалистической системы… А кончили чем? Расстреляли Верховный Совет РСФСР из танковых пушек и насильственно навязали сверху советскому народу необуржуазный, капиталистический режим.

Они, новоявленные буржуа и банкиры, как мерзкие, хищные гиены, набросились и присвоили неисчислимые богатства социалистического государства, созданные самоотверженным, бескорыстным трудом многих поколений советских людей.

Но в отличие от прежних буржуа-капиталистов царской чеканки новоявленные эксплуататоры с псевдодемократическим окрасом ныне не собираются развивать отечественную промышленность. В их, видите ли, стратегические цели теперь входит лишь разрушить социалистические отношения в нашем обществе, ужать коренное население, учинить распад союза народов, разрушить военно-промышленную самостоятельность страны и закрепить за собой буржуазную частную собственность, дабы на века закабалить великую державу!

Потому-то форсированно и стремятся они остановить фабрики и заводы, закрыть школы и лечебницы… Миллионы высококвалифицированных специалистов на сегодня уже без работы, а те, кто еще не выгнан за ворота предприятий и учреждений, по полгода и более не получают зарплату. Псевдодемократы лишили почетного ореола все роды общественно полезной деятельности. Врача, офицера, поэта, писателя, учителя, юриста, актера, человека науки, не говоря уж о рабочем и крестьянине, они превратили в своих платных наемных работников.

Да только напрасно нынешние контрреволюционеры-псевдодемократы, принесшие горе и бедствия советскому народу, сыто гарцуют в предвкушении полнейшего закабаления нашей страны. Не бывать этому!

Искусственно, вероломно разрушив Советский Союз, контрреволюционеры сами взращивают себе могильщиков. Если прежние дореволюционные буржуа-капиталисты царских времен создали себе в качестве могильщика пролетариат – рабочий класс, то сейчас, при навязанном нам сверху антинародном режиме, ряды пролетариев вынужденно пополняют, помимо рабочих, миллионы обездоленных безработных служащих, врачей, учителей, офицеров, инженеров, научных работников…

И это качественное изменение структуры нынешнего пролетариата особо подчеркивалось на недавно состоявшемся в Горках Ленинских Пленуме Совета Союза коммунистических партий – КПСС.

А образовательный ценз нынешнего многоликого пролетариата позволяет ему четко определиться в том, кто сегодня его непримиримый, кровожадный враг и как следует с ним обойтись!

Современный пролетариат – высокообразованные рабочие, учителя, инженеры, офицеры, научные работники начинают с того, что, объединяясь, образуют коалиции, движения, союзы против новоявленных эксплуататоров – необуржуа. Они выступают сообща для защиты своих профессиональных интересов, своей оккупированной инородцами Родины. Они основывают даже постоянные ассоциации для того, чтобы обеспечить себя средствами на случай возможных столкновений. И местами борьба уже переходит в открытое противостояние.

Нынешние псевдодемократы – поработители советского народа захватили общенародную собственность и кремлевскую власть с одной целью – угнетать трудовой народ до полного его рабского закабаления. Однако чтобы возможно было угнетать какой-либо класс, необходимо обеспечить хотя бы условия, при которых он мог бы влачить по крайней мере свое рабское существование. Но нынешняя необуржуазия не в состоянии сделать даже этого.

Псевдодемократическое движение последних лет в нашей стране было движением меньшинства и совершалось в интересах антинародного меньшинства. Нынешнее же пролетарское движение есть самостоятельное движение огромного большинства в интересах огромного большинства искусственно обездоленных советских людей. И эти гордые, обманом обездоленные и обнищавшие люди не могут жить, не могут выпрямиться без того, чтобы при этом не взлетела на воздух вся возвышающаяся над ними надстройка из необуржуазных прожорливых, хищных слоев, образующих нынешнюю официальную власть правителей-плутократов. Потому-то ныне господствующая необуржуазия обречена на неотвратимое ниспровержение и лишение награбленной ею общенародной собственности. Ее гибель и победа порожденного ею современного пролетариата неизбежны!

Раввин мечтает превратить всех русских аборигенов в жуиров

По обыкновению, нежданно-негаданно позвонил мне раввин хоральной синагоги и снова попросил аудиенции.

– Вы извините, мой хороший друг, – сказал он, – но в прошлый раз вы как-то уж очень резко прервали наш разговор и спешно покинули меня, не дав даже договорить… А хотелось бы ещё поделиться с вами о замыслах моих соплеменников более кардинального характера применительно к России и к её этносу. Ведь нас с вами, уверен, единит главное: и вы, и я – искренны в своих суждениях. Потому убедительно прошу вас и в дальнейшем оставаться толерантным по отношению ко мне.

«Что ж, – подумал я, – пусть раввин поведает мне и о кардинальных замыслах своих коварных соплеменников, а я в свою очередь при первой возможности расскажу о них в печати трудовому народу», – и, не откладывая, тут же назначил ему встречу.

Встретившись со мной, он сразу же, с первой же минуты, завел разговор о «кардинальных замыслах» сионистов применительно к этой стране.

– Я долго, мучительно и углубленно осмысливал нынешнюю политическую ситуацию, – сказал раввин, – и пришел к однозначному выводу: мои соплеменники на сто процентов правы. Окончательная победа сионистов над ненавистной для всех нас Русью и Православием, этими чудищами, извечно стоящими на пути наших людей к всемирному иудейскому царствованию, будет бесспорно и гарантированно обеспечена, если политически стерилизованные нами русские аборигены, достигнув необходимой нам кондиции, целиком и полностью превратятся в обыкновенных жуиров. И пусть они, русские аборигены, – политические кастраты, – все как один станут напропалую жуировать во благо нам, предоставляя полнейший простор для целеустремленных действий сионистов в этой стране.

—Жуировать? – подивился я. – Это как?

– Поясню, – продолжил раввин, – но сначала определимся с терминами. Видите ли, французское слово «жуир», равно как и русское слово «кутила», выражают сущность весело и беззаботно живущего человека, ищущего в жизни только удовольствий и наслаждений. Ну, а производные этих слов – «жуировать» и «кутить» – на практике означают: хорошо весело развлекаться, пьянствовать в разгульной компании, бражничать, пиршествовать, пировать и просто проводить время в кутежах… И не обязательно при этом жуир-кутила должен тратить много денег. Пить горькую можно даже в одиночку и с пустым карманом… А ещё разгулявшимся жуирам-кутилам нравится нахлебничать у доверчивых одиноких женщин, а то и идти к ним на поселение в качестве примаков. Тогда уже для этих предприимчивых проходимцев-весельчаков наступает в жизни вообще полнейшее раздолье – лафа: хоть каждый день пей, гуляй и непременно постоянно провозглашай застольные, многословные, витиеватые заздравные тосты и как бы проявляй свой утончённый, всеобъемлющий интеллект и эрудицию… Обладают эти самые политически стерилизованные нами жуиры-кутилы характерной особенностью. У них повышенная склонность к мимикрии…

– К мимикрии, – уточнил я, – это в каком смысле?

– В самом обыкновенном, – ответил раввин. – Мимикрия – это, как известно, полезное для жизни свойство некоторых животных принимать защитную, подражательную окраску, схожую по цвету и форме либо с другими водящимися в этой местности животными, либо с неодушевлёнными предметами окружающей природы: листьями, камнями и т.п. Так вот и жуиры-кутилы, подобно упомянутым мимикрирующим животным, всегда и везде с величайшей легкостью меняют «окраску» и «форму» в зависимости от той окружающей среды, куда они попадают. Взят на вооружение современными жуирами-кутилами и всемирно изощрённый конформизм. В ходу у жуиров-кутил приспособленчество, пассивное принятие существующего порядка, господствующих мнений, отсутствие собственных позиций, беспринципное и некритичное следование любому образцу, обладающему наибольшей силой давления. А действия всех этих политически стерилизованных нами амбициозных, предельно эгоистичных жуиров-кутил окольцовываются сплошным циничным, махровым лицемерием. Свою неискренность и злонамеренность они всегда и везде прикрывают притворным чистосердечием и добродетелью.

– Что ж, – промолвил я, – зарисовка, сделанная вами, красочная.

– Тут следует заметить, – продолжил раввин, – что наши соплеменники, поселившись в очередной иноземной державе, всегда и везде сразу же приступали к превращению по максимуму коренного населения приютившей нас страны в сплошных политически стерилизованных жуиров-кутил. А это создавало благоприятнейшие условия нашим соплеменникам для завладения этой страной, позволяло нам в кратчайшие сроки оттеснить представителей коренного народа страны поселения от политической жизни и вскоре вовсю манипулировать местными властями и беспрепятственно доить туземную экономику. Превращение представителей коренного народа страны нашего поселения в политически стерилизованных жуиров-кутил оказалось прекрасным инструментом в технологии ускоренного закабаления нашими соплеменниками приютившей их державы. Но с Россией, с её специфическим духовно-нравственным, патриотическим этносом в этом отношении нашим соплеменникам пришлось изрядно повозиться, прежде чем мы наладили в этой стране приемлемую для наших целей массовую популяцию жуиров-кутил из коренных русачков. Вообще говоря, в каждой стране нашего поселения, заполненной взращенными нами политически стерилизованными жуирами-кутилами из коренного народа, мы всегда и везде чувствуем себя как рыба в воде.

– С какими же трудностями столкнулись ваши соплеменники в нашей стране, ставя здесь на поток массовое взращивание политически стерилизованных жуиров-кутил из коренного народа? – поинтересовался я?

– Трудности известные… – философски протянул раввин.

– И всё же? – повторил я вопрос.

– Да что говорить, – в сердцах воскликнул он, – одна только чёртовая «черта оседлости» для наших соплеменников на территории Российской империи, учреждённая жестоким царизмом, сколько доставила нам неудобств, унижений и страданий. И только февральская буржуазная революция в России в 1917 года, наконец, уровняла наших соплеменников в гражданских правах с коренным населением этой страны. Да спасибо еще и коммунистам-большевикам за то, что почти сразу же после Октября 1917 года нам удалось протолкнуть через верхушку власти беспрецедентное в мировой юридической практике постановление, что за малейшее проявление юдофобии теперь можно было вполне законно ставить гражданина к стенке и пускать в расход на страх остальным… А с прибытием в Россию Троцкого со своим кагалом наши позиции в руководящих структурах этой страны значительно укрепились. А если говорить точнее, то почти все высшие посты в большевистской власти были захвачены нами. И если бы тогда, в 1917 году, у нас под руками были в наличии не местечковые безграмотные да к тому же безгранично алчные кадры, то уже тогда мы бы могли перехватить у большевиков-коммунистов абсолютную власть в России. Короче, у нас тогда не хватило критической массы… Между тем наш тогдашний полный контроль над силовыми ведомствами этой страны позволил немедленно приступить к реализации первейшей задачи. А конкретнее, к замене национальных русских кадров на наших ставленников-соплеменников. Срочно нам надо было решать, как сионистскому племени жить дальше. И тогда в Москву беспрепятственно съехались наиболее влиятельные сионисты со всего мира и постановили: коль власть в России в обозримом будущем будет принадлежать коммунистам, то надо без промедления идти в их ряды и включаться в многотрудную, тяжелую работу подрыва этой власти изнутри, цинично используя коммунистическую идеологию, государственные и партийные структуры в своих целях. Благо, что к этому времени в партию большевиков немало удалось внедрить наших людей. И настало время применить на Руси беспроигрышную спецполиттехнологию.

– Что же это за «спецполиттехнология»? – спросил я.

– Впервые её, – размеренно продолжал раввин, – с блестящим успехом опробовали наши соплеменники ещё две с половиной тысячи лет назад на персидском царе Кире. Без помощи царя Кира наши люди никогда бы не смогли захватить власть в этой империи. На нем, на царе Кире, наше племя впервые показало, как можно обманом, лицемерием, подкупом и предательством пролезть в иноземное правительство, а затем подчинить все себе. Захватив же власть в иноземном государстве, наши соплеменники бесцеремонно управляли марионетками-правителями, разжигали вражду между народами и создавали конфликты для достижения нашей «сверхнациональной» цели – мирового господства… Вот тут-то, собственно, тогда, в 1918 г., и начала реализовываться в России наша всеобщая программа по взращиванию и всемирному культивированию из русских аборигенов, особенно из коммунистов, политически стерилизованных жуиров-кутил, будущих потенциальных предателей своей Отчизны, разного рода конформистов, оппортунистов, ренегатов, коллаборационистов, а попросту говоря, мерзких клятвопреступников. Но зато в лице этих фигурантов мы приобрели верных, надежных наших пособников в развале Советского Союза. С годами же эта наша программа ускоренного превращения русских аборигенов в жуиров-кутил все больше набирала обороты. Делянки селекционного взращивания политически стерилизованных жуиров-кутил из русских аборигенов возделывались нами на всей территории страны Советов. Возник даже среди сообразительных вновь испеченных жуиров-кутил из русачков состязательный, негласный процесс: кто, мол, из них побольнее ущипнет Советский Союз, поизощреннее предаст его и нанесет ему ощутимый экономический ущерб. И этот увлекательный, заразительный состязательный процесс охватил не только отдельных самовлюбленных, амбициозных жуиров-кутил, но стал популярен и среди разнообразных всесоюзных ведомств, министерств и целых отраслей народного хозяйства. А руководители этих государственных подразделений в угоду нашим соплеменникам даже гордились и хвастались тем, кто сколько взрастил под своим началом преуспевающих в предательстве страны Советов «маяков». Поначалу, правда, говорилось об этом исподтишка, шепотом, а позже, к концу XX века, говорили и вовсе открыто, громогласно и с демонстративным вызовом. Особенно же динамично сработала наша программа по взращиванию политически стерилизованных жуиров-кутил из русских аборигенов в послевоенный период после Сталина. Да так бурно и результативно рос численный и качественный состав волонтеров, желающих нам с усердием послужить, что к концу так называемой перестройки, затеянной Горбачевым, среди новоявленных знаменитых сановных жуиров-кутил всесоюзного масштаба уже значились и члены ЦК КПСС, его секретари, члены Политбюро, и руководители тогдашнего Совмина СССР, Президиума Верховного Совета СССР, и генералы центрального аппарата КГБ СССР… Да и много других фигурантов такого же властного уровня, не говоря уже о многочисленной околокремлевской челяди, проституирующих журналистах, писателях, деятелях науки, культуры и иной подобной пресмыкающейся мелкоте, обслуживающей верхушку политической власти в стране при любом режиме и во все времена.

– Неужели так уж все из перечисленных вами категорий граждан к концу века в Советском Союзе стали завзятыми жуирами-кутилами? – вставил я. – Да еще к тому ж вашими активными пособниками в развале страны Советов?

– Ну, допустим, не совсем все, – парировал раввин, – но им несть числа. К следующей нашей встрече вам будут представлены дополнительные исчерпывающие конкретные сведения о влиятельных властных партийно-советских русачках, превратившихся в прожженных, заядлых жуиров-кутил и активно подсобивших сионистскому движению в развале Советского Союза… И замечу, всех этих упомянутых мною жуиров-кутил объединяет не только то, что в «застойные» годы социализма, используя его преимущества, они успели получить два-три высших образования, запастись всякими там учеными степенями-званиями, успешно продвинуться по партийно-государственной вертикали и максимально в жестких рамках условий тогдашнего режима сумели незаметно, но изрядно по тем временам обогатиться, приблизившись к номенклатурному партийному «корыту». Их объединяет и не только то, что по мере освоения цековской «кормушки» у привилегированных советских людей и их семей проявился вкус к разного рода частной собственности, к финансам, к недвижимости и так быстро развился этот вкус, что многие из них готовы уже были поменять власть на собственность, а когда встал вопрос: власть или собственность? – без колебаний сделали ставку на собственность. Упомянутых мною сановных жуиров-кутил объединяет и не только то, что фактически они вдобавок за собственность хладнокровно продали сионистам свой истинный советский профессионализм, за что сейчас при нашей власти в этой стране, проявив известную гибкость, они стали охотно, не без корысти функционировать в штате новых властных структур: в президентской администрации, в правительстве, в Госдуме, в Совете Федерации, в силовых министерствах, не говоря уже о разного рода коммерческих фирмах, банках, охранных агентствах и всевозможных фондах, включая Сороса, и несть конца…

– Если всех этих, – прервал я раввина, – упомянутых вами жуиров-кутил объединяет не только перечисленное, то что же тогда их по-настоящему единит?

– А единит всех этих жуиров-кутил из русских аборигенов главное, – сказал раввин. – Во-первых, все они как один в свое время клялись жизнью своей защищать первую страну Советов, а в час испытаний, изменив военной и партийной присяге, преступно не выполнили долг перед Родиной и совершили величайшее в истории человечества предательство: осознанно, добровольно, без единого выстрела сдали великую империю ее многовековому, исконному врагу – просионистским силам. Да еще, к стыду и позору своему, на глазах у бедствующего трудового народа почти поголовно бросились в бизнес и приватизацию недвижимости, вплоть до явочных служебных помещений. Во-вторых, все они как один искусно и изобретательно всегда и везде ограждают наше сионистское движение от критики и обвинений за развал Советского Союза, не выискивают конкретных врагов русского трудового народа, приведших его ныне к роковой черте. И всегда постоянно внушают, вдалбливают в головы русских аборигенов из трудовых низов, что в развале Советского Союза повинны не наше сионистское племя и его расистская идеология, а исключительно они сами, русские аборигены, и так называемый империализм в лице в первую очередь руководства США и зажравшегося Запада. В-третьих же, всех этих упомянутых мною жуиров-кутил единит то, и это самое главное, что все они чуть не на генетическом уровне с детства усвоили, что с нами, с сионистским движением, лучше не связываться, проявляя юдофобию и антисемитизм, ибо дорого всем обойдется. И потому обостренно, подкожно чувствуя, где «горячо», они нутром постигли, как вести себя, чтобы не только не войти в конфликт с сионистами, но даже напротив – расположить их к себе. Знают они также, где и когда надо поддакивать сионистам, а где и когда пошутковать, рассказав в угоду нашим соплеменникам скабрезный анекдотец о своих простоватых, якобы совсем недалеких деревенских родственничках.

– И как же формировались в советские времена эти самые политически стерилизованные сановные, прикормленные властью жуиры-кутилы из русских аборигенов, подсобившие вам развалить Советский Союз? – спросил я.

– В советские годы, – сказал раввин, – не было такой сферы жизни, которая бы при воздействии сионистов не плодила из русачков все новых и новых жуиров-кутил, активно подсобивших нам в развале Советского Союза. Но особенно славно сработали на этой ниве взращивания политически стерилизованных жуиров-кутил советская госбезопасность и коммунистическая партийная журналистика. И случилось такое не только потому, что в эти сферы человеческой деятельности слишком влекло способных, талантливых молодых людей. А все больше потому, что в руководители этих сфер деятельности проникали разные, но всегда дальновидные, мудрые наши сподвижники-единомышленники, которые из простых русских парнишек, выходцев из рабоче-крестьянской среды лепили наших будущих верных именитых пособников. Так, именно с легкой руки председателя КГБ СССР антисталиниста Андропова в среде кэгэбистов был выпестован из бывшего обыкновенного разметчика Сталинградского завода «Баррикады» Крючкова новоявленный генерал армии председатель КГБ СССР, который в августе 1991 года бросил этот самый Комитет госбезопасности к ногам сионистов на съедение. А сменивший Крючкова на посту председателя КГБ СССР потомок сапожников из Марьиной Рощи Москвы, славный советский разведчик генерал-лейтенант Шебаршин проявил не менее завидное рвение, профессиональную сноровку и оперативность. Назначенный возвратившимся из Фороса Горбачевым только на сутки временно исполнять обязанности председателя КГБ СССР умница Шебаршин достойно распорядился отведенным временем и свершил в роковой для страны Советов час испытаний, к нашему удовольствию, архиважное дело. Деятельность партийных организаций КПСС в системе советской госбезопасности 23 августа 1991 года Шебаршиным была запрещена. В тот же день, а именно 23 августа 1991 года, на посту председателя КГБ СССР Шебаршина сменил еще более смышленый и покладистый выходец из трудовых низов Кузбасса генерал Бакатин, который для начала тут же передал нашим друзьям-американцам особо секретные чертежи расположения подслушивающих жучков во вновь построенном здании посольства США в Москве. А в октябре того же 1991 года Бакатин и вовсе ликвидировал КГБ СССР. Но далеко не все выходцы из трудовой, рабоче-крестьянской среды, политически стерилизованные жуиры-кутилы, взращенные в КГБ СССР, на завершающем витке своей успешной служебной карьеры становились его председателями. Выходец из семьи украинского землемера генерал армии Бобков, например, накопив изрядный чекистский опыт и бесценную информацию в должности первого заместителя председателя КГБ СССР, так и не дождался желанного часа своего возвышения по службе, обиделся и подался смиренно служить новому своему хозяину – скороспелому еврейскому олигарху Гусинскому. Да не только сам подался, а еще и увел с собой туда, к тому же Гусинскому, ватагу таких же обиженных кэгэбистов… А вот выходец из ленинградской рабочей семьи, ординарный, ничем не приметный и всего лишь подполковник-кэгэбист Путин оказался менее обидчивым, более терпеливым и дождался-таки своего звездного часа, стал главой госбезопасности этой страны. Правда, не при прежнем советском, тоталитарном режиме, а уже при сменившем это строй нашем, просионистском. А потом за прилежание к нам Путин вскоре достиг еще и верхотуры власти в этой стране, став ельцинским преемником и верным продолжателем разрушения России… Вот так-то, мой хороший друг. Это я говорю к тому, как плодились в системе советской госбезопасности, этого так называемого передового вооруженного отряда КПСС, именитые, сановные, политически стерилизованные нами жуиры-кутилы.

– А как происходил процесс формирования политически стерилизованных жуиров-кутил в партийной журналистике? – спросил я.

– Прежде всего скажу, – пояснил раввин, – что в Советском Союзе не было ни одного крупного города, в университете которого на журналистском факультете конспиративно наши соплеменники не готовили бы антисоветские, русофобские, просионистские кадры. Но, конечно, главной скрипкой в этом искусно слаженном оркестре по подрыву коммунистической идеологии изнутри был факультет журналистики Московского государственного университета. Учрежденный в МГУ в 1952 году журфак сразу стал главным «инкубатором» Советского Союза для искусственного выведения «птенцов» – либеральных журналистов. Особенно на этом важнейшем инкубаторско-идеологическом и воспитательно-педагогическом поприще своей результативной работой по формированию будущих верных наших пособников в развале страны Советов отличился бессменный, многолетний декан журфака МГУ Засурский – фигура во всех отношениях примечательнейшая и колоритнейшая. А ведь сколько всего такого пренеприятнейшего пришлось пережить и претерпеть Засурскому при жестком, тоталитарном советском режиме. Для прикрытия своей истинной идеологической устремленности и практической деятельности в советские годы Засурскому пришлось и вступить в 1952 году в члены КПСС, и долгое время в угоду соцрежиму писать всякие там демонстративно-показные критические опусы о продажной буржуазной журналистике, о её зависимости от денежного мешка. И только после августовских событий 1991 г. и развала Советского Союза декан журфака Засурский наконец с полнейшем облегчением мог уже в открытую во всю готовить специалистов именно такой журналистики: раскованных, циничных антисоветчиков и русофобов. Сейчас же в этой стране при нашей просионистской власти практически нет газет, журналов, радиостанций и телеканалов, где бы не работал воспитанник Засурского. Они освещают события на всех континентах. А каждый второй из тех, кто нынче занимает главные посты в газетах, на телеканалах и в рекламных агентствах, слушал лекции Засурского по зарубежной литературе, международной журналистике и современным СМИ. «Инкубаторские» питомцы Засурского отлично вписались и в структуры нынешней власти. Отменно служат и в президентской администрации, и в правительстве, и в Госдуме, и в Совете Федерации, и в силовых ведомствах… Нарасхват они идут также в различных коммерческих фирмах, банках, охранных агентствах и всевозможных фондах… И совершенно не случайно в день годовщины журфака МГУ его выпускник, а ныне издатель журнала «Медведь» и одновременно соавтор известного бизнесмена-русофоба Коха по книге «Ящик водки» Игорь Свинаренко в адрес Засурского ёмко, с пиететом сказал: «Всегда восхищался и восхищаюсь деканом журфака Ясеном Засурским. Тогда в середине 1970-х он разговаривал с нами, студентами, так, что мы забывали о том, что за окнами – Советская власть». Достиг же такого высочайшего авторитета в глазах своих воспитанников – «инкубаторских птенцов» и громкой славы в сфере единомышленников Засурский благодаря тому, что еще в начале своей деятельности на посту декана журфака он прошел в Страсбурге основательную спецстажировку и постиг то, какими надо готовить советских журналистов. Там, в Страсбурге, Засурский не только углубленно освоил курс западной журналистики, не только тщательно изучил то, что было в Европе и в Америке, но и всесторонне обсуждал с западными коллегами советские учебные планы подготовки журналистов. Да так прилежно и кардинально его откорректировал, что новый советский учебный план подготовки журналистов уже был достаточно сближен с западными образцами. Причем это было сделано еще в 1960-е годы. Тогда же был запущен Засурским на полную мощь и всесоюзный «инкубатор» – журфак МГУ – для серийного искусственного выведения «птенцов» – современных либеральных журналистов, главными чертами которых стали высокомерие, цинизм, фанаберия и четкое следование конъюнктуре. Короче, выпускники журфака МГУ не подвели декана Засурского и были достойны своего кумира – главного наставника и воспитателя. Они получили блестящую теоретическую подготовку. Готовы были они и к практической деятельности. Ибо каждый из выпускников журфака четко представлял, что ему надо взять от Советской власти, знал, какую сторону принять при грядущей смене государственного строя в этой стране, знал и то, как вести себя на постсоветском пространстве после контрреволюционного переворота, как, наконец, ловко, плавно вписаться в новый режим власти и разбогатеть… И пошел между выпускниками журфака МГУ напряженный состязательный процесс: мол, кто сколько сможет… И результаты не заставили себя ждать. Один только выпускник журфака Изюмов за какие-то несколько августовских дней 1991 года сотворил сразу целых пять прецедентов.

– Что же это за «прецеденты»? – поинтересовался я.

– Скажу, – продолжил раввин. – Дело в том, что в те исторические августовские дни 1991 года в задачу наших соплеменников входило не только в конечном итоге водворить расхрабрившихся гэкачепистов в кутузку, но и попутно, как говорится, одним махом окончательно идеологически обескровить агонизирующую КПСС. Для этого надо было выпотрошить из КПСС остающиеся еще под ее влиянием и руководством печатные издания, в логотипе которых сохранился коммунистический лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь». Наши люди решили провернуть эту подрывную операцию в отведенные жесткие сроки опять же изнутри самой КПСС. Как мы обычно и поступали традиционно везде последние две тысячи лет.

– И как вам это удалось? – спрашиваю.

– Первым, кто в августовские дни 1991-го охотно взялся активно подсобить нам в реализации департизации советской печати, – сказал раввин, – был сам главный редактор общественно-политического еженедельника Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза «Гласность» Изюмов.

– Изюмов? – не веря своим ушам, переспросил я, услышав знакомую фамилию. – Юрий Петрович?

– Да, Изюмов Юрий Петрович, – остудил меня раввин. – Именно он создал прецедент самочинного выкидывания из логотипа вверенного ему партией в июне 1990 года общественно-политического еженедельника «Гласность» коммунистического лозунга «Пролетарии всех стран, соединяйтесь» без ведома учредителя этого издания – Центрального Комитета КПСС. И замечу, что вычеркивал Изюмов из логотипа 37-го номера еженедельника «Гласность» коммунистический лозунг: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь» именно в то самое время, когда в августовские дни 1991 года в следственный изолятор «Матросская тишина» ельцинисты свозили арестованных ими народных депутатов Верховного Совета СССР Шенина, Бакланова, Болдина, Варенникова, Стародубцева и других известных гэкачепистов – видных политических деятелей из руководства Советского Союза. Тут же, в 37-м номере «Гласности» за 1991 год, Изюмов свершил и свой второй прецедент. Он демонстративно отмежевался и от ЦК КПСС, убрав на последней странице 37-го номера еженедельника в его выходных данных крупным шрифтом набранные строки: «Учредитель – Центральный Комитет Коммунистической партии Советского Союза. Издательство ЦК КПСС “Правда”». Так вот беспардонно, цинично, публично главный редактор «Гласности» Изюмов не только решительно отмежевался от учредителя и издателя еженедельника – ЦК КПСС, но и дал недвусмысленно понять читателям, кто отныне полновесный хозяин еженедельника с деидеологизированным логотипом. Сохранение же за собой идеологически откорректированного прежнего логотипа печатного издания было третьим прецедентом Изюмова… И тут надо сказать, что по состоянию на август 1991 года в Советском Союзе еще никто не решался посягать на общепартийную, общенародную собственность. Это потом уже, с позволения Ельцина и взяв себе на вооружение с успехом ранее отработанные Изюмовым прецеденты, ушлые и ловкие на руку ребята стали грабастать народное добро, прихватывая себе заодно и популярные в массах логотипы – торговые марки оприходованного, выпотрошив из них идеологическую начинку. Так впоследствии по такому образу и подобию родились и антикоммунистический, русофобский, маркозахаровский театр «Ленком», нынешняя антисоветская, местечковая газета «Комсомольская правда» и многие, многие другие мародерски прихватизированные «ничейные» средства массовой информации, учреждения культуры и науки, фабрики и заводы, колхозы и завхозы…

– В голове не укладывается, как подобное могло случиться? – не унимался я. – Изюмов прошел многолетнюю коммунистическую закалку в различных партийных органах. После окончания факультета журналистики МГУ в 1955 году работал Изюмов и в редакции петрозаводской газеты «Ленинская правда» в Карельской АССР, и в «Московском комсомольце», и в «Пионерской правде», и в журнале «Молодой коммунист», в «Вечерней Москве», и в еженедельнике «Литературная газета»… Был даже Изюмов ближайшим, доверенным помощником члена Политбюро ЦК КПСС Гришина, избирался депутатом Моссовета 4-го созыва… И вдруг такой реприманд неожиданный – такая гнусная идеологическая метаморфоза Изюмова…

– А чего вы удивляетесь? – ухмыльнулся раввин. – В критические, бурные дни развала Советского Союза на политическом небосклоне в этой стране всплыло немало прагматичных, напористых, изворотливых людей, мгновенно сообразивших на кого им теперь надо делать ставку. И осознавших, что ныне нужно в открытую исповедовать не коммунистическую идеологию, а сионистскую. Исключением в этой ситуации, естественно, не стали и выпускники журфака МГУ…

– Нет, нет. – решительно заявил я. – Не могу поверить, чтобы кадровый номенклатурец ЦК КПСС Изюмов так осознанно, вероломно предал коммунистические идеалы в роковой для страны Советов час испытаний… И потом, нельзя же все вот так валить на одного Изюмова. Ведь среди авторов возглавляемого им еженедельника «Гласность» были и люди с высшим политическим образованием – дипломированные выпускники Академии общественных наук при ЦК КПСС. Почему же они тогда, в августовские дни 1991 года, не попридержали Изюмова в его верноподданнических рвениях к новому, просионистскому режиму, идущему на смену Советской власти?

– А это лишь доказывает то, – сказал раввин – что и в Академии общественных наук при ЦК КПСС, в этой кузнеце руководящих партийных кадров, в угоду нам была заблаговременно поставлена на поток подготовка тех же самых политически стерилизованных жуиров-кутил, идеологов высшей квалификации, готовых к адекватному, спокойному восприятию грядущих кардинальных перемен в Советском Союзе, реализуемых в этой стране нашим сионистским движением.

– Но возможно, – вставил я, – Изюмовым овладел испуг с приходом новой власти, а потому он и выпустил в свет такой вот верноподданнический вашему движению 37-й номер еженедельника «Гласность»?

Раввин снова ухмыльнулся и говорит:

– Пять прецедентов от испуга одним махом не сотворишь. Их можно создать при полнейшей осмысленности и личной готовности идти ва-банк на все в проявлении искренней симпатии антикоммунистическому строю.

– И каковы же остальные прецеденты, свершенные Изюмовым? – спросил я раввина.

– Четвертый прецедент Изюмова состоял в том, – пояснил он, – что, едва успев смародерствовать у ЦК КПСС «Гласность», он тут же стал чернить и охаивать прежнего собственника еженедельника. Что было не в традициях обычных, ординарных практикующих мародеров… Наконец, пятый прецедент, сотворенный Изюмовым, – это разрушение стереотипа почтительности к своим бывшим покровителям и благодетелям по службе. Ведь в правящей партии страны было общепринято при упоминании в разговоре того или иного благодетеля, продвинувшего тебя по властной вертикали, обязательно предварять произношение имени и отчества такой вот важной, почитаемой персоны словами: «добрейший», «милейший», «чистейшей души», «чистейший»… и т.д., и т.п. А тут вдруг – черная неблагодарность. Вчерашних своих благодетелей и покровителей по ЦК КПСС Изюмов позволил на всех страницах своего еженедельника «Гласность» оскорбительно обзывать «путчистами», «хунтой»… Но, конечно же, всех питомцев декана журфака МГУ Засурского превзошел своим карьерным успехом и результативной журналистской деятельностью выпускник журфака 1965 года талантливейшей конформист-проныра, наш верный подручный Виталий Игнатенко.

– Чем же Игнатенко прославился? – спросил я.

– Своей головокружительной карьерой при всех режимах власти, – сказал раввин. – В советские времена Игнатенко был и первым заместителем главного редактора газеты «Комсомольская правда», и главным редактором журнала «Новое время», и заместителем генерального директора ТАСС при Совете Министров СССР, и заместителем заведующего отделом международной информации ЦК КПСС, и руководителем пресс-службы, помощником президента СССР… Тут надо заметить, что именно в советский период своей искрометной, блистательной карьеры Игнатенко свершил и свой сногсшибательный творческий аллюр…

– Что же это за «аллюр»? – спросил я.

– Будучи уже заместителем генерального директора ТАСС, – пояснил раввин, – Игнатенко накропал к юбилею Брежнева верноподданнический, лизоблюдский сценарий документального фильма «Повесть о коммунисте». Для гарантии же реализации этого кинопроекта Игнатенко взял себе в соавторы своего непосредственного начальника – генерального директора ТАСС Замятина. И, как всегда, Игнатенко не прогадал и тут. Фильм вышел точно в срок к юбилею Брежнева на широкий экран, был восторженно принят в высших партийных кругах, а два соавтора фильма «Повесть о коммунисте» были достойно вознаграждены. Во-первых, оба они, и Игнатенко, и Замятин, стали лауреатами самой престижной, главной в Советском Союзе Ленинской премии. А во-вторых, оба соавтора тут же перекочевали из ТАСС прямехонько на партийную верхотуру в ЦК КПСС, где специально для них был учрежден новый отдел международной информации. Один из соавторов фильма-призера, Замятин, стал заведующим этого отдела, а Игнатенко – его заместителем… В роковой же час испытаний для Советского Союза, в августовские дни 1991 года, умница Игнатенко повел себя уверенно, достойно и солидно: мгновенно сориентировался, какую ему следует в открытую занимать сторону в данной ситуации, и сразу же переметнулся на нашу. А для официального, публичного подтверждения своей активной антисоветской позиции вчерашний пламенный коммунист-ленинец Игнатенко вместе с Бакатиным, Вольским, Шахназаровым и Примаковым организовал и блестяще провел пресс-конференцию, на которой решительно выступил против ГКЧП. Ну, а дальше уже все было делом техники… Взяв себе на вооружение с успехом отработанные Изюмовым на еженедельнике «Гласность» прецеденты, Игнатенко положил глаз на родимый «бесхозный» ТАСС, беспрепятственно оприходовал его и выпотрошил из логотипа ТАСС идеологическую начинку. Убрав же упоминание в логотипе ТАСС ненавистного ему Советского Союза, Игнатенко дал новое название оседланной им организации: «Информационное телеграфное агентство России» и стал полновесным его хозяином – генеральным директором. А дабы никто на информационном пространстве не сомневался в авторитетности новоявленного агентства, Игнатенко присовокупил к его названию известную всему миру аббревиатуру «ТАСС». И новая вывеска на прежнем здании ТАСС засверкала новой аббревиатурой «ИТАР-ТАСС». Завершив же многоходовую манипуляцию с ТАССом, Игнатенко снова устремился к добыче новых чинов, званий и наград уже при нашей просионистской власти. И опять же не без успеха. Карьерный рост Игнатенко лишь ускорился. За короткое время Игнатенко, сохраняя за собой пост генерального директора ИТАР-ТАСС, стал и заместителем Председатель Правительства Российской Федерации, и председателем Совета директоров Общественного Российского Телевидения (ОРТ), и президентом Всемирной ассоциации русской прессы, и действительным членом Международной академии информатизации и т.д., и т.п. Вот такой молодец-удалец наш Игнатенко, воспитанник декана журфака МГУ Засурского… Но и остальные выпускники журфака МГУ, каждый по-своему, внесли и вносят посильный вклад в исторические победы нашего сионистского движения в этой стране. И еще особая заслуга декана Засурского в том, что выпускники журфака МГУ из русских аборигенов никогда и нигде не воюют с сионистами. Они достаточно понатасканы своими факультетскими наставниками по части того, что к чему, и всегда толерантно относятся к представителям нашего племени. Больше того. Приятно сознавать, что выпускники журфака МГУ – русачки не только никогда не лягнут нашего брата-сиониста ни в печати, ни по радио, ни на телевидении, но еще и при случае подчеркнуто продемонстрируют ему, что они отменные, заядлые русофобы… В целом же реализация задумки наших мудрейших праотцев взрастить в России в массовом порядке политически стерилизованных жуиров-кутил, которые её же, Россию, и погубят, – полностью себя оправдала. Они, эти жуиры-кутилы, стали надежной опорой и активными пособниками нам, когда мы приступили к завершающему этапу развала Советского Союза… Да и сейчас все они исправно, преданно служат нам…

– А вы уверены, – прервал я раввина, – что все эти ваши политически стерилизованные вами жуиры-кутилы так уж искренне служат вашему строю? И не допускаете ли мысль, что при социально-политическом взрыве на постсоветском пространстве эта категория граждан мгновенно отпрянет от вас и снова присягнет на верность трудовому народу?

– А нам решительно наплевать на то, что в головах этих политически стерилизованных жуиров-кутил, – сказал раввин. – И насколько они искренне сейчас служат нашему сионистскому движению. Нас интересуют лишь конкретные их действия и сам факт служения именно нам. А если с их стороны мы заметим какое-то двурушничество, какую-то сомнительную игру с нами, то им несдобровать. Разыщем таких фигурантов-предателей в любой точке планеты и головы поотрываем. На манер того, как поступили наши соплеменники с нацистскими преступниками после Второй мировой войны… А вот по части возможного социально-политического взрыва в этой стране, то тут в своих планах-прогнозах мы дали маху. Мы рассчитывали, что глядя на своих преуспевших жуиров-кутил из высших слоев общества этой страны, русские трудовые низы само собой, естественно, подражая им, тоже поголовно превратятся в стопроцентных жуиров-кутил. И в будущем не составят нам угрозы, сойдя навсегда с политической арены. Ан, нет. Перемучившись в нищете и перестрадав 15 лет при нашем просионистском режиме, они, напротив, четко осознали, что сионисты с ними коварно учинили и недвусмысленно теперь грозят всем нашим соплеменникам вспарыванием живота.

– И что вы в этой ситуации собираетесь предпринять? – спросил я.

– По примеру путинских липовых «национальных проектов» мы запустим в этой стране и свой, – сказал раввин. – Но уже не липовый, а настоящий «национальный проект», реальный.

– Что же это будет за ваш «национальный проект»? – поинтересовался я.

– Этот проект будет с использованием по максимуму нефтедолларов этой страны и с предсказуемым для трудовых низов русских аборигенов неотвратимым летальным результатом, – отчеканил раввин.

– То есть? – вставил я.

– Нас явно не устраивают на данном этапе, – продолжил раввин, – темпы вымирания русских аборигенов из трудовых низов. Ведь за год ныне русское население сокращается всего на миллион человек. Что, естественно, крайне мало. И допустимо ли нам продолжать теперь то, что при нашем попустительстве происходит в этой стране? Потому, если в ближайшее время в этом отношении ничего не изменится, трудовые низы русских аборигенов, нарушивших наши стратегические планы по сокращению численности населения России и осознанно уклонившихся от предписанного нами им превращения в обычных политически стерилизованных жуиров-кутил, мы будем вынуждены просто уничтожать. А если говорить точнее, то станем беспощадно травить их, как крыс, мышей, тараканов и прочую подобную мерзость. Благо приготовленных для этих целей спецпродуктов питания и медицинских препаратов пруд пруди. Иного на данном историческом этапе становления всемирного иудейского царствования не дано.

– То, что вы вытворяете на постсоветском пространстве, – сказал я, – это тягчайшее преступление против человечества, геноцид коренного русского народа.

– Но не сворачивать же нам на завершающем этапе бескомпромиссную, многовековую борьбу за реализацию основополагающих стратегических задумок наших мудрейших древних праотцев из-за какой-то святой Руси и какого-то замшелого Православия? – в сердцах воскликнул раввин.

«Ишь, как завелся, как разошелся, – мелькнула у меня мысль. – Надо немедленно довести услышанное до сведения нашего трудового народа».

И я тут же ушел.

18.08.07 г.

[1] День.

[2] Завтра.

[3] День литературы. 2004, авг.

[4] Московский строитель.

[5] Аль-Кодс.

[6] Аль-Кодс.

[7] Завтра; Правда России; Гласность. 1997, сент.

[8] Ветеран. 1997, сент.

Хамелеоны в мундирах[1]

Воистину мир не стоит на месте и в своем развитии непрерывно поражает нас самыми неожиданными поворотами судеб людей.

Вот и совсем недавно встречаю своего давнишнего знакомца по работе в комсомоле и не узнаю его. Еще несколько лет тому назад, сразу после печальной памяти августовских событий 1991 г. в нашей стране, был он всегда бодрым, уверенным в себе и не сходил с экрана телевизора. Все восторгался нахлынувшей свободой и независимостью России, не забывая при этом покрепче и поязвительней лягнуть «ужасное тоталитарное советское прошлое». А тут вдруг никаких признаков прежнего оптимизма, осунувшийся какой-то, помрачневший и почерневший.

– Что так? – спрашиваю. – Откуда такое настроение?

– А какому ему быть? – на вопрос вопросом отвечает бывший комсомольский функционер. – Время-то, и не только время, летит в тартарары! И никакого просвета!.. Раньше бывало что? Сожжешь публично муляж членского билета КПСС, и тебя тут же признают стопроцентным демократом с выделением по максимуму всяких льгот, квот и привилегий. А теперь?.. Теперь, чтобы тебе хоть малость обломилось из этих самых льгот, квот и привилегий, к ногам зажравшимся кремлевским хозяевам надо как минимум принести в дар национальные духовные ценности советского, коммунистического периода. А не каждому это под силу!.. И сейчас, если кто и процветает на этой доходной ниве, так это многие бывшие советские генералы и маршалы, которые сразу после августа 1991 года, отбросив Присягу стране Советов, тут же присягнули новому режиму или планомерно побросали насиженные должностные места в своих ведомствах и кинулись создавать с любым названием нечто похожее на ассоциации, товарищества, конторы, агентства, фирмы, фонды, клубы, акционерные общества, комитеты, банки, наконец, или что-то в этом роде. И начали они вовлекать в эти новые официально зарегистрированные образования отставников-военных. А дальше закрутили вместе с ними бурную бизнесменовскую деятельность. Разных экономических секретов по службе у каждого из них, надо полагать, было под завязку, а потому, чем торговать и внутри страны, и за рубежом, стало у них в избытке. Так что, само собой, сытое пропитание всем им было обеспечено с лихвой… Но не в этом суть! А главное в том, что всех этих потенциально опасных для нового режима отставников-воинов отвлекли от свойственной им деятельности по защите своего Отечества. Но когда к тому же бывших воинов регулярно стали собирать в неких псевдоэлитных клубах и вовлекать их в пустые демагогические дискуссии и разглагольствования, то они и вовсе потеряли последние остатки способности к самостоятельному осмыслению происшедшей трагедии с их страной и перестали даже помышлять об участии в воссоздании Советской власти. И недавние бравые, боевые воины – профессиональные стражи Советского государства окончательно превратились в духовных импотентов-обывателей, заботящихся лишь о том, как бы посытнее жить при новом строе. За такую «полезную» бурную деятельность новая демократическая власть стала предоставлять им соответствующие блага и ордена вручать! А на Западе этих преобразившихся воинов вообще стали на руках носить за подобную деидеологизацию так называемой военной элиты, попросту же – перевербовку бывших советских воинов с коммунистической идеологии на капиталистическую… А дальше пошло-поехало!.. Когда хамелеоны в мундирах набрали силы на этом так называемом общественном поприще и получили заслуженное признание своих верноподданных движений в глазах нового строя, то смогли приступить к реализации еще более важных идеологических и политических услуг нынешним кремлевским хозяевам. Для начала к ногам новых властей они бросили как минимум любимых народом выдающихся полководцев и флотоводцев Великой Отечественной войны 1941–1945 годов, посмертно «выпотрошив» из народных легендарных героев коммунистическую и советскую идеологию.

– Что имеется в виду? – спросил я.

– Поясню вам, – ответил собеседник. – Для эффективного и ускоренного закабаления России по сценариям Запада новые власти крайне нуждаются в своеобразных идеологических подпорках. Ну, скажите, разве плохо для новых властей, если они, обращаясь к покоряемому народу, скажут: ваши в прошлом национальные герои-коммунисты вовсе не коммунисты, а страдальцы тоталитарного советского режима? И только, мол, мы, демократы, даем им сегодня подлинную высокую оценку и признание как настоящим русским патриотам? И наш народ в силу своей природной доверчивости сразу же проникнется уважением к своим закабалителям.

Новые же власти обильно профинансировали бывших служивых, а те на их деньжища заказали бесчисленное количество памятников советским героям-военачальникам, пооткрывали скороспелые музеи, регулярно устраивают во дворцах пышные юбилейные торжества и пиршества во славу героев. И при этом напрочь убирают красные коммунистические знамена и всякую другую советскую символику. Лишь для проформы вывешивают портретики юбиляров в советской униформе. И тем более на всех этих торжествах не звучат ни советский Гимн, ни прежние прокоммунистические, просоветские речи юбиляров на Красной площади. И соответственно при каждом удобном случае особо подчеркивается, что, дескать, эти самые усопшие герои-военачальники никакие они не коммунисты, не советские, а попросту русские самородки, которые вопреки социалистическому строю и компартии, несмотря на сталинские притеснения и жестокий коммунистический террор умело составили себе блестящую карьеру. И, мол, можно с уверенностью полагать, что эти самые советские герои-военачальники лишь мечтали дожить до того светлого дня, когда придут к власти истинные демократы и воздадут им все положенные почести. От такого растаскивания и размывания советской идеологии и манипуляции с переподчинением, а точнее, перепродажей национальных ценностей – советских героев новые власти получили огромную прибавку к рычагам воздействия и давления на сознание покоряемого ими доверчивого народа. А мы – пионеры современного отечественного предпринимательства – оказались на обочине!…

Послушал я такое серьезное обвинение нашим бывшим воинам и решил посмотреть, что же и к чему. И для начала мысленно вернулся в Колонный зал Дома союзов, где проходил торжественный вечер, посвященный 100-летию со дня рождения Маршала Советского Союза, четырежды Героя Советского Союза Г.К. Жукова.

Смотрю в президиум. Лица знакомые. Но Маршал Советского Союза, Герой Советского Союза В.Г. Куликов почему-то не в советской форме, а в какой-то ядовито-зеленой. Больше того, на левом рукаве у него пришит трехцветный флажок по типу «власовского»…

Не успел я как следует рассмотреть других персон, восседающих в президиуме, как тут поднялся со своего места председательствующий собрания дважды Герой Советского Союза, генерал-полковник М.П. Одинцов и громко в микрофон обратился к присутствующим: «Дамы и господа!»…

На сии слова генерала зал от возмущения буквально взревел. Одинцов стушевался и принялся неуклюже оправдываться, что, мол, эти два слова не такие уж плохие и произнес он их вместо слова «товарищи» по привычке, машинально, поскольку только-только вернулся из Америки. Затем с докладом выступил обряженный в новую кургузую форму и поблескивая Золотой Звездой Героя Советского Союза В.Г. Куликов. И опять из зала посыпались возмущенные реплики: «Почему ничего не сказано о роли компартии в Великой Отечественной войне?», «Почему не отмечено, что Жуков был убежденнейшим коммунистом?», «Почему ни слова не сказано о советском народе?».

Стали присутствующие громко спрашивать и о том, почему, дескать, по такому торжественному поводу не был исполнен Гимн Советского Союза и почему отказались от обещанного в программе вечера воспроизводства фрагментов знаменитой речи Г.К. Жукова на Красной площади в день Парада Победы 24 июня 1945 г.?

Когда объявили перерыв и все вышли в фойе, я подошел к В.Г. Куликову и деликатно спросил его:

– Не входит ли в противоречие то, что вы под одними и теми же Красными знаменами, что и Жуков, принимали Присягу Советскому Союзу, а сейчас надели вместо советской маршальской формы вот эту кургузую да еще и прилепили себе на рукав трехцветный флажок генерала-предателя Власова.

– Никакого противоречия не вижу! – бодро отчеканил маршал. – Было время советское – принял Присягу советскому народу и воевал под Красными знаменами. А сейчас имею контракт с Ельциным и служу ему. Я всегда учитываю для себя обстановку, которая складывается в настоящий момент.

А спустя какое-то время в Центральном Доме Российской армии проходил торжественный вечер, посвященный 100-летию со дня рождения Маршала Советского Союза, дважды Героя Советского Союза К.К. Рокоссовского. На сей раз в президиуме торжественного собрания был даже тогдашний министр обороны РФ генерал армии И.Н. Родионов, в таком же ядовито-зеленом кургузом мундире и с нашивкой в виде трехцветного «власовского» флажка на левом рукаве.

В перерыве я подошел к И.Н. Родионову и рассказал ему о реакции не мой вопрос В.Г. Куликова.

Генерал Родионов громко расхохотался: мол, а что тут удивительного – жить-то как-то надо!

И министр обороны РФ, недавний член КПСС, рассудительно, по-философски сказал буквально следующее:

– Знаете, я противник крайних идеологий! Кстати, ту, марксистско-ленинскую идеологию нам Запад подарил. А сам от нее отказался. Хотя она была написана для Запада. Но Запад что-то не пошел по этому пути…

И тут же И.Н. Родионов добавил, что, мол, пусть Запад и забирает к себе обратно эту самую марксистско-ленинскую идеологию. А мы, дескать, и без этой идеологии обойдемся, выполняя те служебные функции, которые нам ныне вверху пока доверяют.

А я подумал: а ведь прав во многом мой знакомец – бывший комсомольский активист, ныне же неудачник-предприниматель!

Судя по фактам и конкретным действиям, поступились Честью, Достоинством и Присягой своему великому народу многие наши генералы и маршалы, а также примкнувшие к ним бывшие советские воины иных чинов и рангов. Поступились самым святым! Взяли себе на вооружение принципы мимикрии. И не будет прощения во веки веков хамелеонам в мундирах!

Стриптиз фарисеев[2]

Ленинский комсомол был и будет для многих поколений вписан в сердца, как Родина в паспорт», какую бы хулу на него ни несли заклятые, кликушествующие враги Советской власти. Для каждого патриота комсомол – священное понятие. Это – Днепрогэс и Магнитка, Великая Отечественная война, космос и целина, Братск и Байкало-Амурская магистраль…

И комсомол вместе со всей страной поднимал на щит славы тех людей, которые являли примеры самоотверженного труда на благо социалистического Отечества, образцы служения советскому народу, его коммунистическим идеалам. В рядах ВЛКСМ – самой масштабной и массовой молодежной организации XX в. – были воспитаны тысячи героев, ставших кумирами советских людей, символами мужества, самоотверженности, честности и беззаветного служения Родине. Среди них Зоя Космодемьянская, Александр Матросов, Виктор Талалихин, Иван Кожедуб, Юрий Гагарин и многие, многие другие.

Но, оказывается, не все вступали в комсомол с честными, возвышенными намерениями. Иные тщеславные юные конформисты – будущие ренегаты, оппортунисты и коллаборационисты цинично рассматривали ВЛКСМ как надежную стартовую площадку для своих форсированных устремлений к доходным, высокооплачиваемым должностям. Они вступали в комсомол, преследуя лишь свои корыстные, карьеристские цели. И, не забывая непременно публично во всеуслышание дружно скандировать лозунг «Ленин, партия, комсомол!» и постоянно лицемерно, показушно признавая коммунистические идеалы, эти политиканствующие фарисеи напористо проникали в коридоры и кабинеты власти, захватывали средства массовой информации, неустанно обогащались и ждали своего звездного часа. А если кому из таких вот ловких прохиндеев-карьеристов удавалось еще и пройти хотя бы краткосрочную управленческую стажировку в высоких партийных, советских или правоохранительных органах, то такой шустрый, удачливый соискатель высоких чинов и должностей считал себя полностью завершившим необходимую обкатку для процветания в верхах при любой власти. Даже если он, этот режим власти, будет оголтело антинародным и потребуется срочно публично отречься от коммунистической, советской идеологии, принародно цинично демонстрируя фарисейский политический стриптиз.

Беспринципным ловцам тепленьких мест и доходных должностей оставалось лишь придумать для честных, но политически наивных, бесконечно доверчивых современников правдоподобный вариант нравственного обоснования своего безнравственного образа жизни. Но за этим, как показала жизнь, дело не стало.

Вот, к примеру, «выходец из Свердловской областной комсомольской организации» В.В. Илюшин. Долгие годы при Советской власти он ходил под красными знаменами, звонко провозглашая коммунистические лозунги и зорко присматриваясь к изменяющейся в стране политической ситуации. Избирался Виктор Васильевич и вторым, и первым секретарем Свердловского обкома ВЛКСМ, «обкатывался» на работе в Москве. И в 1991 г., когда прозвучал гонг, извещающий о развале социалистической супердержавы, Илюшин быстренько отбросил в сторону за ненадобностью свое комсомольское прошлое, ретиво присягнул трехцветному «власовскому» флагу и удостоился у новоявленного режима кремлевской власти сразу двух вожделенных должностей: руководителя секретариата и первого помощника президента России Б.Н. Ельцина – главного разрушителя Советского Союза.

Вот такой политический стриптиз совершил бывший плакатный комсомолец и член КПСС В.В. Илюшин. И никакого угрызения совести!

Пофартило при ельцинском режиме и старшему наставнику Илюшина по комсомолу – бывшему первому секретарю ЦК ВЛКСМ Б.Н. Пастухову, которому Б.Н. Ельцин поначалу «отвалил» должность заместителя министра иностранных дел России, затем первого заместителя министра… А совсем недавно президент РФ возвел бывшего комсомольского энтузиаста Пастухова в сан полноправного федерального министра.

Впрочем, ничего удивительного в том нет. Бывший многоопытный комсомольский вожак давно отрекся и от коммунистической идеологии, и от пролетарской символики.

Не случайно сегодня Б.Н. Пастухов, разглагольствуя о воспитании юного подрастающего поколения, в угоду своему благодетелю – разрушителю СССР Ельцину беспринципно заявляет: «Пусть не будет на груди у этих пацанов и девчонок красного галстука, а будет галстук цветов нашего национального флага…». То бишь значит: трехцветного флага предателя Власова!

Надо сказать, что известный певец Иосиф Давыдович Кобзон дал в дни празднования 80-летия ВЛКСМ высокую оценку морально-политическим качествам ветерана комсомола Б.Н. Пастухова и ему подобным. В частности, бывший первый секретарь ЦК ВЛКСМ В.М. Мишин заслужил у известного певческо-коммерческого авторитета такую лестную характеристику: «В.М. Мишин – фантастически энергичный и безусловно талантливый человек». Вероятно, не только эти деловые качества, но и способность к политической мимикрии способствовали тому, что В.М. Мишин сегодня – председатель правления коммерческого банка «Крокус-банк», небезызвестного в кругах новоявленных российских олигархов, ревностно, со свойственной ему напористостью убеждал подведомственных ему комсомолят крепить верность коммунистическим идеалам. Вот почему мне захотелось прояснить: не собирается ли он, Мишин, снова прибегнуть к прежним своим идеологическим симпатиям в случае возврата коммунистов в Кремль? Но едва я заикнулся по сему поводу, как Виктор Максимович в замешательстве нервно махнул рукой и торопливо изрек: «Потом, потом!» Из чего я сделал вывод, что маститый по нашим временам финансист окончательно еще не определился по данному вопросу. На всякий случай…

Характерно, что И.Д. Кобзон не в меньшей степени восторгается и другими бывшими комсомольскими лидерами, поспешившими присягнуть на верность антинародному ельцинскому режиму. «Вы посмотрите, кто занимает сейчас многие ключевые посты и ответственные должности? Кто? – громогласно вопрошает Иосиф Давыдович Кобзон, и сам же с явным удовольствием отвечает: – Бывшие комсомольские функционеры. Они стали предпринимателями, банкирами, государственными руководителями. Они доказали, что в состоянии быстро адаптироваться в любой ситуации».

Надо сказать, что сам бывший активист-песенник И.Д. Кобзон, получив в советское время на комсомольско-патриотической тематике все высшие артистические почетные звания СССР, тоже не бедствует при ельцинском режиме. Он ни много ни мало – президент коммерческого акционерного общества «Московит».

Эти и многие, многие другие сведения – факты о бывших в прошлом комсомольских активистах-лидерах, а ныне процветающих и преуспевающих бизнесменах, банкирах, коммерсантах и чиновниках ельцинского режима – можно почерпнуть из вышедшего недавно в свет огромного 500-страничного фолианта под названием «Россия молодая: век XX». Авторы и герои этой толстенной, красочно оформленной книги большого формата, сотворившие гуртовой политический стриптиз, не только искренне похваляются своими выдающимися успехами при любом режиме власти, но они еще вроде бы даже пытаются убедить нынешний антинародный режим, что не все в их советском прошлом было так уж плохо. По их мнению, наработанный опыт и организационные методы прежнего комсомола могут сполна послужить надежными подпорками и новым кремлевским властям. Если, конечно, выхолостить из этого коммунистическую идеологию и использовать слово «комсомол» исключительно как популярную торговую марку.

«Очень многое… комсомол давал в самом лучшем виде, был хороший, наработанный опыт. Уберите партийную идеологию – и лучшего ничего придумать нельзя», – уверяет бывший заведующий отделом пропаганды ЦК ВЛКСМ, а ныне председатель совета директоров «Инкомбанка», вице-президент Российского союза промышленников и предпринимателей В.П. Грошев.

«Наш союз назывался “Ленинским коммунистическим”. Ну и что? – вторит новоявленному банкиру бизнесмен И.Д. Кобзон. – Ничего страшного! Вы посмотрите сейчас: театр “Ленком” свое имя сохранил, “Комсомольская правда” и “Московский комсомолец” тоже. “Молодая гвардия”, насколько мне известно, переименовываться не собирается. Ничего не произошло, ничего страшного не случилось…»

Солидарен с таким мнением и бывший комсорг, бывший член КПСС, народный артист СССР, режиссер Марк Захаров, поспешивший сжечь свой билет члена КПСС и переименовавший Театр имени Ленинского комсомола в Ленком, поскольку прежнее название театра ему, видите ли, «резало слух» как слишком «политическое». Так вот и он, Марк Захаров, заявляет: «…опыт комсомола все-таки будет использован дальше…».

С этим охотно соглашается мэр Москвы Ю.М. Лужков, поместивший в книге свое пространное предисловие под заголовком «Лик грядущего века будет определять молодежь». Он пишет: «Если освободить прежнюю комсомолию от излишней регламентации и идеологизации, она и сейчас с успехом могла бы послужить молодежи».

Тут у читателей вполне естественно может возникнуть вопрос: а с чего бы это хозяйственник-мэр Лужков вдруг так активно заинтересовался судьбой нынешнего молодого поколения?

На этот вопрос в этой же книге «Россия молодая: XX век» дает однозначный ответ известный выходец из комсомола, бывший заведующий отделом ЦК КПСС и член ЦК КПСС, а ныне преуспевающий президент Российского союза промышленников и предпринимателей А.И. Вольский. «О молодом поколении, – считает он, – вспоминают, когда надо мобилизовать голоса на выборах».

И я подумал: а ведь прав Вольский – выборы-то не за горами! Может, и у скромнейшего от природы московского хозяйственника-мэра Лужкова проклюнулись честолюбивые амбиции стать, наконец, и вовсе первой фигурой в государстве?

Остается лишь напомнить читателям о том, что очередные президентские выборы в России неумолимо приближаются.

Раввину предъявляет претензии МГУ, и не только

Позвонивший мне раввин хоральной синагоги был предельно краток и лаконичен.

– Я, кажется, изрядно подзалетел! – взволнованным голосом проговорил раввин. – Мне предъявлены претензии МГУ, и не только этим вузом, по поводу выданной мной вам в прошлый раз информации о взращенных нашими соплеменниками в этой стране жуиров-кутил из русских аборигенов, подсобивших сионистам в развале Советского Союза. Прошу встречи. Надо бы посоветоваться…

Я не отказал в аудиенции раввину и на этот раз. А сам, отправляясь на встречу с ним, подумал: «И какие это такие претензии предъявляет раввину МГУ? Да еще к тому же не только один этот вуз? Что же так могло разволновать вальяжного раввина и вывести его из равновесия?.. И вообще говоря, к чему из этой информации, которую дал мне раввин на последней нашей встрече с ним и которую я тут же опубликовал в печати, оппоненты раввина могут придраться к нему и предъявлять претензии? Ведь раввин тогда достаточно откровенно, аргументировано, логично и цинично изложил мне дальнейшие планы-намерения своих соплеменников-расистов по достижению окончательной победы над ненавистными для всех их Русью и Православием, этими чудищами, как он выразился, извечно стоящими на пути сионистов к всемирному иудейскому царствованию…»

И тут у меня неожиданно возникла мысль:

«А может это я в своей публикации допустил какую-то неточность в изложении информации раввина и тем самым, как ныне говорится, подставил раввина и вызвал на него бурную, негативную реакцию его оппонентов со всякими там их к нему претензиями?»

Это свое последнее предположение и высказал я раввину сразу же, как мы с ним встретились.

– Нет, нет, мой хороший, добрый друг! – воскликнул раввин. – Вы тут не причем!.. После выхода в свет очередного вашего материала я сразу же тщательно его проанализировал и пришел к однозначному выводу: в вашем тексте, опубликованном и в газете, и в журнале, и на сайте Интернета, как всегда, ничего нигде не искажено из того, что я вам рассказывал. Доподлинно изложено вами все то, что, впрочем, мы никогда и не скрывали от коренного населения страны поселения наших соплеменников. А именно то, что мы собираемся проделать с аборигенами приютившей нас страны. И в вашей публикации совершенно правильно сказано, что наши соплеменники, поселившись в очередной иноземной державе, всегда и везде сразу же приступали к превращению по максимуму коренного населения приютившей нас страны в сплошных политически стерилизованных жуиров-кутил. Что это всегда создавало благоприятнейшие условия нашим соплеменникам для завладения этой страной, позволяло нам в кратчайшие сроки оттеснить представителей коренного народа страны поселения от политической жизни и вскоре во всю манипулировать местными властями и беспрепятственно доить туземную экономику. Превращение же представителей коренного народа страны нашего поселения в политически стерилизованных жуиров-кутил действительно оказалось прекрасным инструментом в технологии ускоренного закабаления нашими соплеменниками приютившей их державы. Но с Россией, с ее специфическим духовно-нравственным, патриотическим этносом в этом отношении нашим соплеменникам, безусловно, пришлось изрядно повозиться, прежде чем мы наладили в этой стране приемлемую для наших целей массовую популяцию политически стерилизованных жуиров-кутил из коренных русачков…

В самом деле, одна только чертова «черта оседлости» для наших соплеменников на территории Российской империи, учрежденная жестоким царизмом, доставила нам столько неудобств, унижений и страданий! И только Февральская буржуазная революция в России в 1917 года, наконец, уровняла в этой стране наших соплеменников в гражданских правах с коренным населением. Да спасибо еще и коммунистам-большевикам за то, что почти сразу же после Октября 1917 года нам удалось протолкнуть через верхушку власти беспрецедентное в мировой юридической практике постановление, что за малейшее проявление юдофобии можно было вполне законно ставить гражданина к стенке и пускать в расход в назидание и на страх остальным… Между тем наш тогдашний полный контроль над силовыми ведомствами этой страны позволил немедленно приступить к реализации первейшей задачи. А конкретнее говоря, к замене национальных русских кадров на наших ставленников-соплеменников… И совершенно верно в вашей публикации отмечено, что, собственно, только с 1918 года в России начала реализовываться наша всеобщая обширная программа по взращиванию и всемирному культивированию из русских аборигенов, особенно из коммунистов, политически стерилизованных жуиров-кутил, будущих потенциальных предателей своей отчизны, разного рода конформистов, оппортунистов, ренегатов, коллаборационистов, а попросту говоря, мерзких клятвопреступников. Но зато в лице этих фигурантов мы приобрели верных, надежных наших пособников в развале Советского Союза. Верно сказано в вашей публикации и то, что с годами наша программа ускоренного превращения русских аборигенов в жуиров-кутил все больше набирала обороты, а делянки селекционного взращивания политически стерилизованных жуиров-кутил из русских аборигенов интенсивно возделывались нами на всей территории страны Советов. Что особенно динамично сработала наша программа по взращиванию политически стерилизованных жуиров-кутил из русачков в послевоенный период, после Сталина. Что так бурно, результативно рос численный и качественный состав волонтеров, желающих нам с усердием послужить, что к концу так называемой перестройки, затеянной по нашей программе Горбачевым, среди новоявленных знаменитых, сановных жуиров-кутил всесоюзного масштаба уже значились и члены ЦК КПСС, его секретари, члены Политбюро, и руководители тогдашнего Совмина СССР, Президиума Верховного Совета СССР, и генералы из центрального аппарата КГБ СССР… Да и много других фигурантов такого же властного уровня, не говоря уже о многочисленной околокремлевской челяди, проституирующих журналистах, писателях, деятелей науки, культуры и иной пресмыкающейся мелкоте, обслуживающей верхушку политической власти в стране при любом режиме и во все времена. Верно вы осветили в своей публикации и то, как формировались в советские времена эти самые сановные, прикормленные властью политически стерилизованных жуиры-кутилы из русских аборигенов, активно подсобивших нам в развале Советского Союза. Правильно также вы подчеркнули, что в советские годы не было такой сферы жизни, которая при воздействии сионистов не плодила бы из русачков все новых и новых таких вот жуиров-кутил, и то, что особенно славно сработала в угоду нам на этой ниве взращивания политически стерилизованных жуиров-кутил советская госбезопасность и коммунистическая партийная журналистика. И уж совсем превосходно поступили вы, подтвердив сказанное в вашей публикации конкретными примерами из этих сфер советской жизни. Убедительно воспринимается изложенное вами в публикации и то, как из простых русских парнишек, выходцев из рабоче-крестьянской среды советской госбезопасностью выпестовывались политически стерилизованных жуиры-кутилы, наши будущие верные именитые пособники генералы Крючков, Шебаршин, Бакатин, Бобков, подполковник Путин… и то, как, к примеру, факультет журналистики Московского государственного университета, основанный в 1952 году и ставший сразу же главным «инкубатором» Советского Союза для искусственного выведения «птенцов» – либеральных журналистов, будущих верных наших пособников в развале страны Советов, под водительством бессменного, многолетнего его декана антисоветчика Засурского десятки лет «наводнял» эту страну такими талантливейшими, матерыми журналистами-конформистами, как Игнатенко, Изюмов, Свинаренко – им не счесть числа, главными чертами которых стали высокомерие, цинизм, фанаберия и четкое следование конъюнктуре.

– Но если все так правильно и достоверно отражено в моей публикации, – прервал я раввина, – а все факты взяты мною из информации, полученной от вас при очередной нашей встрече с вами, то какие могут быть к вам предъявляться претензии МГУ, и не только этим вузом?

– Могут! – твердо сказал раввин. – После вашей публикации в мой адрес последовал шквал и претензий, и разного рода упреков!.. А сами события развивались так… Прежде всего почти сразу же после публикации этого вашего материала мне позвонили из приемной ректора МГУ Садовничего и не без сарказма, с издевкой спросили: мол, известно ли почтеннейшему раввину хоральной синагоги, что в МГУ функционирует не только один журфак, но и другие факультеты. Я, естественно, подтвердил, что мне это известно. И тогда из приемной ректора МГУ разразились возмущенной, обличительной тирадой: дескать, коль вам известно, что в МГУ кроме журфака есть и другие факультеты, то тогда на каком основании вы лишь в адрес выпускников журфака МГУ, да еще исключительно из русачков, провозглашаете восторженную приветственную оссану и воздаете им чрезмерное восхваление за их активное пособничество сионистам в развале Советского Союза? Ведь выпускники других факультетов МГУ разных национальностей не в меньшей степени подсобили сионистам в их победном шествии по этой стране. Причем не только подсобили, но и непосредственно активно участвовали и ныне участвуют в реализации исторических программ сионистов по закабалению коренных народов в иноземных странах поселения сионистских соплеменников, в том числе на постсоветском пространстве!.. Ну, а дальше из приемной ректора МГУ пошло перечисление подвигов выпускников других факультетов МГУ на ниве пособничества сионистскому движению в развале Советского Союза и конкретных личных вкладов каждого из воспитанников этого вуза в реализацию сокровенных задумок древнейших сионистских мудрецов. Причем в основном назывались те из воспитанников МГУ, которым удалось ловко пробраться на верхотуру власти этой страны и вовсю, в угоду нам, беспощадно крушить колоссальный социалистический монолит с высоты захваченной власти государственных постов. И, конечно, прежде всего из приемной ректора МГУ был назван любимый воспитанник юридического факультета Михаил Горбачев, который в ранге Генерального секретаря ЦК КПСС и президента этой страны, цинично, по максимуму используя централистскую природу Советского государства и вертикальную иерархию КПСС, осознанно выполнял сионистскую программу форсированного поэтапного разрушения первой в мире стране Советов с использованием существующих структур власти и передаче под контроль стратегического противника… В этом же стратегическом, антисоветском, просионистском направлении осмысленно, увлеченно действовали и другие преуспевающие воспитанники МГУ. Выпускник экономического факультета МГУ Егор Гайдар, к примеру, поначалу приноровился пощипывать основы соцдержавы исподволь, подспудно, изнутри, публикуя свои критические опусы в журнале «Коммунист» и в газете «Правда», для чего предусмотрительно заранее пробрался в штат этих изданий ЦК КПСС. Удостоившись при Ельцине постов заместителя председателя правительства Российской Федерации по вопросам экономической политики, министра экономики и финансов Гайдар и вовсе пошел ва-банк. Одержимый осознанным желанием оказать сионистам весомую услугу в развале социалистического населения, Гайдар преднамеренно пустил под откос экономику этой страны и бесцеремонно обесценил трудовые сбережения населения, проведя шоковую либерализацию цен. Достаточно продуктивно сработал в угоду сионистам и выпускник экономического факультета МГУ Петр Авен. Будучи в гайдаровской так называемой реформаторской команде, Авен за короткое время обладания портфелями председателя Комитета внешнеэкономических связей, заместителя министра иностранных дел и министра внешних экономических связей Российской Федерации решительно перелопатил внешнеэкономическую деятельность этой страны. Успешно справившись с поставленной сионистами задачей, Авен тут же перекочевал в бизнес и стал президентом «Альфа-банка».

– И это все претензии, которые предъявил вам МГУ? – спросил я раввина.

– Не только, – ответил он. – Из приемной ректора МГУ меня также упрекнули в том, что в беседе с вами я не упомянул и таких талантливых воспитанников МГУ, а в последующем активнейших, яростных, завзятых антисоветчиков и верных пособников сионистов в развале Советского Союза, как Юрий Афанасьев, Марк Розовский, Александр Шохин, Руслан Хазбулатов, Отто Лацис, Евгений Примаков, Владимир Жириновский, Николай Сванидзе, Евгений Велихов, Гавриил Попов, Сергей Ковалев и многих других. Что даже такой выпускник биологического факультета МГУ 1958 года, известный прожженный политический лукавец, матерый, последовательный антикоммунист-русофоб на генетическом уровне Владимир Познер, так и он, мол, раввином не был хотя бы как-то отмечен.

– А какие претензии вам предъявили другие вузы? – спрашиваю собеседника.

– Разные, – говорит он, – со многих городов страны. И претензии ко мне самые неожиданные, а во многих случаях в каком-то смысле даже познавательные.

– То есть? – не унимался я.

– Позвонили, к примеру, – продолжил раввин, элегантно поправляя ухоженные пейсы, – из Московского института нефтегазовой и химической промышленности имени Губкина и, конечно же, сразу напрямик спросили: почему, дескать в беседе с вами я не воздал должное самородку-конформисту, самому смекалистому из воспитанников этого вуза и к тому ж неисправимому мечтателю-романтику, нынешнему мэру Москвы – латифундисту Юрию Лужкову, супругу безмерно любящей его скороспелки-миллиардерши Батуриной? Оказывается, еще в ранние отроческие годы Лужков возмечтал стать градоначальником столицы и по примеру английского драматурга Бернарда Шоу обязательно жениться как минимум на миллионерше. Целеустремленный, последовательно действующий в своих интересах и целях «трудоголик-хозяйственник» не только на практике реализовал свои юношеские мечтания, став мэром Москвы, но и по части женитьбы превзошел самого знаменитого Бернарда Шоу: избранницей сердца Лужкова стала не какая-то одинарная миллионерша, а полноценная долларовая миллиардерша! А ведь для того, чтобы пробраться к вершине столичной власти и вызвать к себе возвышенную, самозабвенную, преданную любовь жены-миллиардерши, «человек в кепке» прошел длиннющий, извилистый, тернистый путь при всех режимах власти и непредсказуемых катаклизмах в этой стране. При Советской власти, оказывается, где только Лужков не подвизался!.. Член КПСС с 1968 года, Лужков – комсомольский активист и организатор всех общественных мероприятий. Работал в одном из первых студенческих отрядов, осваивавших целину в Казахстане. Избирался народным депутатом Бабушкинского района Совета народных депутатов Москвы, депутатом Моссовета, депутатом Верховного Совета РСФСР… Занимал Лужков и руководящие должности в Минхимпроме СССР… А какими только советскими наградами и званиями «трудоголик-хозяйственник» предусмотрительно, на всякий случай, не запасся!.. Лужков награжден орденами Ленина, Трудового Красного знамени, медалями. Он лауреат Государственной премии СССР. Имеет звания «Заслуженный химик СССР»… А подоспели исторические августовские события в Москве в 1991 года, и матерый, многоопытный чиновник-конформист Лужков, мгновенно сориентировавшись в обстановке, отпрянул от Советской власти и стал с усердием прислуживать пришедшему на смену ей просионистскому режиму в этой стране. Перечислять же все то, что Лужков присовокупил себе за период ельцинско-путинского правления в этой стране, месяца не хватит! Но при всем при том говорят, что в итоге пройденного жизненного пути и достигнутых, свершенных им успехов Лужков все же чувствует себя на вершине счастья и всеохватывающего возвышенного блаженства лишь только тогда, когда в дни иудейских праздников в центре Москвы, на Манежной площади, у огромного семисвечника, стоя на подмостках рядом с главным раввином России, они вдвоем с Иосифом Кобзоном – два недавних бывших пламенных коммуниста-ленинца, покрыв головы ермолками, в экстазе, вдохновенно, с просветленными ликами, громогласно с упоением выводят рулады древнейшего песнопения на чистейшем иврите… Смею вас заверить, мой хороший, добрый друг, что исполнять наши праздничные древнейшие песнопения на чистейшем иврите в центре православной столицы, да еще с таким искренним вдохновением и самозабвением – не каждому дано. Для этого надо и реальную власть иметь в стране пребывания, и с младых ногтей знать, любить и уметь исполнять наши песнопения. А это ой как не просто, поверьте мне, в наши времена. И потому, доложу вам, вдохновенное исполнение старозаветных рулад Лужковым и Кобзоном перед соплеменниками многого стоит!

– И все же, какие претензии к вам последовали из других вузов? – прервал я раввина.

– Да если говорить в целом, – сказал раввин, – то все вузы на сегодняшний день решительно заинтересованы в том, чтобы никто из их воспитанников, активно подсобивших сионистскому движению в развале Советского Союза, не был забыт в народной памяти и ничто также не было бы забыто из славных героических подвигов выпускников вузов на благородном поприще пособничества нашим соплеменникам. И заинтересованы нынешние руководители вузов превозносить до небес своих выпускников за их успехи в пособничестве сионистам в развале Советского Союза еще, видимо, не только потому, что хотят убедительно продемонстрировать свою лояльность и преданность нам, но и надеются, что на их смиренное, верноподданническое усердие в услужении нынешним властям обратит внимание также просионистское правительство этой страны, и им с барского властного стола сбросят хоть какую-никакую дополнительную подачку, а то и очередной орденишко за прилежную службу оккупационному режиму. Потому все вузы прежде всего и ратуют за увековечивание фамилий своих выпускников – прославленных доморощенных героев развала соцдержавы, ставших нашими верными пособниками в подрыве страны Советов изнутри.

– А если говорить поконкретнее? – вставил я.

– Можно и поконкретнее, – отвечает мой визави. – Так, в ректорате Московского института народного хозяйства имени Плеханова считают, что в числе самых квалифицированных подрывников социалистической экономики, наиболее эффективно подсобивших сионистскому движению в развале Советского Союза изнутри, непременно должны значиться и остаться в исторической памяти человечества на века такие одареннейшие воспитанники этого вуза, как Григорий Явлинский, Леонид Абалкин, Александр Лившиц, Яков Уринсон и еще с десяток таких же так называемых профессиональных экономистов-рыночников, матерых конформистов-антисоветчиков. В Московском же государственном институте международных отношений с уверенностью полагают, что всемирной известности и славы этот вуз достиг уже хотя бы потому, что в его стенах профессурой из простых, обыкновенных комсомольцев взращивались и выпестовывались на перспективу талантливейшие, а в последующем активнейшие антикоммунисты-пособники сионистского движения по части осознанного развала Советского Союза: будущий ельцинский министр иностранных дел Андрей Козырев, будущий ельцинский пресс-секретарь Сергей Ястржембский, будущий ельцинский олигарх-миллиардер Владимир Потанин… Другие столичные вузы тоже что есть мочи пекутся о прославлении и популяризации своих воспитанников, которые демонстративно, решительно порвали со своим коммунистическим прошлым и стали активнейшими пособниками сионистского племени в свержении Советской власти в стране Советов и ярыми русофобами. Московский химико-технологический институт имени Менделеева, к примеру, гордится своим выпускником Михаилом Ходорковским, который из комсомольского вожака-конформиста превратился в завзятого разрушителя социалистической плановой экономики и стал скороспелым миллиардером-олигархом. Во Всесоюзном заочном политехническом институте со своей стороны взахлеб восторгаются выпускником этого вуза Виктором Черномырдиным, который на волне массового пособничества сионистам в развале Советского Союза достиг при Ельцине даже ранга председателя правительства этой страны. А Московский лесотехнический институт настойчиво просит всегда помнить и почитать своего самого выдающегося выпускника-олигарха Бориса Березовского за его огромный вклад в развал экономики соцдержавы…

– Есть к вам серьезные претензии и со стороны периферийных вузов? – поинтересовался я.

– А как же! – последовал ответ раввина. – Позвонили мне, к примеру, из Уральского политехнического института и гневно спросили: почему, мол, я в беседе с вами не упомянул их талантливейшего воспитанника Бориса Ельцина, который на протяжении всей своей жизни был не только деятельным пособником сионистов в развале Советского Союза, но и эффективным непосредственным исполнителем программных задумок наших соплеменников. Точно так же в резкой форме меня упрекнул Горьковский университет за неупоминание среди активных пособников сионистов в развале страны Советов их способного воспитанника Бориса Немцова, а Челябинский политехнический институт в свою очередь упрекнул меня за неупоминание своего выпускника – верного подручного наших людей Александра Починка. Последовал осуждающий меня окрик и со стороны Ростовского университета: дескать, как могли в беседе с журналистом не назвать наших лучших выпускников Александра Солженицына и Сергея Шахрая – известных ныне профессиональных антисоветчиков и верных сподвижников сионистского движения в реализации его стратегических замыслов… Что же касается тех наших верных пособников в развале Советского Союза, которые в «застойные» годы социализма, используя его преимущества, до августовских дней 1991 года успели получить по два высших образования, так за право носить название «альма-матер», а по-русски говоря, считаться «матерью-кормилицей», между некоторыми вузами этой страны пошла даже нешуточная словесная перепалка. Евгений Ясин, например, поначалу окончил Одесский строительный институт, а потом и МГУ. Так вот каждый из этих вузов сейчас с пеной у рта доказывает, что именно он и только он один вылепил из своего воспитанника Ясина стопроцентного антисоветчика и последовательного, надежного пособника сионистского движения в развале страны Советов. Точно так же случилось и с Константином Боровым. Он тоже окончил два советских вуза: Московский институт железнодорожного транспорта и МГУ. И каждое из этих учебных заведений решительно заявляет, что именно оно из Борового выпестовало ярого антикоммуниста и русофоба. В такую же сложную ситуацию попала известная предводительница правых сил, антисталинистка Ирина Хакамада, которая окончила Университет дружбы народов имени Патриса Лумумбы и аспирантуру экономического факультета МГУ. Так вот, в Университете дружбы народов что есть мочи утверждают, что, мол, уже на первых курсах обучения в этом заведении Хакамада проявляла все признаки прозападной, просионистской политической ориентации. А в МГУ категорически утверждают, что окончательные, завершающие «мазки» в формировании своей личности как политика-антисоветчика Хакамада получила только в аспирантуре МГУ. Не стихают словесные баталии и вокруг персоны известного на весь мир миллиардера-олигарха Владимира Гусинского. Он также окончил два советских вуза: технический и гуманитарный. И теперь в Институте нефтехимической и газовой промышленности, который Гусинский окончил в 1973 году, настаивают на том, что именно там в процессе обучения у Гусинского был развит вкус к безмерному обогащению. А Государственный институт театрального искусства имени Луначарского твердо стоит на том, что не потрудившись закончить еще и режиссерский факультет ГИТИСа в 1981 году, Гусинский вообще бы никогда на стал бы миллиардером-олигархом… А сегодня поутру у меня на даче раздался междугородний телефонный звонок из самого центра Северной Пальмиры.

– Из Смольного? – подивился я.

– Именно, – кивнул раввин. – И сразу же на меня последовала остервенелая атака: как, мол, вам, раввину хоральной синагоги, не стыдно за то, что, беседуя с журналистом о пособничестве воспитанников вузов этой страны сионистскому движению в развале Советского Союза, вы так и не упомянули никого из выпускников вузов нашего города, славно послуживших этому достойному делу? Может, мол, вам неизвестны и легендарные личности – выпускники наших вузов Анатолий Собчак, Дмитрий Лихачев, Анатолий Чубайс, Альфред Кох, Виктор Шейнис, Галина Старовойтова, Сергей Степашин, Владимир Путин?.. И этот славный список, между прочим, можно продолжить!.. Или, может, раввину неизвестен их гигантский вклад в развал ненавистной всем нам страны Советов? А ведь все они, выпускники наших вузов, подсобляли сионистам в развале «империи зла», были искренними антисоветчиками, антикоммунистами и русофобами… Но особенно устыдили меня из Смольного за неупоминание в разговоре с вами выпускницы Ленинградского химико-фармацевтического института Валентины Матвиенко. Нынешний губернатор Северной Пальмиры, оказывается, тоже, как московский мэр Юрий Лужков, с ранних лет грезила стать управительницей какого-нибудь огромного города. И приглянулся ей для этих целей великий город на Неве. А для того чтобы реализовать свою вожделенную мечту, Матвиенко, как и Лужков, прошла извилистый, тернистый путь при всех режимах власти и непредсказуемых катаклизмах в этой стране. Подобно Лужкову, дивчина из украинского города Шепетовка тоже начала карьеру как комсомольский и партийный функционер. Переехав в 1967 году в Ленинград для учебы в институте, Матвиенко сразу же активно включилась в общественную работу. Поначалу, правда, была только комсоргом факультета, но потом пошла в рост и стала секретарем институтского комитета комсомола. Завершив же в 1972 году учебу в вузе, Матвиенко тут же стала заведующей отделом, первым секретарем Петроградского райкома комсомола Ленинграда. А прошло еще с пяток лет, и Матвиенко уже второй секретарь, затем первый секретарь Ленинградского обкома ВЛКСМ. Окончив же в 1985 году Академию общественных наук при ЦК КПСС, где она во время учебы вдохновенно выступала на семинарах и не только, Матвиенко стала и заместителем председателя исполкома Ленинградского городского Совета народных депутатов, и народным депутатом Верховного Совета СССР. В критические же, бурные августовские дни 1991 года, когда решалась судьба Советского Союза, конформистка Матвиенко, подобно Лужкову, мгновенно сообразила, на кого ей теперь надо делать ставку. И решительно присоединилась к тем прагматичным, напористым, изворотливым людям, кто осознал, что ныне нужно в открытую исповедовать не коммунистическую идеологию, а сионистскую. Отпрянув же от Советской власти, Матвиенко еще с большим усердием принялась служить пришедшему на смену ей просионистскому режиму в этой стране. И опять не без успеха! Карьерный рост Матвиенко лишь стремительно ускорился. За короткое время Матвиенко в каких только должностях не побывала и чем только не занималась… Предусмотрительно заполучив себе про запас дипломатический ранг Чрезвычайного и Полномочного Посла, Матвиенко была и послом Российской Федерации в Республике Мальта, и послом РФ в Греции, и учредителем коммерческой фирмы «Комавтосервис», и основателем АОЗТ «Валентина», и директором департамента, членом коллегии Министерства иностранных дел РФ, и членом Комиссии при президенте РФ по вопросам женщин, семьи и демографии, и вице-премьером в правительстве Примакова, и вице-премьером в правительстве Степашина, и вице-премьером в правительстве Путина, и вице-премьером в правительстве Касьянова, и полномочным представителем президента в Северо-Западном федеральном округе… И, наконец, для Матвиенко наступил долгожданный час! Ее вожделенная, девичья мечта стать управительницей огромного города реализовалась! При поддержке партии «Единая Россия» и с личного благословения самого президента РФ Путина в октябре 2003 года Матвиенко была избрана губернатором крупнейшего города страны на Неве… Тут надо заметить, что, став губернатором, Матвиенко отдала должное тем, кто помог ей на старте ее успешной карьеры. Приняв участие в торжественной встрече по случаю юбилея комсомола, она сказала: «В том, что я выбрана губернатором, огромная заслуга ленинградской комсомольской школы». Но тут же, чтобы никто не усомнился в ее нынешней идеологической ориентации, Матвиенко поспешила добавить, что теперь ей «Ленин или кто другой – не снится». А обращаясь к представителям высших эшелонов просионистской власти этой страны, Матвиенко твердо заявила: «Как старая боевая лошадь, всегда готова встать в строй по первому зову».

– И к какому итогу вы приходите, проделав обстоятельный анализ поступивших в ваш адрес претензий? – спросил я.

– Итог один, – сказал раввин, – сведения о всех выпускниках вузов этой страны, подсобивших нам в развале Советского Союза, должны быть преданы гласности. И к следующей встрече я вам предоставлю исчерпывающую информацию…

«Что ж, – подумал я, – это очень даже неплохо, ежели в распоряжение Революционного Трибунала трудового народа поступит информация, полученная из недр самого раввината, свидетельствующая о предательских проделках разного рода политических пачкунов, пособников сионистов в развале первой в мире страны Советов!»

На том мы с раввином и расстались.

Грассирующие «просветители»,

или Трактат о русском мужике, с которым нужно быть поосторожнее на поворотах истории, господа!

Памфлет[3]

Как-то так уж повелось, что на протяжении всей истории нашего Отечества русского мужика не оставляли в покое разного рода пришлые, назойливые «просветители, которые и по-русски-то внятно говорить не умели. Но тем не менее, грассируя, суетливо, высокомерно поучали, обрушивая на голову неискушенного бескорыстного землепашца – русского мужика, а по-ихнему, аборигена, шквал разнузданной хулы: мол, и живешь ты не так, и трудишься не этак, и веришь не тому, чему следует… А потому, русский мужик, у тебя нет и быть не может никакой достойной перспективы к этой жизни!

Тут же и категорический вердикт следовал: весь жизненный уклад твой, русский мужик, надо в корне целиком и полностью менять и перестраивать! И ежели будешь внимать нам, твоим благодетелям, и во всем нам, вершителям судеб мира, беспрекословно повиноваться, то мы, исключительно из великодушия, навеки сделаем тебя счастливым.

А за сим этими же «благодетелями» русскому мужику подбрасывались и всяческие соблазнительные прожекты, реализация которых, по утверждению «просветителей», обязательно должна была его осчастливить в обозримом будущем. Если, конечно, он, русский мужик, будет послушным, покладистым и весьма терпеливым.

Ну, а недостатка в разного рода «просветительских» прожектах, естественно, не было. Не проходили одни новации – выдвигались другие. Терпели крах и эти – на смену тут же навязывались третьи… И все, конечно же, только во благо и во имя счастья того же русского мужика!

Истинная же цель заезжих непрошеных проповедников во все века была одна и та же: задурить голову русскому мужику, сбить его с толку, затуркать, посеять смуту, спровоцировать междоусобицы, расшатать устои государственности, оторвать его от земли-кормилицы, довести до нищеты, голода и во что бы то ни стало закабалить его, подчинить своим интересам и безраздельно им понукать. Тех же аборигенов, кто артачился, проявлял упорство, элементарное непонимание прогрессивности привнесенных инородцами «цивилизованных» идей, да еще активно сопротивлялся их реализации, «просветители-гуманисты», для пользы дела, незамедлительно пускали в расход.

Ну а в последующем ловить рыбку в мутной воде было прямо-таки одно удовольствие! Можно было походя и высшую власть прихватить, и поживиться как следует, и пображничать всласть… Страна-то богатая, огромная! Почему вовсю и не разгуляться?

Да только недолго такой разгул продолжался! Русский мужик, он каков? Русский мужик – деликатный, доверчивый, добрый… И к тому же еще и мудрейший из мудрых! Он быстро приходил в себя после очередного потрясения, спровоцированного против него и его державы незваными «просветителями», осознавал, что к чему и как беспардонно цинично и на этот раз злоупотребили его непосредственностью и благородством, а затем преспокойненько брал увесистую дубину и твердым шагом шел на вероломных супостатов.

Так происходило испокон веков!

И, конечно же, не обошлось без очередной попытки еще сильнее закабалить русского мужика и в ХХ столетии.

Подкатываются колобком в начале века к нему, русскому мужику, представители все того же «просветительского» племени и сразу с истерически-критическим напором:

– Вот ты, задубелая голова, сколько лет борешься с разного рода эксплуататорами – всякими там капиталистами, помещиками, а никак не допрешь, в чем гвоздь вопроса!

– И в чем же, по-вашему, этот «гвоздь»? – вежливо спрашивает русский мужик.

– В частной собственности! Вот в чем! Ведь сейчас прибавочная стоимость от твоего труда в основном кому достается? Тем, кто безраздельно владеет заводами, фабриками и землей. То бишь капиталистам и помещикам. А если лишить их частной собственности, то заводы, фабрики и земля будут принадлежать трудовому народу. Ну и, естественно, прибавочная стоимость достанется каждому труженику. А это значит: кто был ничем, тот станет всем.

– Так это же все и мне давно известно! – говорит русский мужик.

– Ну, а если известно, то почему не действуешь?

– Всему свое время, господа хорошие, – спокойно отвечает русский мужик. – Но я вот только не пойму, почему вас, пришлых людей, так шибко интересует моя судьба?

И поднялся он, русский мужик, на капиталистов и помещиков, когда подошло время в 1917 году. А покончив с ними в гражданской войне, русский мужик, засучив рукава, приступил к строительству новой жизни. И за короткое время, не без великих трудностей и испытаний, не только превратил аграрную страну в индустриальную, но и обеспечил все основные социальные блага трудящимся: право на труд, отдых, бесплатное образование, медицинское, обслуживание, жилье и все такое прочее.

Пережив страшнейшую войну и победив в ней фашизм, русский мужик вместе с другими не только в кратчайшее время восстановил народное хозяйство, но и приумножил богатство страны. Развил науку, в космос вышел… Всего не перечислишь! Короче, жизнь становилась все лучше. И всего этого русский мужик достиг своим трудом! Ни у кого займа не брал, ни перед кем шапку не ломал…

Но едва достиг русский мужик процветающего состояния, как вновь к нему откуда ни возьмись подкатили «колобки». Правда, теперь уже внуки-правнуки инородцев-«просветителей» начала ХХ века. И опять с таким же истерическим напором на русского мужика, грассируя:

– Как же ты, задубелая голова, можешь так существовать? Никакой у тебя ни свободы, ни демократии, никаких общечеловеческих ценностей… Так дальше жить нельзя!

Озадачился русский мужик от такого напора и вежливо спрашивает:

– Что же вы предлагаете, дорогие товарищи?

– Общенародная собственность на заводы, фабрики и землю тебя явно связывает по рукам и ногам… – суетливо грассируя и блудливо отводя глаза в сторону, отвечают русскому мужику «дорогие товарищи». – Никакого дальше прогресса не может быть. Весь жизненный уклад твой, русский мужик, надо в корне целиком и полностью менять и перестраивать!

– Это в каком же смысле?

– Ты должен не мешкая передать всю эту общенародную собственность частным хозяевам!

– Но позвольте! – в недоумении восклицает русский мужик. – Ваши же деды и прадеды в недавнем прошлом поучали меня отобрать частную собственность у капиталистов и помещиков…

– А сейчас надо делать все наоборот!

– И кто же хозяевами всего этого станет?

– Да мы, непонятливый ты русский мужик! Мы хозяевами и станем!

– Так-то оно так, но зачем это мне надо, господа хорошие? – лукаво спрашивает русский мужик.

– Исключительно для твоего блага, русский мужик!.. Извини, но у тебя никаких признаков нового мышления не проглядывается… Между тем на данном историческом отрезке времени от тебя, как никогда, особо требуется затянуть ремень потуже и терпеть, терпеть и еще раз терпеть!

– А вы затянете ремни?

– Это не твое дело! – парируют «просветители».

– И сколько же мне терпеть? – интересуется русский мужик.

– Столько, сколько нам надо… И никаких бунтов… Русский бунт – это нехорошо! О русском бунте даже Пушкин сказал, что он беспощаден…

– И еще чего бы вы пожелали?

– Не держись ты за свою страну Советов! Лучше бери лопату и подавайся в фермеры… А о будущем государственном устройстве этой гигантской территории дай уж нам, профессионалам, за тебя подумать и позаботиться!

Но русский мужик достаточно уже постиг тайную суть «профессионалов-просветителей». Он отлично понимает их истинные намерения. И ему как дважды два ясно, что оборотистыми прохиндеями-«просветителями» лишь поджидался удобный случай для реализации их давно задуманного масштабного гешефта…

В самом деле! Царских капиталистов и помещиков русский мужик поверг. Заводы, фабрики и землю их сделал общенародными. Да еще и неизмеримо приумножил богатства, оборонную мощь и престиж великой державы… Так что есть и что хватать двумя потными ручонками-щупальцами, и чем поживиться, и что, наконец, с выгодой и перепродать! И меркантильным «просветителям» остается лишь теперь реставрировать частную собственность на заводы, фабрики, землю и спустя три четверти века самим стать капиталистами и помещиками. Со всеми вытекающими последствиями для доверчивого и терпеливого русского мужика: безработицей, голодом, холодом, социальным неравенством…

Но только не бывать этому, господа-товарищи! Колесо истории назад не крутится! И русского мужика вам не вернуть в первобытное рабское состояние. Поосторожнее с ним на поворотах. Он готов за себя и Отечество свое постоять. Наступил тот исторический час, когда вечевой набат зовет его, русского мужика, снова брать увесистую дедовскую дубину и твердым шагом идти на вероломных супостатов!

Мимикрия на все времена[4]

Агозинирущий ельцинский режим сейчас срочно нуждается в любых, пусть даже гнилых идеологических костылях-подпорках, которые позволили бы ему удержаться в Кремле. Для этого хитроумным псевдодемократическим дельцам от прозападной политики очень бы хотелось объявить себя этакими завзятыми истинными патриотами земли русской, единственными истинными ценителями и хранителями памяти ее героев…

Вот и на этот раз. В добротном, роскошно оформленном приглашении на торжественное собрание ветеранов войны и труда извещалось, что оное посвящено «55-й годовщине разгрома немецко-фашистских войск на Курской дуге». Но на сцене конференц-зала Центрального музея Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. на Поклонной горе, где это происходило, почему-то не было ни красных боевых знамен, под которыми воевали прославленные полководцы и их фронтовые соратники, ни другой какой-либо советской символики. Не говоря уже о портретах Верховного Главнокомандующего Генералиссимуса И.В. Сталина и прославленных советских маршалов.

Я тут же, естественно, не преминул по сему поводу обратиться к директору музея генерал-майору Л.К. Котляру.

– В последнее время это не принято, – смутившись, произнес генерал. – И организаторы сегодняшнего мероприятия, сидящие сейчас в президиуме торжественного собрания, решение этих вопросов не предусматривали.

– А вы разве не могли проявить инициативу на сей счет как бывший генерал-майор Советской Армии и бывший член КПСС? – не унимался я.

В ответ генерал-майор Котляр лишь смиренно развел руками: мол, здесь я бессилен…

Смотрю в президиум торжественного собрания. Лица знакомые. В советской парадной форме восседали бывший Генеральный прокурор СССР, а ныне президент общественного межрегионального фонда «Выдающиеся полководцы и флотоводцы Великой Отечественной воины 1941–1945 гг.» генерал-полковник юстиции А.Я. Сухарев и председатель попечительского совета этого фонда адмирал В.Н. Чернавин. А Маршал Советского Союза Герой Советского Союза В.Г. Куликов был почему-то облачен не в советскую форму, а в какую-то ядовито-зеленую с пришитым на левом рукаве мундира трехцветным флажком по типу «власовского»…

Не успел я как следует рассмотреть других персон, восседавших в президиуме, как со своего места поднялся обряженный в новую кургузую форму В.Г. Куликов и, поблескивая Золотой Звездой Героя Советского Союза, направился к трибуне делать доклад.

В своем пространном докладе В.Г. Куликов воздал заслуженную хвалу многим советским участникам исторического сражения на Курской дуге. В том числе и себе самому лично. А вот Верховному Главнокомандующему Генералиссимусу И.В. Сталину – не очень.

А когда после доклада я стал допытываться у Маршала Советского Союза В.Г. Куликова: с чего бы это и он не стал объективно отмечать всемирно признанный фундаментальный вклад И.В. Сталина в Победу, Виктор Георгиевич стал суетливо оправдываться:

– Не упомянул я должным образом Сталина потому, что времени было мало…

– А может, вас сковало то, – продолжал я, – что вы присягали Красному Знамени, воевали под Красным Знаменем, будучи коммунистом, а сейчас носите мундир с «власовским» флажком на рукаве?..

– Никакого противоречия не вижу! – бодро отчеканил маршал. – Было время советское – принял присягу советскому народу. А сейчас имею контракт с Ельциным и служу ему. Естественно, и форму ношу той армии, в которой сейчас состою. Я всегда учитываю для себя обстановку, которая складывается в настоящий момент.

– Когда вернется Советская власть в нашей стране, вы в этой же форме будете ходить?

– Я буду ходить в форме той, в которой будет ходить армия.

– То есть при любом режиме вы будете маршалом? – спросил я.

– Я маршал есть и всегда им буду! – последовал ответ.

Больше вопросов к бывшему семь лет начальником Генерального штаба и 18 лет первым заместителем Министра обороны СССР, а ныне советнику Минобороны РФ – ельцинскому контрактнику В.Г. Куликову – у меня не было.

На этом торжественном собрании изрядно «отличились» и руководители фонда «Выдающиеся полководцы и флотоводцы Великой Отечественной воины 1941–1945 гг.». Всем участникам собрания ими была вручена в шестой раз переизданная фондом книга прославленного советского полководца К.К. Рокоссовского «Солдатский долг». Профинансировал это издание преуспевающий столичный коммерческий банк «Российский кредит».

Вдумайтесь только! Пять раз издавалась эта книга при Советской власти массовым тиражом. И никто из боевых товарищей Константина Константиновича или, скажем, государственных, политических деятелей Советского Союза и при его жизни, и после его смерти не решился снабдить известные маршальские мемуары своим персональным словом – обращением к читателям – и тем более пространным тенденциозным назидательным предисловием-комментарием.

Но по истечении 100 лет со дня рождения К.К. Рокоссовского нашелся, видите ли, такой дерзновенный смельчак-оценщик жизни и деятельности легендарного полководца. Им оказался… президент коммерческого банка «Российский кредит» В.Б. Малкин.

В опубликованном им на первой странице маршальских мемуаров послании к читателям прежде всего извещается о весомом вкладе его коммерческого банка «в изучение славного прошлого России, ее исторического наследия». Не упустил случая находчивый банкир и факсимиле своей драгоценной подписи тиснуть на первой странице книги. Дескать: знай наших! Маршал Советского Союза К.К. Рокоссовский, мол, вон какая знаменитость, а ведь не решился поместить факсимиле своей подписи в собственных мемуарах, и мало кто теперь ее знает. А вот его, банкира Малкина, подпись теперь весь мир узнает и запомнит на века.

Вслед за обращением к читателям банкира-спонсора маршальским мемуарам предпослано редакционное предисловие на 17 страницах. В нем наставнически подробно подсказывается потенциальным читателям, что и как в профинансированном коммерческим банком «Российский кредит» шестом издании книги К.К. Рокоссовского надо понимать и воспринимать. А походя, как бы ненавязчиво, гипотетически утверждается, что, к примеру, Сталин «не сразу избавился от излишней самоуверенности в вопросах оперативного управления», что Жукову «порой недоставало» целого перечня «достоинств и черт характера…». И так далее и тому подобное.

Руководители фонда «Выдающиеся полководцы и флотоводцы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.» особо подчеркивают, что этой книгой открывается серия «Полководцы Великой Отечественной». И теперь лишь приходится гадать: какой банкир кого из прославленных советских полководцев себе «оприходует» и в какой «упаковке» нам его преподнесет.

Идиллия

Фельетон[5]

Не знаю, как кто, а я всей душой за семью. За настоящую, большую, крепкую, сплоченную, монолитную!

Но скажите: о какой крепости, о какой сплоченности и монолитности может идти речь, когда члены семьи чуть свет расстаются, отправляясь к разным местам работы, и встречаются лишь поздним вечером? Совсем иное дело, когда все единой группой устремляются в одно учреждение.

Ах, как это славно! Какое счастье – неразлучно находиться рядом с близкими твоему сердцу людьми! Какое наслаждение наблюдать, как буквально на глазах, не без твоего, конечно, непосредственного участия, набирает силу и высоту родной отпрыск, родная кровинушка!

А теперь постараемся поднапрячь фантазию и представим прекрасное солнечное раннее утро на Черноморском побережье. Утром, как известно, трудящиеся отправляются на работу. И вот что любопытно: к объединению «Краснодарский чай», дислоцированному в поселке Дагомыс, многие его работники устремляются группами, этакими дружными монолитными стайками, укомплектованными исключительно по родственному принципу…

Вот, к примеру, появляется семейство Шароватовых. Мама – В.Ф. Шароватова, главный экономист-финансист объединения «Краснодарский чай», уверенно и достойно идет посередине. Старшая дочь, Ирина – экономист этого учреждения, – шествует справа. А Елена, младшая дочь, бухгалтер этого же объединения, скромно идет слева.

А чуть поодаль к объединению «Краснодарский чай» держит курс не менее достойное семейство: папа – заместитель генерального директора объединения по строительству А.А. Кочикян, мама – инженер-сметчик Д.С. Кочикян и сын – мастер-строитель С.А. Кочикян. А вслед за ними еще родственники.

Много, очень много почтенных семейств и их родственников работает в объединении «Краснодарский чай» на ведущих, ключевых должностях. Всех не перечислишь!..

Познакомился я вот с такими разветвленными, реальными, многоликими, прочными семейно-родственными связями, получившими широкое распространение в объединении «Краснодарский чай», и, не скрою, умилился.

Но тут же у меня мелькнула и другая мысль: а знают ли за пределами Дагомыса, скажем, в столице, о таком опыте комплектования кадров? Собираются ли тщательно изучить эту новинку и распространить? Или, может быть, как это бывает, инициатива сгинет на корню?

Нет, оказывается.

– Такого добра и у нас хватает! – сказали мне в Гослесхозе СССР.

И привели такой пример.

В Гослесхозе до недавнего времени в должности управляющего делами трудился Н.И. Окуньков. Случилось так, что его сын, едва окончив лесотехнический институт, пожелал совершить вояж в заморское государство… А как оформить такую поездку, когда по работе в объединении «Лес-проект» у сына уже несколько административных взысканий да еще строгий выговор за утерю комсомольского билета?.. Пришлось, конечно, Николаю Ивановичу идти на поклон к тогдашнему заместителю председателя Гослесхоза К.К. Калуцкому. И уехал сынок. Но не из легких работа там оказалась. Пришлось Окунькову прокручивать все наоборот якобы «в связи с возникшей производственной необходимостью», после чего пристраивать сынка на должность заместителя директора Центральной научной опытной станции по лесному семеноводству…

А куда денешься от обязанностей главы семьи? Когда выяснилось, что новая жена, привезенная Окуньковым из Грузии после одной из командировок, работала до замужества заведующей ювелирным магазином, а таковых в ведении Николая Ивановича, увы, не было, пришлось пристраивать ее в подведомственную организацию – институт «Союзгипролесхоз». А чтобы не летели в разные инстанции намеки – мол, Окуньков злоупотребляет своим должностным положением,– Николай Иванович применил обходной маневр… Направление в «Союзгипролесхоз» дало Красногвардейское районное бюро по трудоустройству, и бывшая заведующая ювелирным магазином была тут же зачислена на должность старшего инженера лаборатории совершенствования управления лесного хозяйства…

Заронили во мне гослесхозовские работники искру сомнения в достоинствах родственных связей своим рассказом о предприимчивом Окунькове.

Дальше – больше! Выяснилось, например, что замдиректора по научной работе Научно-исследовательского зонального института садоводства Нечерноземной полосы Ю.А. Утков и его супруга А.Д. Петренко решили подразделить между собой функции взаимных услуг следующим образом. Поначалу он, Ю.А. Утков, в сообществе с коллегами своего института подавал заявки на изобретения, а его жена, А.Д. Петренко, будучи старшим научным сотрудником ВНИИ государственной патентной экспертизы, делала все возможное, чтобы ее муж и его товарищи по работе побыстрее получили авторские свидетельства. А когда во ВИИИГПЭ заподозрили кое-что не очень ладное и А.Д. Петренко, отлученная от экспертизы, ушла работать доцентом во Всесоюзный сельскохозяйственный институт заочного образования, то характер взаимных услуг между предприимчивыми супругами несколько изменился. Теперь уже Ю.А. Утков взялся во всем потрафлять дражайшей супруге. Будучи замдиректора по научной работе НИЗИСНП, он активно поспособствовал тому, чтобы его жена дополнительно получала еще полставки по хоздоговору, финансируемому этим институтом.

– Кончилось все это тем, – сказала мне заведующая научно-исследовательским сектором Всесоюзного сельскохозяйственного института заочного образования В.Г. Михеева, – что после неоднократных проверок проведения этой работы сейчас никаких хоздоговоров между НИЗИСНП и ВСХИЗО не заключается…

И уж окончательно поставило все на свои места письмо рабочей объединения «Краснодарский чай» В.А. Ильиных, которое разрушило мое восторженное представление и об этом объединении.

«Уважаемая редакция! Последнее время много пишут и говорят о семейных трудовых династиях. Это очень хорошая и благородная традиция. У нас в Дагомысском чайсовхозе тоже процветает семейственность, только другого рода… Генеральный директор объединения У.Г. Штейман устроил своих родственников на теплые места и предоставил им всем квартиры. Так, у нас, на чайных домиках Дагомысского чайсовхоза работает его жена Лариса Эдуардовна Штейман управляющей домиками, а с ней работала ее родная племянница Оля – материально ответственное лицо на домиках. Так эта племянница могла ездить по нашей стране в любую сторону по командировкам за ситцем. Старинные самовары, расписная посуда, хрусталь и другие очень ценные материалы числились на ней. Когда она уезжала и передавала материалы, то, чего недоставало, все списали. И таких примеров, к сожалению, у нас в совхозе немало. Очень бы хотелось, чтобы положили конец процветанию таких родственных связей».

Прочитал я письмо рабочей В.А. Ильиных, а тут еще дополнительная информация из контрольно-ревизионного управления Минфина РСФСР. Оказывается, широкое процветание в объединении «Краснодарский чай» семейно-родственных кланов привело к повсеместной бесхозяйственности, сознательному занижению годовых планов производства сельхозпродуктов, расточительству государственных средств, злоупотреблению служебным положением должностных лиц…

Как видите, тут уж не до умиления. Изнанка у подобных идиллий бывает крайне неприглядной, а то и откровенно уголовной. А следовательно, чувства и действия они должны вызывать соответственные.

Раввин требует пресечь на корню всяческую дискредитацию холокоста

Прибывший на очередную встречу со мной раввин хоральной синагоги был какой-то до неузнаваемости подавленный, мрачный и хмурый, с потемневшим лицом.

Я, естественно, обратил внимание на это и сочувственно, деликатно спросил его:

– Что-то случилось непоправимое?

– Случилось… – нехотя буркнул он, потупив очи долу.

– И что же? – не унимался я.

Раввин поднял на меня глаза и совершенно несвойственно себе, с остервенением вскрикнул:

– Зла не хватает… Нашему сионистскому движению нанесен колоссальный удар с той стороны, откуда мы никак не ожидали.

– Кто же нанес вашему сионистскому движению этот колоссальный удар, – спросил его, – да еще с той стороны, откуда вы никак не ожидали?

– В страшном сне не присниться, – воскликнул он. – Главный раввин еврейской общины Австрии Мойше Арье Фридман, говоря о холокосте, официально, публично перед всей мировой общественностью однозначно заявил, что потери еврейского народа во Второй мировой войне очень сильно преувеличены. Что, мол, число «шесть миллионов жертв» было и остается выдумкой сионистов. Что независимые ученые и публицисты, которые требуют объективного изучения и дебатов о холокосте и о превращении его сионистами в политическое орудие, объявляются преступниками и часто приговариваются к многолетнему тюремному заключению. Что в связи с этим следует особо указать на тот факт, что истинными подстрекателями, финансистами, а часто и исполнителями жестокостей Второй мировой войны были сионисты. Что сионисты осознано, преднамеренно фальсифицируют исторические факты, превращая их в политическое орудие. Что, наконец, это превращение холокоста в орудие – и сегодня, мол, это видно яснее, чем когда-либо – делает международное право улицей с односторонним движением, и под его прикрытием людям причиняют множество страданий. Потому он, Фридман, принципиально против сионизма как политического движения, под какими бы названиями сионизм ни прятался. И никогда не согласится с присутствием в Израиле сионистов, так как исторически эта страна не принадлежит евреям.

«О, это любопытно, – мелькнула у меня мысль и я решил: порасспрошу-ка поподробней о возникшей в их сионистском кагале неожиданной катавасии вокруг так называемого холокоста и что сионисты в связи с этим переполохом намерены предпринять вообще, и в частности у нас на постсоветском пространстве. А потом, как уже повелось, при первой же возможности посредством печати все это доведу до сведения нашего народа».

И я спросил собеседника:

– Насколько убедительно звучат в устах главного раввина Австрии Фридмана высказанные им сомнения в отношении холокоста? Приводит ли Фридман достоверные факты?

– Да, достоверные факты-то Фридман приводит, – с грустью ответил раввин. – И эти факты безусловно хорошо известны тем из наших соплеменников, кому положено их знать. Но зачем налево и направо в открытую болтать об этом и сеять в задубелых головах коренных аборигенов стран нашего поселения всяческие сомнения относительно нашего холокоста…

– И какие достоверные факты на сей счет приводит Фридман? – поинтересовался я.

– Видите ли, – сказал раввин, – будучи потомком очень уважаемой семьи европейских раввинов и нынешним главным раввином еврейской общины Австрии, Мойше Арье Фридман всю свою жизнь занимался сионизмом и, как он выражается, так называемым холокостом и его последствиями в чисто историческом, политическом и религиозном плане. Кроме того, Фридману очень хорошо известны последствия стратегического злоупотребления этими историческими событиями, когда нашими людьми фальсифицировались исторические факты, превращались в политическое орудие. Поэтому его мнения и суждения весьма авторитетны и с ним никак нельзя не считаться.

– И все же, – прервал я собеседника, – как он доказывает, что число «шесть миллионов жертв» было и остается сионистской выдумкой?

– Прежде всего, – сказал раввин, – Фридман указывает на то, что еще в XIX веке основатель сионизма Теодор Герцль уже в первых записях своих «Дневников» удивительным образом называет цифру шесть миллионов евреев, которым в Европе якобы угрожает опасность… Что единственный шанс создания так называемого еврейского государства появится лишь в том случае, если эти шесть миллионов европейских евреев постигнет катастрофа. Что основатели сионизма, который, мол, является воистину преступной сектой, предприняли в качестве одной из своих первых акций поездку в Германию с целью разжигания юдофобии. Что одновременно сионисты приняли все возможные меры во всем мире, чтобы спровоцировать, унизить и бойкотировать немецкий народ. Что они вели успешную антигерманскую лоббистскую деятельность при всех правительствах мира, в частности в большевистской России, а также в Англии и Америке. Затем Фридман приводит и другие хорошо известные нам факты. Так, в частности, он говорит о том, что накануне и во время Первой мировой войны сионисты называли цифру шесть миллионов евреев, которые якобы могут быть уничтожены, чтобы оправдать эту войну и изобразить немецкий народ как врага, как абсолютное зло. Что после прихода к власти национал-социалистов в 1933 году сионистские организации Палестины в совместном письменном послании поздравили Гитлера, указали на сходные черты идеологии и выразили надежду на сотрудничество. Что вскоре после этого национал-социалистические чиновники по приглашению сионистского Еврейского агентства приехали в Палестину, где их ждал очень дружественный прием. Что во время состоявшейся в 1934 году беседы между Адольфом Эйхманом и будущим израильским президентом Хаимом Вейцманом, чему предшествовали настоятельные просьбы Вейцмана изгнать евреев из Германии, Эйхман спросил: «Можете ли вы, господин Вейцман, вообще принять так много евреев?» Ответ Вейцмана был таков: «Мы охотно примем здесь силы, способные сражаться за нас в Палестине, а остальных надо ликвидировать, как бесполезный мусор». Что после аншлюса Австрии в 1938 году Гитлер дал однозначное указание, чтобы сионистско-израильские культовые общины беспрепятственно продолжали свою деятельность, и они сотрудничали с Адольфом Эйхманом даже в большей мере, чем от них требовалось. Что по окончании Второй мировой войны сионистские объединения во всем мире пережили невиданный подъем, вызванный мнимым убийством шести миллионов евреев, и вымогали не только у Германии, но и у всего мирового сообщества включая католическую церковь на этом основании политическую поддержку и огромные финансовые средства для создания и стабилизации террористического государства Израиль. И, наконец, Фридман утверждает, что притом последнее слово о действительном числе жертв национал-социалистических преследований евреев еще не сказано. Что, к примеру, первоначально названная цифра четыре миллиона жертв Освенцима была в 1990 году официально уменьшена до 900 000–1 100 000. И что это еще не последняя цифра.

– И какие выводы из всего сказанного делает главный раввин Австрии? – спросил я.

– Выводы Фридман делает вполне определенные, – сказал раввин. – Во-первых, немецкий народ никоим образом не преследовал в первую очередь цель уничтожения евреев. Что же касается национал-социалистов, то они первоначально хотели изгнать евреев из Германии согласно традиции, которая началась в Европе с конца Средних веков. Что действительно заинтересованы в геноциде евреев были скорее сионисты, которые стремились в результате получить политическую и финансовую поддержку, необходимую для создания еврейского государства Израиль. Во-вторых, число «шесть миллионов жертв» было и остается сионистской выдумкой. В-третьих, когда сегодня говорят об «оси зла», это надо связывать с гешефтом вокруг холокоста и поддержкой преступных целей сионистов. В-четвертых, только благодаря превращению холокоста в орудие для достижения политических целей, даже для политического вымогательства была допущена англичанами и стала возможной незаконная иммиграция большого числа европейских евреев в Палестину с целью изгнания живших там палестинцев. В-пятых, религия холокоста, превращение холокоста в орудие, происходящее сегодня, однозначно представляет собой миф и не основывается на исторических фактах. В этой ситуации права человека и демократия стали дорогой с односторонним движением, направление которого определяет религия холокоста.

– Как же среагировала мировая общественность на заявление главного раввина Австрии Фридмана? – поинтересовался я.

– Плохо среагировала мировая общественность, – невесело сказал раввин. – Более того, мировая общественность на заявление главного раввина Австрии Фридмана среагировала мерзопакостно… Перво-наперво сразу же после упомянутого публичного заявления Фридмана, разоблачающего преступный гешефт сионистов вокруг холокоста, в его поддержку по средствам массовой информации всей планеты прокатилась волна возмущенных выступлений людей разных национальностей против сионистского движения. Шквал подобных резких, яростных выступлений представителей мировой общественности, изобличающих расовые происки наших соплеменников-сионистов, не только не затихает, но, напротив, только нарастает. В этих выступлениях говорится, что сионизм является крайним проявлением расового превосходства. Что бессовестная пропагандистская шумиха, сопровождаемая продвижением мифа о холокосте, игнорирует жертвы других, в первую очередь славянских народов. Что осознанно замалчиваются чудовищные факты тотального геноцида славян, а также участие в этом геноциде пособников гитлеровского режима – сионистских организаций. Что стремление скрыть геноцид славян и отвести гнев народов от преступников-сионистов определили тональность пропагандисткой кампании просионистской мировой закулисы, ибо одной из главных ее целей по-прежнему является уничтожение славянских государств и оккупация их территорий западными странами. Что сионистские вожди западного мира видели в приходе Гитлера к власти и осуществлении его кровожадных планов удобный случай объединить евреев в борьбе за создание сионистского государства на землях, принадлежащих арабскому народу. Что еще в конце XIX века в недрах сионистских политических сект вынашивался кровожадный план, согласно которому значительная часть еврейского народа становилась заложниками в руках талмудистских заговорщиков против человечества. Что простым евреям предназначалось роль материала, жертвенного мяса в борьбе сионистских вождей за власть над миром. Что на одном из сионистских собраний было прямо сказано: «Если планы наши не исполнятся путем финансового влияния, то мы должны подтолкнуть наш народ к величайшим страданиями, чтобы сплотить его». Что во Второй мировой войне только русский народ и братские ему народы Советского Союза потеряли 47 миллионов человеческих жизней, из них 37 миллионов жертв составляли собственно русские, включая малороссов и белорусов. Что это была невиданная в истории человечества «огненная жертва», или, как принято говорить в таких случаях, холокост славянских народов. Что, конечно, пострадали и другие народы, участвовавшие в этой войне, но масштабы их жертв не сопоставимы с масштабами истребления славянских народов. Что если и вообще правомерно говорить об этническом холокосте, то только применительно к славянским народам, принявшим на себя главные удары истребительной войны. Что именно для того, чтобы скрыть свои преступные планы от человечества, сионисты создают пропагандистские мифы, призванные исказить исторические факты. Что среди таких мифов основным является миф о «холокосте евреев во Второй мировой войне». Что среди мифов XX века, созданных мировой просионистской закулисой, миф о холокосте внедряется в массовое сознание с особой настойчивостью. Что его цель – представить дело таким образом, будто именно еврейский народ пострадал больше других, и поэтому остальные народы обязаны испытывать чувство вины, каяться и возмещать те материальные убытки, которые понесли в войне евреи. Что миф о холокосте оскорбляет человечество, ибо представляет еврейский народ главной жертвой нацизма, хотя на самом деле евреи пострадали не больше, а даже меньше многих других народов, вовлеченных в истребительную войну, которую развязал наиболее последовательный выразитель имперских идей западной иудейско-масонской цивилизации, маньяк и человеконенавистник Адольф Гитлер. Что сионистами делается попытка представить дело так, что главной жертвой войны были не славяне, а евреи. А между тем, мол, по подсчетам историков в годы войны даже по самым завышенным оценкам погибло не более 1,5 миллиона евреев. Что, дескать, пропагандисты холокоста – сионистские круги осознанно увеличили эту цифру в 4 раза, кощунственно заявив о шести миллионах погибших евреев. Что, конечно, 1,5 миллиона погибших евреев вызывает у нас глубокое соболезнование. Но надо помнить, что именно русский, а не какой-нибудь другой народ испил самую большую чашу страдания в 1941–1945 годах и спас все человечество от «нового мирового порядка», который и сегодня пытаются насаждать нынешние последователи Гитлера – сионисты. Что миф о холокосте способствовал созданию – как бы в качестве компенсации за так называемые особые страдания еврейского народа – государства Израиль, возникшего вопреки воле жителей Палестины и ставшего постоянным очагом напряженности и войны на Ближнем Востоке, принесшего страдания и гибель миллионам арабов. Что, спекулируя на холокосте, Израиль получил от Германии значительные суммы в виде репараций, хотя эти деньги по праву должны были быть выплачены народам, гораздо больше пострадавшим во время той войны. Что предполагаемые гитлеровские газовые камеры и предполагаемый геноцид евреев представляют собой одну и ту же историческую ложь, которая позволила развернуть гигантскую политическую и финансовую аферу, чьи основные бенефициары – это государство Израиль и международный сионизм, а их основной жертвой является народ – народ, а не его лидеры – Палестины. Что мировая просионистская закулиса не только создала миф о холокосте, но и назначила уголовное наказание всем, кто отказывается верить этой бессовестной лжи. Что, наконец, за неверие в холокост в большинстве западных стран бросают в тюрьмы, увольняют с работы, преследуют, дискриминируют по профессиональному признаку. Что все собрания, конференции, научные симпозиумы, связанные со свободным обсуждением темы холокоста, запрещены. Что многие попытки независимых историков и исследователей свободно обсудить вопросы о реальных жертвах евреев во Второй мировой войне грубо пресекаются. Что западная «демократия» на поверку оказалась чистейшим мифом. Что ныне стоит усомниться в том, что именно шесть миллионов евреев были по предварительному плану убиты немцами в газовых камерах промышленным образом – и вас могут посадить в Австрии, Германии, Франции, Швейцарии и других «цивилизованных» странах.

Я осознанно не прерывал монолог раввина, а когда он завершил, спросил:

– Те граждане, которые активно солидаризируются с позицией главного раввина еврейской общины Австрии Фридмана по вопросу холокоста, приводят и другие конкретные факты по сему поводу?

– К сожалению, – печально признался раввин, – дополнительных, конкретных фактов приводится довольно-таки много.

– Что же это за факты? – попросил я уточнить.

– Пожалуйста, – сказал раввин, – могу изложить. Хотя то, что я вам сообщу, всего лишь отдельные фрагменты достоверной информации из обилия сведений, которые ныне доводятся до внимания мировой общественности единомышленниками главного раввина Австрии Фридмана. Там, к примеру, в подтверждение того, что сионистские вожди решили сделать Гитлера своим орудием в деле создания еврейского государства в Палестине, немецкий журналист Хене пишет: «Сионисты восприняли утверждение нацистов в Германии не как уникальную историческую возможность осуществления сионистских намерений… Коль скоро сионисты и национал-социалисты возвели расу и нацию в масштаб всех вещей, то между ними неизбежно должен был возникнуть общий мост…» Еврейский же общественный деятель Лилиенталь в своей вышедшей в США книге «Оборотная сторона медали» отмечает, что «в первые месяцы гитлеровского режима сионисты были единственными представителями евреев, которые имели дело с немецкими властями. И они использовали свое положение, чтобы дискредитировать антисионистов и евреев, которые выступали за ассимиляцию. В результате было достигнуто соглашение между Еврейским агентством и нацистскими властями, которые обещали помочь эмиграции. Эта помощь осуществлялась даже со стороны гестапо и СС…» В 1963 году в США был опубликован «Каталог бумаг и микрофильмов документов архива Министерства иностранных дел Германии», из которого следует, что придя к власти, руководство Третьего рейха вступило в прямой сговор с сионистами… По инициативе одного из руководителей Еврейского агентства Арлазароффа в 1933 году в Берлине утверждается план переселения из Германии в Палестину. Создается «Палестинское бюро» сионистских трестов по колонизации Палестины «Керен гаесод» и «Керен гасмет де Израель», в котором, в частности, работал один из будущих создателей государства Израиль Леви Эшкол. Сионистские эмиссары могли свободно разъезжать по Германии и отбирать в еврейских общинах молодых мужчин и женщин для отправки в Палестину. В Берлине и ряде других крупных городов Германии организуются «лагеря перевоспитания», в которых молодые евреи проходили сионистскую «учебу» и готовились для использования в сионистских поселениях Палестины. Особое внимание сионистские эмиссары придавали поиску и вывозу в Палестину богатых евреев. Под эгидой Геринга совместно с сионистским руководством в Германии разрабатывается программа решения еврейского вопроса, получившая название «план Шахта». Этот план был разработан на переговорах президента германского банка Шахта с видным руководителем сионизма, директором английского банка Норманном. «План Шахта» предполагал разделение евреев на работающих и неработающих – классификацию еврейских элементов по их способности освоиться в местах эмиграции. Шестьсот тысяч германских евреев подразделялись на три категории: первая категория – 150 тысяч экономически дееспособных, которые эмигрируют в Палестину по определенному плану, расписанному по годам и месяцам; вторая – экономически пассивных, непосредственно зависящих от евреев первой категории (жены и дети), которые должны эмигрировать по мере того, как их кормильцы смогут обеспечить им содержание в местах нового поселения; третья – стариков и неспособных к эмиграции, которые остаются в Германии. Так вот, эта третья категория по негласному договору сионистов и фашистов подлежала уничтожению. Сотрудничество нацистов и сионистов было отмечено специальной медалью, отчеканенной по указанию Геббельса после пребывания руководителя еврейского отдела СС в Палестине. На одной стороне медали изображалась свастика, а на другой – шестиконечная звезда. Гитлер запретил все еврейские организации и органы печати, но оставил «Сионистский союз Германии», преобразованный в «Имперский союз евреев Германии». Из всех еврейских газет продолжила свое существование только сионистская «Юдише рундшау»… Выезжавшие под руководством сионистов из Германии в Палестину евреи вносили деньги на специальный счет в двух германских банках. На эти суммы в Палестину, а затем и в другие страны Ближнего и Среднего Востока экспортировались немецкие товары. Часть вырученных денег передавалась прибывшим в Палестину иммигрантам из Германии, а около 50% присваивали нацисты. Только за пять лет, с 1933 по 1938 год, сионисты перекачали в Палестину свыше 40 миллионов долларов… Между Германией и Палестиной курсировал пассажирский лайнер «Тель-Авив». Название было написано древнееврейскими буквами. На мачте лайнера развевался флаг со свастикой, а капитаном был старый член нацисткой партии Лейдиг. Как свидетельствует упомянутой мной немецкий журналист Хене, «во время еврейского погрома, носившего кодовое название “Хрустальная ночь”, в рейх Адольфа Гитлера прибыли два представителя Моссада – Пино Гинцбург и Моше Авербах… Они предложили ускорить сионистскую программу переселения евреев, пожелавших выехать в Палестину… Немецкие транспорты Моссада, перемещавшие евреев, – и это было неофициальное условие германской разведки – не должны были указывать на Палестину как на место доставки…» В марте 1939 года Гинцбург подготовил свой первый контингент. «Он насчитывал 280 переселенцев, – свидетельствует Хене, – и страной назначения во исполнение приказа ставки рейха была определена Мексика. Эти 280 человек соединились в Вене с группой, организованной Моше Авербахом, сели в югославском порту Сушак на корабль “Колорадо”, неподалеку от Корфу пересели на “Отранто”… и были доставлены в Палестину… Чем жестче реагировали английские власти, тем больше была готова помочь сионистам штаб-квартира Гейдриха. К середине лета она дала разрешение Гинцбургу направлять суда в Эмден и Гамбург для того, чтобы производить выселение из Германии прямым путем…» Сионисты всячески препятствовали эмиграции евреев в другие страны, ориентируя их только на Палестину. Перед Второй мировой войной правительства США и Англии планировали предоставление убежищ 500 тысячам европейских евреев. Однако их предложения натолкнулись на противодействие сионистских вождей, стремившихся использовать войну для своих планов. Президент США Рузвельт с сожалением отмечал, что «этот план эмиграции евреев в США нельзя претворить в жизнь. Этого не допустят влиятельные лидеры еврейских общин в США… Сионисты понимают, что именно теперь удобнее всего стричь купоны для Палестины…» То же отмечал и видный английский деятель того времени Шенфельд: «У нас были согласны предоставить убежище и помощь евреям, которым угрожал фашизм, но это натолкнулось на противодействие сионистов, которые признавали лишь одну форму помощи – отправку всех евреев в Палестину…» В мае 1944 года сионистские деятели без колебаний согласились поставить немецкому командованию Восточного фронта 10 тысяч грузовых машин в обмен на обещание освободить лиц еврейского происхождения, находящихся в немецких лагерях, с целью отправки в Палестину. Однако великие победы русского оружия заставили сионистов отказаться от преступной сделки… Для сионистских вождей еврейский народ был только материалом в исполнении их чудовищных планов. Совершенно сознательно они предлагали провести чистки еврейского народа, отрезать «больные и засохшие ветви». Особенно цинично замысел сионистских вождей выразил будущий первый президент Израиля, глава международной сионистской организации Хаим Вейцман. На запрос Британской комиссии о возможности переправить шесть миллионов западноевропейских евреев в Палестину он ответил: «Нет. Старые уйдут… Они пыль, экономическая и моральная пыль Старого Света… Останется лишь ветвь». Такую же позицию занимал и другой крупнейший вождь иудаизма – Бен-Гурион, молча лениво наблюдавший запланированную чистку еврейского народа, осуществляемую гитлеровскими изуверами… Исторические документы доносят до нас неопровержимые свидетельства преступного сотрудничества сионистских вождей и деятелей Третьего рейха. В годы Второй мировой на территории Палестины действовало несколько сионистских военных и военно-террористических организаций. Представители главной из них – «Хаганы» – установили контакт с Эйхманом и другими членами СС еще в 1937 году. Другая организация – «Иргун цвали леуми» («Национальная военная организация»), руководителями которой в годы Второй мировой войны были Абрам Штерн, Менахем Бегин и Ицхак Изертинский, известный сегодня как Ицхак Шамир, – стала проявлять интерес к военным связям с нацистами в середине 1940 года. Сторонники ориентации на «фашистскую ось» во главе со Штерном – в дальнейшем главой пресловутой отколовшейся от «Иргуна» «банды Штерна» – направили осенью 1940 года предложение итальянским фашистам о сотрудничестве, рекомендуя скорейшее вступление фашистской армии в Палестину… Есть документы, подтверждающие прямое сотрудничество сионистских организаций с гестапо. Хочу обратить внимание прежде всего на два из них. Первый представляет собой отчет о контактах чинов гестапо с командированным в Берлин из Палестины уполномоченным диверсионно-разведывательной организации сионистов «Хагана» Полкесом. Кстати говоря, в руководстве этой организации в то время находился Леви Эшкол, который до этого в течение трех лет работал в «Палестинском офисе» в Берлине, а впоследствии стал премьер-министром Израиля и в этом качестве пребывал во время израильской агрессии в 1967 году. По оценке гестапо, реальность сотрудничества с сионистами обеспечивалась идеологической платформой последних. В гестаповском отчете особо выделяются два момента, идейно роднящие сионистов с нацистами: во-первых, крайний национал-шовинизм, во-вторых, откровенный антикоммунизм. Этих двух моментов было достаточно для заключения грязной и циничной сделки о сотрудничестве. Второй документ – подробный машинописный текст отчета о поездке Эйхмана и Хагена в Палестину для углубления связей нацистов с сионистами, и в частности с представителем «Хаганы» Полкесом. Отчет о поездке Эйхмана и Хагена в Палестину содержит многие подробности, связанные с углублением «рабочих контактов» с сионистами во время приезда Эйхмана и его коллеги Хагена в октябре 1937 года под видом журналистов в Палестину. 2 октября Эйхман и Хаген прибыли на борту теплохода «Романия» в Хайфу. 10 и 11 октября Эйхман провел переговоры с Полкесом в Каире, место встречи – кафе «Гроппи». В гестаповском отчете воспроизведены, в частности, заявления Полкеса: «Еврейские националистические круги крайне довольны радикальной политикой Германии». Следует обратить внимание на одну характерную деталь в гестаповском отчете. Дело в том, что Эйхман и Хаген в нем зафиксировали, что в соответствии с договоренностью Полкес передал им обещанную ранее разведывательную информацию. Представитель сионистской организации, добиваясь поддержки нацистами планов создания сионистского государства, среди прочего обязывался также поставлять им любую информацию о действиях еврейских организаций в различных странах, направленных против нацистов… Сионистские вожди жалели жизни евреев. В результате политики сионистской организации погибли сотни тысяч евреев. Из примерно 1,5 миллионов евреев, погибших во Второй мировой войне, более половины являются жертвами преступного сговора сионистских вождей с нацистами. Уничтожение еврейского народа, во главе которого наряду с Гитлером стояли Вейцман, Бен-Гурион и другие сионистские вожди, свидетельствовало о том, что и нацистов, и сионистов объединяла общая идеология Сионистских протоколов, делавшая любой народ объектом человеконенавистнических манипуляций и чудовищных расовых чисток. И Гитлер, и Бен-Гурион были братьями по духу, превращая свои народы в материал для осуществления бредовых избраннических идей… Повинные в погибели сотен тысяч евреев сионистские вожди тем не менее добились своего. Численность еврейского населения Палестины увеличилась с 238 тысяч в 1933 году до 404 тысяч в 1936-м и до 600 тысяч в 1947 году. Сионисты – создатели мифа о холокосте в сотни раз осознано преуменьшают жертвы русского народа во Второй мировой войне. Так, в «Энциклопедии холокоста» сообщается, что в германских лагерях якобы было убито три миллиона евреев, а также «десятки тысяч цыган и советских военнопленных». Хотя на самом деле число только советских военнопленных, погибших в немецких лагерях до 1944 года, составляет более трех миллионов человек. А ведь большинство их составляли русские. Так миф о холокосте оскорбляет память миллионов русских, павших жертвой «нового мирового порядка». Более того, ни на одной странице «Энциклопедии холокоста» нет упоминания о десятках миллионов жертв геноцида русского народа, совершенного под руководством еврейских вождей в первые два десятилетия после 1917 года. Вот почему среди тех, кто на Западе опровергает ложь о холокосте, немало евреев, понимающих, что она является причиной новых международных конфликтов, пример чему – события на Ближнем Востоке…

– И как события развивались дальше? – спросил я раввина.

– А дальше, – сказал он, – после войны мировая просионистская закулиса с подачи наших соплеменников решилась на чудовищный обман. Она заявила, что во Второй мировой войне погибло шесть миллионов евреев. Причем большая их часть, по утверждению фальсификаторов, была сожжена в газовых камерах, умерщвлена горячим паром, электричеством, выхлопными газами двигателей внутреннего сгорания, негашеной известью и откачкой воздуха из камер. Кощунственная и совершенно нелепая ложь бросала вызов здравому смыслу и очевидным фактам. В 1933–1945 годах в зоне германской оккупации находилось не более трех миллионов евреев. Однако это не помешало иудейским фальсификаторам заявлять, что только в Освенциме погибло четыре миллиона евреев… Ставить же под сомнение «холокост», публично разоблачать это беспрецедентное мошенничество, срывать маску с политиков, журналистов, историков-академиков, служителей церкви, кланов и сообществ, которые в течение более шестидесяти лет проповедовали ложь, – крайне опасно. Даже крупные западные ученые-историки, оспаривающие холокост, не смеют свободно говорить о событиях далекого прошлого. «Не верящие в холокост» предаются анафеме и уголовному преследованию. За свою ревизионистскую деятельность отрицатели холокоста отбывают длительные сроки тюремного заключения. Сидит в тюрьме известный британский историк Дэвид Ирвинг. В бельгийскую тюрьму посажены Зигфрид и Герберт Вебеке. В немецких застенках заперты ученые Гермар Рудольф, Эрнст-Гюнтер Когель, Хорст Малер, Эрнст Зундель и многие другие…

– А откуда возникла преувеличенная цифра «жертв холокоста» – шесть миллионов погибших евреев? – поинтересовался я.

– Мифическая цифра «шесть миллионов» погибших евреев, – пояснил раввин, – является плодом иудейско-талмудического мифотворчества и была придумана сионистскими вождями, как совершенно справедливо утверждает главный раввин Австрии Фридман, еще в XIX веке. Не случайно в то время основатель сионизма Теодор Герцель в первых записях своих «Дневников» называет цифру шесть миллионов евреев, которым якобы угрожает опасность. И что единственный шанс создания так называемого еврейского государства появится лишь в том случае, если эти шесть миллионов европейских евреев постигнет катастрофа… Сразу же после Первой мировой войны 31 октября 1919 года в газете «Американские евреи» говорится об уничтожении «шести миллионов еврейских мужчин, женщин и детей». Где и как тот «холокост» осуществлялся, из бессмысленной писанины в газете понять нельзя, но число «шесть миллионов» названо семь раз. А вот где находится ответ, почему нужна эта цифра: она взята из древности, это священное число, заимствованное сумасшедшими политиками из Талмуда… Корни числа «шесть миллионов» обнаруживаются в военной пропаганде 1942–1943 годов. Однако эта цифра упоминается в еврейской пропаганде задолго до начала Второй мировой войны. Хаим Вейцман, который позже стал первым президентом Израиля, сказал 25 ноября 1936 года: «Не будет преувеличением сказать, что шесть миллионов евреев приговорены к заключению в этой части мира, где они нежелательны…» По-видимому, число «шесть миллионов» носило для иудеев-талмудистов особый религиозно-ритуальный характер. Недаром один из иудейских вождей – Наум Гольдман, впоследствии президент Всемирного еврейского конгресса, в мае 1942 года на приеме в отеле «Балтимор» в Нью-Йорке заявил, что из восьми миллионов евреев, находящихся в сфере немецкого господства, в живых осталось два миллиона. Не основанная ни на чем фантастическая цифра Гольдмана стала ориентиром для создания мифа о «шести миллионах»… Созданию такого вот мифа о холокосте с «шестью миллионами жертв евреев» и активному внедрению его в массовое сознание с особой настойчивостью очень даже эффективно поспособствовали советские евреи Илья Эренбург и Василий Гроссман, опубликовав в соавторстве в 1946 году фундаментальную «Черную книгу», которая стала результатом совместных усилий Советского еврейского антифашистского комитета и членов Американского еврейского комитета.

– Выходит «священная» цифра шесть миллионов «жертв холокоста» – чистейшей воды мистификация? – изумился я.

– Да, если хотите, история с холокостом – чистейшей воды мистификация, – с нарочитой гордостью отвечал раввин. – Но эта изобретательно придуманная сионистами беспрецедентная мистификация с «холокостом» превосходнейшим образом сработала в интересах нашего сионистского племени и решения стоящих перед нашими людьми стратегических задач на пути к всемирному иудейскому царствованию. Преувеличение сионистами еврейских страданий во Второй мировой войне было важным и существенным при создании сионистского государства Израиль. Миф о «шести миллионах погибших европейских евреях» наилучшим образом послужил психологическим оправданием крупномасштабной этнической чистке, репрессиям и пыткам палестинского народа. Если бы не эта мистификация, мир никогда бы не позволил сионистам предпринять свою колониальную авантюру в Палестине в 1948 году. И если бы не эта мистификация, нашему племени не удалось бы представить дело таким образом, будто именно евреи пострадали больше других, и поэтому остальные народы обязаны испытывать чувство вины, каяться и возмещать те материальные убытки, которые понесли в войне евреи.

– Следует добавить, – вставил я, – что не будь этой мистификации, не существовало бы и расистского государства Израиль, представляющего собой основную причину конфронтации на Ближним Востоке и готового в любой день спровоцировать ядерную войну. Если бы не эта мистификация, то сионисты не украли бы у палестинцев их родину, а мир был бы лучшим и более защищенным. Нелепая же история «холокоста» имела и все еще имеет страшные политические последствия. Пока что палестинцы – это наиболее очевидные жертвы аферы «холокоста», но они ни в коем случае не единственные. В действительности же эта мистификация чрезвычайно опасна для всех народов мира, включая еврейский, который рано или поздно должен будет заплатить высокую цену за глупость своих сионистских вожаков. А грядущая беспощадная расплата за содеянное для преступного расистского сионистского племени неотвратима. И уверен, что расплата эта будет по высшему разряду. Мы больше не позволим сионистам помыкать нами. Мы не позволим им диктовать нам, кого считать своими друзьями, а кого врагами, мы не позволим им диктовать наше видение прошлого. И ни в коем случае не позволим им диктовать нам наше будущее.

– Прошу вас, мой хороший, добрый друг, – с блеском в глазах навыкате воскликнул раввин, – умоляю: будьте толерантны и снисходительны к специфическому, особенному положению нашего племени…

– Что же это за «специфическое, особенное положение» вашего племени? – поинтересовался я.

– Скажу, – волнительно продолжил раввин. – Но, перво-наперво, замечу, что еще тысячи лет тому назад древнейшими сионскими мудрецами, нашими праотцами было завещано нашему сионистскому племени создание на планете Земля «нового мирового порядка». «Новый мировой порядок» является синонимом мира под тотальным контролем сионистов, а если еще точнее сказать, – синонимом всемирного иудейского царствования. Сионистское племя поклялось тогда в едином порыве перед нашими духовными предводителями-прародителями, что их завет будет непременно племенем выполнен, что учреждение «нового мирового порядка» на планете Земля обязательно состоится, а значит, на всем земном шаре воцарится желаемое нашим сердцам всемирное иудейское господство. Все последующие века наше идейно и организационно сплоченное сионистское племя при его мизерной численности неукоснительно и неусыпно выполняло клятву, данную своим духовным праотцам. Оно только и занималось тем, как бы быстрее реализовать на практике стратегическую задумку наших древнейших сионских мудрецов, как бы половчее, поизобретательнее, поизощреннее обхитрить, обмануть, одурачить коренные народы мира и как бы понадежней закабалить их под нашим владычеством. Клятву же, данную своим духовным праотцам, все эти века наши соплеменники под строжайшим надзором региональных раввинатов выполняли и выполняют безукоризненно, безотказно, верно и честно. Не то, что произошло на постсоветском пространстве с приходом в Кремль нашего просионистского режима. А произошло то, что не успела еще Советская власть свернуть свои красные знамена, как тутошние коммунисты-конформисты в массовом порядке тут же от нее отреклись, демонстративно изменив и партийной, и военной присяге… Конечно, мизерная численность рядов наших соплеменников сказывалась и сегодня сказывается на темпах завоевания и освоения сионистами мирового пространства. Ведь будучи численно слабыми, сионисты могут управлять миром только по доверенности. Этой доверенностью, к примеру, ныне является единственная оставшаяся сверхдержава, Соединенные Штаты Америки, чудовище Франкенштейна с еврейской головой и нееврейским туловищем, которое нападает на одну страну за другой под мнимыми предлогами. Государственный департамент США, в частности, находится под неусыпным контролем международного сионизма… Нашим же соплеменникам на всех этапах бескомпромиссной борьбы за мировое господство хотелось побыстрее свершить завещанное нашими праотцами. Потому нашими умными головами во все последующие века придумывались все новые и новые тактические, эффективные приемы и методы ускоренного закабаления иноземных держав и их коренных народов. Так, нашими соплеменниками, противопоставляющими себя остальному человечеству, был освоен метод захвата и покорения чужих нам стран с применением тактического маневра подрыва государственной власти изнутри. Еще две с половиной тысячи лет назад просвещенный правитель и основатель империи, охватившей всю Западную Азию, персидский царь Кир был первым в длинном ряду марионеток-жертв, оказавшихся в руках нашего племени. Без помощи царя Кира наши люди никогда бы не смогли захватить власть в этой империи. На нем, на царе Кире, наше племя впервые показало, как можно обманом, лицемерием, подкупом и предательством пролезть в иноземное правительство, а затем подчинить все себе. Захватив же власть в иноземном государстве, наши соплеменники бесцеремонно управляли марионетками-правителями, разжигали вражду между народами и создавали конфликты, для достижения нашей «сверхнациональной» цели – мирового господства. При злых, разрушительных намерениях такая система внутри других народов действует как заряд динамита в скале, взрываемой с далекого расстояния. И к XX веку этот наш контроль над иноземными правительствами приобрел такую силу, что все они в значительной степени уже стояли под одной высшей властью сионистского племени. Такая участь постигла и Францию, и Англию, и многие другие западные страны. В жестокой узде на этих принципах управляются нами и Соединенные Штаты Америки… Так из века в век наш тактический маневр подрыва изнутри везде и всегда с успехом реализовывался, реализуется и, хотелось бы надеяться, будет реализоваться нашими людьми во всем мире. И только в этой стране с ее специфическим, духовно-нравственным, патриотическим, особенным великоросским этносом реализовать этот наш тактический маневр до сих пор нашим соплеменникам так и не удалось. Терпим крах…

– Как же «не удалось»? – подивился я. – А то, что вы учинили с Советским Союзом, разве не реализация вашего коварного маневра по подрыву и захвату государства изнутри?

– Я уже вам как-то говорил… – сказал раввин. – То, что нашим племенем учинено с Советским Союзом, так это, как я теперь твердо убежден, всего лишь наша в буквальном смысле верхушечная победа. Именно: верхушечная… Да, приступая к развалу Советского Союза, наши соплеменники применили тщательно отработанный ими веками тактический маневр подрыва государственной власти иноземной державы изнутри. И отлично понимали с самого начала, что сама централистская природа Советского государства, вертикальная иерархия правящей в этой стране КПСС позволяли при захвате всего нескольких руководящих высот контролировать весь его колоссальный социалистический монолит. Что и было нами проделано. Захват изнутри осуществлялся подобранными нами, абсолютно лояльными к нам тутошними деятелями, и контроль над этой страной сводился лишь к поэтапному эффективному ее разрушению с использованием существующих структур власти и передачи под наше владычество… Но, как продемонстрировала недавно взбунтовавшаяся карельская Кондопога, нынешнее владычество наших соплеменников в этой стране абсолютно половинчатое, неустойчивое, обманчивое, кажущееся, иллюзорное и призрачное. А все потому, что, захватывая государственную власть в Советском Союзе, наши соплеменники сделали ставку исключительно на покладистую к нам правящую советско-партийную верхушку. И совершенно недооценили и упустили из виду, как теперь стало совершенно очевидно, реальный взрывной протестный потенциал трудовых низов русского этноса, их силу и влияние.

– И к какому выводу вы приходите? – спросил я.

– Основной вывод, – сказал раввин, – на сей счет в 1991 году сделал руководящий член Канадского филиала иудео-масонской организации Бнай-Брит Ян Кагедан, вполне резонно заявив, что создание «нового мирового порядка» будет иметь успех, только если человечество усвоит «уроки холокоста». Со своей стороны замечу, что это принципиальное заявление Кагедана особенно актуально ныне для постсоветского пространства. Конечно, это похвально, что президент Украины Виктор Ющенко намерен инициировать вопрос об уголовной ответственности за отрицание холокоста и поднять этот вопрос на первом заседании вновь избранной Верховной Рады VI созыва. Но на остальной-то территории постсоветского пространства до сих пор даже ничего подобного не происходит… А ведь цель нашего движения в этой стране и на сегодня, повторяю, остается одна: уничтожение России и Православия, ибо эти чудища по-прежнему стоят на пути сионистского племени в новый миропорядок. И эта благородная цель во исполнение исторических задумок наших древнейших сионских мудрецов будет достигнута нашим движением любой ценой, любыми средствами… Для этого мы не только как минимум незамедлительно повсеместно введем на постсоветском пространстве жесточайшее уголовное преследование за отрицание холокоста, но и добьемся еще реанимации, восстановления того, чего сионисты достигли в этой стране сразу же после Октября 1917 года. Тогда сионистам удалось протолкнуть через верхушку большевистской власти посредством наших соплеменников, успевших предусмотрительно заблаговременно внедрится в советско-партийное руководство, беспрецедентное в мировой юридической практике постановление, что за малейшее проявление юдофобии теперь можно было вполне законно ставить гражданина к стенке и пускать в расход на страх и в назидание остальным…

– И как вы собираетесь реализовывать такую вот свою программу-минимум? – поинтересовался я.

– Очень даже просто, – последовал ответ. – Прежде всего с опорой на задиристых публичных активистов-общественников, свободно вхожих в разные высокие властные инстанции и постоянно мелькающих на экранах телевизоров. Подключим для начала, к примеру, хотя бы тех же энергичных, предприимчивых академиков Виталия Гинзбурга и Жореса Алферова… Пусть потрудятся на этом благородном поприще.

– Но Гинзбург с Алферовым, – вставил я, – на сегодня еще даже не завершили свою острейшую баталию со Всемирным Русским Народным Собором по поводу необходимости введения в школах курса «Основы православной культуры».

– А ничего, ничего… – распаляясь, продолжил раввин, – пусть нагружают себя… Пусть включаются в нашу бескомпромиссную борьбу на полную катушку и окунаются с головой в актуальнейшие проблемы, которые наши соплеменники сейчас решают… Пусть, наконец, и Гинзбург, и Алферов сполна отрабатывают Нобелевские премии, которые мы им пожаловали… И, само собой, пусть эти академики активно способствуют тому, чтобы доброжелательная общественная атмосфера вокруг сионистов на постсоветском пространстве, а также почтительное к пришельцам самосознание его коренных народов, и прежде всего русских, достигли бы нужных нам кондиций.

– Кондиций, – переспросил его, – это как?

– А так, – громко заявил раввин, – что, будучи, скажем, сам евреем, гражданин общества с достигнутыми в нем нужными нам кондициями может позволить себе сказать очевидное: «Америка держит мир под своим контролем, а евреи управляют Америкой». Но ни один нееврей из среды коренных народов не должен осмелиться говорить то же самое, поскольку всем должно быть известно, какими последствиями это чревато и что влечет за собой подобная «ересь». Никто из аборигенов, тем более из числа русских, не должен осмелиться упоминуть легко поддающийся проверке факт, что все, за исключением одного-двух, «русские» олигархи, укравшие сотни миллиардов из ресурсов русского народа, – евреи. Никто из аборигенов не должен осмелиться утверждать столь же очевидный факт, что евреи являются движущей силой той нравственной «раковой опухоли», которая разъедает западное общество, что они стоят за защитой «прав геев», включая права гомосексуальных пар на вступление в брак, дающие право на усыновление детей, за развращающей порнографией и за другими извращениями. И аборигены должны четко знать и помнить: разоблачать такие факты – это «антисемитизм». А, мол, Гитлер также был антисемитом, и, как известно каждому, он совершил самое ужасающее преступление в истории – «холокост». Следовательно, любой из аборигенов, критикующий евреев, должен со всей серьезностью осознавать, что он готовит почву для нового «холокоста», – раввин ухмыльнулся, подмигнул мне и добавил: – При всей своей примитивности, эта просионистская пропаганда-демагогия все еще весьма успешна для наших соплеменников при оболванивании аборигенов.

Затем вдруг раввин нахохлился, вскинул голову кверху и страстно продекларировал:

– Задумка наших древнейших, мудрейших праотцев сионистским племенем будет воплощена в жизнь целиком и полностью: на Земле воцарится всемирное иудейское царствование. Коренные народы всего мира должны зарубить себе это на носу.

Я посмотрел внимательно на беснующегося раввина, на его седеющие пейсы и подумал: «Материал для публикации готов: осталось лишь его написать и издать для нашего трудового народа», – и поспешил домой, к письменному столу.

15.03.08 г.

Аморальная «нравственность»[6]

Лукавит, конечно же, тот, кто, стараясь казаться искренним и честным, заявляет, что для него совершенно безразлично общественное мнение о нем самом. И что, мол, его в этом принципиальном убеждении никто никогда не поколеблет.

Вспомним: многие великие люди, размышляя над человеческой природой и психикой, утверждали совсем обратное. К примеру, знаменитым французский романист Оноре де Бальзак в своих гениальных произведениях неизменно отстаивал вечную мысль о том, что человек-индивидуум слишком уж слаб, чтобы пренебречь критическим мнением других о себе и не учитывать его. Что, узнав нечто компрометирующее о себе, человек непременно попытается придумать изощренный, нередко крайне циничный вариант нравственного обоснования своего безнравственного образа жизни.

Это наблюдение остается верным и ныне. Определенная часть общества, и прежде всего так называемая элита, уделяет большое внимание созданию выгодного для нее общественно-политического имиджа. Такое стремление характерно для большинства российских политиков и военной элиты.

Объективности ради надо подчеркнуть, что активность «особо чувствительных» умов в направлении придумывания «нравственных крыш» на любой случай и циничного предательства была спровоцирована в определенной степени навязанной нашей стране ее недругами идеологической борьбой, захлестнувшей Советский Союз. Ведь многие годы вероломные внешние и внутренние силы стремились сломить государственную систему, народовластие, весь уклад советской жизни. И подкармливаемые из-за кордона эти силы шли в наступление: проникали в коридоры власти, захватывали средства массовой информации, целенаправленно дестабилизировали экономику и политический климат социалистического государства.

Но ничто не сможет сравниться с политически бурным временем начала 1990-х годов, когда огромная масса людей добровольно вовлекла себя в состязательный процесс индивидуальных придумок всяких вариантов морального обоснования своего аморального образа жизни. Многие из ранее присосавшихся к компартии вдруг объявили себя жертвами тоталитарного режима и завзятыми «демократами»!..

Да и могло ли быть иначе? Ведь сигнал к быстрой политической переориентировке был дан с самого верха! И дотошная статистика не зарегистрировала с тех пор ни одного случая активного сопротивления приходу к власти в Кремле антинародного, оккупационного режима. Смирились ЦК КПСС, КГБ СССР, Минобороны СССР, МВД СССР и прочая, и прочая, и прочая…

В итоге страны Советов на географической карте мира больше нет, а многие бывшие руководители КПСС и властных советских ведомств легко вписались в навязанный стране ее внешними и внутренними врагами ненавистный трудовому народу режим. Все они теперь увлеченно занимаются бизнесом, прихватили «жирные куски» общенародной недвижимости и роскошничают вместе с чадами и домочадцами в свое превеликое удовольствие.

Но на душе-то скребет! Ведь от себя-то не скроешь, что ты предатель своего народа! Да и окружающим все в отношении тебя понятно…

И тут невольно задумаешься: как и чем оправдать в глазах общественности да и своих близких то, что в минуту испытания у тебя прежде всего сработал низменный инстинкт самосохранения и в угоду ему ты сознательно предал Родину и интересы своего народа!

И работа завертелась! Тон этому половодью отступничества и предательства задал Генсек ЦК КПСС, президент СССР, Верховный главнокомандующий Вооруженными Силами СССР Горбачев – это подобие двуликого Януса.

Вспомним хотя бы, как лицемер Горбачев дурил большинство нашего народа целых пять лет! Как, добравшись до высшей власти, он ловко, вкрадчиво, облекая свои сокровенные, дьявольские, разрушительные замыслы в словесные кружева, шаг за шагом увлекал и вел свой доверчивый народ к зияющей пропасти.

Подленькие уроки двуличия преподнес советскому народу и ближайший идеологический сподвижник Горбачева А.Н. Яковлев. Свой многолетний политический блуд сей великий фарисей обосновал даже своеобразной псевдотеорией: каждая, дескать, человеческая особь имеет право на эволюцию мышления в зависимости от обстановки.

А с такой капитальной, фундаментальной и универсальной теорией легче стало и разрушителю Ельцину крушить Советский Союз.

Что же касается таких многочисленных «жирных котов», как поповы, гайдары, лужковы, афанасьевы, собчаки, боровые, черниченки и им подобные, то они в один голос, оправдывая свое мгновенное «перелицовывание», объявили себя многострадальными мучениками прежнего, так называемого репрессивного, тоталитарного режима.

Многие члены Политбюро и секретари ЦК КПСС попытались всю вину за сдачу страны без боя псевдодемократам сбросить на КГБ СССР – передовой вооруженный отряд Коммунистической партии.

Но высшие чины КГБ воспротивились такой огульной трактовке причин поражения социалистической системы. И по сему поводу поспешили изложить свою четкую, категоричную, защитную позицию… Централистская природа, мол, Советского государства, вертикальная иерархия партии позволяли при захвате нескольких руководящих высот контролировать весь его колоссальный монолит. И если этот захват осуществлялся деятелями типа Горбачева, Яковлева, Шеварднадзе, Ельцина, то контроль над страной сводился лишь к поэтапному разрушению с использованием существующих структур власти и передаче под контроль стратегического противника.

А отсюда следовал и однозначный вывод: госбезопасность ни в коем случае не может обвиняться в том, что сдала СССР врагу.

Так к единому мнению – кто же сдал великую страну и предал советский народ – до cих пор и не пришли бывшие верховоды ЦК КПСС и высшие армейские чины рухнувшего СССР. Наша, дескать, хата краю…

Хорошо известно, что от растаскивания и размывания коммунистической идеологии и манипуляций с переподчинением правящему антинародному режиму национальных ценностей, в частности забвения имен советских героев, новые власти получают огромную прибавку к рычагам воздействия на сознание покоряемого ими доверчивого народа.

Но сами новые власти такую идеологическую манипуляцию, безусловно, не в состоянии проделать. А при содействии и пособничестве услужливо «перелицевавшихся» бывших партийно-советских работников, а также генералов, адмиралов, маршалов и маститых ученых успешная реализация такой манипуляции гарантирована.

Для более или менее же удобоваримых оправданий своего унизительного поведения новоявленные пособники правящего антинародного режима придумывают самые разнообразные оправдания. Так, например, на торжественном научном заседании, посвященном 100-летию со дня рождения дважды Героя Советского Союза Маршала Советского Союза И.X. Баграмяна, выявилось нечто подобное. Проводилось это заседание в кинозале Центрального музея Великой Отечественной войны 1941–1945 гг., что на Поклонной горе.

Сразу же бросилось в глаза, что на сцене кинозала почему-то не было ни красных боевых знамен, под которыми воевали прославленный полководец и его боевые соратники, ни другой какой-либо советской символики, без которой невозможно представить ту грозную эпоху.

Председательствовал на научном заседании руководитель Центра военной истории России Института российской истории РАН, доктор исторических наук, профессор, академик Российской академии естественных наук, академик Международной славянской академии Г.А. Куманев, который и открыл заседание своим вступительным словом.

Затем последовали доклад генерал-майора, доктора исторических наук М.И. Белова «Путь полководца» и бесчисленные выступления других ораторов.

Говорили много и подробно о жизни и деятельности И.X. Баграмяна: и о том, как он доблестно воевал, как уважительно относился к подчиненным, как любил свою жену, семью и всех близких, и о том, каким он был хлебосольным и гостеприимным, как любил на базаре покупать лично отобранную им баранину для шашлыка и как сам его приготовлял…

Но никто из выступивших участников научного заседания почему-то так и не сказал, что И.X. Баграмян долгие годы был и оставался до конца своей жизни коммунистом.

Ожидал я, что это существенное упущение ораторов восполнит в своей юбилейной речи Герой Советского Союза генерал армии М.М. Зайцев. Но этого не случилось.

А когда закончились выступления и награждение присутствующих медалями, я подошел к председательствующему Г.А. Куманеву и спросил его:

– Чем объяснить то, что на сцене зала, где проходит посвященное 100-летнему юбилею И.X. Баграмяна торжественное заседание, нет ни красных боевых знамен, под которыми воевал прославленный полководец, ни его портрета в советской маршальской форме, ни другой какой-либо советской символики?

– Ничего сознательно не задумывалось… – изрядно смутившись, проговорил дважды академик. – Просто хозяева Центрального музея взяли на себя труд поставить на сцену лишь бюстик Ивана Христофоровича и цветы…

– Но маршал Баграмян был вроде бы еще и членом Коммунистической партии?

– Более того, он был и членом Центрального Комитета КПСС!.. – прервал меня Куманев, демонстрируя свою эрудицию.

– Но почему об этом не упомянули ни вы в своем вступительном слове, ни другие ораторы?

– Это тоже, я скажу, было сделано не сознательно… – уклончиво ответил маститый ученый. – Здесь сейчас называть другие звания и должности Баграмяна было бы, может быть, даже для меня обременительно несколько… Но мы могли бы и об этом сказать. Ничего, конечно, зазорного в этом нет… Но войдите и в наше положение!.. Сейчас в стране поднимается на какую-то псевдонаучную высоту всякая псевдонаучная клеветническая информация вроде писаний некоего Резуна – лже-Суворова. Это все поощряется: находятся деньги, находится бумага… И почему? Потому что сейчас надо дискредитировать советскую систему, которая выиграла войну. А чтобы ее дискредитировать, надо советских маршалов сделать какими-то случайными выскочками, надо перемазать советских героев и сказать, что они вовсе и не герои… Все это делается целенаправленно!..

Подошел я и к Герою Советского Союза генералу армии М.М. Зайцеву, дабы прояснить: что же его лично удержало сказать в своем выступлении, что И.X. Баграмян был коммунистом? Что удержало ораторов поведать присутствующим о руководящей, организующей и направляющей роли Коммунистической партии Советского Союза, обеспечившей Победу советского народа в Великой Отечественной воине? Услышав мои конкретные вопросы, генерал армии с опаской отпрянул от диктофона, восклицая:

– А зачем это нужно? Я вам ничего не скажу!.. Я пришел на это собрание, но не я его готовил. Вот к тем, кто готовил его, и обращайтесь!..

Так завершилось юбилейное научное заседание, посвященное Маршалу Советского Союза И.X. Баграмяну.

Но впереди-то 100-летние юбилеи других известных Маршалов Советского Союза! А потому остается лишь гадать, какую очередную услугу новым властям окажут новоявленные пособники – бывшие советские генералы, адмиралы, маршалы и маститые ученые, специализирующиеся на «перелицовывании» прославленных полководцев Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. в угоду правящему антинародному режиму. И какие новые утонченные, изощренные варианты нравственного обоснования своего безнравственного образа жизни при этом они придумают…

Да, склонность ловких людей с повышенной конъюнктурной чувствительностью и жаждущих при любой власти «быть на плаву» к политической и нравственной мимикрии поистине неистребима.

На прошлой неделе повстречался мне давнишний знакомец – выходец из сельской русской глубинки, ныне главный редактор проельцинской правительственной газеты. Знаю я его еще с конца 1960-х гг. по совместной работе в «Комсомольской правде», а затем – в «Социалистической индустрии». Слыл он тогда принципиальнейшим партийцем-коммунистом, ярым поборником интересов рабочих и социальной справедливости. Но теперь он с откровенной снисходительностью рассматривал мою одежку, приобретенную еще в советские времена.

Постояли мы с ним этак минуты полторы друг против друга, перекидываясь ничего не значащими междометиями…

На прощание я и говорю, зная его нынешнюю позицию:

– Ну, желаю тебе продолжать славно служить оккупационному режиму!

Он сразу же почему-то отпрянул от меня, лицо его побурело, лишь потом, поднатужившись, в волнении со злостью выпалил, привстав на носочках:

– А ты лопух! Коль до сих пор не сориентировался…

Слушая его, я в который раз с горечью подумал о том, что такая вот готовность многих наших сограждан удобненько обосновать свой унизительный образ жизни приспособленца, такая вот аморальная «нравственность» таит в себе по-прежнему огромную общественную опасность.

Колун везем из … Канады

Обвал в науке и производстве – катастрофический[7]

В Центральном Доме журналиста состоялся очередной «круглый стол». Тема – «Технология на переломе века». Участие приняли ведущие ученые, конструкторы, технологи и организаторы производства в отраслях оборонной промышленности, авиастроения, станкостроения, аэрокосмической, электронной и ракетной техники, военно-промышленного комплекса и информатики. Речь шла о проблемах конверсии и структурной перестройки в оборонных отраслях промышленности. К XXI веку страна подходит с тяжелобольной экономикой.

– Наивно полагать, что мы можем создать свой бюджет за счет поборов – сборов налогов, – сказал директор Института машиноведения имени А.А. Благонравова академик РАН К. Фролов. – Ни одна страна так не живет! До тех пор, пока мы не будем производить высококачественную продукцию, торговать ею, выходить с нею на международный рынок, а не только с сырьем, – до тех пор мы не будем процветающей державой. А что касается военной технологии, то это всегда имело двойное применение: для военных целей и для гражданских. Конверсию же у нас сейчас часто иные понимают так: давайте, мол, закроем, к примеру, производство оболочек из композиционных материалов, а сделаем из этих материалов хорошие клюшки для хоккея… А ведь у нас очень много интересных открытий, и наше отечественное производство может выпускать самую разнообразную высококачественную продукцию. На практике же порой так… Скажем, обычный колун сейчас привозят в Россию из Канады, а вилы – из Германии. Мы, оказывается, уже и это разучились делать!..

Разговор продолжил Герой Социалистического Труда, доктор технических наук, профессор, академик Российской академии ракетно-артиллерийских наук и академик Международной академии информатики С. Непобедимый.

– Дело в том, – сказал он, – что многие руководители правительства или не хотят, или сознательно стараются не видеть того, что наша промышленность уже разрушена полностью… Нам все время твердят, что в России идут реформы, что создается новый строй… И никто из руководителей не говорит, что создается дикий капитализм, где каждый человек думает лишь о своей личной наживе. А мы, советские люди, так не привыкли жить! Мы никогда не задавали себе вопрос: сколько я буду получать? Для нас всегда на первом месте были прежде всего интересы родного государства.

Но мысль свою Сергей Павлович не смог до конца высказать. Ведущему «круглого стола», видимо, не совсем пришлась по душе направленность разговора, и он бесцеремонно прервал маститого ученого, заявив, что следует говорить о технологии.

– Так я же и говорю о технологии, – парировал Герой Соцтруда и продолжил: – раньше мы действительно имели возможность в масштабах страны работать над высокими технологиями. Мы должны были создавать системы оружия, превосходящие лучшие образцы мирового класса. А для того чтобы этого достичь, и нужны были высокие технологии. И мы работали с Академией наук, с высшими учебными заведениями… Сейчас занимаемся продажей того, что было сделано за многие годы при прежнем социалистическом строе… Что дальше делать? Ведь пройдет два-три года, и продавать уже будет нечего!.. На сегодня наше Министерство оборонной промышленности ликвидировано. Оборонная промышленность осталась без руля и ветрил. Это громадное упущение! И этого не хотят понимать руководители страны. Изучая военную доктрину Соединенных Штатов Америки прошлого года, я пришел к заключению, что у нас есть и вероятные противники. Их задача состоит в том, чтобы нас разрушить до основания. Прежде всего – оборонный комплекс как носитель высоких технологий, высокой культуры, высокого патриотизма, где работают люди-государственники, любящие свою страну, свое дело… Наше достояние разрушали и разрушают сознательно. Вот, например, Горбачев уничтожил оперативно-тактический ракетный комплекс дальностью 400 километров, аналог которого до сих пор не может воспроизвести никто. А сколько можно было бы извлечь полезного из него в народном хозяйстве! Скажем, для прицельного зондирования атмосферы… И я давал такие предложения! Но их задушили. И главный вопрос сейчас – это отношение нынешней власти к науке в целом. Что сейчас представляет собой Академия наук? Это до предела разрозненная организация. Фактически честный, порядочный ученый – доктор наук, член-корреспондент, академик не получает возможности реализовать себя как ученый. У него нет средств, нет и внимания к нему.

При сих словах почтенного академика С. Непобедимого и вовсе оборвали. И микрофон перекочевал в руки других ораторов-ученых. Но и они ничего утешительного не смогли сказать о нынешнем состоянии науки, техники и производства. Лишь дорисовали мрачную картину полного обвала и краха научно-технического потенциала оборонной промышленности и всего народного хозяйства в недавнем прошлом мощного, процветающего великого государства.

Коммунисты-комформисты

Памфлет[8]

С отменной выучкой, рядясь в тогу державника и иезуитски жонглируя перехваченными у левой оппозиции патриотическими лозунгами, ставленнику Ельцина вначале своего царствования удалось до такой степени сбить с толку наш доверчивый народ, жаждущий социальной справедливости, что некоторые не в меру впечатлительные и экзальтированные «активисты» трудового народа даже пытались увидеть в бывшем ординарном подполковнике КГБ Путине чуть ли не спасителя Руси Великой.

И с приятным облегчением сняв с себя груз ответственности за судьбу трудового народа, они, так называемые активисты, отпрянули от борьбы с антинародным режимом.

Но горлохватское шоу «патриота» и «спасителя» длилось недолго. С беспардонным, циничным, нахрапистым проталкиванием им через Госдуму антинародных законов выявились истинные цели и намерения этого «спасителя»-продолжателя дела своего предшественника.

И теперь коммунистические «активисты» торопятся нравственно обосновать свой безнравственный образ жизни. Да так, чтобы и в будущем вариант такого вот «нравственного обоснования» пригодился бы им и их потомкам на все случаи жизни, при любом режиме и при любом неожиданном повороте политических событий. И в своих циничных разглагольствованиях они раскрывают свое истинное человеческое и политическое нутро.

Встречаю днями знакомца – преуспевающего ныне бизнесмена и банкира, a в недавнем прошлом генерала из центрального аппарата КГБ СССР, весьма близкого к высшему руководству этого всемогущего в прошлом ведомства великой державы – и диву дался его нынешнему настроению. Веселый такой, вальяжный, всё пытается шутковать, улыбается, как на рекламе. И ни тени какой-либо тревоги и обеспокоенности о своем будущем. Не то что два года тому назад – при нашей последней встрече с ним!

Тогда ему было не до шуток, не до веселья! Тогда его долбила лишь одна паническая мысль, что вот-вот вернется Советская власть, и трудовой народ за все сполна спросит с них.

– Последнее время, глядя на то, что творится вокруг, места себе не нахожу… – в волнении причитал раньше знакомец-генерал. – И больше всего одолевает меня сознание невыполненного долга перед Родиной. Ведь мы – так называемый передовой вооруженный отряд КПСС – клялись защищать первую в мире страну Советов. А в роковой час испытаний совершили величайшее в истории человечества предательство – осознанно, добровольно, без единого выстрела сдали Советский Союз. Да еще, к стыду и позору своему, на глазах у бедствующего народа, почти поголовно используя профессиональные навыки и связи, бросились в бизнес и приватизацию недвижимости, вплоть до явочных служебных помещений…

Таков был характер пессимистических откровений генерала в прошлый раз – при нашей последней встрече с ним два года тому назад. И вдруг такая эйфория, такой оптимизм в настроениях генерала при нынешней встрече!

– Так что же случилось? – спрашиваю генерала. – Что такого особенного произошло со времени нашей последней встречи?

– Ну как же! – с вызовом воскликнул генерал. – А избрание нашего коллеги – подполковника Путина президентом России? Это что, не событие?.. Путин для нас сейчас всё! Став президентом России, он для нас сейчас – всеобъемлющая «крыша». И пока Путин сидит наверху, нам не грозит суд трудового народа за то, что никто из нас не оказался верным присяге Родине, да и нашему бизнес-банковскому делу ничто не угрожает…

– Позвольте! – прервал я генерала. – Но складывается такое впечатление, что кагэбэшные академии вы заканчивали исключительно для того, чтобы при смене режима в стране сразу сориентироваться и с успехом промышлять в бизнесе и в банках.

– Сарказм ваш понял! – мгновенно посуровел вальяжный генерал, продолжая разговор уже с потухшим взором. – И, как реалист, скажу, что Путин, конечно же, временная наша «крыша». Ответ, безусловно, со временем перед народом нам придется держать. Что же касается меня лично, то я смотрю на жизнь философски и прагматически. Я уже пожил в свое удовольствие и родню обеспечил. А сейчас готов к любому повороту событий в стране. Связь с компартией до сих пор не потерял, взносы плачу регулярно.

Расстался я с генералом, а тут мне навстречу шествует другой знакомец – бывший член ЦК КПСС, возглавляющий ныне одно из сохранившихся многочисленных микроответвлений этой в прошлом гигантской компартии.

Разговорились. Я ему возьми и расскажи о только что услышанных откровениях кагэбэшного генерала.

– А вы не судите генерала и его коллег слишком строго! – назидательно произнес бывший член ЦК КПСС. – Ребятам-то жить надо! Потому и промышляют как могут в бизнесе и в коммерческих банках. Революционной-то ситуации пока в стране нет. Вот они в ожидании ее, этой самой революционной ситуации, и заполняют «паузу». Я ведь тоже ее жду и не гнушаюсь бизнесом, да еще и сыновей с зятем встроил в коммерческие структуры.

Иду я дальше по столичной Тверской улице и думаю: «Что же это происходит в нынешней политической жиже? И когда только наступит кристаллизация и структуризация левой оппозиции?» А навстречу мне торопливо, размашисто шагает грузный пожилой мужчина, увешанный многочисленными патриотическими медалями и значками – исполнительный директор Мемориального фонда «Памяти выдающихся советских полководцев и флотоводцев».

– Спешу на Поклонную гору! – впопыхах скороговоркой произнес исполнительный директор, утирая обильный пот со лба. – В тамошнем музее Великой Отечественной войны предстоит оказать очередную услугу кремлевским хозяевам и лужковской мэрии.

– Какую же это услугу? – спросил я.

– Видите ли, властям хотелось бы, чтобы к их ногам были брошены как минимум все выдающиеся советские полководцы и флотоводцы Великой Отечественной войны, из которых посмертно была бы выпотрошена коммунистическая «начинка».

– Что имеется в виду? – интересуюсь я.

– Поясню, – продолжил исполнительный директор. – Для ускоренного и окончательного одурачивания народа новые власти крайне нуждаются в своеобразных идеологических подпорках. Ну, подумайте, кому будет плохо, если они, обращаясь к покоряемому народу, скажут: все ваши в прошлом национальные герои-коммунисты вовсе не коммунисты, а страдальцы тоталитарного советского режима? И только мы, либералы-демократы, даем им сегодня подлинную, высокую оценку и признание как настоящим русским патриотам. И наш народ, естественно, в силу природной доверчивости сразу же проникнется любовью и уважением к своим закабалителям.

– И как же это осуществляется? – спросил я.

– Никаких проблем! – ухмыльнулся исполнительный директор. – Сами новые власти такую идеологическую манипуляцию, безусловно, не в состоянии проделать. А с участием нашего Мемориального фонда, под нашей «крышей», да еще с нашими чистыми чекистско-армейско-флотскими руками реализация такой манипуляции будет гарантирована. Да к тому же освященная высшими иерархами Православной Церкви.

– Но как, как? – не унимался я.

– А так! – восторженно произнес исполнительный директор. – Мы делаем конкретное предложение властям: у нас, мол, есть официально зарегистрированный Мемориальный фонд – «крыша», на плечах у нас советские генеральско-адмиральские погоны, и народ пока что нам верит как преемникам славы советских героев. Профинансируйте нас без засветки хорошенько, и мы по эстафете сдадим вам этих наших советских героев в собственность, и используйте их как хотите в своих пропагандистских и идеологических целях.

– И как же подобная технология реализуется? – спросил я.

– На практике это выглядит так, – последовал ответ.– Новые власти обильно нас финансируют, а мы на их деньжищи заказываем бесчисленное количество памятников советским героям-военачальникам, открываем музеи, устраиваем во дворцах пышные юбилейные торжества и пиршества во славу героев, переиздаем их мемуары. И при этом напрочь убираются красные коммунистические знамена и всякая другая советская символика! Лишь для видимости вывешиваются портреты юбиляров в советской форме. И тем более на всех этих торжествах не звучат ни советский гимн, ни прежние прокоммунистические речи юбиляров. И при каждом удобном случае мы особо подчеркиваем, что, дескать, эти самые усопшие герои-военачальники никакие не коммунисты, не советские, а попросту русские самородки, которые вопреки социалистическому строю и компартии, несмотря на сталинские притеснения и жестокий коммунистический террор, умело сделали себе блестящую карьеру. И что эти самые советские герои-военачальники лишь мечтали дожить до того светлого дня, когда придут к власти истинные демократы и воздадут им все положенные почести. От такого растаскивания и размытия советской идеологии и манипуляции с перепродажей национальных ценностей новые власти получают огромную прибавку к рычагам воздействия на сознание покоряемого ими доверчивого народа. И нам, как видите, кое-что перепадает за труды!

– Вы хоть понимаете, в чем участвуете? – взорвался я.

– Понимаю, понимаю… – мгновенно побледнев и пятясь назад, запричитал исполнительный директор. – Но у меня внук… Внук! И я хочу его обеспечить…

Исполнительный директор, озираясь по сторонам, нырнул в метро «Маяковская».

Едва я вернулся домой, как тут же мне позвонил известнейший и влиятельнейший в прошлом и в настоящем бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС, и попросил срочной встречи.

Я, естественно, незамедлительно откликнулся на призыв неувядающего политического корифея и сразу же отправился на встречу с ним.

– Как истинный патриот своей страны, я не могу больше молчать! – решительно заявил бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС, пожав мне руку. – Уму непостижимо! Между ответвлениями бывшей КПСС полнейший раздрай, полнейшая разобщенность, взаимная неприязнь. И получается, что после стольких лет организационного разброда и идейных шатаний коммунисты так и не стали вновь для народа организующей, руководящей и направляющей силой.

– И в чем вы видите главную причину такого положения в современном коммунистическом движении?

– Сначала я хочу спросить вас… – сказал политический корифей. – Вы обратили внимание на такой парадоксальный факт: ни одна из ныне действующих коммунистических партий на территории бывшего Советского Союза не говорит о своей революционной стратегии и тактике пролетарской борьбы?

– Это верно, – согласился я.

– И все потому, – продолжил бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС, – что ни одна из ныне действующих коммунистических партий в нашей стране, ни один из их руководителей до сих пор не осмелились дать публичный, исчерпывающий, углубленный, исторический и критический анализ первопричин обвала великой социалистической державы. До сих пор не дан ими и всеобъемлющий анализ зловещего механизма подрыва социалистической системы антинародными силами изнутри при координации и финансировании их целенаправленных действий глобальным суперимпериализмом, цепко и безраздельно управляемым ныне вездесущим и ненасытным сионизмом. А коль по сию пору подобного объективного, всестороннего, углубленного анализа происшедшей трагедии в нашей стране нет, то до сих пор четко так и не обозначен мерзкий образ гнусного, коварного врага приведшего нас к роковой черте. Не обозначены даже контуры этого врага!.. А как можно без конкретизации образа врага, без четкого обозначения его контуров и без знания его иезуитских, коварных приемов и методов закабаления коренных народов нашей страны сплотиться и подняться на борьбу с новоявленными оккупантами? Как при этом возможно возглавить такую бескомпромиссную классовую борьбу? И о какой революционной стратегии и тактике пролетарской борьбы с заклятым врагом вообще может идти речь?

– Тоже верно, – снова согласился я.

– А ведь высвечивание этого зловещего механизма даст возможность и в будущем быть готовым к отпору новых агрессивных попыток закабаления народов, – сказал мой собеседник.

– И что же, по-вашему, останавливает тех, кто должен был бы и смог бы дать актуальнейший, исторический, критический анализ случившейся трагедии в нашей стране и конкретно, открыто обозначить истинного врага? – спросил я.

– Страх! – запальчиво воскликнул политический кумир, выпучив глаза. – Всеобщий, патологический, подкожный, животный страх.

– А еще, наверное, – вставил я, – тех лидеров многочисленных компартий, которые могли бы дать такой критический анализ, сдерживает опасение, что при углубленном, публичном, однозначном осмыслении недавних трагических событий в нашей стране выявится и их позорная политическая дряблость и партийная несостоятельность.

– И то истинная правда! – философски произнес бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС. – Слишком уж много среди партийных и советских чинуш оказалось приспособленцев и клятвопреступников. Врагу потребовалось после смерти Сталина 40 лет для подтачивания Советского государства, разложения его элиты, прививок социальных недугов, коррупции, проникновения везде и повсюду агентов влияния, чтобы подготовить крушение страны Советов. И врагу потребовалось целых 40 лет после Сталина, чтобы взрастить политических ублюдков, совершивших невиданную в истории государственную измену!..

– Но если вы так прекрасно представляете расклад современных политических сил и их устремлений, то почему бы вам самому и не взяться за всеобъемлющий, углубленный, исторический, критический анализ происшедших трагических событий в нашей стране и четко не обозначить образ коварного, многовекового, исконного врага нашего, кому мы обязаны всеми свалившимися на нас потрясениями? – поинтересовался я.

– Что вы, что вы? – испуганно замахал руками политический корифей. – Это не для меня! Нет, нет, не для меня! Это гораздо серьезнее, чем можно себе представить! Одно дело заявить и совсем другое – сделать… А искренне поделился я своими мыслями исключительно только с вами. Потому как я в душе был и остаюсь истинным патриотом нашей страны и верю, что вы меня нигде, никогда и никому не засветите!

При сих словах бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС, покрываясь крупными каплями пота, поспешил удалиться, с опаской оглядываясь по сторонам.

Так завершился у меня принципиальный разговор и на этот раз.

Что же касается осведомленности по части многовекового, исконного врага, приведшего нас к роковой черте, то наш трудовой народ достаточно уже за последние годы просветился на сей счет. И знает трудовой народ своего заклятого врага не только по контурам, а всеобъемлюще, по существу и персонифицированно! Как знает и то, что бескомпромиссная классовая и национально-освободительная борьба исторически неизбежна!

Пять диалогов

о нравственном оправдании безнравственного образа жизни[9]

Конечно же, ложно суждение, будто бы явление Путина народу так уж деполяризовало политическую жизнь в стране и размыло классовую сущность противостояния в обществе. Да ничего похожего!

Хотя некоторых политиканов-конформистов даже заинтриговало: мол, не стоит ли поспешить сделать ставку на человечка, нежданно-негаданно вытолкнутого мировым капиталом на вершину власти? А вдруг это как раз то самое, что поспособствует личному благу?

Впрочем, не только политиканы-конформисты не замедлили клюнуть на появившуюся на политическом небосклоне приманку!

Иезуитски жонглируя перехваченными у левой оппозиции патриотическими лозунгами, Путин сумел поначалу сбить с толку исстрадавшийся доверчивый трудовой народ, жаждущий социальной справедливости. Некоторые не в меру впечатлительные и экзальтированные «активисть-патриоты» попытались увидеть в бывшем ординарном подполковнике КГБ Путине чуть ли не новоявленного Сталина – снизошедшего спасителя Руси Великой. С приятным облегчением сняв с себя груз ответственности за судьбу трудового народа, они отпрянули от борьбы с антинародным режимом и стали уповать лишь на нового «спасителя».

Но шоу на тему патриотизма продолжалось недолго. Циничное, нахрапистое проталкивание Путиным через Госдуму антинародных законов выявило истинные цели и намерения этого «спасителя» – запрограммированного продолжателя дела упыря Ельцина. Всем стало ясно: Путин отстаивает интересы не русского вымирающего трудового народа, а грабителей – олигархов и национальных предателей.

Обнаружение обмана вызвало разочарование и утрату легитимности Путина в народном сознании несравненно более быструю, чем у его предшественника. И теперь «активисты» левой оппозиции торопятся как-то нравственно обосновать свою позицию. Да поубедительней, чтобы и в будущем вариант такого вот обоснования безнравственного образа жизни пригодился бы им и их потомкам на все случаи жизни, при любом режиме власти и при любом неожиданном повороте политических событий вплоть до низвержения существующего строя.

***

Встречаю днями знакомца – преуспевающего ныне бизнесмена и банкира, а в недавнем прошлом генерала из центрального аппарата КГБ СССР, весьма близкого к высшему руководству сего в прошлом всемогущего ведомства великой державы, на содержание которого трудовой народ не жалел средств, – и диву дался его нынешнему настроению. Веселый такой, вальяжный, все пытается шутковать, улыбается, как на рекламе. И ни тени тревоги о своем будущем. Не то что два года назад при нашей последней встрече с ним!

Тогда ему было не до шуток, не до веселья. Тогда его долбила паническая мысль, что вот-вот непременно вернется Советская власть, и за все сполна спросит трудовой народ с них, с кагэбэшников.

– Последнее время, глядя на то, что творится вокруг, места себе не нахожу… – в волнении причитал тогда знакомец-генерал, – и больше всего одолевает меня сознание преступно не выполненного долга перед Родиной. Ведь мы – так называемый передовой вооруженный отряд КПСС – клялись жизнью защищать первую в мире страну Советов. А в роковой час испытаний свершили величайшее в истории человечества предательство – осознанно, добровольно, без единого выстрела сдали Советский Союз его многовековому, исконному врагу – империализму. Да еще, к стыду и позору своему, на глазах у бедствующего трудового народа почти поголовно, используя профессиональные навыки и связи, бросились в бизнес и приватизацию недвижимости, вплоть до явочных служебных помещений…

И вот через два года такая эйфория, такой оптимизм в настроениях генерала.

– Так что же случилось? – спрашиваю. – Что такого особенного произошло со времени нашей последней встречи, взбодрившего вас?

– Ну, как же! – с вызовом воскликнул генерал. – А избрание нашего коллеги президентом России? Это что, не событие?.. Путин для нас сейчас все! Всеобъемлющая «крыша». И пока Путин сидит наверху, нам не грозит суд трудового народа за то, что никто из нас не оказался верным присяге Родине, и нашему бизнес-банковскому делу ничто не угрожает…

– Позвольте! – прервал я генерала. – Но складывается такое впечатление, что кагэбэшные академии вы заканчивали исключительно для того, чтобы при смене режима власти в стране в момент сориентироваться и с успехом промышлять в бизнесе и в банках.

– Сарказм ваш понял! – посуровел вальяжный генерал. – И как реалист скажу, что Путин, конечно же, временная наша крыша. Ответ, безусловно, со временем перед трудовым народом нам придется держать! И Путину – в особенности! Мы – его коллеги изменили присяге и вдарились в бизнес. Путину же вдобавок придется ответить и за Собчака, и за Чубайса, и за Грефа, и за землю, и за рабский трудовой кодекс, и за поспешно затопленную космическую станцию «Мир»… А что касается меня, то я смотрю на жизнь философически и прагматически. Я уже пожил в свое удовольствие и родню обеспечил. А сейчас готов к любому повороту событий в стране. Связь с компартией до сих пор не потерял, взносы плачу регулярно.

***

Рассказал о встрече с генералом другому знакомцу – бывшему члену ЦК КПСС, возглавляющему ныне одно их сохранившихся многочисленных микроответвлений компартии.

– А вы не судите генерала и его коллег по КГБ слишком строго! – назидательно произнес он. – Ребятам-то жить надо! Потому и промышляют профессионально, как могут, в бизнесе и в коммерческих банках. Революционной ситуации пока в стране нет как нет. Вот они в ожидании ее, этой самой революционной ситуации, и заполняют «паузу». Я ведь тоже ее жду и не гнушаюсь бизнесом, да еще и сыновей с зятем встроил в коммерческие структуры. Хотя успеваю и лично руководить пусть даже и немногочисленной компартией. Регулярно проводим, как положено, и пленумы, и съезды, чтобы не потерять, как говорится, хорошую политическую форму и быть, так сказать, готовым в последующем уверенно возглавить революционные массы и не остаться за бортом истории в случае какой-либо заварушки в нашей стране. А для ориентации в том, что и где происходит в мире, скажу откровенно, тесные контакты держим с различными спецслужбами, даже с Моссадом…

***

Еще одна встреча. Мой собеседник – грузный пожилой мужчина, увешанный многочисленными патриотическими медалями и значками – исполнительный директор Мемориального фонда «Памяти выдающихся советских полководцев и флотоводцев». Он откровенен.

– Для окончательного закабаления нашего народа новые власти крайне нуждаются в своеобразных идеологических подпорках. Ну, скажите, разве плохо будет, если они, обращаясь к покоряемому народу, скажут: «Все ваши в прошлом национальные герои-коммунисты вовсе не коммунисты, а страдальцы тоталитарного советского режима? И только, мы, либералы-демократы, даем им сегодня подлинную высокую оценку и признание как настоящим русским патриотам». И наш народ, естественно, в силу природной доверчивости сразу же проникнется любовью и уважением к своим закабалителям.

– И как же это осуществляется?

– Никаких проблем! – ухмыльнулся исполнительный директор. – Сами новые власти такую идеологическую манипуляцию, безусловно, не в состоянии проделать. А с участием нашего Мемориального фонда, под нашей «крышей» да еще с нашими чистыми чекистско-армейско-флотскими руками, с холодной головой и горячим сердцем, успешная реализация такой манипуляции гарантирована.

– Но как, как? – не унимался я.

– А так! Мы делаем конкретное предложение властям: у нас, мол, есть официально зарегистрированный Мемориальный фонд, на плечах у нас советские генеральско-адмиральские погоны, и народ пока что нам верит как преемникам славы советских героев. Профинансируйте нас без засветки хорошенько, и мы сдадим вам этих героев в собственность. Используйте их как хотите в своих пропагандистских и идеологических целях.

– И как же подобная технология реализуется? – спросил я.

– На практике это выглядит так, – последовал ответ. – Мы на выделенные нам деньги заказываем памятники советским героям-военачальникам, открываем музеи, страиваем во дворцах пышные юбилейные торжества и пиршества, переиздаем их мемуары. При этом напрочь убираются красные коммунистические знамена и всякая другая советская символика. На всех этих торжествах не звучат ни советский гимн в прежнем его исполнении; ни прежние прокоммунистические речи юбиляров на Красной площади. И при каждом удобном случае особо подчеркивается, что, дескать, эти самые герои-военачальники никакие они были не коммунисты, не советские, а попросту русские самородки, которые вопреки социалистическому строю и компартии, несмотря на сталинские притеснения и жестокий коммунистический террор, умело сделали себе блестящую карьеру. И, мол, можно с уверенностью полагать, что эти самые советские герои-военачальники лишь мечтали дожить до того светлого дня, когда придут к власти истинные демократы и воздадут им все положенные почести. От такого растаскивания и размытия советской идеологии и манипуляции с переподчинением, а точнее – перепродажей национальных ценностей – советских героев, новые власти получают неоценимо огромную прибавку к рычагам воздействия и давления на сознание покоряемого ими доверчивого народа. И нам, как видите, кое-что перепадает за труды!

– Вы хоть понимаете, в чем участвуете? – взорвался я.

– Понимаю, понимаю… – пятясь назад, запричитал исполнительный директор.

– Это же позорнейшее, мерзейшее пособничество оккупационному режиму! – сказал я.

– Но у меня внук… Внук! И я хочу его обеспечить…

***

Сижу в сквере, раскрыв свежую газету «Советская Россия». Слышу из-за спины мужской голос, обращенный ко мне:

– Единомышленник?

Поворачиваюсь: седовласый мужчина с собакой на поводке.

– Я тоже регулярно «Советскую Россию» читаю, – говорит. – А вообще-то я – профессор, являюсь членом Центрального Совета Общероссийского общественного объединения «Российские ученые социалистической ориентации».

– О, так вы, значит, в самом эпицентре непримиримой борьбы с антинародным режимом?

– Да вы что! – моментально среагировал профессор, пугливо бросая взгляд по сторонам. – Я не сумасшедший, чтобы лезть на рожон в сегодняшней обстановке! Я не экстремист! Я вообще никогда не лезу на рожон, а тем более сейчас. Только в нынешних бесчисленных микрокомпартиях запутаешься. Причем каждый из амбициозных лидеров этих партиек норовит как можно быстрее оприходовать нашего брата, ученого-марксиста, для своих нужд и тем самым, паразитируя на наших знаниях, прикрыть свою идеологическую пустоту и теоретическую несостоятельность. Нет, нет! Все это не для меня! Я – ученый. Я – политолог-аналитик. Регулярно читаю прессу, присматриваюсь к быстро меняющейся ситуации в стране, схватываю все на лету, анализирую и делаю для себя надлежащие выводы по любому вопросу, по любой проблеме. Народу же повсюду я, естественно, внушаю: надо терпеть и проявлять себя каждому исключительно на своем месте.

– И всего-то? – не без иронии произнес я.

– А что еще должно быть? – нервно парировал профессор.

– Ну, хотя бы действенное проявление гражданского долга перед обществом!

– Ах, вон вы о чем! Вы, может, еще потребуете от меня жертвенного служения коммунистической идее? Так я вам на это отвечу следующее. Да, я, между прочим, готов идти на баррикады! Но никто сейчас меня не позовет. И никто мне не приведет хотя бы два-три примера того, чтобы современник, очертя голову, рвался в бой за народ. Сейчас у всех на первом плане откровенная алчность, всеми завладел рефлекс наживы. Ущербная говорильня о каких-то там идеях – это так, для порядка. Лично я не ударю пальцем о палец, пока на политическом небосклоне не увижу по меньшей мере стотысячную партию настоящих коммунистов. Мне однозначно нужна гарантия!

– Да, но… – попытался я вернуться к диалогу.

– Только не надо меня учить! – зло оборвал меня профессор. – Не надо меня увещевать и убеждать! Не надо!.. Я сам кого угодно могу научить, как вести себя в жизни, чтобы не оказаться в дураках!.. И на этом покончим!

Профессор резко поднялся со скамейки и покинул сквер, волоча на натянутом поводке собаку.

***

Звонит по телефону известнейший и влиятельнейший в прошлом и в настоящем бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС и просит срочной встречи.

– Как истинный патриот своей страны, я не могу больше молчать! – решительно заявил он. – Уму непостижимо! Между ответвлениями бывшей КПСС полнейший раздрай, полнейшая разобщенность, взаимная неприязнь. После стольких лет организационного разброда и идейных шатаний коммунисты так и не стали вновь для трудового народа организующей, руководящей и направляющей силой.

Вы обратили внимание на такой парадоксальный факт: ни одна из ныне действующих коммунистических партий на территории Советского Союза не говорит о своей революционной стратегии и тактике пролетарской борьбы? Ни одна из них, ни один из их руководителей не осмелились дать публичный исчерпывающий анализ первопричин обвала великой социалистической державы. До сих пор не дан ими и всеобъемлющий анализ зловещего механизма подрыва социалистической системы антинародными силами изнутри при координации и финансировании их целенаправленных действий глобальным суперимпериализмом. А коль по сию пору подобного объективного, всестороннего, углубленного анализа происшедшей в нашей стране трагедии нет, не обозначен и мерзкий образ гнусного, коварного врага, приведшего нас к роковой черте. Не обозначены даже контуры этого врага!

– Верно, – согласился я.

– А ведь высвечивание этого зловещего механизма даст возможность и в будущем быть готовым к отпору новых агрессивных попыток закабаления свободолюбивых народов, – сказал мой собеседник. – Знание многовековой враждебной нам дьявольской технологии ползучей оккупации независимых государств позволило бы выработать стратегию и тактику борьбы с общемировым злом, заранее разгадывая и пресекая античеловеческие происки непримиримого классового и национального врага.

– И что же, по-вашему, останавливает тех, кто должен был бы и смог бы сделать это?

– Страх! Всеобщий патологический, животный страх засветиться своими политическими откровениями в глазах всевидящего Сиона и боязнь вызвать на себя его беспощадный огонь, изуверскую травлю и даже физическое уничтожение.

– А еще, наверное, – вставил я, – тех лидеров многочисленных компартий, которые могли бы дать такой критический анализ, сдерживает опасение, что при публичном осмыслении недавних трагических событий в нашей стране выявится и их позорная политическая дряблость и партийная несостоятельность.

Синдром подкожного страха

Памфлет[10]

Судя по всему, гражданская общественно-политическая мысль в нашей стране явно оживилась и даже бурлит. Растет в геометрической прогрессии и число лиц, торопливо рядящихся в спасительную для них тогу этаких заправских патриотов Земли Русской, дабы хоть как-то замолить свои грехи перед обездоленным трудовым народом и уйти от справедливой кары за свершенные преступления.

Та прослойка беспринципных номенклатурщиков, которая вольготно прохиндействовала при Советской власти, а затем плавно приспособилась к ельцинскому режиму, сегодня в очередной раз норовит сменить свою идеологическую оболочку, влиться в народно-патриотическую оппозицию и примазаться уже к новой власти.

А сужу я об этом хотя бы по той бурной реакции, которая последовала на опубликованную в «Молодой гвардии» № 5–6 за 2000 г. показушную исповедь моего знакомца, преуспевающего ныне бизнесмена и банкира, а в недавнем прошлом генерала из центрального аппарата КГБ СССР.

Этот холеный, респектабельный, отставной генерал, видите ли, в последнее время, глядя на то, что творится вокруг, и узрев растущий гнев трудового народа против оккупационного режима, вдруг стал места себе не находить. И больше всего его, дескать, одолевает сознание преступно не выполненного долга перед Родиной чекистами. Ведь, мол, так называемый передовой вооруженный отряд КПСС Комитет госбезопасности СССР клялся жизнью защищать первую в мире страну Советов. А сдал ее многовековому, исконному врагу – просионистским силам без единого выстрела. Да еще, к стыду и позору своему, на глазах у бедствующего трудового народа чекисты почти поголовно, используя профессиональные навыки и связи, бросились в бизнес и в приватизацию госнедвижимости, вплоть до явочных служебных помещений…

И вот теперь этот важный отставной генерал-аппаратчик КГБ СССР с учетом складывающейся взрывной социально-политической ситуации в нашей стране решил, видите ли, усовеститься и, пусть даже запоздало, явиться с повинной к своему народу. Хотя, как он сам понимает, прощения предателям-клятвопреступникам за измену Родине – нет. Но он, мол, как истинный патриот в душе, хочет быть с трудовым народом, поднимающимся на борьбу за воссоздание великого Советского Союза.

Так вот, реакция на сию публикацию была ошеломляющая! Тут же пошли телефонные звонки и письма с одним лейтмотивом: не верьте искренности этого отставного генерала. И одним из первых на эту мою публикацию телефонным звонком откликнулся известнейший еврейский скоробогач – олигарх Тодорковский.

Подчеркнув, естественно, прежде всего, что и он, богатей, в душе истинный патриот России, сей новоявленный миллиардер также с ходу налетел за злосчастных чекистов, подвергая беспощадной критике порочную многозатратную систему взращивания в прошлом на базе КГБ СССР разного рода ловких предпринимателей-рвачей, которые ныне промышляют в бизнесе и в банках.

– Ведь вы только вникните в суть происходящего! – нагнетал олигарх. – Каждый из нынешних бизнесменов и банкиров – выходцев из недр КГБ СССР до этого при Советской власти окончил как минимум гражданский вуз и после тщательного отбора спецслужбами еще и одну-две, а то и три кагэбэшных академии. И, несмотря на все это, успехи их ныне и в бизнесе, и в банковских делах не такие уж заметные. А мы с Абрамовичем и Рабиновичем можем взять любых наших людей с улицы, с нулевой подготовкой и за два-три месяца так профессионально натаскать их, как делать деньги из ничего, что они на практике и в бизнесе, и в банках заткнут за пояс многократно дипломированных выходцев из КГБ СССР, на образование которых были затрачены бесчисленные миллионы золотых рублей. И выходит, что наша с Абрамовичем и Рабиновичем система подготовки бизнес-финансовых кадров по сравнению с прежней кагэбэшной и более результативна, и более прогрессивна, и более эффективна для нашего государства. Но нас с Абрамовичем и Рабиновичем почему-то народно-патриотическая оппозиция всерьез за патриотов не воспринимает и видит в нас лишь вечных заклятых идеологических врагов. К тому еще и обещает потащить нас на плаху или посадить на кол с возвратом Советской власти в этой стране! Так что, разве это справедливо? Разве порядочно? И не по-хамски ли все это?.. Да тут демократией и не пахнет!

Едва я успел разобраться с известнейшим еврейским скоробогачом-олигархом по части его эффективной форсированной системы подготовки бизнесменов и банкиров будущего, как тут же на меня вышел не менее известнейший и не менее влиятельнейший в прошлом и в настоящем бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС и попросил о срочной встрече.

– Как истинный патриот своей страны, я не могу больше молчать! – решительно заявил бывший член Политбюро, пожав мне руку. – Тем более после абсолютно правильно проведенных выборов в Госдуму большинством разрозненных компартий! Уму непостижимо! Между ответвлениями бывшей КПСС полнейший раздрай, полнейшая разобщенность, взаимная неприязнь. И получается, что после стольких лет организационного разброда и идейных шатаний коммунисты так и не стали вновь для трудового народа организующей, руководящей и направляющей силой. Больше того, накануне выборов в Госдуму коммунисты даже были не в состоянии обратиться с единым призывом к трудовому народу, за какой избирательный блок ему следует голосовать!

– И в чем вы видите главную причину такого положения в современном коммунистическом движении? – спросил я.

– Сначала хочу спросить вас я… – сказал политический корифей. – Вы обратили внимание на такой парадоксальный факт: ни одна из ныне действующих коммунистических партий на территории бывшего Советского Союза не говорит о своей революционной стратегии и тактике пролетарской борьбы. Даже такие понятия, как «революционная стратегия» и «тактика пролетарской борьбы», в суетливой политической говорильне теперь не в ходу.

– Это верно, – согласился я.

– И все потому, – продолжил бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС, – что ни одна из ныне действующих коммунистических партий в нашей стране, ни один из их руководителей до сих пор не осмелились дать публичный, исчерпывающий, актуальнейший, углубленный, исторический, критический анализ первопричин обвала великой социалистической державы. До сих пор не дан ими и всеобъемлющий анализ зловещего механизма подрыва социалистической системы антинародными силами изнутри при координации и финансировании их целенаправленных действий глобальным суперимпериализмом, цепко и безраздельно управляемым ныне вездесущим и ненасытным сионизмом. А коль по сию пору подобного объективного, всестороннего, углубленного анализа происшедшей трагедии в нашей стране нет, то до сих пор четко так и не обозначен и мерзкий образ гнусного, коварного врага, приведшего нас к роковой черте. Не обозначены даже контуры этого врага!.. А как можно без конкретизации образа врага, без четкого обозначения его контуров и без знания его иезуитских, коварных приемов и методов закабаления коренных народов нашей страны сплотиться и подняться на борьбу с новоявленными оккупантами?

– Тоже верно, – снова согласился я.

– И что же, по-вашему, останавливает тех, кто должен был бы и смог бы дать такой вот актуальнейший, исторический, критический анализ случившейся трагедии в нашей стране и конкретно, открыто обозначить истинного врага? – спросил я.

– Страх! – запальчиво воскликнул политический кумир, выпучив глаза. – Всеобщий, патологический, подкожный, животный страх засветиться своими политическими откровениями в глазах всевидящего Сиона и боязнь вызвать на себя его беспощадный огонь, изуверскую травлю и даже физическое уничтожение.

– А еще, наверное, – вставил я, – тех лидеров многочисленных компартий, которые могли бы дать такой критический анализ, сдерживает опасение, что при углубленном публичном однозначном осмыслении недавних трагических событий в нашей стране выявится и их позорная политическая дряблость и партийная несостоятельность, а в иных ситуациях – даже преступные деяния против своего народа.

– Что вы, что вы? – испуганно замахал руками политический корифей. – Это не для меня! Нет, нет, не для меня! Это гораздо серьезнее, чем можно себе представить! Одно дело заявить, и совсем другое – сделать… Я тоже живу в постоянном жутком страхе перед всемогущим и вездесущим Сионом! Отроки-то мои – давно уж пристроены в крупном бизнесе, да и зятья – тоже… А сам я какой уж год фактически возглавляю правление крупнейшего коммерческого банка… И случись какая-либо утечка информации сионистским выродкам о моих глубинных политических воззрениях, с которыми я только что вас ознакомил, то они меня в один миг снесут с лица земли вместе с моими чадами и домочадцами! Я искренне поделился я своими мыслями исключительно только с вами. Потому как я в душе истинный патриот нашей страны и верю, что вы меня нигде и никому не заложите!

При сих словах бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС поспешил удалиться, с опаской оглядываясь по сторонам.

Русский народ достаточно уже просветился за последние годы по части многовекового, исконного врага, приведшего нас к роковой черте. Причем без помощи каких-либо перепуганных партийных лидеров – самовлюбленных политических нарциссов, пораженных синдромом патологического подкожного страха. И знает наш народ своего заклятого врага не только по контурам, а всеобъемлюще, по существу и персонифицировано. Как знает и то, что бескомпромиссная национально-освободительная борьба исторически неизбежна!

Так что дело стоит совсем за малым: брать увесистую дедовскую дубину и гнать взашей с нашей земли вероломных захватчиков, что неотвратимо завершится нашей победой!

[1] Ветеран. 1997, окт.

[2] Ветеран. 1999, янв.

[3] Молодая гвардия; Правда; Ветеран; Аль-Кодс.

[4] Ветеран. 1998. № 38, окт.

[5] Советская Россия.

[6] Ветеран. 1999. № 36 (557), сент.

[7] Правда России.

[8] Молодая гвардия.

[9] Гласность.

[10] Журнал «Молодая гвардия».

Раввин возвещает о порабощении России Израилем

Как только в середине декабря 2007 г. по телевидению прошла срочная информация о том, что первый заместитель председателя Правительства Российской Федерации Дмитрий Медведев посетил синагогу в Марьиной Роще Москвы и был демонстративно, публично обласкан самим главным раввином России, руководителем Федерации еврейских общин России Берл Лазаром, мне позвонил мой знакомец – раввин хоральной синагоги и подчеркнуто ликующим голосом, приподнято и высокопарно возвестил:

– Все идет к лучшему в этом лучшем из миров!

– Откуда такой неуемный восторг? – поинтересовался я, хотя, судя по залихватской тональности голоса раввина, сразу же предположил, что это реакция раввина на свершенный сионистами какой-то весьма важный для них шаг в направлении дальнейшего закабаления коренных народов постсоветского пространства и приближения реализации всемирного иудейского царствования.

– А вы что, не видели только что показанную телевидением картинку из синагоги, что в Марьиной Роще? – последовал вопрос раввина на мой вопрос.

– Видел, – сказал я.

– И вы не поняли, что это значит? – удивился раввин. – Не оценили происшедшее по достоинству?

– А что это значит? – невозмутимо спросил я.

– Значит это то, – патетически произнес раввин, – что свершившейся встречей в синагоге главного раввина России, руководителя Федерации еврейских общин России Берл Лазара с первым заместителем председателя Правительства Российской Федерации Дмитрием Медведевым президенту РФ Путину подается однозначная команда-знак: кого ему следует публично объявить своим преемником на следующий президентский срок! И гарантирую: своим преемником Путин назовет Медведева!

– Почему же Медведева, а не кого-либо другого? – спросил я. – Почему, к примеру, не того же первого заместителя председателя Правительства Российской Федерации Сергея Иванова или иного кого? И вообще, причем тут главный раввин России, руководитель Федерации еврейский общин России Берл Лазар?

– Об этом я вам поведаю при нашей встрече, – сказал раввин. – А пока следите за средствами массовой информации. С минуты на минуту последует реакция Путина на то, что произошло в синагоге, что в Марьиной Роще.

И действительно, тут же последовало заявление Президента РФ Путина о том, что на предстоящих президентских выборах в России он будет поддерживать исключительно только кандидатуру Дмитрия Медведева. А когда чуть позже я встретился с раввином, он тут же разъяснил мне в деталях политическую ситуацию в высших сферах власти России. И начал раввин просвещать меня на сей счет вот с чего.

– Извините, мой хороший, добрый друг, – сказал раввин, – но меня несколько смутило то обстоятельство, что вы, как мне показалось, недооцениваете особую значимость главного раввина России, руководителя Федерации еврейских общин России Берл Лазара и его важнейшую роль в определении направленности вектора развития России не только на современном витке исторического процесса, но и на последующие века.

– В чём «особая значимость» главного раввина России, руководителя Федерации еврейских общин России Берл Лазара? – поинтересовался я.

– О, Берл Лазар – личность весьма и весьма неординарная! – воскликнул раввин. – И я постараюсь в этом вас убедить… Главный раввин России, руководитель Федерации еврейских общин России (ФЕОР) был избран на этот пост в июне 2000 года – спустя всего две недели после того, как получил российское гражданство, сохранив при этом гражданство США. Произошло же это почти сразу после того, как в Российской Федерации Президентом был избран Путин. Под началом Берл Лазара по всей территории России активно работают и развиваются 174 еврейские общины. С момента избрания Берл Лазара на должность главного раввина России его популярность выросла чрезвычайно. Правда, Путин ещё до своего вступления в должность президента в 2000 году обласкал Берл Лазара и ввёл его в свой круг, назначив молодого раввина членом Совета по религиям, и пригласил на свою инаугурацию… Карьеру же Берл Лазар сделал стремительную, метеорную! Родился он в Милане 19 мая 1964 года в хасидской раввинской семье. Оба родителя Берл Лазара принадлежали к любавичскому хасидизму. В 1971 году Берл Лазар пошёл учиться в еврейскую школу Милана. После окончания школы в 1978 году решил продолжать религиозное образование и уехал учиться в США, где закончил раввинский колледж Нью-Джерси, а в 1989 году высшее учебное заведение религиозного толка у иудеев «Томхей Тмимин» в Нью-Йорке. Он получил диплом раввина и звание религиозного судьи (даяна) и женился на дочери американского раввина Хане Дерен, гражданке США. Впервые Берл Лазар посетил СССР по туристической визе в ноябре-декабре 1987 года. Он побывал в Москве, Ленинграде, Вильнюсе, Тбилиси, Ташкенте, Баку, Алма-Ате, где нелегально читал лекции по основам иудаизма в еврейских кружках. В конце 1988 года Берл Лазар снова посетил СССР, встретившись с некоторыми руководителями еврейских общин. Летом 1989 года Берл Лазар приехал в Москву в третий раз, давал уроки в синагоге в Марьиной Роще. Когда же надо было выбирать место служения, Берл Лазар предпочел поехать в Россию. Отправился Берл Лазар в Россию на постоянное местожительство с благословения любавичского рабби. В сентябре 1990 года в возрасте 26 лет Берл Лазар стал раввином синагоги в Марьиной Роще в Москве. В начале 1991 года Берл Лазар впервые встретился с Борисом Ельциным. Эта встреча имела результаты – по словам Берл Лазара, данное ему Ельциным обещание помочь делу возрождения еврейских общин быстро обернулось утверждением ряда законов. Берл Лазар установил хорошие отношения с властями этой страны: 1 декабря 1991 года в Кремле праздновали Хануку, и Берл Лазар был одним из активных участников празднования. В 1992 году Берл Лазар познакомился с израильским алмазным магнатом Леви Леваевым, президентом компаний «Африка – Израиль» и «Гуткес». Леваев познакомил Берл Лазара с бизнесменами Борисом Березовским и Романом Абрамовичем. Эти деятели помогли Леваеву и Лазару наладить взаимодействие с Кремлем. Однако Берл Лазар никогда не афишировал своих отношений с ними. В 1993 году Берл Лазар был избран председателем объединения раввинов СНГ, куда вошли раввины России, большинство раввинов Украины и некоторые раввины из других стран. В том же году при участии Берл Лазара в Москве открылся ресторан быстрого обслуживания «Гамбургер», где клиентам предлагалась исключительно кошерная пища. В начале 1998 года многие российские еврейские общины объединились в Федерацию еврейских общин России (ФЕОР). Это организация была создана по инициативе Березовского и Абрамовича ещё и потому, что они сочли для себя выгодным приобщиться к деятельности еврейских организаций. Предпринимателям, представляющим еврейские организации России, оказалось легче заручиться поддержкой банкиров и бизнесменов на Западе. Главным спонсором ФЕОР стал Леви Леваев. В 1993 году старая синагога в Марьиной Роще, подожженная до сих пор неизвестно кем – разные ходят слухи, сгорела, прихватив с собой ряд соседних старых зданий. На пепелищах синагоги и присоединенной к ней с разрешения властей Москвы освободившейся территории, находившейся под другими сгоревшими зданиями, была построена новая синагога и многоэтажный культурный центр. 18 сентября 2000 года центр, строительство которого обошлось в десятки миллионов долларов, был открыт. Владимир Путин перерезал ленточку. Мэр Лужков надел кипу и произнёс торжественную речь. Российские телевизионные каналы передали картинки праздничного открытия. В 21 декабря 2000 года президент России Путин вместе с мэром Москвы Лужковым зажигал ханукальные свечи в общинном центре… Берл Лазар в 2004 году был награжден орденом Дружбы. Он лауреат награды «Золотой знак общественного признания» форума «Единение России» Общественной палаты России. Среди всех главных раввинов еврейских общин европейских стран Берл Лазар пользуется особым авторитетом. Федерация еврейских общин России, руководимая Берл Лазаром, куда входят миллионеры, миллиардеры-олигархи, крупные банкиры и политики, реально влияет на все политические и экономические процессы, происходящие в России. ФЕОР – это государство в государстве, со своими печатными изданиями, учебными заведениями, радио, телевидением и своим огромным капиталом, на который он покупает пачками и в розницу депутатов, политиков и правительственных чиновников. Органами Минюста России, к примеру, зарегистрировано около 600 еврейских организаций, а русских – по пальцам можно перечесть. Да и то, наши просионистские СМИ в открытую называют их националистическими или даже фашистскими, а для их закрытия они используют политических деятелей, на которых имеют влияние. Вообще же говоря, ни в одной стране мира главный раввин не имеет такой свободы действий, как в России. Берл Лазар регулярно видится с президентом РФ, Генеральным прокурором, частый гость в Думе и правительственных кабинетах. Посещает Берл Лазар также и апартаменты ФСБ… В своём интервью еженедельнику «Кворум» главный раввин не отрицает, что ФЕОР продвигает свои интересы в Думе, Совете Федерации… и даже подчеркивает: они, мол, «иногда приходят к нам». Такое впечатление, что он является вице-послом Израиля в России. А ведь основная-то обязанность Берл Лазара – религиозная деятельность, а не бизнес и политика. Во всех европейских странах главных раввинов не пускают выше определенной ступеньки – департамента по религии. Ни президенты, ни генеральные прокуроры, ни политики всех мастей не пожимают им рук. И это несмотря на то, что антисемитизм в европейских странах не меньше, а во Франции даже больше, чем в России. Однако благодаря нашим соплеменникам-сионистам, которые при активной поддержке наших верных пособников – тутошних влиятельных русачков фактически правили Россией после второго переизбрания тяжело больного Ельцина, в России евреи стали «особым народом». При численности 0,2% от населения России маленькая еврейская диаспора стала в огромной России судьбоносной силой. А главенствующая роль и влияние раввината в России прыгнули до небес. Чтобы никто не нарушил достигнутого баланса, израильский премьер Барак во время своего визита в Москву лично попросил Ельцина защищать евреев. Ельцин дал слово, сдержал его до конца своего президентства и по наследству завет «беречь евреев» передал Путину. А президент Путин, как известно, крепко держит данное им слово. И до сих пор эта смертельная удавка затянута на шее коренных народов России, и никто из высоких персон не попросит президента заступиться за них, униженных и вымирающих. А высшая власть этой страны действительно любит евреев, и это убедительно продемонстрировал Путин на одной из встреч с главным раввином России Берл Лазаром в Кремле. Узнав, что евреи хотят построить новую синагогу, Путин в искреннем порыве воскликнул, что он готов перечислить свою месячную зарплату в фонд этого строительства. Однако, как оказалось, любовь эта не взаимная. Американский «Исследовательский центр Пью» провел летом 2007 года масштабное международное социологические исследование в 47 странах мира. Исследование проводили местные социологи. Был поставлен вопрос об отношении народа этого государства к народам различных стран. Оказалось, что русских больше всего не любят израильтяне, т.е. евреи, а более четверти из них буквально ненавидят жителей России. Не любят русских также японцы и поляки…

– То, что нас не любят японцы и поляки, допустим, вполне объяснимо, – прервал я раввина. – Но чем объяснить нелюбовь и ненависть к русским израильтян, где основная масса евреев является выходцами из России, где власть просто носит их на руках и ни в чём им не отказывает, а на самом высоком уровне мгновенно исполняет любое их пожелание, зачастую в ущерб коренным жителям России?

– Объясню, – сказал раввин. – По наущению сионистов евреи никак не могут простить русским то, что и на сегодня, как и во все предшествующие века, Русь и Православие, эти два чудища, твёрдо стоят на их пути к всемирному иудейскому царствованию… Но вернёмся к главному раввину России, руководителю Федерации еврейских общин России Берл Лазару, ибо именно ему предначертана историческая миссия: возглавить и осуществить окончательную повсеместную колонизацию России.

– Колонизацию России? – переспросил я.

– Да, именно колонизацию России целиком и полностью! – подтвердил раввин. – В этом отношении примечательное откровение Берл Лазара, опубликованное еженедельником «Кворум»: «Россия знала немало революций, но самая мирная, самая тихая и самая эффективная – это революция, которую совершили посланники Хабада». Главный раввин России Берл Лазар не отрицает, что он вместе со своей паствой тихой сапой фактически захватил власть в России. И далее Берл Лазар сказал: «За последние два года число вернувшихся евреев превысило число уехавших!» Это значит, что с «тихой революцией» Израиль начал тихую колонизацию России. Двойное гражданство, отмена визового режима, в котором абсолютно не заинтересованы русские, только способствует колонизации России Израилем.

– И в чём же состоит «историческая миссия» главного раввина России, руководителя Федерации еврейских общин России Берл Лазара на территории России в этой ситуации? – спросил я.

– О, миссия главного раввина России, руководителя Федерации еврейских общин России Берл Лазара на территории России на сегодня весьма важная и ответственная, – сказал раввин. – Ведь в настоящее время на глазах у всего мирового сообщества малюсенький Израиль превращается в метрополию, а по-русски говоря, – в «материнское государство», демонстративно, форсированно основывающее свою колонию на территории необъятной России. И прибывающие теперь из Израиля в Россию евреи автоматически приобретают качественно новый статус. Из обыкновенных, ординарных граждан, решивших сменить место своего поселения, они превращаются в полновесных, матёрых, нахрапистых колонизаторов России, по отношению к которой Израиль объявляет её полновластной метрополией. И, естественно, новоявленные колонизаторы – наши соплеменники, прибывающие из метрополии в колонию – Россию, вполне правомерно и законно могут не только претендовать на разные властные управленческие посты, которые бы позволили им эффективно эксплуатировать туземное коренное население страны поселения, но и требовать для себя должностей попрестижней, а сферы влияния подоходней. И вот тут-то главном раввину России, руководителю Федерации еврейских общин России придется немало поломать голову над тем, чтобы соблюсти справедливый паритет, равенство, равноценность и одинаковость положения прибывающих за лёгкой и дармовой добычей поселенцев – наших соплеменников и тех наших соплеменников, которые уже успели здесь, в России, достаточно прочно закрепиться и довольно прилично обогатиться. Для справедливого же комплексного решения этой весьма важной проблемы должно учитываться буквально всё-всё… И то, как наш соплеменник служил и служит сионистской идеологии, и то, какой конкретный достойный вклад он внёс в нашу бесценную копилку исторических побед родного сионистского племени над коренными народами мира, и то, как он способствовал разрушению Советского Союза, и то, какую долю из разворованных недругами России сотен миллиардов ресурсов русского народа ему удалось лично украсть, присвоить и вывезти за пределы России в Израиль и другие цивилизованные демократические страны, контролируемые нами… И такая дотошная, скрупулёзная, принципиальная работа должна быть проведена с индивидуальным подходом, применительно к каждому из наших соплеменников – новоиспеченных колонизаторов.

– Судя по всему, у главного раввина России, руководителя Федерации еврейских общин России Берл Лазара, видимо, важных забот невпроворот, – не без сарказма заметил я.

– А как же, – с упоением подхватил раввин. – И не только этих!.. Остро назрел, к примеру, вопрос о необходимости доведения до желаемых для нас качественных кондиций института президентства этой страны, а точнее говоря, – его главы, самого президента.

– Ваши соплеменники недовольны тем, как сработали в интересах сионистского движения президенты Горбачев, Ельцин, Путин, подло разваливая великий Советский Союз? – удивился я.

– Нет, нет, что вы! – воскликнул раввин. – И Горбачёвым, и Ельциным, и Путиным мы весьма и весьма довольны! Все они, как один, чудесным образом вполне справились с поставленными нами конкретными задачами по развалу Советского Союза, проявив при этом и недюжинную природную смекалку и изобретательную находчивость. И мы премного благодарны всем этим фигурантам, и не только на словах, за вложенный ими титанический труд в нашу копилку достижений в этой стране на завершающем витке становления всемирного иудейского царствования.

– Тогда в чем же проблема? – спросил я.

– А проблема в том, – тяжело вздохнув, сказал раввин, что по задумкам древнейших сионских мудрецов, наших мудрейших прародителей и праотцев в основывающемся по их завету нашим племенем на планете Земля всемирном иудейском царстве не только на царском троне должен восседать иудей чистейших кровей, но для удобства надёжного управления покорёнными туземными коренными народами мира и наши верховные наместники регионов всей планеты также должны быть такой же безупречной кондиции по крови. В упомянутых же фигурантах-президентах этой страны, если и есть в наличии, то лишь какая-то малая толика иудейской ветви. Вот потому-то накануне президентских выборов в России встречей в синагоге главного раввина России, руководителя Федерации еврейских общин России Берл Лазара с первым заместителем председателя правительства Российской Федерации Дмитрием Медведевым президенту Путину и была подана однозначная команда – знак, кого ему следует публично объявить своим преемником на следующий президентский срок. Что Путин незамедлительно и сделал: своим преемником он назвал Медведева.

– Но почему же именно Медведева? – спросил я.

– А потому, мой хороший, добрый друг, – подмигнув мне, продолжил раввин, – что лучшего кандидата на пост верховного наместника этого региона, то бишь президента Российской Федерации, у нас сейчас под руками нет. А Медведев на данном этапе развития событий нас устраивает по всем статьям.

– Что же это за «статьи»? – поинтересовался я.

– Во-первых, – пояснил раввин, – по иудейским законам ребёнок, родившийся от мамы-еврейки, считается полноценным евреем. Таким образом, и президент РФ Медведев станет первым из нас правителем России за всю ее двухтысячелетнюю историю. В паспорте, правда, Медведев обозначался во времена СССР как русский. Но правящие сионисты Израиля и международного сионизма и спрашивать Медведева не будут, что у него было в паспорте. У них своя шкала измерений. По принятым сионистами законам еврей по рождению автоматически зачисляется в граждане Израиля и в случае, не дай Бог, строптивости Медведева, он будет причислен к «изгоям» с катастрофическими для него последствиями. Будем надеяться, что этого не произойдет и Медведев станет, как и предыдущие правители этой страны, исправно осуществлять наш тайный курс по наторённой колее дальнейшего разрушения великой России и использования по максимуму людских и материальных ресурсов русского народа в целях и интересах международного сионизма… Во-вторых, Медведев ещё в школьные годы удивительным образом влюбил в себя обаятельную юную нашу соплеменницу Светлану Линник, которая, став впоследствии его женой, родила ему сына Илью… В-третьих же, и это очень важно, у Медведева, в отличие от Путина, никогда не будет никаких проблем, когда перед ним возникнет необходимость назвать своего преемника на следующий президентский срок. Медведеву не потребуется, как это случилось с Путиным, мыкаться, интриговать, терзаться в догадках и ждать подсказки свыше, кого ему следует назвать своим преемником. Ибо и так всем всё будет ясно, включая и покорённое туземное, коренное население оккупированной России: следующим президентом этой страны – продолжателем дела Медведева-старшего – должен непременно стать его чистокровный отпрыск Илья, в высших кондициях крови которого, жёстко требуемых сионистами от претендента на этот важный пост, никто теперь не усомнится.

– А справится ли Дмитрий Медведев с управлением такой великой страной, как Россия? – спросил я.

– Можете не сомневаться, – сказал раввин. – Управленческого опыта у Дмитрия Медведева хоть отбавляй! Кстати, по природе своей Медведев величайший, неукротимый трудоголик и к тому же с весьма обостренным чувством конформизма и конъюнктуры. Умница Медведев с детства мгновенно схватывал на лету всё то, что от него требовали старшие, и с прилежанием тут же исполнял указания своих авторитетных наставников. Дело в том, что симпатичным мальчонкой Медведевым, из-за его происхождения, наши соплеменники заинтересовались еще в начале его обучения на юридическом факультете Ленинградского государственного университета, где в то время преподавательствовал повсюду афишировавший себя тогда за ярого демократа Анатолий Собчак. Да так с тех пор по сей день наши люди с успехом и ведут планомерно Медведева к вершинам власти в этой стране… Медведев же с юных лет не чурался буквально никакой подвернувшейся работы. Одновременно с учёбой в аспирантуре работая ассистентом кафедры гражданского права Ленинградского государственного университета, Медведев весной 1989 года, к примеру, активно участвовал в избирательной кампании Анатолия Собчака по выборам на Съезд народных депутатов СССР. И очень даже не прогадал! С июня 1990 года Медведев уже входил в группу ближайших помощников председателя Ленинградского городского Совета Собчака, куда лишь месяц спустя вошёл и будущий президент РФ Путин. Тут же, в 1990 году, Медведев стал учредителем государственного малого предприятия «Уран»… Ну, а дальше все пошло-поехало… Только живя в Северной Пальмире, Медведев стал юридическим экспертом по внешним связям мэрии и учредителем ЗАО «Финцелл», работал в страховой компании «Русь», участвовал в разработке устава баскетбольного клуба «Спартак», работал директором российско-швейцарского СП «Илим Палп Энтерпрайз» и был назначен директором ТОО «Ин Юре», учредил ЗАО «Консультационная фирма Балфорт», сотрудничал с петербургским «Промстройбанком», был избран членом совета директоров ОАО «Братский лесопромышленный комплекс» и членом совета директоров ОАО «Целлюлозно-картонный комбинат»… С переездом же Медведева в Москву в 1999 году его карьерный рост лишь ускорился! За короткое время он стал и заместителем руководителя Аппарата правительства РФ и заместителем руководителя Администрации президента РФ, был назначен членом Совета безопасности РФ, и первым заместителем председателя правительства РФ, и, наконец, в декабре 2007 года Медведев, поддерживаемый Путиным, стал кандидатом на пост президента РФ на выборах 2008 года.

Завершив изложение информации о многогранной, успешной трудовой управленческой деятельности Медведева, раввин на мгновение задумался и тут же воскликнул:

– Да, вот ещё что подтверждает эффективность и результативность упомянутой выше встречи Берл Лазара и Дмитрия Медведева в синагоге, что в Марьиной Роще!.. В середине декабря 2007 года решением правительства РФ в Российской Армии введён так называемый военный раввинат. Ультраортодоксальная хасидская Федерация еврейских общин России тут же назначила первого «военного раввина» – гражданина Израиля Аарона Гуревича. Кстати, появлению первого раввина в Российской Армии и предшествовала встреча первого зампреда правительства РФ Дмитрия Медведева с главным раввином России Берл Лазаром. Говорят, что в Русской Православной Церкви (РПЦ) на это отреагировали критически. На сайте Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными Силами тут же появилось интервью главного военного священника РПЦ отца Михаила (Васильева). Он жаловался на то, что в Израиле православные военнослужащие лишены возможности регулярно общаться со священниками. Более того, к ним будто бы регулярно приходят раввины и склоняют сделать обрезание, перейдя в иудаизм. Мол, раз в Израиле в армию не пускают православных священников, то и нам незачем пускать в армию раввинов. Непонятно и то, зачем вообще в Российской Армии нужен раввин, если там практически нет иудеев? В Московском военном округе провели сплошное анкетирование военнослужащих, и лишь два человека назвали в качестве исповедуемой ими религии иудаизм. Что вполне похоже на правду: по переписи 2002 года в Российской Федерации лишь 0,15% жителей являются евреями. А из их числа, по данным социолога Шапиро, лишь 27% считают себя иудеями, 15% христианами, ещё 5% исповедуют другие религии, а остальные – нерелигиозные. Если же учесть, что и евреев в армии крайне мало и во время опросов иудеями себя называли в основном евреи-пенсионеры, а они в армии отсутствуют, то во всей Российской Армии может оказаться максимум 100 иудеев. Впрочем, у хасидского раввина Гуревича свой счет: он уже заявил, что надеется найти в Российской Армии 40 тысяч иудеев! «Некоторые из солдат и офицеров ещё не осознали своей принадлежности к еврейскому народу. Я попытаюсь помочь им почувствовать себя евреями», – заявил Гуревич. Естественно, такие заявления вызывают вопросы у православных: чем израильский гражданин будет заниматься в Российской Армии и как именно он найдёт в ней столько иудеев, сколько ему хочется? И, наконец, не призовёт ли военный раввин Гуревич российских военнослужащих к массовому обрезанию?.. Говорят, недоволен был даже сам Патриарх Алексий II. Он будто бы всегда с недоверием смотрел на подобного рода дела. По слухам, именно растущее недовольство Православной Церкви заигрыванием властей с малозначимыми для России религиозными конфессиями и заставило Дмитрия Медведева прийти на Рождественскую службу к Патриарху. Чтобы выразить ему свои самые добрые намерения…

– Что ж, – прервал я раввина, – ваши соплеменники преуспели в подборе и угодного вам главного раввина России в лице иноземного хасида Берл Лазара, и устраивающего вас кандидата на должность следующего президента России доморощенного Дмитрия Медведева.

– Не только! – воскликнул раввин. – Есть у нас ощутимые достижения и по части совершенствования идеологической направленности агитационно-пропагандистской кампании при проведении так называемых демократических выборов в этой стране.

– Что же это за «достижения»? – поинтересовался я.

– Скажу, – продолжил раввин. – Видите ли, на прежних всероссийских выборах в этой стране со стороны представителей левых сил в наш адрес систематически делались негативные, резкие, публичные заявления, что, мол, сионисты преднамеренно, осознанно, вероломно развалили великий Советский Союз, что еврейские олигархи украли сотни миллиардов из ресурсов русского народа и вывезли их за пределы России в Израиль и другие страны, что коммунистическую идеологию на постсоветском пространстве потеснила сионистская идеология и т.д., и т.п. А вот при нынешних выборах и Госдумы, и президента РФ недопустимых подобных публичных выпадов в адрес наших соплеменников уже не наблюдается. Нашим людям удалось как-то нейтрализовать, погасить критиканский пыл наших идеологических противников. Удалось, к примеру, внушить, вдолбить в головы русских аборигенов из трудовых низов, что в развале Советского Союза повинно не наше сионистское племя и его расистская идеология, а исключительно они сами, русские аборигены, и так называемый империализм в лице в первую очередь руководства США и зажравшегося Запада…

– Для решения поставленных задач вы применили новые оригинальные методы воздействия на человеческую психику? – поинтересовался я.

– Ничего особенного, – сказал раввин. – Для начала мы, как обычно, обеспечили активное содействие нам со стороны бывших властных русачков – политически стерилизованных нами жуиров-кутил, оставленных в резерве на чёрный день. Результаты не заставили себя ждать! Посмотрите, как, к примеру, искусно и изобретательно оградил наше сионистское движение от критики и обвинений за развал Советского Союза наш пособник-резервист, политически стерилизованный нами жуир-кутила, бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС. Выступая перед представителями трудовых низов русских аборигенов, он не стал выискивать конкретных врагов русского трудового народа, приведших его к роковой черте. Решительно отверг этот наш ретивый пособник-резервист и всяческие обвинения присутствующих в адрес сионистов, якобы повинных в развале этой страны. Чётко, ласково, в доступном виде, не прибегая к подробностям, в общих словах, он ловко сформулировал первопричины развала Советского Союза: «Во-первых, – авторитетно заявил этот бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС, – более 70 лет в этой стране действовал внешний фактор. Союз всегда хотели уничтожить. Во-вторых, у нас хватало людей внутри страны, которые активно работали на развал. В-третьих, у руководства партией и государства оказался враг трудового народа, предатель и недоумок Горбачёв, который всё время врал и изворачивался. В-четвертых, люди в погонах не выполнили присягу…»

Закончив цитировать именитого пособника сионистов из резервистов, раввин самодовольно улыбнулся и сказал:

– Согласитесь, умница этот бывший кадровый цековский управленец высшего партийного ранга! И как всё же остроумно, достойно он оградил наших людей от нападок на них трудовых низов русских аборигенов!.. А вот с какой похвальной тирадой в наш адрес обратился к трудовым низам русских аборигенов другой наш пособник-резервист, политически стерилизованный нами жуир-кутила, бывший заместитель Генерального прокурора СССР…

Закрыв брошюру бывшего заместителя Генерального прокурора СССР, раввин с вызовом посмотрел на меня, смачно с удовольствием причмокнул и воскликнул:

– Неплохо, а?

Затем раввин извлек из «дипломата» газету и, развернув её, сказал:

– А теперь послушайте, как элегантно осадил, отбрил и отутюжил рвущуюся к верховной власти в этой стране шантрапу из русских трудовых низов, а заодно как уважительно возвеличил и поднял на пьедестал наших еврейских миллиардеров-олигархов другой бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС, тоже политически стерилизованными нами жуир-кутила и верный наш пособник-резервист.

И раввин вдохновенно стал цитировать этого другого бывшего члена Политбюро, секретаря ЦК КПСС: «Сейчас среди трудового люда нашего общества только и разговоров: на постсоветском пространстве вот-вот грянет революция. А это значит, скачкообразная смена формаций, переход от прежнего, старого общественно-политического строя к новому, при котором в нашем случае собственность на средства производства немедленно изымается у ее нынешних владельцев еврейских миллиардеров-олигархов и национализируется. Но прежние владельцы собственности бывают этим очень даже недовольны и организуют ожесточённое сопротивление. Дело, как вы помните, при посредстве иностранной интервенции в нашей стране в прошлом веке даже обернулось гражданской войной. А надо ли обществу, чтобы погибли самые лучшие его представители? И как можно избежать конфронтации между трудовым народом и еврейскими миллиардерами-олигархами?.. Да, существует множество людей труда, которые считают, что национализация – это единственное средство и другого нет. Между тем, если собственник на средства производства еврейский миллиардер-олигарх служит не только своей алчности, а ещё и кое-что отстёгивает обществу, то обязательно ли отнимать у него средства производства? Ведь какие еврейские миллиардеры-олигархи ни есть, но они всё же ныне как-то содержат не только толпы бюрократов, но и армию, пенсионеров и какие-то остатки социального обеспечения. И если отобрать у еврейских миллиардеров-олигархов сразу всю собственность, то кто будет ею управлять? Ведь управленец – это как минимум десятилетие опыта, а у кого он сейчас в стране есть, кроме еврейских миллиардеров-олигархов? Конечно, у людей труда «желающих порулить», могут быть искренние намерения сделать «как лучше», но мы же понимаем, что именно у них будет получаться, пока не пройдут годы и они не научатся. Несложно прикинуть, что получается, когда вместо опытных управленцев хозяйством начинают рулить невежды из трудовых низов, о которых ещё Ленин говорил, что они могут умереть за революцию, но не способны созидать новый строй. И потому трудовому народу неизбежно потребуется, чтобы еврейские миллиардеры-олигархи остались. Чтобы не допустить нового развала народного хозяйства… Есть и еще один аспект в этом деле. Еврейские миллиардеры-олигархи утащили из нашей страны за границу очень много капитала, и если отнять у еврейских миллиардеров-олигархов собственность здесь, то они уедут к своим деньгам за рубеж, и наша страна потеряет опытнейших, эффективных управленцев. А зачем нам, русским, лишаться кур, несущих золотые яйца? И если русские люди труда действительно истинные патриоты своей страны и искренне пекутся о её будущем, то они должны заботиться лишь о том, чтобы экономикой России продолжали беспрепятственно управлять еврейские миллиардеры-олигархи даже и после возможной грядущей революции».

– Как все же тонко, по-иезуитски приложил трудовые низы русских аборигенов этот политически стерилизованный нами жуир-кутила, бывший цековский управленец, наш верный пособник-резервист! Не правда ли?..

– Да, резервисты – ваши пособники из бывших властных советско-партийных структур – у вас отменные! – не без сарказма сказал я.

– В самое же короткое время, – продолжил раввин, – мы создадим мощную информационную агитационно-пропагандистскую службу, которая, продолжая ещё более активную антисталинскую кампанию, должна будет работать столь безошибочно и слаженно, чтобы ни в одном районе на постсоветском пространстве не смогла возникнуть такая личность, как Сталин. Ведь для нас, для нашего сионистского племени, опасны не трудовые массы русского народа сами по себе, а присущая им сила порождать такие личности, способные, опираясь на знание души русского народа, привести эти трудовые массы в движение.

Я в упор разглядывал собеседника и думал: «Боязнь грядущей неотвратимой расплаты за всё содеянное в глазах раввина очевиднейшая. Причина этому одна – страх перед будущим! Страх, что в России, несмотря на разграбление её богатств, промывание мозгов, оболванивание населения, всё же появится человек масштаба Сталина, который снова сумеет организовать трудовые массы русского народа на созидание и восстановление великой державы!»

– А ещё хотелось бы отметить, – приободрившись, сказал раввин, – что успех нашего сионистского движения в развале первой в мире страны Советов и во всём последующем разрушении этой огромнейшей державы, как я сейчас осмысливаю, определился не только тем, что почти сразу же после Октября 1917 года, оценив сложившуюся в мире политическую ситуацию, наши люди приступили к массовому взращиванию из советских людей, особенно из коммунистов, политически стерилизованных жуиров-кутил, ставших впоследствии нашими верными пособниками в развале Советского Союза, но и тем, а это самое главное, что попутно с взращиванием из советских людей политически стерилизованных жуиров-кутил мы вбрасывали в их незрелые головы «ростки» разлагающей сознание мировоззренческой философии нарциссоманов. Или попросту говоря – нарциссоманию.

– Что же это за «нарциссомания»? – поинтересовался я.

– О, название этой специфической философии, с успехом вдолблённой нами в доверчивые головы взращенных сионистами политически стерилизованных жуиров-кутил из советских людей, восходит от древнегреческой мифологии! – приподнято произнёс раввин. – Согласно этому мифу, сын речного бога Тефиса и нимфы Лириопы, юноша-красавец Нарцисс, который увидел своё отражение в воде, влюбился в себя, от этой любви зачах и был превращен в цветок того же названия… В общепринятом же народном обиходе Нарциссом обзывается человек, гордый своей красотой, влюблённый в себя… А в нашем случае, каждого из взращённых нами в этой стране политически стерилизованных сионистами жуиров-кутил нам удалось оснастить, я бы сказал, даже заразить философией-нарциссоманией, опирающейся на низменные человеческие инстинкты, представляющей собой этакую мировоззренческую помесь-гибрид осовремененного, порвавшего со своими родословными корнями, тщеславного, самодовольного, невежественного, возомнившего, что он центр мироздания, толстокожего спесивого мольеровского «мещанина во дворянстве», гоголевского авантюриста, проходимца, словоблуда Хлестакова и типичнейшего нашего верного пособника в развале Советского Союза из властных советско-партийных структур с психологией современного махрового, местечкового циника-обывателя, живущего исключительно для наживы своей и готового в личных интересах, в интересах только набивания своего брюха предать кого угодно, вплоть до своей Родины, которую он ранее клялся жизнью своей защищать. И вот такая синтетическая мировоззренческая помесь-гибрид под названием «нарциссомания», внедрённая в массовое сознание взращённых нами политически стерилизованных жуиров-кутил из советских людей, основательно их убедила, что отныне жить каждому из них нужно только на свою потребу и во всех случаях действовать исключительно в своих эгоистических интересах. Что на смену коммунистической идеологии в этой стране окончательно пришла сионистская идеология. И что все аборигены этой страны, осознанно идущие в услужение сионистской идеологии, должны фанатично верить, что в благодарность за это они получат с нашего барского стола пусть крохи, но всегда получат. Взращенные нами из советских людей политически стерилизованные жуиры-кутилы, постигшие основы философии-нарциссомании, чётко усвоили и то, что они никогда и нигде не должны проявлять никакого активного участия в происходящих в стране общественно-политических процессах и ни в коем разе ни в чём никогда не должны «засвечиваться» и выявлять публично свою истинную жизненную позицию. Внимательно пассивно созерцая эти процессы со стороны и всесторонне их анализируя, нарциссоманы всегда должны лишь при этом тщательно отслеживать свой примитивный мещанско-обывательский интерес. Исповедуя эту методично внедрённую сионистами в массовое сознание аборигенов философию-нарциссоманию, политически стерилизованные нами жуиры-кутилы из советских людей, главными чертами которых стали себялюбие, высокомерие, вседозволенность, цинизм, гордыня, фанаберия и чёткое следование конъюнктуре, отлично усвоили, что свою жизненную позицию и взгляды им надо решительно ограждать от посягательства любой критики со стороны. Для чего повсеместно ими взят на вооружение универсальный приём: всегда и везде резко оборвав критикана-оппонента, безапелляционно, нагло, агрессивно и нахраписто во что бы то ни стало обосновывать свой безнравственный образ жизни, а то даже и отдельный свой аморальный поступок.

– И как же это выглядит на практике? – спросил я.

– Элементарно просто, – с вызовом сказал раввин. – И за примерами далеко ходить не надо. Пример первый. Достаточно спросить навскидку любого из взращённых нами в этой стране политически стерилизованных жуиров-кутил, усвоивших азы философии-нарциссомании, почему, мол, он после августа 1991 года так и не включился в борьбу против расистов-сионистов, повинных в развале Советского Союза и приведших его трудовой народ к роковой черте? Тут же последует вальяжный, высокомерный, вычурный, изворотливый, уклончивый ответ: «Да знаете ли, духа не хватает». Или: «Что вы, у меня времени на это нет!» Или: «А в какой газете меня напечатают?» Или: «Кто мне телестудию даст?» И, наконец, совсем уже грубо: «Наш трудовой народ – это не народ, а мерзкое быдло! И метать бисер перед свиньями я не собираюсь! Вот когда поменяется этот народишко, тогда и поговорим…» Пример второй. Ежели опять навскидку в упор заявить любому из взращённых нами в системе госбезопасности политически стерилизованных жуиров-кутил, блестяще усвоивших основы философии-нарциссомании, да ещё и достигшего генеральского звания, о том, что все кагэбисты, как один, в роковой для страны Советов час испытаний, изменив военной и партийной присяге, преступно не выполнили долг перед Родиной, что они – так называемый передовой вооруженный отряд КПСС – клялись жизнью своей защищать первую в мире страну Советов, а свершили величайшее в истории человечества предательство: осознанно, добровольно, без единого выстрела сдали Советский Союз его многовековому исконному врагу – просионистским силам, да ещё, к стыду и позору своему, на глазах у бедствующего трудового народа, используя профессиональные навыки и связи, почти поголовно бросились в бизнес и приватизацию недвижимости, вплоть до явочных служебных помещений… Так вот, выслушав такое обвинительное заявление, холеный генерал непременно в сердцах воскликнет: «А вот этого я как раз не приемлю! Достаточно уже наслышался! И категорически отметаю всякие упрёки в свой адрес!.. Это Горбачёв со своим политбюровским выводком предали партию и со всеми потрохами сдали КПСС просионистским силам. А горбачевский выдвиженец, председатель КГБ СССР, генерал армии Крючков вслед за своим сувереном бросил к ногам сионистов на съедение КГБ!.. Повторяю! Я лично никогда никого не предавал и не сдавал!..» Пример третий. Когда сразу же после захвата ельцинистами Кремля в 1991 году как-то при встрече с одним из бывших членов Политбюро, секретарем ЦК КПСС присутствующие обвинили цековцев в том, что они предательски, без единого выстрела сдали страну Советов оголтелым просионистским силам, то он, политически стерилизованный нами жуир-кутила, исповедующий философию-нарциссоманию, тут же взорвался. «Ну, хорошо! – выходя из себя, бросил бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС. – Допустим, мы сдали страну Советов просионистским силам… Допустим! Но где же тогда был наш славный советский народ? Где были 18 миллионов членов КПСС? Где, наконец, был передовой вооруженный отряд КПСС – вышколенный КГБ? Ведь все они регулярно клялись ЦК партии в непоколебимой верности. А на поверку не удосужились оградить от этих самых просионистских сил даже нас – свою руководящую, организующую и направляющую элиту».

Раввин умолк, призадумался и дополнил свой углубленный экскурс в философию-нарциссоманию.

– Правда, справедливости ради надо заметить, – сказал раввин, – что политически стерилизованные нами жуиры-кутилы, исповедующие философию-нарциссоманию, иногда делают исключение и с собеседником не ведут себя нагло и агрессивно, когда просматривается их корыстный интерес. Именно так и произошло, когда в перестроечные 1980-е годы в республики Кавказа как-то наведалась известный авторитетный учёный этнопсихолог и этносоциолог Старовойтова и популярно растолковала тамошним политически стерилизованным нами жуирам-кутилам, основательно усвоившим философию-нарциссоманию, что за время Советской власти на Кавказе уже достаточно много сооружено и здравниц, и предприятий, и всего такого прочего, а потому кавказцам пора уже обрести самостоятельность и освободиться от опеки «старшего брата». Что, мол, при таком обилии богатства, обретя свободу, все вы станете князьями. Присутствующие при встрече потенциальные князья смиренно выслушали знаменитую ученую гостью. И лишь со стороны представителей Армении и Абхазии последовали вопросы: как, дескать, будет с охраной границ наших освободившихся территорий, не станут ли гибнуть наши люди, их защитники, и не погубим ли мы при этом элитный слой своих народов? Ответ авторитетной гостьи всех успокоил: беспокоиться, мол, не стоит, для этого Россия всегда пришлёт своих солдатушек – пушечное мясо, как в старое доброе царское время… Ну а после августа 1991 года так оно и случилось!..

– Что ж, – сказал я, подытоживая изложенное раввином о нарциссомании, – ваши соплеменники преуспели также и в сфере мировоззренческого оснащения взращённых вами из советских людей политически стерилизованных жуиров-кутил.

Но раввин на этот раз как-то без особого энтузиазма воспринял мои слова. Перестал хорохориться, задумался, тяжело вздохнул и сникшим голосом проговорил:

– Преуспели-то, преуспели… Но во многих городах России, как грибы после дождя, растут открыто антисионистские союзы, клубы, организации с собственными печатными органами, проходят уличные демонстрации с лозунгами «Еврейские олигархи душат русский люд». Эти опасные явления почему-то не попадают в сферу внимания Берл Лазара, или он интерпретирует их по-своему. Достаточно сопоставить высказывания раввина Берл Лазара с материалами, опубликованными в России, чтобы убедиться, что ребе, мягко говоря, живет не на земле, а парит в небесах. Вот некоторые выдержки из российской печати последнего времени. В церковном журнале «Русь Православная» мы читаем: «И пока столичные политики вязнут в интригах и склоках, а еврейские олигархи душат Россию в петле голода и нищеты, русский человек постепенно накапливает силы, чтобы свалить с себя иго ненавистного режима русоненавистников и христопредателей (читай жидов)». В Екатеринбурге церковная газета идёт дальше московской: «Сколько мы будем терпеть еврейское насилие, пора наконец с этим покончить раз и навсегда!» – открыто призывает местный автор. Возможно, что раввина Берл Лазара эти явления не волнуют в связи с тем, что в последнее время он начал ассоциировать себя с русским народом. Об этом свидетельствует его феноменальное заявление, сделанное в Туле при посещении редакции газеты «Молодой коммунар». Берл Лазар, вероятно в минуту откровения и расслабления, признаётся: «Я чувствую себя русским». Изучая российскую прессу, мы узнаём, что Берл Лазар любит Путина. Берл Лазар, несмотря на то что в Москве он живет лишь чуть более 10 лет, считает себя знатоком не только еврейской, но и чисто русской тематики. Берл Лазар не только путешествует и высказывается, но и активно интересуется всеми сторонами российской жизни. Он посещает Генеральную прокуратуру России. Патронирует иностранных бизнесменов и даёт им советы. Вручает в Нижнем Новгороде местным сотрудникам МВД награды «За хорошую работу», одновременно открывая дом еврейской культуры. В той же Туле, выступая по телекомпании «Бизнес град», он обещает всячески способствовать привлечению инвестиций в экономику области. Разумеется, Берл Лазар в первую очередь трудится на благо евреев. По-своему. В Новосибирске к удивлению жителей, в том числе малочисленных верующих евреев, Берл Лазар закладывает камень второй в городе синагоги, тогда как и первая бывает почти пустой. Но ведь евреям нужны две синагоги – чтобы в одну ходить, а в другую – ни ногой! В Красноярске на зависть местным жителям Берл Лазар открывает летний еврейский лагерь для 100 подростков из Омска, Иркутска, Бийска, Улан-Удэ. Откуда взялись в Бийске евреи, ведь даже во время войны, когда я жил там, было лишь считанное количество еврейских семей, которые потом уехали в Польшу. В Омске и Хабаровске Берл Лазар открыл еврейские школы. Евреев и там кот наплакал, а бездомных русских детей только в этих городах десятки тысяч! Открытие еврейских школ, центров, лагерей, клубов – большой, очень большой бизнес. Главному раввину России Берл Лазару без опыта жизни в этой стране тяжело уследить в распущенно-воровской, бандитско-уголовной деляческой России, чтобы не разворовали щедрые пожертвования мирового еврейства. Для этого Берл Лазару постоянно нужны большие средства, и он упорно ищет спонсоров. И находит. Приехав на несколько дней в США, он горячо убеждает еврейских бизнесменов и руководителей общин, что в «Москве живет третья по величине после Нью-Йорка и Лос-Анджелеса еврейская община» и что «община чувствует себя уверенно и защищено, сегодня российские евреи не сидят на чемоданах, они не собираются отсюда уезжать ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра». Успокаивая, Берл Лазар гарантирует пожертвователям, что «еврейская община в России пользуется широкой поддержкой со стороны Владимира Путина, правительства, губернаторов, мэров». Берл Лазар не рассказывает о том, что в это же время в Москве на лестнице синагоги хулиганы, выкрикивая антисемитские лозунги, избивают «защищённого» раввина Давида Юшеваева… Берл Лазар «успокаивает» не только в России и в США. В Израиле на съезде раввинов СНГ и Балтии он заявляет: «В России наблюдается расцвет еврейской жизни. На государственном уровне в России вообще отсутствует какой-либо антисемитизм»… Не живший в Израиле, не воевавший вместе с нами, не прошедший наш абсорбционный путь, не похоронивший на Святой Земле родных и близких, хасид Берл Лазар, представляя ограниченную, почти сектантскую часть еврейства, высказываясь по религиозным вопросам, ставит хасидизм во главе всего еврейства и безапелляционно утверждает, что «хасидизм поднял еврейство на новый высший уровень»… Известно, что экономическое, политическое, общественное положение в России крайне тяжелое. Растет социальное неравенство. Не видно конца чеченской войне. Особенно тревожно, что с невероятной скоростью учреждается культ личности. В Петербурге тоннами выпускаются бронзовые бюсты Путина. В Москве миллионными тиражами издаются биографии «вождя». Повсюду висят его портреты. В новостях то и дело сообщают, что сказал по тому или иному поводу Путин, с кем встретился… Да, в России всегда хватало лизоблюдов. С Берл Лазаром их стало лишь одним больше. Ни к чему хорошему культ личности не приведёт. Как ни к чему хорошему, кроме зависти и ненависти к евреям, не приведёт и открытие сугубо еврейских школ, центров, лагерей на фоне 4 миллионов бездомных русских детей. Нежные встречи Берл Лазара с губернаторами и мэрами, его славословие Путина не закроют русскому народу глаза и уши. Не пополнят его желудки. Не оденут его. Только обострят еврейскую проблему в России.

Я осознанно не прерывал раввина, давая ему возможность выговориться. И распаляясь, раввин продолжал:

– На мой взгляд, особенно опасно для евреев в России то, что всё больше и больше русских людей считают, что евреи управляют Россией, что они захватили алюминий, нефть, газ, никель, калий, алмазы, средства массовой информации, банки. Имена Абрамовича, Мошковича, Могилевича, Голдовского, Гайдамака, братьев Черных, Леваева, Рыболова, Мирилашвили, Березовского, Гусинского, Рабиновича, Кобзона, Бернштейна, Ходорковского, Фельдмана, Хаита, Фридмана, Смоленского для значительной части русского народа символизирует захват России евреями. По мнению русских людей, приватизацию, распродажу по дешёвке народного, государственного имущества, руководство экономикой и политикой осуществляли и осуществляют евреи и полукровки – Чубайс, Греф, Клебанов, Браверманн, Вольский, Боровой, Кириенко, Немцов, Явлинский, Хакамада, Примаков, Гайдар, Лифшиц. Русских людей раздражает, что в адвокатуре властвуют Резники, Падвы, Якубовские, а на эстраде командуют Хазановы, Жванецкие, Шифрины, Галкины, Якубовичи… «Что же нам, русским людям, осталось делать? – спрашивают себя многие в России. – Смотреть и радоваться за евреев, которые снова живут лучше нас, русских? К тому же эти правители-олигархи ухитряются получать двойное гражданство, что позволяет им уходить от закона». Эти разговоры я сам слышал в России от своих старых знакомых… Для полноты понимания подлинных настроений в России не надо слушать раввина Берл Лазара. Достаточно войти в Интернет и «погулять» там. Интернет переполнен статьями против засилья еврейских бизнесменов, политиков, олигархов. В течение одного-двух часов поиска я обнаружил 142 сайта и 838 документов на эту тему. Процитирую некоторые документы: «Как быть несчастной России под игом еврейских олигархов?», «Еврейские олигархи напились русскими деньгами, словно клещи человеческой кровью», «Сионисты-олигархи хотят поработить Россию, скупив её на корню», «Олигархи евреи сами провоцируют рождение Макашовых, фашистские движения и приближают новых холокост», «Не далёк час, когда гнев трудящихся за преступления еврейских олигархов обрушится на рядовых евреев», «Эти евреи из Израиля, Германии, бывшие советские ворюги, приезжают в Россию, чтобы грабить нас, уходя от возмездия и развращая русский народ, обманывая простых, доверчивых людей, применяя еврейские хитрости». А вот выдержка из «Обращения журналистов, интеллектуалов, молодежных и спортивных организаций Краснодарского края к президенту России Путину», приведённая в новом разделе Интернета под названием «юдемафия»: «Россию нельзя восстановить и спасти, пока еврейская банда продолжает хозяйничать в России, грабить её. Надо арестовать еврейское ворьё по всей России, выгнать из нашей страны раввина каббалиста Берл Лазара». Как видим, не хотят ребе в России! Путин с Лазаром явно об этом не беседовали. А жаль.

– И к чему это вы говорите? – прервал я раввина.

– Я говорю это для того, – сказал раввин, – чтобы высказать своё несогласие с позицией раввина Берл Лазара. На мой взгляд, Берл Лазар не может не знать о существующих настроениях и тенденциях в российском обществе. Взаимная любовь не получается. Чувства, сердца и мысли русского народа заняты другими заботами и проблемами. Ситуация в России развивается не в пользу евреев. Напрасно Берл Лазар старается изобразить восстановление еврейской жизни. Зачем держаться за страну, которая никогда не была и не будет родиной для евреев? Чтобы за все беды России вновь отвечали евреи? Чтобы провалившиеся политики могли прикрыться в случае чего евреями?.. Понимает ли раввин Берл Лазар, какую ответственность перед еврейским народом он берёт на себя? Не надо мешать вместе религию, судьбу евреев, политику, бизнес, сионизм, хасидское мессианство, русский патриотизм. Не надо так страстно любить Путина. Он еще, наверное, покажет себя. И совсем не таким, каким его расписывает «дрессированный» главный раввин России Берл Лазар… Пусть русский народ решает свою судьбу самостоятельно и сам отвечает за свои действия и ошибки. Без вмешательства евреев-олигархов и евреев-политиков, рождённых в СССР, без участия бизнесменов, приехавших в Россию снова, чтобы поучать и обогащаться. И без раввинов, недавно высадившихся в Россию из Бруклина. Предоставьте России самостоятельно жить. Так будет разумнее и полезнее для евреев России, для Израиля и в первую очередь для самой России. Издалека любовь и дружба между нашими народами будут честнее и искреннее. И не смогут нас, как всегда, обвинять во всех неудачах России. Да мы и сами уйдём от соблазна и саморазвращения лёгкими заработками в восстанавливающейся с великим трудом России. Россия не новое Колорадо и не Дикий Запад! Не надо наживаться за счёт несчастья других! Не следует вновь и вновь повторять ошибки прошлого… Какой же мы всё-таки странный и особенный народ. Казалось бы, тысячи лет должны научить нас уму-разуму. Увы! Очевидно, наша генетическая память имеет серьёзный дефект. Исправимый ли? Возможно. Время покажет. И, наверное, совсем ближайшее…

Раввин на мгновение умолк и тут же продолжил.

– Что же касается нынешней русской оппозиции, – сказал раввин, – то русская оппозиция тем ничтожна, что она нами запугана, она трусит открыто сказать, что главный враг России, с которым нельзя договориться, – это люди Торы – сионисты. Не зная точно, кто главный враг, не называя точно своего главного врага, нынешняя русская оппозиция воюет сама с собой. Эта война называется группенсексом при зеваках. Кто-нибудь из лидеров нынешней русской оппозиции хотя бы один раз публично приложил хотя бы одного сионистика? По этой причине нынешняя оппозиция в русском наборе вовсе не оппозиция, а придорожное тявканье, которое неизменно сливается с воем заклятых и единственно настоящих врагов России. Боитесь произнести слово «еврей»? Боитесь произвести слово «сионист»? Боитесь? Верю. Затюкают. Так употребляйте вместо слов «еврей» и «сионист»: «олигарх», «новые русские», наконец – «космополиты». Для трудового русского народа – это синонимы. Только борьба с сионистами поднимет людей, только призыв к бескомпромиссной борьбе с этим реальным для каждой русской семьи врагом и его расистской идеологией объединит даже самых амбициозных лидеров русской оппозиции. Амбиции поглотит борьба за Родину… Ведь почему на Россию смотрят с надеждой все коренные народы планеты? Потому что единственная страна в мире, которая самодостаточная, – это Россия, а значит, только она в силах вести на равных и с превосходством войну, которую наши соплеменники ведут против коренных народов мира уже 3000 лет. И, как мне видится, борьба с сионистами должна быть, извините, адекватной, то есть тотальной: за каждую пядь, на каждом пятачке, пика против пики, стрела против стрелы, слово против слова.

Согласившись с последним высказыванием раввина, я лишь подумал, что борьба с сионистами должна быть тотальной, всеобщей, без ожидания парада скорой победы. Надо помнить: есть у революции начало, нет у революции конца. И действовать обязательно – на опережение.

На том мы с раввином и расстались.

Великую Победу «тащат на горшок»

Национальное оскорбление!

Когда я узнал, что телеканал НТВ за год до всенародного празднования 60-летия Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг. ежедневно запускает на телеэкраны совместный с радио «Эхо Москвы» проект «Рождение Победы» и собирается многократно повторять этот выпуск в течение каждого дня, да еще к тому ж в красочном оформлении со всей советской символикой, я тут же, взбодренный информацией, позвонил своему давнему знакомцу – боевому заслуженному генералу, прошедшему в сражениях с немецкими оккупантами путь от Сталинграда до Берлина:

– Наконец-то, – говорю ему, – телевизионщики решились покончить с заполнившей телеэкран «чернухой» в освещении Великой Отечественной войны 1941–1945 годов и намерены поведать правду о минувшем.

– Откуда это вы взяли? – подивился генерал.

– Диктор телевидения сообщил… – говорю ему.

– Не стройте иллюзий! – оборвал меня генерал.

– Какие «иллюзии»? – даже возмутился я. – Телеящик четко известил, что телеканал НТВ за год до всенародного празднования 60-летия Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов запускает на телеэкраны совместный с радио «Эхо Москвы» ежедневный проект «Рождение Победы» и собирается многократно повторять каждый свой выпуск в течение дня, в красочном оформлении со всей советской символикой… Более того, было сообщено, что в телепроекте задействуют известнейшие личности. Показали картинку, как все будет выглядеть…

– Повторяю, – раздражительно прервал меня генерал, – не стройте иллюзий! Гарантирую: ничего подобного на сегодняшнем русофобском, просионистском телевидении не произойдет! Прошлое, история нашей Родины не даёт спокойно жить жалкой кучке разъевшихся любителей сладкой жизни. Задача новых толкователей прошлых событий – исказить до неузнаваемости настоящую историю русского народа, поставить все с ног на голову и сделать все, чтобы не было народной памяти своем великом прошлом. Русская история сейчас в руках грязных фальсификаторов, которые беспокоятся только за свои привилегии и свое благополучие. Цель у местечковых, просионистских толкователей истории всегда одна: сеять в стране поселения пораженческие настроения среди коренного народа, разрушая его самосознание, подавляя волю к борьбе за социальную справедливость; дегероизировать прошлое приютившей их страны…

– Но позвольте спросить, – запальчиво обращаюсь к генералу, – как могут при проведении такой вот широковещательной акции, каковым заявлен телепроект «Рождение Победы», нынешние телевизионщики замалчивать такие основные источники Победы над фашизмом, как советская власть, социалистическая экономика, дружба народа, организующая и руководящая роль Коммунистической партии, ее руководителя и Верховного Главнокомандующего Иосифа Виссарионовича Сталина?

– Могут! – осадил меня генерал.

– То есть вы считаете, – не унимался я, – что нынешние телевизионщики оболгут великую Победу и умолчат, что она достигнута всем советским народом под руководством Коммунистической партии?

– Не только, – твердо произнес генерал. – Я убежден, что антисоветчики, русофобы-телевизионщики и приглашенные ими в студию лица не только оболгут великую Победу и умолчат, что она достигнута всем советским народом под руководством Коммунистической партии, но и, как водится у этого народца традиционно, непременно нашу великую Победу еще и «потащат на горшок».

– Как это «на горшок»?

– Поясню, – сказал генерал. – Особенностью упомянутого народца является то, что он с любым историческим событием, любым значимым, возвышенным явлением в жизни коренного народа страны, их приютившей, любым неординарным, талантливым представителем коренного народа, если они напрямую не срабатывают на племенной, расистский, корыстный интерес этого народца, обычно поступают двояко: или умышленно, осознанно замалчивают их, делая вид, что ничего такого примечательного вокруг не происходит, или также умышленно, осознанно опошляют, принижают, глумятся, нивелируют, обесценивают, размывают и опускают «ниже пояса» все, что не срабатывает на их корыстный, расистский интерес и, как говорится, «тащат на горшок». Эти дорвавшиеся до власти дежурные говоруны-«эксперты», повторяю, любой исторический факт или талантливую личность с садистской ожесточенностью деформируют до карикатуры, если они, этот факт или личность, не работают на сионистскую идеологию. Зато в угоду той же сионистской идеологии на средства ограбленного трудового народа нынешними телевизионщиками создаются фильмы, телепередачи, публикуются заказные статьи и книги, извращающие и принижающие подвиг советского народа.

– И как вы представляете, о чем будут говорить в ежедневных выпусках телепроекта «Рождение Победы»? – спросил я.

– Да о чем угодно! – последовал ответ генерала. – Прежде всего, конечно, дежурные «эксперты» телевидения будут говорить о любой касающейся их бытовой мелочевке. О том, например, как с мытарствами добрались в эвакуацию до Ташкента, Алма-Аты и других городов, расположенных подальше от фронта. О том, как там обустроились, о том, с какими трудностями, переживаниями и всяческими волнениями добирались обратно в Москву и другие европейские города страны, когда в 1944 году все эвакуированные убедились, что опасность фашистского нашествия на страну Советов миновала. Порой, мол, даже ехали из эвакуации в товарных вагонах, что вообще недопустимо для цивилизованных людей. Будут дежурные «эксперты» описывать и «душераздирающие» сцены проживания в коммунальных квартирах с одним-единственным туалетом. Но никогда, ни в какой день выпусков телепроекта «Рождение Победы», ни от одного из приглашенных «экспертов» вы не услышите рассказа о решающих, исторических, победоносных сражениях Советской Армии на фронтах Великой Отечественной войны. Точно так же, как и не услышите о героическом трудовом подвиге советских людей на заводах, фабриках, в колхозах и совхозах, обеспечившем Победу советских войск на фронтах сражения с немецкими захватчиками. И, само собой, ничего не будет сказано ни о руководящей роли в Великой Отечественной войне Верховного Главнокомандующего Советской Армии, ни о вкладе в Победу сталинских маршалов, генералов и адмиралов.

– Но хоть рядовые герои Великой Победы должны же быть названы? – не сдавался я. – Те же Молодогвардейцы, Александр Матросов, Зоя Космодемьянская, Николай Гастелло?..

– Это также абсолютно исключено! – отчеканил генерал.

И вот я стал слушать откровения приглашенных в студию НТВ известнейших личностей – «экспертов» телепроекта «Рождение Победы». Сразу же оказалось, что мнения об основных источниках великой Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов у приглашенных «экспертов» различны и весьма своеобразны.

Худрук московского театра «Ленком» Марк Захаров, например, был убежден, что рождению Победы советского народа над фашистскими оккупантами главным образом посодействовало якобы поголовное увлечение людей в ту пору патефонами. Других источников великой Победы худрук не привел. Мысль же свою Марк Захаров изложил телезрителям аргументированно и пространно.

– Патефоны, – сказал он, – выставлялись на балконах, на открытых окнах. И человек, обладающий патефоном, демонстрировал соседям, что вот он обладает патефоном. Это была определенная роскошь, и человеку завидовали…

Заявление худрука Марка Захарова о важной роли патефонного фактора в рождении великой Победы тут же подхватил певец Иосиф Кобзон. При этом он не только попутно поделился подробностями своей творческой биографии, но и высказал ряд критических замечаний по поводу тогдашних «стертых» патефонных иголок и «заезженных» патефонных пластинок.

И речь Иосифа Кобзона в выпуске телепроекта «Рождение Победы» звучала не менее аргументированно и пространно.

– Мое увлечение пением, – проникновенно поделился певец, – оно никогда меня не покидало. А все от мамы шло. Что вечерами электричества не было… Я уже не говорю там магнитофона и телевизора… мы тогда еще и не мечтали, как и о полете в космос. Патефон, был патефон. Но в связи с тем, что иголок не было, они все стертые были, и дабы не очень портить пластинку, нам не разрешали часто ставить пластинки. Да и пластинки были все такие заезженные.

Между тем обуреваемый, видимо, огромным желанием поведать народу и о других истинных источниках великой Победы певец Иосиф Кобзон провел на НТВ в выпусках телепроекта «Рождение Победы» дополнительно еще несколько дней. И телезрители непосредственно из уст певца во всех подробностях узнали и о том, как они «поселились сначала в доме тети Таси, где было еще два брата двоюродных», и как возвращались из эвакуации…

– Мы ехали, – вспоминает Иосиф Кобзон, – в этом обычном телятнике, как мы его называли, товарном вагоне. Всей семьей возвращались из эвакуации из Узбекистана, о котором у меня остались самые, самые добрые воспоминания… А нахлынуло туда очень много, значит, людей.

И худрук московского театра «Современник» Галина Волчек тоже не один день фигурировала в выпусках телепроекта «Рождение Победы», поведав телезрителям о том, как жилось в эвакуации, о том, что тогда «мечта была, чтобы дядя Крючков прокатил на танке». Но доискиваться до основных источников великой Победы Галина Волчек не стала и сформулировала свою мотивацию на сей счет следующим специфическим образом:

– Даже как-то неловко вспоминать про войну потому, что была ребенком фактически. Но сегодня это не такой вроде уже маленький ребенок. Сейчас все это в нас в геометрической прогрессии изменилось. А тогда мы были детьми абсолютными. Ничего толком не соображали. Поэтому неловко вспоминать о каких-то трагических днях в нашей истории, как нечто интересное…

Не стал касаться источников великой Победы и приглашенный в выпуск телепроекта «Рождение Победы» писатель Андрей Битов. Он лишь сдержанно сообщил телезрителям:

– С 1944 года, мне кажется, что было уже хорошо. Потому что блокада была снята, можно было вернуться домой…

От анализа истинных источников великой Победы советского народа над фашизмом уклонились и другие приглашенные «эксперты» в телепроекте «Рождение Победы». Иные же «эксперты» не преминули особо подчеркнуть при этом, что лично они или их родственники стремились в те годы поучаствовать в войне и мечтали попасть в ряды Советской Армии.

– Помню, у меня был друг, мы в прошлом году встречались с ним, Миша Хайкин, – делился с телезрителями певец Эдуард Хиль. – Он тоже из города Смоленска. Ему столько же лет, сколько мне. И мы с ним два раза пытались удрать на фронт…

Но тут же выяснилось, что во многих случаях, по свидетельству «экспертов» телепроекта «Рождение Победы», осуществлению юношеской мечты попасть в ряды Советской Армии во время войны препятствовали родные бабушки.

Не сказав ни слова об источниках великой Победы советского народа, поведала телезрителям драматичную и не менее душещипательную историю по сему поводу Элла Памфилова.

– Мой отец, – говорила правозащитница, – он был трудным подростком. Семья оказалась в эвакуации в Ташкенте. И в военные годы он мальчишкой мечтал сбежать на фронт. У него несколько раз это не получалось. И он начал с того, что стал убегать из дома и прибивался к стаям беспризорников, которые тусовались на ташкентских базарах. И моей бабушке, бабушке Наташе, приходилось надевать на себя паранджу и искать его по ташкентским базарам.

«Эксперту» телепроекта «Рождение Победы», обозревателю «Новой газеты» Вячеславу Измайлову понадобилось целых два дня, чтобы многократно рассказать телезрителям о том, как его отец осуществил свою мечту и все же попал в ряды Советской Армии. Поначалу, правда, и его родная бабушка воспрепятствовала реализации мечты отца. Но отец не терял надежды стать военным и достиг своего.

– Они жили в Махачкале, – говорил телезрителями Вячеслав Измайлов. – Туда было переведено во время войны пограничное училище из Ленинграда. И вот мой дедушка по отцу, он был директором «Маслопрома» Дагестана. Он, хотя отец не имел еще среднего образования, устроил отца, как говорится, по блату в это училище. Отец окончил военное училище, стал лейтенантом. После этого отец служил здесь в училище. У отца был абсолютный слух, он научился играть на трубе и был ротным запевалой…

Надо сказать, что многие «эксперты» телепроекта «Рождение Победы» отведенное им время наловчились использовать для изложения семейных жилищно-бытовых проблем своих родственников в годы войны, избегая, таким образом, необходимости говорить об истинных источниках великой Победы.

Депутат Госдумы Виктор Похмелкин, к примеру, детально поведал телезрителям, как в конце 1944 г. семья его деда «вернулась из эвакуации из Чувашии в Москву в свою квартиру на Войковской и вот с удивлением обнаружила, что в одной из комнат поселили семью из десяти человек…»

Артист Лев Дуров в телепроекте «Рождение Победы» посвятил одно из своих пламенных выступлений тому, как он жил в военные годы в коммунальной квартире с одним-единственным туалетом.

– Вот вы знаете, – доверительно сообщил телезрителям Лев Дуров, – я в очень длинной коммуналке жил… Это очень плохо! Это двенадцать счетчиков. Но, как ни странно, у нас не было ни разу ни одного скандала в нашей коммуналке. Она была очень длинная и, извините, туалет был один на всех. И я не помню, чтобы кто-то выяснял отношения, тем более скандалил.

Несколько оживились высказывания «экспертов» телепроекта «Рождение Победы», когда речь зашла о проведенной по Москве в 1944 г. огромной колонне пленных немцев.

– …Не в очень хороших условиях ночевали где-то под Москвой пленные немцы и одеты были плохо, – посетовал «эксперт», почетный директор института США и Канады Георгий Арбатов и тут же заметил: – Сердобольные люди все-таки русские. Женщины некоторые, я видел из окна, как приходили и кусок хлеба совали там проходящим в колонне…

Актер Лев Дуров в очередном своем монологе в телепроекте «Рождение Победы» по этому поводу тоже сказал от себя:

– Меня однажды рассердил один немец, который выступал по телевидению и сказал, что когда они проходили по Садовому кольцу, то крики были и люди кидали в них камни. Полная чушь! Была гробовая тишина. Гробовая! Только этот звук деревянных подошв я помню и такой лямкающий звук был. Это они все были обвешаны консервными обожженными банками. Почему-то котелков было у них мало, а больше вот этих консервных банок…

Приглашенный в телепроект «Рождение Победы» писатель Аркадий Арканов согласился:

– Ну, конечно, не бросали, не кидали в них ничем. Потому что было все очень строго, – и подчеркнуто, многозначительно, особенным тоном добавил: – Но то, что кричали, не дай Бог это еще раз услышать!

Последнюю фразу Аркадий Арканов произнес, яростно осуждая наш народ, с нескрываемым ужасом и боязнью столкнуться с подобной ситуацией в перспективе.

Я тогда подумал: что же так сильно потрясло и напугало писателя Аркадия Арканова тогда на Садовом кольце в 1944 г.? При каких воображаемых и ожидаемых им катаклизмах в нашей стране ныне он опасается столкнуться с аналогичным проявлением такого же отношения коренного трудового народа к своему исконному, гнусному, коварному врагу, приведшему наших людей к роковой черте?

Каждодневно слушая по телевизору многократно повторяющиеся вот такие выступления «экспертов» в выпусках телепроекта «Рождение Победы», я пришел к выводу, что мой давний знакомец – боевой заслуженный генерал, прошедший в сражениях с немецкими оккупантами путь от Сталинграда до Берлина, был абсолютно прав, предсказывая, что будет замалчиваться в выпусках телеканала НТВ.

Действительно, ни один из «экспертов» телепроекта «Рождение Победы» не сказал о таких основных источниках Победы над фашизмом, как советская власть, социалистическая экономика, дружба народов, морально-политическое единство советских людей, организующая и руководящая роль Коммунистической партии, ее руководителя и Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина.

Ни в какой из дней выпусков телепроекта «Рождение Победы», ни от одного из приглашенных на НТВ «экспертов» я не услышал рассказа о решающих, победоносных, исторических сражениях Советской Армии на фронтах Великой Отечественной войны. Точно так же, как не услышал от приглашенных в телепроект «экспертов» о героическом трудовом подвиге советских людей на заводах, фабриках, в колхозах и совхозах, обеспечившем победу советских войск на фронтах сражения с немецкими захватчиками. И, само собой, ничего не было сказано о выдающемся вкладе в победу сталинских маршалов, генералов и адмиралов.

Больше того, «эксперты» телепроекта «рождение Победы» не упомянули даже рядовых прославленных героев великой Победы: Молодогвардейцев, Александра Матросова, Зою Космодемьянскую, Николая Гастелло и многих, многих других…

Размышления мои прервал телефонный звонок того же давнего моего знакомца – боевого заслуженного генерала, прошедшего в сражениях с немецкими оккупантами путь от Сталинграда до Берлина.

– Ну что, – сказал генерал, – вы теперь убедились, как антисоветские, просионистские элементы беспардонно, нагло и цинично «тащат на горшок» даже всемирно-историческое событие, каковым является великая Победа советского народа в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов, коль это событие не срабатывает на их корыстный, племенной, местечковый, расистский интерес?

Везучий генерал в заезженной колее

Юные жуковцы столицы встретились с нахимовцами и суворовцами разных поколений[1]

В добротном, роскошно оформленном приглашении на эту встречу с изображением ордена «Победа» ее организаторами извещалось, что оная посвящена «победоносной битве за Москву и 101-й годовщине со дня рождения Маршала Победы Георгия Константиновича Жукова». Но на сцене Колонного зала почему-то не было ни красных боевых знамен, под которыми воевали прославленный полководец и его боевые соратники, ни другой какой-либо советской символики. И лишь справа от сцены, в затемненном далеком углу за колоннами, кто-то этак небрежно накинуто на перекладину-загородку полотнище красного флага с изображением барельефа В.И. Ленина, на манер того, как затурканная хозяйка бросает во дворе на забор для просушивания застиранные половики или мужнины портянки.

Удивляло и то, что у стайки мальчишек-жуковцев, поднявшейся на подмостки, поверх белых сорочек были повязаны траурные черные галстуки, а не привычные для всех нас красные пионерские.

Но в особенности поразила присутствующих речь председателя Комитета памяти Маршала Советского Союза Г.К. Жукова дважды Героя Советского Союза, генерал-полковника М.П. Одинцова. Ожидалось, что Михаил Петрович подробно расскажет юным жуковцам о том, каким убежденным коммунистом до конца дней своих был Маршал Советского Союза Г.К. Жуков, как он самоотверженно, мужественно защищал Советскую власть на всех фронтах.

Ан нет! Не упомянув ни слова (?!) о Георгии Константиновиче, генерал-полковник без тени скромности и смущения бодро предложил подрастающему поколению в качестве образца, с кого делать жизнь, не Маршала Г.К. Жукова, а себя лично.

– Большинство детей еще практически не определилось в выборе своего будущего, – назидательно сказал генерал. – И вот, дорогие дети, мальчики и девочки, юноши и девушки, чем раньше вы определитесь, тем большего вы достигнете. А для того чтобы достичь чего-то в жизни, надо от многого отказаться во имя выбранной цели… Вот меня тут представили, что я теперь дважды Герой Советского Союза. Но ведь за моей спиной не одна сотня летчиков, подбитых в бою. Я посчитал, и получилось, что я пережил три с половиной дивизии летчиков. Мне повезло, посчастливилось, оказывалось доверие… Это подтверждает еще раз, что моя дорога в жизни выбрана правильно, своевременно, и всё, что мог сделать, я сделал, как можно лучше…

Не преминул при этом почтенный генерал – наставник детей и юношества – с гордостью сообщить им, что он был также удостоен величайшей чести для солдата – нести Знамя Победы на параде на Красной площади 9 мая 1995 г. Это когда на трибуне Мавзолея, возвышаясь над ядовито-зеленой тряпкой, трусливо закрывающей бессмертное слово «Ленин», вальяжно стоял разрушитель Советского Союза Ельцин. А у подножья Мавзолея Клинтон любовался проходящими мимо рядами престарелых нищих ветеранов бывшей Советской Армии, милостиво обряженных новыми властями в одинаковые, незатейливые, казенные, серые обновки.

И слушая всё, что вещал генерал-полковник Одинцов о собственной удачливости, при этом умудрившись бесцеремонно обойти признанную всем миром выдающуюся роль Коммунистической партии в Победе советского народа в Великой Отечественной войне с фашизмом, я подумал: «А не есть ли эта политическая эквилибристика очередным посильным, угодливым вкладом ловко и вовремя “перелицевавшегося” советского генерала в манипуляции власти? В растаскивание, размытие коммунистической идеологии и переподчинения наших моральных ценностей правящему режиму, от чего новые власти получают огромную прибавку к рычагам воздействия и давления на сознание покоряемого ими доверчивого народа? И не кощунственно ли со стороны многоопытного генерала втравлять в свои сомнительные политические игрища даже малолетних, чистых сердцем и душой детей?»

Нет сомнений, что на сей счет сказали бы три с половиной дивизии летчиков – сталинских соколов, «стоящих за спиной» генерал-полковника, ценою своих юных, кристальных жизней, защитивших социалистическую Родину, которых на долгие годы посчастливилось «пережить» везучему М.П. Одинцову!..

Жучки-ломехузы

Август 1997 г.[2]

В предлагаемой вниманию читателей главе книги рассказывается о том, как загодя, планомерно, последовательно и тщательно скоординировано антирусскими подрывными силами иноземцев и доморощенными предателями – коллаборационистами пятой колонны готовился захват кремлевской власти и развал великого государства, раскрывается также механизм подготовки и использования враждебными нам силами агентов влияния на территории нашей страны.

Буэнос-Айрес. Мужчина с парализованной рукой и его спутник с огромной мясистой бородавкой на носу идут по городской набережной.

– Насколько разобщены сейчас ответвления бывшей КПСС в России и в других бывших союзных республиках СССР? – спрашивает мужчина с парализованной рукой. – Не наблюдается ли тенденция к их объединению?

– С тех пор, как я докладывал вам, состояние дел в коммунистическом движении на территории бывшего Советского Союза не изменилось практически никак, – говорит мужчина с бородавкой на носу. – И сейчас в России значится несколько компартий. Точно так же разобщены и идеологически разрознены несколько компартий на Украине, в Белоруссии, в Грузии и в других бывших союзных республиках…

– Что ж, пусть так и остается с разобщением компартий на территории бывшей супердержавы, – произносит мужчина с парализованной рукой. – И мы должны всячески препятствовать на данном этапе объединению разрозненных компартий в единый кулак.

– Мы так и делаем, – заверяет мужчина с бородавкой на носу. – И в будущем будем так действовать.

– Нежелательно и появление в руководстве компартий новых, молодых, одержимых возвышенными идеями коммунистов-ортодоксов, путающих нам карты в политической игре. Их туда и близко подпускать нельзя! Таких пламенных, бесстрашных, молодых коммунистических выдвиженцев – истинных защитников народных интересов следует беспощадно душить на корню руками беспринципных бывших членов ЦК КПСС и нашим огульным компроматом. Никакого Данко не должно вылупиться из среды аборигенов.

– Ситуацию с расстановкой руководящих кадров в компартиях держим под нашим неустанным контролем! – говорит мужчина с бородавкой на носу.

– А все, что происходит в самих нынешних компартиях, должно быть по возможности отталкивающим и непривлекательным для быдла: рутинные, заорганизованные съезды, рутинные пленумы, сплошное губошлепство, ничего для сердца и души, и никаких революционных призывов к свержению нашего эксплуатационного режима!

– Так, в основном, после августа 1991 года и происходит в компартиях на территории бывшего СССР, – поясняет мужчина с бородавкой на носу.

– Еще не хватало, чтобы растущее недовольство нами обнищавших аборигенов и их повсеместные выступления-протесты возглавили нынешние руководители компартии! – восклицает его собеседник.

– Такую взрывоопасную смесь никак нельзя допустить, – соглашается мужчина с бородавкой на носу.

– А теперь к конкретике задач на ближайший период! Задача первая. Приход коммунистов к власти в этой стране в ближайшее обозримое время неотвратим! Даже парламентским путем… И посему нам надо развернуть интенсивную работу по дополнительному внедрению во все структуры нынешних коммунистических партий бывших союзных республик СССР, в том числе в России, наших агентов влияния и агентов влияния длительного оседания. Именно в структуры компартий! К агентам влияния я отношу бывших членов Политбюро и секретарей ЦК КПСС, министров, генералов КГБ, МВД, руководящих работников Генеральной прокуратуры и всякой шушвали поменьше. Они верно нам служили в советский период, и в период так называемой демократизации страны, в период Ельцина, эта вся категория наших прислужников преспокойненько перекочевала в частный сектор: коммерческие банки и разного рода бизнесменовские конторы-фирмы. Так вот эта категория людей должна легализовать себя сейчас прежде всего в различных структурах – ответвлениях компартий на всей территории бывшего Советского Союза. И как только коммунисты вновь вернуться в Кремль, эти наши проверенные временем агенты влияния должны тут же перекочевать во вновь образованные структуры кремлевской коммунистической власти. К этому времени, естественно, коммунистическая партия станет объединенной, и наши агенты влияния, закаленные, проверенные и выученные нами, как действовать в любой обстановке, должны снова всплыть в Центральном комитете обновленной, объединенной коммунистической партии, правящей на всей территории СССР. И, конечно же, эта категория наших агентов влияния высшей профессиональной выучки должна захватить в обновленной компартии верховные ключевые посты.

– С этими агентами влияния все ясно, – произносит мужчина с бородавкой на носу.

– Теперь об агентах влияния длительного оседания в этой стране, сориентированных исключительно на проникновение в коммунистические структуры, – произносит мужчина с парализованной рукой. – Эту категорию агентов влияния надо формировать из самых юных наших воспитанников, способных, верных служек нашей идеи. Их активная подрывная деятельность в этой стране потребуется нашему движению лет этак через 30–40. Они должны быть подготовлены для автономной, самостоятельной деятельности. И по нашему сигналу в будущем они должны действовать изолированно друг от друга. В ближайший же отрезок времени до активного своего задействования эти агенты влияния длительного оседания должны преспокойненько вписаться в среду аборигенов этой страны: учиться, продвигаться по службе, делать себе карьеру, жениться, оплодотворяться и ждать нашего сигнала к действию… Само собой, особо отмечу, что эти наши агенты влияния длительного оседания в коммунистических структурах должны на ранней стадии проникнуть в ряды коммунистической партии и к зрелому возрасту, когда они потребуются нам уже как активные борцы подрывного фронта в этой стране, они должны занимать ключевые позиции во властных структурах коммунистической партии. А компартия, надо полагать, и на этот раз останется, как и прежде, руководящей, направляющей и организующей силой социалистического государства.

– И в отношении агентов влияния длительного оседания в этой стране все ясно, – говорит мужчина с бородавкой на носу.

– Задача вторая, – произносит мужчина с парализованной рукой. – В этой разноголосице мнений коммунистов бывшего Советского Союза наши люди, оставшиеся в компартиях и сейчас имитирующие повышенную политическую активность, должны перехватить идеологию. Они должны призывать на патриотических митингах, собраниях и всяких форумах аборигенов ни к какой-то там борьбе с ельцинским режимом в России и подобными режимами в других бывших союзных республиках, а должны призывать, как об этом вещал и обучал их Ленин, к полноценной пролетарской, социалистической революции. Социалистической же революции, как опять же наставлял их Ленин, должна предшествовать полноценная буржуазно-демократическая революция. А буржуазно-демократическая революция в России, мол, сейчас невозможна без наличия настоящей доморощенной буржуазии взамен всплывших на политический Олимп березовских, гусинских, смоленских и прочих казнокрадов-компрадоров. А поэтому, дескать, надо призывать рядовых коммунистов взрастить поначалу собственную полнокровную, отечественную буржуазию, которая в свою очередь породит новый, настоящий пролетариат – могильщика новоявленной буржуазии. Затем можно, мол, провести буржуазно-демократическую революцию и только потом приступить к пролетарской социалистической революции. А для осуществления всего этого времени быдлу потребуется ой как много! Что нас, безусловно, и устраивает! Вот что должны вещать и пропагандировать наши люди и затягивать при этом как можно туже узел терпения у быдла… И реализуя такую вот уловку для быдла, наши пропагандисты – коммунистические партийцы, должны для вящей убедительности непременно многократно ссылаться на Ленина и других их идеологических авторитетов. Быдлу это нравится!

– Принята к исполнению и вторая задача! – говорит мужчина с бородавкой на носу.

– А теперь о существе третьей задачи, – продолжал мужчина с парализованной рукой. – Надо подобрать из числа подполковников, в крайнем случае полковников бывшей структуры КГБ СССР, но ни в коем случае не из среды генералов КГБ, верного нам служаку. Желательно, чтобы тот поддерживал сейчас тесный контакт с каким-либо ответвлением компартии России, имитировал определенную политическую, патриотическую активность и которой бы публично аргументированно обличил всю негодность прежней структуры КГБ: ее идеологическую уязвимость, структурное несовершенство, порочную систему отбора кадров, что и привело к невыполнению этой всемогущей системой функций защиты целостности и безопасности Советского Союза. Пусть это все подполковник или полковник с нашей помощью разложит по полочкам и публично выступит с инициативой создания новой модели будущей спецслужбы госбезопасности воссоздаваемого Советского Союза, в которой напрочь исключались бы изъяны прежнего КГБ. Таким образом этот подполковник или полковник в один момент, оттолкнувшись от предавшего присягу и жирующего ныне в бизнесе бывшего генералитета КГБ СССР, подымается на недосягаемую высоту в глазах быдла. И с приходом к власти в Кремле коммунистов он, безусловно, будет приближен к нам и назначен на одну из ведущих должностей в новую спецслужбу госбезопасности, а то и возглавит ее в этой стране. Иными словами, наш человек, как и прежде, окажется в центре формируемой новой системы госбезопасности наших врагов.

– Выполним и эту задачу! – заверяет мужчина с бородавкой на носу. – Позвольте лишь вопрос: реализация этих трех задач должна координироваться независимо друг от друга отдельными личностями и центрами?

– Нет, – отвечает мужчина с парализованной рукой. – Выполнение всех этих сугубо секретных задач, координацию отдельных операций по ним пусть берет на себя Нина Самойловна. Тем более что мы планируем прервать ее пребывание на грешной земле. Это будет походить на несчастный случай.

Москва. Корнев входит в редакционный кабинет Матвеева.

– Тебе пакет, – произносит Матвеев, протягивая Корневу запечатанный большой пакет. – Откуда и от кого – неизвестно…

– Сейчас поглядим! – говорит Корнев и вскрывает пакет. – О, тут копии каких-то финансовых документов… Это опять прислал, видимо, тот прежний загадочный аноним!

– Какой? – спрашивает Матвеев. – У тебя их так много…

– Ну тот, который до этого прислал мне списки псевдодемократов-масонов, досье на бывших членов Политбюро и секретарей ЦК КПСС, навел меня на поставки из России за рубеж славянской младенческой крови и препаратов на ее основе… И это от него пришло!

– Он тебе что-нибудь пишет? – спрашивает Матвеев.

– Нет, – листая содержимое пакета, произносит Корнев. – Лишь на клочке бумаги, как прежде, тщательно выведенное фломастером слово «Зет»… А что оно означает, это слово? Не ясно. Может фамилию?

Корнев вчитывается в бумаги.

– О, тут что-то взрывное, Женя! – восклицает Корнев. – Это копии счетов в зарубежных банках нынешних правителей России – известных псевдодемократов… И откуда только они у этого анонима?

Москва. Нина Самойловна и мужчина с огромной мясистой бородавкой на носу идут по аллее Измайловского парка.

– Итак, Нина Самойловна, кроме всего остального, вам необходимо незамедлительно приступить к выполнению и этих трех важных для нас сейчас задач, – завершает разговор мужчина.

– Мы готовы их выполнить! – твердо говорит Нина Самойловна. – До предела нашпигуем структуры нынешних разрозненных коммунистических партий нашими агентами влияния разных категорий с учетом предстоящего развития событий в этой стране. Перехватим идеологию у патриотов-коммунистов и повернем ее для быдла в нужном нам направлении. И, конечно же, подберем подходящего подполковника или полковника из бывших служак КГБ, и он озвучит на весь мир о своем недавнем элитном пристанище ту чернуху, которую мы ему подскажем…

Корнев и Матвеев идут по коридору редакции газеты.

– Только что позвонил мне один гражданин… – произносит Корнев. – Попросил срочной встречи. И мы договорились…

– Какую-то важную информацию предлагает? – спрашивает Матвеев.

– Похоже, – отвечает Корнеев, улыбаясь. – Что любопытно, Женя! Я спросил: «Как я вас узнаю?». А он отвечает: «У меня на носу огромная мясистая бородавка!»

Милашевич в гостиничном номере-люксе Нины Самойловны.

– Прежде чем согласуем мы с тобой, Сережа, кандидатов в наши агенты влияния, которых мы собираемся дополнительно внедрить в структуры действующих ныне разрозненных компартий, ты мне, пожалуйста, представь перечень этих организаций и их привязку к бывшим союзным республикам, – говорит Нина Самойловна. – И, не откладывая, приступай к подбору полковника или полковника из бывшего КГБ СССР, который понесет хулу на своих недавних хозяев и предложит новую, более совершенную модель системы госбезопасности социалистического государства. А перехватом идеологии у коммунистов-патриотов займется Щербаненко…

– Хочу уточнить, Нина Самойловна, относительно особой категории наших агентов влияния длительного оседания в коммунистических структурах на территории бывшего Советского Союза, – произносит Милашевич. – Их количество и распределение по компартиям бывших союзных республик вы еще уточните?

– Да, – подтверждает Нина Самойловна. – И потом посмотри, Сережа, что происходит с реализацией запланированного нами темпа роста смертности быдла. В особенности из числа русских!.. Ведь срываем выполнение даже минимальных показателей! Мы что, не управляем медициной! Наших людей нет в Минздраве? Или наши эскулапы разучились, когда надо, инфицировать, заражать и отравлять неугодных нам? Или, может, быдло не толпится в очередях, чтобы попасть на прием к врачевателям?.. Ведь стыдно сказать: за целый год население России сокращается всего лишь на каких-то там 2 миллиона!.. За такую работу Центр нас по головке не погладит!

– Так что, Нина Самойловна, преднамеренно подтравливать аборигенов? – спрашивает Милашевич.

– Да, да, травить! – восклицает Нина Самойловна. – Травить, Сережа! Коль быдло не торопиться естественным путем уходить в мир иной, надо ему помочь. Ведь даже искусно нами задействованная безработица, задержка зарплаты и нищета не дают эффекта прореживания ненавистного быдла. И тут в дело должен пускаться весь медицинский арсенал: инъекции, таблетки, порошки, микстуры, облучения… Но чтобы не было никакой засветки и никаких подозрений в наш адрес!

– Я сегодня же распоряжусь по нашим каналам! – чеканит Милашевич.

Корнев и мужчина с огромной мясистой бородавкой на носу идут по проселочной дороге вдоль лесополосы. Посматривая на Корнева и приветливо улыбаясь, его спутник произносит:

– Скажу вам сразу прямо, Валерий Иванович: вас, вашу жизнь и сопутствующие вам обстоятельства я знаю, как говорится, издавна и досконально. Может, даже некоторые подробности, касающиеся вас, я знаю лучше, чем вы сами, если они, эти подробности, вообще вам ведомы. Могу перечислить буквально все ваши публикации и в советский период, и при нынешнем оккупационном режиме в нашей стране. Могу привести мельчайшие детали рассмотрения ваших критических публикаций, в частности по Краснодарскому краю, на заседании Политбюро ЦК КПСС. Могу рассказать при этом, как на одном из ваших фельетонов, опубликованном в газете «Правда», начертал размашистую резолюцию сам главный идеолог партии Суслов и на следующий день Секретариат ЦК одобрил все ваши публикации по данному региону. После чего слетел вечный первый секретарь крайкома, имевший через свою жену прямой выход на Генсека в любое время дня и ночи. А один из функционеров ЦК КПСС даже сделал карьеру на ваших публикациях и нежданно-негаданно стал первым секретарем крайкома КПСС и чуть позже взлетел даже до высшего эшелона власти. Мог бы вам сообщить о подробностях разбирательства в Политбюро ЦК КПСС вашей публикации и по золотодобывающей мафии-спруту, когда вы вышли на активно действующую в СССР под носом у всемогущего КГБ подпольную антисоветскую партию и целую разветвленную систему подрывных сил, форсированно и безнаказанно готовящихся свалить Советский Союз. А ведь тогда, на том заседании Политбюро далеко не все его члены, широковещательно объявляющие себя на каждом шагу верными ленинцами, поддержали ваши неоспоримые выводы. Но одобряющее постановление по вашей принципиальной публикации все же вышло в свет и появилось в печати.

– Да, такое было… – в раздумье произносит Корнев.

– Могу перечислить ваши принципиальные публикации и по проблемам сегодняшнего дня, которые позволяют поглубже осмыслить трагические события, происшедшие с нашей страной в августе 1991 года.

– Я вам признателен за высокую оценку моего скромного вклада… – говорит Корнев. – Но, простите, с кем имею честь?

– Вопрос правомерен, – произносит собеседник Корнева. – И я вам сейчас отвечу. Но прежде спрошу вас. Вам доводилось получать пакет со списками псевдодемократов-масонов?

– Да, – настораживаясь, подтверждает Корнев.

– А пакет с досье на бывших членов Политбюро и секретарей ЦК КПСС, предавших свой народ? – спрашивает мужчина.

– Получал, – все так же настороженно говорит Корнев.

– И получали документы, подтверждающие поставку из России за рубеж славянской младенческой крови и препаратов на ее основе?

– Верно, – сдержанно соглашается Корнев.

– При этом, наверное, не могли не обратить внимания на слово «Зет»? – продолжает мужчина.

– Так это вы? – восклицает Корнев.

– Да, эти и другие документы направлял вам я, – говорит мужчина. – И вы блестяще их использовали в своих публикациях.

– Но, извините, при всем при этом нет ответа на вопрос: кто вы? – произносит Корнев.

– Для начала отвечу несколько косвенно… – говорит мужчина. – В одной из своих публикаций, нашумевшей на весь мир, вы засветили уникальную стратегическую операцию, проведенную сионистами еще в 1038-1940 годах, по заброске в глубокий тыл Советского Союза 100 важных перспективных агентов влияния длительного оседания. Задание у них было одно – прибыть в вашу страну и залечь на «дно» на долгие годы. Надежно обосноваться в своем регионе, укорениться и постепенно продвигаться к высокому положению в комсомоле, ВКП(б), государственных, военных, разведывательных и контрразведывательных органах. И только тогда, сколько бы лет ни прошло, должно было последовать им указание – как надо поступать… То есть тогда, когда потребуются их действия в стратегическом направлении по окончательному слому Советской системы. И этот роковой час, как известно, наступил! Результат вероломных, коварных действий внутренних и внешних врагов против нашей страны налицо! Так вот, Иосиф Виссарионович Сталин знал о таком засыле в нашу страну их агентов влияния длительного оседания. И все возможные контрдействия против наших исконных врагов предпринимал. О себе скажу вам, Валерий Иванович, что и я удостоился чести и доверия быть задействованным в такого рода особо секретных, многолетних разведывательных и контрразведывательных программах. И я лично с Иосифом Виссарионовичем встречался трижды… Первый раз – в апреле 1949 года, когда я был студентом. Он деликатно расспрашивал меня о погибшем на фронте отце. Говорил о тех сложностях, которые предстоит преодолеть советскому народу, залечивая раны от войны. Интересовался моими взглядами, планами на будущее. И с той первой встречи, запомнившейся мне на всю жизнь, я понял, какая огромнейшая ответственность лежит на каждом из нас, на каждом гражданине СССР за судьбу своей Родины. И что нет и не будет во веки веков никому и ни при каких условиях никакого оправдания и прощения, если не будет выполнен сполна этот святой долг перед Отчизной… Вторая моя встреча с Иосифом Виссарионовичем состоялась уже в августе 1952 года. Тогда я прилетел на встречу с ним с Ближнего Востока. И мне было о чем ему доложить. К тому времени и вышел в свет труд Иосифа Виссарионовича об экономических проблемах социализма в СССР, в котором говорилось о неизбежности усиления классовой борьбы по мере приближения к коммунизму. И, как я сейчас четко помню, длительный разговор у нас шел с ним о возможных грозящих опасностях нашему социалистическому государству и мерах противодействия замыслам наших врагов. И должен сказать, что Иосиф Виссарионович и тогда уже особое внимание уделил такому варианту развития событий в нашей стране, как вероятная контрреволюция и реставрация капитализма. Признаться, я даже удивился и сказал: «Товарищ Сталин, но как это может произойти?» – «Может!» – твердо проговорил Иосиф Виссарионович. А я по молодости лет не унимался: «Ведь Советский Союз только что одержал величайшую победу над фашизмом и наш народ занят созидательным трудом…» Иосиф Виссарионович меня прервал. «Уязвимость централистской пирамиды власти Советского государства, – сказал он, – вертикальной иерархии нашей партии позволяют при захвате вершины пирамиды, и тем более нескольких руководящих высот, контролировать весь его колоссальны монолит. И если этот захват со временем осуществят наследники Троцкого, Бухарина, Каменева, Зиновьева и им подобных под началом мирового сионизма, то контроль сведется лишь к поэтапному форсированному ее разрушению с использованием существующих структур власти и передачей их под контроль нашего стратегического противника». И Иосиф Виссарионович сказал, что классовая борьба в нашей стране и во всем мире в ближайшей перспективе будет лишь усиливаться и ожесточаться. Что, консолидируясь, наши внутренние и внешние коварные и лицемерные враги – всегдашние заговорщики в очередной раз попытаются осуществить захват власти в нашей стране и закабалить советский народ. Что для реализации своих вероломных планов наши враги, ростовщики-кровососы и тайные убийцы, прибегнут к огульному, массированному очернительству достижений социализма, Советской Армии, Советской власти, и в особенности русского народа, как народа государствообразующего. Что наши оголтелые недруги, предатели-иуды начнут повсеместно провоцировать межнациональные конфликты, сепаратизм и гражданскую войну, стремясь во что бы то ни стало разрушить не только великий Советский Союз, но и Российскую Федерацию… И тогда я сказал Иосифу Виссарионовичу: «Товарищ Сталин, если все так обстоит серьезно, то может оправданно обратиться непосредственно к народу и поднять его на борьбу с грозящей опасностью? Как в минувшую войну?» – «Этого делать сейчас нельзя… – в раздумье произнес Иосиф Виссарионович. – Наш народ имеет огромнейший исторический опыт борьбы с внешним врагом. Преумножил он этот свой бесценный опыт поединка с внешним врагом и разгромом в Великой Отечественной войне германско-японских супостатов. И всегда этот внешний наш враг был четко обозначен. Но наш гордый, мужественный народ, прошедший через многие войны и всегда побеждавший, не готов сейчас к психологической войне с врагами особой породы – потенциальными ренегатами, оппортунистами, конформистами и коллаборационистами, закамуфлированными ныне под неистовых партийцев-коммунистов, министров, академиков, генералов, режиссеров, писателей, поэтов, журналистов… которые живут среди трудового народа, шикуют, высасывают все соки из него и ждут сигнала из своего главного подрывного сионистского центра, когда следует половчее нанести смертельный удар ножом в спину этому же самому трудовому народу, цинично провозглашая при этом лозунг «Вся власть Советам!» И Иосиф Виссарионович сравнил этих патентованных политических проституток из русофобской пятой колонны с паразитами-жучками ломехузами, известными потрошителями муравейников… А третья моя встреча с Иосифом Виссарионовичем произошла в конце января 1953 года. Я был срочно вызван из Вашингтона. Иосиф Виссарионович сообщил мне о готовящихся крупномасштабных, активных мероприятиях по пресечению подрывных действий усиленно консолидирующихся антисоветских, антисоциалистических сил и о необходимости моего непосредственного участия в этих многоплановых важных операциях. Затем, обозревая общую ситуацию, высказал он и недовольство своим окружением по Президиуму ЦК КПСС. Дал нелестные, хлесткие характеристики отдельным его членам, склонным к отступничеству, интригам, а то и к прямому предательству коммунистических идеалов. А заговорив о руководителях силовых ведомств, и вовсе негативно о них отозвался: мол, случись в стране серьезная заваруха, сдадут все и вся без единого выстрела. «Товарищ Сталин, но есть же присяга!» – заметил я. «Присяга должна быть прежде всего не на бумаге, а в душе!» – резко проговорил Иосиф Виссарионович. И затем снова и снова возвращался к проигрыванию возможных вариантов на худший случай, если захват власти в Кремле все же удастся пятой колонне. И высказал соображение, что за один заход покорить страну Советов и ее народ у грассирующих кровососов не получится. Не тот, дескать, дух у советских людей, чтобы его сломать склизким лавочникам и ростовщикам, да и критической массы у них не хватит. Хотя, мол, страданий и бедствий нашему народу извечные любители поживиться за чужой счет принесут немало и при первом заходе… «А второго захода их на нашу страну допустить вообще нельзя…» – решительно заключил Иосиф Виссарионович. В тот же день я вернулся в Вашингтон. А когда в начале марта 1953 года к условленной дате я снова прилетел во Внуково, то в аэропорту по радио услышал: Иосиф Виссарионович при смерти… Так вот, Валерий Иванович, со всей ответственностью заявляю, что, потерпев поражение и не достигнув желанных целей при первом заходе, наши враги-сионисты уже сейчас крупномасштабно готовятся к новой попытке захвата нашей страны и закабаления нашего непокоренного народа. А если говорить конкретно, то на сегодня уже дополнительно засылаются во все структуры коммунистических партий бывших союзных республик агенты влияния разных категорий. И вы получите документальную засветку всех их, этих новобранцев-ломехузов, как и других старейших агентов влияния, орудовавших еще в КПСС. В ближайшее же время вы будете также снабжены обильной информацией, просвещающей наш народ и прогрессивную мировую общественность по части всей технологии свершившейся ползучей оккупации нашей страны. Люди должны знать, как и кем из вражьего стана вербовались наши бывшие советские руководители-предатели и их приспешники; кто, что, где и когда за это время успел награбить у трудового народа; кем и из каких мировых сионистских штабов координируется перманентный захватнический поход на нашу страну, их стратегические планы и ресурсы?.. Разоблачения этих политических бандитов, духовных диверсантов и грабителей должны идти одно за другим! Без передыху и промедления! Наши враги должны чувствовать себя как на раскаленной сковородке! Они должны по ночам просыпаться в ужасе от своего неминуемого разоблачения. Но и этого будет мало! Пик массового психоза и всеобщей взаимной подозрительности в этой тлетворной жиже – в стане наших исконных врагов, даже на уровне семей и кланов, наступит тогда, когда, как гром среди ясного неба, появится неопровержимая информация о том, что в недрах руководства главных сионистских центров десятки лет выполняют свой долг советские разведчики еще сталинского призыва!

В гостиничный номер-люкс Нины Самойловны входит Милашевич с бумагами в руке.

– Нина Самойловна, представляю план рассредоточения дополнительного контингента наших агентов влияния в структуры коммунистических партий, действующих ныне на территории бывшего Советского Союза, – говорит Милашевич и кладет бумаги на стол перед Ниной Самойловной.

Нина Самойловна просматривает бумаги.

– Потребуются существенные коррективы! – произносит Нина Самойловна. – Не надо дополнительно сосредотачивать так много наших агентов влияния в Москве и в столицах бывших союзных республик. В этих центрах верных нам агентов-волонтеров предостаточно. В будущем нам важно будет расширить и закрепить свое влияние в среде аборигенов прежде всего на периферии.

– Я внесу необходимые коррективы, Нина Самойловна, – заверяет Милашевич и кладет на стол перед Ниной Самойловной другие бумаги. – Представляю на ваше рассмотрение также список бывших старших офицеров КГБ, из которых мы должны подобрать ярого хулителя прежней советской системы госбезопасности и, возможно, будущего председателя нового КГБ, когда коммунисты снова вернутся в Кремль.

В гостиничный номер входит Бликин.

– Нина Самойловна, прошу прощения! – говорит Бликин. – Из Испании прибыли отпечатанные паспорта с двуглавым орлом на обложке. Вот экземпляр! – протягивает паспорт Нине Самойловне.

Та листает паспорт.

– Прекрасно! – восклицает Нина Самойловна. – Сбылась наша вековая мечта: графы в паспорте «национальность» – нет! Это даст возможность нашим людям, в том числе агентам влияния, раствориться среди аборигенов и получше мимикрировать. Велите Беспалому оперативно выдавать паспорта! А для начала пусть сам торжественно вручит их малолеткам…

– Представляю, как взвоют национал-патриоты в Думе, да и не только в ней! – замечает Милашевич.

– В Думе есть и наши депутаты! – парирует Бликин.

– Ничего, ничего! – успокаивает Нина Самойловна. – Быдло мы поставили перед фактом: паспорта отпечатаны, народные деньги потрачены… Так что аборигенам остается лишь смириться!

Корнев и Матвеев входят в кабинет главного редактора газеты Кулешова. В руке у Матвеева листы бумаги с машинописным текстом.

– Кирилл Антонович, есть материал в номер! – произносит Матвеев и протягивает бумаги Кулешову. – Валерий Иванович предлагает нашей газете фельетон о дополнительном засыле в структуры компартий, ныне действующих на территории бывшего Советского Союза, агентов влияния новой генерации…

– Ну-ка, ну-ка…– приветливо говорит главный и читает фельетон. – О, это очень серьезно!.. А почему без заголовка?

– Да вот хочу посоветоваться… – отвечает Корнев.

– А почему бы так и не озаглавить фельетон, как у вас сказано в тексте об этих агентах влияния: «Жучки ломехузы»? – спрашивает Кулешов.

– Согласен, – говорит Корнев.

Буэнос-Айрес. Мужчина с парализованной правой рукой и его спутник с огромной мясистой бородавкой на носу идут по аллее парка.

– Ну, вот! – раздраженно произносит мужчина с парализованной рукой. – Не успели вы вернуться из Москвы, как этот громовержец-фельетонист Корнев разразился новым своим разоблачительным опусом в наш адрес под издевательским названием «Жучки ломехузы»…

– Жучки ломехузы? – удивленно переспрашивает мужчина с бородавкой на носу. – Никогда ничего не слышал о таких жучках!

– Для непосвященных энциклопедист Корнев в своем опусе дает пространную справку об этой разновидности жучков-паразитов, потрошителей муравейников, – с сарказмом продолжает мужчина с парализованной рукой. – Корнев утверждает, что агенты влияния, внедряемые нами в различные структуры его страны, да и все мы с ними вкупе, похожи на этих самых жучков ломехузов. Что, мол, те точно так же забираются в муравейник, нарушают всю жизнь дружной муравьиной семьи и откладывают свои яйца в муравьиные куколки. Личинки же ломехузов, дескать, очень прожорливы, поедают муравьиные яйца и из плохо накормленных муравьиных личинок выходят муравьи-уроды. А сам муравейник, заключает Корнев, постепенно вымирает… И тут же Корнев недвусмысленно намекает на то, что в его страну вот-вот вползет целое новое полчище таких вот жучков ломехузов – вражьих агентов влияния разных полномочий и призывает соотечественников-патриотов беспощадно разоблачать и давить коварных паразитов-ломехузов в современном дьявольском обличье.

– Я этого опуса Корнева еще не читал… – произносит мужчина с бородавкой на носу.

– Сомнений нет! – распаляясь, продолжает мужчина с парализованной рукой. – Произошла утечка информации! Корнев, безусловно, обладает какими-то сведениями о готовящемся нами дополнительном засыле агентов влияния в его страну. Больше того, возможно, Корневу даже известно, что этих агентов влияния мы планируем внедрить именно в структуры коммунистических партий, действующих на территории бывшего Советского Союза. За эту утечку важнейшей информации полную персональную ответственность несет Нина Самойловна! Она и только она! И она не первый раз продемонстрировала нам свою недееспособность. Она не нейтрализовала в свое время, как ей было велено, разбойника пера Корнева, фактически сорвала поставку на Запад славянской младенческой крови в полном объеме и не обеспечила требуемый нами уровень вымирания населения на территории бывшего Советского Союза… С нею надо незамедлительно кончать! Передайте ее полномочия Фаине Зиновьевне и проведите тщательное расследование каналов утечки информации.

– Я сейчас же вылетаю в Москву! – бодро произносит мужчина с бородавкой на носу.

Теория и практика сионо-фашизма

Очередной переполох в сионистском кагале

– Престиж нашего племени, да и всего сионистского движения в глазах аборигенов мира, особенно русских, терпит ныне катастрофический крах! – с дрожью в голосе сходу выпалил при нашей очередной встрече раввин хоральной синагоги, еще более выпучив глаза навыкате и нервно подрагивая оттопыренной нижней губой. Абсолютно исчезла всякая толерантность к нашему племени! Никакой терпимости к чужим мнениям и верованиям!

– Откуда такая безысходность? – поинтересовался я, сразу поняв, что в их сионистском кагале какой-то очередной переполох.

– Ну, как же! – воскликнул раввин. – На протяжении тысячелетий, осваивая на планете Земля все новые и новые места нашего поселения и последовательно покоряя коренные народы иноземных держав, наши соплеменники неусыпно старались внедрить в сознание местных аборигенов и вдолбить в их задубелые головы светлый образ о нашем избранном племени как о людях-мучениках. Вечно бедствующих, страдающих, постоянно везде и всегда гонимых и преследуемых туземным быдлом… И во все предшествующие века проделывать такую вот изощренную психологическую обработку коренных народов в странах нашего поселения нашим соплеменникам всегда с успехом удавалось. Неизменно в глазах аборигенов рос наш престиж, авторитет, влияние, обаяние. Все это, естественно, способствовало ускоренному закабалению нами иноземных держав и их народов, а также, само собой, нашему обогащению. А изобретательно придуманная сионистами беспрецедентная мистификация с «холокостом» и вовсе превосходнейшим образом сработала в интересах нашего сионистского племени и решения стоящих перед нашими людьми стратегических задач на пути к всемирному иудейскому царствованию. Преувеличение же сионистами еврейских страданий во Второй мировой войне было важным и существенным моментом при создании сионистского государства Израиль. Миф о «шести миллионах погибших европейских евреях» наилучшим образом послужил психологическим оправданием крупномасштабной чистке, репрессиям и пыткам палестинского народа. Если бы не эта наша мистификация, мир никогда бы не позволил сионистам предпринять свою колониальную авантюру в Палестине в 1948 году. И если бы не эта мистификация, нашему племени бы не удалось представить дело таким образом, будто именно евреи пострадали больше других, и поэтому остальные народы обязаны испытывать чувство вины, каяться и возмещать те материальные убытки, которые понесли в войне евреи… А осознанно развалив Советский Союз, нашим соплеменникам опять же удалось представить дело так, будто при тоталитарном сталинском режиме пострадали исключительно наши соплеменники-евреи, и просионистские средства массовой информации во всю до сих пор афишируют евреев как ярых демократов, правозащитников и борцов за справедливость…И все, казалось бы, шло как по маслу! Предложенная нами версия об истинных страдальцах советского тоталитарного режима аборигенами этой страны воспринималась вроде бы спокойно. Подаваемую им посредством СМИ благостную информацию о наших соплеменниках аборигены заглатывали сполна без признаков какого-либо явного публичного неудовольствия…И вдруг такой реприманд неожиданный! Получается, что мы снова споткнулись на этой Святой Руси с этим православным чудищем, неизменно стоящем на нашем пути к всемирному иудейскому царствованию.

– Какой же это «такой реприманд неожиданный»? – спросил я.

– А вот такой, – последовал ответ, – что нынче в этой стране наших соплеменников в открытую, публично стали обзывать не иначе как «враги русского народа»! Ведь уже до чего доходит! На сайте Интернета «В десятку», который позиционирует себя как агентство русских новостей, наших известнейших соплеменников спискам преподносят мировому сообществу как исконных врагов русского народа. В этом списке оказались и глава Московской Хельсинской группы Людмила Алексеева, и журналист Марк Дейч, и директор антиэкстремистского центра «Сова» Александр Верховский, и руководитель фонда «Холокост» Алла Гербер, и директор московского бюро по правам человека Александр Брод… И так далее и тому подобное. Фигуранты списка называются «вражинами русского народа», которым «пощады быть не должно». На каждого из фигурантов списка составлено досье: указаны домашний адрес, телефон, паспортные данные. И все они цинично предупреждены, что фигурантам списка «имеет смысл опасаться за свое здоровье». Можно с уверенностью предполагать, что найдутся люди, которые захотят осуществить эти угрозы… Надо отметить, что это уже не первый подобный список. Подобные списки распространяли члены «Русского национального единства». В перечень «врагов русского народа» одного из таких списков вошли также первый президент России Борис Ельцин, экс-премьер Михаил Касьянов, действующие тогда министры здравоохранения и социального развития и экономического развития и торговли Михаил Зурабов и Герман Греф, оппозиционеры Гарри Каспаров и Никита Белых, правозащитники, журналисты… А регулярные систематические публикации в средствах массовой информации о растущей численности еврейских долларовых миллиардеров-олигархов, укравших сотни миллиардов из ресурсов русского народа, разве не нагнетают в головы трудовых низов русских аборигенов негатив против наших соплеменников? Разве не призываются при этом трудовые массы русских аборигенов к социально-политическому взрыву в этой стране против нас – новоявленных врагов русского народа?.. А что в открытую творится сейчас в этой стране? Наших почтеннейших известных и уважаемых во всем цивилизованном мире еврейских миллиардеров-олигархов Романа Абрамовича, Михаила Фридмана, Виктора Вексельберга, Леонида Михельсона, Бориса Березовского, Вячеслава Кантора, Давида Давидовича, Валерия Когана, Владимира Когана, Александра Лейвимана, Александра Гительсона, Александра Геллера, Владимира Кремера, Юлия Шефлера, Иосифа Шапиро, Владимира Кацмана, Владимира Гусинского, Леонида Фридлянда, Леонида Невзлина, Александра Лифшица, Александра Каца, Александра Фраймана и многих других наших миллиардеров и миллиардерш, миллионеров и миллионерш аборигены из трудовых низов безнаказанно направо и налево оскорбительно называют ненасытными кровососами, мерзкими ворюгами, грабителями с большой дороги, да и просто обыкновенным жульем – мелкотравчатыми наперсточниками…

– И что все это значит? – спросил я?

– А значит все это то, – тяжело вздохнув, сказал раввин, – что наше сионистское дело на сегодня – швах! Гиблое наше дело на данном этапе, говоря иными словами!

– Зачем же так отчаиваться? – не без сочувствия проговорил я.

– Если же учесть, – продолжил раввин, – что за время активного дармового оприходывания нашими людьми общенародной собственности и денежных средств этой страны после августа 1991 года каждым из наших соплеменников автоматически и официально задокументированы на себя достоверные весомые вещдоки, то Генпрокуратуре лишь остается, не мешкая, приступить к исполнению своих прямых обязанностей: немедленно возбуждать в массовом порядке уголовные дела за экономические преступления и требовать у суда для фигурантов «вышку». Ведь в советские времена за хищение всего лишь 100 тысяч рублей государственных средств граждан приговаривали к расстрелу. Не ровен час в этой стране снова возобновят казни за подобные деяния!

– Не надо так убиваться! – сказал я. – Выход из сложившейся ситуации до примитивности прост. Пусть ваши соплеменники лишь вернут награбленное нашему трудовому народу, и никакой вышки никому из них не будет. Более того, люди труда нашей страны даже по достоинству оценят такой вот жест со стороны вашего племени.

– Что вы, что вы, мой хороший добрый друг! – в сердцах запричитал раввин. – В практической деятельности нашего сионистского движения ничего такого подобного не предусмотрено. В каждой иноземной стране нашего поселения мы всегда только все берем, но никогда никому ничего не отдаем. Так наших соплеменников наставлял еще мудрейший Моисей!

– Так какой же вариант решения возникшей перед вашим племенем проблемы вас бы устраивал? – спросил я.

– А такой, – лукаво ухмыльнулся раввин, – чтобы, как говорится, и волки, то есть наши люди, остались бы сытыми, и овцы, то бишь туземные русские аборигены, утихомирились бы. Иной вариант решения проблемы, когда наши соплеменники лишились бы в одночасье тех богатств, которые они ловко себе оприходовали, разваливая Советский Союз, нас никогда не устроит!

– Ваше сионистское движение располагает методологией разрешения возникшей для вас нынешней проблемы на постсоветском пространстве именно таким образом? – спросил я.

– Располагает, – подтвердил раввин.

– Если это так, – сказал я, – то почему же ваши соплеменники не применили эту самую методологию ранее и допустили развитие событий до того, что вас в открытую здесь стали обзывать врагами русского народа?

– Это принципиальная ошибка наших соплеменников, азартно увлекшихся оприходыванием дармового богатства развалившегося Советского Союза и не проявивших должного внимания психологической обработке трудовых масс коренных народов этой страны, – пояснил раввин. – Наши соплеменники ошибочно полагали, что главное после августа 1991 года – заграбастать богатства этой страны, а остальное, мол, приложится само собой: большинство русских аборигенов форсировано вымрет, а оставшиеся присягнут нам на верность… Ан, нет! На практике вон что вышло! Интенсивность вымирания трудовых низов русских в этой стране стала ежегодно сокращаться всего лишь на полтора миллиона человек. Осмыслив же, кто конкретно развалил их страну – Советский Союз и подвел русский народ к роковой черте, эти самые трудовые низы русских аборигенов публично вынесли нам однозначный смертельный вердикт: сионисты – враги русского народа. А это уже для нас опасно и серьезно кое-чем попахивает. Поэтому мы вынуждены незамедлительно для стабилизации ситуации в этой стране форсировано задействовать по отношению к трудовым низам русских аборигенов всю мощь нашего наработанного веками пропагандистского арсенала.

– Какого еще «пропагандистского арсенала»? – поинтересовался я.

– Видите ли, мой хороший, добрый друг, – сказал раввин, – во все предшествующие века наши соплеменники по наущению древнейших сионистских мудрецов, наших прародителей и праотцев, в иноземных странах нашего поселения всегда тонко и незаметно, с неизменным успехом проводили в доверчивое местное общество массу своих эффективно разлагающих сознание аборигенов идей.

– Что же это за эффективно разлагающие сознание аборигенов «идеи»? – спросил я.

– Скажу, – подмигнул мне раввин. – От вас ничего не скрою. И прежде всего упомяну идею тайного кастового знания. Сущность ее в следующем. Находясь в Египте, еще за два тысячелетия до нашей эры, евреи усвоили множество утилитарных приемов и знаний от египетских жрецов, создав затем обширное каббалистическое учение и черную магию. Это позволило нашим соплеменникам паразитировать за счет коренных народов стран нашего поселения на психическом уровне. Другая идея, эффективно разлагающая сознание аборигенов, – это идея храма, которая имеет широкий античеловеческий смысл. Это символический храм всемирной власти определенной еврейской элиты над всеми народами мира. Строители его – масоны, в переводе – вольные каменщики, наши соплеменники. Под кирпичиками же подразумеваются все народы: их служащие, рабочие, администрация, являющиеся строительным материалом… Третья идея – идея антисимметрии мира – состоит в глубинной ненависти к позитивным явлениям в нееврейских обществах. Все, что хорошо для человека, – плохо для еврея. Эта тяга иудеев к проживанию в антимире породила диаметрально противоположную трактовку символов для людей и для евреев. Эта идея отражает искусственное разделение человека на животную часть и человеческую. Поклонение Буффамету – гермафродиту указывает на вечное надругательство наших соплеменников над высшими свойствами человека, а также на постоянно проводимое ими разрушение непосредственности, естественности и красоты, столь присущих природе.

Я не прерывал раввина, решив дать ему выговориться, дабы потом в печати довести до сведения нашего трудового народа информацию о коварных замыслах против него сионистов-расистов.

Между тем раввин, набирая обороты, увлеченно продолжал:

– Четвертая разлагающая сознание идея, с успехом внедряемая нами в среду аборигенов страны нашего поселения, это идея доказательства. Славословием нашими соплеменниками достигается эффект доказательства, в особенности если для этого привлекать уже сложившийся порядок вещей как якобы само собой разумеющийся. Годятся абсолютно любые методы: сплетни, доносы, сексомания, нарциссомания, наркомания, алкоголизм, порнография, музыка без мелодии, вещизм, стихи без смысла, картины без образов, компьютерная дебилизация, а также любые другие модели разврата. Извечный символ масонов – многоглавый змей, символизирующий многоликое зло разврата… Пятая разлагающая сознание аборигенов идея – это идея неразличимости добра и зла. Она активно участвует в некоторых перечисленных мною моделях. Это тотальное наступление на добро под видом поиска истины. В итоге вместо благородных и красивых героев рождаются бесполые и безликие Чебурашки, так называемые произведения искусства, в которых положительные герои обязательно пьют, курят, флиртуют, говорят пошлости, банальности и выглядят порой даже примитивнее отрицательных героев, которые делают то же самое, иногда даже более изощренно. На наших глазах происходит нивелирование понятий добра и зла, поскольку самый положительный герой обязательно делает какую-нибудь подлость. Излюбленные еврейские приемы: бесконечное и беспрерывное словоблудие, циничное скольжение на грани пристойного и непристойного под видом сатиры и юмора, а также постоянное «выбрасывание тумана», после чего главный вопрос быстро затеряется в бездне второстепенных… Шестая идея форсированно разрушающая сознание аборигенов – это идея террора, которая состоит в том, что люди, осмеливающиеся возражать против любых еврейских идей, подвергаются жестокому террору как универсальному средству. Это тайные доносы, которым следует обучить всех членов общества; травля, которую обязаны осуществлять все люди друг против друга; обвинение в антисемитизме; запугивания; представление сумасшедшим и определение в больницы; или, что всегда лучше всего срабатывает, – это обвинение в экстремизме, а также любая другая клевета. Любимый евреями метод наказания – тоже тайный. Если абориген не продвигается по службе, то долгие годы он может не знать, почему это происходит. На высоком уровне это делается, естественно, посредством государственных органов… Седьмая идея, разрушающая сознание аборигенов, – это идея гротеска, сводящаяся к усилению ситуации до абсурда, как один из дешевых маневров с целью вышибить анализирующее сознание из общей колеи мышления и затушевать мысль, которая невыгодна. Например, «евреев обвиняют во всех грехах мира, в том числе и в организации землетрясений». Или «если в кране нет воды, воду выпили жиды…»

Слушал я раввина, смотрел на него и думал: «Какой все же коварный и подлый этот народец!»

Раввин между тем увлеченно продолжал:

– Восьмая идея, эффективно разрушающая сознание аборигенов, – это идея таинственного ореола. Она представляет один из сильных маскировочных приемов фактически для тех же целей, что и в предыдущем случае. Применяется с очень давних времен для наведения «тени на плетень», для разбавления ясной мысли некоторой мутью. Народы, постоянно тычась в неопределенность, слишком нуждаются в ясности, чтобы правильно строить свою стратегию. Как раз евреев-то это совершенно не устраивает. Весьма умело прибег, например, к такому хитрющему методу наш соплеменник Леон Фейхтвангер, в общем-то, казалось, вполне согласный с тем, что евреев всюду в мире характеризуют как «гложущих червей». Вроде бы, чего же еще надо, раз все в мире имеют одинаковое мнение об одном и том же? Но Фейхтвангер тотчас производит «удар таинственностью». Такая таинственность всегда берется «с потолка», но зато она с большой точностью попадает в цель. Вместо ясности вплетается доля неопределенности с завораживающим эффектом. Судите сами: только что шло повествование о «гложущем черве», и тут Фейхтвангер аккуратно «вправляет» романтический перелом следующими словами: «Вдруг из глаз еврея благостно глянет на тебя и смутит твой покой древний мир с его вековой мудростью». Или там же: «Казалось, будто природа хочет на примере этого племени наглядно показать, на какую звездную высь может подняться человек и в каких низинах он может погрязнуть…» Девятая идея, разрушающая сознание аборигенов, – это идея незаменимости. Реализуя ее на практике, Фейхтвангер прибегает еще к одному искусственному приему, рассчитанному опять на дураков, довольно избитому и начинавшему порядком надоедать. Выдуманную Фейхтвангером сказку о том, что евреев приглашают народы к сожительству с ними, он объясняет тем, что в экономической жизни стране без евреев не обойтись, поскольку они очень хорошо смыслят в финансовых делах – этой своего рода «общественной крови», на что народы, видите ли, не способны. Об одном только умолчал Фейхтвангер. Вся эта пышная мировая финансовая и экономическая структура была разработана самими евреями не для блага народов, а именно для высасывания всех соков из народов. Понятно, что народы не могут стать проворными у оружия, действующего против них же, в отличие от самих евреев, имеющих дело со своим финансовым детищем… Десятая идея, разрушающая сознание аборигенов, – это идея познаваемости, принижения, примитивности мира, которая сводится к тому, что любое сложное вселенское явление представляется простым путем разбиения на мелкие части. Эта древняя еврейская идея в наше время выражена в мертвящем методе познания мира – псевдонаучном анализе, который, вопреки всеобщему мнению, участвовал в приведении науки к тупику… Одиннадцатая идея, успешно разрушающая сознание аборигенов, – это идея жалости, которая заключается в псевдопроблеме мнимого антисемитизма. Словечко это придумано и введено в обиход одним из священников Петра III. К тому же термин абсолютно неправомерен. Евреи – не семиты. Они представляют смесь из более чем 100 национальностей. Любую критику евреев или редчайшее появление в печати еврейской фамилии в неблаговидной роли наши соплеменники называют не иначе как проявлением антисемитизма. При этом издается истошный крик, благо у сионистов средств массовой информации предостаточно, даже без учета просионски настроенных. Антисемитизм – это аккомпанемент, хорошо отрепетированный для музыкального сопровождения мирового сионского спектакля. Это работа на публику, психологически безошибочный, но в сущности позорный расчет на то, что если постоянно представляться обиженным, то у людей в конце концов возникнет сочувствие, появится жалость к «страдальцам», и все поверят этой лжи. А это уже важно. Другими словами, если меня упорно защищают, – может подумать кое-кто, не нуждаюсь ли я и впрямь в защите? Неплохо придумано. Неплохо также в такую модель вписывается комплекс «роковой обреченности»: «Ты не директор, а зам. директора, потому что ты еврей. Ты не министр, а зам. министра, потому что ты еврей». С хитростью, недосягаемой для любых других народов, наши соплеменники занимаются обработкой общественного мнения в произраильском духе. Опутывая свою деятельность тайной и не допуская в свои организации инородных элементов, они истошно вопят о воображаемых притеснениях. Для этой цели подталкивают народы именовать евреев не иначе как «бедными евреями», эдакими «обиженными овечками». Так нам удалось насадить тот стереотип, что евреи во всех странах страдали больше, чем кто-либо на свете, что на самом деле соответствует противоположному положению дел. Евреи никогда не вели и вообще не собираются вести борьбу с антисемитизмом, ибо никакого резона в этом нет. Антисемитизм вызывает жалость к якобы гонимому племени, а главное – втягивает лиц других наций в работу на евреев. Зачем же нам бороться против важнейшего продукта сионской технологии? Сионизм и антисемитизм – две стороны одной медали. Напротив, антисемитизм следует насаждать и разжигать! Это эффективно помогает сохранять обособленность наших соплеменников. Пусть лучше за права евреев по темноте своей будут бороться те же самые русские гои! И действительно, с антисемитизмом на самом деле борются только другие нации! Вот это парадокс! Это действительно гениальный политический момент: протащить во всех законодательствах статьи об антисемитизме и, ничего не делая, пожинать плоды! Дело дошло до смешного: пропаганда против несуществующего антисемитизма ведется усиленно, в то время как о реально существующем тайном сионизме говорится мало и невнятно… Двенадцатая идея, благотворно и эффективно разрушающая сознание аборигенов, – это идея высшей расы, которая с успехом культивируется нашими соплеменниками на каждом шагу. Возведенный в ранг, не подлежащий критике Израиль превратился в некий эпифеномен, обсуждение, критика и тем более осуждение действий которого запрещены, поскольку, видите ли, населявший его народ избрал сам Бог! Из всех своих сил евреи создают мнение, что еврейский народ является носителем монотеизма и идей, легших в основу морали цивилизованного мира. Эти утверждения сдабриваются нашими соплеменниками хорошо известными лицемерными, лживыми идеями об избранности, особой одаренности, а преследуют евреев, видите ли, из зависти. Исходя из откровенно шовинистических позиций, идеологи сионизма продолжают укреплять идею о том, что еврейская нация, Богом избранная и разбросанная по всему миру, обладает особой миссией. Она носит особый характер и, видите ли, недоступна пониманию обычных людей. Это, мол, единственный народ в мире – ни много, ни мало – венец творения. Идеолог сионизма Наум Соколов безапелляционно заявляет, что евреи «вне всякого сомнения, самая чистая раса из всех цивилизованных наций мира». Классы, экономика, политика, культура – все это меркнет перед идеей разделения всего мира на евреев и неевреев. Страны для евреев – пространства, где народные массы – лишь служилое тягло, то есть рабская безликая основа государственного благополучия, люди в них, с точки зрения евреев, – всего лишь низшая форма международной зоологии… Результатом форсированного внедрения в среду аборигенов страны нашего поселения таких вот перечисленных мною, разлагающих сознание идей является моральная деградация людей, приводящая к исключению и забвению духовности, забвению национального духа и достоинства.

– Вы намерены форсировано проводить в трудовой народ нашей страны такие вот свои разлагающие сознание идеи? – прервал я раввина.

– Да, мой хороший и добрый друг, – сказал раввин. – Именно так!

– И при этом рядитесь в тогу ярых демократов и правозащитников? – возмутился я.

– Извините, – проговорил раввин, но мы обязаны воплотить в жизнь завет наших легендарных предков. Я уже говорил, что еще тысячи лет тому назад древнейшими сионскими мудрецами, нашими праотцами, было завещано нашему сионистскому племени создание на планете Земля «нового мирового порядка». «Новый мировой порядок» является синонимом мира под тотальным контролем сионистов, а если еще точнее сказать, – синонимом всемирного иудейского царствования. Сионистское племя поклялось тогда в едином порыве перед нашими духовными предводителями-прародителями, что их завет будет непременно племенем выполнен, что учреждение «нового мирового порядка» на планете Земля обязательно состоится, а значит, на всем земном шаре воцарится желанное нашим сердцам всемирное иудейское господство. Все последующие века наше идейно и организационно сплоченное сионистское племя при его мизерной численности неукоснительно и неусыпно выполняло клятву, данную своим духовным праотцам. Оно только и занималось тем, как бы быстрее реализовать на практике стратегическую задумку наших древнейших сионских мудрецов, как бы половчее, поизобретательнее, поизощреннее обхитрить, обмануть, одурачить коренные народы мира и как бы понадежней закабалить их под нашим владычеством. Клятву же, данную своим духовным праотцам, все эти века наши соплеменники под строжайшим надзором региональных раввинов выполняли и выполняют безукоризненно, безотказно, верно и честно. Достойно, с честью выполнит эту клятву и наше поколение соплеменников! И никакие препятствия нас не остановят на нашем победоносном пути к всемирному иудейскому царствованию. Наши мудрецы сказали: «Уничтожьте аборигеновские государства, разрушьте народы, и вы откроете себе дорогу в мир». Этим мы и занимались на протяжении минувшего столетия. Сосредоточив у себя неограниченный контроль над финансовыми и материальными ресурсами планеты, нам удалось в течение всего прошедшего века определять мировую политику, планомерно двигая происходящее в нужном для нашего дела направлении. Владение властью позволило нам на совершенно законных условиях разрушать теперь уже напрямую весь уклад жизни аборигеновского населения. Исполняя высшее поручение наших мудрецов, наша агентура в государственных институтах и учреждениях всех уровней принимает соответствующие законы, проводит либерально-демократические реформы, которые просто-напросто уничтожают самую среду жизнеобитания аборигенов – коренных народов, методично и целенаправленно опуская их до положения вымирания. Если в начале минувшего века, действуя в соответствии с сионистской программой, мы стремились скомпрометировать, ослабить, разрушить аборигеновские государства и их правительства, то теперь, спустя столетия войдя во власть, мы имеем возможность совершенно легитимно и планомерно проводить мероприятия по разрушению аборигеновских народов. Одной из основных задач при формировании нового миропорядка будет проблема регулирования аборигеновского населения в пределах численности, необходимой для обеспечения достойных, вольготных условий жизнедеятельности наших людей, но не более того. Поэтому сейчас первоочередной задачей для нас является радикальное сокращение аборигеновского народа планеты до уровня, необходимого для обслуживания будущего всемирного царствования нашего племени. И русские в этом отношении не являются исключением. В целом, по подсчетам наших мудрецов, общее количество великоросских славян при диктатуре нашего племени составит всего лишь 35–40 миллионов. Исходя из этой спущенной нам сверху контрольной цифры мы и вынуждены поначалу незамедлительно, форсировано задействовать по отношению к трудовым низам русских аборигенов всю мощь нашего наработанного веками пропагандистского арсенала, эффективно разлагающего их сознание и превращающего этот революционно настроенный трудовой люд в скопище обычных политически стерилизованных жуиров-кутил. В случае же если запланированные нами темпы вымирания этой категории русских нас не будут устраивать, мы будем вынуждены трудовые низы русских аборигенов просто уничтожать. А если говорить точнее, то станем беспощадно травить их, как крыс, мышей, тараканов и прочую подобную мерзость. Благо приготовленных для этих целей спецпродуктов питания и медицинских препаратов пруд пруди. Иного на данном историческом этапе становления всемирного иудейского царствования не дано.

– Но не сворачивать же нам на завершающем этапе бескомпромиссную, многовековую борьбу за реализацию основополагающих задумок наших мудрейших древних праотцев из-за какой-то святой Руси и какого-то замшелого Православия? – в сердцах воскликнул раввин и тут же добавил: – Или, может быть, вы посоветуете нашим соплеменникам, публично объявленным даже врагами русского народа, до упора смиренно ждать того момента, когда взбунтовавшиеся трудовые низы русских аборигенов вздернут их на фонарных столбах?

– Не знаю как насчет фонарных столбов, – сказал я, – но при таких вот ваших делах заслуженного возмездия вашим соплеменникам от нашего трудового народа не избежать.

На том мой разговор с раввином и прервался.

А судить об актуальности состоявшегося разговора и делать соответствующие, возможно и радикальные выводы правомочен лишь наш трудовой народ.

14.04.10 г.

Имитаторы из «головы нации»

Признаюсь, что о существовании так называемой «головы нации» и тех, кто, по их собственному убеждению, ее сегодня представляет и олицетворяет, я узнал совсем недавно и совершенно случайно. Просветил меня продвинутый генерал из бывшего центрального аппарата КГБ СССР, весьма близкий к высшему руководству в недавнем прошлом всемогущего ведомства великой державы, на содержание которого трудовой народ страны Советов никогда не жалел средств. Ныне этот преуспевающий генерал руководит службой безопасности крупнейшей коммерческой финансовой корпорации, как и его коллега, генерал армии Бобков, накопивший изрядный чекистский опыт и бесценную информацию в должности первого заместителя председателя КГБ СССР, смиренно служа скороспелому олигарху Гусинскому.

Поначалу, правда, у меня с этим генералом разговор как-то не заладился. Особенно когда я заявил ему в упор, что все кагэбисты, как один, в роковой для страны Советов час испытаний, изменив военной и партийной присяге, преступно не выполнили долг перед Родиной. Что они – так называемый передовой вооруженный отряд КПСС – клялись жизнью своей защищать первую страну и совершили величайшее в истории человечества предательство: осознано, добровольно, без единого выстрела сдали великую империю её многовековому, исконному врагу – просионистским силам. Да еще, к стыду и позору своему, на глазах у бедствующего трудового народа почти поголовно бросились в бизнес и приватизацию недвижимости, вплоть до явочных служебных помещений.

– А вот этого я как раз не приемлю! – в сердцах выкрикнул холеный генерал. – Достаточно уже наслышался и категорически отметаю всякие упреки в свой адрес… Это Горбачев вместе со своим политбюровским выводком предали страну и со всеми потрохами продали КПСС просионистским силам, а горбачевский выдвиженец, председатель КГБ СССР генерал армии Крючков вслед за своим сувереном бросил к ногам сионистов на съедение КГБ.

– Но ни в одной из упомянутых военной и партийной присяг, – деликатно заметил я, – никогда не говорилось, что присягающий клянется жизнью своей выполнять присягу лишь до тех пор, пока останется верен ей его старший по чину начальник.

– Повторяю, – прервал меня раскрасневшийся генерал, вытирая пот со лба, – я лично никого никогда не предавал и не сдавал. В августовский дни 1991 года я и вверенные мне люди до последнего момента ждали приказа распылить ельцинских псевдодемократов, собравшихся у Белого Дома. Для этого потребовались бы нам считанные минуты. Такого приказа сверху не последовало. Разозлившись, я отправился отмечать день рождения своей супруги. По пути домой заехал в наш спецларек, где захватил оставшиеся икру и шампанское…

«О, это поднаторевший, прожженный придумщик вариантов нравственного обоснования безнравственного образа жизни», – подумал я и сказал ему прямо:

– И вот вы все это время после августа 1991 года пробавлялись россказнями о том, как вы, выгодно для себя своеобразно трактуя свой гражданский долг, в роковой для страны час испытаний выполнили военную и партийную присягу?

– Да, я не застрелился, когда распалось КПСС! – с вызовом и надрывом в голосе, багровея, парировал генерал. – Не вступил я и в смертный бой с просионистскими силами, устремившимися в августовские дни 1991 года захватить Кремль! Но я и мои единомышленники, представляющие и олицетворяющие «голову нации», совершили нечто более важное. Мы сохранили эту самую бесценную «голову нации» в своем лице, ибо отлично понимали и понимаем, что она должна быть сохранена при смене любого режима власти в нашей стране. Нация без головы – не нация! И мы самозабвенно и неусыпно блюдем интересы «головы нации» и сейчас! Регулярно собираемся, обсуждаем, согласовываем и корректируем свои действия, оказываем друг другу консолидированную помощь и всяческую поддержку на уровне наших неограниченных финансовых возможностей.

«Вот уж, поистине, местечковый прохиндей, – подумал я, – цинично изменил военной и партийной присяге, а сейчас рядится в тогу представителя “головы нации”… Куда уж мольеровскому “мещанину во дворянстве”?!» – и спросил генерала:

– «Голова нации» – это партия или движение?

– «Голова нации» выше всех и всяких ничтожных, карликовых партий и движений, наводнивших постсоветское пространство, – вздернув голову, гордо провозгласил генерал. – Хотя, впрочем, это не мешает нашим единомышленникам из «головы нации» рассредоточено не без корысти функционировать и во всех расплодившихся левых-правых общественных организациях, а также числиться в штате властных структур: и в президентской администрации, и в Белом доме, и в Госдуме, и в Совете Федерации… Не говоря уже о разного рода коммерческих фирмах, банках, охранных агентствах и всевозможных фондах, включая фонд Сороса и т.п.

«И вот таким “гибким”, еще вчера клявшимся Родине в любви и верности генералам, на проверку оказавшимися конформистами, оппортунистами, ренегатами, коллаборационистами, а попросту говоря, – мерзкими клятвопреступниками, которым нет никакого оправдания, была полностью доверена безопасность и страны, и ее трудового народа», – с возмущением подумал я и решил поподробнее расспросить генерала об этой самой «голове нации» и при случае поведать о ней читателям: кому она и за какие деньги служит.

– И кто же это такие ваши единомышленники, представляющие и олицетворяющие в нашей стране эту самую «голову нации»? – поинтересовался я.

– Известно кто, – приподнято произнес генерал. – Это достойные нашего общества граждане, состоявшиеся еще в советские времена. Тут и бывшие члены ЦК КПСС, его секретари, члены Политбюро, и руководители тогдашнего Совмина СССР, Президиума Верховного Совета народных депутатов СССР, и, конечно, мы – генералы центрального аппарата КГБ СССР… Да и много, много других уважаемых нами людей…

– И в чем же все они состоялись? – продолжаю спрашивать.

– Поясню, – с нарочитой подчеркнутостью говорит генерал. – Состоявшиеся люди, представляющие и олицетворяющие ныне голову нашей нации, это те, кто в застойные годы социализма, используя его преимущества, не только успели получить два-три высших образования, запастись всякими там учеными степенями-званиями, успешно продвинуться по партийно-государственной вертикали власти, но и по максимуму в жестких рамках условий тогдашнего режима сумели незаметно изрядно по тем временам обогатиться, приблизившись к номенклатурному, партийному «корыту». По мере же освоения цековской «кормушки» у привилегированных людей и их семей проявился вкус к разного рода частной собственности, к финансам, к недвижимости… Вкус к частной собственности так быстро развился и тяга к обогащению так росла, что многие были даже готовы поменять власть на собственность. Когда вставал вопрос: власть или собственность, – без колебаний сделали ставку на собственность! А нажившись, наши умные головы пришли к выводу, что большая частная собственность – это та же власть. И как ныне убедительно продемонстрировали нам сионистские скороспелки-миллиардеры, собственность бывает и посильнее власти. Поэтому при нынешнем оккупационном, просионистском режиме мы, представители «головы нации», должны и дальше только наращивать темпы приобретения разных форм и видов собственности, используя все свои неформальные ресурсы. Благо, что с приходом к власти в нашей стране просионистских сил оккупационный режим не только не стал преследовать нас за наше коммунистическое прошлое, но даже позволил нам плавно вписаться в базарную экономику и продолжать далее обогащаться в недостижимых ранее размерах. Да и сионисты охотно стали использовать в своих интересах наш истинный советский профессионализм… То есть фактически мы не только Советскую власть сдали за собственность, но и хладнокровно продали за собственность советский профессионализм. А достигнув определенного уровня обогащения, мы вынудим сионистских оккупантов вернуть нам и власть в Кремле.

«Это ж какое вероломное предательство интересов трудового народа, советской власти, коммунистической идеологии, служению которой эти они клялись своей жизнью?» – всматриваясь в лицо самодовольного генерала, недоумевал я, но сдержал эмоции.

– Какова же идеология «головы нации»? – спрашиваю далее.

– «Голова нации» – превыше всего, и укрепление мирового господства наша цель! – последовал ответ.

– Какова стратегия?

– Всегда, везде, при любых обстоятельствах «голова нации», ее люди должны быть «на плаву»!

«Ничего себе, – думаю, – ежегодно, с 1991 г., как следствие их предательства, коренная государство образующая нация – русские – теряет свыше миллиона своих сограждан, а клятвопреступники, ничтожные приспособленцы-изменники с сытыми обрюзгшими лицами тупо озабочены лишь своими корыстными интересами».

– И какова же тактика реализации стратегии «головы нации»? – поинтересовался я у генерала.

– Сформулировать тактику «головы нации» одной фразой невозможно, – говорит, – ибо опасностей, подстерегающих «голову нации» великое множество.

– Какие же это опасности? – спросил я.

– Прежде всего грозит постоянная опасность от наших вечных идейных противников – апологетов сионистской идеологии, которая ныне в нашей стране потеснила коммунистическую. Народец этот ушлый, хитрый и безмерно алчный… К тому ж еще и с претензиями на мировое господство… Но прямые столкновения с сионистскими оккупантами для нас недопустимы: в случае чего вой подымут на всю вселенную. Эффективно воздействовать на сионистов нам удается лишь тем, что систематически подбрасываем им страшилки: мол, вы, оккупанты-кровососы, настолько закабалили русский народ, довели до крайней нищеты и вымирания, что социальный взрыв трудовых масс против вас в любой момент может произойти, и только, дескать, мы, которым люди труда еще доверяют, можем сдержать гнев народных низов, предотвратить социальный взрыв и обеспечить политическую стабильность в стране. Но сдерживать народный гнев становиться все труднее и труднее. Протестное движение растет и ширится, того и гляди революционная ситуация в стране наступит.

– «Голова нации» своего народа боится? – спрашиваю генерала.

– Еще как, – воскликнул генерал. – С обнищавшей людской массой шутить не приходится. Я сам выходец из простонародья и отлично знаю, что голь на выдумки хитра! Простолюдины, порой, такую «козу» могут отчебучить, что порядочным людям, как любит поговаривать лжедемократ Немцов, мало не покажется. А тут еще современная молодежь провоцирует голытьбу к действию своими революционными выходками.

– Так вы и молодежи опасаетесь?– спросил я.

– Не то слово, – гневно проговорил генерал. – Нынешняя молодежь, доведенная до отчаяния обстоятельствами тяжелой жизни, социальной несправедливостью и не видя в будущем никакой для себя перспективы, абсолютно неуправляема. Мы им, как старшие товарищи, успевшие достаточно набить себе лбы в политической борьбе, говорим: «Не лезьте на рожон, не раздражайте ОМОНовцев, не ходите колонами по центрам Москвы с красными знаменами! Не задирайтесь с просионистским оккупационным режимом! Еще не время, поверьте нам! Потерпите! Вы нам еще нужны будете!» А они и слушать нас не хотят. С насмешкой оскорбительно называют нас имитаторами – политическими импотентами, регулярно нас подводят, не согласовывая свои действия с нами, то кабинет социального министра захватят, то в приемную президента ворвутся с дерзкими революционными призывами, а то даже в самый Кремль проберутся и устроят там антисионистский пикет. Власти, естественно, во всех таких случаях тут же с претензиями и упреками к нам: как, мол, вы можете такое допускать? А разве приятно нам такое постоянно выслушивать от кремлевской администрации?

Генерал не успел рассказать мне обо всех опасностях, подстерегающих «голову нации». В кармане его пиджака затрещал мобильный телефон. Генерал выхватил трубку из кармана, приложил к уху, напряженно и нервно слушал… Вдруг лицо его потемнело, лоб обильно испариной.

– Все, – трагически сказал как бы даже и не мне.

– Что-то непоправимое случилось? – сочувственно спрашиваю его.

– В стране революционная ситуация, – упавшим голосом сказал генерал, пряча мобильник в карман.

– Как? Уже? – искренне подивился я.

– А что вы хотите? – вскрикнул генерал. – В этой стране все возможно в любое время, но никто никогда не может предсказать, когда именно это произойдет. Февральскую революцию в России 1917 года тоже ведь никто не смог предсказать. Даже сам Ленин! Вот и сейчас точно такое же в этой стране происходит, – и как-то уж совсем не по-генеральски запричитал: – Ах, как не ко времени! Как не ко времени… Ведь, казалось бы, все в стране уже устаканилось, стабилизировалось. Только жить да жить! Наступила полная жилищная вольница! Хочешь себе настроить загородных 3–4-этажных элитных коттеджей – строй! Желаешь накупить элитных квартир в центре Москвы – пожалуйста! И никакой при этом ни перед кем ответственности… А теперь вот все это национализируют, отнимут… Страшно подумать, что с моими ребятами, что только закончили учебу в Англии и сейчас пристроены в престижнейших коммерческих структурах, произойдет. Я уже не говорю о том, что новая власть, идущая на смену сионистской, спросит с меня по полной программе о том, чем и как занимался после августа 1991 года. Еще и в трибунал потащат… Впрочем, кое-какое прикрытие на сей счет у меня все же есть: партбилет члена КПСС не выбросил, коммунистические съезды и пленумы все эти годы посещал регулярно, что и задокументировано… Но деньги-то, деньги, недвижимость все равно отнимут. Как пить дать отнимут…

– Вы считаете, что при новой власти и такой спрос возможен? – проговорил я.

– А почему бы и нет? – с дрожью в голосе сказал генерал. – Я же вам говорю: в этой стране все возможно, вплоть до обвинения меня и таких, как я, в государственной измене… Ну, извините, извините… Я побежал… Велено, знаете, немедленно всем нам явиться на общий сбор для выработки тактики консолидированного поведения при складывающейся политической ситуации в стране…

И генерал поспешно удалился.

13.01.06 г.

На краю

Вторая половина августа 1999 г.[3]

МОСКВА. Корнев входит в редакционный кабинет Матвеева.

– Мы, кажется, во всем доходим до предела! – патетически восклицает Корнев.

– Что-то чрезвычайное случилось? – спрашивает Матвеев.

– Это же надо, Женя! – продолжает Корнев. – Прошло ровно восемь лет с того времени, как в Москве произошли известные всем события. И только сейчас проясняется, в какой час и в какую минуту свершилось величайшее в истории человечества предательство – осознанно добровольная, без единого выстрела сдача Советского Союза его исконному врагу.

– Есть новая информация?

– Похоже.

– И когда же произошел этот постыдный акт? – спрашивает Матвеев.

– В ночь с 20 на 21 августа в кабинете КГБ СССР Крючкова.

– И это в тот момент, когда члены ГКЧП пылко призвали граждан Советского Союза осознать свой долг перед Родиной и оказать всемерную поддержку им в борьбе с ельцинистами?! – возмущенно восклицает Матвеев.

– А то, что большая группа членов Политбюро и секретарей ЦК КПСС 22 августа 1991 года, то есть на другой день после захвата Ельциным кремлевской власти, трусливо поспешила отмежеваться от ранее обнародованного заявления Секретариата ЦК КПСС в поддержку ГКЧП, тебе известно?

– Нет, я об этом не слышал, – говорит Матвеев.

– А о покаянном, слезном письме Крючкова Горбачеву, направленном в Кремль бывшим председателем КГБ СССР из «Матросской тишины» 25 августа 1991 года, тебе известно?

– Тоже нет, – подтверждает Матвеев. – Так давай же материал в номер, Валерий!

– Повремени, Женя! – произносит Корнев. – Я хочу в подтверждение всего этого провести еще и некий психологический эксперимент.

– То есть?

– Ты знаешь, что я регулярно встречаюсь с бывшими генералами КГБ СССР, которые прослушивают диктофонную запись фрагментов сценариев моих фильмов «В схватке». На этих встречах, как правило, присутствует также и бывший первый секретарь ЦК компартии Российской Федерации Повозков. Ныне все они ловко приспособились к оккупационному режиму и с успехом промышляют в бизнесе, в коммерческих банках. И их реакция на услышанное из диктофона бывает самой неожиданной. Так вот, пусть среагируют и на очередную засветку мною скрываемых ими от общественности позорных фактов. Особенно же любопытно будет поглядеть, как поведет себя при этом генерал Луков, который, оказывается, участвовал на первых ролях в совещании в кабинете председателя КГБ СССР в ночь с 20 на 21 августа 1991 года, а теперь он услышит из диктофона полный текст своего давнишнего откровения, зафиксированного в официальном порядке.

Фешенебельный офис коммерческой службы экономической безопасности. В огромном кабинете – Корнев, три бывших генерала КГБ СССР и бывший первый секретарь ЦК компартии России Повозков.

– Сегодня я предлагаю продолжить прослушивание сценария восьмого фильма киноэпопеи под общим названием «В схватке», – произносит Корнев, вынимая из «дипломата» диктофон и кассеты.

– Да, да, мы готовы! – подхватывает генерал-крепыш Луков, подсаживаясь поудобней к столу, пододвигая к себе несколько листов чистой бумаги и доставая из бокового кармана пиджака шариковую авторучку.

– Мне тоже, пожалуйста, бумагу! – говорит Повозков, расположившийся в кресле за столом чуть поодаль.

– И мне! – подает голос розовощекий толстяк.

– Пожалуйста, пожалуйста!.. – приветливо улыбаясь, произносит смугловатый генерал – хозяин офиса и раздает присутствующим листы чистой бумаги. – Этого добра у нас всем хватит.

– Но для начала я хочу, чтобы вы послушали несколько коротких сцен, дополнительно высвечивающих события, происшедшие в Москве в августе 1991 года, – продолжает Корнев. – Правда, эти сцены записаны на кассете диктофона не в хронологической последовательности.

– Давайте послушаем! – соглашается генерал Луков. – Времени у нас достаточно.

Корнев включает диктофон. Звучит мужской голос:

«22 августа 1991 года. В гостиничный номер-люкс Нины Самойловны быстро входит Блинкин.

– Прелюбопытная информация, Нина Самойловна, поступила из Секретариата ЦК КПСС, – докладывает Блинкин. – Как известно, 19 августа 1991 года в 10 часов 50 минут Секретариат ЦК КПСС направил из Москвы шифрограмму. В ней говорилось: «ЦК компартий, рескомам, крайкомам, обкомам КПСС. В связи с введением чрезвычайного положения примите меры по участию коммунистов в содействию Государственному комитету по чрезвычайному положению в СССР… О пленуме ЦК и других мероприятиях сообщим дополнительно». И вот полчаса тому назад в стенах того же секретариата ЦК КПСС на основе дезинформации о состоянии здоровья Генерального секретаря и обстоятельств введения Чрезвычайного положения была срочно сотворена верноподданническая нашему режиму официальная бумага, подписанная многими членами Политбюро и секретарями ЦК КПСС от 19 августа 1991 года, о том, что текст не отражал всех соображений, высказанных прямыми участниками Секретариата при обсуждении данного вопроса, и был передан для срочной отправки на места. С учетом изложенного считать текст шифрограммы от 19 августа 1991 года недействительным».

– Оперативно сработано горбачевскими выдвиженцами, – ухмыляясь, восклицает Нина Самойловна. – Кто подписал сию бумаженцию?

– Дзасохов, Лучинский, Семенова, Фалин, Калашников, Мельников, Гиренко, Манаенков, Строев, Купцов и другие. В курсе этой холуйской портянки был и второй человек в КПСС премудрый Ивашко.

– Оригинал этой капитулянтской, унизительно холопской писули должен быть у нас. Мы ее доведем до сведения быдла, как вещдок их трусливого сытого предательства, когда надо будет скомпрометировать всех этих фигурантов – капээсэсовских прохиндеев.

– А как поступить с ними сейчас? – спрашивает Блинкин. – Ведь многих из них уже следственная бригада Генеральной прокуратуры вовсю допрашивает. Того и гляди иного из них в любую минуту возьмут под стражу.

– Пусть и допрашивают! – восклицает Нина Самойловна. – Пусть партократы подергаются! Но в тюрьму их сажать не надо. Это придаст им ореол мучеников. А мы их используем в своих целях, в нужное время и в нужном месте. Но до конца дней своих они будут болтаться в проруби как то вещество, которое не тонет.

Корнев выключает диктофон. Повозков продолжает быстро записывать услышанное. А генерал Луков, кивнув головой в сторону насупившегося Повозкова, подмаргивает Корневу: мол, правильно хватаете багром под ребра партократов-политбюровцев!

Наступает длительная тягостная пауза.

– А кто эти «другие», подписавшие бумагу от 22 августа 1991 года? – наконец прерывает молчание розовощекий генерал-толстяк. – Зюганова там подписи нет?

– Зюганова подписи там не может быть! – резко парирует Полозков. – Во-первых, в то время Зюганова в Москве не было. А во-вторых, он не был ни членом Политбюро, ни секретарем ЦК КПСС… И моей подписи там не может быть, хотя в ту пору я был членом Политбюро ЦК КПСС. Я в те смутные дни лег в кремлевскую больницу.

– Валерий Иванович, а откуда такая информация? – обращается к Корневу смугловатый генерал – хозяин офиса. – Кто вам ее предоставил?

– Да, да, это очень верно! – оживляется розовощекий генерал-толстяк. – Это бы нам очень помогло разобраться!..

В ответ Корнев молча лишь разводит руками: дескать, на сей счет больше распространяться не стану.

– Понимаю, понимаю… – поникшим голосом произносит генерал – хозяин офиса.

– А в Генеральной прокуратуре может быть такая бумага? – вступает в разговор генерал-крепыш Луков, глядя на Корнева.

– Может, – отвечает Корнев.

– Н-да!.. – в задумчивости произносит Луков.

Корнев обводит взглядом присутствующих и говорит:

– Вашему вниманию предлагается следующая сцена!

Корнев включает диктофон. Звучит все тот же мужской голос: «25 августа 1991 г. В гостиничный номер-люкс Нины Самойловны входит Блинкин с папкой в руке.

– Докладываю, Нина Самойловна! – говорит Блинкин. – Поступила информация о том, как ведут себя новоявленные клиенты следственного изолятора “Матросская тишина”.

– О, это любопытно! – произносит Нина Самойловна.

– Председатель КГБ СССР Крючков уже успел написать покаянное письмо Горбачеву из “Матросской тишины”. – Блинкин извлекает из папки лист бумаги и читает: – “Уважаемый Михаил Сергеевич! Огромное чувство стыда – тяжелого, давящего, неотступного – терзает постоянно. Позвольте объяснить Вам буквально несколько моментов. Когда Вы были вне связи, я думал, как тяжело Вам, Раисе Максимовне, семье и сам от этого приходил в ужас, в отчаянье. Какая все-таки жестокая штука эта политика! Будь она неладна. Хотя, конечно, виновата не она. 18 августа мы в последний раз говорили с Вами по телефону. Вы не могли не почувствовать по моему голосу и содержанию разговора, что происходит что-то неладное. Я до сих пор не уверен в этом. Короткие сообщения о Вашем пребывании в Крыму, переживаниях за страну, Вашей выдержке (а чего это стоило Вам!) высвечивали Ваш образ. Я будто ощущаю Ваш взгляд. Тяжело вспоминать об этом. За эти боль и страдания в чисто человеческом плане прошу прощения. Я не могу рассчитывать на ответ или какой-то знак, но для меня само обращение к Вам уже стоит что-то. Михаил Сергеевич! Когда все это задумывалось, то забота была одна – как-то помочь стране. Что касается Вас, то никто не мыслил разрыва с Вами, надеялись найти основу сотрудничества и работы с Б.Н. Ельциным. Кстати, в отношении Б.Н. Ельцина и членов российского руководства никаких акций не проводилось. Это было исключено. В случае необходимости полагали провести временное задержание минимального числа лиц – до 20 человек. Но к этому не прибегли, считали, что не было нужды. Было заявлено, что в случае начала противостояния с населением операции немедленно приостанавливаются. Никакого кровопролития. Трагический случай произошел во время проезда дежурной военной машины “БМП” по Садовому кольцу. Это подтвердит следствие. К вам поехали с твердым намерением доложить и прекращать операцию. По отдельным признакам уже в Крыму мы поняли, что Вы не простите нас и что нас могут задержать. Решили доверить свою судьбу Президенту. Войска из Москвы стали выводить еще с утра в день поездки к Вам. Войска в Москве просто были не нужны. С этой целью поддерживали контакты. У меня, например, были контакты с Г. Поповым, Ю. Лужковым, с И. Силаевым, с Г. Бурбулисом и, что особенно важно, многократно с Б.Н. Ельциным. Понимаю реальности, в частности мое положение заключенного, и на встречу питаю весьма слабую надежду. Но прошу Вас подумать о встрече и разговоре со мной Вашего личного представителя. С глубоким уважением и надеждами В. Крючков”.

– Ну, прямо, как раньше говорили, не председатель грозного КГБ СССР, а кисейная барышня! – бросает Нина Самойловна. – Воистину испоганили выродившиеся коммуняки сталинскую систему подготовки кадров!

– Не менее интересно, Нина Самойловна, и письмо заключенного под стражу председателя КГБ СССР Крючкова своему преемнику Бакатину, – продолжает Блинкин и читает: “Уважаемый Вадим Викторович! Обращаюсь к Вам как Председателю Комитета Госбезопасности СССР, и через Вас, если сочтете возможным довести до сведения, к коллективу КГБ со словами глубокого раскаяния и безмерного переживания по поводу трагических августовских событий в нашей стране и той роли, которую я сыграл в этом. Какими бы намерениями ни руководствовались организаторы государственного переворота, они совершили преступление. Разум и сердце с трудом воспринимает эту явь, и ощущение пребывания в каком-то кошмарном сне ни на минуту не покидает. Осознаю, что своими преступными действиями нанес стране огромный ущерб своей Отчизне, которой в течение полувековой трудовой жизни отдавал себя полностью. Комитет госбезопасности ввергнут по моей вине в сложнейшую и тяжелую ситуацию. Мне сказали, что в КГБ СССР была Коллегия, которая осудила попытку государственного переворота и мои действия как Председателя КГБ. Какой бы острой ни была оценка моей деятельности, я полностью принимаю ее. Очевидно, что необходимые по глубине и масштабам перемены в работе органов безопасности по существу и по форме еще впереди. Уважаемый Вадим Викторович! После всего происшедшего и в моем положении заключенного, считаю в моральном отношении не вправе обращаться к коллективу органов безопасности, с просьбой о каком-либо снисхождении. Но убедительно прошу не оценивать всю мою жизнь только по августу 1991 г. С уважением В. Крючков, 24 августа 1991 г.”.

– Полный распад личности от страха! – восклицает Нина Самойловна. – Уму непостижимо!

– А вот, фрагменты из записей министра обороны СССР Язова в “Матросской тишине”! – продолжает Блинкин и читает: “23 августа 1991 г. – пятница. Всему конец, я имею в виду собственную жизнь. Утром снял мундир Маршала Советского союза. Поделом! Так и надо. Чего добивался? Прослужив 60 лет, я не отличил от политической проститутки себя – солдата, прошедшего войну…. 24 августа 1991 г. Слушаю в одиночной камере радио о событиях 19, 20, 21 августа в Москве. Понял, как я был далек от народа. Сформированное мнение о развале государства, о нищете – я полагал, что это разделяет народ. Нет, народ не принял нашего Обращения. Народ политизирован, почувствовал свободу, а мы полагали совершенно обратное. Я стал игрушкой в руках политиканов!..”

– Такому маршалу нельзя было даже доверить роль пугала на огороде! – ухмыляется Нина Самойловна. – Выходит, нам с этими слизняками фантастически повезло. Они оказались худшими из худших для единственной в мире страны Советов! Будучи на их месте лучше бы не сделали! Яхве избавь нас от таких сподвижников!

– Об остальных фигурантах из “Матросской тишины” нам доложат позже, – говорит Блинкин.

– Меня очень интересует, как поведет себя в тюремных застенках член Политбюро, секретарь ЦК КПСС Шанин, которого вы считаете современным коммунистическим супер-Борманом и который единственно в перспективе опасен для нас, – размеренно произносит Нина Самойловна».

Корнев выключает диктофон и окидывает взглядом присутствующих. Все три генерала КГБ, склонив головы над бумагами, как школяры, продолжают скрупулезно строчить услышанное. А бывший первый секретарь ЦК КП РСФСР Повозков, приободрившись, заискивающе улыбается Корневу и поднимает вверх большой палец правой руки: мол, здорово разоблачаете вы всяких там слабодушных генералов и маршалов!

– А теперь послушаем о том, что произошло в кабинете председателя КГБ СССР Крючкова в роковую для страны ночь с 20 на 21 августа 1991 года, – говорит Корнев.

– Готовы слушать… – настороженно произносит генерал Луков.

– Ну-ка, что же там произошло? – бросает Повозков, предвкушая новую порцию удовольствия от развенчивания чекистских верховодов.

Корнев включает диктофон. Звучит все тот же мужской голос: «21 августа 1991 года. Утро. В гостиничный номер-люкс Нины Самойловны входит Блинкин.

– Меня продолжает интересовать главный вопрос: что произошло в КГБ СССР в ночь с 20 на 21 августа, где должно было принимать окончательное решение о штурме “Белого дома”… – спрашивает Нина Самойловна.

– Ждем агентурное сообщение, – докладывает Блинкин.

Спустя два часа в тот же номер снова входит Блинкин.

– Поступило сообщение агента о том, что произошло на совещании в КГБ СССР, когда принималось решение, Нина Самойловна, о штурме “Белого дома”. Влиятельный генерал, участвовавший на нем на первых ролях, поведал: “Председатель КГБ СССР Крючков в 00 часов пригласил нас, генералов, с заместителем председателя КГБ СССР Агеевым к себе. Там же были зампред Совета обороны СССР Бакланов, член Политбюро, секретарь ЦК КПСС Шанин, зампред КГБ СССР Грушко и начальник управления охраны КГБ СССР генерал Плеханов. Очень скоро подъехали генералы Ачалов, Варенников, Громов. Нашу позицию не штурмовать “Белый дом” поддержали все. Мы все вместе стали убеждать Бакланова и Шанина отказаться от операции штурма. Крючков решительно заявил, что тоже против этой операции. Варенников и Ачалов успокаивали Бакланова и Шанина, говорили, что еще не все потеряно. Что завтра нужно вести переговоры мирным путем. Все с облегчением вздохнули: штурма не будет! Но Бакланов и Шанин, как мне показалось, остались в расстроенном, подавленном состоянии. Крючков сказал Агееву о необходимости задержать Попова и Лужкова. Но мне показалось, что он говорит это исключительно для Бакланова и Шанина…”

– Как фамилия этого влиятельного служаки-генерала, давшего нам эту информацию? – спросила Нина Самойловна.

– Фамилию этого генерала мы узнаем через час, – заверил Блинкин.

– Возьмите его себе в разработку, – продолжает Нина Самойловна, – он еще послужит, пусть и не без пользы для себя, раз он так скоропалительно заложил своего шефа Крючкова…»

Корнев выключил диктофон.

– Зачем вы выключили диктофон? – вздрогнул генерал Луков.

– Всё, – спокойно ответил Корнев.

– Что значит «всё»? – срывается Луков. – А фамилия генерала?

– Какого генерала?

– Ну того генерала-агента… Включите диктофон! Назовите фамилию генерала! Дайте следующую сцену!.. – наступал Луков.

– Нет больше сцен.

– Как нет?

– Может, дальше по ходу развития сюжета и обозначится фамилия генерала-агента…

– Ничего себе – «дальше», – взрывается Луков. – Вы сейчас назовете фамилию, а если нет, то такие фильмы нам не нужны!

– А может, Валерий Иванович, вам не следует эту сцену вставлять в свое произведение? – вкрадчиво обращается к Корневу смугловатый хозяин офиса.

– Да я бы вообще все эти три сцены побоку пустил! – подхватывает Повозков.

– Резон в этом есть, – соглашается с Повозковым генерал-толстяк…

– Корнев есть Корнев, – продолжает Повозков, – он всегда к любой власти в оппозиции.

– А что вас, собственно, волнует, – спрашивает Корнев, – факты-то достоверны.

– Волнует компрометация руководства тогдашнего КГБ! Это позор!

– А то, что андроповско-горбачевское КГБ СССР без единого выстрела сдало врагу всю страну – это не позор? – жестко спрашивает Корнев. – Это тягчайшее и гнуснейшее преступление! Они – руководящие сотрудники ЦК КПСС, Совмина СССР, КГБ СССР – сколотились в корпоративные группы клятвопреступников, чтобы грабастать народное, обслуживая сионистских олигархов – паразитирующую зловонную мразь, лоснящуюся трупным гноем!

Корнев уходит.

– Так как же теперь быть? – в растерянности вопрошает генерал-крепыш Луков. – Ведь в последней сцене он намекает на меня… В том совещании на первых ролях действовал я.

– Я это, Гордей Витальевич, сразу понял и потому предложил Корневу сцену убрать, – говорит генерал – хозяин офиса.

– Я так вообще потребовал убрать все три эти сцены, – продолжил от себя Повозков.

– Я тоже поддержал вас! – подсуетился генерал-толстяк.

– Плевать Корневу на ваши «требую», – обрывает генерал Луков. – Он на весь мир может фильмом ославить…

– Да, к сожалению, все тайное рано или поздно становится явным, – философски замечает Повозков, – диалектика истории…

Корнев входит в редакционный кабинет Матвеева.

– Ну, как психологический эксперимент в кругу почтенных генералов и бывшего первого лица компартии РСФСР? – с сарказмом спрашивает Матвеев. – Какая реакция?

– Отчет о встрече, Женя, готов для печати, – и подает редактору Матвееву машинописный текст…

– Очень интересно! – восклицает редактор и углубляется в чтение.

Раввин ратует за дискредитацию коммунистических лидеров

Позвонивший мне в очередной раз раввин хоральной синагоги был на удивление в крайне возбужденном, восторженном состоянии, что называется «от радости дыхание сперло».

– Сионистское движение опять можно поздравить с замечательной политической победой! – патетически выпалил раввин. – Нашими соплеменниками блестяще проведена изначальная уникальная операция по всеобъемлющей нашей программе форсированной дискредитации руководителей коммунистических партий на постсоветском пространстве в глазах революционно настроенных трудовых низов русских аборигенов.

– И что же это за ваша «изначальная уникальная операция»? – спросил я.

– А вот это я вам поведаю при нашей с вами встрече, – сказал раввин.

Когда же мы с ним повстречались, то раввин, как всегда, начал издалека.

– Видите ли, мой хороший, добрый друг, – приподнято произнес раввин, прищурив глаза, – ведь для нас, для нашего сионистского племени на данном этапе исторического развития в этой стране опасны не революционно настроенные трудовые массы русского народа сами по себе, а присущая им сила порождать такие личности, которые способны, опираясь на знание души русского народа, привести эти трудовые массы в движение, возглавив их и став авторитетным предводителем. Образование же такой вот социально-политической взрывной стыковки из революционно настроенных русских трудовых масс и их харизматичного коммунистического вождя нами нигде не должно быть допущено! Смычка этих двух составляющих в нынешнем протестном движении на постсоветском пространстве для нашего сионистского племени будет смертельно опасной: беспощадная революционная волна в один момент сметет нас всех к чертовой матери! И нам нужно предпринять сейчас все возможное и невозможное для того, чтобы ни в одном районе на постсоветском пространстве не смогла возникнуть такая личность, как Сталин. А такая личность может родиться прежде всего из среды руководителей нынешних компартий, орудующих на постсоветском пространстве. И мы во что бы то ни стало должны решительно пресечь развитие событий в этой стране в смертельном для нас направлении!

– Что же вы намереваетесь предпринять? – спросил я.

– Наши соплеменники, – сказал раввин, – с учетом складывающейся политической ситуации в этой стране должны сегодня форсированно действовать в двух направлениях. Во-первых, по максимуму нашпиговать нашими людьми ближайшее окружение каждого из лидеров компартий, в особенности его идеологическую обслугу. По типу того, как подобную операцию сионисты с успехом реализовали накануне Октября 1917 года, протолкнув в верхушку руководства РСДРП свои агентурные элитные кадры… Во-вторых, все усилия и изобретательность наших соплеменников должны быть направлены на нещадную дискредитацию коммунистических вожаков. На манер того, как мы, например, в августовские дни 1991 года учинили дискредитацию начальника внешней разведки КГБ СССР генерал-лейтенанта Леонида Шебаршина!

– Как же вы тогда дискредитировали славного советского разведчика Шебаршина? – поинтересовался я.

– Очень даже просто! – с вызовом произнес раввин. – Назначенный по нашей подсказке возвратившимся из крымского Фороса Горбачевым только на сутки временно исполнять обязанности председателя КГБ СССР генерал-лейтенант Леонид Шебаршин достойно распорядился отведенным ему временем и свершил в роковой для страны Советов час испытаний, к нашему удовольствию, архиважное дело. Будучи весьма польщенным таким вот высоким назначением после водворения ельцинистами в кутузку «Матросская тишина» прежнего председателя КГБ СССР Крючкова и проявив завидное рвение, профессиональную сноровку, а также оперативность, умница Шебаршин, в угоду нам, 23 августа 1991 года предпринял все необходимое, и деятельность партийных организаций КПСС в системе советской госбезопасности была запрещена. Тут же подготовили приказ по КГБ СССР и циркулярную телеграмму: конец партийной организации КПСС в системе госбезопасности… И вопрос департизации КГБ СССР был закрыт… А накануне вечером, 22 августа, Шебаршин своим личным вмешательством обеспечил безопасность наших сторонников, собравшихся на площади Дзержинского демонтировать памятник первому чекисту… Вот таким добрым молодцом оказался в роковой для страны Советов час испытанный потомок сапожников из Марьиной Рощи Москвы, славный советский разведчик генерал-лейтенант Шебаршин. И все это в угоду нам Шебаршин с успехом провернул за какие-то одни сутки! Как сейчас помню: 22 августа в 15 часов Горбачев подписал указ о назначении Шебаршина исполняющим обязанности председателя КГБ СССР. А 23 августа, опять же в 15 часов Горбачев отстранил Шебаршина от этих обязанностей. И 23 августа 1991 года пост председателя КГБ СССР уже занял другой, еще более смышленый и покладистый к нам генерал Вадим Викторович Бакатин, который тут же передал нашим друзьям-американцам особо секретные чертежи расположения подслушивающих «жучков» во вновь построенном здании посольства США в Москве. В октябре же 1991 года Бакатин и вовсе ликвидировал КГБ СССР…

– Но если советский разведчик генерал Шебаршин с таким вот успехом лил воду на вашу мельницу, милейший, то почему в августовские дни 1991 года посадили его в кресло председателя КГБ СССР лишь на сутки? – спрашиваю раввина.

– На большее нельзя было, – отмахнулся он. – Как-никак, Шебаршин – наш враг, хоть, может, и бывший… В нашу задачу входило выжать из него все возможное, размазать, измочалить, скомпрометировать навсегда в глазах сотоварищей-чекистов и выбросить на свалку…

– А каким образом вы вознамерились дискредитировать руководителей компартий, действующих сегодня на постсоветском пространстве? – поинтересовался я.

– Не только вознамерились, – парировал раввин. – Наша всеобъемлющая программа форсированной дискредитации нынешних коммунистических вожаков в этой стране уже в ходу! И дискредитация эта должна проводиться по утвержденной нами четкой методе.

– Что же это за «метода»? – спросил я.

– Нашим соплеменникам, – пояснил раввин, – реализующим эту программу, рекомендовано действовать в отношении фигурантов-лидеров компартий по той же апробированной схеме, которую мы блестяще осуществили при компрометации начальника внешней разведки КГБ СССР генерала Шебаршина в августе 1991 года. Вначале следует лестью и хитростью войти в контакт с интересующим нас фигурантом – коммунистическим вожаком, вовлекать его в различные проводимые нашими соплеменниками общественно-политические мероприятия, неустанно восхищаться его толерантностью, терпимостью к чужим мнениям и верованиям, а также постоянно, неусыпно искать все новых и новых поводов поставить нашего фигуранта – лидера компартии – в документально-финансовую зависимость от нас. Само собой, естественно, все контакты и разнообразные встречи фигуранта – лидера компартии с нашими соплеменниками, его участие в мероприятиях наших должны любыми способами тщательно фиксироваться. В особенности когда рядом с коммунистическим вождем находятся представители нашего сионистского племени, известные всем в среде русских аборигенов как заядлые, непримиримые антисоветчики, генетические русофобы, антисталинисты и антикоммунисты. Все же в совокупности заблаговременно собранные задокументированные факты общения фигуранта – коммунистического вожака с нашими соплеменниками должны быть обобщены, систематизированы и в нужный момент посредством средств массовой информации доведены до сведения широкой общественности. Причем все это должно быть так искусно подано в СМИ, настолько убедительно должно вызвать негатив и антипатию к коммунистическому лидеру, настолько «засветить» его и дискредитировать, чтобы общественность страны, в особенности трудовые низы русских аборигенов, вынесли бы ему однозначный вердикт: что, мол, ежели коммунистический функционер так фривольно, легкомысленно, вольно, разнузданно, нескромно и мало пристойно якшается с разного рода врагами русского народа, то такой руководитель компартии – вовсе никакой не принципиальный революционер, никакой не пламенный коммунист и никакой не вождь пролетарских масс, а обыкновенный политиканствующий ловкий шарлатан, обманщик и плут, мечущийся между двумя противостоящими, непримиримо враждебными, противоборствующими лагерями и преследующий исключительно свои корыстные интересы, а попросту говоря, – интересы своего брюха. На нужды же трудовых низов русских аборигенов ему решительно наплевать!

– И все же, что это за ваша «изначальная уникальная операция», которой вы так восторженно похвалялись? – прервал я раввина.

– С удовольствием скажу, – продолжил раввин. – Видите ли, первым волонтером, который добровольно, охотно взялся реализовать сегодняшнюю нашу программу по форсированной дискредитации коммунистических лидеров, оказался бывший член КПСС горбачевского разлива, наш талантливый соплеменник – шахматист Гарри Каспаров-Вайншнейн. Объектом же своей нынешней разработки Гарри Кимович взял такую масштабную политическую фигуру, как сам Шенин.

– Шенин, – переспросил я, – Олег Семенович?

– Да, именно Шенин Олег Семенович, – подтвердил раввин. – Председатель нынешней, обновленной КПСС. И я, по правде говоря, тоже точно так же, как и вы, поначалу, узнав об этом, немало подивился дерзости шахматиста. Даже подумал: хватит ли у нашего шахматиста Гарри силенок потягаться с таким вот корифеем коммунистического движения? Ведь Шенин личность-то монументальная, уникальная, колоритнейшая!.. Кстати, днями я прочитал о Шенине интереснейшую книгу журналистки Надежды Гарифулиной «Тот, который не предал» и узнал, что Шенин и тюремные застенки прошел, и в Афганистане повоевал, и вторым человеком в горбачевском политбюро побывал, и звание генерал-полковника получил сразу в двух армиях: в советской и в северокорейской…

– И хватило ли силенок у этого вашего соплеменника Каспарова реализовать свою провокационную задумку в отношении Шенина? – не без сарказма поинтересовался я.

– Представьте себе, что да, – с вызовом произнес раввин. – И все потому, что нашим шустрым Гарри Кимовичем был придуман гениальный ход: заманить Шенина под крышу проводимой им так называемой Национальной Ассамблеи, перед входом в зал Ассамблеи вынудить Шенина подписать присягу-хартию, фиксирующую, что в будущем он, Шенин, клянется «не считать для себя возможным использовать насилие или угрозу насилия», усадить Шенина в президиум Ассамблеи рядышком с собой – отпетым русофобом, антисоветчиком, антисталинистом и антикоммунистом, обязать Шенина верноподданнически выступить перед участниками Ассамблеи, по максимуму задействовать Шенина в руководящих оргструктурах Ассамблеи, а потом всю тщательно собранную информацию об «активном участии» Шенина в проведенной Каспаровым Ассамблее вбросить и растиражировать в средствах массовой информации этой страны… Правда, как только коммунисты из окружения Шенина прослышали о том, что их шефа Шенина антисоветчик, русофоб, антисталинист и антикоммунист Каспаров хочет вовлечь в свою сомнительную акцию, связанную с проводимой им так называемой Национальной Ассамблеей, то сразу же пошли всякие осуждающие, возмущенные кривотолки. А руководитель движения «За Советский Союз» Александр Козлобаев, так тот даже прямо заявил, что коммунисту негоже «войти в оранжевую, либерально-демократическую ассамблею, считая невозможной политическую реабилитацию Каспаровых, Немцовых, Красновых, активных разрушителей Советского Союза и партийных комитетов КПСС». Расхорохорившийся же Каспаров, узнав о такого рода заявлении коммуниста Козлобаева и войдя от этого в яростное исступление-раж, решил в пику коммунистам-ортодоксам взять на абордаж помимо Шенина еще и находящихся в сфере его партийного влияния руководителей Международного Союза Советских офицеров генерал-лейтенанта Алексея Фомина и вице-адмирала Владимира Березина, подключив их к активному участию в сессиях Национальной Ассамблеи. И неизвестно еще, как бы все обернулось с затеей Гарри Каспарова, если бы на подмогу к нему не поспешил главный редактор газеты «Дуэль» Юрий Мухин и учредитель этой газеты Валерий Смирнов. Они созвонились, и Каспаров предложил им встретиться в кафе и переговорить. На первой встрече Каспаров вел себя сдержанно и даже скованно, больше говорил Смирнов, но Каспаров, безусловно, их понял. Более того, сложный разговор Каспаров понял с полуслова, в чем они сразу убедились. Тут же определились, кто и чем из пришедших на встречу с Каспаровым функционально будет заниматься. Опытный ученый Валерий Марксович Смирнов, окончивший аспирантуру на экономическом факультете МГУ и успешно защитивший диссертацию по специальности «Управление народным хозяйством», взял на себя труд практически подсобить Каспарову в организации и проведении Национальной Ассамблеи. А известный публицист Юрий Игнатьевич Мухин, само собой, обязался доказать коммунистам-ортодоксам, что Гарри Каспаров вполне приличный, обстоятельный, принципиальный человек, и потому ему не только надо беззаветно верить, но и, не задумываясь, идти на любое сотрудничество с ним во всех общественно-политических делах. И процесс пошел…

Я и на этот раз не стал прерывать раввина, решил дать ему возможность выговориться, а потом, при первой возможности, рассказать в печати нашему трудовому народу о планах и намерениях коварных сионистов-расистов.

Между тем раввин набирал обороты.

– Но для того, – продолжил он, – чтобы все выглядело благопристойно, объективно и оппоненты Каспарова не восприняли бы публикации Мухина исключительно как сплошное заказное славословие шахматисту, Юрий Игнатьевич все же начал с некоторых недостатков Каспарова. Прежде всего Мухин признался: «Хорошему мнению о нем у меня просто неоткуда взяться». Прочитав цитаты из Каспарова, он согласился, что «чемпион слегка параноик и неадекватно воспринимает действительность», что «Каспаров узкий специалист, а узкие специалисты, как правило, являются амбициозными баранами во всех остальных вопросах. Кроме того, он либерал, а это сродни диагнозу – что с него возьмешь?» Таким образом, на встречу в кафе он, Мухин, «шел с внутренней опаской бесполезно потерять время, да еще в общении с человеком, который заведомо тебе неприятен из-за содействия в уничтожении твоей Родины». Далее Мухин оповестил читателей еще о двух недостатках Каспарова. Во-первых, оказывается, что ко всему Каспаров еще и «холерик», в обычном разговоре он говорит очень быстро, как бы спеша тебя убедить, но сам может недослушать и удержать выводы с двух твоих первых слов. Тут его надо останавливать и требовать дослушать до сути того, что ты ему хочешь сказать… А во-вторых, Каспаров вращается в интеллигентском кругу, информацию черпает ту, которая в этом кругу распространяется, то есть, он мыслит, исходя из того, о чем узнает. А интеллигентский круг крайне малокультурен и не способен пользоваться даже теми знаниями, которые повторяет, в связи с чем исходная информация для мышления в интеллигенткой среде крайне убога и нет проблем запудрить мозги интеллигенту какой-нибудь чушью об озоновых дырах или отравлении Литвиненко полонием. Тем более если этот бред выходит из «авторитетных источников» типа британских спецслужб или «научных кругов» имени академика Фоменко. Изложив некоторые из недостатков Гарри Каспарова, Мухин перешел к описанию положительных качеств шахматного чемпиона, одним из которых является то, что он быстро мыслит и идет на компромисс. «Каспаров меня искренне удивил, – поделился своими впечатлениями Мухин, – он же холерик, он нервничал, переживал, после заседаний возмущался, еще и еще раз доказывая правоту своих предложений, от которых он отказался, но на заседаниях он наступал на горло собственной песне, чтобы достичь компромисса. Я знаю людей не глупее его, но эти люди уже отчаялись бы и запаниковали в уверенности, что ничего не получится, а Каспаров ломил и ломил, ведя дело проведения Ассамблеи к намеченной дате. Кроме того, он волей-неволей был общим руководителем, и ему приходилось решать абсолютно все вопросы – от принципиальных до персональных и денежных. И он крутился безропотно, ни разу не пожаловавшись, что ему трудно или у него нет времени… Ничего не могу сказать: как работник молодец! Снимаю шляпу. Сталин как-то говорил Байбакову, что советский нарком должен иметь безграничный оптимизм и бычьи нервы. Думаю, что Каспаров был бы прекрасным сталинским наркомом». Но назвать Каспарова «прекрасным сталинским наркомом» Мухину, видимо, показалось мало. Он решил воздать должное Каспарову еще и как всенародному вождю, то есть, по сути, фактически приравняв Каспарова даже к самому великому Сталину. «Как вождь, – пояснил Мухин, – Каспаров тоже вызвал удивление. Он все время уходил в “толпу”, стараясь никак себя не выпячивать, что, в общем-то, было неправильно, поскольку и так все знали, что все дело вертится им… Ведь никто не сделал для Ассамблеи столько, сколько он, и никто и не пытался даже сравнивать свой вклад с его… Говорят, чтобы съесть с человеком пуд соли, надо примерно 13 лет. Только за этот срок можно узнать скрытые в человеке достоинства и подлости. Может, это и так, но скажу, что порой человек “прокалывается” одним словом, даже одним жестом… Я с Каспаровым работал в общей сложности часов 20, говорит он быстро, посему мог бы в разговорах как-то и проколоться, благодаря чему удалось бы понять его несамостоятельность или зависимость, или корыстный интерес, или еще что-то, что давало бы повод к недоверию. Ни слова, ни жеста!..» Затронута Мухиным «в разговоре в Каспаровым один на один» и «важная тема – о еврействе Каспарова». Среди участников Ассамблеи со стороны либералов порядочно евреев… А либералы Ассамблее были очень нужны. На что Каспаров довольно резко ответил что-то типа: «Забудь об этой проблеме!» Из чего он, Мухин, «сделал вывод, что примыкающие к Каспарову евреи – это граждане России, и подчиняться лобби Израиля они не спешат…» Обобщая же изложенные им сведения о Каспарове, Мухин заключил: «Есть у Каспарова недостатки? Есть, но они такого плана, которые с работой, с опытом проходят. Напомню, что я не съел с Каспаровым пуд соли, в его нравственной оценке могу ошибаться, но исходя из того, что увидел, скажу, что в лице лидера определенно повезло. Мне он показался крепким, честным и умным мужиком…» Конечно, после того как Мухин к тому ж назвал Каспарова «прекрасным сталинским наркомом» да еще и, углядев в Каспарове все признаки всенародного вождя, приравнял по сути Каспарова к самому великому Сталину, всякие сомнения в отношении Каспарова отпали, и все желающие двинулись в зал открывающейся Национальной Ассамблеи. Правда, у входа произошла некоторая заминка. Каждого из пожелавших участвовать в форуме обязывали подписать присягу-хартию, в одном из пунктов которой было сказано: «Мы не считаем для себя возможным использовать насилие или угрозу насилия». И люди забеспокоились: простите, мол, а что же будет тогда с грядущей неотвратимой революцией? Но им перстом указали на последний пункт присяги, где говорилось, что все это делается в интересах «суверенитета и власти народа». И инцидент был исчерпан. Вот только никто так и не уточнил, в интересах какого именно народа… Ну а дальше на Национальной Ассамблее все пошло как по нотам, а точнее говоря, – по плану, заранее задуманному шахматным чемпионом. В президиуме Национальной Ассамблеи Каспаров усадил Шенина рядышком с собой по левую руку. Почти сразу же Шенину была предоставлена возможность произнести верноподданническую речь перед участниками Ассамблеи. По максимуму был задействован Шенин и в руководящие оргструктуры Национальной Ассамблеи: он избран и в Совет Ассамблеи, состоящий из 50 человек, и в Президиум Совета Ассамблеи, состоящий всего лишь из девяти человек. Вошел также Шенин и в Бюро Национальной Ассамблеи… По завершении же работы Национальной Ассамблеи оставалось лишь всю тщательно собранную информацию об «активном» участии Шенина в проведенной Каспаровым Ассамблее вбросить и растиражировать в средствах массовой информации этой страны. Что, естественно, и было исполнено…

Сказав эти слова, раввин демонстративно распахнул свой «дипломат», извлек оттуда кипу различных газет, стал раскрывать каждую из них и, тыча пальцем в напечатанные там материалы о прошедшей Национальной Ассамблее и фотоиллюстрации к ним, с восторгом комментировал то, как искусно поданы в СМИ заблаговременно собранные задокументированные факты общения фигуранта – коммунистического вожака Шенина – и его сотоварищей по партии с идеологическими противниками – сионистскими соплеменниками. Из всех печатных изданий особенно отличилась газета «Дуэль», опубликовавшая материал о прошедшей Национальной Ассамблее сразу на трех огромных полосах… А это, по мнению раввина, должно убедительно вызвать негатив и антипатию к коммунистическому лидеру, дискредитировать его в глазах общественности страны, в особенности в глазах трудовых низов русских аборигенов, и люди несомненно вынесут ему однозначный вердикт: лидер коммунистов, дескать, с «гнильцой». Всюду в газетах многочисленные фотоиллюстрации к опубликованным материалам о Национальной Ассамблее сверстаны тоже в одном и том же дискредитирующем коммунистов ключе… В снятом, к примеру, крупным планом во всех возможных ракурсах президиуме Национальной Ассамблеи рядышком с отпетым русофобом, антисоветчиком, антисталинистом и антикоммунистом Гарри Каспаровым восседает коммунист Олег Шенин. Снятому крупным планом, говорящему у микрофона Ассамблеи советскому вице-адмиралу, коммунисту Владимиру Березину на газетной полосе противопоставлен сфотографированный тем же крупным планом и говорящий у того же микрофона Ассамблеи махровый антисталинист-«яблочник» Сергей Ковалев. А снятому крупным планом, говорящему у того же микрофона Ассамблеи советскому генерал-лейтенанту, коммунисту Алексею Фомину на газетной полосе противопоставлена ухмыляющаяся физиономия отъявленного антисоветчика Виктора Шендеровича, снятого опять же крупным планом…

Раввин на мгновение замолчал, лукаво подмигнул мне и сказал:

– А теперь, мой хороший, добрый друг, вашему вниманию предлагается верноподданническая речь, которую произнес Шенин на сессии Национальной Ассамблеи.

Раввин раскрыл еще одну газету и стал приподнято, с нарочито подчеркнутым пафосом читать: «Уважаемые участники Ассамблеи. 12 апреля у нас прошла конференция национально-патриотических сил, в работе которой приняло участие 20 общественных организаций. Надо сказать, что число этих организаций с каждым днем растет, и я думаю, что это является хорошим залогом, чтобы наша Ассамблея набирала сил, укреплялась для решения тех задач, которые она поставила и в хартии, и в Политической Декларации. Сам факт, что сегодня смогли собраться столь различные протестные силы, представляющие самые разные слои современного общества, считаю весьма важным, и я бы даже сказал, историческим событием! Это свидетельствует о глубоком понимании того, что происходит в России. Отсутствие понимания ответственности за судьбу страны, способности некоторых политиков, лидеров партий и движений подняться выше личных амбиций, ведь на кону стоит дальнейшее существование нашего народа и нашей страны, нашей Родины. Сама подготовка к Ассамблее показала, кто есть кто в России, для кого главным является судьба народа и Отечества, а для кого личное благополучие и конформизм. Эти последние сами отсеялись на этапе подготовки к Ассамблее. Кто-то остается работать в своих устаревших предрассудках и не способен к критическому анализу, не может понимать эволюции, происшедшей с некоторыми политиками, которые на определенном этапе поддерживали так называемые реформы, но осознали всю их пагубность. Сегодня народ не только лишен возможности управлять своей страной, но и безбедно жить и получать достойное вознаграждение за свой честный труд. Россия подошла к последней черте, за которой начинается, и даже уже начался, распад и хаос, несмотря на многочисленные заявления режима о пресловутой стабилизации. Не может быть стабилизации в стране, где народ отстранен от власти. Народ фактически выброшен на свалку, он лишний для зажравшейся и зарвавшейся элиты, ставленников олигархических кланов, занявших высшие посты в государстве. Они приватизировали общенациональное достояние, поставив себе на службу в интересах личного обогащения ключевые национальные ресурсы, включая государственное имущество, бюджетные средства, доходы от природных ресурсов. Их алчность, не знающая и не имеющая границ, цинизм и наплевательство на своих сограждан, невиданное обогащение не только в России, но даже и в мире, разрыв между бедными и богатыми, объективно они ведут к мощному социальному взрыву. И никакая полицейская вертикаль, основанная на защите собственной кражи, не сможет это удержать. Перед Ассамблеей стоят поистине грандиозные задачи: спасение страны. Это возможно только при полном демонтаже криминального, компрадорского, олигархического режима. Враг опасен, кровав, изворотлив, прикрывается социальной риторикой национальных проектов. К сожалению, многие граждане нашей страны, одурманенные полностью контролируемыми властями средствами массовой информации, телевидением, не понимают, что на их шею уже давно наброшена удавка. Поэтому перед нами стоит непростая задача работы с населением. Если у каждой входящей в Ассамблею организации есть свои силы, есть свои сторонники, то, собрав огромное число представителей с различными политическими взглядами, Ассамблея может с большей эффективностью и сообща добиваться возвращения народу его страны. Мы разные, у всех у нас разные политические взгляды, но всех нас объединяет любовь к своей Родине, к своему народу, ответственность за его судьбу и невозможность взаимодействия с воровским, бандитским режимом. Именно тревога за настоящее и будущее России подвигла нас на объединение усилий ради свободы и процветания нашей Родины, что четко изложено в хартии Национальной Ассамблеи, которую вы сегодня подписали. Теперь дело за нами, насколько Ассамблея сможет вдохнуть в народ, большая часть которого находится спящим и под гипнозом, дух сопротивления и веры в свои силы, оказания поддержки выстраиванию демократии и союза. Исполнительным органам Ассамблеи предстоит решать очень непростые задачи. Думаю, что в качестве первоочередных мер надо добиться освобождения всех политических заключенных, роспуска всех незаконных органов власти, а она вся нелегитимна, формирования органов народного представительства и исполнительной власти, несущих уголовную ответственность перед народом и выполняющих его волю. Предлагаю поддержать проекты документов, которые будут предложены сегодня Ассамблее, и проголосовать за них. Оргкомитет в ходе подготовки Ассамблеи провел огромную работу и сумел совместить в подготовленных документах мнения столь разных политических групп. Это наша страна, отступать больше некуда, у нас одна Родина и обязанность вернуть народу власть. Спасибо за внимание».

Завершив чтение, раввин с прищуром посмотрел на меня и сказал:

– Обратите внимание. Распластавшийся перед участниками Национальной Ассамблеи ее участник деликатный коммунист Олег Шенин в своей верноподданнической речи поскромничал и постеснялся говорить и о непрекращающейся, непримиримой классовой борьбе на постсоветском пространстве, и об украденных еврейскими миллиардерами-олигархами миллиардах из ресурсов русского народа, и о том, что ныне численность русских людей ежегодно сокращается на полтора миллиона человек. В том числе ни слова не сказано коммунистом Шениным и об идеологии, которую он исповедует, ни об идеологии, которая ныне потеснила коммунистическую на постсоветском пространстве. Шениным не сказано, что на постсоветском пространстве коммунистическую идеологию потеснила наша расистская сионистская идеология. Да и вообще много чего важного другого в своей речи Шенин не сказал. Зато участник Национальной Ассамблеи, наш соплеменник, русофоб на генетическом уровне и циник Виктор Шендерович в присущей ему ернической манере идеологически разоткровенничался. «В алфавитном списке подписантов хартии Национальной Ассамблеи, – сказал Шендерович, – моя фамилия стоит непосредственно перед фамилией сталиниста Олега Шенина. Думаю, это соседство радует нас в равной степени. Мне, конечно, было бы комфортнее увидеть возле своей фамилии ну, допустим Виктора Шейниса, известного «яблочника», уважаемого мною человека. Но ее там нет, как нет выше по списку Чубайса, а ниже – Явлинского. А есть Шенин…» Что же касается нашего соплеменника Гарри Каспарова, то все задуманное им в отношении Шенина выполнено в полном соответствии с нашими предписаниями!.. Хотя, впрочем, впрочем… – запнулся раввин.

– Что «впрочем»? – спросил я.

– А то, что слишком уж легко одолел и победил Каспаров такого современного коммунистического Бормана, каковым является Шенин. Я глубоко убежден, что в лице Шенина мы имеем дело именно с настоящим коммунистическим супер-Борманом! И меня сейчас даже посетила беспокоящая, тревожная мысль…

– Какая же «беспокоящая, тревожная мысль»? – снова спросил я раввина.

– А мысль такая… – понизив голос, в задумчивости проговорил раввин. – Представьте себе, вдруг на поверку окажется, что председатель нынешней обновленной КПСС Олег Семенович Шенин со своими идеологическими сподвижниками, секретарями ЦК руководимой им партии, разгадав коварный замысел сионистов дискредитировать нынешних коммунистических лидеров, осознанно, преднамеренно пошел на сближение с шахматистом Каспаровым и его антисоветским, русофобским, антисталинистским, антикоммунистическим окружением-кагалом, для того чтобы впоследствии изнутри публично разоблачить, разнести в пух и прах всю эту просионистскую придворную, антинародную, антирусскую камарилью, политических пачкунов, проводящих в жизнь путем всяческих интриг мероприятия, выгодные исключительно для международного сионизма, агентурой которого эта клика является.

Закончив тираду, раввин как-то сразу сник, побледнел, в волнении завращал выпученными глазами навыкате и изменившимся, подрагивающим, страдальческим голосом, подобострастно поглядывая на меня, как бы ища сочувствия и поддержки, сквозь зубы процедил:

– Надеюсь, вы так не полагаете, мой хороший, добрый друг?

В ответ я лишь развел руками.

Тогда, несколько приободрившись, раввин сказал:

– Или, может, вы все же полагаете, что Шенин и его люди действительно работают на нашем поле на манер разведчика Рихарда Зорге?

26.09.10 г.

Беснующиеся «искусствоведы»[4]

Как же злобствуют грассирующие очернители всего советского, всего русского, в особенности тогда, когда речь заходит о наших национальных героях! Сколько грязи, газетного яда, лживых слов и телевизионной клеветы было выплеснуто на имя Маршала Советского Союза Г.К. Жукова, когда стало известно, что патриотам удалось-таки принудить правящий режим согласиться на сооружение памятника в Москве великому полководцу к 50-летию Победы.

С той же беспардонностью, зоологической ненавистью к героическому прошлому Родины эти циники от «культуры» пытаются воспрепятствовать созданию памятника первой женщине – Герою Советского Союза, Герою Социалистического Труда, легендарной летчице Валентине Гризодубовой, чье 85-летие мы отметим в октябре нынешнего года. Несмотря на распоряжение В. Черномырдина № 720-р от 24 мая 1995 г. об увековечении памяти прославленной летчицы и установке памятника в Петровском парке столицы, все делается для того, чтобы к юбилейной дате этого не произошло.

Эту скульптуру изваял известный скульптор академик Ф. Викулов. Художественный совет комбината ТОО «Творчество» принял модель с оценкой «хорошо». Но чиновникам из московской мэрии это пришлось не по душе, и они поспешили организовать свой «карманный» художественный совет. Этот «совет» бесцеремонно заявился в мастерскую и устроил обструкцию маститому ваятелю и его детищу.

Вот что сказали присутствовавшие при этой «разборке».

Первый вице-президент Российской ассоциаций Героев Советского Союза, дважды Герой Советского Союза, летчик-космонавт СССР С. Савицкая:

– То, что мы сейчас слышали и видели здесь, – это не художественный совет, а некое политическое действо. Его организовал Тантлевский, чиновник из департамента культуры.

Он, уверена, затягивал решение вопроса с памятником, пытаясь его «утопить». А когда подошли сроки установки, Тантлевский привел с собой в мастерскую заангажированных членов художественного совета. Они разыграли перед нами заранее отрепетированный сценарий. Смысл его в том, чтобы отобрать эту работу у скульптора Викулова и передать ее кому-то другому, может быть, более угодному г-ну Тантлевскому. Мы стали свидетелями безобразной сцены! Обсуждение фактически было сорвано, однозначного решения художественный совет так и не вынес: его члены, не слушая ничьих мнений, демонстративно… покинули мастерскую. Мы видим в их уходе политическую подоплеку.

Первый заместитель председателя Комитета памяти Маршала Советского Союза Г.К. Жукова генерал-майор В. Боярский:

– С подобным отношением к памяти народной мы уже сталкивались. Незабвенный Остап Бендер, который нет-нет, да и появляется то там, то сям, имел, как известно, много способов изъятия денег. Есть также много «бендеровских» способов похоронить любое дело. Что извлек я из увиденного? Было одно, но явное стремление: как можно дольше затянуть решение вопроса об установке памятника легендарной летчице. А разве допустимо изгаляться над известным художником, называть его «недоучкой», «дядей Васей»?

Поэт Борис Гунько:

– Все это возмутительно! Выступал тут один господинчик, разглагольствовал о том, что, дескать, раньше на художника давили, а теперь вот не давят. Простите, когда выкинули на помойку памятник Дзержинскому – это как: давили или не давили? Когда вышвырнули из Кремля памятник Ленину, – это что?

Псевдодемократам ненавистен и Ленин, и Дзержинский. Им ненавистно все советское, все русское!..

Но сколько бы ни бесновались ельцинские «искусствоведы»-поденщики, увековечение памяти великих сыновей и дочерей Родины никому не дано остановить!

Следствие ведут кунаки

Фельетон и комментарии к нему А. Лотаревой

В тот августовский вечер в парке культуры и отдыха им. Кирова города Моздока все протекало как обычно. Танцы были как танцы… И вдруг, когда посетители парка стали уже расходиться по домам, появилась на танцплощадке группа ребят из близлежащих селений Весёлого и Ново-Георгиевского. И повели они разговор между собой о том, чтобы избить моздокского парня А. Ткачева, сведя с ним какие-то счеты.

Услышав об этом разговоре, находившийся там же, на танцплощадке Р. Бароев сообщил Ткачеву о намерении сельских ребят. Но избежать драки так и не удалось. И окончилась она трагически: одному из участников драки – Т. Гасиеву ножом был нанесен удар в сердце. От полученного ранения в ту же ночь он скончался в больнице…

И вот недавно на редакционный стол легло письмо за подписью А. Ткачева. Прислал он его из колонии.

«Я осужден к 13 годам лишения свободы, – говорилось в письме, – за преступления, в которых неповинен. По прихоти следователя Э. Битарова я стал убийцей, хотя никакого убийства не совершал. А все потому, что Битаров вел следствие не путем искания истины, а путем шантажа, угроз и обмана. И я не могу молчать об этом. Ибо в его руки могут попасть и другие невинные люди, судьба которых будет зависеть полностью от Битарова, а не от закона…»

И вот я в Северной Осетии. Первая встреча – с заместителем председателя Верховного суда республики А.А. Ечкаловой.

– Да, я председательствовала при первом рассмотрении уголовного дела в Верховном суде. И суд тогда без особого труда установил, что следствие проведено Э. Битаровым односторонне, неполно, необъективно. Прежде всего не были выяснены с достаточной полнотой обстоятельства убийства Гасиева, а также обстоятельства нанесения ножевого ранения Бураеву.

Так, свидетель А. Мироненко пояснил, что в числе участвующих в драке был и А. Прокопенко. Но следователь ограничился лишь поверхностным допросом Прокопенко. А к моменту рассмотрения дела в суде А. Прокопенко выехал за пределы республики в неизвестном направлении…

Из показаний свидетеля О. Антоновой следовало, что потерпевшего Гасиева около танцплощадки избивал и Н. Джанаев (по кличке «Лиса»). И что у этого Джанаева был нож. Однако Джанаев был допрошен поверхностно, очные ставки между ним и свидетелями проведены не были…

Со слов О. Воробьевой, был нож и у участника драки Г. Попова. Более того, Попов кого-то ранил, руки у него были в крови, и потом сразу после драки он мыл их под краном… Но опять же следователь почему-то оставил это заявление без последствий…

– И к какому же выводу по этому уголовному делу пришел тогда суд? – спросил я А.А. Ечкалову.

– Серьезные пробелы в предварительном расследовании, – ответила она, – лишали суд возможности вынести по делу приговор. А их устранение было возможно только в условиях предварительного следствия. Вот потому мы и возвратили уголовное дело в прокуратуру республики для дополнительного расследования.

…Дорасследование по данному уголовному делу поручили провести… тому же Э. Битарову. При новом судебном рассмотрении дела председательствующей была А.Г. Багаева.

Беседую с Азой Габазовной Багаевой.

– Конечно же, следователь Э. Битаров далеко не полностью выполнил предписания Верховного суда. Не установлено, например, лицо, нанесшее А. Ткачеву ножевое ранение. Не разысканы участники драки А. Прокопенко, Н. Джанаев, А. Инигов… Не установлено лицо, наставившее на Хубецова нож. Не установлено количество ножей, применявшихся во время драки. Осталось так и не исследованным, как получилось, что Ткачев был ранен таким же ножом, каким был убит Гасиев и ранен Бураев…

– И при всем при том Верховный суд республики вынес обвинительный приговор в отношении А. Ткачева, признав его убийцей?

– В основу приговора легло обвинительное заключение следователя Э. Битарова и, естественно, свидетельские показания…

Что же это за свидетельские показания? Вместе с Азой Габазовной я листаю пятитомное уголовное дело. И прежде всего обращаю внимание на такой курьез. Драка и убийство Гасиева произошли поздно вечером 29 августа. И вдруг на девятом листе дела читаю, что 29 августа с 12.00 по 14 часов 40 минут следователь прокуратуры Моздокского района республики К. Битаров в своем кабинете допросил в качестве свидетеля по уголовному делу № 14090 В. Чельдиева… Чуть ли не за полсуток до случившегося уже и дело возбудили, и свидетеля допросили?

– Я тоже обратила внимание на эту несуразность, – ответила Аза Габазовна, – да не придала ей особого значения. А что касается моздокского следователя К. Битарова, так он лишь начинал вести дело. А потом продолжил расследование другой Битаров – старший следователь прокуратуры, родственник первого.

Нахожу в деле свидетельские показания.

Свидетель Р. Бароев: «Кто мог убить Гасиева, не знаю»,

Свидетель А. Мироненко: «Меня следователь Битаров заставлял давать показания против Ткачева…»

Подсудимый В. Кайтмазов: «Следователь Битаров просил меня сказать, что Гасиева убил А. Ткачев. Следователь сказал, что если я не скажу, что убил Ткачев, то он мне, еще одну 206-ю статью пришьет…»

Потерпевшая В.Д. Гасиева, мать убитого Т. Гасиева (суду): «Бабушка Хубецова сказала, что ребята боятся сказать, кто убил моего сына… Люди говорили, что у Бураева, Калоева, Хубенова и Чельдиева тоже были ножи. Я следователю говорила, что у них были ножи. Он сказал, что закончил следствие и не будет искать ножи. Я не подписала протокол…»

Я обратился к старшему следователю Э. Битарову:

– На каком основании было составлено обвинительное заключение?

– Вы, вероятно, смотрели не те показания, – отвечает Э. Битаров, – в основу моего обвинительного заключения положены весомые, однозначные показания свидетелей В. Чельдиева, Н. Кесаева, Э. Кесаева, потерпевших М. Бураева, А. Хубецова и других…

Я снова к пятитомному уголовному делу.

Свидетель В. Чельдиев: «Мне пришло анонимное письмо, в котором говорилось, что если я не буду держать язык за зубами, то мне его обрежут. Письмо это мой отец передал Гасиевой…»

Свидетель Н. Кесаев: «Я сказал следователю Э. Битарову, что Гасиева ударил Ткачев потому, что Чельдиев так говорил».

Свидетель Э. Кесаев: «Я не видел, как Ткачев гнался за Бураевым. Я этого не говорил на предварительном следствии… Я не давал показания, записанные на листе дела 8–12, том 2. Это следователь К. Битаров выдумал…»

Потерпевший М. Бураев: «Кто кого ударил, я не видел, так как было темно».

Прочитал я в пятом томе уголовного дела и свидетельские показания в Верховном суде республики… самого следователя Э. Битарова. Его тоже, оказывается, приглашали для уточнения кое-каких принципиальных вопросов, касающихся ведения им предварительного следствия.

– Допрос свидетелей, – признался суду, в частности, Э. Битаров, – был некачественный…

В суде поинтересовались, составлялись ли им, Э. Битаровым, протоколы очных ставок заранее? Ответ следователя Э. Битарова был категоричен:

– Заранее я протокол никогда не составляю.

Но тут потерпевший М. Бураев заявил, что протокол очной ставки его с Ткачевым был составлен заранее в кабинете следователя и только затем уже он, Бураев, и Э. Битаров поехали в следственный изолятор к Ткачеву… И тогда следователь Э. Битаров вынужден был сознаться.

Я спросил старшего помощника прокурора республики X. Тегкаева:

– Чем объяснить грубейшие нарушения УПК, допущенные Э. Битаровым?

– По моему мнению, это дело ему не надо было поручать.

Не так давно он схлопотал у прокурора республики строгий выговор с предупреждением.

И X. Тегкаев пододвинул ко мне приказ № 81 прокурора Северо-Осетинской АССР А. Иванова. Я прочитал:

«Старший следователь прокуратуры юрист 1 класса т. Битаров Э.В. … отсутствовал на рабочем месте без уважительных причин с 14.00 до 16 часов.

Как установлено, т. Битаров со своими товарищами выезжал за город в Кобанское ущелье, где они распили спиртные напитки. Среди участников компании находился гр-н Житомирский М.К., ранее условно осужденный и привлеченный к труду. По возвращении в гор. Орджоникидзе Житомирский М.К., будучи в нетрезвом состоянии, управляя автомашиной марки «Жигули», допустил грубое нарушение правил движения на автотранспорте, в результате чего совершил наезд на гражданку Семенову Н.А., которая скончалась на месте, а сам скрылся с места автодорожного происшествия…»

Разговор был продолжен в кабинете заместителя прокурора республики, начальника следственного отдела Г. Сопоева.

Когда я рассказал ему о грубых нарушениях, допущенных следователем Э. Битаровым при ведении уголовного дела, он не поверил.

– Ай, как нехорошо! – запричитал Георгий Александрович. – Однако я должен вам сказать: местные драки – это что-то невообразимое! Ничего не поймешь: кто, кого, куда и когда ударил…

– Не скажите! – возразил я. – В обвинительном заключении, составленном следователем Э. Битаровым, четко расписано: кто, кого, куда и когда ударил.

– А как же иначе! – даже привстав, воскликнул Г. Сопоев. – Этого от нас требуют. Вот поэтому мы по возможности и выпрямляем, логично выстраиваем факты.

А, может, не надо «выпрямлять»? А надо рассмотреть трагическое событие, происшедшее в Моздоке, в точном соответствии с требованием Уголовно-процессуального кодекса? Всесторонне, полно и объективно. И тогда все станет на свое место.

1979 г.

[1] Правда России.

[2] Фрагменты киноповести — политического детектива «В схватке». М., 1999.

[3] Новая книга России.

[4] Правда-5. 1995. № 15, 22–29 сент.

ВОЗВРАЩАЯСЬ К НАПЕЧАТАННОМУ

26 января с.г. в «Комсомольской правде» была напечатана корреспонденция В. Цекова «Следствие ведут кунаки». Автор ставил под сомнение обоснованность приговора А.А. Ткачеву, вынесенного Верховным судом Северо-Осетинской АССР. Редакция получила много писем, в которых читатели спрашивали, отменен ли приговор. Прокуратура СССР, проверявшая в порядке надзора уголовное дело после выступления газеты, сообщила редакции, что вина А.А. Ткачева и других осужденных доказана в полном объеме, указанном в приговоре, осуждены они законно и обоснованно. Корреспонденция В. Цекова не может служить основанием к опротестованию приговора из-за ошибочности выводов автора. До того как корреспонденция была напечатана, правильность осуждения А.А. Ткачева и других лиц в кассационном порядке проверялась судебной коллегией по уголовным делам Верховного суда РСФСР, и 13 января 1978 г. приговор оставлен без изменения.

1979 г.

P.S. «Вот такие кунаки держат у нас в мединституте, тянут за уши и затем выдают дипломы анашистам, морфинистам, ворам и убийцам и присваивают им звание врача. Вот пример. Вчера во время лекции в ЦКБ был убит ударом ножа в сонную артерию студент шестого курса Кашликов. Убийца тоже студент мединститута, шестого курса, Каргинов. Каргинов в прошлом за преступление сидел в тюрьме, но снова был кунаками восстановлен в институте».

«40 лет пожила я в 30 км от Моздока, в соседней Чечено-Ингушетии. Это моя родина. Была квартира со всеми удобствами, работа. Все бросили, уехали три года назад, потому что подрастают у меня два сына. А беззаконие и безнаказанность сплошь и рядом. А если в драках или другом преступлении замешан русский, то он всегда будет козлом отпущения. В вечном страхе русские люди в наших местах. Особенно достается молодым приезжим специалистам. Тракторист-ингуш гоняется по полю на тракторе за молодыми учительницами, выбивает окна, влезают, издеваются».

«На базаре торгуют здоровые молодые ребята яблочками. Одеты по последней моде, рядом “Жигули”. От скуки поет песни под гитару, вот содержание одной из них:

Меня зовут Мирза

Работать мне нельзя.

Пускай работает Иван,

Перевыполняет план.

В магазинах сдачи не жди. Спросишь – “рюсский дешевка” и кидает со смехом. В техникум хочешь поступать – плати деньги, особенно в Хасавюртовский и Махачкалинский»[1].

Три цитаты, приведенные выше, датированы не 1990-ми гг., как это могло бы показаться на первый взгляд. Относятся они к 1979 г. Именно в этом году в «Комсомольской правде» была напечатана статья журналиста Вадима Цекова «Следствие ведут кунаки»: «В почте из мест заключения в 1979 г. появилось письмо от русского парня А. Ткачева, который написал, что сидит ни за что. А обвинение серьезное – убийство в драке. Парень клялся, что убили другие, но у них родственники вели следствие и свалили все на него. Мы почувствовали реальную беду и угрозу не одному осужденному и поручили разобраться в этом вопросе журналисту Вадиму Цекову. Партийный и государственный аппарат к этому времени распадался, взятка стала явлением обыденным. Конечно, боялись партконтроля из Москвы. Но раковая опухоль кумовства, всепрощения охватывала все больше и больше районов. Поэтому, возмущенные ростом коррупционной мафии в стране и особенно на Кавказе, мы вместе с Виктором Афанасьевым, главным редактором «Правды», Сергеем Семановым, главным редактором журнала «Человек и закон», Алексеем Пьяновым («Крокодил») решили дать бой там, в предгорьях Кавказа»[2].

Скандал после публикации разразился грандиозный. Несмотря на то что партийные органы были предусмотрительно не затронуты, всю судебную систему, вплоть до самых высших чинов, эта публикация задела. Кроме того, неожиданно статья вызвала живейший отклик в виде писем читателей. Причем писали совсем не только из региона, про который идет речь, а из Дагестана, Чечни, даже из Калмыкии. Поэтому когда через полгода, летом 1979 г., руководство газеты вызвали в отдел пропаганды ЦК КПСС, на обвинения в «поругании дружбы народов» было что ответить: письма в редакцию от совершенно простых людей до коллективного письма, которое подписали «старые коммунисты» Кавказа.

Разбирались с этой статьей В. Севрук (заместитель заведующего отдела пропаганды, ответственный за прессу), заместитель Генерального прокурора СССР Рекунков, а также представитель Осетинского обкома партии.

«В отделах Центрального Комитета рассмотрели жалобу из Осетии и считают, что статья “Следствие ведут кунаки” наносит ущерб дружбе народов и искажает факты. ЦК указывает на серьезные недостатки в газете и требует публичного извинения на страницах “Комсомольской правды”».

Стало тихо. Все выжидающе посмотрели на меня. Я собрался с духом и твердо сказал:

– Извиняться не будем»[3].

Никаких конкретных претензий и несоответствий фактам предъявлено, конечно, не было, дальше говорили опять о некоем нарушении «идеалов дружбы народов», «бросании тени на людей республики», в ответ – демонстрировались письма тех самых людей, сотни писем-откликов на эту статью. Однако закончилось это все равно тем, что В. Цекову запретили публиковаться, а В. Ганичев через некоторое время был снят с поста главного редактора.

И опровержение на страницах газеты все-таки появилось. Сам В. Цеков написал уже после этой публикации, 8 августа 1979 г. письмо секретарю ЦК КПСС М.А. Суслову, председателю комитета партийного контроля при ЦК КПСС А.Я. Пельше и первому секретарю ЦК ВЛКСМ Б.Н. Пастухову: «Буквально все поставлено с ног на голову! Ибо, во-первых, в статье “Следствие ведут кунаки” не ставился под сомнение не только вынесенный приговор по этому делу в целом, но и та его часть, которая касается А.А. Ткачева. Во-вторых, в статье не было такого рода выводов, о которых говорится в заметке от 18 июля, а приводились лишь строго задокументированные факты грубейших нарушений уголовно-процессуального кодекса, факты проявления куначества… И высказывалась надежда на то, что принципиальные выводы из этих фактов в отношении Э.В. Битарова и других должностных лиц сделают компетентные органы.

Этого, к сожалению, не случилось»[4].

Фельетоны Вадима Цекова были запрещены к печати, даже физический проход в редакцию «Молодой гвардии» отныне ему был закрыт. Следователь Битаров и руководство республики не пострадало. Положение Ткачева не изменилось.

А. Лотарева

Исконный враг меняет тактику

Фаина Зиновьевна и Кругляк медленно идут по аллее Измайловского парка.

– И как давно вы знаете Огрызкина? – спрашивает Фаина Зиновьевна.

– Давно, Фаина Зиновьевна! – отвечает Кругляк. – Очень даже давно! Пожалуй, с первых дней его появления в Москве, когда он только-только женился на столичной диве. И по сию пору, Фаина Зиновьевна, с Огрызкиным поддерживаю теснейший контакт! К примеру, вчера вечером заходит он ко мне на огонек, садится в кресло и просит поставить ему «Аве Марию». Просьбу его я, естественно, выполнил. А он, молча, задумчиво прослушал песнопение и грустно говорит мне: «Вот я сейчас вернусь домой в так называемую семью, а там у меня ни с кем ничего общего: великовозрастный сын-гомосексуалист, дочь – законченная наркоманка и к тому же еще практикующая лесбиянка, а жена с тещей всеми своими помыслами уже на земле обетованной, где, надо полагать, арабские боевики достойно встретят их по высшему разряду». Кстати, Фаина Зиновьевна, будущую жену Огрызкина поначалу мне тоже предлагали в жены, когда я задумал поселиться в Москве. Но я, как и многие другие периферийные женихи-соискатели московской прописки, напрочь отверг ее тогда. Огрызкин же оказался непритязательным при выборе невесты. Он решительно подхватил отвергнутую всеми перезревшую намалеванную куклу и поволок ее в ЗАГС. И Огрызкин не прогадал! Тут же он поселился в шикарной московской квартире со всеми современными удобствами, мгновенно получил желаемую столичную прописку и устремился делать карьеру.

– Расскажите, что вы знаете об этом Огрызкине, – велит Фаина Зиновьевна. – Я хочу знать о нем всё.

– О, об Огрызкине я знаю многое! – говорит Кругляк. – Наверное, все знаю, Фаина Зиновьевна! Огрызкин мне десятки раз пересказывал при наших многочисленных встречах во всех подробностях перипетии своей жизни. Особенно он впадает в воспоминания каждый год в день смерти матери. И каждый раз винит себя, что именно своей скоропалительной женитьбой на московской еврейке он свел родную мать в могилу. А в последнее время Огрызкин и вовсе объявил себя верующим, посещает регулярно церковь, отвешивает низкие поклоны, ставит бесчисленное количество свечек в память матери и завел себе даже духовника: Между прочим, Фаина Зиновьевна, мать Огрызкина так и не посетила квартиру столичной избранницы сына, где он поселился после женитьбы.

– Мать Огрызкина что, антисемитка? – брезгливо бросает собеседница Кругляка.

– Нет, нет, Фаина Зиновьевна! – запальчиво заверяет Кругляк. – Ничего подобного! Сам Огрызкин, я бы сказал, даже откровенный русофоб, начисто ненавидит своих соплеменников и все русское, почем попало поносит среду, из которой вышел, и искренне восхищается умом и талантами представителей избранного народа. Так что тут, Фаина Зиновьевна, все в порядке! А мать Огрызкина просто тяжело переживала потерю единственного любимого сына, который из-за карьеры и в поисках роскоши, очертя голову, подался в унизительное для каждого уважающего себя мужчины положение примак: Мать Огрызкина и побывала-то в Москве, после того как ее сын женился, всего один-единственный раз. А вот посетить московскую квартиру, где поселился ее сын, так и не пожелала.

– Это почему ж? – с сарказмом восклицает Фаина Зиновьевна. – Снова проявились какие-то плебейские причуды матери Огрызкина?

– По сему поводу Огрызкин поведал следующее, – поясняет Кругляк. – К сожалению, в тот единственный приезд матери в Москву Огрызкин задержался на сутки в командировке и не смог встретить её на вокзале, как было ранее условлено. Мать, не дождавшись сына на вокзале и имея на руках его адрес, решила сама добираться. Взяла такси и разыскала улицу, дом и квартиру, в которой сын поселился. Нажала на кнопку у двери и стала ждать. Минут через пять дверь распахнулась, и перед ней предстала оплывшая, пожилая, заспанная, патлатая, с сальными волосами женщина, с огромным крючковатым носом, в замусоленном креп-сатиновом халате – теща ее сына. Но не это особо смутило мать Огрызкина. Из открытой прихожей на нее резко пахнуло специфическим, характерным исключительно только для еврейского местечкового очага букетом запахов: псины, чеснока и духов «Красная Москва». Это-то окончательно и сразило мать Огрызкина. Рефлекторно отпрянув от двери и к ужасу своему представив, что ее единственный, любимый сын обречен ежедневно вдыхать такую вонь, она, извинившись, назвала вымышленную фамилию того, кого она якобы разыскивает.

– Мать Огрызкина так и не повидала своего сына? – подивилась Фаина Зиновьевна.

– Повидала, – сказал Кругляк. – Мать Огрызкина остановилась у своих дальних родственников-москвичей. Туда сын и подъезжал пару раз: Да только недолго мать Огрызкина оставалась в Москве. А вернувшись к себе домой, она скоропостижно скончалась: сердчишко окончательно сдало.

– Сам-то Огрызкин откуда прибыл в Москву? – интересуется Фаина Зиновьевна.

– Из Днепропетровска, – говорит Кругляк, – там родился, там окончил металлургический институт:

– И сразу по окончании вуза Огрызкин устремился в Москву? – спрашивает Фаина Зиновьевна.

– Никак нет! Поначалу, как молодой специалист, по распределению попал на Новокузнецкий металлургический комбинат помощником мастера. Там-то он, по его собственному признанию, просветился и прозрел. Впервые оторвавшись от маминой юбки и вкусив прелести рабочего общежития, а также едва выстояв две смены у пышущей жаром мартеновской печи, он сказал себе: «Ну, нет! Это не для меня! Не знаю еще, как я буду выбираться из этой ямы, но с этим быдлом мне не по пути. С ними я жить не буду!» Огрызкин был потрясен раскрывшейся перед ним реальной стороной жизнью и ужаснулся тому, что ему предстоит испытать, оставаясь там, на комбинате. Слишком долгим и тягостным путь к высшему благу ему показался. А хотелось, ой как хотелось, чтобы сразу было все: и цветной телевизор с магнитофонной приставкой, и холодильник, и все такое прочее из современной бытовой атрибутики. А в придачу к роскошной квартире еще хотелось и забугорного автомобиля. И тут впервые в своей жизни, говорит Огрызкин, он проявил волевой, решительный характер. Всякими правдами-неправдами, ссылаясь на болезнь престарелой матери, месяц спустя он рванул из Новокузнецка в Днепропетровск в родные места и устроился в какое-то конструкторское бюро. Но и там душа его не находила покоя. Не мог Огрызкин вечно прозябать вместе с матерью в 17-метровой комнате коммунальной квартиры. Вот тут-то у него и созрела мысль решить все свои житейские проблемы, женившись на какой-либо уродливой московской еврейке. Они, мол, все могут, рассуждал Оргызкин, а с лица воды не пить. И так он увлекся реализацией спасительной для него задумки, что вскоре нашлись и сговорчивые посредники, которые за сносное вознаграждение подыскали ему в Москве из еврейской диаспоры эту самую перезревшую диву. И сколько родная мать в слезах ни уговаривала Огрызкина не делать опрометчивого шага, не губить свою жизнь и нейти в примаки из-за карьеры, но все оказалось тщетным. Огрызкин был непреклонен в осуществлении своей мечты!

– С этим все ясно! – обрывает Фаина Зиновьевна. – А теперь скажите: Огрызкин действительно ненавидит Корнева?

– Очень, Фаина Зиновьевна! – восклицает Кругляк. – Я не встречал создания в образе людском, чтобы так жадно желало человека погубить или хотя бы поспособствовать этому и быть свидетелем его жизненного краха. Огрызкин в душе злейший враг Корнева. На словах Корнев для него все и вся, а в душе другое. Его заветная мечта увидеть Корнева поверженным и в полнейшей немощи! Личное озлобление Огрызкина на любые шаги может толкнуть. Огрызкин не простит Корневу и то, что он его, ответработника ЦК КПСС, опозорил, приняв у него экзамен в своем заочном юридическом институте лишь с пятого или с шестого захода, и то, как чуть позже его, уже добравшегося до кресла заместителя заведующего отделом ЦК КПСС, огрел зубодробительным фельетоном, в котором представил Огрызкина изощренным многолетним покровителем воров из золотодобывающих артелей. После этого фельетона Огрызкин на глазах одряхлел, поседел и еле удержался в ЦК на вторых ролях. Но особенно Огрызкин ненавидит Корнева за то, что он такой вот всегда идейно-бескомпромиссный бессеребренник-идеалист, прагматик, реалист, и ему все сходит с рук. А Огрызкину-то с его сомнительными делишками приходится довольствоваться своей вечной ничтожностью, которая понятна всему его окружению и не только.

– А что, Корнев, регулярно общаясь с Огрызкиным, такого вот потаенного негативного настроя к себе со стороны Огрызкина не чувствует?

– Не сомневаюсь, что Корнев видит Огрызкина насквозь!

– Я не понимаю, – недоумевает Фаина Зиновьевна, – зачем же Корнев тогда подпускает к себе Огрызкина?

– Для чистоты непрерывно проводимого Корневым естественного психологически-социологического эксперимента, – поясняет Кругляк. – Корнев не хочет упрощать жизненную ситуацию и действует по принципу: с какой бы стороны ни грозила ему опасность, он идет ей навстречу.

– Итак, по вашему разумению, Корнев – хороший человек? – спрашивает Фаина Зиновьевна.

– Да, Фаина Зиновьевна, Корнев – хороший человек! – подтверждает Кругляк.

– А вы знаете, что пишет он о нашем движении? – возмущается Фаина Зиновьевна.

– О, нет, нет, нет, Фаина Зиновьевна, я неточно выразился! – мгновенно реагирует Кругляк. – Словами «Корнев – хороший человек» я хочу лишь сказать, что Корнев, поймите меня правильно, человек основательный. Однако весь капитал его в надеждах. У него одно произведение создается, второе – в планах, а третье – уже печатается: Но при всем при том он жил и живет, по сути, в нищете, в коммунальной квартире: Несмотря на это, он человек основательный.

– Но вы ведь тоже ненавидите Корнева? – ядовито замечает Фаина Зиновьевна.

– Да, Фаина Зиновьевна, – соглашается Кругляк, – зная, что Корнев меня воспринимает не иначе как отпетого приспособленца к любому режиму власти, я в душе тоже ненавижу Корнева. Но не до такой степени, как Огрызкин! И я по-прежнему готов возглавить производство фильмов Корнева, как только таковое начнется.

– Не стройте себе иллюзий! – бросает Фаина Зиновьевна. – Производство этих фильмов уже идет полным ходом. И, как видите, Корнев обошелся без вас.

– Не может быть, – потрясенный, восклицает Кругляк, – как это могло случиться? А как же я? Ведь Корнев никогда не возражал, когда я в его присутствии говорил, что хочу быть генеральным директором производства его фильмов. Получается, что я ему напрасно регулярно носил всякие книги, газеты и по несколько раз в день сообщал обо всяких новостях? Как же после этого можно верить людям, надеяться и ждать? Господи, где же порядочность?..

Корнев входит в редакционный кабинет Матвеева. Подняв голову от раскрытой перед ним книги, Матвеев говорит:

– Послушай, Валерий, что писал в середине XIX века Иван Сергеевич Аксаков о проблеме, которая вроде бы и сейчас для России актуальна.

– И что же он писал? – улыбаясь, произносит Корнев.

Матвеев читает:

– «Невольно ужасаешься такому иудейскому пленению Руси; невольно спрашиваешь себя: где же мы, в России или действительно в жидовской Палестине?»

Перелистав несколько страниц, Матвеев продолжает читать:

– «Если мы хотим довести народ до отчаяния, мы должны честно, строго, откинув в сторону всякое доктринерство, посмотреть положению прямо в глаза, приступить к разрешению самой задачи об устранении еврейского гнета. Это теперь необходимее, чем прежде, безотлагательно необходимо. Тысячу лет строил русский народ свое государство, костьми и кровью слагал его, принес в жертву государственной идее и местную свободу, и достояние. Достроил, наконец, и с недоумением начинает усматривать, что допущенные им жильцы вытесняют его чуть не за порог, да еще и здание хотят перестроить. За хозяйский стол, конечно, могут быть допущены гости, но только как гости, и в качестве гостей пользоваться почетом. Во главе же стола все-таки должен сидеть и распоряжаться хозяин. А хозяин в России – русский народ, и никак не инородцы».

– И это писалось, Женя, полтора века тому назад! – восторженно говорит Корнев. – И какая при этом объективность, какой всеобъемлющий воистину научный анализ первопричин грозящей России катастрофы! И как всесторонне представлен образ исконного, многовекового врага России, который только сейчас, обнаглев, отбросил от себя личину вечно всеми незаслуженно гонимого и притесненного талантливейшего народца.

– Думаю, Валерий, что напрасно они поспешили «личинами» разбрасываться! – произносит Матвеев.

– Это верно, Женя, – соглашается Корнев. – Грядет день, когда они вновь бросятся на свалку искать эту самую «личину» и попытаются снова предстать перед нашим народом обездоленными и несчастными!

– Послушай еще, – продолжает Матвеев и читает: – «С развязностью людей, которые чувствуют себя дома чуть не хозяевами и не сознают за собой пред коренным населением ни малейшей вины, да и никаких, кажется, особых обязанностей, – они во имя “культуры и цивилизации” встречают резкою бранью всякий укор евреям в эксплуататорстве и дерзко отрицают самую неподдельную действительность. Евреи, очевидно, смотрят на себя и теперь как на народ избранный и Божий, а на все христианские народы, среди коих имеют жительство, как на своих данников, обязанных услаждать им жизнь; народы должны даже почитать себя осчастливленными их присутствием, потому что Господь специально препоручил их попечению израильское племя! Обвинение же евреев в алчном стремлении к наживе провозглашается бессовестным, и во всех современных грехах евреев виноваты и ответственны сами христиане. Еврейские органы печати не даром следят “за прогрессом” и довольно ловко пользуются модной доктриной космополитизма. Она им на руку; во имя либеральных доктрин и гуманизма требуют они для евреев равноправности с господствующим населением государства, не только гражданской, но и политической, а во имя “прогресса” стоят за космополитический принцип, благодаря которому освобождают себя от уважения к принципу национальности, следовательно, и от национальной связи со своей христианской родиной»:

Раздается телефонный звонок. Матвеев берет трубку.

– Да! – произносит Матвеев. – Корнев здесь: Хорошо, Кирилл Антонович: Мы сейчас зайдем.

Матвеев кладет трубку и смотрит на Корнева:

– Главный редактор приглашает нас к себе:

Милашевич в гостиничном номере-люксе Фаины Зиновьевны.

– Мне хотелось бы знать ваше мнение о возможности использования Огрызкина для ликвидации Корнева, – продолжает Фаина Зиновьевна.

– Я хочу быть уверенным, что можно, – говорит Милашевич. – А чтобы быть уверенным, мне нужно обдумать. Могу я поговорить с Огрызкиным?

– Отобедайте с ним, – предлагает Фаина Зиновьевна.

– Чтобы некошерное мясо нюхать? – брезгливо восклицает Милашевич. – Увольте, Фаина Зиновьевна! Я буду покупать у таких, как Огрызкин, продавать им, ходить с ними, говорить с ними и прочее, но не стану с гоями ни есть, ни пить:

В редакционный кабинет Матвеева входит Корнев.

– Главный редактор просил тебя спросить, нельзя ли будет посмотреть, хотя бы частично, уже отснятый материал? – говорит Матвеев.

– Почему «нельзя ли» и почему «частично»? – на вопрос вопросом отвечает Корнев.

– От нашего главного у нас секретов не может быть! Он все увидит.

Милашевич и Огрызкин медленно идут по аллее Суворовского бульвара.

– Вот вы обозвали свой народ «быдлом»… – продолжает разговор Милашевич.

– А что? – вспыхивает Огрызкин. – Быдло – оно и есть быдло! Я-то уж знаю.

– И все же… – замечает Милашевич.

– Я готов сказанное подтвердить! – восклицает Огрызкин. – По глубочайшему моему убеждению: народ этой страны – быдло. И мало его еще поприжали демократы!

– Странно как-то слышать это от вас, – произносит Милашевич. – Ведь вы выходец из этого народа.

– Я – думающий выходец! – гордо парирует Огрызкин.

– А не напоминает ли случай с вами ситуацию, изображенную Мольером в его известной комедии «Мещанин во дворянстве»? – продолжает Милашевич. – Когда главный герой этой комедии Журден, порвав со средой, из которой он вышел, и возомнив себе, что он выше нее, нелепо бахвалился даже тем своим открытием, что, мол, он «и не подозревал, что вот уже более 40 лет говорит прозой».

– Не вижу аналогии, – с обидой в голосе говорит Огрызкин.

– Понятно: – протягивает Милашевич и меняет тему разговора: – И что же, вы действительно Корнева терпеть не можете?

– Можете мне верить: Корнева не терплю, – подтверждает Огрызкин. – Он ведь поглощен только своими мировыми проблемами. Ему говоришь о сугубо личном, а он снова и снова замыкает на судьбы страны. Едва выслушав, пускается поучать, доказывая между слов, что ты полное ничтожество. Разве это не обидно? У этого дождешься понимания! О, нет, мне Корнева не за что любить.

– Но у вас, наверное, есть и более приземленные мотивы не любить Корнева? – продолжает Милашевич.

– Корнев много раз и часто в своем юридическом институте, в редакциях и в ЦК КПСС поносил меня за то, что я сделал карьеру, женившись не по любви, из-за выгоды, на еврейке, – поясняет Огрызкин. – Меня звал карьерным прохиндеем и расчетливым пронырой. И это за то, что я лишь воспользовался своими мужскими достоинствами и распорядился ими так, как посчитал нужным. Корнев опозорил меня и тогда, когда у меня, ответработника ЦК КПСС, принимал экзамен в своем заочном юридическом институте пять раз, и тогда, когда разгромил меня в документальном фельетоне, чем помешал мне получить очередное повышение в ЦК – стать заведующим отделом. Корнев постоянно насмехался надо мной, называл меня приспособленцем, препятствовал моим делам, охлаждал моих друзей, разгорячал моих врагов: И я все сносил с покорным пожатьем плеч! Кстати, мое разумное терпенье – одна из многих замечательных черт избранного народа, с которым я породнился. Но внутри у меня кипит жажда мести Корневу за снесенные от него обиды и надругательства. И только эта месть успокоит меня! Он ведь нищий, этот Корнев, а привык таким щеголем расхаживать в обществе. Ох, если б мне вцепиться Корневу в бок! Уж я вражду свою давнюю насыщу. Будь трижды проклят я, если я ему прощу.

– Тогда б на вашем месте я бы уже давно бросил дружбу с Корневым, – замечает Милашевич.

– А зачем? – говорит Огрызкин. – В этой дружбе я служу себе.

– То есть? – уточняет Милашевич.

– Могу пояснить, – продолжает Огрызкин. – Видите ли, в этом мире не все рождаются господами, героями и идейными борцами. Не все и служат хорошо и достойно. Конечно, есть такие, которым полюбилась кабала и нравится ослиное усердие, жизнь впроголодь и без угла старость. Но есть другие! Они как бы хлопочут для господ, лебезят перед героями и идейными борцами, всемерно кивая и поддакивая им. А на поверку – все для своей наживы. Такие далеко не дураки. И я горжусь, что я из их племени! Я – Огрызкин, а не Корнев! И стараюсь для себя, а не для его прекрасных глаз. Нет, дорогой мой, не то я, чем кажусь! А открывать настоящее свое лицо перед Корневым не собираюсь. И хоть Корнева я смертельно ненавижу – вы сами теперь понимаете – вынужден выкидывать для виду перед Корневым дружеский флаг. Это, разумеется, личина, но она мне нужна. Я и встречаюсь с Корневым, и выслушиваю озвученную посредством диктофона его писанину с одной единственной целью. Отслеживаю: не вставил ли он меня в непотребном изображении в эти свои писания. Ведь было уже однажды, как я вам говорил! На весь мир мое имя Корнев опозорил в одной из своих публикаций! А что касается моего истинного отношения к Корневу, то я часто говорил себе и повторяю: я ненавижу Корнева! У меня с ним свои счеты, не хуже ваших.

– Что ж, сольем нашу ненависть к Корневу воедино! – приподнято произносит Милашевич.

– Я готов! – восклицает Огрызкин. – Он это заслуживает.

– Коль так, – продолжает Милашевич, – то на вас выйдут наши люди и проинструктируют вас, как вы, учитывая вашу близость к Корневу, должны профессионально нейтрализовать его, а, попросту говоря, обеспечить ему летальный исход.

– «Летальный исход»? – дрогнувшим голосом повторят Огрызкин.

– Конечно же, – твердо подтверждает Милашевич. – С Корневым надо кончать раз и навсегда!

Корнев и Матвеев в кабинете главного редактора газеты Кулешова.

– И какое ваше, Кирилл Антонович, впечатление от просмотра уже отснятого материала? – спрашивает главного редактора Корнев.

– Потрясающе! – восторженно произносит Кулешов. – Можно только представить, как будет восприниматься киноэпопея «В схватке» после окончательного монтажа и озвучивания!

– Такого в мировом кинематографе еще не было! – подхватывает Матвеев.

В прихожей квартиры Кругляка раздается звонок. Кругляк, посмотрев в глазок, отворяет дверь. На пороге – Огрызкин.

– Вы позволите? – произносит Огрызкин.

– Да, конечно! – суетливо говорит Кругляк. – Вы же знаете, я всегда рад вам. Прошу, пожалуйста.

Огрызкин и Кругляк проходят в гостиную.

– Боже, как вы бледны! – пристально глядя на Огрызкина, обеспокоенно продолжает Кругляк. – С вами что-то происходит? У вас недомогание?

– Нет, нет, ничуть, – отмахивается Огрызкин. – Просто настроение.

– Но я вижу!.. – не отрывая взгляда от лица Огрызкина, говорит Кругляк.

– Не обращайте внимания! – усаживаясь в кресле, произносит Огрызкин. – Лучше поставьте «Аве Марию». Прошу вас.

– Да, да, конечно!.. – суетливо бросает Кругляк и выполняет просьбу Огрызкина.

Слушая песнопение, Огрызкин задумывается и вспоминает свое далекое беспокойное прошлое, когда он, выпускник Днепропетровского металлургического института, едва отработав месяц из трех положенных лет для молодого специалиста по месту распределения – на Новокузнецком металлургическом комбинате, с тягостным осадком на душе от увиденного там рванул обратно в Днепропетровск к родной матери. Но и перспектива прозябать и мытарствовать вместе с матерью в 17-метровой комнате коммунальной квартиры и бесконечно тянуть лямку рядового инженеришки на каком-либо из местных заводов его явно не устраивала, и он отправился жениться на богатой перезрелой уродливой иудейке-москвичке, дабы решить все свои насущные проблемы.

Под звуки «Аве Марии» перед Огрызкиным возникает во всех подробностях последний разговор с матерью перед самым его отбытием в Москву и оставшийся в глубинах его памяти на всю жизнь.

– Как же ты, сынок, едешь жениться, когда ты ее, свою будущую супругу, даже не видел на фотографиях, – горестно вздыхает мать.

– Это меня не колышет, – парирует Огрызкин. – Не я первый. Зато посредством этой женитьбы я решу все свои проблемы.

– Какие же это свои проблемы, сынок, собираешься ты решить?

– С этой женитьбой я получу то, чего многие желают, – говорит Огрызкин. – И получу то, чего я достоин!

– Запомни, сынок: тот тень поймать хочет, счастья тень – удел того, – сокрушается старушка. – И не выйдет ли так, что ты все отдашь, рискнув всем, что имеешь?

– Что же это такое, мама, я могу отдать, что имею?

– Душу свою побереги, сынок! – проникновенно в сердцах говорила мать. – Не отдай душу дьяволу!

Огрызкин с пылающим лицом нервно вскакивает с возгласом:

– Я не отдам душу даже самому дьяволу, мама, а не то что злобному сионисту Милашевичу!.. Я не стану убийцей, мамочка!..

Резко выключив песнопение, встревоженный Кругляк бросается к Огрызкину:

– Что с вами? О каком убийстве вы говорите?..

Не обращая внимания на Кругляка, Огрызкин устремляется к телефонному аппарату, проговаривая в смятении:

– Я должен позвонить Корневу. Сейчас же…

Набрав дрожащим пальцем нужный номер, Огрызкин запальчиво, напористо говорит в трубку:

– Валерий Иванович? Вы мне срочно нужны!.. Сейчас не можете? Тогда я буду у вас дома завтра утром!

Бросив трубку и по-прежнему не замечая Кругляка, Огрызкин быстро идет к выходу, бормоча про себя:

– Духовник может быть в храме. Он должен меня выслушать!..

Из прихожей раздается грохот захлопнувшейся двери. Кругляк тут же берет телефонную трубку и набирает номер:

– Фаина Зиновьевна?.. Извините, Кругляк беспокоит, срочная дополнительная информация об Огрызкине. Он только что заявился ко мне в предельно возбужденном, нервическом состоянии, что с ним происходит – отвечать не стал. Попросил, как обычно, поставить ему «Аве Марию». Но, недослушав песнопение, вдруг лихорадочно вскочил с кресла, как бы в озарении, со словами: «Я не отдам душу даже самому дьяволу, мама, а не то что злобному сионисту Милашевичу!.. Я не стану убийцей, мамочка!..» И бросился звонить по телефону Корневу, заявив, что он, мол, ему срочно нужен. Корнев, вероятно, не смог Огрызкина тут же принять. Тогда Огрызкин сказал, что будет у него дома завтра утром. И не обращая никакого внимания на меня, даже не посмотрев в мою сторону, Огрызкин быстро удалился, проговаривая про себя, что, мол, духовник может быть еще в храме и должен его выслушать: Вот, собственно, Фаина Зиновьевна, и вся дополнительная информация об Огрызкине, которую я посчитал своим долгом немедленно вам доложить…

Корнев и Матвеев идут по редакционному коридору.

– Странный какой-то телефонный звонок был от Огрызкина, – рассказывает Корнев Матвееву, – попросил срочной встречи со мной, а когда я ему сказал, что сейчас с ним встретиться не могу, он заявил буквально следующее: «Тогда я буду у вас дома завтра рано утром!»

– И ты ему позволил? – спрашивает Матвеев.

– Не успел, – отвечает Корнев. – Огрызкин бросил трубку.

Милашевич быстро входит в гостиничный номер-люкс Фаины Зиновьевны.

– Ваш приказ, Фаина Зиновьевна, о проблеме Огрызкина выполнен, – докладывает Милашевич. – Ему не удалось добраться до своего духовника. Наши люди перехватили его у самой церквушки и доставили в контролируемую нами психклинику.

– И все? – удивляется Фаина Зиновьевна.

– Нет, Фаина Зиновьевна, не все, – отвечает Милашевич и смотрит на часы, – в эти минуты с Огрызкиным уже случился инфаркт, и, как вы заказывали, с летальным исходом.

На другой день Корнев входит в редакционный кабинет Матвеева.

– Ну и с чем же, Валерий, приходил к тебе домой Огрызкин? – спрашивает Матвеев.

– Не было его, Женя, – отвечает Корнев.

– Странно как-то все это, – протягивает Матвеев. – Но уверяю, Огрызкин от тебя не отстанет.

Милашевич входит в гостиничный номер-люкс Фаины Зиновьевны.

– Что в психоклинике? – интересуется Фаина Зиновьевна. – Есть какие-то для нас осложнения в связи со скоропостижной кончиной Огрызкина?

– Никаких, Фаина Зиновьевна, – заверяет Милашевич. – Наши врачи тщательно задокументировали факт скоропостижной смерти Огрызкина. А его семейству нами подсказано, как нужно себя вести в данном случае. Так что, уверен, Фаина Зиновьевна, до прокуратуры дело не дойдет.

– И все же случившееся с Огрызкиным мы должны расценивать как наш крупный идеологический провал, выбивающий фундамент из-под нашей стратегии за последние 15 лет! – в раздумье продолжает Фаина Зиновьевна. – Казалось бы, русачок Огрызкин, привлеченный нами для ликвидации Корнева, по всем параметрам соответствовал тем требованиям, которые мы предъявляем фигурантам, избираемым нами для этих целей: полностью развращен нами золотым тельцом, женат на нашей соплеменнице, понимая свою нравственную ущербность, поносит все славянское, постоянно напоминающее ему о свершенном им мерзком предательстве, и, наконец, физиологически, патологически люто ненавидит этого самого Корнева, как своего социального и политического антипода: Но наступает решающий момент, когда надо незамедлительно действовать по нашей подсказке, и происходит необъяснимый сбой! Наш фигурант поступает так, словно его подменили. Безусловно, мы снова столкнулись с глубинным проявлением в решающий момент русскости, которую мы ныне не в состоянии преодолеть. И мы снова воочию убеждаемся, что наша технология покорения России и наш интеллектуально-идеологический базис при реальном столкновении с русскостью терпит сокрушительный крах. И это при всей нашей неустанной, тотальной, непрерывной идеологической обработке аборигенов.

– И можно только представить, Фаина Зиновьевна, – вставляет Милашевич, – что произойдет в массовом сознании, когда на экраны выйдут фильмы Корнева, разоблачающие и изобличающие истинные стратегические цели мирового ветхозаветного сионизма.

– О том, как пресечь выход в свет фильмов Корнева, мы и поговорим сейчас, – решительно заявляет Фаина Зиновьевна, – а заодно – и о его судьбе.

Кругом центристы

Памфлет[5]

Сейчас и по радио, и по телевизору от власть предержащих только и слышишь: я центрист…

Вчерашние высокопоставленные партократы из ЦК компартии и их номенклатурные сановные прислужники, предавшие в один миг страну Советов и перевернувшиеся в так называемых радикальных демократов, захватившие жирные куски общенародной собственности и набившие свою необъятную мошну нагло присвоенными денежными средствами трудового народа, по-звериному чуя, как неотвратимо приближается грозный час расплаты и возврат в нашей стране власти рабочих, крестьян и трудовой интеллигенции, суетятся сегодня что есть мочи и во всеуслышание заявляют: мол, я – не я, хата не моя, только меня не трогайте и оставьте за мной награбленное… И тут же недавние каратели-расстрельщики Съезда Советов торопятся теперь уже объявить себя этакими тошнотворно-сладенькими миротворцами-центристами.

А когда одного из таких вот преуспевающих нынешних ловких воротил – «новых русских», который и в прошлом процветал в ЦК КПСС, и сейчас восседает в правящем кресле, землепашцы прямо спросили: «Верно ли, что вы самый богатый человек в нашей стране?» – то он с высокой трибуны крестьянского съезда лишь с вызовом напыщенно через губу ответил: «А что, у меня на лбу написано? Что я – вор?..» И тут же добавил, я, дескать, центрист!.. А из зала со всех сторон кричат: «На воре шапка горит!»

И вот такой, с позволения сказать, центрист лихорадочно с неприкрытым цинизмом организует под себя новую партию, с тем чтобы попытаться околпачить на выборах доверчивый трудолюбивый народ, стать президентом и быть властелином всей Руси Великой.

Да только наш народ не простак! Премного уже насмотрелся на политические финты нынешних правителей-грабителей. И оценку новоявленным «центристам»-фарисеям дает отменную.

Вот и вчера, еду я в электричке… И, само собой, между попутчиками зашел разговор о политике и этих самых, прости Господи, «центристах».

– Моя жена-пенсионерка о нынешних «центристах» говорит так…– произнес седовласый мужчина. – Их интересует лишь одно: где дают и что дают?

– Как я понимаю, – проговорил мужчина в потертом плаще, – по здравом размышлении новоявленных «центристов» можно отнести к заурядным конфронтистам, приспособившимся к существующему компрадорскому режиму.

– От себя лично добавлю, – вставил худощавый брюнет. – Нынешние «центристы» – это те же оппортунисты, буржуазные враги пролетарской революции, которые при советской власти вели свою подрывную буржуазную работу тайком, а в эпоху предательски искусственно созданного кризиса в нашей стране сразу проявили себя открытыми союзниками всей объединенной мировой буржуазии, сторожевыми псами капитализма, сионизма и развратителями рабочего движения.

– А для меня эти субъекты – чистой воды ренегаты! – твердо сказал молодой бородач. – Они, походя, изменили своим ранее декларируемым убеждениям, без колебаний перескочили в лагерь наших врагов… И в одночасье стали и отступниками, и изменниками, и предателями…

– Попросту же говоря, по-нашему, по-рабоче-крестьянски,– заключил загорелый атлет с руками молотобойца,– я бы их, этих лоснящихся жиром господинчиков, назвал одним словом: коллаборационисты. На манер изменников, предателей родины, сотрудничавших с фашистскими захватчиками в оккупированной Европе во время Второй мировой войны.

Придя домой, находясь под впечатлением услышанного в электричке, я прочитал в словаре иностранных слов общепринятое определение центризму. Это, мол, «болото», исторически неизбежно скатывающееся к прямой контрреволюции.

Тут же приведены и убедительные примеры прожженных «центристов» из исторического прошлого: Каутский, Троцкий, Бернштейн…

А от контрреволюционеров-«центристов», соотечественники, трудовому люду добра не ждать.

РАВВИН ВОСХИЩАЕТСЯ ДЕРЗОСТЬЮ РУССКИХ АБОРИГЕНОВ,

или

Как главный редактор еженедельника «Гласность» Юрий Изюмов превзошел главного редактора газеты «Правда» Льва Мехлиса, а главный редактор вестника «Советский воин» генерал-лейтенант Алексей Фомин превзошел даже самого генералиссимуса Иосифа Виссарионовича Сталина

А случилось это так. Я подготовил для печати материал о многовековом, непрерывном стремлении еврейских сионистов-расистов учредить на планете Земля всемирное иудейское царствование, задуманное еврейскими сионистскими мудрецами еще тысячи лет тому назад, а также о конкретных коварных, иезуитских происках на постсоветском пространстве сионистов, разрушивших Советский Союз изнутри.

Начал же я этот свой материал с констатации того, что происходит в нашей стране сегодня. Что, мол, какой уж год минул с тех пор, как в августе 1991 г. в нашей стране совершен контрреволюционный переворот, но что ни одна из действующих компартий на постсоветском пространстве, ни один из их руководителей до сих пор не осмелились дать публичный, исчерпывающий, актуальнейший, углубленный, исторический, критический анализ обвала великой социалистической державы. Что до сих пор не дан ими и всеобъемлющий анализ зловещего механизма подрыва социалистической системы антинародными силами изнутри при координации и финансировании их целенаправленных действий глобальным империализмом, цепко и безраздельно управляемым нынче вездесущим и ненасытным сионизмом. Больше того, политиканствующие вожди нынешних компартий в своих демагогических популистских выступлениях остерегаются произнести даже слово «сионизм». А коль по сию пору объективного, всестороннего, углубленного анализа происшедшей трагедии в нашей стране нет, то до сих пор четко так и не обозначен и мерзкий образ гнусного, коварного врага, приведшего нас к роковой черте. Не обозначены даже контуры этого многовекового, истинного исконного врага! А как можно без конкретизации образа врага, без знания его иезуитских, коварных приемов и методов закабаления русского и других коренных народов нашей страны сплотиться и подняться на борьбу с жестокими оккупантами? Тем более, как при этом возможно возглавить такую бескомпромиссную классовую борьбу? И о какой при этом революционной стратегии и тактике пролетарской борьбы с заклятым врагом-сионизмом вообще может идти речь?..

Сказано было в том моем материале и о том, что представляет собой расистское, человеконенавистническое племя ветхозаветных сионистов. Что властвуют они, эти сионисты, в странах поселения исключительно в своих корыстных интересах потому, что придерживаются всегда и везде беспрекословной, заветной и святой заповеди: их племя в приютившей стране должно представлять собой государство в государстве, что позволяет установить жесткое централизованное раввинское управление сионистами на данной территории из одного единого центра. Что признаками этого самого «государства в государстве» является отчужденность сионистов по отношению к коренным народам, неслиянность с ними, вера в то, что существует в мире лишь одна достойная личность – сионист, а другие, мол, хоть есть, но все равно надо считать, что как бы их и не существовало… В подтверждение же сути идеи этого самого «государства в государстве» я процитировал выдержку из постулатов сионистов: «Выйди из народов и составь свою особь, и знай, что с сих пор ты один у Бога, остальных истреби, или в рабов обрати, или эксплуатируй. Верь в победу над всем миром, верь, что все покорятся тебе. Строго всем гнушайся и ни с кем в быту своем не сообщайся. И даже когда лишишься земли своей, политической личности своей, даже когда рассеян будешь по лицу всей земли, между всеми народами – все равно, – верь всему тому, что тебе обещано, раз навсегда верь тому, что все сбудется, а пока живи, гнушайся, единись и эксплуатируй. И ожидай, ожидай, ожидай…»

В том своем материале информацию о зловредной деятельности сионистов я дополнил изложением вопиющих, бесчисленных фактов проявления наглого русофобства со стороны сионистов и о том, как в советское время сионисты, искусно изображающие из себя правоверных коммунистов, всемерно, теснейшим образом кучковались между собой, как беспрепятственно растили свои национальные кадры, готовясь к решительной схватке с целью закабаления русского народа…

Говорилось в том моем материале и о результатах 40-вековой реализации расистских установок своим соплеменникам во всем мире и, в особенности, в нашей стране! О том, что двигает и двигало сионистами столько веков одна лишь безжалостность к коренным народам и только жажда напиться их потом и кровью. Что действительно вся деятельность сионистов в странах поселения заключалась лишь в постановке коренного населения в сколь возможно безвыходную от себя зависимость, пользуясь местными законами. Что тут сионисты всегда находили возможность пользоваться правами и законами! Что они всегда умели водить дружбу с теми, от кого зависел коренной народ, соединялись с его гонителями, брали у них на откуп, к примеру, тот же русский народ, и сами сионисты обращались в его гонителей. Что, как известно, капитал есть накопленный труд. Но сионисты любят лишь торговать чужим трудом и заниматься ростовщичеством. Что воцаряются они над человечеством все сильнее и тверже, стремясь навязать миру свой облик и свою торгашескую суть. Что сионистам там и хорошо, где коренной народ еще невежествен, или несвободен, или мало развит экономически, – тут, стало быть, им и лафа! Вместо того чтобы, напротив, влиянием своим поднять уровень образования, усилить знание, породить экономическую способность в коренном населении – вместо этого сионисты, где бы они ни поселялись, там еще пуще унижали, развращали и спаивали спиртным коренной народ, еще больше падал уровень образования, еще отвратительнее распространялась безвыходная бедность, а с нею и отчаяние. А что причина тому, конечно же, это самое сионистское «государство в государстве», дух которого дышит именно этой расистской безжалостностью ко всему, что не есть сионист, и неуважением ко всякому народу и племени, и ко всякому человеческому существу, кто не есть сионист. Что, конечно, человек всегда и во все времена боготворил материальный достаток и склонен был видеть и понимать свою свободу лишь в обеспечении себя накопленными изо всех сил и запасенными всеми средствами деньгами! Но что никогда эти стремления не возводились так откровенно и так поучительно в высший принцип, как в нашем веке. Что просионистски настроенные «новые русские» насаждают свой нравственный принцип: «Всяк за себя и всякое общение между людьми единственно для себя». И что наступает торжество торгашеских установок, перед которыми никнут чувства национальные и даже чувство патриотической народной гордости. Что наступает слепая плотоядная жажда личного накопления денег всеми средствами. Что вот все, что ныне в нашей стране так называемой элитой и сионизированными СМИ признано за высшую цель, за разумное, за свободу – вместо теснейшего нравственного и братского единения людей труда. Но что сионистам до истощения русской силы дела нет, взяли свое и ушли. Что истощение силы русской сионистам только в радость!.. Что не забывают сионисты при этом постоянно и неизменно во весь голос на весь мир твердить, что они вечные скитальцы, что они были столько веков угнетены, бедны и гонимы; бедны и гонимы даже и теперь… Что носятся сионисты со своим так называемым холокостом, который надо воспринимать никак не иначе, как наиболее удачный сионистский гешефт. А что Святую Русь, ее прошлое и настоящее, неблагодарные, вероломные сионисты пытаются всячески остервенело оболгать. Да еще к тому же нагло, клеветнически норовят прилепить фашистский ярлык к могучей Руси, фактически в одиночку победившей немецкий фашизм и спасшей от полнейшего истребления их, сионистов – авторов всех конфликтов и войн во всем мире и во все времена.

Заканчивая же этот свой материал, я с сожалением отметил, что до сей поры не настали все времена и сроки, несмотря на протекшие 40 веков существования сионистского племени на земле, и окончательное слово человечества об этом агрессивном, расистском племени впереди. И что это «впереди» неотвратимо грядет! Что мы накануне его!

А подготовив для печати такой вот очередной свой материал об извечной зловредной деятельности сионистов-расистов и переписав его начисто, я отправился на встречу с председателем обновленной КПСС Олегом Шениным. Олег Семенович внимательно ознакомился с представленным мною материалом, глубоко задумался, пристально посмотрел на меня и твердо сказал:

– Обязательно будем печатать!

На первой странице рукописи, в ее верхнем левом углу Шенин решительно начертал резолюцию: «т. Изюмову Ю.П. Дать в еженедельнике». Затем Шенин под резолюцией расписался, поставил дату и пообещал незамедлительно передать материал Изюмову. Я, естественно, с нетерпением стал ждать публикации… Но вот проходит месяц, второй, третий, а мой материал Изюмов все не печатает. Тогда я позвонил Изюмову и напрямик его спросил:

– Ну, может быть, хоть ко дню рождения Иосифа Виссарионовича Сталина вы опубликуете мой материал об извечной, зловредной деятельности сионистов-расистов?

Ответ Изюмова был категоричен:

– Ни ко дню рождения И.В. Сталина, ни к какому-либо иному дню ваш этот материал в нашем еженедельнике печататься не будет. И вообще любой другой такого рода материал на страницах нашего еженедельника никогда не появится. Во всяком случае, пока я буду в нем главным редактором…

Услышав такое циничное, наглое заявление Изюмова, я потребовал вернуть мне рукопись и отправился в редакцию газеты русских писателей «День литературы». В ближайшем номере газеты «День литературы» и был опубликован в полном объеме этот мой материал, разоблачающий ненасытных, кровожадных сионистов-расистов.

Когда я поведал об этой прискорбной истории, связанной с публикацией моего очередного разоблачающего сионистов материала, своему знакомцу-раввину хоральной синагоги, то он, восторгаясь поступком Изюмова, даже воскликнул:

– Ай, какой молодец этот Изюмов! Какой молодец!

И смачно причмокнув, раввин добавил:

– Я не знаю, кто по национальности мама у этого Изюмова, но подобный его поступок, помешавший публичному разоблачению евреев-сионистов, украсил бы биографию любого из наших соплеменников. Скажу больше: по дерзости исполнения этого своего поступка Изюмов превзошел всемогущего в грозные тридцатые сталинские годы главного редактора газеты «Правда» еврея-одессита Льва Захаровича Мехлиса.

– Не понял… – проговорил я.

– А что тут понимать! – бросил раввин, – Наш нахрапистый соплеменник-одессит Левка Мехлис в свое время сделал блестящую карьеру. В 1907–1910 годах Мехлис еще входил в еврейскую социал-демократическую рабочую партию «Поалей-Цион», затем он – член РСДРП (меньшевик). После Октября же 1917 года Мехлис быстренько сориентировался, на какую партию ему следует сделать ставку, чтобы пробраться к вершинам власти в этой стране. И в марте 1918 года Мехлис вступает уже в коммунистическую партию РКП(б), с ходу активно включаясь в советскую и партийную работу. И он в своих расчетах никак не прогадал! Чины и звания ему вскорости посыпались, как из рога изобилия и на политработе в Красной Армии, и в Наркомате рабоче-крестьянской инспекции РСФСР, и в аппарате ЦК ВКП(б)… И должностное положение в первой в мире стране Советов Мехлис стал ускоренно занимать самое, что ни на есть высокое, почетное и ответственное. За сравнительно короткий срок Мехлис стал и заведующим Отделом печати ЦК ВКП(б), редактором газеты «Правда», и начальником Главного управления политической пропаганды Красной Армии, заместителем наркома обороны СССР, и наркомом Госконтроля СССР, и заместителем Председателя Совнаркома СССР, и начальником Главного политического управления РККА, заместителем наркома обороны СССР, и министром Госконтроля СССР… Стал Мехлис также и генерал-полковником, и депутатом Верховного Совета СССР… А удалось достичь такого вот блестящего успеха Мехлису потому, что наш ушлый, смекалистый и хитрый одессит, скоро испеченный в 1918 году коммунист Левка Мехлис с завидным усердием при Советской власти стал энергично пробираться на верхотуру руководящей большевистской пирамиды. И с 1922 года Мехлис уже состоял на службе в аппарате ЦК ВКП(б). А в 1924–30 годах Мехлис даже становится помощником Генерального секретаря компартии Сталина. Своей демонстративной рабской преданностью и угодничеством Сталину Мехлис превосходным образом втерся в его полное доверие и долгие годы пользовался его покровительством. Повсюду всегда афишируя себя тогда за верного сторонника Сталина, Мехлис постоянно требовал усиления репрессий против «врагов народа», лично готовил доносы. Так, в частности, Мехлис развернул невиданную кампанию репрессий и дискредитации высшего армейского командного и политического состава. В результате его действий были практически уничтожены высшее и среднее звено РККА, причем он не только «содействовал» органам государственной безопасности, но и сам проявлял инициативу, требуя новых и новых арестов «заговорщиков», а в отношении низшего звена принимал решение своей властью. На всех должностях армии Мехлис постоянно вмешивался в решение командиров, требуя «руководствоваться решениями партии» независимо от стратегических и тактических задач войск. Постоянно писал доносы в ЦК на командующих армиями и фронтами, требуя их привлечения к ответственности…

– И к чему вы все это говорите? – прервал я велеречивого раввина.

– А говорю все это я к тому, – сказал раввин, – что вот при всем при том, что наш одесский еврей Мехлис достиг высочайшего властного должностного положения и влияния в этой стране, он никогда не позволял себе перейти запретный рубеж и держал себя везде в определенных рамках, в определенной узде. Ведь даже став главным редактором газеты «Правда», зав. Отделом печати ЦК ВКП(б), начальником Главпура, министром Госконтроля СССР, Мехлис никогда и в мыслях не мог допустить когда-либо себе позволить дерзнуть и не выполнить какое-нибудь указание своего главного начальника и покровителя – Генерального секретаря компартии Сталина… А тут пожалуйста: какой-то ординарный главный редактор всего лишь партийной многотиражки «Гласность» по фамилии Изюмов дерзновенно, демонстративно не подчиняется своему партийному боссу – председателю обновленной КПСС Шенину и отказался публиковать материал, разоблачающий наших соплеменников-сионистов. Так разве это не похвально? Разве это у сионистов всего мира не вызовет восторг и преклонение? Уверен, что международным сионизмом за такой благородный поступок Изюмова ему обязательно по достоинству воздастся!

Когда я тому же раввину хоральной синагоги поведал о другом случае воспрепятствования публикации моего материала, разоблачающего сионистов-расистов, то он от одобрительного восторга даже взвизгнул, хлопнув себя по коленям.

– Ну-ну! – злорадно сияя и поблескивая глазами навыкате, говорил раввин. – И как это все произошло?

– Произошло же в тот раз следующее, – сказал я. – Подготовив для печати свой очередной обширный, документированный, острокритический материал, разоблачающий сионистов-расистов, с заголовком «Раввин возвещает о порабощении России Израилем», я передал его для публикации главному редактору вестника «Советский воин» генерал-лейтенанту Алексею Фомину. Фомину мой материал понравился, и он пообещал напечатать его в ближайшем номере своего вестника. Кстати, в «Советском воине» до этого без каких-либо сокращений и правок регулярно публиковались мои материалы такого рода под рубрикой «Теория и практика сионо-фашизма». И тут вдруг такой реприманд неожиданный – такая поразительная идеологическая метаморфоза генерал-лейтенанта Фомина!.. Этот мой материал в своем вестнике Фомин напечатал сразу же, но как! Рубрику над моим материалом «Теория и практика сионо-фашизма» Фомин вообще снял. Из всего же моего строго документированного и аргументированного, острокритического материала, разоблачающего сионистов-расистов, Фомин опубликовал лишь часть его, где подробно рассказывалось о сделанной в России стремительной, метеорной, беспрепятственной карьере прибывшего из Америки дипломированного, потомственного хасида Берл Лазара, который вскоре стал не только главным раввином России, но и руководителем Федерации еврейских общин России, а также говорилось и о такой же стремительной, метеорной, беспрепятственной карьере доморощенного жителя Северной Пальмиры Дмитрия Медведева, ставшего с благословения хасида Берл Лазара очередным президентом России… Остальную же, основную часть моего материала, всестороннее разоблачающего коварный механизм идеологической диверсии и порабощения России расистским Израилем, генерал-лейтенант Фомин пустил, как говорится, побоку и наотрез отказался печатать в редактируемом им вестнике «Советский воин»… Равно как не стал печатать Фомин в своем вестнике из этого моего материала и то, как этому вероломному, контрреволюционному процессу разрушения первой в мире страны Советов и ее хищной колонизации сионистами-расистами осознанно поспособствовали и продолжают способствовать сами представители русских аборигенов – политически стерилизованные сионистами жуиры-кутилы, охотно усвоившие основы амбициозной, пораженческой, эгоистической философии, нарциссомании и устремившихся в услужение сионистской идеологии. Что в том числе среди таких вот активных пособников сионистов в развале Советского Союза – людей себялюбивых и преследующих исключительно свои личные интересы – оказались и бывшие высшие советско-партийные сановники: члены ЦК КПСС, его секретари, члены Политбюро… Да и много, много других властных, высокопоставленных фигурантов-ренегатов всех мастей, осознанно ставших пособниками сионистов в развале Советского Союза, не говоря уже о многочисленной околокремлевской челяди, разного рода конформистской, политиканствующей шушере, всяких там проституирующих журналистах, писателях, деятелях науки, культуры и иной подобной пресмыкающейся мелкоте, обслуживающей верхушку политической власти в стране при любом режиме, во все времена и не за просто так… Узнав как самоуправно, бесцеремонно главный редактор вестника «Советский воин» Фомин распорядился моим материалом, я, естественно, тут же потребовал от Фомина вернуть мне рукопись материала «Раввин возвещает о порабощении России Израилем» и вручил ее секретарю Союза писателей России Сергею Котькало. Материал «Раввин возвещает о порабощении России Израилем» тут же был опубликован на сайте Интернета «Русское воскресение». А еще чуть позже этот же мой материал в полном объеме был напечатан в журнале «Новая книга России».

– О! – расплываясь в улыбке, воскликнул раввин. – Да этот бравый генерал-лейтенант Фомин своим дерзновенным, беспардонным рвением превзошел даже самого генералиссимуса Иосифа Виссарионовича Сталина!

– Сталина? – переспросил я. – Это ж как понимать?

– А так и понимать, мой хороший, добрый друг! – сказал раввин. – В подтверждение мною сказанного приведу исторический факт. В конце декабря 1943 года, в дни работы над текстом гимна Советского Союза Михалкова разыскали на фронте и привезли к командующему генерал-лейтенанту Курочкину. Курочкин сказал Михалкову: «Срочно звоните Ворошилову». Дозвонившись до Ворошилова, Михалков услышал в трубке: «Товарищ Сталин просил у вас узнать, можно ли заменить знак препинания во второй строке второго куплета». Михалков не возражал… Как видите, всевластный, великий Сталин не решался править авторский текст и стремился получить согласие автора текста на изменение в нем даже одного знака препинания, а беспардонный генерал-лейтенант Фомин в угоду нам самоуправно, бесцеремонно раскурочил текст вашего принципиального, острокритического материала и без согласования с автором опубликовал лишь ту часть его, которая Фомина на данный момент, по его мнению, устраивала. Так разве своей наглой дерзостью ординарный генерал-лейтенант Фомин не превзошел самого генералиссимуса Иосифа Виссарионовича Сталина?

Возразить что-либо раввину мне было нечего.

– Но с другой стороны, мой хороший, добрый друг, – в задумчивости продолжал раввин, – я вас призываю, умоляю, наконец, сменить гнев на милость и проявить к генерал-лейтенанту милосердие и снисхождение…

– В каком смысле? – спросил я.

– А вот в таком, – последовал ответ. – Но прежде всего войдите в нынешнее специфическое положение генерал-лейтенанта Фомина, в которую боевой генерал попал как кур во щи.

– В чем же состоит это самое «нынешнее специфическое положение генерал-лейтенанта Фомина»? – поинтересовался я.

– Поясню, – сказал раввин. – Как известно, с недавних пор в связи с нарастанием протестных выступлений трудовых низов в этой стране сионисты развернули жесточайшую наступательную кампанию по беспощадной дискредитации лидеров коммунистических партий, орудующих сейчас на постсоветском пространстве и из среды которых с большой вероятностью может родиться вожак надвигающегося социально-политического взрыва типа Сталина. Естественно, в этой ситуации нашим вниманием не мог быть обойден и активист коммунистического движения генерал-лейтенант Алексей Фомин. Тем более что генерал-лейтенант Фомин является не только одним из секретарей ЦК обновленной КПСС, но и председателем ЦИК Международного союза советских офицеров. Дискредитировать же генерал-лейтенанта Фомина наряду с другими подобными коммунистическими фигурантами охотно и увлеченно взялся наш талантливый соплеменник, блестящий шахматист Гарри Каспаров-Вайнштейн, известный во всем мире как отъявленный русофоб, антисоветчик, антисталинист, антикоммунист и, само собой, сионист. И Гарри Кимович, надо особо отметить, удивительным образом в сжатые сроки прекрасно справился с поставленной перед ним задачей по дискредитации намеченных нами к публичной экзекуции коммунистических фигурантов… Того же генерал-лейтенанта Фомина своим обаянием, обходительностью и, конечно, хитростью Каспаров в кратчайшее время настолько пленил, расположил к себе и даже влюбил в себя, что Фомин на удивление всех окружающих, как загипнотизированный, как завороженный стал смотреть в рот велеречивому шахматисту-демагогу и, беспрекословно подчиняясь бравому оратору Каспарову, согласился исполнять любые каспаровские повеления.

– И какие же «каспаровские повеления» исполнил генерал-лейтенант Фомин? – поинтересовался я.

– В том-то и дело, мой хороший, добрый друг, – сказал раввин, – что доверчивый и наивный генерал-лейтенант Фомин повязал себя с нашим ушлым Каспаровым многими обязательствами!.. Во-первых, к тому времени, когда выходил в свет тот самый номер вестника «Советский воин», в котором Фомин напечатал безжалостно раскуроченный им ваш материал «Раввин возвещает о порабощении России Израилем» и демонстративно в угоду нам снял при этом над вашим материалом рубрику «Теория и практика сионо-фашизма», Фомин уже успел не только осознанно принять активное участие в так называемой Национальной Ассамблее, затеянной нашим шустрым соплеменником, но успел также к тому времени подписать и составленную Каспаровым присягу-хартию, фиксирующую то, что он, генерал-лейтенант Фомин, клянется в будущем «не считать для себя возможным использовать насилие или угрозу насилия». И как при этом Фомин мог бы печатать в своем вестнике «Советский воин» ту часть вашего материала, в котором содержится призыв к тотальной борьбе с сионистами? И с какими бы потом бесстыжими глазами Фомину-«клятвопреступнику» пришлось смотреть в лучезарные глаза пламенного демократа-пацифиста, основателя Национальной Ассамблеи Каспарова, если бы указанную рубрику над вашим материалом Фомин сохранил? Больше того, приняв осознанно, беспрекословно составленную Каспаровым присягу-хартию и став полноправным депутатом руководимой им Национальной Ассамблеи, Фомин поспешил кардинально изменить и свои воззрения на первопричины обвала великой социалистической державы. Если ранее Фомин разделял публичные заявления, что, мол, сионисты-расисты развалили великий Советский Союз; что еврейские олигархи украли сотни миллиардов из ресурсов русского народа и вывезли их за пределы России в Израиль и другие страны; что коммунистическую идеологию на постсоветском пространстве потеснила сионистская, расистская идеология и так далее и тому подобное, – то теперь тот же генерал Фомин разглагольствует, что сионистская, расистская идеология тут вовсе и не при чем. Что в развале Советского Союза повинны лишь происки зловредной мелкобуржуазной идеологии и ее апологетов. А скороспелки еврейские олигархи, награбившие миллиарды русского добра, совсем уж никакие они не сионисты-расисты и всего лишь обыкновенные, ординарные мелкие буржуа. Во-вторых, Фомин согласился принять и принял от Каспарова изрядную сумму денежных средств, выделенных шахматистом на финансовую подпитку для содержания вверенного генерал-лейтенанту Фомину Международного союза советских офицеров. В-третьих, Фомин охотно согласился взять на себя труд популяризировать и распространять среди советских офицеров изданную мыслителем Каспаровым книгу под названием «Мы создадим в России реальную оппозицию», в которой Каспаров излагает свои сомнительные, просионистские философские воззрения о создании им какой-то «реальной оппозиции»… И так далее и тому подобное.

Закончив свою пространную тираду, раввин пристально посмотрел на меня и добавил:

– С учетом всего мною изложенного, мой хороший, мой добрый друг, еще раз убедительно прошу вас войти в специфическое положение генерал-лейтенанта Фомина, проявив к нему по максимуму толерантность, милосердие, снисходительность, и простить Фомину все совершенные им идеологические и прочие прегрешения.

– Так-то оно так, милейший… – сказал я. – Допустим, я и последую вашей рекомендации.… Но согласятся ли поступить точно так же по отношению к своему предводителю генерал-лейтенанту Фомину и остальные советские офицеры?

26.09.11 г.

НАКАНУНЕ

Памфлет[6]

Слушал я вчера по телевизору очередной монолог полупьяного забулдыги о предстоящем расцвете нашей жизни, о возрождении великой страны и задремал…

Видится мне Красная площадь в праздничном убранстве во всем своем величии. Ну как было раньше, еще совсем недавно, каких-то пять-семь лет назад.

Кругом кумач, транспаранты. У гостей, присутствующих на главной площади страны, в руках цветы, красные флажки. А по брусчатке несется современнейшая военная техника. Вот только на трибуне Мавзолея среди руководителей государства ни одного знакомого лица…

Парад заканчивается. Перед Мавзолеем четким шагом проходит сводный военный оркестр. Звучат фанфары. И начинается демонстрация трудящихся.

Впереди, как водится, флагман автомобильной промышленности – Московский автомобильный завод имени Лихачева. Лица ликующие, радостные…

А за ними с достоинством шествуют рабочие Московского станкостроительного завода имени Орджоникидзе, московского инструментального завода «Фрезер»…

«Да что же это происходит? – ловлю себя на мысли.– Эти же заводы развалены… И вдруг такой энтузиазм трудящихся!»

Но не успел я осмыслить происходящее, как уже на Красную площадь вышли шахтеры Кузбасса, Воркуты, Подмосковья, Ростовской области… И опять все сияющие лица!

«Что же это случилось?» – только и мелькнула у меня мысль.

А тут по площади уже идут стройными рядами ткачихи Иванова. Все в красных косынках и в традиционных новеньких синих комбинезонах…

От увиденного я не успел прийти в себя, как уже стою на тротуаре московского проспекта, по которому в годы Великой Отечественной войны вели пленных немецких захватчиков. И снова по этому же проспекту идет под усиленной охраной огромнейшая колонна. Но уже не немецких захватчиков, а наших известнейших псевдодемократов.

А следом, едва поспевая за колонной, идут бывшие диссиденты, разных мастей иммигранты, очернители Советской власти: писатели, кинорежиссеры, журналисты… В конце же этой процессии плетется небольшая кучка гэкачепистов.

– И куда же все они идут? – спрашиваю я окружающих меня граждан.

– На суд народа! – отчеканил инвалид Отечественной войны на костылях.

– Ну, хорошо… – не унимаюсь я. – То, что ведут на суд народа псевдодемократов – разрушителей нашей державы и очернителей Советской власти, тут все понятно! Но гэкачеписты при чем тут?

– А при том! – оборвала меня седовласая женщина. – Народ доверил им свою судьбу, наделил высшими полномочиями… И как они распорядились этими полномочиями? Полетели в Форос сдаваться предателю Меченому?.. А разве не они должны были возглавить борьбу советского народа за целостность нашего великого государства в соответствии с Конституцией СССР и проведенным Всесоюзным референдумом?..

А дальше я оказался в огромнейшем зале. Побольше, чем Дворец съездов и даже чем Лужники.

Из динамиков прозвучало:

– Суд идет!

И все встали. Внизу – под охраной преступники. А вверху, на балконах – представители трудового народа.

И кто, вы думаете, председательствующий суда? Сам – Ленин. А государственный обвинитель – Иосиф Виссарионович Сталин.

И начался суд народный!.. В зале было такое возбуждение трудящихся масс, что если бы судьи предусмотрительно не поместили в металлические клетки особо опасных государственных преступников, то присутствующий на суде народ растерзал бы их на месте.

Но все должно было быть строго по закону. Решили: на закрытом заседании суда обсудить варианты способов казни преступников.

И вот я на закрытом заседании суда. Тут же представители трудящихся.

Дискуссия сразу же пошла горячая. Многие предложили все решить одним махом: всех идеологических отступников, предателей социализма и разрушителей Советского государства – посадить на кол.

Но тут же появились и вполне обоснованные возражения, что, мол, казни должны быть дифференцированные. И начали обсуждать различные варианты наказания преступников.

Первым поступило предложение рационально использовать для этих целей ранее закупленные псевдодемократами на валюту за рубежом саженцы бамбука. Саженцы эти, как известно, быстро прорастают. И если положить на них штабелями осужденных, то бамбук быстро прорастет через тела, и эти самые тела станут для бамбука удобрением.

Но тут же последовало альтернативное предложение: использовать для казни изголодавшихся крыс. Благо у нас на улицах их не счесть. Сам же способ казни заключался в следующем. На пустой деревянный ящик с отверстием вверху усаживается преступник. А сбоку в ящик запускаются одна-две, в зависимости от тучности преступника, изголодавшиеся крысы и оставляются наедине с осужденным…

Я, конечно, понимал справедливость применения подобных наказаний к государственным преступникам, но тут нервы мои не выдержали… И я проснулся!

Проснулся-то, проснулся, а сам прийти в себя сразу не могу. Видел же все вроде бы как наяву.

Окидываю взглядом комнату: все по-прежнему… За окном на форточке висит моя сеточка с рыбешкой, которую клюет ворона.

Я – к окну. Распахиваю его. Ворона улетела. Вижу, внизу идет пожилая соседка. Кричу ей со второго этажа:

– Марья Ивановна! Что новенького?..

– А что теперь может быть новенького? – отвечает она.– Вот сейчас мусор пойду шевелить, может, где кусочек хлеба найду… А может, и огрызок колбасы какой-нибудь щедрый нынешний богач выбросил!..

Собрался я мигом и – в центр города. Думаю, может, там какие-либо изменения. Подхожу к Манежу, все тот же развороченный огромнейший котлован – это для того произвели, чтобы возмущенный митингующий народ не собирался. Смотрю влево: между музеем Ленина и Историческим музеем каменную перегородку соорудили – это для того, чтобы ни военного парада, ни манифестаций трудящихся на Красной площади не было.

Тут же покупаю газету и читаю. ЗИЛ не работает. Станкостроительный завод имени Орджоникидзе стоит. Инструментальный завод «Фрезер» – тоже. Ивановские ткачихи – без зарплаты. Шахтеры угольных бассейнов России бастуют…

«А может быть, все же это был вещий сон?– подумал я.– И мы, так сказать, накануне?..»

[1] Письма в редакцию газеты «Комсомольская правда» (копии), 1979 г. // Личный архив.

[2] Ганичев В. Гагарин называл меня «идеологом» // Наш современник. 2003. № 11. С. 245.

[3] Там же. С. 246.

[4] Письмо В. Цекова члену Политбюро ЦК КПСС, секретарю ЦК КПСС, товарищу М.А. Суслову; члену Политбюро ЦК КПСС, председателю комитета партийного контроля при ЦК КПСС, товарищу А.Я. Пельше; первому секретарю ЦК ВЛКСМ, товарищу Б.Н. Пастухову от 8 августа // Личный архив.

[5] МГ; Правда.

[6] Аль-Кодс.

Страх перед будущим

или боязнь грядущей неотвратимой расплаты

С тех пор, как Корнев опубликовал в периодической печати материал о необходимости дать, наконец, исчерпывающий, исторический анализ первопричин обвала Советского Союза и четко обозначить истинного врага, коварно учинившего это зло нашей стране, – поток писем-откликов в его адрес и телефонных звонков не прекращался.

Читатели единодушно солидаризовались со ним. Негодуют, что ни одна из ныне действующих партий в нашей стране, ни один из их руководителей до сих пор не осмелились дать публичный, исчерпывающий, актуальнейший, углубленный, исторический, критический анализ обвала Великой Державы. Что до сих пор не дан ими и всеобъемлющий анализ зловещего механизма подрыва системы антинародными силами изнутри при координации и финансировании их целенаправленных действий глобальным суперимпериализмом, цепко и безраздельно управляемым вездесущим и ненасытным сионизмом.

А коль, мол, по сию пору объективного, всестороннего, углубленного анализа происшедшей трагедии в нашей стране нет, то до сих пор чётко так и не обозначен и мерзкий образ гнусного, коварного врага, приведшего нас к роковой черте. Не обозначены даже контуры этого истинного, исконного врага!..

Как можно без конкретизации образа врага, без четкого обозначения его контуров и без знания его иезуитских, коварных приемов и методов закабаления коренных народов нашей страны сплотиться и подняться на борьбу с жестокими оккупантами? Тем более, как возглавить такую бескомпромиссную классовую борьбу? И о какой при этом стратегии и тактике борьбы вообще может идти речь?

В откликах на публикацию Корнева читатели утверждают, что высвечивание этого зловещего механизма дает возможность и в будущем быть готовым к отпору новых агрессивных попыток закабаления свободолюбивых народов. И что знание всем народом многовековой враждебной нам дьявольской технологии ползучей оккупации независимых государств позволило бы выработать стратегию и тактику борьбы с общемировым злом, заранее разгадывая и пресекая в корне античеловеческие истерики непримиримого классового и национального врага.

Словом, Корнев получил существенную читательскую поддержку!

Но этого для дела не достаточно.

Заглянув однажды в Госдуму, он столкнулся с иной реакцией на публикацию. Случилось это при следующих обстоятельствах.

Едва Корнев перешагнул порог Парламента, как его тут же схватил за рукав пиджака и потащил в дальний угол вестибюля давний знакомец – журналист Выжидович. Тот самый Выжидович, который на манер гнусных политических перевертышей Яковлева, Коротича, Боровика и прочих подобных типов, при Советской власти разоблачал в средствах массовой информации империалистов-сионистов и взахлеб прославлял успехи Страны Советов, а после контрреволюционного переворота в нашей стране в августе 1991 года делает все наоборот: объявляет себя ярым антисоветчиком и что есть мочи восхваляет на всех телеканалах и в печати грядущий мировой просионистский порядок.

Так вот, этот самый Выжидович усадил Корнева на диванчике в вестибюле Госдумы и запальчиво стал говорить:

– Зачем вы все это в печати поднимаете? Зачем будоражите народ?

– О чем вы? – спрашивал Корнев.

– Да все о том же, о вашем страстном призыве дать, наконец, исчерпывающий, исторический анализ первопричин развала Советского Союза! Да еще к тому же требуете четко обозначить мерзкий образ гнусного, коварного врага, приведшего этот народ к роковой черте! Зачем все это? Зачем понапрасну возбуждать народ и подталкивать его к осмысливанию сложившейся ситуации? Вы что, хотите гражданской войны? … Ведь все, кому надо знать первопричины случившегося с этой страной, отлично во все осведомлены!

– Вы тоже осведомлены? – поинтересовался Корнев.

– В том числе и я! – не без гордости заявил Выжидович.

– И как же все это случилось? – спросил его Корнев.

– Вам изложить в подробностях?

– Можно и в подробностях, – ответил Корнев.

– Извольте! – бодро воскликнул Выжидович. – Тогда начну издалека… Все завертелось с первого всемирного сионистского Конгресса, который прошел в 1897 году в швейцарском городе Базеле. На том первом сионистском конгрессе, естественно, стратегию действий иудейства вырабатывать необходимости не было. Поскольку эта самая стратегия была безукоризненно прописана нашими праотцами еще тысячи лет тому назад. И наши лидеры на этом конгрессе позволили себе лишь осовременить ветхозаветные теоретические выкладки наших древних сионских мудрецов. Открывшееся провозглашением еврейского равноправия во Франции, а затем и в других странах, XIX столетие проходило как век великой иудейской подготовки, за которым должен был последовать век великих иудейских свершений. И потому о тактике сионистского движения по дальнейшему захвату и освоению мирового пространства в грядущем XX веке на первом конгрессе сионистов говорилось досконально, углубленно и разнопланово. Не обошлось и без разговора о матушке – России, о ее будущей судьбе. Надо было конкретно решать: что с ней делать? Ведь, к примеру, как кость в горле продолжал торчать царский указ «о черте оседлости евреев». Что крайне затрудняло свободное перемещение наших людей в столицу и в другие города России. Что вынуждало евреев идти на всякие уловки и унижения, вплоть до принятия православного крещения и даже подаваться в священнослужительство. И не случайно, что сразу же после Февральской революции в России в 1917 году контролируемое нами масонское временное правительство перво-наперво отменило унизительно-оскорбительную «черту оседлости» для евреев и уравняло их во всех правах с православными русскими. Огромная неизмеримая тяжесть свалилась тогда с плеч российского еврейства! Развязались руки, столь долго скованные, открылись простор и кругозор. И именно тогда наши люди смогли со всем запасом скопленных сил и энергии приступить к работе над теми великими задачами, которые стояли перед ними.

– И что же решили на первом сионистском конгрессе по России? – спросил Корнев Выжидовича.

– Кончать с царским режимом, – последовал ответ. – А для реализации этого постановили не только проникать в русское освободительное движение и постепенно захватывать руководство русскими оппозиционными и революционными партиями, но и наводнить Россию новыми многочисленными общественно-политическими организациями. При этом расчет был самый простой: какая-нибудь из созданных и контролируемых нами организаций должна была преуспеть в борьбе с заклятым слабеющим царизмом.

А дальше уже, опираясь на преуспевшую политическую организацию и используя её как «крышу» следовало развивать успех вглубь, применяя свои ветхозаветные политтехнологии.

Кстати, с успехом апробированные в Англии и Франции во время тамошних революций. Потому как наши люди давно поняли, что известные идеи, высокие и прекрасные, могут быть страшным оружием разрушения. И пользовались на практике гениальной формулой: самое главное – это бросить в массы справедливую, громкую, многообещающую фразу, затем можно делать противоположное. И это уже не имеет никакого значения когда власть захвачена! А вот когда власть в стране захвачена, то над теми, кто ждал от наших людей каких-то «прав человека», можно и с издевкой посмеяться. Да так, что от этого хохота небо содрогнется!.. Таковы три лозунга масонского происхождения – «свобода, равенство, братство», послужившие разрушению Франции…

– Вон даже как! – нарочито подивился Корнев.

– А что касается конца XIX века, – продолжил Выжидович, – то сионисты тогда преуспели в создании новых политических организаций в России. Только еврей Натансон, к примеру, организовал первые «народовольческие» партии: общество «чайковцев», затем «Землю и Волю», из которой вышли «Народная Воля» и «Черный передел», и из них в дальнейшем, в свою очередь, родились партии социалистов-революционеров (эсеры) и социал-демократов. Тот же Натансон в 90-х годах основал и партию «Народное право», из обломков которой в дальнейшем выросла буржуазная оппозиция – конституционно-демократическая партия, так называемые «кадеты». Партия социалистов-революционеров была создана и руководилась еврейской капиталистическои династией Высоцких. Партия социал-демократов была создана по инициативе еврейской социалистической организации «БУНД».

– И что же дальше? – подзадоривал его Корнев.

– А дальше… – невозмутимо продолжил Выжидович – к сожалению, в октябре 1917 года произошло то, что произошло: реальную власть в России захватили большевики – коммунисты. Срочно нам надо было решать, как жить дальше. И тогда в Москву беспрепятственно съехались наиболее влиятельные сионисты со всего мира и постановили: коль власть в России в обозримом будущем будет принадлежать коммунистам, то надо без промедления идти в их ряды и включаться в многотрудную, тяжелую работу подрыва этой власти изнутри, цинично используя коммунистическую идеологию, государственные и партийные структуры в своих целях. Благо, что к этому времени и в партию большевиков немало удалось внедрить наших людей. А с прибытием в Россию Троцкого со своим кагалом наши позиции в руководящих структурах страны значительно укрепились. А если говорить точнее, то почти все высшие посты в большевистской власти были захвачены нами. И если бы тогда, в 1917 году, у нас под руками были в наличии не местечковый безграмотные, да к тому же безгранично алчные кадры, то уже тогда мы бы могли перехватить у большевиков – коммунистов абсолютную власть в России. Короче, у нас тогда не хватило критической массы… Между тем, наш тогдашний полный контроль над силовыми ведомствами позволил немедленно приступить к реализации первейшей задачи. А конкретнее, к замене национальных русских кадров на наших ставленников. Тем более, что нам удалось почти сразу же после Октября 1917 года протолкнуть через верхушку власти беспрецедентное в мировой юридической практике постановление, что за малейшее проявление юдофобии теперь можно было вполне законно ставить гражданина к стенке и пускать в расход на страх остальным… И настало время применить на Руси беспроигрышную спецполиттехнологию, впервые апробированную еще на персидском царе Кире.

– И в чем же заключается эта спецполиттехнология, – продолжал подогревать собеседника Корнев.

– Тактический маневр подрыва государственной власти изнутри был давно освоен иноземцами – пришельцами, воспитанными в религиозной и расовой нетерпимости, и противопоставляющие себя остальному человечеству, – пояснил Выжидович. – Еще две с половиной тысячи лет тому назад просвещенный правитель и основатель мощнейшей империи, охватившей всю Западную Азию, персидский царь Кир оказался первым в длинном ряду жертв такого тактического маневра. Он стал марионеткой-жертвой в руках пришельцев, действующих по варварским заповедям уничтожения и порабощения коренного народа страны, их приютившей. Без использования царя Кира пришельцы никогда не смогли бы захватить власть. На нем, на царе Кире, эти коварные пришельцы и показали впервые, как можно сначала обманом, лицемерием, подкупом и предательством пролезть в иноземные правительства, а затем подчинить их себе, проникнуть в чужие национальные организмы и разлагать эти организмы изнутри.Захватив же власть в иноземном государстве пришельцы-разрушители бесцеремонно управляли марионетками– правителями, разжигали вражду между народами и создавали конфликты, нужные для достижения их «сверхнациональной» цели – мирового господства. При разрушительных намерениях пришельцев такая система внутри других народов действует, как заряд динамита в скале, взрываемый с далекого расстояния.

Корнев прервал Выжидовича и сказал:

– К двадцатому веку этот контроль над правительством приобрел такую силу, что сейчас все они в значительной степени уже стоят под одной высшей властью подобных пришельцев! А действия этих правительств-марионеток, в конечном итоге, всегда служат интересам забугорных хозяев!

Но Выжидович, набрав обороты, не реагировал на реплику и продолжил свой монолог:

– А еще однозначно можно сказать, что сегодняшнюю ситуацию в этой стране после августа 1991 года мы бы могли получить на блюдечке еще в тридцатые годы. Ведь все шло планомерно к этому в России при НЭПе. И уже в начале тридцатых годов можно было бы законодательно восстановить и частную собственность на средства производства, и землю со всеми полезными ископаемыми под видом распродажи пустить в наши руки, одновременно внедряя в еще незрелое массовое сознание бухаринский лозунг: «Обогащайтесь!». Но беспощадная самодержавная рука Сталина железной метлой вымела из политической жизни страны таких суперзвезд нашего движения, как Троцкий, Каменев, Зиновьев, Бухарин и многих, многих других. И только, наконец, сейчас мы имеем то, о чем раньше боялись даже мечтать, сидя по ночам в туалете! И свершилось это лишь благодаря тому, что прошедшие советские десятилетия не в силах были стереть из генетической памяти наших людей то, что им было завещано осуществить нашими мудрейшими предками тысячи лет тому назад… Так что, по-вашему, только лишь за то, что наши современники Гайдар, Чубайс, Греф, Лившиц, Кох, Фридман, Авен, Березовский, Абрамович, Ходорковский, Явлинский, Гусинский, Немцов, Хакамада и многие, многие другие достойно и со всей тщательностью исполняют постановления первого всемирного Базельского конгресса сионистов, прошедшего более ста лет назад и при этом проявили несомненный интеллект, мужество, изворотливость, смелость, решительность и, я даже позволю себе сказать, гениальность, хотя и ведут они себя, порой, вызывающе нагло и с некоторым нарушением законов, – так что, за все это их следует широковещательно разоблачать, клеймить позором перед быдлом как врагов народа и карать? Этого вы требуете?.. Как же нам жить после этого? Где тут пресловутая русская гуманность и милосердие? И как это согласуется с реализацией прав человека в этой стране? Разве это не вопиющая дискриминация нацменьшинств? Разве не вопиющее проявление великодержавного шовинизма? И как же дальше развиваться этой стране в мировом цивилизованном сообществе?..

В это время с каким-то значком на лацкане пиджака мимо собеседников семенил престарелый толстяк с желтоватым оплывшим лицом и глазами навыкате.

– Давид Маркович! – слегка приподнявшись, елейно воскликнул Выжидович. – Позвольте вам представить автора нашумевшей публикации с призывом дать исчерпывающий, исторический анализ первопричин обвала Советского Союза. Да еще к тому же и требующего четко обозначить образ гнусного, коварного врага, приведшего этот народ к роковой черте!

Давид Маркович, приостановившись, продолжительно и тяжело взглянул на Корнева, отдышавшись:

– А вы, – молвил, – приходите завтра к нам на съезд правых сил! И вы сразу все поймете. Это я вам говорю!..

Корнев, понятно, не воспользовался приглашением Давида Марковича, ибо давно был просвещен по основному вопросу философии.

***

Ввечеру того же дня, двигаясь по бывшей улице Архипова, Корнев внезапно столкнулся с только что вышедшим из хоральной синагоги профессором. Они были так же знакомы еще с советских времен. Профессор много лет преподавал основы научного атеизма в высшей партийной школе.

– Как поживаете, Исаак Моисеевич? – спросил, поздоровавшись, профессора.

– Извините, тороплюсь, – отвечает тот, торопливо укладывая ермолку в «дипломат» и доставая оттуда на каком-то замызганном шнурке крестик. – Хочу попасть в Храм Христа Спасителя к началу Всенощной.

– Вы теперь и там бываете? – изумился Корнев столь переменчивой метаморфозе профессора.

– А как же иначе! – парировал Исаак Моисеевич. – Время-то сейчас какое? Сплошная политическая неопределенность! В любой момент социальный взрыв произойти может! Вон по телеящику даже худрук театра «Сатирикон» Костя Райкин и эстрадная певичка Лорка Долина поспешили объявить, что они православные христиане. А единокровный сынуля нашего известного еврейского адвоката Резника, который в суде защищал олигарха Гусинского, пошел еще дальше: с ведома папаши подался в православные священники. Так, а я что, глупее их?.. На случай реванша в этой стране надо всегда иметь «крышу»!.. – махнул рукой и помчался в метро.

«Да, страх перед будущим у профессора просматривается, – подумал Корнев, – и боязнь грядущей неотвратимой расплаты за все содеянное в глазах Исаака Моисеевича очевиднейшая…»

СИОНИСТЫ ВСТРЕВОЖЕНЫ РАЗОБЛАЧЕНИЯМИ ИХ КОММУНИСТАМИ

Рано утром мне позвонил раввин хоральной синагоги и в крайнем волнении сказал:

– Со всех краев этой страны поступают весьма и весьма тревожные сообщения. Да такие, что за сердце хватаешься!..

– Что же это за «тревожные сообщения»? – спросил я.

– На постсоветском пространстве произошло вдруг то, чего мы, все наши соплеменники, никак не ожидали и не предвидели, – продолжил раввин. – Нынешние коммунисты в массовом порядке рванулись просвещать трудовые низы этой страны по части их главного, многовекового, исконного врага – сионистов. На манер того, как в XIX веке на Руси в преддверии революционной ситуации просвещали свой трудовой люд всякие там славянофилы-народники, писатели-разночинцы, да и тот же самый Фёдор Михайлович Достоевский своей знаменитой публикацией «Еврейский вопрос»…

«Наконец-то наши коммунисты занялись делом!» – подумал я.

– И что же, нынешние коммунисты в массовом порядке так сразу и «рванулись» просвещать трудовые низы нашего народа «по части их главного, многовекового, исконного врага – сионистов»? – переспросил я раввина.

– Не сразу! – парировал раввин. – Этому неожиданному пропагандистскому, антисионистскому порыву нынешних коммунистов на постсоветском пространстве предшествовало такое же неожиданное появление на сайтах Интернета нового коммунистического Манифеста «О сионистской опасности народам Советского Союза и всего мира!»

– И что ваши соплеменники намерены предпринять? – спросил я.

– Скажу при встрече, – последовал ответ.

А когда мы с раввином повстречались, то он, как всегда, начал издалека.

– Видите ли, мой хороший, добрый друг, – сказал велеречивый раввин, скорбно поглядывая на меня глазами навыкате, – до сей поры наши соплеменники, да и всё сионистское движение в целом на постсоветском пространстве, в идеологическом плане среди коренных народов этой страны чувствовали себя вполне комфортно, удобно и уютно. Отдельные же вспышки проявления негатива против наших людей со стороны коренного населения если кое-где изредка и были, то они, эти самые антисионистские вспышки, незамедлительно нами искусно, профессионально локализовались и решительно гасились. Устраивала нас по сию пору и крайняя идеологическая пассивность, инертность, неподвижность и бездеятельность наших главных политических врагов – коммунистов, оказавшихся у «разбитого корыта» после развала нами Советского Союза и их любимой КПСС. И доказательство тому, что какой уж год минул с тех пор, как в августе 1991 года в этой стране нами совершён контрреволюционный переворот, но ни одна из действующих коммунистических партий на постсоветском пространстве, ни один из их руководителей до сих пор не осмелились дать публичный, исчерпывающий, актуальнейший, углублённый, исторический, критический анализ обвала великой социалистической державы. Не дан ими и всеобъемлющий анализ зловещего механизма подрыва социалистической системы просионистскими, антинародными силами изнутри при координации и финансировании их целенаправленных действий и глобальным суперимпериализмом, цепко и безраздельно управляемым нынче вездесущим и ненасытным международным сионизмом. Больше того, политиканствующие вожди нынешних компартий в своих демагогических, популистских выступлениях остерегаются произнести даже слово «сионизм». А коль по сию пору объективного, всестороннего, углублённого анализа происшедшей трагедии в этой стране нет, то до сих пор чётко так и не обозначен и мерзкий образ гнусного, коварного врага, приведшего коренной русский народ к роковой черте. Не обозначены даже контуры этого многовекового, истинного, исконного врага!.. А как можно без конкретизации образа врага, без знания его иезуитских коварных приёмов и методов закабаления русского и других народов этой страны сплотиться и подняться на борьбу с жестокими оккупантами? Тем более, как при этом возможно возглавить такую бескомпромиссную классовую борьбу? И о какой при этом революционной стратегии и тактике пролетарской борьбы с заклятым врагом – сионизмом вообще может идти речь?.. Ну, а о просвещённости на сегодня трудовых низов русских аборигенов по части сущности сионизма, естественно, и говорить не приходится! Особенно если учесть, что ещё в перестроечные 1980-е годы минувшего века бывший член Политбюро, секретарь ЦК КПСС по идеологии Александр Яковлев, в угоду нам, авторитетно, публично, популярно разъяснил советским людям, что ни в коем разе не следует квалифицировать сионизм как форму расизма и расовой дискриминации. Что, мол, сионизм – это всего лишь национально-освободительное, этническое, религиозное движение, целью которого является объединение и возрождение еврейского народа на его исторической родине – в Израиле и создание еврейских сельскохозяйственных поселений. Так что, мол, это чистейшая брехня о каком-то несуществующем мировом заговоре сионистов-евреев и что будто бы сионисты-евреи испокон веков стремятся к мировому господству и порабощению всех коренных народов планеты Земля, учредив всемирное иудейское царствование. Что, дескать, на самом деле евреи вообще по своей природе миролюбивы, гуманны, толерантны, добросердечны, и никакие они не расисты, а потому побаиваться и опасаться их ни в коем случае никому не следует… И такая благостная к нам трактовка, осмысление и восприятие сионизма, внедрённые в сознание коренного населения этой страны, до сей поры, повторяю, наших соплеменников безусловно, абсолютно устраивали. Именно с учётом этих сложившихся обстоятельств мы неустанно отслеживали и отслеживаем обеспечение необходимой и достаточной численности «критической массы» евреев в этой стране…

Я понял, что разговор с раввином и на этот раз будет затяжным, длительным и серьезным. Потому, как всегда, решил дать раввину возможность по максимуму выговориться.

Потом же, как уже повелось, при первой возможности в печати довести до сведения нашего трудового народа задумки и намерения сионистов-расистов.

– Что значит «неустанно отслеживали обеспечение необходимой и достаточной численности “критической массы” евреев в этой стране»? – спросил я раввина.

– Поясню, – сказал раввин. – Дело в том, что в труднейшей попытке разобраться, что происходит вокруг, русские аборигены натыкаются на отягощающие обстоятельства: не в какой-то там деревне, а в столице большого государства – Москве – до 95% людей не имеют никакого представления о сионизме, если не считать, что иногда слышат это слово. Естественно, в таком государстве критическая масса евреев должна быть минимальной, и нечего тут делать лишним сионистам и масонам, поскольку и так образовательный ценз у аборигенов равен нулю. Поэтому и были десятки тысяч заявлений сионистов и прочей черни в год на выезд из СССР. Оставшихся же в этой стране вполне было достаточно для решения задачи мгновенной парализации советского общества в условленное время…

Что на практике и подтвердилось в августе 1991 года!.. С другой стороны, по мере приближения 2000 года сионисты были обеспокоены нехваткой «критической массы» евреев в некоторых государствах для парализации общества после определенного сигнала… Сейчас же, когда вдруг возник такой резкий, неожиданный, пропагандистский, негативный, разоблачающий нас поворот русских аборигенов по отношению к сионизму, мы вынуждены незамедлительно оперативно откорректировать численность «критической массы» евреев этой страны в сторону её увеличения!

– Что понимается под термином «критическая масса» евреев? – поинтересовался я.

– «Критическая масса», – пояснил раввин, – это удельный вес евреев по отношению к группе неевреев в зависимости от их образовательного ценза. В рамках учения о критической массе евреев последняя зависит как от численности неевреев, так и от их образовательного ценза. Под этим подразумевается не настоящее образование, а та или иная степень распространения юдофильских настроений. Другими словами, степень информированности общества об опасности сионизма в этом обществе. Если неевреи не догадываются об истинной силе и серьёзности сионизма, значит, они считаются обработанными до уровня законченного раба, и в этих странах мира не требуется большой критической массы, а образовательный ценз там приравнивается к нулю. Примером является Советский Союз. Неинформированность людей, стоящих на высоких советско-партийных постах, была потрясающей! Подавляющее большинство секретарей горкомов, обкомов, рескомов, ЦК и других властных лиц не понимали, что такое сионизм. Просто они отупело смотрели на результаты своей работы, которые по никому не известной причине оказывались противоположными ожидаемым. Им, конечно, было невдомёк, что сложная система сионистских приёмов и методов, наработанных евреями веками, приводит к перенаправленности ранее благих затей. Выполняя ту или иную функцию, даже честнейший советский человек не догадывался, что давно уже работает на врага… Такая сложная сионистская система, пронизывающая весь мир, нуждается в том, чтобы наши соплеменники беспрепятственно посещали любые страны. В связи с непостоянством среднего уровня образовательного ценза неевреев сионисты-евреи нуждаются в полной свободе маневрирования и при необходимости «переливания» из одной страны в другую. Так, к примеру, к концу ХХ века евреи остро нуждались в большом отливе из СССР и одновременно в приливе в некоторые соцстраны. Почти полный отлив евреев из Польши во времена Гомулки рассматривался сионистами как катастрофа. Они сделали потом всё, чтобы поправить дело. Главный же раввин Румынии Мойше Розен заявил, что румынский резерв евреев сейчас исчерпан и Румыния являет собой образец полного укомплектования евреями… И вообще – выезд евреев из страны – прямой признак и хороший показатель переукомплектованности ими этой страны для обеспечения стратегических целей мирового переворота. В этом смысле большой излишек евреев оставался в Советском Союзе вплоть до самого последнего дня, когда мы его развалили. Повторяю, общество, имеющее слабое представление или не усваивающее информацию о сионизме, имеет нулевой образовательный ценз. Здесь можно без особого труда кого требуется присионить, примасонить, приглупить. Поэтому в условиях СССР для его развала и потребовалась относительно малая критическая масса евреев. Но сейчас, когда нынешние коммунисты в массовом порядке неожиданно рванулись просвещать трудовые низы этой страны по части их главного, многовекового, исконного врага – сионистов, наши соплеменники вынуждены оперативно откорректировать необходимую нам численности «критической массы» евреев на постсоветском пространстве в сторону её увеличения.

– И как же нынешние коммунисты просвещают трудовые низы на постсоветском пространстве? – поинтересовался я.

– По-разному, – сказал раввин. – Но прежде всего, естественно, коммунисты растолковывают своим соотечественникам то, что знать простым аборигенам никак не следует. Внушают, к примеру, трудовым низам, что разобраться в организационном лабиринте международного сионизма прямым путём – всё равно что голыми руками удержать угря – обязательно выскользнет. Что писать о евреях безотносительно к масонству и сионизму – всё равно что описывать один кишечник без понятия о других органах человека. Что изучать масонство без упоминания о евреях и сионизме – то же, что отправиться ночью поперёк пропасти. Что понять, что такое сионизм, без понятия о евреях и масонстве, не менее нелепо. Что тайна организационной структуры и его механизмы сионистами тщательно скрываются от непосвящённых. И что лишь пристальное внимание, сопоставление событий и фактов, многократная перекрёстная перепроверка, нетрадиционное исследование нашей истории, религии, нестандартная оценка науки, философии, искусства, исследование сущности медицины и т.д. помогают установить чёткую непосредственную связь в, казалось бы, совершенно разноплановых явлениях современности.

– А о сущности сионизма нынешние коммунисты что-либо рассказывают трудовым низам своего народа? – спросил я.

– А как же! – воскликнул раввин. – И вещают нынешние коммунисты на сей счет много, очень много такого о сущности сионизма, что, повторяю, никак не следовало бы знать трудовым низам русских аборигенов!.. К тому ж раскрывают сущность сионизма нынешние коммунисты, к сожалению, весьма квалифицированно, всесторонне и углубленно. Подтверждение этого многочисленные сообщения наших соплеменников со всех краев этой необъятной страны: и с юга, и с севера, и с запада, и с востока… Вот послушайте, что нынешние коммунисты в пропагандистском запале глаголют трудовым низам русских аборигенов, беспощадно разоблачая всевозможные происки сионистов-расистов и сионизм в целом.

Раввин распахнул свой «дипломат», извлёк оттуда кипу исписанных листов бумаги и стал цитировать то, что на них написано:

– «Структура сионизма – в мире единственная и предусматривает почти биологическую выживаемость вследствие текущей системы дублирования, а также всегда тайного существования…»; «Сионизм – это явление, трудно поддающееся пониманию. Это вор, кричащий “держите вора!”»… «Сионизм многолик. Он наклеивает на себя любую теорию. Сионист может принадлежать абсолютно к любой политической партии, к любой вероисповедной конфессии, но обязан тайно работать всегда только на своих. Ни одна другая группировка не доходит до такого приспособленчества, на которое способны евреи. Сионизм никогда не сожалеет о банкротстве. Если надо, он готов отказаться от любого тезиса полностью или частично, или навсегда, впрочем, всё равно сохраняя свою сущность, свой чудовищный облик и звериный оскал. Сионизм умело использует это множество обличий. Он как бы появляется то в одном, то в другом костюме – на разные случаи жизни в разных одеждах в зависимости от обстоятельств. Сионизм организован не в дивизии и полки, а в мобильные диверсионные отряды, одетые каждый в свою форму и рассредоточенные по всему фронту. Другими словами, сионизм с успехом пользуется так называемой мимикрией – способностью окрашиваться в цвета той партии, в которую евреи проникают…»; «Сионизм – как ванька-встанька. Где-то, локально, может быть, его и удастся повергнуть, но всё равно он встанет со временем, как ни в чём не бывало…»; «Сионизм – наиболее серьёзная разновидность тайного фашизма, ведущая к опасности, равной которой человечество ещё не испытывало…»; «Сионизм – это безукоризненно организованная крепко сплочённая группировка евреев, действующая одновременно на различных уровнях. Это активная сионская сила, которая обладает большими возможностями для ведения войны без выстрелов и захвата любого общества без применения оружия. Именно без выстрелов! Таким образом, коренные народы имеют дело с завоевателями иного рода, что всегда заносит их в разряд уголовно-политических. Они тщательно маскируют свои цели и намерения, для виду делая публичные заявления, но такие обнародования представляют собой дипломатический камуфляж сокрытия истины либо дезинформации…»; «Сионизм – первопричина нравственного удушья и духовной деградации в искусственно созданной дисгармонии между сознанием и материей в человеческом обществе…»; «Сионизм – система, выходящая из общепринятого порядка культуры на планете. Она предусматривает статус евреев как бы без времени и пространства, используя так называемое ненормативное поведение, при котором все средства хороши для достижения целей; и ничто постороннее не регламентирует действий этой системы внутри или вовне её…»

Слушал я велеречивого раввина, смотрел на его вспотевшее от волнения лицо, на подрагивающую оттопыренную нижнюю губу, на свисающие у ушей седеющие пейсы и думал: «Какое всё же гнусное, коварное, эгоистическое и античеловеческое это племя сионистов-расистов!»

Между тем раввин продолжал цитировать сообщения с мест о том, что вещают нынешние коммунисты трудовым низам соотечественников о сущности сионизма;

– «Сионизм – это не только чёрная идеология и система преступных организаций. Это ещё и образ мыслей. Так, еврейское поведение и существование среди других народов без сионского видения мира является попросту бессмысленным либо, точнее, неосуществимым. При этом ассимиляция всегда была ненавистна сионизму, поэтому, где только возможно, сионисты воспитывают шовинизм ещё с ползункового возраста, и жизнь, например, еврея в Советском Союзе должна была быть сионизирована. В этом случае будет соблюдено условие, когда любой еврей, где бы он ни находился, всегда несёт в себе осознанную, глубинную цель, которая не зависит от произносимых им слов, образа поведения и партийной принадлежности. Его жизнь должна удовлетворять принципу двойной лояльности в любой точке Земли, где первичными являются ветхозаветные установки. Это оригинальное двойное гражданство, утверждённое израильским Кнессетом, предусматривает формальное исполнение евреями гражданства в стране проживания, которое для еврея является принципиально вторичным…»; «Сионизм – это система поведения евреев в странах проживания, где их целью всегда должно быть обогащение всеми средствами за счёт окружающих, обеспечение власти над окружающими и паразитарное существование. Руководствуясь неплохо когда-то придуманной, взятой у Ветхого Завета идеей “богоизбранности” евреев, любой ценой сохраняя эту главную идею, сионисты рождали фантастические версии, оглушая мир ветхозаветными догмами о земном еврейском рае с цитаделью, конечно, в Израиле. Страна Израиль должна охватить все страны и земли планеты для того, чтобы “исправить мир” царствием Божьим – вот расистское кредо для сиониста. Израиль объявлен духовным центром, координирующим и направляющим деятельность всех евреев во всех странах мира. Это аналог нервного центра, опутывающего своими нервами весь Земной шар… Теоретики сионизма любят указывать на разнообразие взятых ими на вооружение философских концепций, способных поражать большое количество идеологических целей. Философия сионизма – это россыпь иудаистских реформированных догм ветхозаветного религиозного комплекса, откуда ведёт своё начало источник ядовитой ненависти ко всем “богопрезираемым” неевреям. Там указывалось, что “…вы овладеете народами, которые больше и сильнее вас”». Главный же лидер сионизма, его тайный вождь Гинцберг, вещал: «Для “сверхнарода” все окружающее служит лестницей и по ней он будет восходить всё выше и выше, не обращая внимания на размеры ущерба для остальных, низших…»; «Сионизм втирается в ряды любой формальной и в особенности неформальной группы, объединения, класса, партии, захватывает руководство, а если это не удаётся, то постоянно пытается дезорганизовать их. Внедряясь же в подобные сообщества, евреи аккуратно и настойчиво навязывают байки о том, что, мол, сионизм – незначительное, угасающее, недостойное внимания, явление».

Раввин умолк, тяжело вздохнул, вытер ладонью пот со лба и продолжил цитировать выдержки из того, что было написано на листах бумаги, которые он держал в руках:

– «Вред от присутствия евреев в любом прогрессивном начинании просто трудно описуем. Тора, Каббала, Талмуд, Шулхан-Арух, легенда об Адонираме с детства формируют еврея в любой стране проживания как фашиста, тонко замаскированного под добренького… Евреи имеют огромный и всё возрастающий опыт махинаций, именуемых в самом Израиле превращением черного в белое. Один из наблюдателей ООН на Ближнем Востоке воскликнул: “Никогда не мог себе представить, чтобы правду могли искажать так цинично и с такой ловкостью, как это могут делать евреи”. Вместо устаревших пушек и ракет Израиль пользуется всегда современным искусством ведения войны – психологической техникой с помощью средств информации и пропаганды. Сионистская агентура знает, что дискредитация любой самой светлой и, конечно, противоречащей их мировоззрению идеи, можно легко добиться механически бесчисленным её шутовским повторением, шельмованием… У понятия “ложь”, как известно, немало оттенков и градаций. Можно приврать, передёргивать, искажать истину, замалчивать правду, подтасовывать факты, замешивать в истину ложь (излюбленный прием). Есть еще стиль и язык. Можно лгать нагло и застенчиво, шёпотом и громко, правдоподобно-тонко и грубо, беспардонно-примитивно, либо умело или бездарно, либо умно, либо глупо. Где, когда и как нужно…»; «Сионизм, находясь за своей тайной завесой, никогда не стесняется в выборе средств и предусматривает ведение войны с людьми мира всеми средствами. От анонимных писем до открытых выступлений и прямых убийств – единичных и массовых. В быту принцип прост. Сионист должен быть сионистом на каждом шагу своей жизни. При всяком крупном или мелком событии в жизни он должен вглядеться и попытаться понять, нельзя как-нибудь использовать событие для блага еврейского дела. Ни одна встреча, ни одна прогулка не должна пропадать даром. В одной из инструкций сказано: “Главное – поднимайте шум по любому поводу. И как можно громче”… Когда же дело касается проведения других акций, то сионизм вправе использовать все средства, включая шантаж, клевету, подкуп, яд, шпионаж, кинжал либо тривиальное воровство. При необходимости сионисты скупают целые тиражи изданий, если они проскочили сквозь просионистски настроенную цензуру и вообще, если обнаруживается, что книги заставляют мыслить людей…»; «Современные сионисты блестяще реализовали положения сионистских протоколов своего Первого базельского конгресса относительно захвата мировой прессы исключительно в свои руки. В протоколах говорилось: “Прежде всего – захватите прессу и пропаганду и тогда всё прочее придёт само собой!” И сейчас сионисты осуществляют контроль 80% всех международных агентств. С помощью же прессы можно делать чудеса: ставить непреодолимые преграды, замалчивать факты и рецензии, нейтрализовать неугодную для евреев ситуацию и т.д. Что же касается общей цели мировой пропаганды, то практически все газеты, радио, телевидение тайно или явно, сознательно или бессознательно в той или иной форме пропагандируют произраильскую, просионистскую точку зрения…»; «Интеллектуальный террор сионистами осуществляется не только службами пропаганды. Сионисты опутывают, например, политических деятелей стран различными цепями зависимости, и непременно шпионскими, прибегая для этого к подсовыванию жен-евреек и т.д., и т.п. Но самая большая ставка делается на разведку. Аппарат Израиля как будто у всех на виду, но разобраться, где тут разведка, где обычный государственный орган, – почти невозможно. Израильская разведка – самая умелая шпионская организация в мире. Это – единственная в мире разведка, созданная задолго до рождения самого государства. Всемирная сионская организация – это фактически международный шпионский центр, который сейчас насчитывает около полумиллиона членов. Штаб-квартира находится в Иерусалиме. Но это только для приличия. Другая, истинная – в Нью-Йорке. А вся разведка строится в соответствии с наставлениями иудаиста Хаасса: каждый еврей, в какой бы стране он ни находился и к какой бы партии ни принадлежал, – может быть шпионом и обязан быть шпионом. Специфика и почерк работы израильской разведки находится в полном соответствии с теоретическими основами сионизма и, как проговорилась в 1969 г. газета “Дейли экспресс”, сеть израильской секретной службы опутала все страны мира…»; «Сионизм – это тесно переплетённое, щедро финансируемое и эффективно направляемое движение. Международная сионистская корпорация охватила своими щупальцами весь мир…»; «Сионизм в виде иудаизма существует столько, сколько существуют сами евреи. Ещё в 929 г. до н.э. царем Соломоном уже в общих чертах был разработан план захвата “всей вселенной” посредством масонства, после чего Всемирное Еврейское государство должно расправить крылья, не зная границ и других пределов. По замыслу Соломона этот план многоуровневый. Самый высший уровень изображается змеем. Змей – символ мощи евреев. Этот змей выползает из Иерусалима и на своем пути к всемирному владычеству совершает по Земле великое 3000-летнее кольцо, подминая под себя и сглаживая на своём пути все нееврейские институты, государственные режимы, культуру, искусство, традиции, хозяйственную жизнь, идеологии и насаждая, естественно, свои. Все эти институты, изображаемые евреями в виде гор, нивелируются в ровную пустыню. Через 3000 лет змей возвращается в Иерусалим и находит там кончик хвоста, заглатывает его, чем и символизируется полное выполнение задачи… Ситуация же в мире на сегодня разрослась в такую, в которой евреям позволительно даже сбрасывать маску и не стесняясь показывать своё наглое лицо. Ведь коренные народы мира пребывают в сонном состоянии, никто не утруждается докапываться до сущности происходящего, а потому, не ведая того, работают на развитие, счастье и благополучие сионизма. Если вокруг продолжает процветать пассивность, то почему бы сионистам не наглеть?.. Сохраняя мировой размах, животную мораль, мировой сионизм планомерно лихорадит политическую и экономическую жизнь во всемирном масштабе».

Раввин умолк, вбросил кипу исписанных бумаг в свой «дипломат», пристально посмотрел на меня и с вызовом спросил:

– Ну как? Убедительно просвещают нынешние коммунисты трудовые низы русских аборигенов по части сущности сионизма?

– Вполне! – сказал я.

– А теперь только представьте, мой хороший, добрый друг, – патетически произнёс раввин, – какую масштабную контрпропагандистскую операцию в пику нынешней акции коммунистов и в связи со складывающейся негативной для нас политической ситуацией в этой стране должны провести мы, всё наше сионистское движение!.. И это происходит в тот момент, когда, казалось бы, с Россией всё уже покончено: она нами порабощена целиком и полностью. Ведь мы действительно до последнего времени были на сто процентов убеждены в том, что нам настолько, наконец, удалось «утрамбовать» этот русский этнос, настолько его политически стерилизовать, что ему во веки веков никогда уже больше не удастся подняться с колен и выпрямиться. А оно, вишь, как получается!.. На наших глазах русский этнос не только во весь рост выпрямляется, но готов даже восстать против нашего оккупационного режима и вымести всех наших соплеменников из этой страны к чёртовой матери!

– Какую же это «масштабную контрпропагандистскую операцию в пику нынешней акции коммунистов» вы намерены провести? – поинтересовался я.

– О, эту операцию по нейтрализации пропагандистского наступления на нас нынешних коммунистов, – сказал раввин, – мы проведём на этот раз как многоуровневую, многоукладную и многоплановую! В ход по максимум в эту как никогда масштабную операцию будут нами форсированно запущены не только всевозможные изощрённые приёмы и методы покорения коренных народов, наработанные нашим сионистским племенем тысячелетиями, не только будут задействованы наш сегодняшний организационно-финансовый и, само собой наш людской ресурс, но и открытое, откровенное обращение сионистов к русским аборигенам, в особенности к их трудовым низам.

– И что это за «открытое, откровенное обращение сионистов к русским аборигенам»? – спросил я.

– Наше обращение к русским аборигенам, – сказал раввин, – очень даже до примитивности простое, ясное, хотя и иезуитского характера. А звучит оно так…

Раввин извлек из своего «дипломата» какие-то бумаги и приподнято стал читать:

– Любезные русачки! Пожалуйста, не сомневайтесь в том, что вам глаголют нынешние коммунисты о ваших исконных, многовековых врагах – коварных сионистах и зловещем международном сионизме в целом. Коммунисты говорят вам чистейшую правду!.. Но, будьте добры, войдите и в наше положение и поймите, что поступать иначе мы, сионисты, не могли и не можем поступать тысячелетиями, воплощая в жизнь завет наших легендарных предков. Дело в том, что ещё тысячи лет тому назад древнейшими сионистскими мудрецами, нашими праотцами было завещано нашему сионистскому племени создание на планете Земля «нового мирового порядка». «Новый мировой порядок» является синонимом мира под тотальным контролем сионистов, а если ещё точнее сказать, – сионизмом всемирного иудейского царствования. Сионистское племя поклялось тогда в едином порыве перед нашими духовными предводителями – прародителями, что их завет будет непременно выполнен, что учреждение «нового мирового порядка» на планете Земля обязательно состоится, а значит, на всём земном шаре воцарится желанное нашим сердцам всемирное иудейское господство. Все последующие века наше идейно и организационно сплочённое сионистское племя при его мизерной численности неукоснительно выполняло клятву, данную своим духовным праотцам. Оно только и занималось тем, как бы быстрее реализовать задумку наших древнейших сионских мудрецов, как бы половчее, поизобретательнее, поизощреннее обхитрить, обмануть, одурачить коренные народы мира и как бы понадёжней закабалить их под нашим владычеством. Клятву же, данную своим духовным праотцам, все эти века наши соплеменники под строжайшим надзором региональных раввинатов выполняли и выполняют безукоризненно, безотказно, верно и чётко. Достойно, с честью выполняет это клятву и наше поколение соплеменников! И никакие препятствия нас не остановят на нашем победоносном пути к всемирному иудейскому царствованию. Наши мудрецы сказали: «Уничтожьте аборигеновские государства, разрушьте народы, и вы откроете себе дорогу в мир!» – этим мы и занимались особенно успешно на протяжении минувшего столетия. В том числе и в великом Советском Союзе… Сосредоточив же у себя неограниченный контроль над финансовыми и материальными ресурсами планеты, нам удалось в течение всего прошедшего века определять политику, планомерно двигая происходящее в нужном для нашего дела направлении. Владение властью позволило нам на совершенно законных условиях разрушать теперь уже напрямую весь уклад жизни аборигеновского населения. Исполняя высшее поручение наших мудрецов, наша агентура в государственных институтах и учреждениях всех уровней принимает соответствующие законы, проводит либерально-демократические реформы, которые просто-напросто уничтожают самую среду жизнеобитания аборигенов – коренных народов, методично и целенаправленно опуская их до положения вымирания. Если в начале минувшего века, действуя в соответствии с сионистской программой, мы стремились скомпрометировать, ослабить и разрушить аборигеновские государства и их правительства, то теперь, спустя столетия войдя во власть, мы имеем возможность совершенно легитимно и планомерно проводить мероприятия по разрушению аборигеновских народов. И результат не заставил себя ждать! На постсоветском пространстве, к примеру, уже ныне евреи управляют Россией, они захватили алюминий, нефть, газ, никель, калий, алмазы, средства массовой информации, банки… Имена Абрамовича, Мошковича, Могилевича, Голдовского, Гайдамака, братьев Чёрных, Леваева, Рыболова, Мирилашвили, Березовского, Гусинского, Рабиновича, Кобзона, Бернштейна, Ходорковского, Фельдмана, Хаита, Фридмана, Смоленского символизируют захват России евреями… Приватизацию, распродажу по дешёвке народного, государственного имущества, руководство экономикой и политикой в России осуществляли и осуществляют евреи и полукровки Чубайс, Греф, Клебанов, Браверманн, Вольский, Боровой, Кириенко, Немцов, Явлинский, Хакамада, Примаков, Гайдар, Лифшиц… В адвокатуре России властвуют Резники, Падвы, Якубовские, а на эстраде командуют Хазановы, Жванецкие, Шифрины, Галкины, Якубовичи… О заполнении же нашими соплеменниками нынешнего телевидения и говорить не приходится: на всех телеканалах сплошь одни Познеры, Сванидзе да Швыдкие. А что касается нашего успеха в порабощении этой страны, то он не мог нашим соплеменникам не сопутствовать. Достаточно сказать, что только за короткий срок при Ельцине и Путине главой правительства России побывали четыре наших соплеменника: Гайдар, Кириенко, Примаков, Фрадков. Сейчас же нам и вовсе потрафило: президентом России впервые за всю её двухтысячную историю наконец стал наш талантливый соплеменник – юрист Дмитрий Медведев, в высших кондициях по крови которого, жестко требуемых сионистами от претендента на этот важный пост, никто не может усомниться. В наши надёжные руки попала сейчас и внешняя разведка этой страны: её возглавил бывший председатель правительства России, наш опытный соплеменник – заслуженный чекист Фрадков… Так что, как видите, любезные русачки, возведение учреждения мирового иудейского царствования подходит, на радость нам, к своему победному завершению!.. Одной же из основных задач при окончательном формировании нового миропорядка будет проблема регулирования аборигеновского населения в пределах численности, необходимой для достойных, вольготных условий жизнедеятельности наших соплеменников, но не более того. Поэтому сейчас первоочередной для нас задачей является радикальное сокращение аборигеновского народа планеты до уровня, необходимого для обслуживания грядущего всемирного царствования нашего иудейского племени. И русские в этом отношении не являются исключением. В целом, по подсчетам наших мудрецов, общее количество великоросских славян при диктатуре нашего племени составит лишь 35–40 миллионов. Исходя из этой спущенной нам сверху контрольной цифры мы вынуждены поначалу незамедлительно, форсированно задействовать по отношению к трудовым низам русских аборигенов всю мощь нашего наработанного веками пропагандистского арсенала, эффективно разлагающего их сознание и превращающего этот революционно настроенный трудовой люд в скопище обычных политически стерилизованных жуиров-кутил. В случае же если запланированные нами темпы вымирания этой категории русских аборигенов нас не будут устраивать, тогда, извините, мы просто будем вас, любезные русачки, уничтожать. А если говорить точнее, то станем беспощадно травить вас, как крыс, мышей, тараканов и прочую подобную мерзость. Благо приготовленных для этих целей спецпродуктов питания и медицинских препаратов пруд пруди. Иного на данном завершающем историческом этапе становления всемирного иудейского царствования не дано!.. Вот так-то, любезные русачки! Ваше время истекает! А у нас, как видите, всё идёт как по маслу! Потому вы, любезные русачки, внимательно выслушав разоблачающие сионистов речи нынешних коммунистов, не заводитесь, не ерепеньтесь, не артачьтесь и не бунтуйте против нас, а смиренно склоните свои гордые головы перед нами, победителями-сионистами, и смиритесь с уготованным вам местом в создаваемом сионистами «новом миропорядке.

Закончив читать, раввин спрятал бумаги в свой «дипломат» и с вызовом произнёс:

– В сложившейся политической ситуации в этой стране мы должны в пику нынешним расхрабрившимся коммунистам реализовать свой мобилизационный контрпропагандистский проект целиком и полностью! А реализацию этого своего мобилизационного проекта мы обеспечим активным участием в нём всех до единого наших соплеменников: от самого богатющего в России еврейского олигарха-миллиардера Романа Абрамовича до вертихвостки Ксюши Собчак и безголосого шансона-нахалюги Миши Шуфутинского! Пусть хоть на какое-то время забудут свои шкурные интересы и в схватке с носителями коммунистической идеологии самоотверженно послужат идеологии своего родного сионистского племени!

– Вы полагаете, что сможете не только задействовать в свой «мобилизационный проект» ваших соплеменников, но и проконтролировать их? – заметил я.

– Можете не сомневаться! – последовал ответ. – Для этой цели в каждом регионе планеты функционирует наш раввинат, эффективность деятельности которого подтверждена веками. И в случае неповиновения раввинату с каждого нашего соплеменника-отступника раввинат взыщет по полной программе. Да так, что мало не покажется! Причем, жестокая кара такого нашего соплеменника-отступника неотвратимо настигнет его независимо от того, в какой бы точке планеты он ни находился в данный момент! Раввинат – организация серьёзная и суровая. Своих же отступников и уклонистов исполнения племенного долга в назидание остальным нашим соплеменникам мы осознанно не щадим и наказание исполняем с демонстративным, подчёркнутым пристрастием и особой жестокостью… Вот, скажем, наш соплеменник, скороспелый нынешний олигарх-миллиардер Роман Аркадьевич Абрамович, обогатившийся за счёт воровства им средств из ресурсов русского народа… Как выяснилось, семь лет назад у Абрамовича уже были «замок во Франции, собственность в Англии, а также яхта, самолёт и вертолёт. С тех пор его бизнес-империя разрослась, и он, согласно представленному документу, приобрёл активы стоимостью в миллионы долларов в США, Франции, Сардинии, в зоне Карибского моря». Часть его собственности была потеряна из-за прошлогоднего развода – его бывшая жена Ирина получила, например, три из четырёх дорогостоящих домов в Британии. Также Абрамович владеет двумя лыжными домиками в штате Колорадо, виллой на Сент-Бартсе, замком во Франции, «зданием исторической ценности», арендованным у российского правительства, а также бывшим домом Леонида Брежнева в Москве. Возможно, в ближайшее время список имущества Абрамовича пополнится новыми занимательными пунктами. Например, недавно в СМИ появилась информация, что вскоре в Германии со стапелей сойдет его новый корабль, пока называемы Проект М-147. В длину он будет почти 200 метров, а его водоизмещение составит 12 тысяч тонн – это будет крупнейшая частная яхта в мире… Напомню, что Роман Абрамович занимает 15 место в списке богатейших людей планеты и пятое место – в списке богатейших людей Европы. Состояние же его оценивается в 23,5 миллиардов долларов… Так вот, ежели в данный исторический момент, когда на завершающем этапе нашей бескомпромиссной, многовековой борьбы за реализацию основополагающих задумок наших мудрейших праотцев мы идём на окончательную, смертельную схватку с нашим главным врагом – коммунистами, Роман Абрамович уклонится от своего племенного долга и сразу самоотверженно не включится целиком и полностью в реализацию нашего нынешнего мобилизационного контрпропагандистского, в пику коммунистам, проекта, то наш Абрамович незамедлительно лишится всего того, что ему удалось награбить у русского народа на постсоветском пространстве. Более того, если в это критическое для нашего племени время какой-то из наших соплеменников-отступников по-прежнему будет уклоняться от беспрекословного подчинения раввинату и беззаветного служения сионистскому племени, а будет лишь продолжать богатеть, продолжая разворовывать дармовое русское добро, то он, этот зарвавшийся отступник, несомненно, нами будет показательно вздёрнут на фонарном столбе задолго до того, как додумаются это же самое проделывать с нашими соплеменниками взбунтовавшиеся трудовые низы русских аборигенов…

Раввин довольно обстоятельно поведал о ближайших коварных планах-задумках сионистов-расистов на постсоветском пространстве, и мне оставалось лишь в печати рассказать о них нашему трудовому народу. А уж наш трудовой народ, как всегда, сделает на сей счёт правильный вывод.

8.08.11 г.

Раввин грозит разоблачениями чекистам и не только…

Рано утром мне позвонил мой знакомец – раввин хоральной синагоги и взбешенным, крайне взволнованным, дрожащим голосом выпалил:

– Извините, мой хороший, добрый друг, но у меня и у всех моих соплеменников зла не хватает на этих самых вальяжных, надменных, помпезных, чванливых чекистов-ортодоксов и всего их так называемого бывшего передового вооруженного отряда КПСС!

– Чем же они, наши славные чекисты, вас так разгневали и досадили? – спокойно спросил я, сразу поняв, что со стороны чекистов дан какой-то серьезный повод сионистам взволноваться и прийти в бешенство. – Ведь кагэбэшники вроде бы довольно охотно и плавно вписались в привнесенный вами на постсоветском пространстве просионистский, антинародный режим.

– В том-то и дело! – воскликнул раввин. – Действительно, все эти последние 20 лет истории этой страны ваши славные чекисты – в прошлом бесстрашные стражи госбезопасности своей Родины – с приходом нашей просионистской власти в Кремль в августе 1991 года, как запуганные мышата, мгновенно повсюду забились в щели и норки до сего времени. И вдруг неожиданно, как по команде, эти самые «запуганные мышата» на всем постсоветском пространстве дружно зашевелились.

– В чем же проявляется это нынешнее «шевеление» советских чекистов? – поинтересовался я. – И почему именно сейчас так неугодное вам «шевеление» славных чекистов возникло? Неужели так уж вдруг оно произошло?

– Не вдруг! – парировал раввин. – Этому «шевелению» чекистов предшествовали опять же не предвиденные нами события на постсоветском пространстве. Вначале неожиданно на сайтах Интернета появился новый коммунистический Манифест «О сионистской опасности народам Советского Союза и всего мира!..». Почти тут же нынешние коммунисты в массовом порядке рванулись просвещать трудовые низы этой страны по части их главного, многовекового, исконного врага – сионистов. На манер того, как в XIX веке на Руси в преддверии революционной ситуации просвещали свой трудовой люд всякие там славянофилы-народники, писатели-разночинцы, да и тот же самый Федор Михайлович Достоевский со своей знаменитой публикацией «Еврейский вопрос»… А сейчас, спохватившись, и чекисты поплелись в трудовой народ просвещать его по части главного, многовекового, исконного врага – сионистов…

– И что вы намерены предпринять? – спросил я.

– Это я вам скажу при нашей с вами встрече, – заключил раввин.

А когда мы с раввином повстречались, то он, как уже повелось, начал издалека и поведал в хронологическом порядке обо всех главных событиях последнего двадцатилетия, к которым причастны советские чекисты.

– Хочу заметить, – сказал раввин, – что нашими соплеменниками и всем сионистским движением не всегда деятельность чекистов воспринималась негативно. Наши люди, к примеру, с благосклонностью, доброжелательностью и благодарностью восприняли действия кагэбэшников, когда они в августе 1991 года преступно не выполнили свой долг перед Родиной. Ведь они, чекисты – так называемый передовой вооруженный отряд КПСС – клялись жизнью своей защищать первую в мире страну Советов. А сдали ее нам – своему многовековому, исконному врагу без единого выстрела. Да еще, к стыду и позору своему, на глазах у бедствующего трудового народа почти поголовно, используя профессиональные навыки и связи, бросились в бизнес и приватизацию недвижимости, вплоть до явочных служебных помещений… Вот так цинично и беспардонно в роковой для Советского Союза час советские чекисты обошлись с присягой – клятвой, которую каждый из них в свое время торжественно принял, вступая в ряды сотрудников государственной безопасности перед лицом своих товарищей и памятью чекистов, павших в борьбе с врагами во имя торжества коммунизма. А между прочим в присяге-клятве той было, в частности, четко сказано: «Торжественно клянусь через всю жизнь с честью нести высокое звание чекиста, быть бдительным, дисциплинированным и храбрым воином, самоотверженно защищать интересы Коммунистической партии и Советского Союза, вести неустанную борьбу с происками империалистических разведок, хранить и развивать боевые традиции ВЧК-КГБ». Говорились в присяге-клятве той и такие слова: «Я клянусь добросовестно изучать военное дело, всемерно беречь военное и народное имущество и до последнего дыхания быть преданным своему народу, своей советской Родине и советскому правительству. Я всегда готов по приказу советского правительства выступить на защиту моей Родины – СССР и, как воин Вооруженных Сил, я клянусь защищать ее мужественно, умело, с достоинством и честью, не щадя своей жизни для достижения полной победы над врагом. Если же я нарушу эту мою торжественную присягу, то пусть меня постигнет суровая кара советского закона, всеобщая ненависть и презрение трудящихся».

Закончив цитировать присягу советских чекистов, раввин с прищуром посмотрел на меня и сказал:

– Вот такая-то прискорбная история, мой хороший, добрый друг, случилась с массовым поруганием и предательством боевой присяги-клятвы советскими чекистами… Особое же усердие в угоду нашему сионистскому движению проявил в августовские дни 1991 года начальник внешней разведки КГБ СССР генерал-лейтенант Леонид Шебаршин. Он вообще блестяще справился с отведенной ему ролью в августовские дни 1991 года. Назначенный возвратившимся из крымского Фороса Горбачевым только на сутки временно исполнять обязанности председателя КГБ СССР, Шебаршин проявил завидное рвение, профессиональную сноровку и оперативность. Как сейчас помню: 22 августа 1991 года в 15 часов Горбачев подписал указ о назначении Шебаршина исполняющим обязанности председателя КГБ СССР. А 23 августа опять же в 15 часов Горбачев отстранил Шебаршина от этих обязанностей. Свершить же Шебаршину в течение суток предстояло архиважное: деятельность партийных организаций КПСС в системе советской госбезопасности должны быть запрещена. И разумно, расчетливо Шебаршин распорядился отведенным ему временем! В сложнейшей политической ситуации, в дни бушующей политической бури в стране и ограниченный жесткими временными сроками умница Шебаршин не стал действовать с кондачка. Поостерегся он ломать через колено коммунистические воззрения норовистых генералов центрального аппарата КГБ СССР. Вероятность же того, что генералы – коммунистические ортодоксы, прослышав о предстоящей департизации госбезопасности, вздыбятся, была огромная! И, как истинный разведчик, Шебаршин, все взвесив и рассчитав до мелочей, решил прежде всего психологически деморализовать неуправляемых генералов-ортодоксов. Но как это проделать, Шебаршин еще не знал. А тут, надо ж случиться такому совпадению, на площадь Дзержинского молодой депутат-демократ Станкевич привел возбужденную, буйную толпу ельцинистов, призывающих немедленно скинуть памятник первому чекисту. Естественно, разведчик-аналитик Шебаршин сразу оценил важный смысл происходящего на площади и пришел к выводу, что это как раз то, что ему сейчас и нужно. Ставка Шебаршина на сбрасываемый с пьедестала чекистский символа – железного Феликса – была абсолютно правильной! С низвержением наглядного символа могущества советской госбезопасности деморализовались и противники ее департизации. Ибо происшедшее с памятником Дзержинскому не могло не произвести на генералов – коммунистических ортодоксов угнетающего впечатления. А уверовав в неотвратимость развития таких вот предстоящих событий, Шебаршин все оставшиеся часы первого дня своего пребывания на посту председателя КГБ СССР до самой ночи посвятил исключительно обеспечению надежной безопасности митингующих ельцинистов на площади Дзержинского и проводимого ими важного мероприятия по демонтажу памятника железному Феликсу. Прежде всего Шебаршин приказал начальнику комендантской службы ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах не применять оружия!.. Но любознательному Шебаршину очень хотелось и лично понаблюдать, как будет протекать процедура публичной казни первого чекиста в современном исполнении. Окна же кабинета председателя КГБ СССР в новом здании выходили во двор, снаружи в кабинет глухо доносился лишь гул буйствующей толпы, и Шебаршину не было видно, что происходит вокруг здания. Поэтому Шебаршину пришлось пройти по подземному переходу в старое здание на пятый этаж, в свободный кабинет первого заместителя председателя КГБ СССР Агеева, окна которого выходили на площадь Дзержинского. Кстати, всех начальников аппарата КГБ СССР загодя к тому времени Шебаршин распустил по домам… Площадь Дзержинского была слабо освещена. И по просьбе организаторов митинга Шебаршин тут же распорядился включить прожекторы на здании комитета: мол, не трогайте нас, видите, какие мы сознательные… Стоя же поздно вечером у окна кабинета на пятом этаже старого здания КГБ, выходящего на площадь Дзержинского, и с упоением наблюдая, как взревели краны, зашумела толпа, вспыхнули сотни блицев и как крепко схваченный канатами за шею железный Феликс повис над площадью, а под чугунной шинелью обозначилась смертная судорога чугунных ног, Шебаршин, говорят, даже с чувством промолвил: «Не за то дело отдали свою первую, земную жизнь, Феликс Эдмундович… Посмертно ответили за прегрешения потомков…» А на другой день пребывания Шебаршина в роли главы КГБ СССР, 23 августа, в 10.30 на совещании руководящего состава комитета произошло то, что, как и предполагалось, должно было произойти. После случившейся накануне экзекуции на площади Дзержинского весь управленческий генералитет центрального аппарата КГБ СССР выглядел сникшим. Шебаршин лишь для порядка, открывая совещание, задал присутствующим контрольный вопрос: мол, все ли видели сегодня с утра площадь Дзержинского? Оказалось, что все видели и вопросов ни у кого нет, а есть ясность полная. Потому сразу же пришли к согласию, что необходимо запретить деятельность партийных организаций КПСС в системе госбезопасности. Ни одного голоса не было против, ни одного воздержавшегося, даже секретарь «большого парткома» Назаров тоже был «за». Тут же подготовили приказ по КГБ СССР и циркулярную телеграмму: конец партийной организации КПСС в системе госбезопасности… И вопрос департизации КГБ СССР был закрыт!.. Вот таким добрым молодцем оказался в роковой для страны Советов час испытаний потомок сапожников из Марьиной Рощи, славный советский разведчик генерал-лейтенант Шебаршин!

– Но больше нельзя было! – отмахнулся раввин. – Как-никак Шебаршин наш враг, хоть, может, и бывший… В нашу задачу входило: выжать из него все возможное, размазать, измочалить, скомпрометировать навсегда в глазах сотоварищей-чекистов и выбросить на свалку… 23 августа 1991 года пост председателя КГБ СССР занял уже другой, еще более смышленый и покладистый генерал Вадим Викторович Бакатин, который для начала тут же передал нашим друзьям-американцам особо секретные чертежи расположения подслушивающих жучков во вновь построенном здании посольства США. В октябре же 1991 года Бакатин и вовсе ликвидировал КГБ СССР… Но не только упомянутые генералы-чекисты преуспели в активном пособничестве сионистскому движению. В клятвопреступничестве отличились и другие высокие чины из центрального аппарата КГБ СССР. Их коллега генерал армии Филипп Бобков, например, накопив изрядный чекистский опыт и бесценную информацию в должности первого заместителя председателю КГБ СССР, смиренно предложил свои услуги новоявленному еврейскому олигарху-миллиардеру Гусинскому и пошел к нему в услужение… Другие же генералы, полковники, подполковники, майоры, капитаны и прочая чекистская мелюзга, рассредоточившись на всем постсоветском пространстве, не без корысти стали активно функционировать во всех расплодившихся псевдодемократических общественных организациях, а также числиться в штате просионистских властных структур: и в президентской администрации, и в правительственном белом доме, и в Госдуме, и в Совете Федерации… Не говоря уже о разного рода коммерческих фирмах, банках, охранных агентствах и всевозможных фондах, включая фонд Сороса и т.п. Нашел достойную нишу для приложения своего профессионального чекистского труда и связей при новом просионистском режиме власти в этой стране и предприимчивый генерал-лейтенант Леонид Шебаршин. Незамедлительно после прихода в Кремль просионистских сил Шебаршин совместно с коллегами по КГБ СССР учредил ЗАО «Российская национальная служба экономической безопасности». И сегодня нынешние преуспевающие всякие там скороспелки-бизнесмены могут спать спокойно. При первой же необходимости и их желании экономическую безопасность уважаемых новоявленных предпринимателей-толстосумов всегда надежно и профессионально обеспечит славный советский разведчик генерал-лейтенант Леонид Шебаршин и его единомышленники-коллеги по КГБ СССР… Так, смиренно и прилежно прислуживая нашему просионистскому режиму, чекисты безмятежно прожили последнее двадцатилетие. Вкус к частной собственности у них быстро развился, росла и тяга к обогащению. Благо, что с приходом к власти в этой стране просионистских сил оккупационный режим не только не стал преследовать чекистов за их коммунистическое прошлое, позволил им плавно вписаться в базарную экономику и продолжать дальше обогащаться в недостижимых ранее размерах, но сионисты охотно стали использовать в своих интересах и их истинный советский профессионализм. То есть фактически чекисты не только Советскую власть сдали за собственность, но и хладнокровно продали за собственность советский профессионализм. А достигнув определенного уровня обогащения, чекисты возмечтали вынудить сионистских оккупантов вернуть им и их власть в Кремле.

«И к чему же в конечном итоге ведет этот велеречивый господин?» – мелькнула у меня мысль, и я решил напрямик спросить его об этом.

– А зачем вы мне все это подробно говорите? – прервал я раввина.

– Затем, мой хороший, добрый друг, чтобы подробностями доказательно окончательно убедить вас в том, что без пособничества нам со стороны влиятельных, властных русачков в этой стране мы бы сами по себе не смогли справиться с задачами по развалу Советского Союза, которые стояли перед нами в конце XX века! И вы должны внести уточнения в свои воззрения на события и факты, связанные с развалом СССР. Приписывать нам чужих заслуг в этом направлении не надо. В этом совершенно нет никакой необходимости! У нас на сей счет достаточно своих племенных наработок… С другой стороны, вы же сами видите и слышите, что сейчас творится в этой стране, как нагнетается негатив в наш адрес. Каждый день, каждый час и слева, и справа звучит только одно: «Революция! Революция! Грядет беспощадная революция обездоленных сионистами трудовых масс!» И мы хотим, чтобы все окончилось справедливым, документированным разбирательством, без какой-либо предвзятости! Чтобы высокий суд не только нашим людям, но и всем нашим пособникам-подельникам раздал «по серьгам»… Ведь вы же тоже всегда выступаете за справедливость!

– Вы так печетесь обо всех своих соплеменниках? – спросил я.

– Нет, – парировал раввин, – не обо всех… Большинство наших разумных людей реалисты-прагматики. Они не только умеют учитывать подлинные условия борьбы, не только считаются с возможностями и трудностями, но и, отлично зная историю этой страны, уже успели все сделать, что всегда необходимо сделать нашим людям в преддверии предстоящего социально-политического взрыва в стране нашего поселения. Вот и сейчас, коль нам не удалось заполонить сердца и души русских, наши люди готовы покинуть Россию. Такое в нашей мировой практике уже не раз бывало. В том числе и в России! Мы, кстати, всегда готовы уйти от гнева и ненависти коренного народа страны нашего пребывания, уйти туда, где нас примут в расчете оживить экономику нашими капиталами. И уходим мы из страны пребывания не бедными и больными, а здоровыми и богатыми. Деньги же – это наши ноги! Мы смещаем свой центр тяжести туда, куда предварительно переведены наши деньги, наш капитал. Что именно так уже и проделали предусмотрительные наши реалисты-прагматики: миллиардеры и миллиардерши, миллионеры и миллионерши. Все присвоенные ими здесь богатства они уже превратили в евродоллары и перекачали их за пределы этой непредсказуемой страны. И мы за них спокойны! Тем более что почти все они обзавелись собственными летательными аппаратами и в случае социально-политического вспучивания в этой стране добраться им до нового места своего поселения за считанные часы будет без проблем… А вот наши так называемые романтики рубля и доллара нас очень беспокоят! Никакой не чувствуют они себе угрозы в нынешней России! Живут беспечно, как в дивном, счастливом сне, ничего опасного для себя не замечают, наслаждаются прихваченной роскошью, поглощены сибаритством и гурманством, думают, что так вести себя в этой стране им позволят до бесконечности, и продолжают лишь еще больше состязаться между собой в беспредельном накопительстве, уверовав в постулат: мол, все, что русские имеют сегодня, – это все наше в их временном пользовании, и взять у них то, что нам завещано Богом, – это наша задача! Так вот за этих беспечных наших так называемых романтиков, увлекшихся в этой стране беспредельным обогащением, мы обеспокоены! И обеспокоены потому, что в роковой для них час во время социально-политического всплеска трудовых низов в этой стране многие из них могут должным образом не сориентироваться и не успеть убраться восвояси из этой страны. Так что им, этим нашим несчастным романтикам, за всех и вся отдуваться и нести ответственность перед революционным трибуналом за содеянное с Советским Союзом?! Причем,не только за себя и за всех своих соплеменников, но и за пособников-русачков? Разве это справедливо? Возмездие же ведь тоже должно быть справедливым! И я крайне возмущен тем, что может произойти в грядущем!..

– Короче, вы хотите, – прервал я велеречивого раввина, – чтобы революционный трибунал трудового народа, который будет судить разрушителей Советского Союза, учел бы и пособнические деяния названных вами четырех фигурантов?

– Не только этих четырех, – в сердцах воскликнул раввин. – Мы пойдем до конца в разоблачении наших пособников-подельников! Мы незамедлительно дополнительно предоставим вам исчерпывающие сведения обо всех влиятельных фигурантах-русачках, основательно подсобивших нам своими действиями в разрушении Советского Союза. Мы даже засветим вам персонально тех наших пособников из руководства Московского горкома и Центрального комитета КПСС, которые запретили коммунистам в августовские дни 1991 года митинговать и устраивать манифестации против нас… Ну, а что касается всякой там должностной партийно-советской мелкоты рангом пониже, оказавшей нам разнообразные конкретные услуги по подрыву устоев Советской власти в этой стране, то пусть ее, эту самую мелюзгу-шушеру, выявляет уже ваш революционный трибунал!

И бросив фразу: «До встречи!», – раввин удалился.

Я же, возвращаясь домой, на Пятницкой улице совершенно случайно столкнулся со знакомцем – преуспевающим ныне банкиром, а в недалеком прошлом генералом из центрального аппарата КГБ СССР, весьма близким к высшему руководству сего в прошлом всемогущего ведомства великой державы, на безбедное содержание которого трудовой народ не жалел никаких средств. Внешне отставной генерал-чекист выглядел вполне благополучно: холеное лицо, дорогой костюм, ухоженные руки. А в глазах были тревога, боль и озабоченность.

– Последнее время, глядя на то, что творится вокруг, места себе не нахожу… – проникновенно произнес генерал-аппаратчик, как бы поясняя свое душевное состояние. – И больше всего одолевают меня угрызения совести, сознание преступно не выполненного долга перед Родиной. Ведь мы – так называемый передовой вооруженный отряд КПСС – клялись жизнью своей защищать первую в мире страну Советов. А сдали ее своему многовековому, исконному врагу – сионистам – без единого выстрела.

– И что вы собираетесь предпринять? – спросил я.

– Прежде всего, – сказал генерал, – довести до сведения трудового народа имеющиеся в моем распоряжении документальные факты, высвечивающие истинный ход событий в роковое для нашей страны время. И, конечно, пусть даже запоздало, явиться с повинной головой к своему трудовому народу. Хотя, как вы сами понимаете, прощения нет! Но я буду с трудовым народом, поднимающимся на борьбу за воссоздание великого Советского Союза!

Выслушал я запоздалое откровение генерала-чекиста и подумал: «А ведь нашей стране грозит новая опасность! Та немалая прослойка беспринципных номенклатурщиков, которая вольготно прохиндействовала при Советской власти, а затем плавно приспособилась к новому, просионистскому режиму, сегодня в очередной раз готова сменить свою идеологическую оболочку, влиться в народно-патриотическую оппозицию и примазаться уже к новой грядущей власти. И надо сделать все, что от нас зависит, чтобы этого не случилось».

Судя же по всему, в лагере перевертышей и приспособленцев, а попросту, по-рабоче-крестьянски говоря, – коллаборационистов пошли конвульсии, и потому впопыхах они спешат рядиться в тогу патриотов. Это верный знак того, что наш трудовой народ устремлен к последней схватке с оккупационным, просионистским режимом накануне своей неотвратимой Победы!

29.02.12 г.

Смертельный страх и ужас охватывает сионистов

в преддверии неотвратимого возмездия

При очередной встрече с моим знакомцем ― раввином хоральной синагоги, я сразу обратил внимание на его подавленное нервическое душевное состояние: потупленный, мрачный взор, отсутствие привычного блеска в глазах навыкате, ещё более подрагивающая толстая нижняя губа, неряшливо растрёпанные седеющие пейсы, свисающие у его растопыренных огромных ушей…

― Что-то случилось непредвиденное? ― сочувственно, деликатно спросил я раввина.

― Отвечу вам, мой хороший, добрый друг, одним словом: беда! ― печально промолвил раввин. ― А как гласит русская пословица: «Пришла беда ― отворяй ворота»!.. Вот эта самая многокаскадная беда ныне и накатилась на меня, на моих соплеменников, на всё наше мировое сионистское движение. И каскад бед, свалившихся на наши благородные головы, неустанно усиливается.

― И что же это за «многокаскадная беда»? ― поинтересовался я.

― Скажу… ― продолжил раввин. ― Но прежде всего замечу, что началом всех этих неожиданных и прискорбных для нас событий стало такое неожиданное для нас появление на сайтах Интернета нового коммунистического Манифеста «О сионистской опасности народам Советского Союза и всего мира»! Нынешние же коммунисты на постсоветском пространстве незамедлительно активно среагировали на опубликованный коммунистический Манифест и в массовом порядке рванулись просвещать трудовые низы этой страны по части их главного, многовекового, исконного врага ― сионистов. На манер того, как в ΧΙΧ веке на Руси в преддверии революционной ситуации просвещали свой трудовой люд всякие там славянофилы-народники, писатели-разночинцы, да и тот же самый Фёдор Михайлович Достоевский своей знаменитой публикацией «Еврейский вопрос»… Вскоре же за нынешними коммунистами, спохватившись, и чекисты поплелись в трудовые низы просвещать трудовой люд по части его главного, многовекового, исконного врага ― сионистов.

― А почему вы, милейший, так нарочито подчёркиваете сказанные вами слова: «спохватившись», «поплелись»? ― спросил я.

― Да потому, ― ответил раввин, ― что все последние 20 лет истории этой страны, начиная с августа 1991 года, ваши славные чекисты ― в прошлом бесстрашные стражи госбезопасности своей Родины, с приходом нашей просионистской власти в Кремль в августе 1991 года, как запуганные мышата мгновенно повсюду забились в щели и норки, не подавая никаких признаков своего существования до сего времени. И вдруг неожиданно, как по команде, эти самые «запуганные мышата» на всём постсоветском пространстве дружно зашевелились и рядят сейчас себя в тогу истинных патриотов этой страны, непримиримых борцов с коварным сионизмом.

― И что же дальше произошло? ― поинтересовался я.

― Дальше возникла и вовсе совершено неожиданная для нас экстремальная ситуация, ― сказал раввин. ― В средствах массовой информации, в том числе на сайтах Интернета, прошла информация о том, что некий Союз советских офицеров учредил Комитет по подготовке и проведению впервые в истории человечества суда над сионистами-расистами и их пособниками в развале Советского Союза.

― Что значит сочетание ваших слов: «некий Союз советских офицеров»? ― спросил я.

― А то, ― сказал раввин, ― что мы, наши соплеменники, никак не можем выйти на точные координаты этого самого тщательно законспирированного Союза советских офицеров, который так вызывающе дерзко объявил на весь мир об учреждении им Комитета по подготовке и проведению суда над сионистами и их пособниками в развале Советского Союза. Нет в нашем распоряжении и никаких сведений о дислокации этого самого Союза советских офицеров, о том, на какой территории постсоветского пространства расположены его учреждения или заведения. А не владея такой вот точной информацией об этом антисионистском по духу Союзе советских офицеров, мы ничего не можем предпринять против него. Без нужной нам информации об этом зловредном, антисионистском Союзе советских офицеров у нас напрочь связаны руки! Мы никак не можем выйти на него, ни локализировать его, ни вообще ликвидировать. По остальным Союзам советских офицеров, расплодившимся на постсоветском пространстве после развала СССР, у нас полная информация, и все они у нас под неусыпным контролем. А к этому, повторяю, тщательно законспирированному антисионистскому Союзу советских офицеров никак подобраться не можем. Наши соплеменники даже недавно провернули специальную операцию по его выявлению с использованием ветеранов Великой Отечественной войны. И, к стыду и позору своему, вчистую облапошились! Да так, что лишь усугубилась для нас ситуация с этим самым законспирированным антисионистским Союзом советских офицеров.

― Что же это за специальную операцию с использованием ветеранов Великой Отечественной войны «провернули» ваши соплеменники? ― поинтересовался я. ― И что означают ваши слова о том, что при этом ваши соплеменники «вчистую облапошились»?

― Видите ли, мой хороший, добрый друг, ― пояснил раввин, ― в сложившейся ситуации, связанной с неожиданно для нас объявившемся тщательно законспирированным, антисионистским Союзом советских офицеров, наши соплеменники решили «выудить» необходимую нам информацию об этом зловредном антисионистском Союзе советских офицеров на вброшенную в общество приманку-живца. И по задумке наших соплеменников сыграть роль этой самой «приманки-живца» должны были отобранные нами ветераны Великой Отечественной войны. Эти же самые ветераны должны были распространить повсюду информацию о том, что они составляют списки сионистов и их пособников в развале Советского Союза для предстоящего всенародного суда над этими фигурантами-злодеями. Нашими соплеменниками, естественно, ожидалось, что на подобную бурную самодеятельную инициативу ветеранов Великой Отечественной войны, составляющих указанные списки, незамедлительно «клюнет» и среагирует этот самый зловредный, антисионистский Союз советских офицеров, «засветятся» также и представители его Комитета по подготовке и проведению суда над сионистами-расистами и их пособниками в развале Советского Союза, а мы получим надёжную, точную информацию об этой зловредной, антисионистской организации… Приступив к реализации своей спецоперации, наши соплеменники перво-наперво отобрали из среды ветеранов Великой Отечественной войны с десяток более-менее подходящих для этой цели русачков-простачков. Тут же наши соплеменники тщательно психологически обработали отобранных бесхитростных и наивных ветеранов, прежде всего, в частности, популярно просветив их, несмышлёнышей, о том, что на земле живут евреи разные. Что есть евреи хорошие, а есть плохие евреи-сионисты. Что именно они, плохие евреи-сионисты, и развалили вероломно Советский Союз, и всенародное добро великой державы разграбили, и трудовой народ подвели к роковой черте… Так искусно, тщательно психологически обработав бесхитростных, наивных ветеранов и убедив их в необходимости срочно готовить для суда списки нехороших евреев-сионистов, вероломно разваливших и разграбивших Советский Союз, наши соплеменники с нетерпением стали ждать результата своей спецоперации по выявлению этого самого тщательно законспирированного антисионистского Союза советских офицеров, который так вызывающе дерзко объявил на весь мир об учреждении им Комитета по подготовке и проведению суда над сионистами и их пособниками в развале Советского Союза. Но вскоре наши соплеменники получили не ожидаемый ими «результат», а неожиданный и досадный для них реприманд! Оказалось при этом, что и отобранные нашими соплеменниками из среды ветеранов Великой Отечественной войны русачки не такие уж и простачки-несмышлёныши. Что, составляя списки сионистов для предстоящего суда над ними, ветераны-русачки каждому из фигурантов обстоятельно растолковывали, что уйти от возмездия трудового народа никому из сионистов не удастся. Что с любой точки планеты Земля они будут доставлены на суд советскими чекистами и сотрудниками ГРУ. А еще ветераны-русачки с издёвкой сказали фигурантам списка сионистов, что в их безысходном положении остаётся лишь пощедрее раскошелиться… Получив такую тревожную, возмутительную информацию, наши соплеменники незамедлительно повстречались с отобранными ими ветеранами-русачками и в упор обвинили их в том, что они, бессовестные, хотят нажиться на попавших в беду людях, провернув беспардонный, циничный гешефт с манипуляциями наших благородных соплеменников. Но ветераны-русачки, выслушав критическую тираду в их адрес, нисколько не смутились и спокойненько разъяснили нашим соплеменникам, что, мол, «наживаться на попавших в беду людях» они не собираются. Денежные же средства, поступающие от фигурантов списка сионистов, будут израсходованы исключительно на подготовку и проведение суда над сионистами и их пособниками в развале Советского Союза. Что же касается искусства «проворачивания» выгодных для себя гешефтов, подчеркнули ветераны-русачки, то во все времена во всём мире по этой части славятся исключительно первостатейные мастера этого ремесла ― сионисты. И в доказательство сказанного ветераны-русачки привели пример того, как блестяще провернули гешефт сионисты с гитлеровцами при создании государства Израиль на палестинской земле в минувшем веке… При сих словах ветеранов-русачков наши соплеменники в один голос взвыли: что, мол, это вопиющая ложь! Что, дескать, сионисты никогда не сотрудничали с гитлеровцами!.. Но ветераны-русачки стали приводить такие убедительные многочисленные факты по сему поводу, что наши соплеменники вынуждены были заткнуться.

«О, это любопытно!» ― мелькнула у меня мысль, и я решил: порасспрошу-ка поподробней раввина о возникшей в их сионистском кагале неожиданной катавасии, связанной с заявлением ветеранов Великой Отечественной войны о блестяще провёрнутом гешефте сионистов с гитлеровцами при создании государства Израиль на палестинской земле в минувшем веке. А потом, как уже повелось, при первой же возможности посредством печати всё это доведу до сведения нашего трудового народа.

И я спросил раввина:

― Приводят ли ветераны Великой Отечественной войны действительно достоверные факты?

― Да, достоверные факты-то ветераны-русачки приводят, ― с грустью ответил раввин. ― И эти факты, безусловно, хорошо известны тем из наших соплеменников, кому положено их знать. Но зачем же налево и направо в открытую болтать об этом и сеять в задубелых головах коренных аборигенов стран нашего поселения всяческие сомнения относительно нашей идеологической чистоплотности…

― И какие достоверные факты на сей счёт приводят ветераны? ― поинтересовался я.

― Прежде всего, ― сказал раввин, ― ветераны-русачки указывают на то, что ещё в ΧΙΧ веке основатель сионизма Теодор Герцль уже в первых записях своих «Дневников» удивительным образом называет цифру шесть миллионов евреев, которым в Европе якобы угрожает опасность, и единственный шанс создания так называемого еврейского государства появится лишь в том случае, если эти шесть миллионов европейских евреев постигнет катастрофа. Что основатели сионизма, который, мол, является воистину преступной сектой, предприняли в качестве одной из своих первых акций поездку в Германию с целью разжигания юдофобии. Что одновременно сионисты приняли все возможные меры во всём мире, чтобы спровоцировать, унизить и бойкотировать немецкий народ. Что они вели успешную антигерманскую лоббистскую деятельность при всех правительствах мира, в частности, в большевистской России, а также в Англии и Америке. Затем ветераны приводят и другие хорошо известные нам факты. Так, в частности, ветераны говорят о том, что накануне и во время Первой мировой войны сионисты называли цифру шесть миллионов евреев, которые якобы могут быть уничтожены немцами, чтобы оправдать эту войну и изобразить немецкий народ как врага, как абсолютное зло. Что после прихода к власти национал-социалистов в 1933 году сионистские организации Палестины в совместном письменном послании поздравили Гитлера, указали на сходные черты идеологии и выразили надежду на сотрудничество. Что вскоре после этого национал-социалистические чиновники по приглашению сионистского Еврейского агентства приехали в Палестину, где их ждал очень дружественный приём. Что во время состоявшейся в 1934 году беседы между Адольфом Эйхманом и будущим израильским президентом Хаимом Вейцманом, чему предшествовали настоятельные просьбы Вейцмана изгнать евреев из Германии, Эйхман спросил: «Можете ли вы, господин Вейцман, вообще принять так много евреев?» Ответ Вейцмана был таков: «Мы охотно примем здесь силы, способные сражаться за нас в Палестине, а остальных надо ликвидировать, как бесполезный мусор». Что после аншлюса Австрии в 1938 году Гитлер дал однозначное указание, чтобы сионистско-израильские культовые общины беспрепятственно продолжали свою деятельность, и они сотрудничали с Адольфом Эйхманом даже в большей мере, чем от них требовалось. Что по окончании Второй мировой войны сионистские объединения во всём мире пережили невиданный подъём, вызванный мнимым убийством шести миллионов евреев, и вымогали не только у Германии, но и у всего мирового сообщества, включая католическую церковь, на этом основании политическую поддержку и огромные финансовые средства для создания и стабилизации террористического государства Израиль. И наконец, ветераны утверждают, что последнее слово о действительном числе жертв национал-социалистических преследований евреев еще не сказано. Что, к примеру, первоначально названная цифра четыре миллиона жертв Освенцима была в 1990 году официально уменьшена до 900 000 ― 1 100 000. И что это еще не последняя цифра.

Слушал я раввина, дотошно излагающего факты сотрудничества сионистов с гитлеровцами, и думал: «Как важно, чтобы исторические факты зловещего сотрудничества сионистов с гитлеровцами знали и помнили не только наши ветераны Великой Отечественной войны, но весь наш трудовой народ!»

И я решил, не прерывая раввина дать возможность ему выговориться.

Между тем раввин продолжал:

― Поражает осведомлённость ветеранов-русачков и достоверность приводимых ими фактов сотрудничества наших соплеменников-сионистов с гитлеровцами. Хотя то, что я вам, мой хороший, добрый друг, дополнительно сообщу всего лишь отдельные фрагменты достоверной информации из обилия сведений, которые ветераны-русачки довели до сведения наших соплеменников.

Раввин раскрыл свой «дипломат», извлёк оттуда какие-то бумаги и зачитал то, что там было написано.

― Так, к примеру, ― сказал раввин, ― в подтверждение того, что сионистские вожди решили сделать Гитлера своим орудием в деле создания еврейского государства в Палестине, немецкий журналист Хене пишет: «Сионисты восприняли утверждение нацистов в Германии не как национальную катастрофу, а как уникальную историческую возможность осуществления сионистских намерений… Коль скоро сионисты и национал-социалисты возвели расу и нацию в масштаб всех вещей, то между ними неизбежно должен был возникнуть общий мост…» Еврейский же общественный деятель Лилиенталь в своей вышедшей в США книге «Оборотная сторона медали» отмечает, что «в первые месяцы гитлеровского режима, сионисты были единственными представителями евреев, которые имели дело с немецкими властями. И они использовали своё положение, чтобы дискредитировать антисионистов и евреев, которые выступали за ассимиляцию. В результате было достигнуто соглашение между Еврейским агентством и нацистскими властями, которые обещали помочь эмиграции. Эта помощь осуществлялась даже со стороны гестапо и СС…» В 1963 году в США был опубликован «Каталог бумаг и микрофильмов» документов архива Министерства иностранных дел Германии, из которого следует, что придя к власти, руководство Третьего рейха вступило в прямой сговор с сионистами… По инициативе одного из руководителей Еврейского агентства Арлазароффа в 1933 году в Берлине утверждается план переселения евреев из Германии в Палестину. Создаётся «Палестинское бюро» сионистских трестов по колонизации Палестины «Керен гаесод» и «Керен гасмет де Израель», в котором, в частности, работал один из будущих создателей государства Израиль Леви Эшкол. Сионистским эмиссарам была предоставлена возможность разъезжать по Германии, отбирая в еврейских общинах молодых мужчин и женщин для отправки в Палестину. В Берлине и ряде других городов Германии организуются «лагеря перевоспитания», в которых молодые евреи проходили сионистскую «учёбу» и готовились для использования в сионистских поселениях Палестины. Особое внимание сионистские эмиссары придавали поиску и вывозу в Палестину богатых евреев. Под эгидой Геринга, совместно с сионистским руководством, в Германии разрабатывается программа решения еврейского вопроса, получившая название «план Шахта». Этот план был разработан на переговорах президента германского банка Шахта с видным руководителем сионизма, директором английского банка Норманом. «План Шахта» предполагал разделение евреев на работающих и неработающих, классификацию еврейских элементов по их способности освоиться в местах эмиграции. Шестьсот тысяч германских евреев подразделялись на три категории: первая категория ― 150 тысяч экономически дееспособных, которые эмигрируют в Палестину по определённо установленному плану, расписанному по годам и месяцам; вторая ― экономически пассивных, непосредственно зависящих от евреев первой категории (жёны, дети), которые должны эмигрировать по мере того, как их кормильцы смогут обеспечить им содержание в местах нового поселения; третья ― стариков и не способных к эмиграции, которые остаются в Германии. Так вот эта третья категория по негласному договору сионистов и фашистов подлежала уничтожению… Сотрудничество нацистов и сионистов было увековечено специальной медалью, отчеканенной по указанию Геббельса после пребывания руководителя еврейского отдела СС в Палестине. На одной стороне медали изображалась свастика, а на другой ― шестиконечная звезда. Гитлер запретил все еврейские организации и органы печати, но оставил «Сионистский союз Германии», преобразованный в «Имперский союз евреев Германии». Из всех еврейских газет продолжала выходить только сионистская «Юдише рундшау»… Выезжавшие под руководством сионистов из Германии в Палестину евреи вносили деньги на специальный счёт в двух германских банках. На эти суммы в Палестину, а затем и в другие страны Ближнего и Среднего Востока экспортировались немецкие товары. Часть вырученных денег передавались прибывшим в Палестину иммигрантам из Германии, а около 50% присваивали нацисты. Только за пять лет, с 1933 по 1938 год, сионисты перекачали в Палестину свыше 40 миллионов долларов… между Германией и Палестиной курсировал пассажирский лайнер «Тель-Авив». Название было написано древнееврейскими буквами. На мачте лайнера развевался флаг со свастикой, а капитаном был старый член нацистской партии Лейдиг. Как свидетельствует упомянутый мной немецкий журналист Хене, «во время еврейского погрома, носившего кодовое название “Кристальная ночь”, в рейх Адольфа Гитлера прибыли два представителя Моссада ― Пино Гинцбург и Моше Авербах… Они предложили ускорить сионистскую программу переселения евреев, пожелавших выехать в Палестину… Немецкие транспорты Моссада, перемещавшие евреев, ― и это было неофициальное условие германской разведки ― не должны были указывать на Палестину как на место доставки…» В марте 1939 года Гинцбург подготовил свой первый контингент. «Он насчитывал 280 переселенцев, ― свидетельствует Хене, ― и страной назначения во исполнение приказа ставки рейха была определена Мексика. Эти 280 человек соединились в Вене с группой, организованной Моше Авербахом, сели в югославском порту Сушак на корабль “Колорадо”, неподалеку от Корфу пересели на “Отранто”… и были доставлены в Палестину… Чем жестче реагировали английские власти, тем больше была готова помочь сионистам штаб-квартира Гейдриха. К середине лета она дала разрешение Гинцбургу направлять суда в Эмден и Гамбург для того, чтобы производить выселение из Германии прямым путем…» Сионисты всячески препятствовали эмиграции евреев в другие страны, ориентируя их только на Палестину. Перед Второй мировой войной правительства США и Англии планировали предоставление убежищ 500 тысячам европейских евреев. Однако их предложения натолкнулись на противодействие сионистских вождей, стремившихся использовать войну для своих планов. Президент США Рузвельт с сожалением отмечал, что «этот план эмиграции евреев в США нельзя претворить в жизнь. Этого не допустят влиятельные лидеры еврейских общин в США… Сионисты понимают, что именно теперь удобнее всего стричь купоны для Палестины…» То же отмечал и видный английский деятель того времени Шенфельд: «У нас были согласны предоставить убежище и помощь евреям, которым угрожал фашизм, но это натолкнулось на противодействие сионистов, которые признавали лишь одну форму помощи ― отправку всех евреев в Палестину…» В мае 1944 года сионистские деятели без колебаний согласились поставить немецкому командованию восточного фронта 10 тысяч грузовых машин на обещание освободить лиц еврейского происхождения, находящихся в немецких лагерях, с целью отправки в Палестину. Однако великие победы русского оружия заставили сионистов отказаться от преступной сделки… Для сионистских вождей еврейский народ был только материалом в исполнении их чудовищных планов. Совершенно сознательно они предлагали провести чистку еврейского народа, отрезать «больные и засохшие ветви». Особенно цинично замысел сионистских вождей выразил будущий первый президент Израиля, глава международной сионистской организации Хаим Вейцман. На запрос Британской комиссии о возможности переправить шесть миллионов западноевропейских евреев в Палестину он ответил: «Нет. Старые уйдут… Они пыль, экономическая и моральная пыль Старого Света… Останется лишь ветвь». Такую же позицию занимал и другой крупнейший вождь иудаизма ― Бен-Гурион, молчаливо наблюдавший запланированную чистку еврейского народа, осуществляемую гитлеровскими изуверами… Исторические документы доносят до нас неопровержимые свидетельства преступного сотрудничества сионистских вождей и деятелей Третьего рейха. В годы Второй мировой войны на территории Палестины действовало несколько сионистских военных и военно-террористических организаций. Представители главной из них ― «Хаганы» ― установили контакт с Эйхманом и другими членами СС ещё в 1937 году. Другая организация ― «Иргун цваи леуми» («Национальная военная организация»), руководителями которой в годы Второй мировой войны были Абрам Штерн, Менахем Бегин и Ицхак Изертинский, известный сегодня как Ицхак Шамир, ― стала проявлять интерес к военным связям с нацистами в середине 1940 года. Сторонники ориентации на «фашистскую ось» во главе со Штерном ― в дальнейшем главой пресловутой отколовшейся от «Иргуна» «банды Штерна» ― направили осенью 1940 года предложение итальянским фашистам о сотрудничестве, рекомендуя скорейшее вступление фашистской армии в Палестину… Есть документы, подтверждающие прямое сотрудничество сионистских организаций с гестапо. Хочу обратить внимание прежде всего на два из них. Первый представляет собой отчёт о контактах чинов гестапо с командированным в Берлин из Палестины уполномоченным диверсионно-разведывательной организации сионистов «Хагана» Полкесом. Кстати говоря, в руководстве этой организации в то время находился Леви Эшком, который до этого в течение трёх лет работал в «Палестинском офисе» в Берлине, а впоследствии стал премьер-министром Израиля и в этом качестве пребывал во время израильской агрессии в 1967 году. По оценке гестапо, реальность сотрудничества с сионистами обеспечивалась идеологической платформой последних. В гестаповском отчёте особо выделяются два момента, идейно роднящие сионистов с нацистами: во-первых, крайний национал-шовинизм, во-вторых, откровенный антикоммунизм. Этих двух моментов было достаточно для заключения грязной и циничной сделки о сотрудничестве. Второй документ ― подробный машинописный текст отчёта о поездке Эйхмана и Хагена в Палестину для углубления связей нацистов с сионистами и, в частности, с представителем «Хаганы» Полкесом. Отчет о поездке Эйхмана и Хагена в Палестину содержит многие подробности, связанные с углублением «рабочих контактов» с сионистами во время приезда Эйхмана и его коллеги Хагена в октябре 1937 года под видом журналистов в Палестину. 2 октября Эйхман и Хаген прибыли на борту теплохода «Романия» в Хайфу. 10 и 11 октября Эйхман провел переговоры с Полкесом в Каире, место встречи ― кафе «Гроппи». В гестаповском отчёте воспроизведены, в частности, заявления Полкеса: «Еврейские националистические круги крайне довольны радикальной политикой Германии». Следует обратить внимание на одну характерную деталь в гестаповском отчёте. Дело в том, что Эйхман и Хаген в нём зафиксировали, что в соответствии с договоренностью Полкес передал им обещанную ранее разведывательную информацию. Представитель сионистской организации, добиваясь поддержки нацистами планов создания сионистского государства, среди прочего обязывался также поставлять им любую информацию о действиях еврейских организаций в различных странах, направленных против нацистов… Сионистские вожди не жалели жизней евреев. В результате политики сионистской организации погибли сотни тысяч евреев. Из примерно 1,5 миллионов евреев, погибших во Второй мировой войне, более половины являются жертвами преступного сговора сионистских вождей с нацистами. Уничтожение еврейского народа, во главе которого наряду с Гитлером стояли Вейцман, Бен-Гурион и другие сионистские вожди, свидетельствовало о том, что и нацистов, и сионистов объединяла общая идеология Сионских протоколов, делавшая любой народ объектом человеконенавистнических манипуляций и чудовищных расовых чисток. И Гитлер, и Бен-Гурион были братьями по духу, превращая свои народы в материал для осуществления бредовых избраннических идей… Повинные в погибели сотен тысяч евреев сионистские вожди тем не менее добились своего. Численность еврейского населения Палестины увеличилась с 238 тысяч человек в 1933 году до 404 тысяч в 1936-м и до 600 тысяч в 1947 году. …Сионисты ― создатели мифа о холокосте в сотни раз осознанно преуменьшают жертвы русского народа во Второй мировой войне. Так, в «Энциклопедии холокоста» сообщается, что в германских лагерях якобы было убито три миллиона евреев, а также «десятки тысяч цыган и советских военнопленных». Хотя на самом деле число только советских военнопленных, погибших в немецких лагерях до 1944 года, составляет более трёх миллионов человек. А ведь большинство их составляли русские! Так миф о холокосте оскорбляет память миллионов русских, павших жертвой «нового мирового порядка». Более того, ни на одной странице «Энциклопедии холокоста» нет упоминания о десятках миллионов жертв геноцида русского народа, совершённого под руководством еврейских вождей в первые два десятилетия после 1917 года. …Вот почему среди тех, кто на Западе опровергает ложь о холокосте, немало евреев, понимающих, что она является причиной новых международных конфликтов, пример чему ― события на Ближнем Востоке…

Завершив свой затянувшийся монолог, раввин спрятал бумаги в свой «дипломат», вытер ладонью вспотевший лоб и печальным голосом промолвил:

― Вот такие-то, к нашему сожалению, обширные познания в сфере сотрудничества сионистов с гитлеровцами продемонстрировали ветераны-русачки нашим соплеменникам… А вот «выудить» посредством этих самых ветеранов-русачков какую-либо информацию об антисионистском Союзе советских офицеров, учредившем Комитет по подготовке и проведению суда над сионистами и их пособниками в развале Советского Союза, нашим соплеменникам не удалось. Короче говоря, задуманная нашими соплеменниками спецоперация по выявлению координатов тщательно законспирированного антисионистского Союза советских офицеров с использованием ветеранов-русачков в качестве «приманки-живца» полностью провалилась!.. Зато, подключив ветеранов-русачков к составлению списков сионистов, наши соплеменники невольно спровоцировали их проявить инициативу и составлять также и списки пособников сионистам в развале Советского Союза.

― И кого же ветераны включают в состав пособников сионистам в развале Советского Союза? ― поинтересовался я.

― Многих! ― сказал раввин. ― Среди известных, сановных персон всесоюзного масштаба в списках пособников сионистам в развале Советского Союза, к примеру, значатся и члены ЦК КПСС, и секретари и члены Политбюро, и руководители Совмина СССР, и генералы центрального аппарата КГБ СССР… Да и много других фигурантов такого же властного уровня, не говоря уже о многочисленной околокремлёвской челяди, проституирующих журналистах, писателях, деятелях науки, культуры и иной подобной пресмыкающейся мелкоте, обслуживающей верхушку политической власти в стране при любом режиме и во все времена.

― И что же ваши соплеменники намерены предпринять в нынешней ситуации? ― спросил я.

― Я уже говорил вам, мой хороший, добрый друг, ― сказал раввин, ― что мы, наши соплеменники, никак не можем выйти на точные координаты этого самого тщательно законспирированного Союза советских офицеров, который так вызывающе дерзко объявил на весь мир об учреждении им Комитета по подготовке и проведению суда над сионистами и их пособниками в развале Советского Союза. Повторяю, нет в нашем распоряжении и никаких сведений о дислокации этого самого Союза советских офицеров, о том, на какой территории постсоветского пространства расположены его учреждения или заведения. А не владея такой точной информацией об этом антисионистском по духу, зловредном Союзе советских офицеров, мы оказываемся со связанными руками! Мы никак не можем ни выйти на него, ни локализовать его, ни вообще ликвидировать. А время неумолимо поджимает нас и требует решительных действий!.. И вот, идя на встречу с вами, мой хороший, добрый друг, я с надеждой подумал, что, может, вы располагаете точными сведениями об этом антисионистском Союзе советских офицеров и нас просветите на сей счёт…

В ответ я лишь развёл руками.

Раввин при этом как-то сразу и вовсе сник, его толстая оттопыренная нижняя губа ещё более задрожала. Он медленно встал, кивнул мне на прощанье головой и удалился.

Как я впервые просветился по части сионизма

Впервые я более-менее просветился по части специфических особенностей сионистского племени свыше полувека тому назад. А точнее ― в 1947 году, обучаясь на третьем курсе Запорожского института сельскохозяйственного машиностроения. И случилось это так. В ту послевоенную пору наша страна повсеместно была охвачена не только форсированным восстановлением разрушенного войной народного хозяйства, но и бескомпромиссным искоренением оживившегося проявления оголтелого космополитизма… И вот, как сейчас помню, на очередном студенческом семинаре по научному коммунизму его ведущий преподаватель ― кандидат философских наук, вполне естественно начал разговор об этом самом оживившемся оголтелом космополитизме. Прежде всего, он сказал, что «космополитизм ― реакционная буржуазная теория, проповедующая безразличное отношение к родине, к своему народу, к национальной культуре. Космополитизм выступает с требованиями отказа народов от борьбы за национальный суверенитет и независимость, с проповедью создания всемирного правительства. Космополиты считают своим отечеством весь капиталистический мир и провозглашают себя гражданами мира… Коммунистические партии противопоставляют идеологии космополитизма идею национальной независимости, идеологию пролетарского интернационализма. А самыми активными пропагандистами идей космополитизма всегда и везде были и есть его ярые апологеты ― сионисты всех мастей… Тут, конечно, от студентов ворохом посыпались вопросы, касающиеся специфических особенностей сионистского племени, а также международного сионизма в целом…» Отвечая на многочисленные вопросы студентов, руководитель семинара ― кандидат философских наук рассказал нам о многовековом, непрерывном стремлении еврейских сионистов-расистов учредить на планете Земля всемирное иудейское царствование, задуманное еврейскими сионистскими мудрецами ещё тысячи лет тому назад, и о том, что представляет собой расистское человеконенавистническое племя ветхозаветных сионистов, что властвуют они, эти сионисты, в странах поселения исключительно в своих корыстных интересах, придерживаются всегда и везде беспрекословной заветной и святой заповеди: их племя в приютившей стране должно представлять государство в государстве, что позволяет установить жесткое централизованное раввинское управление сионистами на данной территории из одного единого центра. Признаком этого самого «государства в государстве» является отчуждённость сионистов по отношению к коренным народам, неслиянность с ними, вера в то, что существует в мире лишь одна достойная личность ― сионист, а другие, мол, хоть есть, но всё равно надо считать, что как бы их и не существовало… В подтверждение же сути идеи этого самого «государства в государстве» кандидат философских наук процитировал выдержку из постулатов сионистов: «Выйди из народов и составь свою особь и знай, что с сих пор ты один у Бога, остальных истреби, или в рабов обрати, или эксплуатируй. Верь в победу над всем миром, верь, что все покорятся тебе. Строго всем гнушайся и ни с кем в быту своём не сообщайся. И даже когда лишишься земли своей, политической личности своей, даже когда рассеян будешь по лицу всей земли, между всеми народами ― всё равно, ― верь всему тому, что тебе обещано, раз и навсегда верь тому, что всё сбудется, а пока живи, гнушайся, единись и эксплуатируй. И ожидай, ожидай, ожидай…»

Информацию о зловредной деятельности сионистов руководитель студенческого семинара дополнил изложением вопиющих, бесчисленных фактов проявления наглого русофобства со стороны сионистов и о том, как в советское время сионисты, искусно изображающие из себя правоверных коммунистов, всемерно, теснейшим образом кучкуются между собой, как беспрепятственно растят свои национальные кадры, готовясь к решительной схватке с целью закабаления русского и других народов…

Говорил кандидат философских наук и о результатах 40-вековой реализации расистских установок своим соплеменникам во всём мире и, в особенности, в нашей стране; о том, что «двигает и двигало сионистами столько веков ― безжалостность к коренным народам и только жажда напитаться их потом и кровью. Действительно, вся деятельность сионистов в странах поселения заключалась лишь в постановке коренного населения, сколь возможно, в безвыходную от себя зависимость, пользуясь местными законами. Сионисты всегда находили возможность пользоваться правами и законами! Они всегда умели водить дружбу с теми, от кого зависел коренной народ, соединялись с его гонителями, брали у них на откуп, к примеру, тот же русский народ и сами сионисты обращались в его гонителей. Как известно, капитал есть накопленный труд, но сионисты любят лишь торговать чужим трудом и заниматься ростовщичеством. Воцаряются они над человечеством всё сильнее и твёрже, стремясь навязать миру свой облик и свою торгашескую суть. Сионистам хорошо там, где коренной народ ещё невежествен или мало развит экономически, ― тут, стало быть, им и лафа! Вместо того чтобы, напротив, своим влиянием поднять уровень образования, усилить знание, породить экономическую способность в коренном населении ― вместо этого сионисты, где бы они не поселялись, ещё пуще унижали, развращали и спаивали спиртным коренной народ, ещё больше падал уровень образования, ещё отвратительнее распространялась безвыходная бедность, а с нею и отчаяние. Причина тому, конечно же, это самое сионистское «государство в государстве», дух которого дышит именно этой расистской безжалостностью ко всему, что не есть сионист, и неуважением ко всякому народу и племени и ко всякому человеческому существу кто не есть сионист. Понятно, человек всегда и во все времена боготворил материальный достаток и склонен был видеть и понимать свою свободу лишь в обеспечении себя накоплениями изо всех сил и запасёнными всеми средствами деньгами! Никогда эти стремления не возводились так откровенно и так поучительно в высший принцип, как в нашем веке. Просионистски настроенные активисты-космополиты насаждают свой нравственный принцип: «Всяк за себя и всякое общение между людьми единственно для себя». Наступает торжество торгашеских установок, перед которыми никнут чувства национальные и даже чувство патриотической народной гордости, слепая плотоядная жажда личного накопления денег всеми средствами. Это всё, что ныне в нашей стране сионистами признано за высшую цель, за разумное, за свободу ― вместо теснейшего нравственного и братского единения людей труда. Сионистам до истощения русской силы дела нет, взяли своё и ушли. Истощение силы русской сионистам только в радость!.. Но не забывают сионисты при этом постоянно и неизменно во весь голос на весь мир твердить, что они вечные скитальцы, что они были столько веков угнетены, бедны и гонимы; бедны и гонимы даже теперь… Носятся сионисты со своим, так называемым холокостом, который надо воспринимать никак не иначе, как наиболее удачный сионистский гешефт. Святую Русь, её прошлое и настоящее, неблагодарные, вероломные сионисты пытаются всячески остервенело оболгать, да ещё к тому же нагло, клеветнически норовят прилепить фашистский ярлык к могучей Руси, фактически в одиночку победившей немецкий фашизм и спасшей от полнейшего истребления их, сионистов, ― авторов всех конфликтов и войн во всём мире и во все времена…»

Завершая же этот свой экскурс в историю развития человеконенавистнического, зловредного сионистского движения, кандидат философских наук с сожалением отметил, что до сей поры не настали времена и сроки, несмотря на протекшие сорок веков существования сионистского племени на земле и окончательное слово человечества об этом агрессивном, расистском племени впереди. И что это «впереди» неотвратимо грядёт! Что мы накануне его!

Кандидат философских наук глубоко вздохнул, задумался и добавил:

― Хотя, впрочем, всё это не так-то просто. Очень даже и очень не просто!

Такой неожиданный поворот в тональности речитатива-монолога кандидата философских наук меня немало удивил и я напрямую его спросил:

― Извините, что вы имеете в виду?

― Многое, ― последовал лаконичный ответ.

― Но что, что? ― не унимался я. ― Вы, возможно, допускаете, что распоясавшиеся агонизирующие наглые сионисты-расисты попытаются учинить в Советском Союзе контрреволюцию?

― К сожалению, я и такой промежуточный вариант хода развития событий в нашей стране не исключаю, ― сказал кандидат философских наук. ― А для реализации своих контрреволюционных задумок сионисты могут применить в Советском Союзе беспроигрышную спецполиттехнологию.

― Что же это за «спецполиттехнология»? ― спросил я.

― Впервые её, ― размеренно продолжил кандидат философских наук, ― с блестящим успехом опробовали сионисты ещё две с половиной тысячи лет тому назад на персидском царе Кире. Без помощи царя Кира сионисты никогда бы не смогли захватить власть в этой империи. На нём, на царе Кире, сионисты впервые показали, как можно обманом, лицемерием, подкупом и предательством пролезть в иноземное правительство, а затем подчинить всё себе. Захватив же власть в иноземном государстве, сионисты бесцеремонно управляли марионетками-правителями, разжигали вражду между народами и создавали конфликты для достижения своей «сверхнациональной» цели ― мирового иудейского господства… В нынешней же ситуации, применительно к нашей стране, сионисты отлично понимают, что сама централистская природа Советского государства, вертикальная иерархия правящей коммунистической партии позволяет при захвате всего нескольких руководящих высот контролировать весь его колоссальный монолит. И если этот захват осуществляется подобранными абсолютно лояльными к сионистам деятелями, то контроль над страной сводился бы лишь к поэтапному её переподчинению с использованием существующих структур власти и передачи под полное владычество сионистов.

― Извините, уважаемый, ― сказал я, ― но что-то не верится, чтобы сионисты, при их мизерной численности в нашей стране, смогли бы и великий Советский Союз развалить, и наш трудовой народ привести к роковой черте.

― Вы правы, ― согласился со мной кандидат философских наук. ― Да, действительно, с мизерным составом своих соплеменников в нашей стране сионисты никогда не смогут самостоятельно разрушить гигантскую социалистическую пирамиду. И без осознанного массового пособничества сионистам со стороны представителей коренной, государствообразующей нации ― русских, ― сионисты сами по себе, можно сказать, в одиночку не смогут успешно приблизиться к заветной своей цели в нашей стране и справиться с поставленной перед ними задачей сионистскими мудрейшими праотцами.

― А откуда у нас, в Советском Союзе, могут появиться пособники сионистам? Да ещё действующие осознанно в их интересах и в массовом порядке? ― напирал я.

― Скажу, ― спокойно произнёс учёный муж. ― Но прежде всего замечу, что ещё граф Лев Николаевич Толстой в своих сочинениях пришёл к выводу, что человечество испокон веков состояло и состоит из особей двух разновидностей. Первая из них: люди, живущие только для нужды своей, только для брюха. Вторая ― люди, живущие не для брюха, а для души, для правды. И практически в каждом поступке и действии этих разновидностей объективно проявляется их истинная сущность… Точно также человечество испокон веков состояло и состоит из особей двух разновидностей по отношению к сионистскому племени, его расистской идеологии и человеконенавистнической практической деятельности сионистского движения в целом. Первая разновидность из них: люди, использующие любую информацию о сионистах-расистах только для нужды своей, только для корысти, только для брюха. Вторая разновидность ― люди, использующие любую информацию о сионистах-расистах не для нужды своей, не для корысти, не для брюха, а исключительно для бескомпромиссной борьбы с этим мировым, многовековым злом. И, конечно же, во все времена и во всех странах своего поселения сионисты проявляли особую заботу по возвращению своих будущих пособников из среды коренных народов приютивших их держав. Россия в этом смысле не была исключением. И когда в России в октябре 1917 года реальную власть захватили большевики-коммунисты, сионистам надо было срочно решать как действовать дальше. И тогда в Москву беспрепятственно съехались наиболее влиятельные сионисты со всего мира и постановили: коль власть в России в обозримом будущем будет принадлежать коммунистам, то надо без промедления идти в их ряды и включаться в многотрудную, тяжелую работу подрыва этой власти изнутри, цинично используя коммунистическую идеологию, государственные и партийные структуры в своих целях. Благо, что к тому времени и в партию большевиков удалось внедрить немало сионистов. А с прибытием в Россию Троцкого со своим кагалом позиции сионистов в руководящих структурах страны значительно укрепились. Если говорить точнее, то почти все высшие посты в большевистской власти были захвачены сионистами. И если бы тогда, в 1917 году, у сионистов под руками были в наличии не местечковые, безграмотные, да еще к тому же безгранично алчные кадры, то уже тогда сионисты бы могли перехватить у большевиков-коммунистов абсолютную власть в России. Короче, у сионистов тогда не хватило критической массы!.. Зато с 1918 года начала реализовываться в России сионистская всеобщая программа по взращиванию и всемерному культивированию из русских аборигенов, особенно из коммунистов, политически стерилизованных жуиров-кутил, будущих потенциальных предателей своей Отчизны, разного рода конформистов, оппортунистов, ренегатов, коллаборационистов, а по-простому говоря, мерзких клятвопреступников. Но зато в лице этих фигурантов сионисты приобретали верных, надёжных своих пособников в готовящемся развале Советского Союза. С годами же эта сионистская программа ускоренного превращения русских аборигенов в жуиров-кутил всё больше набирала обороты. Делянки селекционного взращивания политически стерилизованных жуиров-кутил из русских аборигенов возделывались сионистами на всей территории Страны Советов. Возник даже среди сообразительных вновь испечённых жуиров-кутил из русачков состязательный негласный процесс: кто, мол, из них побольнее ущипнёт Советский Союз, поизощрённее предаст его и нанесёт ему ощутимый экономический ущерб. И этот увлекательный, заразительный, состязательный процесс, в угоду сионистам-космополитам, охватил не только отдельных самовлюбленных, амбициозных жуиров-кутил, но и стал популярен среди разнообразных всесоюзных ведомств, министерств и целых отраслей народного хозяйства. Руководители этих государственных подразделений в угоду сионистам-космополитам даже стали гордиться и хвастаться тем, кто сколько взрастил под своим началом преуспевающих в предательстве Страны Советов. Поначалу, правда, говорилось об этом исподтишка, шепотом, а потом, попозже заговорили и вовсе открыто, громогласно и с демонстративным вызовом…

Кандидат философских наук умолк, задумался и продолжил:

― Тут ещё хотелось бы отметить, ― сказал он, ― что успех сионистского движения в подготовке развала первой в мире Страны Советов, как сейчас осмысливаю, определился не только тем, что почти сразу же после октября 1917 года, оценив сложившуюся в мире политическую ситуацию сионисты приступили к массовому взращиванию из советских людей, особенно из коммунистов, политически стерилизованных жуиров-кутил, которые должны стать впоследствии верными пособниками сионистов в развале Советского Союза, но и тем, а это самое главное, что попутно со взращиванием из советских людей политически стерилизованных жуиров-кутил, сионисты в их незрелые головы внедряли «ростки» разлагающего сознание мировоззренческую философию нарциссоманнов. Или попросту говоря ― нарциссоманию.

― Что же это за «нарциссомания»? ― поинтересовался я.

― О, название этой специфической философии с успехом вдолблённой сионистами в доверчивые головы взращённых ими политически стерилизованных жуиров-кутил из советских людей, восходит от древнегреческой мифологии! ― приподнято произнес кандидат философских наук. ― Согласно этой мифологии сын речного бога Тефиса и нимфы Лириопы, юноша-красавец Нарцисс, который увидел свое отражение в воде, влюбился в себя, от этой любви зачах и был превращён в цветок того же названия… В общепринятом же народом обиходе Нарциссом обзывается человек гордый своей красотой, влюбленный в себя… А в данном случае, каждого из взращенных сионистами в нашей стране политически стерилизованных ими жуиров-кутил сионистам удалось оснастить, я бы сказал даже, заразить философией ― нарциссоманией, опирающейся на низменные человеческие инстинкты, представляющие собой этакую мировоззренческую помесь-гибрид осовремененного, порвавшего со своими родословными корнями, тщеславного, самодовольного, невежественного, возомнившего¸ что он центр мировоззрения, толстокожего, спесивого мольеровского «мещанина во дворянстве», гоголевского авантюриста, проходимца, словоблуда Хлестакова и типичнейшего верного пособника сионистов в развале Советского Союза из властных советско-партийных структур с психологией современного махрового, местечкового циника-обывателя, живущего исключительно для наживы своей и готового в личных интересах, в интересах только набивания своего брюха предать кого угодно, вплоть до своей Родины, которую он ранее клялся жизнью своей защищать. И вот такая синтетическая мировоззренческая помесь-гибрид под названием нарциссомания, внедрённая в массовое сознание взращённых сионистами политически стерилизованных жуиров-кутил из советских людей, основательно их убедила, что отныне жить каждому из них нужно только на свою потребу и во всех случаях действовать исключительно в своих эгоистических интересах. Что на смену коммунистической идеологии в нашей стране окончательно приходит сионистская идеология. И что все люди нашей страны, осознанно идущие в услужение сионистской идеологии, должны фанатично верить, что в благодарность за это они получат с барского сионистского стола пусть крохи, но всегда получат. Взращённые сионистами из советских людей политически стерилизованные жуиры-кутилы, постигшие основы философии-нарциссомании, чётко усвоили и то, что они никогда и нигде не должны проявлять никакого участия в происходящих в стране общественно-политических процессах и ни в коем разе ни в чём никогда не должны «засветиться» и выявлять публично свою истинную жизненную позицию. Внимательно пассивно созерцая эти процессы со стороны и всесторонне их анализируя, нарциссоманы должны лишь при этом тщательно отслеживать свой примитивный мещанско-обывательский интерес. Исповедуя эту методично внедрённую сионистами в массовое сознание советских людей философию-нарциссоманию, политически стерилизованные сионистами жуиры-кутилы из советских людей, главными чертами которых стали себялюбие, высокомерие, вседозволенность, цинизм, гордыня, фанаберия и чёткое следование коньюнктуре, отлично усвоили, что свою жизненную позицию и взгляды им надо решительно ограждать от посягательства любой критики со стороны. Для чего повсеместно нарциссоманами взят на вооружение универсальный приём: всегда и везде резко оборвав критикана-оппонента, безапелляционно, нагло, агрессивно и нахраписто следует во что бы то ни стало нравственно обосновывать свой безнравственный образ жизни, а то даже и отдельный свой аморальный поступок…

Я прервал руководителя семинара мужа и не без сарказма сказал:

― Внимательно слушая вас, невольно уже представляешь, как в возможный роковой час испытаний для Страны Советов в числе активных пособников сионистам-разрушителям великого Советского Союза окажутся среди новоявленных знаменитых, сановных жуиров-кутил всесоюзного масштаба и члены ЦК компартии, его секретари, члены Политбюро, и руководители Совмина СССР, Президиума Верховного Совета СССР, и генералы центрального аппарата государственной безопасности СССР… Да и много других фигурантов такого же властного уровня, не говоря уже о многочисленной околокремлёвской челяди, проституирующих журналистах, писателях, деятелях науки, культуры и иной подобной пресмыкающейся мелкоте, обслуживающей верхушку политической власти в стране при любом режиме и во все времена… Если действительно нечто подобное произойдет и Страна Советов будет охвачена массовым предательством и пособничеством сионистам в развале первой в мире Социалистической Державы, то нашему трудовому народу лишь останется в пору каждому из этих фигурантов, мерзких предателей-отщепенцев публично вручить позорный знак: «Верноподданный пёс-холуй международного сионизма».

― Вы правы и на этот раз, ― бросив на меня взгляд, невозмутимо произнёс кандидат философских наук. ― Ситуация с проявлением со стороны коренного населения массового пособничества сионистам в разрушении великого Советского Союза действительно может возникнуть, если им, сионистам, удастся создать экстремальную контрреволюционную обстановку в нашей стране и ввергнуть шестую часть Земли в управляемый сионистами хаос.

― Неужели всё так безнадёжно выглядит в нашей стране? ― проговорил я.

― Не всё! ― твёрдо сказал кандидат философских наук. ― Заверяю вас и всех участников студенческого семинара: ничего подобного в нашей стране произойти не может и никакая контрреволюция не случится, пока главой руководства Советского Союза является истинный революционер-коммунист, генералиссимус Иосиф Виссарионович Сталин. А всем нам, патриотам советской отчизны, надо помнить, что коварные сионисты-расисты во все времена не сидели и ныне не сидят сложа руки.

И в доказательство сказанного ученый муж привел пример того, как своеобразно, в своем духе и исключительно в интересах своего племени в годы Великой Отечественной войны повели себя сионисты, обитавшие к началу военных действий на территории СССР.

― Прослышав о вероломном нападении фашистской Германии на Советский Союз, ― сказал кандидат философских наук, ― сионисты быстренько сориентировались, что им надо делать в сложившейся ситуации. Они не устремились на фронт, на запад защищать от гитлеровцев страну своего поселения. Их маршрут был направлен в противоположную сторону: в Ташкент, в Алма-Ату, в Иркутск, в Челябинск и в другие города тыловой глубинки. Искусно же избежав мобилизации и добыв сомнительными путями на все случаи жизни оберегающие их всякие там «брони», сионисты спокойненько, не без пользы для себя и своего сионистского движения прожили годы страшного военного лихолетья… На практике же все выглядело так. Советские патриоты, русские и представители других коренных народов Страны Советов, на фронтах Великой Отечественной войны в кровопролитных, смертельных схватках с фашистскими полчищами отстаивали честь и независимость своей Родины. А в это же самое время драпанувшие в глубокий тыл циничные сионисты прокручивали свои племенные делишки: неустанно выстраивали себе сногсшибательную карьеру, успешно продвигались по службе, заканчивали ВУЗы, не забывали при этом проворачивать многообразные, выгодные для себя экономические гешефты… Когда же советские войска вовсю погнали фашистских захватчиков и на освобожденной от оккупации европейской части Советского Союза начались форсированные работы по восстановлению разрушенного войной народного хозяйства, а, значит, обнаружилось и множество вполне приличных руководящих высокопоставленных должностей, то предприимчивые сионисты и тут промаху не дали. Чтобы не упустить объявившуюся высокооплачиваемую должностную лафу, они спешно упаковали свои шмотки и в массовом порядке устремились теперь уже в обратном направлении: с востока на запад. Торопились же сионисты побыстрее перебраться с востока страны на запад еще и потому, что начали опасаться того, как бы обнаружившиеся вакантные высокооплачиваемые должности не достались возвращающимся домой деморализованным воинам-победителям. Но все благополучно обошлось! И как я потом позже убедился, сионисты свой должностной гешефт проделали довольно успешно.

Завершая студенческий семинар, кандидат философских наук сказал:

― Пройдет еще некоторое время, вы завершите учебу в нашем институте, защитите диплом инженера, получите направление на работу. И вот те из вас, которые прибудут на работу по назначению на предприятия страны, восстановленные после изгнания немецких оккупантов, убедятся: засоренность руководящих кадров на этих предприятиях очевиднейшая.

Говоря сии слова, ученый муж, что называется, как в воду смотрел!

Об этом я вспомнил, когда в апреле 1950 года с направлением в руках прибыл на Харьковский тракторный завод. В отделе кадров завода меня принял инспектор в выцветшей военной гимнастерке и с многочисленными наградными планками на груди.

Взяв мой диплом в руки, инспектор, подмигнув мне, сказал:

― Я бы тоже уже имел такой важный документ, если бы не проклятущая война, которая отобрала у меня лучшие молодые годы. А сейчас вынужден протирать здесь штаны.

И инспектор направил меня для встречи с главным инженером завода Невяжским.

Главный инженер Невяжский зачислил меня в цех топливной аппаратуры на должность мастера сборки и испытания топливных насосов. В огромном цеху, численностью более двух с половиной тысяч человек, как позже выяснилось, первым заместителем начальника цеха являлась Зиса Юдовна Шагалова, заместителем начальника цеха по технической части ― Вильдэ, начальником техотдела цеха ― Шаевич…

И мой трудовой процесс в цехе топливной аппаратуры пошел…

Правда, не прошло и месяца, как где-то к лету прихожу утром на работу в цех и вдруг узнаю: главный инженер завода Невяжский уволен. А вскоре стало известно, что и некоторые другие из руководства тракторного завода лишились своих высокооплачиваемых постов…

В стране продолжалась непримиримая идеологическая борьба с сионистами-космополитами!

А что касается лично меня, то, впоследствии, работая на различных предприятиях, в НИИ, в ВУЗах и систематически готовя для публикации в печати материалы о проблемах народного хозяйства и советского общества в целом, не было случая, чтобы я каждый раз не наткнулся на подрывной, разрушительный, коварный, зловредный, расистский, сионистский след. Безотносительно к тому, какой бы сферы человеческой деятельности это не касалось: науки, экономики, промышленности, сельского хозяйства, медицины, культуры, образования или спорта.

Общий же вывод таков: в ХХ веке, как и в предшествующие тысячелетия, сионисты-расисты не сидели, сложа руки. Не снижают темп и накал своей активной, злонамеренной деятельности сионисты-расисты и в наступившем ХХI веке.

Русское золото

Иудино время

Европейский вопрос

Певец во стане русских...

Русское золото

Иудино время

Европейский вопрос

Певец во стане русских воинов

Генерал Ратко Младич в трагическое время принёс жертву и положил жизнь за свободу

Русское золото

Старая крепость

В схватке. Книга 4-я.

Концлагерь Ясеновац по еврейским свидетельствам

Полелзные ссылки

Популярные категории

Редакция обозрения:

Explore the website

Explore the website

Looking for something?

В схватке. Книга вторая

Полелзные ссылки

Популярные категории

Редакция обозрения: