На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Тайна беззакония  
Версия для печати

Что им стоит дом построить?

Экспроприировать Дом Союза писателей России на Комсомольском проспекте, 13

1.

Лучше бы он этого не уточнял:

– Сегодня, в день рождения Пушкина, мы начинаем здесь благое дело для всей российской литературы.

Благим делом министр культуры Владимир Мединский обозначал общественные слушания по Проекту создания «Дома российской литературы».

Наконец-то. Браво Минкульту!

Но только дьявол, как известно, кроется в деталях.

– Мы планируем создание этого Дома на базе объекта культурного наследия по адресу Комсомольский проспект, 13.

Вот оно. Дьявол показал не только ушки, а сразу все личико: согласно Постановлению правительства Российской Федерации от 5 июля 2010 года первый и второй этажи данного «объекта» находятся в безвозмездном пользовании Союза писателей России. Не говоря уже о том, что Союз занимает его исторически – с тех времен, когда в начале семидесятых здесь расселили коммуналки и на писательские (тогда литфондовские) деньги Дом был отреставрирован.

Сейчас же, согласно формулировке министра, Союз писателей вообще не рассматривался как субъект Проекта.

Пока же руководство Минкультуры порекомендовало собравшимся не рассматривать и не обсуждать лишь ресторан, расположенный в полуподвальном помещении здания. И ровно по обратной причине: ему отводилась роль единственно неприкасаемого арендатора здания (самого «молодого» по времени). Причина называлась весьма уважаемая: предполагалось, что владелец ресторана выделит какую-то сумму денег на какие-то виды работ. Обтекаемость формулировок-обязательств, предположительность вложений настораживали, но, возможно, это коммерческая тайна проекта? Тогда зачем общественные слушания? Или власть и бизнес не знают такого понятия, как «договариваться на берегу»?

В здании на Комсомольском, 13 имелся еще один арендатор, занимавший третий этаж. Однако незадолго до слушаний он съехал, так что единственным заинтересованным лицом при создании Дома оказался Союз писателей России.

Я, представлявший его интересы на слушаниях, поднял руку: прошу слова!

 

2.

Но вначале небольшое отступление. Об идее Проекта Союз писателей узнал только за 4 дня из информационного письма.

Я в это время в Нижегородской области руководил специальным курсом по подготовке журналистов к работе в экстремальных условиях. События на Украине показали, что самыми уязвимыми в гражданской войне в этой стране из иностранных граждан оказались именно российские журналисты. Именно их захватывали в плен украинские силовики и Нацгвардия, их пытали, обвиняли в пособничестве терроризму, подводили к тюремным срокам. Однако на их места ехали новые группы корреспондентов, и во время прямых телевключений из горящих Донецка и Луганска мы слышим свист пуль и разрывы снарядов.

Дать отъезжающим на войну ребятам навыки выживания в горячих точках и должны были курсы «Бастион», проводимые согласно президентскому плану по антитеррористическому противодействию.

Я гонял своих подопечных со связанными руками и с мешками на голове по зыбучим пескам и зарослям крапивы. Они сбрасывались в болото и выкарабкивались оттуда по пояс в болотной жиже. Разведчики, играющие «террористов», с удовольствием добавляли им «паштета» – взрывали под ногами «пленных» заряды, обдавая несчастных болотной тиной. Они ползали у меня по зыбучим песчаным обрывам местных оврагов, выворачивали ноги в разрушенных зданиях, дрожали от холода в подвалах заброшенных овощехранилищ. Мы изматывали парней и девчат бесконечными, в три-четыре глотки, допросами. Запускали на минные поля. И все это делалось ради одного: подготовить фронтовых корреспондентов к самым сложным ситуациям, которые их могут ожидать на поле боя. Показать им самим, насколько они физически и морально готовы переносить нагрузки в зоне боевых действий.

И вот мне, как генеральному директору Союза писателей России, предстояло сделать выбор: оставлять курсы и подготовку ребят или проигнорировать слушания.

– Надо все же возвращаться и идти в Министерство, не без усилий в выборе сказал В.Н. Ганичев. – Что-то решается за спиной союза писателей России. Нам важно знать из первых уст – что?

 

3.

И вот я в малом зале коллегии министерства. Отмечаю приглашенных: союз российских писателей, заместитель главного редактора «Литературной газеты» М. Кудимова. Представитель Международного Пен-центра (или клуба) – но они-то здесь при чем? Представители издательств, некоторых журналов, московской городской писательской организации, писателей Москвы. Вездесущий Михаил Веллер. В.Бунимович. Актер и депутат Мосгордумы Е.Герасимов. Еще какие-то незнакомые люди. Правда, во главе стола – руководители министерства, члены нашего Союза писателей В.Мединский и Г.Ивлиев.

Мою поднятую руку они замечают, но предложили вначале посмотреть электронную презентацию, что предполагается разместить в здании на всех трех этажах (ресторан, как мы помним, из обсуждения исключался).

Итак, входим.

1-й этаж. Раздевалка на 250 мест, помещение для охраны. Там, где сегодня бухгалтерия, кабинеты исполнительного директора Ю.А. Лопусова. мой кабинет и другие – все крыло отдается под Пен-центр. Интересный расклад: только что представители этого клуба выступили резко против Президента страны В.В Путина по поводу воссоединения Крыма, а им (как в награду?) огромные шикарные апартаменты! Вспоминаю, как накануне референдума в Крыму именно члены нашего Союза писателей во главе с писателями-фронтовиками написали письмо в поддержку писателей Крыма и Севастополя, а мы с Александром Бобровым привезли его на полуостров вместе с копией Знамени Победы и водрузили его с крымскими писателями на Сапун-горе. Может, Минкульт в этом нашем разном понимании ситуации с Крымом как раз и дает понять общественности, на чьей он стороне?

Тогда грустно.

Или отношение общественных организаций к происходящим событиям не принимается чиновниками во внимание вообще?

Тогда грустнее тем более.

Тогда уж, советники Проекта «Дома российской литературы», сразу ведите сюда всю Болотную площадь. И спокойно готовьте в стенах культурного наследия свой новый майдан.

Передергиваю факты? Вряд ли. Да и сам В.В. Путин (извините, что на него идет вторая ссылка, но на данный момент это уместно) в своем анализе ситуации на Украине не раз подчеркивал, что обстановку там расшатали во многом благодаря таким неправительственным организациям, которые были всегда всем недовольны... Так что я просто провожу аналогии.

Ну да Бог с ним, с пен-центром, зато у нас на этом же этаже, пусть и в другом крыле, есть Шолоховский центр. Уж на Нобелевского лауреата рука-то не поднимется, потому как нет оправдания выгнать его из стен Дома.

Наивный.

Шолоховский центр решено отдать под какой-то (пока еще неопределенный) детский центр и библиотеку. Там, где у нас сейчас работают редакции «Роман-журнала ХХ I век», «О, русская земля», заседает Бюро Всемирного русского народного собора (Союз писателей – соучредитель данного высочайшего собрания) – там будет типография. Кого печатать? Какими тиражами? За чей счет? Это все потом, не на берегу....

Итак, на первом этаже Союз писателей не прописан ни одним миллиметром площади Или все же гардероб – это наше все? Как театр начинается с вешалки, так и Союз – с раздевалки?

Но кого и как Проект раздевает дальше?

Можно не верить, но только – Союз писателей России.

Итак, этаж второй.

Зал торжественных заседаний. Напротив (сегодня там работает заместитель председателя правления С.И. Котькало, стоят ксероксы, работает машинистка) – Литературное кафе. Конкурент ресторану или его «дочка»? Далее – приемная в ротонде. Для... руководителей консорциума! Во придумали! Поскольку ни в Уставе Союза, ни в штатном расписании такой должности не предусмотрено, то в здание просто приходят новые руководители. Кто? Кем назначаемые? С какими функциями?

Остальные кабинеты этажа (наша приемная комиссия, комиссия по национальным литературам, редакция «Российского писателя») отдаются представителям издательств и журналов. Каких? Всех по каталогу Роспечати и налоговому реестру? Или будут первые, которые правее первых?

И, наконец, третий этаж. Естественно, технические площади и – о чудо – офисные помещения. Для Союза писателей? Нет, для участников консорциума.

Далее – чердак. Вот он-то и не расписан еще. А что – в Год культуры, в предстоящий Год литературы русским писателям, по определению Министерства, только чердак и остается?!

Хотя, Карлсон вообще жил на крыше...

 

4.

Я по характеру человек не первого ряда президиума и трибунам предпочитаю конкретные дела. Но в данной ситуации, едва погас экран с барскими, раскошнейшими интерьерами будущего Дома-призрака, я просто встал и, пока не остановили, успел задать несколько вопросов.

1. Исходя из того, что Союз писателей России никак не присутствует в Проекте создания Дома, стоит ли считать, что Министерство культуры Российской Федерации игнорирует Постановления правительства Российской Федерации о передаче Союзу писателей двух этажей здания? Или Минкульт собирается инициировать его отмену?

2. Все же где, каким образом предполагается разместить бухгалтерию, отдел творческих кадров, приемную комиссию и еще полтора десятка наших комиссий и Советов, работающих в структуре Союза? Не говоря уже о кабинетах руководителей и сотрудников аппарата? Где хранить листки учета, личные дела писателей, которых более 8.5 тысяч? Кстати, кто из приглашенных мог бы обозначить хотя бы приблизительно близкую к ним цифру работы с регионами?

3. Где, каким образом будут сосредотачиваться книги для приемной комиссии, рукописи для рассмотрения на Всероссийских литературных премиях (а их более 40)?

4. В Проекте Дома предполагается все, от выпивки до торжественных актов, но только полностью исключается творческий процесс. Где в Доме творческая составляющая – основа любой творческой организации? Где, в каком кабинете, в какое время возможна работа с автором и с его рукописью? Работа над словом? Обсуждение замыслов? Куда могут приехать и где остановиться (не в раздевалке же?) руководители 94 писательских организаций из всех регионов России?

5. На каком основании вообще принималось решение о данном Проекте, если есть все то же Постановление правительства?

Мне пообещали ответить после того, как выступят остальные приглашенные.

Остальные...

О, как радовались остальные возможному лакомому куску, который вдруг нежданно-негаданно падал им в руки. А обещалось всем и все – опять же кроме Союза писателей и за счет Союза писателей! Мелькнуло мимоходом – в офисных помещениях на третьем этаже 1-2 кабинета можно присмотреть и для Союза.

И в этот момент стало ясно окончательно: мы обсуждаем не Проект Дома российской литературы, а Проект развала, уничтожения одной из самых многочисленных и авторитетнейших общественных организаций России, низводя ее до уровня 1-2 кабинетов в каком-то конгломерате.

Но даже если этого организаторы слушаний не понимают, приведу недавний пример. В начале девяностых советники Б.Н.Ельцина подготовили (один в один!) проект Дома российской прессы. Собрали в него всю журналистскую братию – от «МК» до «Советской России». С фанфарами открыли Дом. Но уже через несколько месяцев отобрали под Совет Федерации, переместив Дом на Арбат. Там он продержался еще меньше – отправили на Берсеневскую набережную, во все те же несколько кабинетов. И где тот Дом российской прессы? Видим-слышим его? Почему военными корреспондентами занимается Союз журналистов Москвы, я – как представитель Союза писателей, сотрудники Минобороны, ФСБ, НАКа, МЧС, МИДа, МВД? Пузырь лопнул, а журналисты вернулись в свои дома (у кого они еще остались)...

Сегодня в списочном составе приглашенных оказались практически только те, кому пообещалось что-то в новом Доме. Угадайте с одного раза – постеснялся ли кто брать не свое, не принадлежащее им? Буду честен – у одного из выступавших мелькнула мысль – если бы можно было не за счет других такое сотворить, но идея – идея великолепна и ее надо реализовывать!

А еще оказалось много сетований, что у нас не осталось ничего от Союза писателей СССР. Все увели, остался только Комсомольский проспект, 13. Так может, скажем спасибо Союзу писателей России, что он ЕДИНСТВЕННЫЙ, кто спас госсобственность? И просто поможем привести здание в порядок?

Нет, здание надо срочно спасать! Капитальным ремонтом. Из-за крайней ветхости здания. С выселением Союза (Куда, на каких условиях – это все опять относилось на «потом»). И это при том, в Минкульте есть Охранное обязательство по нашему дому, где всего два года назад, 19 декабря 2011 года, руководители Мосгорнаследия под печать и подпись зафиксировали: Здание «находится в удовлетворительном состоянии». Что произошло за два года сверхъестественного (потоп, пожар, челябинский метеорит), что здание «просело» до уровня ветхого?

Председательствующий свернул дискуссию после выступления Михаила Веллера с его гениальной фразой: «Здесь все ясно, говорите, что делать».

Хватать, ребята. Чужое. Бесстыдно. И наивно верить, что вам что-то достанется.

– Мы видим единодушное мнение по поводу Проекта, – подвел черту министр.

– Извините, я поставил вопросы по поводу Союза писателей России.

– С проблемами Союза писателей будем разбираться потом. Сначала надо одобрить сам Проект. А здесь мнение складывается единое.

– При категорическом «против» Союза писателей России.

Все задвигали стульями вслед за поднявшимся министром...

 

5.

Я шел по Москве совершенно опустошенный. Только что, на моих глазах, готовился плацдарм для удара по Союзу писателей России. В спину. Под благородные позывы. Не было сомнения в том, что секретариат, правление Союза писателей отреагируют должным образом и с помощью региональных организаций выработает единую линию защиты (господи, и это в Год культуры!!!)

Из госучреждений в центре столицы выходили разомлевшие, изнывающие от жары чиновники, торопливо ныряли в машины с кондиционерами и уезжали на обед. На Нулевом километре российских дорог на Красной площади остановился. Люди бросали через плечо копеечки – на счастье. А мне впору было выбирать, куда идти, на кого надеяться в этой жизни. Впереди Кремль, сзади – Минкульт, справа – Храм Христа Спасителя, слева – Исторический музей...

Стоял недолго. Спустился в метро, которое вело на Ярославский вокзал.

– Мне билет до Ильино.

Ильино – Гороховецкие лагеря, в которых хлебали болотную жижу, задыхались на марш-бросках мои фронтовые корреспонденты в изодранных в клочья одеждах (условие такое – в чем приехал на войну, в том и ходишь). Я оставил их грязными, потными на минном поле, с которого они должны были выйти, не подорвавшись. И здесь, в центре Москвы, в Год культуры, они мне показались честнее и благороднее многих, собравшихся на слушания. Потому что они шли до конца, не подставляя, а вытаскивая на себе других. Они тоже наверняка знают и любят Пушкина, но их главным ориентиром служило честное слово с экрана, на газетной полосе, на ленте новостных агентств. Эти ребята, я уже знал, не предадут, они скорее сами поделятся последним, чем станут тащить из-под полы у другого. Они предложат помощь, а не подтолкнут с усмешкой за пятак в спину. Они пойдут под пули, и мы узнаем правду с линии фронта.

А еще они будут гордиться Россией и ее историей. Творить ее, а не переписывать.

И это всего-то в 380 км от Москвы...

Николай Иванов, генеральный директор Союза писателей России


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"