Книга вторая
2.1.
Константинополь.
Императорский дворец.
ЕВДОКСИЯ и ГАЙНА
Е В Д О К С И Я
Ты – настоящий варвар!
Г А Й Н А
Это лестно
Услышать от царицы.
Е В Д О К С И Я
Старый кесарь
Хотел убить тебя… И, между нами,
Зря не убил…
Г А Й Н А
Я отсиделся в храме,
Куда ищейкам путь закрыт законом.
Е В Д О К С И Я
Надеюсь, здесь найдут тебя не скоро.
Г А Й Н А
Моя профессия – сидеть в засаде,
Сливаясь с местностью.
Е В Д О К С И Я
(в панике)
Идёт Аркадий…
Скорее прячься!
Появляется АРКАДИЙ.
ГАЙНА берёт в руки большое зеркало и закрывает им своё лицо.
Е В Д О К С И Я
Мой любимый, где ты
Всё ходишь?
А Р К А Д И Й
Почему вы не одеты?
Е В Д О К С И Я
Не принимай, мой кесарь, к сердцу близко
Такие мелочи.
А Р К А Д И Й
Архиепископ
Ждёт представления.
Е В Д О К С И Я
Нам лишний довод
Удостовериться: он стар иль молод.
А Р К А Д И Й
Кто окропит тебя святой водой,
Не всё ль равно?
Е В Д О К С И Я
Приятней – молодой.
ЕВДОКСИЯ подходит к зеркалу, прикрывая собою ГАЙНУ.
Е В Д О К С И Я
(украдкой гладя руку Гайны)
Без молодых людей дворец – тюрьма.
(Берёт амфору.)
Ведь для чего-то нам дана сурьма?!
(рисуя себе брови)
Затем, чтоб птицу рисовать над оком…
И, чтобы седины не выдал локон…
А благовония даны и масло,
Чтоб рядом было с женщиной опасно
Вам проходить… И кожа, словно снег,
Была чиста…
А Р К А Д И Й
(заметив Гайну)
Что там за человек?
Е В Д О К С И Я
Где человек? Я никого не вижу!
А Р К А Д И Й
Да перед вами… Посмотрите ниже.
Е В Д О К С И Я
Ты пропасть видишь там, где лишь канавка.
А Р К А Д И Й
Что это?
Е В Д О К С И Я
Это?.. К зеркалу приставка.
А Р К А Д И Й
Она … живая.
Е В Д О К С И Я
Это, как сказать…
Скорее, – чуть живая.
А Р К А Д И Й
Подержать
Позвали бы меня.
Е В Д О К С И Я
Но ты не раб.
К тому же, – ты для этой цели слаб…
(«Зеркало» уходит.)
Ну вот, смутил раба.
А Р К А Д И Й
Я сам смутился.
Е В Д О К С И Я
Он не успел…
(запутавшись)
Он с местностью не слился!
А Р К А Д И Й
Ты говоришь, как будто здесь был бой.
Е В Д О К С И Я
Я зеркало всегда ношу с собой.
Есть страсть и власть – два маленьких порока,
Которые и старят нас до срока.
Граниту только нет вреда от моли.
Не беспокойся, – Иоанн отмолит
Мои грехи.
А Р К А Д И Й
Не надо нам молений, —
«Супруга кесаря вне подозрений…»
Ведь, если б что такое здесь открыл я,
Я б … прыгнул со скалы.
Е В Д О К С И Я
Рога – не крылья,
Хоть и похожи… Так, что не попутай…
А Р К А Д И Й
Вы мне дороже с каждою минутой.
Не забывайте, я ещё не стар…
(уходя)
Поторопитесь!
АРКАДИЙ уходит.
Е В Д О К С И Я
То же мне… Икар!
Как близко от трагедии до фарса,
Но всё – театр!
(Зовёт.)
Помоги мне, Марса!
(одеваясь)
Взял зеркало…. Спасибо, – не кадило!..
Входит МАРСА.
М А Р С А
(помогая ЕВДОКСИИ одеваться)
Прости, царица, – не предупредила.
Е В Д О К С И Я
За что же я тогда тебе плачу?
М А Р С А
За то, что я всё вижу и молчу.
Е В Д О К С И Я
Нам в браке наслаждения немного.
(молясь)
Прости, Господь, туземная пирога
Приятней парусника…
М А Р С А
Надо жить!
Е В Д О К С И Я
Молиться тяжелее, чем грешить.
М А Р С А
Нам от Всевышнего не скрыть обмана.
Е В Д О К С И Я
Скорей Господь послал бы Иоанна
В помощники.
М А Р С А
Но нам на Страшный суд
Не к спеху, вроде.
Появляется ВЕСТНИК.
В Е С Т Н И К
Консулы идут!
М А Р С А
Их кесарь любит.
Е В Д О К С И Я
Он на них помешан.
М А Р С А
Честь нации, а кто из них безгрешен?
Е В Д О К С И Я
Святой у нас и шагу не пройдёт,
Не для того мы здесь.
В Е С Т Н И К
Префект Промот!
Появляется ПРОМОТ, за ним ЕВГРАФИЯ.
Е В Д О К С И Я
(Марсе)
Пред храмом стоик, а в постели – циник,
Такой же, как и брат его, Лициний.
М А Р С А
Как ты права, царица!..
В Е С Т Н И К
Консул Клавдий!
Появляются КЛАВДИЙ, за ним – ФЕОФИЛ и НИКАРЕТА.
Е В Д О К С И Я
По виду евнух тихий, а по правде,
Сказать не смею.
М А Р С А
Я не знаю разве,
Что он тебе напоминает князя,
И…
(ЕВДОКСИЯ закрывает ей рот рукою.)
И…
Е В Д О К С И Я
Молчи! О князе ни полслова!
В Е С Т Н И К
Руфин!.. Лициний!..
Появляются РУФИН, ЛИЦИНИЙ и их ПРИДВОРНЫЕ.
Е В Д О К С И Я
Где священник новый?
Он в утешение ниспослан нам…
М А Р С А
Идёт!
В Е С Т Н И К
Архиепископ Иоанн
И клир его!
Входит ИОАНН.
Е В Т Р О П И Й
Пошире двери свите!..
В Е С Т Н И К
(Евтропию)
Но он один!
А Р К А Д И Й
Мы счастливы, святитель!..
В тебе мы видим благостного мужа,
А ты, что испытал, нас встретив?
И О А Н Н
Ужас.
А Р К А Д И Й
Что так, владыка?
И О А Н Н
Это же – Содом!
Вы мрамором украсили свой дом,
Где без любви, без веры, без надежды,
Христос меж вами ходит без одежды, —
Не стыдно ли?
А Р К А Д И Й
Мы следуем заветам
Великих кесарей.
И О А Н Н
Что в доме этом
Тебе, Аркадий?.. Ведь, когда умрёшь,
Всё это ты с собою не возьмёшь.
П Р О М О Т
Кто подослал его сюда?
Ф Е О Ф И Л
Измена!
И О А Н Н
А душу ты возьмёшь, и – непременно!
Е В Д О К С И Я
Что ж нам в пещере жить, боголюбезный?
И О А Н Н
Всё, что сверх меры, – в жизни бесполезно
И всё излишне, как блоха на шаре.
Е В Г Р А Ф И Я
Коль золотая – нам не помешает.
Е В Д О К С И Я
Ты заблуждаешься!
И О А Н Н
Так пусть слуга
Тебе даст обувь больше, чем нога,
Сколь беспокойств ты встретишь на пути,-
Так и твой дом препятствует идти
Тебе на небо!
М А Р С А
Разве же грешно
Владеть дворцами?
И О А Н Н
Это мне смешно:
Мы пользуемся, а владеть не может
Никто.
П Р О М О Т
Так получается – мы множим
Ненужное?
И О А Н Н
Гнезда не вьёт орёл
Сверх меры…Тот, кто много приобрёл,
Тот не богат.
Е В Д О К С И Я
А кто же, пастырь грозный?
И О А Н Н
А только тот богат, кто много роздал.
Е В Д О К С И Я
Кому? За что? Мы разве виноваты,
Что Бог осыпал золотом богатых?
Пусть тот, кто осыпает, тот и делит!
И О А Н Н
(ударяя указательным пальцем правой руки
по ладони левой.)
Есть и другое, что важнее денег,
И это тоже Господом даётся:
То – воздух и вода, огонь и солнце.
Ведь ты не скажешь: «Нынче за беседой
Вдыхала больше воздуха, чем бедный!» —
Всё это нам даётся в равной мере,
Как Божий свет.
П Р О М О Т
Зачем по нашей вере
Он общими тогда не сделал деньги?
И О А Н Н
Чтоб проявлялась ваша добродетель,
Чтоб вы их щедро раздавать могли бы,
А не копили на свою погибель.
К Л А В Д И Й
О, Господи! Как нам не повезло,
Что родились в парче!.. Богатство – зло!
И О А Н Н
Кто это вам сказал такую глупость?!
Зло – не богатство, зло – лишь ваши скупость
И сребролюбие.
К Л А В Д И Й
Ну, это хамство!
И О А Н Н
Нет ничего коварнее богатства.
Оно, как лживый раб на повороте
Судьбы: сегодня – за, а завтра – против!
Л И Ц И Н И Й
Богатство – раб?.. Так можно, наконец,
Раба сковать цепями!
И О А Н Н
Он – беглец.
Л И Ц И Н И Й
Я удержу!
И О А Н Н
И не пытайся даже.
Уйдёт с цепями, убежит со стражей.
Л И Ц И Н И Й
Не ветром же с полей кошель навеян,
Я сам тружусь!
И О А Н Н
И труд твой несомненен:
Тебе достался, как глупцу нагому,
Лишь грех, а наслаждение – другому.
Кому – монеты, а тебе – лишь прииск!
Е В Т Р О П И Й
Похоже, что напрасно мы трудились,
Тебя назначив…
И О А Н Н
(прерывая)
Человек ничтожен.
Не вы меня назначили, а Божий
Господень промысел, чтоб перемены
Произвести!
М А Р С А
Как он высокомерен!
И О А Н Н
Они нужны… И, видит всякий зрячий, —
Вселенские!..
Е В Д О К С И Я
Ишь ты, какой горячий!
Р У Ф И Н
Да он не Иоанн! Вы гляньте толком:
Не золотой парчи на нём, ни шёлка!
К Л А В Д И Й
Архиепископ он, но, видно, – скуп.
Знать, у него и лошади без пут.
Ф Е О Ф И Л
Всё, что для службы надо, всё при нём.
Е В Т Р О П И Й
Архиепископ нам даёт приём,
Там и договоримся… Все мы – люди.
Вино смирит нас.
И О А Н Н
Этого не будет!
П Р О М О Т
(после паузы)
А говорят, уже меха разлиты…
И О А Н Н
Нас не вино смирит, – смирят молитвы.
П Р О М О Т
Мы против службы возражать не вправе.
Нас бережёт Господь.
И О А Н Н
Я жду вас в храме.
Иоанн резко уходит.
Е В Д О К С И Я
Какое дело до моих сандалий,
Что ноги жмут…
М А Р С А
А мы его так ждали…
Л И Ц И Н И Й
С мышами в поле милосердней лис,
Чем с нами Иоанн.
Е В Г Р А Ф И Я
Вот, дождались.
Одежда явно не того покроя:
И снять нельзя, и в ней не знать покоя.
К Л А В Д И Й
Но это же над совестью насилье.
Мы – демократы!
Л И Ц И Н И Й
Нас и не спросили.
Е В Г Р А Ф И Я
Свободы не видать нам, как бывало.
Такой и с ложа стянет покрывало.
(Молится.)
Прости, Господь, и укажи дорогу.
П Р О М О Т
Хорош пророк, да знает слишком много.
Ф Е О Ф И Л
Беда не от папирусов и книг,
А оттого, что ловок на язык!
Е В Д О К С И Я
Язык подрезать надо.
П Р О М О Т
Мы не против,
Мудрейшая.
Ф Е О Ф И Л
Да это всё – Евтропий!
Я слышал из его поганых уст:
Мы – грешники !.. Нам нужен Златоуст!
Он нас спасёт!..
Е В Т Р О П И Й
Молчи, здесь не орхестра.
Не сам ли ты на это метил место?
И звал священников со всех сторон!
Ф Е О Ф И Л
Я сам – епископ.
Е В Т Р О П И Й
Нет!.. Ты – фараон!
Ты – змий коварный, искусивший Еву.
Ф Е О Ф И Л
(увлёкшись)
Ну, извини меня, что я – не евнух!
Прости, Господь!
П Р О М О Т
Сограждане!.. Что с вами?..
Речь не о вас идёт, – об Иоанне.
Быть осторожней должно наперёд.
К Л А В Д И Й
Евтропий ставил, он и уберёт.
Ф Е О Ф И Л
Тебе знакома псовая охота?
Труби погоню!
Е В Т Р О П И Й
Не твоя забота!
(Евдоксии)
Скажи лишь слово – я спущу собак!
А Р К А Д И Й
(удивлённо)
Но разве что-то он сказал не так?
Мы, слава Господу, в поступках вольны.
М А Р С А
Гони его!
А Р К А Д И Й
А чем вы недовольны?
Иль между вами выросла стена?
Он борется с пороком.
П Р О М О Т
Вот те на!
Он отменил приём!
А Р К А Д И Й
Не время смуте,
Так Господу угодно.
Е В Д О К С И Я
Кесарь шутит!
А Р К А Д И Й
Но Иоанна я назначил сам.
Е В Т Р О П И Й
(a parte)
Всё разрешилось… Слава небесам!..
А Р К А Д И Й
А ты будь осторожен, Феофил.
Да и тебя, Евтропий, защитил
В последний раз.
АРКАДИЙ уходит. ПРИДВОРНЫЕ уходят за ним.
Ф Е О Ф И Л
Ты милосерден, кесарь.
Хвала тебе!..
Е В Т Р О П И Й
(a parte)
Похоже, что мы беса
Впустили в храм… Но много ль в том урона,
Когда и мне всего лишь шаг до трона?..
Никто от нас не ждёт такого фарса!..
Всяк сам себе игрок…
(заметив уходящих МАРСУ и НИКАРЕТУ)
Куда ты, Марса?
Стой, девственница!..
(МАРСА останавливается. НИКАРЕТА прячется.)
М А Р С А
Прикуси язык.
Ты сам-то – евнух?
Е В Т Р О П И Й
Отвернись на миг, —
Погибель Риму: кто-то ночью тайно
Проник к императрице … Кто он?
М А Р С А
Гайна.
Но ты же сам его освободил.
Е В Т Р О П И Й
Я вырву сердце из его груди.
Держи!
(Даёт МАРСЕ кошель.
Она быстро его прячет. ЕВТРОПИЙ уходит.)
М А Р С А
Нельзя же запретить Европе
Прогулку на быке!..
Появляется ЕВДОКСИЯ.
Е В Д О К С И Я
Ну, что Евтропий?
М А Р С А
Не знаю, как начать… Разгневан крайне…
Е В Д О К С И Я
Да не тяни!
М А Р С А
Как он узнал о Гайне,
В ум не возьму?!. И в лебединой стае
Одним убудет…
Е В Д О К С И Я
В церкви не достанет.
(Даёт ей перстень.)
Он твой.
М А Р С А
Повсюду рыскает охрана!
Е В Д О К С И Я
Пусть ищут, – есть убежище у храма.
Из-за колонны появляется НИКАРЕТА.
2.2
Константинополь.
Храм.
Иоанн со свитком.
Г О Л О С И О А Н Н А
Я знаю, ожидание печалит,
Но горьких слов не говори при этом,
А прославляй Христа… Перенести
Разлуку с полюбившейся душою, —
То подвиг и немалый… Для него
Потребуется сильная душа
И любомудрый ум… Тот, кто умеет
Любить и искренне, кто знает силу
Любви (пусть это – редкое явленье!),
Тот понимает, что я говорю.
И, совершая этот подвиг, знай,
Олимпиада, что, чем больше он,
Тем ярче и венец… Пусть свет его
Послужит утешеньем в ожиданье…
Из глубины храма доносится шум. Появляется СЕРАПИОН.
С Е Р А П И О Н
Святитель! Здесь такого не бывало.
Храм в беспокойстве!
И О А Н Н
И ребёнок малый,
Оторванный насильно от груди,
Её губами ищет… Не суди
Народ наш строго… Всех Господь нас нянчит.
Ведь и моя душа о том же плачет.
Я с ним неразделим… Скорей одень
Меня для проповеди. Только день
Я не был здесь, а мнится – больше года
Не видел их.
С Е Р А П И О Н
(одевая его)
Для нашего народа,
Который так любезен и так мил
Тебе, чтоб он любовь переменил,
Достаточно минуты.
И О А Н Н
Он великий…
И велика любовь…
(прислушиваясь)
Что там за клики?
С Е Р А П И О Н
Поют.
И О А Н Н
Я голосов не знаю тех…
С Е Р А П И О Н
Где нет молитвы, – место для утех!
Проявляется храм. МУЖЧИНЫ занимают нижний ярус,
ЖЕНЩИНЫ – на верхних хорах.
ФИГЛЯРЫ изображают «СЦЕНУ ЛЮБВИ АСТАРТЫ И ЭШМУНА».
И С А А К
/комментируя пантомиму/
Эшмун – прекрасный юноша и смертный
Сын бога праведного, на охоте
Замечен был коварною Астартой…
Он возбудил безумную любовь
Наложницы, не знающей отказа
Себе ни в чём… И юношу повсюду
Преследовала страстная богиня…
Спастись пытаясь бегством, наш Эшмун
Астартой был настигнут…Вынув нож,
Он оскопил себя, – и тут же умер…
Но то Астарту не остановило:
Она своим теплом животворящим
Его вернула к жизни и бессмертным
Эшмуна сделала на радость людям!..
И О А Н Н
(останавливая действие)
Вы кто такие?
И С А А К
Нищие монахи.
Мы странствуем.
И О А Н Н
Но место вам на плахе,
А не на паперти.
И С А А К
Зачем же так?
Ведь мы – фигляры.
И О А Н Н
Слушай, Исаак!
Зачем ты нарядился в это платье,
Ты ж не язычник?!.
И С А А К
Нам за это платят.
Одни стяжают славу, мы – оболы!
И О А Н Н
Подите прочь, служители Маммоны!
Не в первый раз в ответ я слышу: «Я, мол,
Не виноват!»
И С А А К
Но я – фигляр!
И О А Н Н
Ты – дьявол!
И сцена – не спасительный магнезий,
А пагубное место всех болезней.
А зал, что наполняется так быстро —
Всеобщее училище бесстыдства.
И С А А К
Огонь Эсхила, страсти Мельпомены,
Слеза Софокла…
И О А Н Н
Да! Но эти сцены
Для них опасней печи вавилонской!
И С А А К
Но что ты знаешь о судьбе актёрской?..
Ты нищих не учи… Дай лучше денег!
И О А Н Н
Ты, Исаак, как тот иноплеменник,
Чтоб на погибель страждущих облечь,
В театр ввергаешь город… И, как в печь,
Подкладываешь снизу ни смолу,
Ни паклю, а смердящую хулу,
Развратные стихи, срамные песни
И взгляды любодейные…
И С А А К
Но, если
Они готовы мой пирог откушать
Охотней твоего?
И О А Н Н
Ты рушишь души.
И С А А К
О, Господи! Он говорит негоже.
И О А Н Н
И бесы произносят имя Божье,
Но остаются бесами на шее
У каждого… Но, что ещё страшнее,
Что зритель и не ведает о том,-
Сидящих здесь ты уловил грехом
Любодеяния… Эшмуном жарким
Они совокуплялись все с Астартой,
Не телом… Нет! Бесстыжими глазами,
Увы, того не понимая сами.
И С А А К
Да, ты, святитель, никому не веришь!
И О А Н Н
Скажи, фигляр, как после ваших зрелищ
Он взглянет на жену… Смущаясь сильно,
Он не поднимет глаз своих на сына.
Ведь только, чтобы рассказать об этом,
Бесстыдно надо пренебречь заветом
Иль промолчать, краснея от стыда.
И С А А К
Ты, что – посредник Божьего суда?
Любить и ненавидеть все вольны.
И О А Н Н
Они того не знают, что больны,
Что смотрят, приходя под эти своды,
На посрамление своей природы,
На жён – блудниц…
И С А А К
Да что ж это такое?!
И О А Н Н
Ты выставляешь самое худое,
Что в каждом доме их заведено.
И С А А К
Ты ж подтверждаешь сам, что есть оно!
Так как же я мог Господа обидеть?
И О А Н Н
Да, это есть!.. Всё это можно видеть:
И любо… и прелюбо… все деянья,
Худые речи, а не покаянья…
Но ты распространяешь ту болезнь!
И С А А К
Как можно в душу человеку влезть?
И О А Н Н
Через глаза и слух.
И С А А К
Возможно ль это?!
И О А Н Н
Вы не стыдитесь солнечного света.
И, как щенки, не чувствуете края,
Несчастия чужие представляя.
Вы – воплощенье дьявольской идеи.
За это и зовут вас – лицедеи.
И С А А К
Мы – слуги Мельпомены, ты же знаешь.
И О А Н Н
Так ты служи, но ты же развращаешь.
Я в них гашу, ты разжигаешь похоть.
И С А А К
О, лучше б было мне сейчас оглохнуть!
Как ты до сей минуты существуешь
В святителях?
И О А Н Н
О, да!.. Ты торжествуешь.
Но споры наши с дьяволом извечны,
И ты усвоил: рушить много легче!
И С А А К
У нас свой конь и колея своя.
И О А Н Н
Вы ныне побеждаете… И я
Смешон для вас, что созидаю Бога
Один, а разрушающих так много…
Да будь нас тысячи, из темноты
Придет всего один, такой как ты,
И храм святой, где созидались души,
Легко ударом дьявольским разрушит.
И С А А К
На то у нас, святитель, свой расчёт.
И О А Н Н
Но знай, что это не финал ещё.
Тебя на небе ждёт конец иной,
Ведь за тобой – лишь тьма, а свет – за мной.
Идите прочь из храма чистой девы
Святой Марии!
ФИГЛЯРЫ уходят. Одни ПРИХОЖАНЕ аплодируют,
другие – свистят.
Вы забыли, – где вы!
Я не желаю ни рукоплесканий,
Ни шума этого…
П Р И Х О Ж А Н И Н
Они снискали
У нас презрение!
И О А Н Н
Желаю кровно,
Чтоб вы могли бы выслушать безмолвно
И тихо, как на погребальной тризне,
Слова мои и применяли к жизни
Лишь то, что говорю…
П Р И Х О Ж А Н И Н
Но мы в азарте!..
И О А Н Н
Я не актёр. Вы тоже не в театре,
В котором слёзы ваши и восторги,
И он не отличим от синагоги.
Рукоплещите ветру в чистом поле!
Но здесь, со мною, – вы в духовной школе,
Где жизнь вдохнуть в кусок пустой руды
Я б счёл наградой за свои труды.
Есть дьявола труба и Божий глас…
Бесцеремонно вваливаются МАРСА, ПРОМОТ, КАСТРИЦИЯ и ЕВГРАФИЯ.
М А Р С А
(останавливая Иоанна)
Как ты осмелился читать без нас
Свои молитвы нашему народу?
И О А Н Н
Спроси о том родник, когда пьёшь воду.
А где вы были, не хочу и знать я.
М А Р С А
У женщины есть лучшие занятья,
Чем здесь выслушивать библейский стих
Из уст твоих.
И О А Н Н
Занятий нет таких.
М А Р С А
(вызывающе)
Тебе трактат прочесть иль сдать анализ?
П Р О М О Т
А я хотел бы знать, чем занимались…
М А Р С А
За то будь благодарен, что мы здесь!..
И О А Н Н
Вас нет ещё… Явились: ваша спесь
И ваше чванство.
М А Р С А
Надо ж, как речист!
П Р О М О Т
Меня он этим только горячит.
(ПРОМОТ обнимает МАРСУ.)
М А Р С А
Теперь прослежен будет каждый шаг.
И О А Н Н
Кто вам дал основанье думать так,
Что, приходя в храм Божий между прочим,
Вы этим нас обяжете, и очень.
М А Р С А
Скажи ему, Промот, чтоб он умолк!
К А С Т Р И Ц И Я
Иль ты не видишь – мы одеты в шёлк?!
Так ты люби нас!
И О А Н Н
И чего же ради?
Одежды ваши – это только пряди
Червей.
М А Р С А
Ха-ха!.. Так может нам раздеться?!
И О А Н Н
Они – изобретенье иноземцев,
Соткавших полотно. Так чем гордиться?
Такие ткани носят и блудницы,
И воры, и грабители могил.
П Р О М О Т
Он нас с червями вместе раздавил!..
К А С Т Р И Ц И Я
А я нарядней выглядеть хотела,
Ткань выбирая.
И О А Н Н
Для защиты тела
Достаточно одной иль двух одежд,-
Так повелел Господь… А у невежд
Их множество.
М А Р С А
Ты в том не знаешь толка!
И О А Н Н
Всё это – молеедина и только!
М А Р С А
Что он сказал?
П Р О М О Т
Пора ходить нагой.
Чтоб подстелить, достаточно одной!
К А С Т Р И Ц И Я
Да он, похоже, ничего не понял.
Ты погляди: какие ждут нас кони
Золотосбруйные!
И О А Н Н
Всё это так.
У вас весь в драгоценностях лошак,
Блистает чистотою, а вблизи
Дверей твоих, во мраке и грязи
Спит человек голодный в куче сена,
Подобно псу.
Е В Г Р А Ф И Я
Но это же подмена!
Архиепископ был другого вида,
Он благородным был!
И О А Н Н
Умолкни, идол
Египетский!
Е В Г Р А Ф И Я
(опешив)
С кем это он?.. Со мной?..
И О А Н Н
Зачем глаза накрасила сурьмой?
Зачем, былую молодость любя,
Ты так обезобразила себя
Белилами?
Е В Г Р А Ф И Я
На это есть причины.
И О А Н Н
Ты этим только выдаёшь морщины.
Е В Г Р А Ф И Я
Что?.. Больше укорить тебе нас нечем?
И О А Н Н
Блистать нарядами публичных женщин
Пристало ли тебе?.. Зачем ресницы
Ты завила по образу блудницы?
Е В Г Р А Ф И Я
Ему известны тайны нашей кухни!..
И О А Н Н
И волосы ты закрутила в букли
От одного виска и до другого, —
Заманиваешь юношу нагого?..
Ты воспаляешь не любовь, а жалость.
Е В Г Р А Ф И Я
А что же делать мне ещё осталось,
Как ни кичиться красотой поддельной?
Ты знаешь, скольких это стоит денег?
И О А Н Н
Отдай их бедным.
Е В Г Р А Ф И Я
Ох!
И О А Н Н
Я не шучу.
Исправтесь, или я вас отлучу.
Хотите вы того иль не хотите,
Я изгоню вас всех!
П Р О М О Т
Виват, святитель!
Да ты герой, каких теперь немного.
И О А Н Н
Я сам за всё отвечу перед Богом.
М А Р С А
Какую маску ты наденешь завтра,
Скажи нам!..
И О А Н Н
Церковь сделалась театром.
П Р О М О Т
Ты нас сразил.
И О А Н Н
Не так смертельна рана!
Вам мало любодействовать вне храма,
Где не свеча мерцает, а – фонарь?!
П Р О М О Т
Учить сенаторов?.. Такого встарь
Здесь не случалось, вы уж мне поверьте.
И О А Н Н
Чтоб соблазнять, тебе удобней церкви
И места нет?.. Иль здесь ты незаметен?
Вы превратили храм в рассадник сплетен
И в блудный дом… Так что, простите прозу:
Вы больший вред выносите, чем пользу.
Но не устану сеять я на камни.
Е В Г Р А Ф И Я
Не приведут теперь и на аркане
Меня сюда!
М А Р С А
И я приду нескоро.
(ЕВГРАФИЯ, МАРСА и КАСТРИЦИЯ пытаются уйти.)
И О А Н Н
(останавливая женщин)
Я применил жестокие укоры…
Простите… То от любящей души,
За вас болящих.
С Е Р А П И О Н
Пастырь, не спеши
За то просить прощенье, в чём спасенье.
И О А Н Н
Без вас и я – ничтожный лист осенний,
Гонимый ветром от людского глаза.
И потому, покаявшись два раза,
Покайтесь раз ещё, и каждый раз,
Когда покаетесь, ко мне придите, —
Я исцелю вас.
П Р О М О Т
Ты так добр, святитель?
И О А Н Н
Не удивляйтесь этой переменой,
Ведь я один… один во всей вселенной.
Придите в церковь…
М А Р С А
Это интересно …
И О А Н Н
И вам в душе моей не будет тесно.
Я вас люблю.
П Р О М О Т
Уж ты нам пособи…
И О А Н Н
Люблю… Я умираю от любви!..
ПРИХОЖАНЕ расходятся. Остаются только СЕРАПИОН и ИОАНН.
С Е Р А П И О Н
Не рано ли ты вынул меч из ножен?
Они злопамятны, будь осторожен.
И О А Н Н
Псы настигают тех, кто их боится…
Я говорил о деле, не о лицах.
И, если же кого корит здесь совесть,
Тому виною сам он, а не повесть
Моя.
С Е Р А П И О Н
Так, пастырь, до беды недолго!
И О А Н Н
Моя неосторожность – чувство долга.
Ведь храм, куда пришли они, не стойло,
И здесь быть осторожным непристойно.
Где те, Серапион, что всякий раз
Увечили и рассекали нас,
Встречая слово Божее со смехом?
Что сталось с теми, что громили церковь,
Не пощадив ни брата, ни сестры?..
Где их мечи, застенки и костры?
Что ждёт их – этих получеловеков?
Молчанье и забвение, а церковь,
Которая единой остаётся,
По всей вселенной светит ярче солнца!..
2.3
Константинополь.
Императорский дворец.
ЕВДОКСИЯ и ФЕОФИЛ.
Е В Д О К С И Я
И пусть Господь лишит меня покрова,
Коль я нарушу данное здесь слово.
Твой час настанет, – Иоанн не вечен.
Ф Е О Ф И Л
Надеюсь я, что тайна нашей встречи
Не выпорхнет из уст твоих, как птица
Из клетки.
Е В Д О К С И Я
Я надежна, как гробница.
(молясь)
В чём-чём, а в этом я пред Ним чиста!
Ф Е О Ф И Л
Случалось вскроешь, а она пуста.
Гробокопатель всё сносил в свой дом.
Е В Д О К С И Я
О ком ты это, пастырь?
Ф Е О Ф И Л
Всё о том,
Кто, отродясь, с самою смертью в доле.
Известно мне по чьей бесовской воле
Скончался Феодосий…
Е В Д О К С И Я
Сколь ни бьюсь,
Все уповают…
Ф Е О Ф И Л
(прерывая)
Я не убоюсь
Назвать…
Е В Д О К С И Я
(в свою очередь, прерывая его)
Молчи!.. Спасибо за готовность!
Что новость для тебя, – царям не новость.
Да мало ли, что в мире говорят…
Ф Е О Ф И Л
Где он пройдёт: там прах, там кровь, там яд…
Живи средь нас, его бы взял Сенека
В свои злодеи…
Е В Д О К С И Я
Есть у человека,
У каждого, свои грехи, свой нрав,
Враги свои…
Ф Е О Ф И Л
Прости, коль я не прав.
Где он – там ложь.
Е В Д О К С И Я
Кто праведник, Бог весть.
(прерывая разговор)
Вели сюда святителя привесть!
ФЕОФИЛ уходит.
Власть ублажает всласть… И всякий грешен.
Но кто в царице женщину утешит?
Кто ей дороже в мире этом?.. Кто?
Иль дикий гот, иль нравственности столп?..
Так и живём в сомненье: или – или…
Появляется ЕВТРОПИЙ.
Е В Т Р О П И Й
О ком ты это так?
Е В Д О К С И Я
О Феофиле.
Он всех достойнее.
Е В Т Р О П И Й
В делах неправых
Ему, во-истину, нет в церкви равных.
Е В Д О К С И Я
Об этом, евнух, не хочу и знать я…
Е В Т Р О П И Й
На Феофила жалуются братья,
Что он Нитрийские монастыри пожёг…
И это не единственный порок,
Которым славен в Риме этот бес.
Е В Д О К С И Я
Ты этим только множишь интерес
К нему у женщин.
Е В Т Р О П И Й
Ты – императрица!
Е В Д О К С И Я
Я – молода…
Е В Т Р О П И Й
Пора угомониться…
Ты не боишься страшного суда?
Е В Д О К С И Я
А ты, Евтропий, сам?
Е В Т Р О П И Й
И – нет, и – да:
Где больше мук претерпим мы, как знать…
Е В Д О К С И Я
(прерывая диалог)
Вели и кесаря сюда позвать!
ЕВТРОПИЙ уходит.
Появляются ТАНЦОВЩИЦЫ, ПРИДВОРНЫЕ ЖЕНЩИНЫ и МУЖЧИНЫ.
К А С Т Р И Ц И Я
(с издёвкой)
Шёлк не носить, не надевать парчу…
Исправтесь – говорит, – иль отлучу!
Е В Г Р А Ф И Я
Как ни гнала я мысли злые прочь,
Египетские идолы всю ночь
Глумились над несчастною вдовой…
М А Р С А
(Кастриции)
Она, и вправду, – идол расписной!
К А С Т Р И Ц И Я
Евграфию сразил святитель метко,
А вот меня – за что?.. Я – не кокетка.
Я эти ткани ненавижу с детства!
М А Р С А
И потому Кастриция раздеться
Спешит, завидев с всадником коня!..
К А С Т Р И Ц И Я
Ты в деле этом побыстрей меня:
Едва подковы звук коснётся уха, —
Ты на ковре!..
Е В Г Р А Ф И Я
Какая я – старуха?!
Мои дворцы, фонтаны, капитал…
Когда бы знал…
Е В Д О К С И Я
Он вас оклеветал.
Не пощадил святитель голубят.
Появляется ФЕОФИЛ.
Ф Е О Ф И Л
Напал на них, а ощипал тебя!
Е В Д О К С И Я
Императрицу?!.
Раздаются фанфары.
В Е С Т Н И К
Кесарь!
Е В Д О К С И Я
(о своём)
Экий стыд!
Но этого Аркадий не простит.
(Аркадию)
Будь славен, кесарь!
Ф Е О Ф И Л
(Евдоксии)
Кесарь – не судья.
К А С Т Р И Ц И Я
Мы рады видеть в здравии тебя.
Е В Д О К С И Я
(Феофилу)
На желчь его пора ответить кровью…
А Р К А Д И Й
Где Иоанн?
Ф Е О Ф И Л
Он занят.
А Р К А Д И Й
Чем?
Ф Е О Ф И Л
Любовью.
А Р К А Д И Й
Архиепископ?!. Кто же в то поверит?
Ф Е О Ф И Л
Закрылся в келье, как циклоп в пещере.
И никуда ходить ему не надо, —
Приносит с радостью Олимпиада
И звон монет, и сладость всех плодов, —
Немалых это требует трудов!
А Р К А Д И Й
Но для него любовь – запретный плод.
П Р О М О Т
Никто не видел, что он ест, что пьёт.
Е В Г Р А Ф И Я
И, впрямь, – циклоп, а свиду – старец жалкий.
Ф Е О Ф И Л
Однако же, – полнеют прихожанки!
Появляется ИОАНН. Они его не замечают.
М А Р С А
Вот потому-то он и заявил:
«Люблю!.. Я умираю от любви!..»
К А С Т Р И Ц И Я
Да он, прости Господь, ополоумел:
От этого никто ещё не умер!
П Р О М О Т
Кого ж ты хоронила многократно,
Кастриция?
К А С Т Р И Ц И Я
Я разве виновата,
Коль не по силе взвалит груз ишак?
А Р К А Д И Й
Он – бестелесный дух.
И О А Н Н
Всё, кесарь, так.
И всё – не так.
Е В Г Р А Ф И Я
Гляди, он здесь уже!
И О А Н Н
Они о теле всё, я – о душе.
А Р К А Д И Й
Ты подтверждаешь это?
И О А Н Н
Да. Слог в слог.
Я всех люблю.
А Р К А Д И Й
Святитель, как ты мог
Попасть в зависимость от этой грязи,
Доступной чувствам?
И О А Н Н
Кесарь мой, но разве
Любовь есть грех?.. Греховна наша грусть.
М А Р С А
Он даже не боится!
И О А Н Н
Я горжусь,
Что так люблю.
М А Р С А
Забавно это, очень!
А Р К А Д И Й
Не знал я, Иоанн, что ты порочен.
И О А Н Н
Сам дьявол здесь меня оговорил.
Спасибо Господу, есть Феофил,
Пред Богом не меняющий личин.
Скажи им правду.
(ФЕОФИЛ молчит.)
Ну же!.. Не молчи!
Мы одного гнезда, – не так ли разве?
Ф Е О Ф И Л
Да, одного!..
(Трясёт папирусами.)
Да песни наши разны!
И каждой птице Божьей – свой полёт…
И О А Н Н
Ворона соловьём не запоёт,
Воистину.
А Р К А Д И Й
Спасибо за науку.
Мы знаем всё.
И О А Н Н
Так бедный тянет руку,
Не в силах удержаться на волне,
И вдруг его… веслом по голове.
Удачный миг ты для удара выждал,
Но кто предаст, тому воздастся трижды!..
Ф Е О Ф И Л
Что это значит?.. Объясни толково, —
Не знает церковь языка такого!
И О А Н Н
Бессильному не разорвать оков,
Пленивших сердце…
А Р К А Д И Й
Что же есть – любовь?
И О А Н Н
Мать блага, льющегося из души,
Что дарит свет.
Е В Д О К С И Я
Святитель, не смеши:
В тебе другое чтит Олимпиада…
Люби меня, – нам большего не надо!
И О А Н Н
(a parte)
О, ревность женская – венец порока,
Как ты слепа порой и как жестока!
П Р О М О Т
Он любит всех, кто в храме на постое.
Е В Д О К С И Я
(Иоанну)
Но разве я любви твоей не стою?
ЕВДОКСИЯ танцует.
И О А Н Н
Вот так мы попадаем в сети ада.
Е В Д О К С И Я
(отдышавшись после танца)
Ну как, святитель мой?
И О А Н Н
Иродиада!
Любовь в Христе, а красота – не в блуде.
А Р К А Д И Й
Подайте диадему ей на блюде!
(ЕВДОКСИЯ садится на трон АРКАДИЯ.)
Е В Т Р О П И Й
(подавая диадему)
Прими, о непорочная, в награду.
А Р К А Д И Й
Позволь, владычица, я рядом сяду.
Не кесарь я тебе, а – твой слуга.
Проси, что хочешь!..
Е В Д О К С И Я
Голову врага
Хотела б я на этом видеть блюде.
А Р К А Д И Й
Надеюсь, что Господь нас не осудит,
Но кто твой враг?
Е В Д О К С И Я
А тот, что всякий раз
Нам говорит, что он – есть Божий глас,
Нас осуждающий.
И О А Н Н
(пытаясь уйти)
Ну, мне пора.
А Р К А Д И Й
(останавливая его)
Архиепископ!.. Это же – игра!..
И О А Н Н
Покайтесь!
Е В Д О К С И Я
В чём? Я здесь греха не вижу.
И О А Н Н
Ты возгордилась. Бог тебя унизит.
Е В Д О К С И Я
Но как?.. Ты знаешь это?.. Не таи!..
И О А Н Н
Ты будешь лысой за дела твои.
ИОАНН резко уходит. Немая сцена.
Е В Д О К С И Я
Что он сказал?
Е В Т Р О П И Й
Не верь ему!.. Не верь!..
Е В Д О К С И Я
Терзая жертву, милосердней зверь.
Ф Е О Ф И Л
Никто за Бога говорить не в праве.
Е В Д О К С И Я
Ему в темнице место, а не в храме!
(Ловит воображаемый волос.)
Ах, волос… мой!
(молясь)
Прости, господь…
(резко, Аркадию)
Доколе
Ты, кесарь, будешь нем?
А Р К А Д И Й
Всё в Божьей воле.
И Иоанна глас…
Е В Д О К С И Я
Всё это – вздор.
Вели епископам собрать Собор
И низложить его.
А Р К А Д И Й
Зачем так строго.
Не ими он поставлен был, а Богом.
Е В Д О К С И Я
Ты… веришь в это?
А Р К А Д И Й
Так от века было.
Е В Д О К С И Я
Ты хочешь, кесарь, чтобы я открыла
Языческие капища?..
А Р К А Д И Й
Окстись!
Е В Д О К С И Я
И богохульством оглашала высь,
Как Иоанн Отступник?.. Это будет!..
И, если мне не принесут на блюде
Язык обидчика…
А Р К А Д И Й
(прерывая)
Уйми уста!
Е В Д О К С И Я
Я отрекусь от вашего Христа
И стану жрицею!
(Евтропию)
Неси огня!
А Р К А Д И Й
Владычица, не убивай меня!..
Не разрушай страстей моих чертога,
Ты ж знаешь, сила кесаря от Бога.
Е В Д О К С И Я
Вот наконец-то слышится из ясель
Мужчины голос.
(АРКАДИЙ жестами пытается возразить.)
Он на всё согласен.
Ф Е О Ф И Л
Императрицы честь – всему основа.
Е В Д О К С И Я
Будь славен, кесарь!..
АРКАДИЙ уходит, за ним уходит его СВИТА.
Ф Е О Ф И Л
(Евдоксии)
Ты сдержала слово.
Е В Д О К С И Я
Так низложи его.
Ф Е О Ф И Л
Дай только время
Собрать союзников.
Е В Т Р О П И Й
Есть путь вернее…
ФЕОФИЛ и ЕВТРОПИЙ уходят. Доносится странный гул.
М А Р С А
Останови их!
(Вдруг неожиданно покачнулась.)
Е В Д О К С И Я
Что с тобою?
М А Р С А
Шалость…
Земля вздохнула…
(Гул умолкает.)
Нет… Мне показалось.
Е В Д О К С И Я
Но это – знак!
М А Р С А
Забудь.
Е В Д О К С И Я
Всё это странно.
М А Р С А
Там, Евдоксия, в храме Иоанна
Укрылся Гайна.
Е В Д О К С И Я
(испугавшись)
Боже!..
М А Р С А
Всюду сети
Разбросил евнух… Иль ты хочешь смерти?
А кто же мёд носить нам будет в соты?
Е В Д О К С И Я
Забыла я о нём…
М А Р С А
Но помнят готы,
Готовые напасть, как саранча,
Со всех окраин.
Е В Д О К С И Я
(зажигая свечи)
Возгори свеча —
Защитница!..
М А Р С А
Но он…
Е В Д О К С И Я
(прерывая)
Не смей перечить.
Велю всем подданным дать в руки свечи
За счёт казны… И пусть все эти сонмы
Огней священных улицы заполнят
Сегодня ночью!..
М А Р С А
Вот ты и чиста
Пред Господом.
Е В Д О К С И Я
Я верую в Христа.
2.4.
Константинополь.
Храм.
Иоанн со свитком.
Г О Л О С И О А Н Н А
Причина радости лежит не столько
В природе обстоятельств, сколь в рассудке
И в разуме людей… И это так:
Одни, что изобилуя богатством,
Считают жизнь свою невыносимой;
Другие, в крайней бедности живя,
Всегда всех радостнее… Если люди,
Что пользуются честью и охраной,
На жизнь свою проклятья насылают,
А те, что от незнатных рождены
И неизвестны никому, считают
Себя счастливей многих, – потому
Не падай духом, а восстань сестра.
Беги из плена горьких размышлений…
Появляется СЕРАПИОН.
С Е Р А П И О Н
Защиты просит Гайна вновь.
И О А Н Н
Уже?
(Сворачивает свиток.)
Доставь достопочтенной госпоже
Боголюбезнейшей Олимпиаде.
(СЕРАПИОН принимает свиток.)
Прими достойно Гайну, Бога ради.
С Е Р А П И О Н
Едва ступить успел он на порог,
Явились любопытные, но Бог
Его не выдал, указав укрытье
Надежное.
Врывается ЕВТРОПИЙ.
ЕВТРОПИЙ
Прости меня, святитель!
У каждого из нас своя работа.
(Достаёт монету.)
Возьми себе обол, – отдай мне гота!
И О А Н Н
Работу подыщи себе другую.
Ты знаешь, что людьми я не торгую.
Е В Т Р О П И Й
Надеюсь, ты заговоришь иначе,
Увидев это!
(Высыпает кошель золота.)
И О А Н Н
Демон прочь!
Е В Т Р О П И Й
Ты прячешь
Врага империи… Здесь каждый ярус —
Убежище… То вызывает ярость
У кесаря.
И О А Н Н
Но ты не знаешь разве,
Что церковь для спасенья, не для казни.
Е В Т Р О П И Й
Ты зрелища лишаешь нас, святитель,
Великого…
И О А Н Н
Но Гайна беззащитен.
Е В Т Р О П И Й
Не дело, пастырь, за мирских судей
Решать тебе.
И О А Н Н
Но защищать людей
От них самих же, а не строить козни,
Как вы – мой долг.
Е В Т Р О П И Й
Не надо в наши розни
Встревать тебе, – то не твоя тревога.
И О А Н Н
Зачем же так клевещешь ты на Бога?
За это в небесах особый спрос.
Е В Т Р О П И Й
Ты забываешь, кто тебя вознёс.
Когда б ни я, не знать тебе вовек
Престола Божьего.
И О А Н Н
Се – человек…
По – человечьему и рассудил.
Но то – Господь рукой твоей водил.
К тому ума не надо и отваги.
Е ВТ РО П И Й
Так кто же я?
И О А Н Н
Ты только цвет бумаги,
На коей Он писал.
Е В Т Р О П И Й
Всему есть мерки.
Я – консул…
И О А Н Н
Так зачем на право церкви
Ты посягаешь? Здесь права священны.
Господь спасает Гайну, а не стены.
Е В Т Р О П И Й
Отказываешь?
И О А Н Н
Возвращайся, милый,
Ни речью не возьмёшь его, ни силой.
Е В Т Р О П И Й
(собирая рассыпанные монеты)
Да я… самим Аркадием отмечен.
Я… Я – всевластен.
И О А Н Н
Мир так переменчив.
А ваш, где восседают вор на воре,
Тем более.
Е В Т Р О П И Й
Об этом разговоре
Ты пожалеешь.
(Прячет деньги.)
Я – страны оплот,
А ты – о чём?!.
И О А Н Н
Но вор не только тот,
Кто у людей ворует, но и тот,
Кто нажитого им не отдаёт.
Иди же!
Е В Т Р О П И Й
Я вернусь, не минет дня…
ЕВТРОПИЙ уходит.
С Е Р А П И О Н
Доколь, святитель, истощать себя.
Хлеб не преломлен, сколько ни молись я…
И О А Н Н
Мне трапеза – Олимпиады письма.
И это для меня – вода и хлеб
Насущные.
С Е Р А П И О Н
Но, мой святитель, где б
И как бы ни были к себе мы строги,
Для них вы всё равно – зачинщик оргий
С вином, с блудницами…
И О А Н Н
На то и лжец,
Но чем грязнее ложь, – светлей венец,
Нам уготованный.
С Е Р А П И О Н
Пусть так оно
И сбудется…
Проявляется храм. Появляется ИСААК в одежде монахини.
И С А А К
(Серапиону)
От кесаря письмо
Архиепископу.
С Е Р А П И О Н
Благая весть.
Благодарите кесаря за честь.
Я передам.
И С А А К
(в роли «монахини»)
Не утруждайтесь, брат,
Приказано самой.
С Е Р А П И О Н
Но в Вышний град
Прости, сестра, у нас не каждый вхож.
И С А А К
(ИСААК сбрасывает одеяние монахини.
На нём – одеяние нищего. Достаёт нож.)
Напрасно ты так думаешь!
Г О Л О С И О А Н Н А
Брось нож!
С Е Р А П И О Н
Прости, Господь, – да это же подмена!
И С А А К
(в растерянности)
Откуда голос?
Г О Л О С И О А Н Н А
Здесь тебе не сцена!
И С А А К
Но кровь-то настоящая…
(Пытается ударить Серапиона ножом.)
Г О Л О С И О А Н Н А
Иуду
Впустили в храм.
И С А А К
(мечась по храму)
Ты – где?.. Ты – где?..
Г О Л О С И О А Н Н А
Я – всюду!
Не суетись!
И С А А К
(роняя нож)
Что это?.. Лики… Лики…
Г О Л О С И О А Н Н А
То – зрители твои.
И С А А К
Для драм великих
Я был рождён.
С Е Р А П И О Н
Беги, покуда цел!
I-ый ПРИХОЖАНИН
Хватайте нищего!..
ПРИХОЖАНЕ хватают ИСААКА. Он роняет кошель.
2-ой ПРИХОЖАНИН
Гляди, – кошель!
I-ый ПРИХОЖАНИН
Да он богат! Ну, лиходей!..
2-ой ПРИХОЖАНИН
О, Боже!..
Монеты.
I-ый ПРИХОЖАНИН
Это золото, похоже!
2-ой ПРИХОЖАНИН
Такого я не видывал во сне.
Появляется ИОАНН.
И О А Н Н
Дела Иудины растут в цене.
И С А А К
Но я и этой роли не исполнил.
Опять провал!
2-ой ПРИХОЖАНИН
Ну, а кошель-то полный!
И С А А К
(Иоанну)
Прости меня, не выдержал искуса.
И О А Н Н
Ты говорил: не платят за искусство,
Но евнух – платит!
И С А А К
(в страхе)
То не я поведал!
И О А Н Н
Всё, что предать возможно, ты уж предал.
Но что для царедворца эти платы?!.
И С А А К
Непросто стать из нищего богатым.
И О А Н Н
Науку эту ты постиг неплохо.
Но храм – убежище, а не Голгофа.
Однако, и заблудшие – все дети
Для Господа.
ГОЛОСА ПРИХОЖАН:
– Да в цепи его!
– В цепи!
И О А Н Н
Плохие судьи – ненависть и ропот.
2-ой ПРИХОЖАНИН подносит кошель ИСААКА ИОАННУ.
Отдай ему, – он это заработал.
И С А А К
(с кошельком, в ужасе)
Здесь – кровь…Здесь – кровь…
И О А Н Н
Кровь, Исаак… Немного.
Утешься этим и оставь нас с Богом.
ИСААК убегает.
С Е Р А П И О Н
Но он хотел тебя убить, святитель.
И О А Н Н
Не он, а те, кто дёргает за нити
Фигляров… Я не принял их игры.
Я не приказывал стелить ковры
Себе навстречу… Ни теперь, ни прежде
Не появляюсь в шёлковой одежде
И не спешу к ним в дом на вороных,
И стол накрытый не держу для них.
I-ый ПРИХОЖАНИН
Но как Господь им попускает распри?
И О А Н Н
Не Илия господствует, а Аспид.
I-ый ПРИХОЖАНИН
Но ведь не каждый смертный им польщён.
И О А Н Н
Иродиада пляшет всё ещё!..
Всё жаждет Иоанновой главы.
И отдадут ей голову… Увы,
Не потому, что Иоанн им страшен,
А потому, что дьяволица пляшет.
2.5
Константинополь.
Императорский дворец.
Вдоль стен, как статуи, неподвижно стоят РАБЫ.
ЕВДОКСИЯ и АРКАДИЙ.
Е В Д О К С И Я
Закроем глазки и откроем ротик.
(Кладёт Аркадию в рот персик.)
Что скушал?
А Р К А Д И Й
Финик.
Е В Д О К С И Я
Нет, совсем напротив!
А Р К А Д И Й
Инжир.
Е В Д О К С И Я
Нет.
А Р К А Д И Й
Мёд!
Е В Д О К С И Я
Нет!
(подсказывая)
Сладкий, словно перси…
Ну, что?.. Подумай!.. Наш любимый…
А Р К А Д И Й
Персик!
Е В Д О К С И Я
Вот умница!.. Откроем рот пошире…
А Р К А Д И Й
Вы что опять такое совершили,
Что вдруг стараетесь и так, и сяк,
Меня задобрить, милая?
Е В Д О К С И Я
Пустяк.
А Р К А Д И Й
У каждого предмета есть названье.
Е В Д О К С И Я
(раздеваясь)
Как ты находишь это изваянье?
А Р К А Д И Й
Я красоту ценю, ведь я не варвар.
Е В Д О К С И Я
Вокруг тебя всё серебро да мрамор.
А как тебе я… в натуральном виде?
А Р К А Д И Й
Да вами восхитился бы сам Фидий,
Но я не скульптор.
Е В Д О К С И Я
(обиженно)
Да, ты – не Пракситель.
А Р К А Д И Й
Владычица! Что вы ещё хотите?
По всей земле, куда ни глянет око,
Стоят на поклонение Востока
Всё ваши статуи… Столь не бывало
У всех цариц, всех вместе!
Е В Д О К С И Я
Это мало.
Ведь там вокруг меня чужие лица,
А я хочу стоять в стенах столицы
На главном форуме!
А Р К А Д И Й
Того желать, —
По христиански ль это?
Е В Д О К С И Я
Как сказать…
А Р К А Д И Й
Да нечего о том и говорить.
Е В Д О К С И Я
(угощая его)
Откушай персик…
(АРКАДИЙ ест.)
Я должна парить
Над нашей церковью!
А Р К А Д И Й
О, свят, свят, свят!..
Е В Д О К С И Я
Вести войска и вдохновлять сенат.
И наше имя слышать многократно.
А Р К А Д И Й
Должно быть разрешение сената
Особое… А нынче столько визга
По вашей милости…
Е В Д О К С И Я
Приказ тот издан!
Где мне предписано в любви и мире
Над городом подняться на порфире!
А Р К А Д И Й
Но это снова возмутит народ.
Е В Д О К С И Я
Ах, кесарь, скушай персик – всё пройдёт.
А Р К А Д И Й
Себя так не любили фараоны…
Ведь, чтобы на порфировой колонне…
Не знаю… Может, – мрамор иль гранит?..
Е В Д О К С И Я
(прерывая)
Глянь за окно – она уже стоит!
(За окном высвечивается СТАТУЯ ЕВДОКСИИ.)
И не вини меня в излишней спеси
И горделивости…
А Р К А Д И Й
(разинув рот)
Как?
Е В Д О К С И Я
Скушай персик!
(Заткнула ему рот.)
Не узнаёшь?.. И взор, и позы те же,
Что и всегда…
А Р К А Д И Й
Но вы… в моей одежде!
Она – знак власти!
Е В Д О К С И Я
Из-за пустяка
Ты вечно споришь!
А Р К А Д И Й
Но я жив пока!
Е В Д О К С И Я
Я тоже уважаема в народе.
А Р К А Д И Й
Но кесарь, – я!
Возникает ЕВТРОПИЙ.
Е В Т Р О П И Й
Мы все под Богом ходим!..
ЕВДОКСИЯ уходит.
А Р К А Д И Й
Ты, что, Евтропий?
Е В Т Р О П И Й
(Ворчит.)
Персики да вишни…
Подумать бы о голове не лишне!..
У Гайны, кесарь, лучники лихие.
А Р К А Д И Й
(о своём)
Но вознестись над куполом Софии!
Прости, Господь… И с высоты небес
Взирать на церковь Божью и на крест
Возможно ли, не испросив совета
У пастыря?
Е В Т Р О П И Й
Давно бы сделал это!
У церкви нашей слишком много прав.
А Р К А Д И Й
Мы небо оскорбим, их отобрав.
Бог не простит.
Е В Т Р О П И Й
Пока вкушал ты сласти,
Архиепископ нападал на власти!..
И, если нам изменит вдруг столица…
А Р К А Д И Й
Я знаю, мне верна императрица,
И это главное.
Е В Т Р О П И Й
Она в осаде.
Враги стоят и спереди, и сзади.
А женщины, – такие времена!.. —
Не крепость, кесарь, даже не стена.
А Р К А Д И Й
Да, я велю убить тебя, Евтропий!
Е В Т Р О П И Й
Я – евнух, кесарь!
А Р К А Д И Й
Я не знаю, кто ты?..
Но ты виновен в том, что так помыслил!
Е В Т Р О П И Й
За козни львов не отвечают крысы.
А Р К А Д И Й
Не вижу львов.
Е В Т Р О П И Й
Они под крышей храма
Блаженствуют.
А Р К А Д И Й
Нет, нет…
Е В Т Р О П И Й
Лиши их права
Убежища.
А Р К А Д И Й
О, нет!
Е В Т Р О П И Й
(Достаёт свиток.)
Вот твой указ.
Подписывай!..
А Р К А Д И Й
Но я…
Е В Т Р О П И Й
В последний раз
Прошу тебя…
А Р К А Д И Й
(рассеянно)
Да, да…
(АРКАДИЙ подписывает указ.)
Е В Т Р О П И Й
(передавая свиток ВЕСТНИКУ)
Велю повсюду
Об этом известить.
ВЕСТНИК уходит.
Отныне буду
При ней все ночи я.
А Р К А Д И Й
Пусть Бог поможет.
Мне Евдоксии честь всего дороже.
Я целовать готов ей каждый перст.
Е В Т Р О П И Й
Перст указующий.
А Р К А Д И Й
Таков мой крест.
АРКАДИЙ уходит.
Е В Т Р О П И Й
Ах, Иоанн!.. Ты ссоришься не с теми…
И Гайну больше не укроют стены,
Зря метил в кесари наш гот опальный,
Теперь живым не выйдет он из спальни.
Появляется НИКАРЕТА.
А там… увидим… мне давно известно, —
Кто царствует на ложе, тот и кесарь!..
О, Господи, дай сил!
Н И К А Р Е Т А
Ах, что такое?
О чём ты просишь?
Е В Т Р О П И Й
Мне не знать покоя…
Н И К А Р Е Т А
(прерывая)
Пока ты сам не проберёшься к трону?
Е В Т Р О П И Й
Не принимай за сокола ворону,
Я – евнух…Так что… не злословь напрасно.
Н И К А Р Е Т А
Каков ты евнух – говорила Марса!
Аркадию лишь это неизвестно…
Е В Т Р О П И Й
А ты сама… обет сдержала девства?
Н И К А Р Е Т А
Не возводи на Господа хулу.
Е В Т Р О П И Й
Я ж не кричу об этом на углу,
Но пусть теперь падёт моя опала
На весь твой род!..
Н И К А Р Е Т А
О, Боже!.. Я пропала.
Прости меня, что вырвались невольно
Слова мои.
Е В Т Р О П И Й
Сказала и довольно.
Не возвратишь отпущенную птицу.
Н И К А Р Е Т А
Всё оттого… что жаль императрицу!
Е В Т Р О П И Й
Жаль Евдоксию?
Н И К А Р Е Т А
Или ты ослеп?
Прости… Я понимаю, что нелеп
Её порыв…
(Умолкает.)
Е В Т Р О П И Й
Да говори же… Ну!
Н И К А Р Е Т А
Она иссохлась вся в своём плену
И славит миг, когда ты к ней взойдёшь
На ложе!..
(a parte)
Да простится эта ложь!..
Е В Т Р О П И Й
Ты, Никарета, говоришь не дело.
Н И К А Р Е Т А
Императрица даже поседела.
Е В Т Р О П И Й
Она юна, как прежде, и прекрасна…
Н И К А Р Е Т А
Да ты не знаешь женщин!.. Это – краска!
Прости, Господь, что это я сегодня
Так разболталась, как какая сводня…
Но помни, наша молодость не вечна…
Е В Т Р О П И Й
Конечно, я не против поразвлечься.
Но как?.. Когда повсюду, что ни дверь,
Глаза и уши кесаря.
Н И К А Р Е Т А
Доверь
Всё это мне.
Е В Т Р О П И Й
(Даёт ей кошель.)
Держи!.. Твоя сума
Да будет полною.
(Появляется ЕВДОКСИЯ.)
Н И К А Р Е Т А
Вот и сама.
(Прячет ЕВТРОПИЯ. Разглядывает монеты.)
Не щедро, брат, оплачена работа…
Е В Д О К С И Я
(в гневе)
Напасть на церковь, чтоб найти в ней гота?!.
Да это же… империю погубит.
Н И К А Р Е Т А
За что Аркадий Гайну так не любит?
Ведь ты же – любишь!
Е В Д О К С И Я
Кесарь, как ребёнок.
Евтропий крутит им.
Н И К А Р Е Т А
Евтропий робок
Вдруг стал, царица!..
Е В Д О К С И Я
Нет тому причины.
Порой бывают робкими мужчины,
Но он же – евнух.
Н И К А Р Е Т А
(жеманно)
Ах, сия подробность
Не для меня!..
Е В Д О К С И Я
Откуда ж эта робость?
Н И К А Р Е Т А
Не знаю я… быть может, съел чего…
Но, Евдоксия, избегай его!..
Ведь в мире этом всё решает случай, —
Любовь жестока!
Е В Д О К С И Я
Да кого ты учишь?!
Иродиаде евнуха бояться —
Ха-ха!
Н И К А Р Е Т А
Грех над несчастными смеяться!
Е В Д О К С И Я
Ты знаешь, царствую не первый день я —
Все дни мои и все ночные бденья
Я посвящаю Господу, скорбя
О церкви нашей…
Врывается ЕВТРОПИЙ.
Е В Т Р О П И Й
(страстно)
Не терзай себя.
С тобою рядом буду я все ночи…
Надеюсь, ты обрадована?
Е В Д О К С И Я
(ехидно)
Очень!
Я лишь мечтала о такой награде,
Да рад ли будет этому Аркадий?
Н И К А Р Е Т А
(a parte)
Сверкнула молния, так быть и грому.
Прости, Господь, меня!
НИКАРЕТА убегает.
Е В Т Р О П И Й
Дорога к трону
Проходит спальнею императрицы,
А к трону всяк теперь у нас стремится.
Е В Д О К С И Я
Но что тебе до этого?
Е В Т Р О П И Й
(растерянно)
Как… это?..
Е В Д О К С И Я
Зачем тебе, когда я не одета
И солнцу тело отдаю нагое,
Быть только псом…
(раздеваясь)
Я б предпочла другое…
Но, видит Бог, не ты тому виною.
Е В Т Р О П И Й
Владычица!.. Распоряжайся мною.
Вернее нет здесь у тебя слуги.
Е В Д О К С И Я
Я знаю это, евнух.
(Протягивает ему ногу в сандалии)
Помоги!..
И я б хотела быть тебе рабой…
Сними!
Е В Т Р О П И Й
Я не могу!..
Е В Д О К С И Я
Да что с тобой?
Никто мне не отказывал вовек…
Ты… весь дрожишь?!.
Е В Т Р О П И Й
Так я ж – не человек!
(Развязывает ей сандалию.)
Е В Д О К С И Я
О чём ты это, – не пойму я что-то…
Е В Т Р О П И Й
Я – варвар!..
Е В Д О К С И Я
(смеясь)
Ты же не заменишь гота!
У каждого свой первородный дар,
Ха-ха!
Е В Т Р О П И Й
(зловеще)
Ты первой нанесла удар,
Но я отвечу…
Е В Д О К С И Я
Было б чем ответить!
Е В Т Р О П И Й
Не всё так просто, милая, на свете.
Е В Д О К С И Я
Но чудеса бывают только в сказках!..
Е В Т Р О П И Й
(твёрдым, изменившимся голосом)
Ты думаешь, я – человек?.. Я – маска!
На голове моей трава, – не волос.
Я – нелюдь!.. Да!..
Е В Д О К С И Я
(в ужасе)
Переменился голос…
Е В Т Р О П И Й
Напрасно человеком стать я силюсь,
На мне уже не кожа, а папирус.
То не глаза, а две пустые чаши,
Я – идол, Евдоксия, я…
Е В Д О К С И Я
(прерывая)
Ты – страшен!
Я стражу позову сейчас!
Е В Т Р О П И Й
Зови!
Ты видишь: эти руки все в крови…
Я рад увидеть здесь врагов несметных,
Их много… Да!.. И нет средь них бессмертных,-
То знает меч мой!
(Достаёт меч.)
Е В Д О К С И Я
Бога возлюбя,
Остановись!
Е В Т Р О П И Й
Всё, всё из-за тебя!
(Отдаёт ей меч.)
Убей меня сама, в твоей я власти.
Из-за тебя я жил, смиряя страсти.
На всё взирая, ничего не видя…
И только улыбался, ненавидя…
Для нас дорогу расчищая к трону,
Чтоб вознестись с тобою на колонну
И рядом встать…
Появляются НИКАРЕТА, АРКАДИЙ, ПРОМОТ, ФЕОФИЛ и ВОИНЫ.
ЕВДОКСИЯ и ЕВТРОПИЙ их не видят.
Е В Д О К С И Я
Я слушаю здесь беса.
Иль ты забыл: в империи есть кесарь!
Е В Т Р О П И Й
Везти поклажу может и осёл.
Пора менять коней!
(Выхватывает у неё свой меч.)
Плати за всё!
С огнём непозволительно играть.
Забыла кем была ты раньше?..
А Р К А Д И Й
Взять!
ПРОМОТ и ВОИНЫ бросаются к ЕВТРОПИЮ.
Он их разбрасывает и убегает. ВОИНЫ бросаются за ним.
Е В Д О К С И Я
Убей его…Иль ты опять в сомненьях?
А Р К А Д И Й
Но я же вырос на его коленях…
Е В Д О К С И Я
Не зная где лицо, а где личина.
А Р К А Д И Й
Для смертной казни это не причина.
В вулкане спящем дерзкого огня
Не различить…
Е В Д О К С И Я
Но он ожёг меня!
А нам опасны изверженья эти!..
А Р К А Д И Й
За это он и будет предан смерти.
2.6
Константинополь.
Храм.
ИОАНН и СЕРАПИОН.
И О А Н Н
Я написал письмо Олимпиаде.
Ты отнесёшь.
С Е Р А П И О Н
Наш Свет, чего же ради
Мне быть гонцом и по камням бить ноги,
Когда она сама уже в дороге?
И О А Н Н
Она в дороге, брат, да мост порушен.
С Е Р А П И О Н
Порушен мост, но рядом ваши души.
И О А Н Н
Не нами сроки наши сочтены.
С Е Р А П И О Н
Вы ж не на вечность с ней разлучены,
И храм её не так уж далеко.
И О А Н Н
РАЗЛУЧЕНЫ… Как ты сказал легко.
С Е Р А П И О Н
Прости, святитель, я не знаю правил.
И О А Н Н
Не говорил любви питомец Павел:
«Разлучены», «отделены», «расставшись»…
Он выразил страдание души
Божественным: «ОТ ВАС ОСИРОТЕВШЕ»…
К нему и я прибегнул, но душа
От тела обнаженная , сама
С другой душою, сблизившись в пространстве,
Не будет в состоянии ни слышать,
Ни слова вымолвить, а, если я
Воспользуюсь присутствием телесным,
То и скажу что-либо и услышу
Любимые уста… И потому
Желаю видеть милое лицо,
Глаза, живописующие все
Духовные движения, чтоб лучше
Недолгою беседой насладиться.
С Е Р А П И О Н
Мираж в пустыне ближе, чем водица, —
Не те у нас, святитель, времена.
Доносится стук.
И О А Н Н
Кто там стучит?
С Е Р А П И О Н
Быть может, и она.
Проявляется храм.
Чего ломиться так, – ведь не погоня?!
Открывает ворота.
Врывается ЕВТРОПИЙ в рваной одежде.
С Е Р А П И О Н
(запирая ворота)
Ты кто? Откуда?
Е В Т Р О П И Й
Защити изгоя!
Несчастный грешник я.
С Е Р А П И О Н
Что не икона —
По лику вижу!
Доносится стук в ворота.
ГОЛОС ЗА ВОРОТАМИ
Именем закона
Откройте!
Е В Т Р О П И Й
Пощади, Серапион!
С Е Р А П И О Н
Никак нельзя нам нарушать закон.
Тебе – своя стезя, и нам – свой путь.
Пойду открою, уж не обессудь.
Е В Т Р О П И Й
Не открывай!.. Там кесаря охрана.
Меня убьют.
С Е Р А П И О Н
Убежище у храма
Отменено. Самим нам свет немил.
Е В Т Р О П И Й
Кто повелел?
С Е Р А П И О Н
Евтропий отменил.
Иначе б не дрожал от страха ты.
ГОЛОС ЗА ВОРОТАМИ
Смерть евнуху!.. Откройте!..
Е В Т Р О П И Й
У толпы
Есть только пасть, что ждёт кровавой пищи,
Чтоб заглотить!
(Ползает по полу.)
С Е Р А П И О Н
Там царедворца ищут.
Тебе-то что толпы безумной месть?
Им нужен евнух.
Е В Т Р О П И Й
Это я и есть.
Не выдавай… Чем хочешь одарю.
С Е Р А П И О Н
Попал ловец в свою же западню.
А ну, вставай!.. Тебе здесь не кровать…
(пытаясь поднять Евтропия)
Ишь, как вцепился, и не оторвать!..
(Поднимает ЕВТРОПИЯ. Ведёт его к воротам.)
ГОЛОС ЗА ВОРОТАМИ
Смолы несите!
С Е Р А П И О Н
Твой удел невесел.
Е В Т Р О П И Й
Упрячь меня, я стану тих, как плесень
Промеж камней.
С Е Р А П И О Н
На что нам эта слизь?
Ты сам себя сгубил.
Появляется ИОАНН.
И О А Н Н
Остановись!
ЕВТРОПИЙ уползает, прячась за алтарной завесой.
С Е Р А П И О Н
Прости, святитель, это же твой враг!
И О А Н Н
Во всём должны мы видеть Божий знак
Ниспосланный.
ГОЛОС ЗА ВОРОТАМИ
К суду его!.. К суду!..
И О А Н Н
Открой ворота. Пусть они войдут.
СЕРАПИОН открывает ворота. Врывается толпа ГОРОЖАН.
ГОЛОСА ТОЛПЫ:
– Он где-то здесь!
– Пора за всё ответить!
– Довольно!…
– Натерпелись!
– Смерти!
– Смерти!
– К столбу его!
– Господь ему не страшен!
– От нас не спрячется!
– Где он?
И О А Н Н
Но раньше
Меня убейте. Умертвите тоже!..
I-ый ГОРОЖАНИН
Не ты, а он … он посягал на ложе
Святейшее!
2-ой ГОРОЖАНИН
Застигнутый на месте,
Не посягал, мерзавец, он бесчестил
Императрицу!..
3-ий ГОРОЖАНИН
Евнух?.. Это как же?
Охранник и попался сам на краже?
Да от неё Аркадий глаз не сводит!
2-ой ГОРОЖАНИН
Злодею смерть!
И О А Н Н
Вы в дом вошли Господень.
Краснеет он от вашего бесстыдства.
I-ый ГОРОЖАНИН
Нас Бог привёл сюда!
И О А Н Н
Нет. Любопытство!
Ребёнок малый так не рад обнове,
Как зверь матёрый следу свежей крови…
И этот след вам указал дорогу,
Но вы вошли ко мне… И слава Богу!
Вошедшим в храм рад и Господь, и инок.
Ведь вы пришли ко мне, оставив рынок,
Забыв дела и отложив обед…
2-ой ГОРОЖАНИН
Здесь – наш тиран!
И О А Н Н
Всё суета сует.
(ИОАНН открывает алтарную завесу,
где обняв колонну, сидит ЕВТРОПИЙ.)
Вот власти суть без ширмы и прикрас!
(ИОАНН закрывает собою ЕВТРОПИЯ
от возбужденной толпы.)
Остановитесь!.. Умоляю вас!..
Оставьте за воротами угрозы,
А в храме для себя найдите пользу
В его падении. Ещё вчера
Кто был грозою царского двора?
Кто был в империи его богаче?
Могущественней?.. Ныне всё иначе!
Всё нам Господь дарует до поры.
Где пышные обеды? Где пиры?
Где льстивые друзья?.. Где тоги лисьи?..
Промчался ветер: облетели листья,
И обнажились ветви, ствол ослаб…
Я говорил: богатство – беглый раб,
Теперь скажу ещё: оно – убийца!
Взгляните: он трепещет, словно птица,
Ударившись о стену.
I-ый ГОРОЖАНИН
Упырю
Спасенья нет!
И О А Н Н
Я это говорю,
Не издеваясь над его несчастьем,
А лишь затем, чтоб словом и участьем
Смягчить вам души!
I-ый ГОРОЖАНИН
Пусть свершится суд!
И О А Н Н
Враг церкви в церкви же нашёл приют.
Но вы не знаете, его коря,
Что это – украшенье алтаря!..
2-ой ГОРОЖАНИН
Ты шутишь!
И О А Н Н
И блудница, ног Христа,
Нечистая, коснулась неспроста,
А чтобы чистой стать.
I-ый ГОРОЖАНИН
Ты нас прости —
Он метил в кесари!
И О А Н Н
Бог попустил
Впасть в эту крайность, чтоб поведать вновь
И силу церкви, и её любовь.
В том сила, и свидетели здесь вы же,
Что за вражду он церковью унижен,
А человеколюбие есть в том,
Что от расправы он накрыт щитом,
Её щитом.
2-ой ГОРОЖАНИН
Он и копья не стоит!
И О А Н Н
Плохого церковь за людьми не помнит
И потому свои открыла недра.
I-ый ГОРОЖАНИН
Нельзя, святитель, поступать так щедро.
И О А Н Н
Но согласитесь, что быть может лучше:
Тиран повержен, а несчастье учит.
2-ой ГОРОЖАНИН
Чему, святитель?
И О А Н Н
А тому, чтоб вы
Пред сильными не гнули головы.
Мы – бедные… Но каждому в удел
Отпущено непостоянство дел.
Дела людские, – не верши их кто, —
Порою даже меньше, чем ничто…
И при таком ничтожестве, поверьте,
Они, увы, нас подвергают смерти.
И, чтоб не стать добычей их коварства,
Познайте дел людских непостоянство.
Глядите в небо, как в последний раз.
Наш каждый миг – ведение на казнь!
I-ый ГОРОЖАНИН
Прости нам нашу дерзость, Иоанн.
И О А Н Н
Простите вы, простится же и вам
За то, что месть вы сделали кумиром.
Поставьте свечи и живите с миром.
ИОАНН уходит. ЕВТРОПИЙ, пользуясь замешательством, снова прячется.
С Е Р А П И О Н
Дошли его молитвы до небес.
2-ой ГОРОЖАНИН
А где Евтропий-то?
С Е Р А П И О Н
Опять исчез!
I-ый ГОРОЖАНИН
Жизнь выкупать потек наш кровопийца!
С Е Р А П И О Н
Храм – не базар. Ему не откупиться.
I-ый ГОРОЖАНИН
Из коей бури вынесла ладья.
2-ой ГОРОЖАНИН
Да пусть живёт.
3-ий ГОРОЖАНИН
Господь ему судья!
С Е Р А П И О Н
Что там опять за крики у ворот?
Врываются ВОИНЫ во главе с ПРОМОТОМ.
П Р О М О Т
Где этот лжец?
С Е Р А П И О Н
Попридержи, Промот!
Не в поле ты!
П Р О М О Т
Мой город жаждет мести,
А жители с преступниками вместе
О мире молятся!
С Е Р А П И О Н
Твой город – горе.
П Р О М О Т
Презренный плебс!
I-ый ГОРОЖАНИН
А мы с тобой не спорим.
П Р О М О Т
(растерянно)
Да вы… не граждане!
С Е Р А П И О Н
И ты по сути —
Не гражданин!
П Р О М О Т
Да я – префект!
С Е Р А П И О Н
Ты путник
Такой, как все… И сущее – твой путь!
П Р О М О Т
Кто знает это?
С Е Р А П И О Н
Иоанн.
П Р О М О Т
Забудь!
С Е Р А П И О Н
Как быстро там вы с Феофилом спелись.
П Р О М О Т
Всё, что глаголил Иоанн, всё – ересь!
Путь не к Спасению, а в ад проложен.
Он осуждён Собором и низложен.
С Е Р А П И О Н
Низложен Иоанн?
П Р О М О Т
И есть вердикт.
С Е Р А П И О Н
Аркадий никогда не утвердит.
Вселенною он правит… и не меньше
Императрицы!..
П Р О М О Т
Ты не знаешь женщин
И не постиг всевластного.
С Е Р А П И О Н
Промот,
Ты шёл сюда, чтоб кровь пролить, так вот:
Евтропия не выдадим.
П Р О М О Т
А нам
Не нужен евнух. Нужен Иоанн.
Мы сами позаботимся о пасхе!..
С Е Р А П И О Н
Прийти за ним сюда, к его же пастве?!
Как в голову пришёл вам этот блуд?
I-ый ВОИН
От Евдоксии мы.
I-ый ГОРОЖАНИН
Здесь нет Иуд!
П Р О М О Т
Не говори, раб Божий, за господ!
С Е Р А П И О Н
И как вам попустил войти Господь
С мечами в храм?
П Р О М О Т
Пусть это не обычай,
Но без оружия не взять добычи!..
Ударяет СЕРАПИОНА ножом. СЕРАПИОН падает.
2-ой ГОРОЖАНИН
Верней у церкви не было слуги.
I-ый ГОРОЖАНИН
Спасайся, пастырь!
3-ий ГОРОЖАНИН
Иоанн, беги!…
(Завязывается схватка.)
4-ый ГОРОЖАНИН
Такого в храме Божьем не припомню.
Прости, Господь, нас!
Появляется ИОАНН.
И О А Н Н
Прекратите бойню!
I-ый ВОИН
Кому молитва, а кому резня —
На небо путь!..
И О А Н Н
Вы жаждали меня?
Я сам иду к вам с миром и любовью.
П Р О М О Т
На цепь его!
(ИОАННА заключают в цепи.)
I-ый ПРИХОЖАНИН
Святитель…
И О А Н Н
(прерывая его)
Вашей скорбью
Вы только возбуждаете народ.
Не надо.
П Р О М О Т
Посмотрите, как он горд!
И О А Н Н
Я счастлив.
2-ой ПРИХОЖАНИН
Мы не в силах видеть это!
И О А Н Н
Знать так угодно Господу. Я – жертва.
И час закланья близок…
П Р О М О Т
Мы в пути.
Голгофа ждёт!
И О А Н Н
Я вас хочу спасти.
I-ый ВОИН
К погибшим причислять нас не спеши!
И О А Н Н
Ты говоришь по слепоте души.
2-ой ВОИН
Императрица нас вела сама.
И О А Н Н
То знак несовершенного ума.
I-ый ВОИН
С ним говорить – лишь времени расход!
И О А Н Н
Не всё твоё, что дал тебе Господь.
И руки эти получил ты даром
Не для того, чтоб наносить удары,
А – милостыню раздавать!.. Страшись
Судить несправедливо!..
П Р О М О Т
Наша жизнь
Есть пир сильнейших!
И О А Н Н
Будет перемена:
Здесь яркие цветы, а там гиена!
И это говорю не для острастки, —
Детей пугают расписные маски,
А не огонь живой…
П Р О М О Т
Неровен час, —
Святитель, не страши!
И О А Н Н
Жалея вас,
Ищу я искру Божию в золе.
Что Он – на небе, то мы – на земле.
П Р О М ОТ
Ты на себя берёшь, святитель, много!
И О А Н Н
Нет никого на свете выше Бога.
Вот так и на земле у нас: от века —
Нет существа достойней человека.
I-ый ГОРОЖАНИН
Как будем жить мы без твоих напутствий?
И О А Н Н
Я с вами.
П Р О М О Т
Замолчи, золотоустый!
И О А Н Н
И я вернусь!
П Р О М О Т
Да нет пути обратно.
И О А Н Н
Стена любви прочнее адаманта!
И вы погибните не от химеры
Стихии лютой, а от слабой веры.
На ИОАННА набрасывают мешок. ПРОМОТ и ВОИНЫ уводят ИОАННА.
I-ый ГОРОЖАНИН
О, Господи, понатерпелись лиха…
Храм пустеет. Появляется ОЛИМПИАДА.
О Л И М П И А Д А
Молитвы час, но отчего так тихо?
Быть может, в келье Бога молит он
О всепрощении?
Наталкивается на лежащего СЕРАПИОНА.
Серапион?
Ты весь в крови… Да и алтарь забрызган…
О, Господи, еси…
С Е Р А П И О Н
(с трудом)
Святитель изгнан.
О Л И М П И А Д А
Да кто ж опять нам свет Господний застит?
С Е Р А П И О Н
Не Илия господствует, а Аспид.
О Л И М П И А Д А
(молясь)
Хранитель ангел, защити его
От лютых недругов…
С Е Р А П И О Н
Тебе письмо…
О Л И М П И А Д А
(принимая письмо)
Здоров ли он?
С Е Р А П И О Н
Чуть теплится лампада.
О Л И М П И А Д А
Я шла к нему.
С Е Р А П И О Н
Спеши, Олимпиада.
Заря и та нам светит до поры…
О Л И М П И А Д А
Я поддержу огонь.
С Е Р А П И О Н
Пусть догорит.
Кончается дорога, а не масло.
О Л И М П И А Д А
Дорога к небу никогда не гасла.
С Е Р А П И О Н
Спасибо Господу – я вижу это…
(СЕРАПИОН умолкает.)
О Л И М П И А Д А
Зажгу лампаду я…
Доливает масло в лампаду. Лампада вспыхивает ярче.
Из-за алтарной завесы выползает ЕВТРОПИЙ.
Е В Т Р О П И Й
Не надо света.
Он нас слепит.
О Л И М П И А Д А
Свет страшен лишь для вора.
Е В Т Р О П И Й
Душа горит от моего позора.
Когда б ни тьма, я б не покинул схрона.
О Л И М П И А Д А
Ты кто?
Е В Т Р О П И Й
Кто шага не дошёл до трона.
О Л И М П И А Д А
Покайся, грешник!
Е В Т Р О П И Й
Не об этом речь.
Неблагодарность женщины – вот печь,
В которой я горю.
О Л И М П И А Д А
Она красива?
Е В Т Р О П И Й
Она?.. Вы все – лишь амфоры для слива!
И, может, в этом небольшая радость, —
Да не простил Господь мне эту слабость.
Я все сыры, расставленные ловко,
Не трогал, зная, – это мышеловка…
И вот попался, задремав слегка…
Грех невелик, – расплата велика!..
Господь не дал мне права на ошибку,
Но вы запомните мою улыбку!..
(Берёт амфору с маслом.)
Где Божий свет, где дьявольский огонь, —
Кто разберёт?!.
ЕВТРОПИЙ разливает масло.
О Л И М П И А Д А
Остановись!.. Не тронь!..
ЕВТРОПИЙ поджигает масло.
Что за фигляр?!. Как ты попал сюда?
Изыди, сатана!
Е В Т Р О П И Й
(нарочито)
Беда!.. Беда!..
Вбегают ФЕОФИЛ и ВОИНЫ.
О Л И М П И А Д А
(молясь)
Спаси, Господь!.. Убереги от ран!..
Е В Т Р О П И Й
Олимпиада запалила храм!..
ЕВТРОПИЙ убегает. ВОИНЫ хватают ОЛИМПИАДУ и уводят.
2.7
Константинополь.
Императорский дворец
ЕВДОКСИЯ, ПРОМОТ, МАРСА.
Е В Д О К С И Я
Спасибо Господу, – слетели путы,
Но почему вокруг собора трупы,
В крестильне – кровь… И прихожане в гневе?!
П Р О М О Т
У прихожан чутьё подстать гиене.
Лишь город облетела эта весть…
Е В Д О К С И Я
(прерывая)
Побить монахинь – небольшая честь.
Упрячь в Кукуз его иль в храме снова
Прольётся кровь.
П Р О М О Т
Но кесарь наш и слова
Об этом не сказал.
М А Р С А
А разве надо?
Иди! Тебе достаточно и взгляда
Императрицы.
(ПРОМОТ не уходит.)
Е В Д О К С И Я
Что еще, Промот?
П Р О М О Т
Какой-то варвар с войском у ворот!
Грозится кесаря убить!
Е В Д О К С И Я
Не повод,-
Чтоб отдавать за кесаря наш город!
П Р О М О Т
Зверь разъярён!
Е В Д О К С И Я
Не дай свершить броска,
А укроти!
П Р О М О Т
Но у меня войска
Наёмные…
Е В Д О К С И Я
(прерывая)
Ты – вождь, Промот, иль кто ты?
П Р О М О Т
Войскам не плачено.
Е В Д О К С И Я
Есть патриоты.
Иди, умри!
ПРОМОТ уходит.
Ну никаких границ!..
(Подходит к клетке с птицами.)
Опять, похоже, не кормили птиц.
М А Р С А
Я только что наполнила им блюдца.
Е В Д О К С И Я
Так почему они о прутья бьются?
М А Р С А
Господь об этом ведает… Хотя,
Они, похоже, вылететь хотят.
Е В Д О К С И Я
Зачем?
М А Р С А
Да говорят с недавних пор:
Повылезали гадины из нор,
Цесарки разбежались по дворцу.
Е В Д О К С И Я
К чему бы это?
М А Р С А
Всё идёт к концу
Вселенскому!
Е В Д О К С И Я
Но это невозможно!..
М А Р С А
На всё, императрица, воля Божья.
Написано: не упадёт и волос…
Е В Д О К С И Я
(прерывая)
Кому ты это говоришь?.. Опомнись!
Иль волосы мои вдруг стали реже?
М А Р С А
Покуда архипастырь не повержен,
Не знать, императрица, нам покоя.
Доносится странный гул.
Е В Д О К С И Я
(прислушиваясь)
Ты слышишь?
М А Р С А
Слышу.
Е В Д О К С И Я
Это что такое?
М А Р С А
Похоже, кто-то дышит … очень близко.
Е В Д О К С И Я
(в ужасе)
О, Господи!..
(ЕВДОКСИЯ крестится.)
Появляется ФЕОФИЛ.
М А Р С А
Вот и архиепископ!
Е В Д О К С И Я
(бросаясь к ФЕОФИЛУ)
Скажи, что наши ужасы напрасны!
Ф Е О Ф И Л
Но я пока ещё не архипастырь.
Кому зерно в суму, кому – полова.
М А Р С А
Будь милостив.
Е В Д О К С И Я
Утешь меня хоть словом.
Ф Е О Ф И Л
Всё рушится!..
Е В Д О К С И Я
Неплохо для начала!..
Ф Е О Ф И Л
Всё, что покой вселенский означало,
Олимпиада предала огню.
М А Р С А
Язычница!
Е В Д О К С И Я
Да я её сгною!..
Появляется АРКАДИЙ и ПРИДВОРНЫЕ.
Готов ли наш указ?
Ф Е О Ф И Л
Чего же ради
Старался я.
Е В Д О К С И Я
Благая весть, Аркадий, —
Архиепископ отстранён!
А Р К А Д И Й
(меланхолично)
Так скоро?
Ф Е О Ф И Л
Мы принесли решение Собора.
Он уличён.
А Р К А Д И Й
Мы все уличены
Пред Господом.
Ф Е О Ф И Л
Он не признал вины!
Е В Д О К С И Я
Кто, как ни он, внёс смуту в наши нравы?!
К А С Т Р И Ц И Я
В монастырях порушил все уставы!
Ф Е О Ф И Л
Он возбуждал народ к сверженью власти!
А Р К А Д И Й
Когда вершите суд, – не место страсти.
Ф Е О Ф И Л
Доколе, кесарь, если наш святитель
Олимпиады золото похитил,
Разворовал церковную казну?!.
А Р К А Д И Й
Коль это так, то я его казню.
Ф Е О Ф И Л
Он нами схвачен!
Е В Д О К С И Я
(останавливая Феофила)
Отойди в сторонку.
Молчи!.. Не это надо знать ребёнку!..
А Р К А Д И Й
Но суд вершить над бедным… без него…
Е В Д О К С И Я
(прерывая)
Закрылся в храме он и пьёт вино.
А Р К А Д И Й
Прости, но так не судят даже готы!
Ф Е О Ф И Л
(с готовностью)
Мой кесарь!..
Е В Д О К С И Я
(отстраняя его)
Это не твои заботы!
С тебя папирус требуется только.
Ф Е О Ф И Л
Да вот он.
Е В Д О К С И Я
(читая папирус, торжественно.)
Императору Востока.
Поскольку…
А Р К А Д И Й
Не вести же с ним войну!
Е В Д О К С И Я
(продолжая)
Наш обвинённый, чувствуя вину,
Для оправданья не явился…
А Р К А Д И Й
(о своём)
Миром
И разошлись бы!
Е В Д О К С И Я
Он воюет с клиром,
Грозя расправами.
А Р К А Д И Й
(искренне)
Великий Боже!..
Золотоустый?
Е В Д О К С И Я
(продолжая)
Нами он низложен!
А Р К А Д И Й
Но голос пастыря звучал свирелью
Над стадом.
Е В Д О К СИЯ
(не сдержавшись)
Что?.. Меня Иезавелью
Назвать пред всеми…
А Р К А Д И Й
(спокойно)
Вырвалось невольно.
Собором он наказан, – и довольно.
Е В Д О К С И Я
(распыляясь)
Как можешь, кесарь, ты прощать такое?!
Он осквернил в нас самое святое, —
Кто заявил, что мною правит бес,
Что я к предупреждению небес
Глуха, что я в угаре каждодневном,
От желчной скупости своей и гнева
Советы злые подаю, как милость,
Тебе, – и ты вершишь несправедливость, —
Не он ли?
А Р К А Д И Й
Но не вешают теней!
Е В Д О К С И Я
(неожиданно, нежно)
Пусть так угодно благости твоей,
Но, чтобы он был осторожным впредь,
Возлюбленный, ты должен повелеть
Изгнать его… в Кукуз!
(подавая Аркадию папирус)
И это даже
Не наказанье.
А Р К А Д И Й
Милая, как скажешь.
(Подписывает.)
Господь дарует каждому венец
Заслуженный.
Ф Е О Ф И Л
Свершилось, наконец!
В глубине сцены возникают две клетки. В одной из них – ИОАНН,
в другой – ОЛИМПИАДА.
О Л И М П И А Д А
Мы встретились.
И О А Н Н
Всё кончится. И скоро.
О Л И М П И А Д А
Последней не лишай меня опоры, —
Не говори так!
И О А Н Н
Дерево и тень
С восходом солнца вместе всякий день.
Где б ни был я – нет края у земли.
Меня в своих молитвах помяни.
Меж двух миров преграда снесена.
Я счастлив, что ты будешь спасена:
Земные муки – весть о вечном благе…
И удивляюсь я твоей отваге…
О, не для женских глаз сии картины,
Но в теле, что слабее паутины,
Нежнее и податливей травы,
Смогла открыть ты океан Любви,
Не признающий ни границ, ни стран —
Его Любви вселенский океан.
Христос и вера – наши маяки.
Но если он, рассудку вопреки,
Песком забвенья будет занесен,
Ты скажешь: слава Господу за всё,
Добром и светом палачей разя!..
О Л И М П И А Д А
Забудь, святитель их!..
И О А Н Н
Тебе грозят
Жестокой смертию… Но ты и в этом
Предупредила их… Святым заветам
Внимая, ты свершила горький труд.
И, если эти люди повлекут
Тебя на убиенье оголтело,
То повлекут пустое тело
На небеса из этой тесной клети!
О Л И М П И А Д А
Да, плоть легка, но не подъёмны цепи,
И, сколь крылатый ангел не сочувствуй,
Мне не взлететь… Прощай, Золотоустый!
О пленнице грехов земных не ратуй, —
Не стою я…
И О А Н Н
Олимпиада, здравствуй!..
Клетки растаскивают в разные стороны.
О Л И М П И А Д А
О, палачи!.. Его не вижу я…
И О А Н Н
Восславь их дело, Госпожа моя,
Не осуждай жестокость в человеке, —
Цепями их мы скованы навеки!..
Клетки исчезают.
А Р К А Д И Й
Но буду ли я Господом прощён?
Вбегает ПРОМОТ.
П Р О М О Т
Мой кесарь!
А Р К А Д И Й
Да, Промот.
Е В Д О К С И Я
Ты жив ещё?
Тебя похоже стрелы не разят.
П Р О М О Т
Прости меня – Господь души не взял.
А Р К А Д И Й
Для нас хранит он воинов великих.
Но что с тобою?
П Р О М О Т
Кесарь, слышишь крики?
А Р К А Д И Й
И зов трубы… и ржание коня…
П Р О М О Т
Как думаешь, что это?
А Р К А Д И Й
То – меня
Приветствует народ. Я не в обиде.
П Р О М О Т
Ты хоть единожды народ свой видел?
А Р К А Д И Й
Орёл в полёте своего крыла
Не зрит.
Доносится свист летящей стрелы.
П Р О М О Т
Побойся!
Стрела впивается в колонну, около головы АРКАДИЯ.
А Р К А Д И Й
Что это?
П Р О М О Т
Стрела!
А Р К А Д И Й
Должно быть, ангел шлёт её, любя.
П Р О М О Т
Там варвары!.. И требуют тебя!..
А Р К А Д И Й
За что, Господь, мне это невезенье?..
П Р О М О Т
Они уже проникли в наши земли
На сотни стадий… Не боясь суда,
Сжигают сёла, рушат города,
Как будто забавляются игрой
И возвращаться не хотят домой…
Горят костры…В котлах кипит смола.
А Р К А Д И Й
(как бы проснувшись ото сна)
Ты произносишь страшные слова.
Ведь это – ад!
П Р О М О Т
Они стоят стеною.
А Р К А Д И Й
Я дал им меч!..
П Р О М О Т
Отдашь и остальное…
Твоим мечом…
А Р К А Д И Й
(о своём)
Свободу, наконец!
П Р О М О Т
Они теперь нас режут, как овец!
А Р К А Д И Й
Я – кесарь!.. Я…
П Р О М О Т
Тот истинный монарх,
Кто не был в Государственных делах
Рабом у женщин… Дай им, кесарь, бой!..
А Р К А Д И Й
А ты, Промот?
П Р О М О Т
И я умру с тобой!
А Р К А Д И Й
(в ужасе)
Нет, нет… Не это!
(молясь)
О, не обессудь
Меня, Всевышний!..
(Промоту)
Сделай, что-нибудь!
Ты можешь волей укрощать моря!..
П Р О М О Т
Но варваров лишь Иоанн смирял.
А Р К А Д И Й
Велю о том и вспоминать не сметь!
П Р О М О Т
Любовь его была сильней, чем смерть.
А Р К А Д И Й
… Любовь и смерть, и я – во власти Бога.
Иди!
П Р О М О Т
Но мы продержимся недолго!
ПРОМОТ уходит.
А Р К А Д И Й
О, Господи, как напугали псы…
Любовь и смерть упали на весы…
Смерть и любовь…
(АРКАДИЙ внимательно смотрит на ЕВДОКСИЮ.)
Е В Д О К С И Я
О чём, моя душа,
Ты говоришь?
А Р К А Д И Й
Смотрю, как хороша…
Как эта ткань спускается с плеча…
Е В Д О К С И Я
Ты раньше этого не замечал.
Воистину, есть, кесарь, чем гордиться
Тебе…
(Аркадий падает на колени.)
Ты что?
А Р К А Д И Й
Спаси, императрица!
Е В Д О К С И Я
Ты меч даёшь мне?
А Р К А Д И Й
Этого не нужно!
Твоя любовь – вот страшное оружье…
Иди и упади!.. И – победишь!..
Е В Д О К С И Я
Да ты чего такое говоришь, —
В объятья… к диким?!
А Р К А Д И Й
Намекни им только,
А – там…
Е В Д О К С И Я
(прерывая)
И это – Властелин Востока!..
Как можно, кесарь, так бесчеловечно?
А Р К А Д И Й
Позора миг, а слава бесконечна, —
Ты этим жизнь спасёшь мне.
Е В Д О К С И Я
Святый Боже!
Он отдаёт супружеское ложе
Врагу… Вот за труды мои награда!
А Р К А Д И Й
Я – император!.. Я!.. Мне выжить надо
Страны во имя!
Е В Д О К С И Я
Где ты сей науке
Обучен был?
А Р К А Д И Й
А люди – те же буквы.
И что о нас ни говорит молва,
Но кто-то должен составлять слова!
Позвать Евтропия!..
Е В Д О К С И Я
Да он казнён!
Как ни седлай козла, он всё – козёл.
А Р К А Д И Й
Козёл…
(Зло смеется.)
Е В Д О К С И Я
Сошла вселенная с ума!
А Р К А Д И Й
Но ведь во всём виновна ты сама!
Е В Д О К С И Я
Ничтожество, ты не найдёшь изъяна
В делах моих!
А Р К А Д И Й
Кто выслал Иоанна?!
Е В Д О К С И Я
Он никогда защитником нам не был.
А Р К А Д И Й
Мы – грешники, но справедливо небо,
Не смог свершить я правого суда…
Всё это – ты!
Е В Д О К С И Я
Я действовала, да!
А Р К А Д И Й
Ты правила, украв мои права!..
Е В Д О К С И Я
Услышь, Всевышний!.. Если не права
Я пред Тобою…
А Р К А Д И Й
Замолчи, змея!
Е В Д О К С И Я
Пусть предо мной разверзнется земля,
И вздрогнет небо!..
(Доносится гул землетрясения.)
Не гляди так грозно!..
А Р К А Д И Й
(в панике)
Подайте меч мой!.. Меч мне!…
АРКАДИЙ убегает.
Е В Д О К С И Я
Кесарь, поздно!
(Начинается землетрясение.)
Кошмарный сон.. Скорей открыть глаза,
Да и проснуться… Упади слеза
Спасения… О, ты оцепенела?!
Я и сама не ощущаю тела.
Да, я ли это?.. Боже, что за бред?..
Земля разверзлась… Иль спасенья нет?
Ведь я же Господу свои долги
Исправно отдаю…
Э Х О
Не лги… Не лги…
Е В Д О К С И Я
О, Господи!.. Я пред тобой чиста…
Что говорю?.. Закройте мне уста!..
От кары Божьей некуда укрыться.
(В окне озаряется СТАТУЯ ЕВДОКСИИ.)
А – это ты!
(Падает перед статуей на колени.)
Прости, императрица!
Пусть мы с тобой одни дела вершили,
Я пала ниц, но ты-то – на вершине!
Лгут небеса, что мы с тобой одно…
Что знала я, – тебе не суждено.
Теперь на нас весь мир подлунный ропщет.
Но что тебе?.. Быть каменною проще!
Живым дано принять любовь, как плеть,
Познать восторг и в муках умереть,
С надеждою и страхом глядя ввысь!..
Я падаю… Но ты держись… Держись!..
Что для бессмертных бренные века?
Земля не держит… Держат облака,
Когда молва людская безупречна…
(СТАТУЯ рушится.)
О, Господи!.. Ужель и ты невечна?!
Будь проклят мир!.. Вот … я встаю с колен!..
(Поднимается.)
Любовь – туман…И слава наша – тлен,
Ведь их не ведают ни зверь, ни птица!..
Появляется ФЕОФИЛ в оборванной одежде,
играя мраморной головой Евдоксии,
отколовшейся от статуи.
Ф Е О Ф И Л
Ты потеряла голову, царица!
А без неё никак нельзя нам править…
(ФЕОФИЛ мечется по сцене.)
Е В Д О К С И Я
Да что с тобой?
Ф Е О Ф И Л
Ищу куда приставить.
Е В Д О К С И Я
Отдай, негодник!
Ф Е О Ф И Л
Это мой товар!
Е В Д О К С И Я
Отдай!..
(ЕВДОКСИЯ выхватывает голову./
Она же… лысая … как шар!..
(Бросает голову. ФЕОФИЛ поднимает её
и ставит на остаток порушенной колонны.)
Ф Е О Ф И Л
Не всё равно ли на кого молиться?
Ты нам и Богородица, и жрица!
(Встаёт перед головой на колени.)
Заговори!.. И укажи нам путь!..
Е В Д О К С И Я
Где Иоанн?.. Вернуть его!.. Вернуть!..
ЕВДОКСИЯ убегает. Появляются ГАЙНА, НИКАРЕТА и ГОТЫ – ВОИНЫ.
Ф Е О Ф И Л
Будь славен человек, с небес сошедший!..
Г А Й Н А
Кто здесь?
Н И К А Р Е Т А
Какой-то инок сумасшедший!..
Ф Е О Ф И Л
(Никарете)
Владычица!..
Н И К А Р Е Т А
(не обращая на него внимания)
Он дервишу сродни.
Г А Й Н А
Куда ни глянь – развалины одни.
Ф Е О Ф И Л
Нет пастуха, и разбежалось стадо.
Г А Й Н А
Здесь всё моё!.. И воевать не надо!..
(ГАЙНА и ВОИНЫ хохочут.
В глубине сцены возникает образ ИОАННА.)
Г О Л О С И О А Н Н А
Застигла буря нас, но то – не горе,
Ведь, сколь б ни свирепствовало море,
Корабль наш не погибнет, – в это верьте!
Чего страшиться мне? Изгнанья? Смерти?
Но я скажу, что жизнь моя – Христос,
А смерть – моё стяжанье! Не принёс
В мир этот ничего я и с собой —
Не унесу я ничего… Любовь
Господь взвалил, как вечную поклажу,
На плечи мне… Всё, что другие жаждут,
Я презираю… Мне одежда – степь,
А горы – кров… И жил я лишь затем,
Чтоб рядом с вами быть и на крови
Христовых мук вас призывать к Любви!..