На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Тайна беззакония  
Версия для печати

Как запрещали Достоевского в СССР

К 200-летию национального гения

Как это так выходит, что у человека умного высказанное
им гораздо глупее того, что в нем остается?
Из романа Ф.М. Достоевского «Подросток»

Ну, вот и отступили метания, отпали подростковые вопросы и наступило равновесие: нам выпало жить в таком литературно-информационном пространстве, где высказывания почти точно и убого соответствуют тому, что остаётся в людях, считающихся умными, успешными и поучающих других. В полной мере этого относится к тем, кто морочит нам головы в эфире, кто озвучивает истины и банальные сентенции, принятые в каком-то неведомом центре «общественного мнения».

В последние десятилетия сложился дикий парадокс: на основании нескольких высказываний писателя и его героев, направленных против вульгарного, условно говоря, бакунинского социализма (например: «Социалисты дальше брюха не идут. А по Христу получите: есть нечто гораздо высшее бога-чрева»), все антисоветчики, апологеты нынешнего строя, который и капиталистическим-то не назовёшь, все официозные пропутинские пропагандисты и даже, как ни смешно, либералы, которых он терпеть не мог, выдают гения за своего единомышленника. Но они сами-то дальше брюха и кармана ни на шажок не идут и ко Христу выше «бога-чрева» не движутся!  А уж главные постулаты Достоевского, которого публично ненавидит и конкретный, и коллективный Чубайс – им вообще нож к горлу.

«Мы убедились наконец, что мы...национальность, в высшей степени самобытная, и что наша задача - создать себе новую форму, нашу собственную, родную...».  ("Что есть Россия"). Каждый юбилей национального гения – это повод для глубокого осмысления и достойного разговора о самобытности, о главной задаче – созидании собственной, родной формы существования. Мы же отдаляемся от неё, разрушая то лучшее, что было и в тогдашней империи, и в советской державе.  Ибо главный постулат Достоевского, лейтмотив его творчества - в одной фразе: «Высшая и самая характерная черта нашего народа – это чувство справедливости и жажда ее». Это чувство не просто попрано, а растоптано!

Русский и украинский писатель Г.П. Данилевский, дослужившийся на ниве печати до тайного советника, беседовал с Львом Толстым в Ясной Поляне: «Наиболее сочувственно граф отозвался о Достоевском, признавая в нем неподражаемого психолога-сердцеведа и вполне независимого писателя, самостоятельных убеждений которому долго не прощали в некоторых слоях литературы, подобно тому как один немец, по словам Карлейля, не мог простить солнцу того обстоятельства, что от него, в любой момент, нельзя закурить сигару...».

В воскресенье Дмитрий Киселёв, как впрочем и многие другие плоские идеологи, накануне юбилея в «Вестях» пытался прикурить от солнца не сигару даже, а простой бычок, призывая на помощь антипода Достоевского – Александра Солженицына. Не хочу перечислять весь тот бред, который лился из его медоточивых уст, но особенно резанул главный вывод: «Теперь понятно, почему в СССР запрещали Достоевского».  Дмитрий Киселёв на десять лет младше меня, но ведь он должен помнить, как «запрещали», например, 150-летний юбилей Достоевского. По настоянию державы, 1971 год решением ЮНЕСКО был объявлен годом Достоевского. В СССР его отметили необычайно широко и плодотворно. Сколько мемориальных музеев открылось в этот год – не счесть! Режиссеры ставили сильные спектакли и снимали кино по произведениям Достоевского без всякой отсебятины, центральные издательства переиздавали книги писателя миллионными тиражами. Суммарный тираж его книг приблизился к 30 миллионам экземпляров! Ничего себе – «запрет». Или Киселёв помнит годы первых пятилеток? Ну, пусть заглянет в любую библиотеку: с 1972 начало выходить знаменитое оливковое полное собрание сочинений, подготовленное группой сотрудников Института русской литературы РАН под руководством академика Георгия Фридлендера, где, конечно, некоторые места из «Дневника писателя» - убирали... Наконец, 11 ноября 1971 года в Большом театре состоялись торжественное заседание и концерт, посвященные 150-летию со дня рождения великого русского писателя на правительственном уровне! А что сегодня?

Ладно, ковид мешает вечерам и огромному торжественному собранию, но есть же медиасфера. Смотрю телепрограмму на 11 ноября. По «России» - ничегошеньки, поэтому, наверное, Киселёв и начал перечислять фильмы 2010 и 2014 годов, снятые по Достоевскому и о нём. При этом продолжал выдавать перлы: «Достоевский предупреждал: «Если Бога нет, то все позволено»… Но такая фраза, приписываемая Достоевскому, как единая цитата отсутствует в произведениях писателя. Может быть, она совокупно складывается из идейные взглядов Ивана Карамазова и как бы определяет нерв произведения. Любопытно, что именно в таком виде фраза была взята французским философом Жан-Полем Сартром для описания одного из главных принципов его экзистенциальной философии. Так что многие вышли не только из шинели Гоголя, но и из Скотопригоньевска Достоевского.

На Первом, как водится, в 00 часов – ночное свидание с документальным фильмом «Между адом и раем». Анонс в духе скандальных ток-шоу: «Федор Михайлович Достоевский - великий писатель, философ или пророк? Или гениальный безумец, из-за которого весь мир делится на тех, кто читал "Братьев Карамазовых", только собирается или не прочитает их никогда? За что его ругают, и чем он так опасен? Почему хотят убрать из школьной программы? Что такого ужасного он предсказал и напророчил?». Он напророчил самое страшное: появление Смердяковых в коридорах власти и во многих СМИ. Питерский 5 канал – ничего не создал о самом петербургском писателе вообще. Ну, а на канале Культура - режиссёром и автором многочастного полотна "Братья Карамазовы" выступил митрополит Илларион. Он, конечно, уверяет, что религиозная тема - центральная тема романа: «Каждый из его персонажей занят, прежде всего, уяснением главных вопросов бытия, из которых первым является вопрос существования Бога». А по-моему, идея романа многозначней и шире, хотя без Бога ни до порога. Ведь, на почве очередного детективного сюжета развивается глубочайшая социально-психологическая драма, что «в мире все более и более угасает мысль о служении человечеству, о братстве и целостности людей» (слова старца Зосимы). А такое сокрушение относится ко всем, вне зависимости от вероисповедания и национальности. Да, собственно, и состав программы не говорит об её чисто православном стержне, раз помогать митрополиту Иллариону будет… Чулпан Хаматова, например.

Но самое странное: канал ТВЦ – ничего не снял и не поставил в программу о Достоевском, как об одном из самых знаменитых москвичей! И такой культурный провал – объясним. В «Дневнике писателя» Фёдор Михайлович  пишет, что именно московское детство, а более всего обращение к народной вере в детские годы (а это и больница для бедных на Божедомке, и паломнические поездки в Троице-Сергиеву лавру, и «посещение Кремля и соборов московских», и родительское воспитание, и прежде всего, конечно, пример самих родителей), «облегчило возврат к народному корню, узнание русской души, признание духа народного». Это ведь ещё одно признание того, что собянинский мегаполис Москва теряет народный корень, становится всё более не русским городом – по составу населения, по облику, а главное – по душе, несмотря на обилие храмов.

А уж про солнце славянства в Москве – исторической столице славянской общности и идеи – вообще не вспоминают, и прикуривать от него не собираются. А ведь Достоевский был убеждён: «У России две исторических задачи: православие и славянство». Ну, за формальное православие – ухватились, сделали чуть ли не государственной идеологией, а что со славянством? Политиканы и неофиты утверждают: «Это само отпало, это - бесполезно». Ну да, когда у тебя жена рожает в США, как отстранённая ректор Наталья Починок, или дети учатся в Швейцария, как дочки пропавшего с экранов патриота Сергея Железняка, а Лиза Пескова живёт в квартире в центре Парижа – какой там кровоточащий славянский мир?

Да он к тому же непредсказуем и неблагодарен – в точности, как Достоевский предсказывал: «Может быть, целое столетие, или еще более, они будут беспрерывно трепетать за свою свободу и бояться властолюбия России; они будут заискивать перед европейскими государствами, будут клеветать на Россию, сплетничать на нее и интриговать против нее». Вышло – уже полтора столетия… Но Достоевский и это предвидел: «России надолго достанется тоска и забота мирить их, вразумлять их и даже, может быть, обнажать за них меч при случае. Разумеется, сейчас же представляется вопрос: в чем же тут выгода России, из-за чего Россия билась за них сто лет, жертвовала кровью своею, силами, деньгами? Неужто из-за того, чтоб пожать столько маленькой, смешной ненависти и неблагодарности? О, конечно, Россия всё же всегда будет сознавать, что центр славянского единства - это она, что если живут славяне свободною национальною жизнию, то потому, что этого захотела и хочет она, что совершила и создала всё она. Но какую же выгоду доставит России это сознание, кроме трудов, досад и вечной заботы? Ответ теперь труден и не может быть ясен…».

Писатель и его пытается дать сквозь туман неясности – прочтите, люди при власти и при государственных СМИ, ведь это в СССР Достоевского «запрещали», а при вас-то он должен быть в каждой библиотеке, если не списали за ветхостью и ненадобностью.

Александр Бобров


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"