Этот очерк написан по благословению блаженной памяти архимандрита Иннокентия, в недавнем прошлом одного из руководителей издательского отдела Московской Патриархии. «Надо спешить, – не раз говорил отец Иннокентий, – спешить собрать свидетельства православных людей, чьими руками ковалась Победа Великой Отечественной. Из этих свидетельств сложится книга».
Смерть помешала осуществлению замысла, но я записывала, фиксировала. Отец архимандрит был прав: многих из тех, о ком здесь речь, сегодня нет уже среди нас. Но есть свидетельства людей, кому обязаны Победой.
Эра Данилова
Рассказ Блаженной памяти протоиерея Валентина Парамонова,
бывшего настоятелем Воскресенского храма на Ваганьковском кладбище
г. Москвы
До Белозерья фронт докатился в сорок втором. Бои шли под Вытегрой, Лодейным Полем, Вознесением, в двухстах километрах от города Кириллова, в котором я тогда жил. Все взрослое мужское население наших мест билось с врагом на разных фронтах. Мой отец Виктор Парамонов в то время уже погиб под Москвой. Брат Евгений геройски пал под Сталинградом. Брат Юрий, инвалид войны, сражался в Прибалтике. Чуть постарше меня брат Евгений ковал победу на трудовом фронте в блокадном Ленинграде. Я, тогда четырнадцатилетний малец, вместе с мамой, ныне покойной, Феофанией Васильевной Парамоновой, работал в колхозе «Красный Кириллов» и учился в школе. По возрасту не воевал, но пришлось стать свидетелем настоящего боевого подвига, совершаемого в прифронтовой полосе скромными церковными труженицами-монахинями бывших монастырей – Ферапонтова, Горицкого Воскресенского, Леушинского Похвалы Божией Матери, Парфенова Неопалимой Купины, – сколько много они сделали для народной Победы!
Не год, и не два, а все четыре военных года неустанно трудились для фронта духовные сестры. Сажали огороды и выращенную продукцию посылали в окопы на Северный фронт. Ходили по деревням, собирали у колхозников овечью шерсть и вязали на спицах и крючками для солдат теплые вещи: рукавицы, носки, шарфы, жилеты; катали валенки. Собирали по дворам картофель, капусту, свеклу, морковь, сушили овощи на жаровнях в русских печах и отправляли в посылках на фронт. Их руками заготовлены и отправлены по адресам полевой почты десятки центнеров сушеной продукции.
Я помню, как в январе 1943 года моя мама, человек глубоко верующий, отвозила на фронт заготовленные и собранные монахинями лук, два мешка сушеного картофеля, мешок сушеной капусты и много вязаных вещем для бойцов и командиров. Все это она везла на чунках – так называются у нас ручные дровни или сани, пешком, по морозу, на расстояние в 200 километров. Я помогал Божиим труженицам, как мог. В наш адрес приходило много писем с фронта, они и сейчас перед глазами, эти сложенные угольником, с сердечной благодарностью послания от бойцов и командиров.
Никого из сестер уже нет в живых, но мне бы хотелось назвать имена: бывшая игуменья Ферапонтова монастыря матушка Мартиниана, в миру Мария Цветкова, что стегала для фронта фуфайки; письмоводительница того же монастыря Самойлова Александра Яковлевна, что много шила и вышивала кисетов и выращивала на своем участке табак для солдат; старшая трапезы монахиня Маврикия; регент Ферапонтова монастыря Шубина Анна Александровна, монахиня Екатерина Лопаткина, бывшая казначея Горицкого монастыря, монахиня Викторина, в миру Фаина Викторовна Смирнова, монахиня Антония, в миру Анна Александровна, Мария Иаковлевна Второва и Алевтина Васильевна Елова, что выхаживали раненых в качестве медицинских сестер…
Особенно много трудилась для фронта монахиня Ферапонтова монастыря Гавриила (Глафира Платоновна Ванюшонкова). Она руководила всеми работами, под её началом находилось около шестидесяти монахинь. В деревне Кнутово, где она жила, имела небольшую пасеку и отдавала весь мед проходившим через Кириллов воинским частям.
Когда наши войска освободили за Вытегрой Вознесение и Подпорожье, крепко пострадавшие за время оккупации, – на месте бывших домов стояли только печные трубы – мы с матушкой Гавриилой повезли освобожденным жителям муку – мешок гороховой и два житной. Помню, голодных людей так много, что муку мы раздавали им стаканами.
Неисчислимы были бедствия людей в те годы, но велики были и проявление духовных качеств верующего человека. Так, настоятель нашего храма Покрова Божией Матери протоиерей Павел Иванович Никитин много ценностей собрал и передал в фонд обороны от общины и от себя лично. А когда в Кирилловский детский дом привезли детей из Ленинграда, он свалял им всем теплые валенки. Я сам видел, как шел однажды мимо детского дома отец Павел и как, увидав его из окна, выбежали на улицу в новых валенках дети и, в знак благодарности, бросились ему на шею, целовали, гладили бороду.
В церкви Иоакима и Анны в селе Носовском отец Павел Орнатский и бывшая насельница Парфенова монастыря, Председатель общины Надежда Николаевна Петровская за большие пожертвования для фронта удостоены благодарственной телеграммы от И.В. Сталина. Телеграмма хранится в Череповецком музее.
1991 год
* Сестра монастыря монахиня Викторина, в миру Фаина Викторовна Смирнова, и родственница одного из жильцов, проживавших на территории обители в советское время.