Воскресенье, 25 февраля, 2024

Русский дух неодолим

24 февраля в Белгороде прошел второй Межрегиональный фестиваль «Русский дух неодолим», организатор которого Белгородское отделение Союза писателей России...

Победа – вот она!...

Мы сухари угрюмо дожевали /И вышли из землянок на мороз... /А письма возвращенья нам желали /И обещали счастья полный воз. /В глаза плыла уже шестые сутки /Бессонница... Шагая через падь, /Из писем мы вертели самокрутки /И падали, чтоб больше не вставать...

Принуждение к единомыслию

Не успели мы как следует разобраться в «Концепції національно-патріотичного виховання молоді», как «оранжевая» власть огорошила нас новым воспитательным документом. На этот раз – проектом закона «Про відновлення і збереження національної пам’яті українського народу»...

Позывные памяти

Едем домой. Последняя картинка перед выездом: Ночь, тьма, степь под Угледаром. Фонарик часового...
ДомойСтатьи«Солнце – мой...

«Солнце – мой осветительный прибор»

 К 80-летию фотохудожника  Николая Гнисюка

В детстве мы страстно коллекционировали фотографии артистов. Ни один киоск «Союзпечати» не проходили мимо. Снимки стоили всего восемь копеек, а какое бесценное приобретение! Посмотрев «Человека-амфибию», всюду искали Анастасию Вертинскую и Владимира Коренева, а после выхода на экран «Войны и мира» особый спрос был на Людмилу Савельеву, Вячеслава Тихонова, Василия Ланового… Кумиром из кумиров оставался романтик Олег Стриженов. Большой альбом с портретами киноактёров храню я по сей день как дорогую реликвию о времени, когда артисты кино были нашей первой любовью. А любили мы их за их роли на экране, в фильмах, которые смотрели не один раз.

В школьные годы и в голову не приходило поинтересоваться авторами фотографий. Хотя на популярнейший тогда журнал «Советский экран» тиражом более полутора миллиона с известными актёрами на обложке наша семья подписывалась постоянно. Выходил он дважды в месяц, и я ждала каждый номер… Чуть позже, когда стали появляться перекидные роскошные настенные календари «Союзэкспортфильма», глаз стал фиксировать имена фотомастеров Георгия Тер-Ованесова, Игоря Гневашева, Валерия Плотникова, Николая Гнисюка. У каждого из них был свой почерк. Гнисюк любил снимать всё больше под открытым небом, среди природы. Николай Крючков у него в заснеженном лесу. Георгий Бурков рядом  с бревенчатой избой. Галина Польских в сине-сиреневом облаке цветущих люпинов. Николай Караченцов у моря с парящими чайками над головой. Жанна Прохоренко в ореоле кленовых оранжевых листьев. Сергей Шакуров  у стога сена с травинкой в зубах. Елена Сафонова  в кипени благоухающей сирени. Владимир Гостюхин  под зонтом в осенний день. Михаил Ножкин у дороги с ветвистым деревом. Ирина Купченко с охапкой полевых цветов…

Фотография, если это искусство, – товар штучный, как картина художника. Помню, так была зачарована (да разве только я одна!) фотовыставкой Гнисюка на кинофестивале «Золотой Витязь» в Рязани, будто вживую пообщалась с его героями или посмотрела о них целый фильм.

Собственно, и пришел-то окончательно Николай Владимирович, или Микола, как он любил называть себя сам,  в фотоискусство из кинооператоров. А впервые взял в руки фотоаппарат в четырнадцать лет в родной украинской деревне. Это была «Смена-2», подарок  мамы.

– Проявлял и печатал в погребе. Те фотографии пропали – фиксаж был плохой, – вспоминал о своих первых шагах в любимой профессии классик актёрского портрета, на счету которого шестьсот с лишним великолепных работ.

Потом судьба петляла, но всё по творческим дорогам. Сначала взяла в оборот музыка. Виртуозно играл на трубе. Учился в Риге в музыкальном училище (по первому образованию – школьный учитель музыки). В семнадцать попал в ансамбль Раймонда Паулса. Импро

визация как непременное условие фототворчества – оттуда, от увлечения джазом. «А композиции обучил украинский быт – вышивки, рамочки, грядочки», – пошучивал Микола, но, как известно, в каждой шутке есть доля правды. Родом Николай Гнисюк из крестьянской семьи, из деревни Перекоринцы Винницкой области.

Был у него и ещё один талант, как у князя Мышкина, – идеальный почерк. Он-то и вернул опять к фотографии, захватившей в детстве. А дело было так. Как-то попросили Миколу одну партитуру переписать. Работа, ясно, скрупулезная. «А ты возьми да сфотографируй», – посоветовал приятель. Так он и сделал. А потом увидел объявление: «Требуются проявщики в фотолабораторию». И пошёл. С тех пор от фотографии было не оторвать.

Тайн мастерства Гнисюк не скрывал. Считал, что их у него и вовсе нет. Всё имеет своё объяснение. И творческие удачи небеспричинны.

– Что такое свет? – как бы задавался вопросом фотохудожник. – Ни один портрет не снял со вспышкой. Мой осветительный прибор – это солнце. Но как поставить его на службу? Прямым светом никогда не снимаю: человек при этом как на пытке. Обычно прихожу к актёру домой, и он встречает меня в домашних тапочках. Сначала мы мирно беседуем в домашней обстановке. Если есть доверие, всё получится. Портрет – это общение и доверие. Иду в своей работе от добра. А техническая сторона… Я до сих пор, наверное, любитель.

И, тем не менее,  в последние годы больше всего удручало художника то, что в фотоискусстве у нас потеряна школа, по его мнению, одна из лучших в мире, какой она была в советские годы. Многие теперь, считал он, не знают азов фототехники. А это все равно, что в музыке обходиться без нот. Ну а этика фотосъёмки сегодня и вовсе за гранью допустимого. Самому ему, когда-то фотокорреспонденту «Советского экрана» с двадцатипятилетним стажем, очень трудно было  вписаться в стилистику новомодных изданий.

Однажды он попробовал поработать в одном популярном еженедельнике. Снимал Жерара Депардье на «Кинотавре». Знаменитый француз так обрадовался в Сочи морю, что без всякого конфуза вошёл в воду в сапогах. Получился поразительный снимок. Он был опубликован. Но подпись к нему сочинили настолько пошлую, что Гнисюк закрыл за собой дверь в это издание раз и навсегда.

Бегать за кинозвёздами в фестивальной толпе, нет, это было  не в его привычке. Пока другие отщёлкивали по целой плёнке, он присматривался. Ловил мгновение чуть позже, когда ажиотаж вокруг персоны утихал и «объекту» можно заглянуть прямо в глаза. Скрытую камеру не признавал – это не в правилах его этики. Кого ни снимал, со всеми оставался в дружбе – с Ларисой Шепитько и Элемом Климовым, с Юрием Никулиным, Инной Чуриковой и Глебом Панфиловым, Николаем Бурляевым, Никитой Михалковым…

К Никите Сергеевичу однажды пожаловал, когда тот держал на руках восем-надцатидневную дочку Надю. Мэтра кино сразу ошеломил предложением: «Давай я тебя прямо так сниму! Будешь у меня «мадоном»»!

Человек добродушный, неунывающий жизнелюб,  Николай Владимирович относился к жизни с юмором. А девиз у него был один: «Всегда улыбайся!» «Это – от мамы», – уточнял он. Обычно веселил себя сам. Это – от односельчан: «Когда у нас в деревне отмечают праздник, стол накрывают на две недели». Кстати, есть у Гнисюка целая портретная галерея из цикла «Жители моей деревни».

В Скопине Рязанской области, где киноделегация «Золотого Витязя» посетила предприятие традиционного местного промысла художественной керамики, Гнисюк на наших глазах приобрёл на удивление всем огромную, размером с напольную вазу, блестящую керамическую лягушку. Сначала хотел подарить её друзьям, а потом передумал: «Поставлю-ка  у входа в дом (жил он зимой и летом за городом, в Подмосковье. – Т.М.).  Пусть гостей встречает».  Так и встречала, пока  был жив…

Копаясь в своих архивах, он чаще всего испытывал грустные чувства, потому что многих из его героев уже не было. И в то же время радовался тому, что запечатлел, по меньшей мере, треть кинематографистов, а значит, историю нашего кино: «Каждый момент нашей жизни уже в настоящем становится историей. Сегодняшний день уже история для завтра. Мы этого не чувствуем, не осознаём, но в фотографии это ощущается… Правда, человек так устроен, что ему всегда кажется, что что-то главное у него впереди. Я и про себя думаю, что главную карточку ещё не снял…»

Татьяна Маршкова

Последние новости

Похожее

Как стать дипломированным предателем

Сейчас в стране Сербии стать дипломированным предателем очень даже не сложно. Достаточно получить кое-какое среднее образование и подать заявление на один из гуманитарно-общественных факультетов...

Наш Пушкин

...Со школьных лет мы помним прекрасные в простоте своей пушкин¬ские строки: «У лукоморья дуб зеленый...», «Мороз и солнце; день чудесный!..», «Москва, как много в этом звуке для сердца русского слилось.» Пушкин сопутствует нам в горе и в радости, в раздумьях о самой нашей жизни. Воистину он, как сказал Аполлон Григорьев, «наше все»...

Кормчий Русской Церкви

Русская Православная Церковь отмечает 15 лет со дня интронизации Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла. ...Для Церкви и для страны эти годы оказались временем исторического поворота. Нам выпало жить в эпоху кардинальных изменений как в мире, так и в сознании людей...

Из пушкинско-натальевской Руси

Видно, так уж устроен человек: за первым озарением приходит привычка, и мы, не умея иногда живо отозваться на «присутствие», способны ощущать только «отсутствие» – потерю. Дорожите каждым мгновеньем прекрасного – к этому всегда звало волшебное искусство Екатерины Максимовой – самой очаровательной артистки на балетной сцене...