Дзержинск. Следы в тумане.
Лето 2024-го. Второй месяц боев за город. Пока местами, дыхание войны ещё не превратилось в ураган. Июнь, дневной зной, жужжание мух, звездные ночи. Постоянный запах гари. Она во дворе переживала воду из бидона в баклажки, как раздался взрыв. Веранда взлетела на воздух, её бросило в сторону, контузило, голову, спину посекло осколками разлетевшегося кирпича. От взрыва снесло крышу дома. Какое-то время они жили в погребе, пока на дом не сбросили зажигалку. Дальше пусть рассказывает сама:
…»Дом загорелся, успели только вынести животных и сумку с документами. Ночь провели в соседнем разбитом доме. Утром пошли искать убежища в подвалах многоэтажных домов. Куда приходили, везде нам отказывали. Ночевали в разрушенных домах, один раз слышали под окнами украинскую речь. После блужданий мы оказались в подвале дома Свердлова, 21. Там было очень много людей, но нас приняли хорошо, помогли оборудовать спальное место. В январе месяце я вышла из подвала во двор, подышать. Было тихо и тут я услышала, как работает рация. В приоткрытую дверь гаража увидела военного, сидящего на корточках. Он смотрел на меня. Спросила его: «Ты кто?» – он мне ответил – «Русский» – и сказал зайти в гараж. Было очень страшно, знаков отличия не было, в гараже за машиной сидел ещё один военный, с автоматом нацеленным на меня. Так страшно мне ещё не было, и от страха я все время повторяла: «Ты точно русский?» – Ответил: «Да». – Обратила внимание, что он был в шлепанце на одной ноге – ранение ноги. Позывной – «Француз». Я предложила им опуститься к нам в подвал, сделать перевязку, покушать и отдохнуть. В подвале я обработала ему рану, обезболила. Кушать они отказались. Утром ушли: «Француз», «Сын» и «Хасан». В феврале мы попали в другой подвал, к нам заходили бойцы. В это время уже шли интенсивные бои: они были грязные, закопченные. Свет в подвале был тусклый, казалось, что один из них был более закопченный, чем остальные, сидел, не разговаривал, только улыбался. Присмотрелись и поняли, что этот африканец, позывной «Вилли». Ещё к нам заходили АГСники: позывной «Ёж «, позывной второго не помним, знаем, что срочную службу проходил в Крыму, зовут Юра. Молодой светленький паренёк. Огромная благодарность всем ребятам: военным и мирным, кто помогал в это страшное время!»
***
Забалка. Храм. На перекрестке от магазина «Автолюкс» стоит сгоревший пикап, невдалеке лежит солдат ВСУ – к руке привязан дистанционный взрыватель и чуть поодаль стоит МОНка. В подвал под алтарной частью опускались «Чума» и «Саха», сказали, что нужно копать, заметили дистанционку, но продолжили работу, достали тело: укроп – араб по национальности… Достали, кого смогли. Все – Иностранный легион. В другой части подвала, где находились мирные, сильное обрушение…
В плену. Те, кто в списке:
Файзухов Айдар Рашидович – «Фаза».
Подкрытов Виктор Валерьевич.
«Кащей».
«Серёжа «Румын» забегал к нам, когда шёл на бз. Молодой парень, но воин. После боя ребятам разрешили зайти к нам, немного передохнуть, а они все израненные, один паренёк шел, опираясь на доску, у всех сильная тошнота – надышались дымом. Пленный укроп говорил, что у них был приказ развесить флаги и заминировать дома, а его командир – Кувалда, все время на наркоте. Много наших ребят было в подвале дома по ул. Маяковского, 10, этот дом укропы тоже сложили, что с бойцами – неизвестно»
…»Костя «Опасный» глубоко верующий человек. В тот страшный бой пуля попала ему прямо в гранату на броннике. И не взорвалась. Получил ранение, но идти в откат отказался. Остался со своими ребятами».
«Он перебежчик. Заходил со всеми, предал свою группу, расстрелял их, и с оружием, с рацией перешёл на сторону укропов. Стал проводником групп ДРГ, которые, переодетые в нашу форму приходили к мирным, просили телефон на проверку и расстреливали. Добивали раненых бойцов по подвалам. Позывной не помню, могу только описать: плотный, но не толстый, круглолицый, усики и бородка как запущенная небритость, короткая стрижка, чуточку раскосые глаза, похож на узбека, но русский. Возраст примерно 40-45 лет.»
Найдут его. Рано или поздно.
***
Покровское направление, кого эвакуировали, о ком знаем. И кого можно забирать родственникам.
Ново-Экономическое
Зайцева Людмила Павловна, Колесник Изабелла Ивановна. Андрющенко Александра Владимировна, Колесников Вадим Николаевич, Метенко Виктор Викторович.
Красноармейск 12 человек:
Чугуненко Людмила Васильевна,
Чугуненко Юрий Николаевич,
Назарко Виктория Викторовна,
Левченко Владимир Филиппович,
Левченко Алла Ивановна,
Левченко Сергей Владимирович,
Меркуленко Наталья Викторовна,
Крамаренко Анатолий Сергеевич,
Меркуленко Вячеслав Анатольевич,
Меркуленко Максим Николаевич,
Лещеок Алина Руслановна,
Плохих Александр Викторович.
***
Дзержинск… Тёмный омут. Основной наплыв заявок уже прошёл, осталось где-то человек триста. И даты уже сегодняшние. А значит – мы уже ногами вот-вот нащупаем дно. Дальше путь наверх. Базы собраны, многие рассортированы по группам, по районам, по времени. Теперь только искать. Список будет не расти, а уменьшаться.
Он и так уже уменьшается. Каждый день. После долгой тишины приходят и приходят смс:
«Здравствуйте, поиски закончены. Нашли моего мужа в Ростове»
«Наш герой едет домой. Спасибо вам за ваш труд… за вашу работу и сочувствие».
«Здравствуйте. Наша война закончена. Фрагмент совпал по ДНК. Ни жетона, ни документа. Господи, как так… Спасибо вам наши уже родные…»
«Нашли нашего Саньку… Снимите с поиска…»
«Здравствуйте, спасибо вам, что помогли, не оставили в стороне, папа едет домой…»
После некоторых таких смс на сердце светло и тихо. От других — тоска бессилия. Но есть и другие. Они идут и идут каждый день, ночью и на рассвете.
…»Он погиб, и мы с детьми просто существуем, все разорвано. Время не лечит, еще хуже. Пишу ему письма каждый день и жду, жду…»
Эти смс не дают ни на секунду забыться. Где бы ты не находился, война с тобой, она в сердце. Идёшь ли в отпуске по улицам мирного красивого города, не замечая людей, говоришь на каком-нибудь совещании, просто едешь по ночному городу в такси – война с тобой. Причём не её острая сторона: где бой и победа, где самая лучшая на свете минута, когда после выполнения невыполнимой задачи ты остался живой и пацаны живы… Ты, в корке от грязи, просто сидишь на земле, куришь и бездумно смотришь в небо, а сердце этому небу непрерывно говорит что-то очень важное, и небо слышит… Нет, не это сторона, а послесловие, где глаза матерей.
***
Покровское направление. Эвакуированные. Кого уже можно забирать родственникам.
Новоэкономическое:
Юрченко Татьяна Ивановна,
Домашенко Андрей Степанович,
Соломка Надежда Алексеевна,
Яценко Юрий Николаевич,
Щербина Людмила Валерьевна,
Воронов Олег Яковлевич.
Красноармейск:
Котова Ольга Леонидовна,
Котов Андрей Сергеевич,
Папета Александр Александрович,
Регурецкая Наталья Григорьевна,
Лымарь Анатолий Алексеевич,
Лымарь Евгений Алексеевич,
Лымарь Александра Алексеевна
Лымарь Алексей Анатольевич,
Лымарь Тамара Евгеньевна,
Гречка Константин Георгиевич,
Исаева Татьяна Викторовна,
Гуляева Ольга Сергеевна,
Гуляев Юрий Геннадьевич.
* БЧ 3