Дзержинск. Шторм. Снимает Балу, тот самый, которого завалило в пятиэтажке. Потом он пойдет в прорыв, и его разберут птички, но он останется живой после трепанации черепа. Почти один из всех. Раненого не знаем, поэтому и выставляем, может кто подскажет его позывной, дальше постараемся пройти по следам. Там в основном все БВП.
И ещё. В той пятиэтажке были мирные.
***
Есть люди, которые с самого детства, ещё с тетрадок и бантиков, генетически знают, что такое хорошо и что такое плохо в обществе. Жизнь у них прямая: школа, ВУЗ, внуки. А есть те, кто начинают различать добро и зло только к середине жизни. До этого – что хотелось, то и добро. И жизнь у них ломанная, кривая: зигзаги да круги. Но если человек понял – отрицательный опыт превращается в положительный.
Спецконтингент… Они разные – и командиры и личный состав. Пригожин старался набирать к себе осуждённых за насильственные преступления, или дерзких, идущих по «воровской», из изоляторов и «крытых». Сейчас в Шторм Ц берут всех подряд. В одном строю стоят и те, кто смелый лишь по пьянке; и растратчики; и мошенники, у которых вместо лица по жизни одни маски; и те, кто был осуждён за драку и те, кто за экономические преступления. Ещё с учебки видно, кто как будет воевать. Если человек при каждом удобном случае кричит: «Да я всех их там порву, ненавижу фашистов, укропов», – это первый, кто побежит с позиций. Первый, кто потеряется по пути. Если человек больше молчит, не спешит быть судьёй в чужом споре, некому не показывает фотографию своей жены, замкнут и сосредоточен, но при этом старается познать азы военной науки, на него скорее всего можно будет положиться. Кто-то из них останется пустышкой, а кто-то шагнет сразу в праведность, как тот разбойник на кресте. Золото, даже вымазанное в грязи, всё равно где-то проблескивает, и суть человека видна. А потом они раскрываются. Полностью. О таких людях и пойдет речь.
Вот, например, парень с позывным Рубильник. Его знают все. Почти два года он вытаскивает трёхсотых и двухсотых в день по двое или трое. Каждый день. Начиная с Дзержинска и сейчас на Покровском на дороге Смерти от Малиновки. Сотни родителей благодарны ему что вытащил тела их детей, не оставил на поле боя. И сотни парней говорят о том, что выжили, благодаря ему. Даже сегодня если задать ему вопрос, скольких ты спас, он с ухмылкой ответит: «Я не знаю». Днём и ночью ему достаточно услышать в рацию, что кто-то 300 или 200, он на мотоцикл и полетел. Хоть там и жесточайший бой. Получая осколочные ранения, никогда не выкатывался, пока не привезёт людей. Он один разрушал столько планов противника – иногда раненого специально не добивают, ждут эвакуационную группу, и он один, быстро и неожиданно вылетал на открытку, а пацаны автоматным огнём сбивали спешивших к нему птиц. Каждый день. Два года борьбы со смертью.
Или вот тройка. Лаврик, Цыган и Татарин. В Дзержинске при штурме стадиона об их слаженности и бесстрашии ходили легенды. Они делали прорывы. Снимали броню, каски, грузились ТМками подбирались к противнику, рушили там всё, а потом в ожесточенных боях несколько суток держали занятые позиции до подхода закрепов. Они штурмовали в это же время выносили раненных, никого не оставляли. Татарин оттащил очень много ребят. И погиб, неся на спине человека. Навряд ли он думал, что совершает высшую добродетель на свете: «Отдать жизнь за други своя», – единственную добродетель, в которой нет лукавства. Он просто хотел, чтобы тот не умер. Цыган один уложил целую группу противника, мог уйти, но не оставил двоих раненых, всё пытался их оттащить, по метрам, одного, потом другого. 155 мм снаряд разорвал их всех троих.
На дороге смерти к Малиновке был настоящий воин, позывной Даг. По первому приказу выдвигался, никогда не сказав: «Я только приехал», – или – «Небо грязное». Просто садился и ехал. Это был один из немногих мотоциклистов, который в день совершал по 8 по 10 заездов в то время когда один заезд считался удачей. Дорога эта запомнилась всем, кто там проезжал, люди боялись по ней откатываться, безопасней было оставаться на передке. Он ездил. Доставлял грузы. В один день его все-таки поймал дрон, но ребята не бросили его. Так, как все знали, что и он никогда никого не бросал. С трудом смогли его забрать и начали выкатывать, но, к сожалению, он не доехал до больницы и умер по дороге.
Какими, на первый взгляд, они кажутся незначительными, эти запредельно уставшие, грязные, пропахшие гарью, простые великие люди.
* БЧ 3