Холмы Донецкого кряжа и серое плато у хутора Свистуны разукрашены дождевиками грибников, которые издали кажутся блуждающими кустами боярышника. Понаблюдав, как облачко мороси припало к плечу горы Ясеневой и теперь жалуется о чем-то безвозвратно утраченном, поднимаюсь на ближайший холм, где под защитой дуба-волчары приютилась молоденькая сосна.
Однако грибники на поверку оказываются нелюдимее монахов-отшельников. Влача наполненные дарами осени корзины, они не обращают никакого внимания на чужака и сотрясающую окоем артиллерийскую канонаду.
Осознав, что дружеского разговора не состоится, возвращаюсь на околицу хутора с легкомысленным названием и по едва угадываемой тропинке проникаю в логово осени – заросший облысевшими ясенями овраг.
Здесь полно грибов. Однако я не протягиваю за ними руку, ведь со мной ни корзины, ни полиэтиленового пакета. Да и, честно признаться, не было желания уподобиться отшельникам, которые таскают вериги, не замечая войны, а с ней – облачка, которое печалилось на плече горы Ясеневой по уходящему теплу.
PS Портрет старца Зосимы в его усыпальнице уцелел, а образ Казанской Божьей матери осколки не пощадили…
Фото автора