На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Родная школа  
Версия для печати

Татевский «барин»

Воспоминания о Сергее Александровиче Рачинском

I.

Мне было лет восемь, когда я впервые увидал и по­знакомился с незабвенным С. А. Рачинским. Встреча эта и первое знакомство запечатлелись у меня на всю жизнь. Конечно, в те мои годы, я не мог вполне понять и оце­нить всю задушевность отношений С.А. к детям и любовь его к ним, но тем не менее они поразили меня и пере­вернули во мне то представление, которое я, крестьянский мальчик, имел о барах. В то время живы были ещё в памяти всех времена крепостничества: истекло не более двадцати лет со дня освобождения крестьян. Мои родители-крестьяне, испытавшие на себе тяжёлую руку помещика, ча­стенько вспоминали при мне те прошедшие времена. Много я наслышался от них о разных жестокостях некоторых помещиков к своим крестьянам, какие происходили во времена крепостного права. Много было в этих рассказах и правды, не обходилось и без легендарности. Но для детей в таком возрасте невозможно отличить и понять правдоподобное от сказок, наоборот, всё принималось с полной верой, тем более, что это рассказывали родители и люди старые, уважаемые. Вследствие этого у меня сложилось воззрение на барина, как на нечто очень высокое, недосягаемое и вместе с тем властное, жестокое. Когда мне случалось ви­деть господ, я прижимался, но с великим любопытством из укромного местечка разглядывал их. Мне они в то время казались людьми совсем из другого мира, — и одежда, и разговоры, и обращение были у них совсем не те, к которым я привык в крестьянстве.

Слышал я от людей и о Татевском «барине», что он очень добрый, хорошо и просто обходится с крестьянами, что у него выстроена большая школа для таких же мальчиков, как я, что он даже живёт в этой школе, сам учит ребят, ест и пьёт с ними, и я, слушая такие рассказы, не совсем верил им. Какой же это барин, дума­лось мне, что вместе с ребятами живёт? А если это и правда, то, должно быть, и достаётся же ребятам от него, и вообще не желал бы я быть на их месте. Вот с та­кими-то детскими понятиями о «барине» мне и пришлось по­знакомиться с С.А.

Случилось это следующим образом. Один из моих братьев женился на сестре учителя, воспитанника Татевской школы, родом из крестьян дер. Татева. Жена брата собралась пойти навестить своих родителей. Я стал просить отца отпустить и меня в гости, на что тот и согласился. Это было весной. Погода стояла прекрасная, тёплая. А так как от нашей деревни до Татева было пятнадцать вёрст, то, чтобы легче было идти, я отправился без сапог — босиком. Пришли мы в Татево вечером, накануне праздника. Хоть я и очень устал, но всё-таки попросил разбудить меня на другой день пораньше, чтобы пойти к обедне. От деревни Татева до села Татева две версты. Когда мы подходили с запада к селу, первое что бросилось мне в глаза, это большое, длинное здание с огромными окнами, с надстрой­кой на одном конце его, вроде мезонина, стоящее на горе; из-за этого здания видна была глава церкви. Когда мы во­шли на гору и подошли близко к этому диковинному, на мой взгляд, зданию, я спросил у снохи: «Кто живёт в этом большом доме?». «Да это ж и есть училище!» — отвечала она. Обошедши училище с южной стороны, мы вышли на пло­щадь. Тут я взглянул на главный его фасад. Первое, что меня опять удивило, это огромное крыльцо-терраса с навесом, в промежутках между столбами затянутая парусиновым холстом, с красными, кумачными прошивками. По обе стороны террасы, под окнами были разбиты палисад­ники, обнесённые частоколом, засаженные кустами роз и множеством цветов. Прямо на восток от террасы, саженях в двадцати, стоит каменная церковь, и вход в неё находится как раз против входа в школу. Всходя на террасу, я увидел перед ступеньками, по обе стороны, длинные невысокие деревянные ящики, наполненные землёй и тоже засаженные цветами. Над самой входной дверью в училище висит большой образ Спасителя, благословляющего детей, со словами: «Оставите детей приходить ко мне». Мы пришли более чем за час до начала обедни и зашли в школу. Сноха повела меня к брату своему — учителю, который стал мне показывать школу. Помню, вошли мы в класс, и меня очень заинтересовали портреты и картины, раз­вешанные по стенам. Я стал с увлечением их рассматривать. Вдруг сзади берёт меня кто-то за плечи и поворачивает к себе лицом. Я опешил... Вижу перед собой какого-то человека во всём белом, в очках и, главное, что меня поразило, без усов и бороды, а на вид уж человек пожилой: наполовину волоса на голове седые. «Это кто такой?». «А это мой сват! — отвечал за меня учитель,  брат снохи. «Как же он сюда попал, ведь, кажется, сестра твоя выдана довольно далеко?». «А вот он и пришёл с ней». «Такой маленький и так далеко шёл?». «Поэтому-то, как видите, и босиком». «Как же ему идти в церковь босиком? Нужно бы дать ему что-нибудь надеть на ноги». Мне дали чьи-то сапоги. Далее он стал расспрашивать меня — который мне год, как зовут, учусь ли я в школе, пою ли, нравится ли мне его школа?.. Я отвечал на все во­просы, как мог. Когда зазвонили к обедне, он сказал: «После обедни приходи опять сюда, будем пить чай и обедать». Тут я догадался, наконец, что этот человек и есть Татевский «барин». Только что же он не похож нисколько на барина? Одет совсем просто, даже проще учителей, которые здесь находятся. Положим, у него очки, да и усов с бо­родой нет, а то какой же он барин? Он же первый обратил на меня внимание, так ласково глядел и разговаривал со мной, как будто давно уж знает меня, да и страха никакого перед ним я не чувствую. Неужели это барин? Что-то не верилось даже самому себе, хотя меня и спросила сноха: «Ну, что хорош барин?» Всю обедню я стоял, не спуская глаз с С.А. Передо мною стоял чело­век среднего роста, худощавый, сутуловатый, немного на­гнувшийся вперёд, на носу с горбинкой очки, одет в белую парусиновую пару, в сапогах с высокими каблуками. Идя из церкви, я увидал, что на школьной террасе приготовлен чай на двух больших столах. Ученики, учи­теля все толпятся у столов. Один усаживается, другие разносят чай. Я прошёл в школу, стал у открытого окна и с интересом смотрел на эту суету. Вот вошёл С.А. Ре­бята немного стали потише. С.А. сел на стул у конца стола, ему подали чашку чаю. Вероятно, тут только он вспомнил обо мне и спросил: «Где же наш сват?». Все посмотрели на него с недоумением. Наконец, догадались и засмеялись все. «Позовите же его сюда!». Меня схватили и притащили к чайному столу. «Ты что же, сват, прятаться вздумал? Садись-ка вот здесь около меня, пей чай, а потом не прячься и не уходи, будем обедать». Во время обеда я опять сидел рядом с С.А., он меня угощал и всё время в шутку называл сватом. С этих пор, когда я бывал в Татеве, С.А. всегда называл меня сватом.

 

II.

 

Я учился в Межененской школе, строителем и попечителем которой был С.А. Рачинский[1] [1]. Он в зиму раза по два — по три приезжал к нам в училище. Приезды эти для нас, ребят, были настоящим праздником. За неделю получалось учителем письмо из Татева о приезде С.A. Все эти дни перед приездом идут у нас разговоры о С.А., усиленные занятия уроками, а также производится мытьё и чистка училища. Наконец, настаёт желанный день. С раннего утра все готовятся к достойной встрече. Кто уроки зубрит, кто умывается, причёсывается, одевается почище. У всех лица праздничные, настроение приподнятое. На уроках сидят рассеянно. Один из учеников постарше отряжен сторожить, скоро ль покажется гуськовая тройка С.А. Вот уж скоро одиннадцать часов, а ожидаемой тройки всё нет. Нетерпение обуревает всех. Вдруг сторожевой мальчик вбегает в класс взволнованный, раскрасневшийся, запыхавшийся и еле может крикнуть: «Едет!» — а сам опять быстро скрывается за дверью. Тут уж поднимается такая сума­тоха, что и сказать нельзя!.. Все ученики кубарями летят через парты и поднимают невообразимую кутерьму, осо­бенно в дверях — давка, крик, визг... Несмотря на зимнее время, мороз и холод, все вываливаются из училища в одних рубашках. Учитель хоть тресни от крика, чтобы оделись, — никто не слушает его. Школа стоит на высокой горе, и от неё далеко видно по дороге. Все устремляют глаза на дорогу. За версту или даже более видно: по дороге мчится тройка гуськом. Чуть-чуть слышна трель колоколь­чика, и ему глухо вторят бубенцы. Ребята от радости начинают прыгать, бегать, кричать, поднимают возню, несмотря на снег. Всё-таки некоторые не выдерживают хо­лода, — бегут поскорей накинуть себе на плечи что-нибудь.

Вот уж тройка подъезжает к горе. Колокольчик так и заливается, бубенцы так и рокочут, а маленькие так и переговариваются. «Ну, ребята, сейчас гору брать будут!» — выкрикивает кто-то. Но мы уже все знаем, что Маркелл (кучер) в гору лошадей пустит во всю мочь и в один миг очутится около нас. Действительно, подъезжая к горе, заметно: Маркелл начинает как-то подбираться. Вожжи натягиваются, сам выпрямляется, слышны окрики на лошадей не то сердитые, не то ободрительные, и лошади, уж приученные и понимающие, начинают тоже подбираться — забирать всё сильнее и сильнее. Перед самой горой вдруг вся тройка пускается в самый отчаянный карьер. Миг... и С.А. около нас. Мы кричим на разные голоса, здороваясь с С.А., толпимся около саней, не помогая, а скорее мешая ему выбраться из саней. Кто полость отстёгивает, кто намере­вается взять его под руку. Он только весело улыбается и приветливо кивает головой.

Мы уж знаем, что минут через двадцать С.А., вы­пивши стакан чаю, придёт в класс, а поэтому бежим, поскорее усаживаемся за парты и готовимся к уроку. Вхо­дит учитель, распределяет уроки по группам. Начинаются занятая. Вот слышны в коридоре мелкие шажки, — это «он». — Все замирают... Открывается дверь, на пороге показывается С.А. Мы, как один, поднимаемся и оглушительно здороваемся ещё раз. Затем все успокаиваются, и урок продолжается, как всегда. С.А. ходит по классу молча, прислушивается ко всему, что делается в классе. То подойдёт к группе, где идёт Закон Божий, послушает немного и идёт к следующей. Редко, редко, когда он сам задавал какие-либо вопросы, большею частью присматривался и прислушивался к общему ходу занятий в школе. День кончался, как и всегда. Никаких изменений не полагалось — обед в своё время, уроки до положенного часа, потом роспуск, и С.А. уезжал в Татево. Изредка ему случалось даже и ночевать в нашей школе. У нас так же, как и в Татевском училище, было общежитие для дальних учеников, и в нём жило человек до двадцати. Весь вечер С.А. проводил с нами. Прочтёт сказочку, задаст каждому по задачке, кто вперёд решит, заведёт игры и сам также участвует. Смотришь, вечер уж промелькнул, пора ужинать, делать вечернюю молитву, а там и спать.

 

* Народное Образование. 1904. Май-Июнь.



[1] Межененка от Татева находится в пятнадцати верстах.

Г. Емельянов


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"