Белгород
Приземистые дома из красного кирпича,
неведомо как уцелевшие в Великую Отечественную,
с заштукатуренными и закрашенными ранами
от немецких бомб и снарядов
разрушены украинскими ракетами.
А памятник русскому Слову
около библиотеки –
выстоял!..
Не в него ли целили
новоявленные фашисты?..
Боец «Ахмата»
Под тяжеленными берцами хлюпает чернозёмная грязь,
нудный дождик лицо остужает,
но боец знает – он здесь горы свои защищает
и не только потому, что дан приказ.
Родина – она одна.
Отсюда,
из белгородских просторов,
ему победа видна.
Письмо
Ничто так не поднимает боевой дух,
как письмо из дома.
– Папа, мы ждём тебя с победой! –
старательно выведено детской рукой.
И боец понимает – по-другому не может быть.
Вязаные носки
Тёплые носки
лишними не бывают,
когда зима
и в тебя стреляют.
Да и ты стреляешь,
стараясь врага поразить,
хотя понимаешь:
нам всем предназначено жить.
А потом в землянке
носки шерстяные наденешь —
и на мгновенье
война отступит,
и веришь, отчаянно веришь:
для тебя смерти не будет.
Носки связаны
женщиной незнакомой,
а надел – и словно
оказался дома.
На рубеже
Створки небесных врат
настежь открыты…
Окопы затем вырыты,
чтоб не взликовал враг.
Не дам ему повода радоваться –
не устаёт мой АК.
Занемела рука…
Ворота не закрываются…
Рассказывает штурмовик
Когда враги сдаются в плен,
то забывают украинскую мову,
а говорят на русском языке,
и это бьёт по мозгам –
словно воюю с родным братом.
День рождения
Торкнулась дверь. Голос. Она
его из тысяч узнает.
– Комбат отпустил на сутки, сказал:
«Матушка – это святое».
Тебе я, родная, ромашек нарвал
прямо на поле боя.
Летняя ночь незаметно пройдёт.
Наглядеться бы! Наговориться!
Утром сыну снова на фронт.
– Буду молиться…
Белгород. Работает ПВО
Разрывы ракет в синем небе
похожи на разлетающиеся лепестки ромашек.
Жутко красиво.
Осколок
Этот ещё тёплый кусочек металла,
упавший в песочницу,
мог бы стать игрушкой,
к примеру, серебристым самолётиком
и радовать детей,
а не быть осколком снаряда,
несущим смерть.
***
Удача – честно получить
на поле боя в сердце пулю.
Из юношеского стихотворения
Пулю не получил. Может быть, пока?
Может быть, это временная отсрочка?..
Взрывы доносятся издалека
днём и ночью.
Вздрагивает израненная земля,
небо до боли прозрачное.
Наверно, зажился неудачник я,
но есть ещё шанс стать удачником.
Белгород. Блокадница
Пережившая девчушкой блокаду в Ленинграде,
она, услышав вой воздушной тревоги,
истово крестится и говорит:
– Вот и детство моё вернулось…
***
Когда увидишь из окна,
как разлетелась тишина
обломками ракеты вражьей,
услышишь, как она рычит
зловеще, то один есть щит –
Иисуса образок бумажный.
Жизнь, может быть, не сбережёт,
но от неверия спасёт.
Ульяша
Ульяша знает: её папа герой –
это всё, что она о нём знает.
Уснул навсегда под гранитной плитой
и розы на ней полыхают,
которые положила Ульяша…
Вот правда горькая наша.
Весна 2024
Хлеборобы выходят в поле.
Наготове бронежилет –
ничего неестественней нет!
Неужели на то Божья воля?
Нынче самое мирное дело
вровень с ратным стоит.
Надо сберечь и душу и тело –
ещё урожай убирать предстоит.
Пейзажная лирика
1.
Посечённые осколками снарядов
ветви весенних деревьев.
на рваных срезах
капельки сока, как слёзы.
2.
Воробьи,
спугнутые с покачивающихся проводов
близким грохотом,
залетели на балкон –
тоже убежище ищут.
3.
От близких разрывов ракет
тюльпаны на газонах вздрагивают,
но цветут, цветут –
наперекор смерти.
***
Уехать есть куда… Но не об этом речь:
я не могу и не хочу, как заяц, бечь
от страха свою шкуру потерять.
А за окном неистово опять
воздушная тревога голосит.
Бог ПВО-шник, верю, защитит.
***
Выкричаться и выплакаться,
помолиться, послать проклятья врагу –
вот всё, что могу.
А черёмуха вновь в снегу
бело-пенном, красавицей видится.
И весенние птицы в небо взлетают,
что – жизнь продолжается – подтверждают.
***
…И встретив, ангел спросит: – Был
ты где, когда коварный ворог
по градам, весям «градом» бил,
смерть сея на родных просторах?
Что я отвечу?
– Не держал
в руках оружие, но сердцем
был там и с теми, кто лежал
в окопах, за единоверцев
молился, стиснув крик зубами.
Зачти на небе это, ангел!..
***
Станиславу Минакову
Перекличка колоколов,
завыванья воздушной тревоги…
Нереальность материализовалась
и страшит, а не удивляет.
Но когда наступает затишье,
как святое помнится только
звон врачующий, а не разрывы
беспощадных вражьих ракет.
Избирательна память – дороже
ей всё то, что жизнь утверждает.
А война – она ляжет в граниты,
в обелиски, дай Бог, навсегда.
***
…И как один умрём
В борьбе за это.
Из революционной песни
Умирать не стоит
ни за это и ни за то:
никакие идеи
не стоят человеческой жизни.
Святое дело –
защитить Отчизну
на ратном поле,
и остаться потом
в памяти тех,
кто придёт к обелискам
и, скорбя, поклонится низко.
***
Нацизм –
раковая опухоль на теле человечества.
Терапия бесполезна.
Только – скальпелем,
но лучше – «Солнцепёком».
***
По гробы ходить в Россию запросто.
Приступ, отступ – и ворочай заступом.
В.Михалёв. 1975г.
Пророчество? Предвиденье? Не хочется
поверить в это. Но опять, опять,
историю забыв, чужие полчища
посмели землю русскую топтать,
как некогда татары и монголы,
французы, немцы… Где теперь их прах?
Поэт сказал же: «Возвращаться будут
они не с перемогой, а в гробах».
26 августа 2024 г.