Из бота:
«Разыскиваю сына… находился по ул. Скрипниченко, их там было 3 мирных, должны были выводить. К ними шёл русский солдат, но за ним дрон увязался, парень этот забежал к ним в подвал, и дрон туда же, больше я не знаю нечего…»
«Здравствуйте, есть информация, что туда, где находился мой сын, был прилёт, их засыпало, но сын мой вылез оттуда, его видели с беспилотника а потом потеряли из виду. Возможно, он ещё жив. Где-то прячется… пожалуйста, помогите найти моего сына, прошу Вас!»
«Добрый день! Ищу свою мать, город Часов Яр. Проживала в подвале дома по улице Артема. С ней было ещё 5 женщин и 5 мужчин. По слухам в подвал зашла штурмовая группа РФ, вслед им ВСУшники закинули гранаты, после чего произошел взрыв баллонов с газом. Часть людей задохнулась от угарного газа, а некоторые, в том числе и моя мать, выбрались из этого ада, но беспилотники сбросами добивали их. Человек помог ей спрятаться. Что дальше, непонятно. Либо она скончалась от ранений, либо её добили..Помогите установить её судьбу»….
«При обстреле из территории тролебусного парка Кулацкого хутора, снаряд попал в дом. На тот момент я со своим мужем и сыном-инвалидом переселились в этот дом. Муж погиб (ему оторвало полголовы). Из-за дронов мы не могли его нормально похоронить. Мужа завернули в одеяло, сверху положили завернутый в полиэтилен паспорт….»
И такие заявки каждый день. Смс приходят и в 5-ть утра и в 3 часа ночи. Боль не может ждать. Выворачивают душу, рвут сердце. Потому, что сделали чужую беду своей. Два города, две чёрные дыры, Часов Яр и Дзержинск… «Найдите мамочку…, мой сыночек, зашёл с группой, вся группа пропала без вести, помогите найти… помогите захоронить папу…, найдите моего любимого, единственного на свете человека, ради которого живу…».
***
Дорогие наши. Ситуация такая. Часов Яр – да. Во всяком случае будем пытаться, пока не получится. Ждём подходящей погоды и выдвигаемся. Понятно, что дальше предстоит долгая работа по встраиванию логистики между адресами поиска, налаживанию взаимодействия с пацанами, которые там, хотя этому часто мешают ротации. Но тем не менее…
***
По Дзержинску – пока НИКАК. Не пустили. Сказали – ждать две недели. Туда зашло известное подразделение, то, что недавно стояло на Комсомольце и других местах в Горловке (кто понимает, тот понимает). С одной стороны, это хорошо – мы работали с ними в Мариуполе. С другой стороны – они там пока сами плохо ориентируется. На данный момент – передвижений ноль. Даже тяжелых раненых не выводят. Получилось, что части РФ, идя на Клепан Бык, как бы вдавили группировку ВСУ ближе к Дзержинску, поэтому Щербиновка потихоньку выходит, город – нет. Каждая заявка от вас, это боль, мы хотим и можем что-то сделать, но на две недели у нас связанны руки. МЧС пока тоже не зайдет. Ждём две недели, а сейчас хоть договорились на два рюкзака жизненно важных медикаментов: от эпилепсии, инсульта, сердца, астмы, антибиотики. И то, эти рюкзаки не передадут руками, а лекарства будут сбрасывать мирным с дрона адресно. В Шербиноку лекарства ребята, что там, сами доставят. И ждём. Ждем. По первому сигналу выдвигаемся.
***
Тяжёлая обстановка. Именно поэтому последнее время мирных не выводят из города. Покровское направление забрало лучшие части, с которыми легко работать. Были мы и там. С одной стороны – приказ наступать, с другой – ВСУ бросают все силы, чтобы закрыть дверь, в которую вошли части РФ, и взять их в котёл. Пацаны там… Насмерть стоят. От «нуля» до позиции 40 км. Два дня иди под роями «птиц» – «опасных, бескровных», как поётся в одной песне. Вернее, по прямой – расстояние 17 км, но это по открытке, полями, живым там никто не дойдёт. Поэтому приходится зигзагами пробираться по посадкам. Бесконечные атаки противника, который вообще не считается с потерями, чтобы закрыть горлышко котла. И наши там – зубами, в смертном бою. Напишем, на что способны люди.
***
Нам бы хоть часть заявок закрыть. И тогда можно будет пойти в осенний парк, – пусть под ногами шуршит листва, сесть на скамейку и бездумно смотреть в небо. И чтобы вокруг было тихо и светло, как на душе.
***