На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Подвижники благочестия  
Версия для печати

Дети,

не слушайте безбожников!

Полезно по Святой Руси проехаться…

Скажут, нет такой страны! Кто-то прибавит: и не было. На самом-то деле она как раз и есть; прочие же на нашей земле – со своими лукавыми конституциями – лишь прижились-приблудились. У нас нет ни хутора, ни города, ни рощи, ни ручья не освящённых молитвой исповедника или кровью мученика. А зримо – каждый монастырь у нас и каждая часовенка – отсвет и оплот Святой Руси, каждое сердце православное, каждая душа православная – это и есть Святая Русь, пядь Святой Руси, за которую битва…

Всё ждал толчка извне… И вот звонок: едем в Одессу?..

Едем!..

Соборование

И вот уж отстучали колёса поезда, промелькнули за окном маршрутки окраины морозного южного города; мы входим в монастырские ворота.

Полное название обители – Свято-Успенский Одесский Патриарший мужской монастырь. Патриарший, потому что с 1946 года монастырь – резиденция Патриарха Московского и всея Руси; Алексий I (Симанский) проводил здесь несколько месяцев в году.

Кто не бывал в монастыре несколько лет, обратит внимание: выстроена новая колокольня с надвратной церковью и новый собор в глубине территории. Колокольня напоминает своей архитектурой о Иване Великом Московского Кремля, а пятиглавый собор – древние Успенские соборы Киева и Москвы.

По вторникам в Великий пост в монастыре совершается Таинство Елеосвящения (Соборования); к началу таинства мы, собственно, и подгадали свой приезд. Мы – трое мужчин и семь женщин.

В Православном Катехизисе, составленном митрополитом Филаретом (Дроздовым), читаем: «В Елеосвящении врачуется <человек> от болезней телесных посредством исцеления от (болезней) духовных… Елеосвящение есть Таинство, в котором при помазании тела елеем призывается на больного благодать Божия, исцеляющая немощи душевные и телесные».

В новом соборе, в просторном нижнем его пределе, освящённом в честь преподобного Кукши Одесского, к назначенному часу собралось около 400 человек; люди стоят рядами и группами, каждый со свечой, рассчитанной гореть часа два-полтора. Семь священников читают особые молитвы. Рефреном печально звучит общее покаянное пение: «Го-осподи, прежде даже до конца не поги-ибну, спа-аси-и мя…» Священники, меняясь местами, раз за разом, семь раз обходят ряды, помазывая елеем… Примечаю, есть нечто общее в их лицах. Это нечто – доброта. Ведь в жизни редкость – очевидная доброта лица, а здесь сразу семеро; такая особенность монастыря. Подробнее описывать таинство Маслособорования не стану, лишь замечу, что по наблюдению прошлых лет и атеисты, приобщившись к Таинству, исцеляются.

Болезненные вопросы

Слева, вблизи от резной деревянной раки преподобного Кукши Одесского исповедальный столик, стул, икона Николая Чудотворца, а в ней меньшая икона – Царя-мученика. В этом месте принимает исповедь схиархимандрит Иона, духовник обители. К нему – очередь, небольшая, но плотная. Когда я заглядываю через плечи, старец поднимается над епитрахилью, покрывающей мужчину, читает разрешающую молитву, обхватив в кольцо ладонями ему голову; мужчина поднимается, принимая благословение, кажется, у него слёзы, Иона его целует. На этом сегодня исповедь кончена. Видно, что старцу нездоровится, он хочет уйти, его окружает народ, келейники пробуют устроить проход, возникает даже нечто вроде давки. Но вот людской коридорчик образуется как бы сам собой, старец идёт к алтарной двери, благословляя небольшим кипарисовым крестом, кто-то вопросы задаёт. Вопрос о чтении Правила схимонахини Антонии (касается греха убийства в утробе детей): можно ли читать? Ответ тонет в шуме. Товарищ мой: «Батюшка, можно ли в пост два раза собороваться?» Благословляет.

Выходим на воздух. Около «кремлёвской» колокольни (с надвратным храмом в честь святых благоверных князей Бориса и Глеба) строится монастырская гостиница, стройку осматривает правящий архиерей – митрополит Одесский и Измаильский Агафангел. Владыка известен православному миру как стойкий поборник канонического церковного единства. Он удостаивает нас краткой беседой. Товарищ спрашивает о том, что волнует: «В нашем храме одно время читался Акафист Царю-мученику. Архиерей однажды сказал: «Я благословляю вас никогда не читать Акафист Царю Николаю – ни в этом храме, ни в каком другом». И архиерейски перекрестил. Как относиться к такому благословению, какова его действенность?» «Никакой! – мгновенно ответил владыка Агафангел. – Если кто-то из архиереев не почитает святых, не почитает Царя – это нарушение правила, Царь и Семья – прославлены Церковью, их почитают митрополит Владимир и патриарх…» По поводу того, что кто-то из священства готов объявить Мазепу святым, охарактеризовал такого кратко: «бандит в рясе!»

Три дня в монастыре

Первая трапеза – в час дня. Время есть. К нам как к группе паломников подходит монах. Это игумен Агафадор, заместитель благочинного. В его послушание входит проведение экскурсий; кроме того, как я позже заметил, он поёт на клиросе, ухаживает за ракой преподобного Кукши, служит панихиды, ну и читает в свою очередь в кладбищенской часовне Неусыпную Псалтырь. Отец Агафадор произносит: «Мы хотим показать вам монастырь». В его глазах, когда он начинает говорить, как бы вспыхивает внутренняя радость. При задержке взгляда на его лице сам начинаешь светиться.

Нас принимает в себя огромное гулкое пространство нового собора, ещё как бы не обжитое после строительства. По белым стенам иконы, золочёный иконостас, на полу высится гигантское злато-воздушное паникадило, приготовленное взвиться вверх под центральный купол. Отец Агафадор рассказывает о том, что в соборе три предела уже освещены (нижний – в честь Кукши Одесского, и два боковых верхних), а на освещение центрального – в честь иконы Божией Матери «Живоносный Источник» (так именуется и весь собор) – летом должен приехать патриарх Кирилл…

Наш экскурсовод выносит для поклонения из глубин алтаря дивный расписной ковчежец (в виде пятикупольного храма, инкрустированного лазурью) с мощами святого Андрея Первозванного (правой стопой апостола) и начинает петь… Это надо видеть и слышать, впечатление – дивное. Жаль, не записали на видео, а возможность была.

Нам разрешено прогуляться по патриаршему саду (посторонним вход закрыт). В саду на аллеях – скульптуры, часовенка на месте разрушенного храма, домик. На фронтоне яркого золота буквы «ПМ», прочитываем: «Патриарх Московский». Через решётку смотрим вниз, на море. Бескрайнее. Сверкает вдали солнечным серебром. Кипит у волнорезов. Волнорезы охраняют берег и монастырь от оползней и разрушений, как сам монастырь бережёт и спасает нас в житейском море. Среди архитектурно-садовых причуд патриаршего парка наше внимание особо привлекает миниатюрный монастырёк, созданный из мелких камней. На вопрос «кто автор?», – отец Агафадор отвечает: «Иеродиакон Димитрий». – «Художник?» – «Художник…»

С иконописцем иеродиаконом Димитрием мы знакомимся на следующий день, после литургии… Он охотнее говорит о жизни Церкви, чем о своём шедевре малой архитектуры. Но и о постройке говорит: «Церковь – по реконструкции церкви Х века, возведённой болгарским царём Симеоном I…» Речь о Золотой церкви в Велики-Преславе, городе, который по великолепию был равен Константинополю и который, кстати сказать, великий князь киевский Святослав, захватив, предполагал сделать своей столицей…

Пообщавшись три дня с монахами, вдруг замечаешь, насколько они все разные, каждый – свой яркий мир. Это, верно, потому, подумалось, что все они – вокруг Христа. А при свете солнца всё становится ярким – и призвания, и характеры… А в миру, в удалении от Христа, а то и вовсе без Христа – часто у нас всё как-то пошло, пёстро и глуповато.

Старец Иона

Чтобы попасть на исповедь к отцу Ионе, очередь занимают часов с пяти-полпятого, а кто-то, случалось, занимал очередь и на час-полтора раньше. Когда я пришёл в собор (заканчивался молебен у раки преподобного Кукши и начались Часы), понял: к отцу Ионе мне вряд ли дано попасть, самого старца ещё нет, а у его столика уже теснятся человек 20. Моё предположение укрепилось, когда появился охранник-келейник и худо-бедно выстроил очередь. Выстроив, кому-то пригрозив, кого-то потеснив, он стал пропускать к старцу каких-то людей сбоку, не из очереди. Тут же на душе у меня вдруг сделалось спокойно, словно б вопрос о том, попаду я к старцу или нет, где-то уже был решён положительно. Очередь двигалась медленно, то и дело сбоку пропускался кто-то, а кого-то старец и сам подзывал к себе. Вот какая-то шумная женщина, наперев на охранника, прокричала отцу Ионе: «Батюшка! Тут начальник милиции, он занимал очередь, а его не пускают!..» Старец поманил к себе молодого человека в необычной кожаной куртке, которого я уже видел прежде, обратив внимание на его лицо – смелое и дерзкое. Исповедовался он никак не меньше минут двадцати. В очереди стоять не имело смыла. Закончилось долгое чтение Часов, началась Литургия… И вот в тот момент, когда вынесли Чашу и народ отхлынул от старца, я оказалось на коленях под его епитрахилью. И вот уже кольцо его пальцев замкнулось на моей голове, он целует меня, и в слезах, которые выхлюпывают из меня, преломляются, извиваясь, огни свечей.

После службы отец Иона приглашает нашу группу к себе в келью. Мы поднимаемся на второй этаж нового братского корпуса, разуваемся в коридоре. Келья невелика, в два окна, рассаживаемся – на топчане, на стульях, на полу… Всюду иконы, фотографии, портреты. Взгляд выхватывает – Суворова, государя Николая Александровича, икону царственной инокини Анастасии… Келейник помогает старцу разуться. От жалости сердце сжимается, ноги опухшие, вены черны. Старец заговаривает о Серафиме Саровском, даёт нашему товарищу читать вслух зачитанную книжку – Летопись жизни Мотовилова. Он комментирует, разъясняя и вспоминая, отвлекаясь от темы, при это раздаёт нам в руки, делая по келье круг за кругом, просфоры, пироги, хлеб («царский – сладкий без сахара!»), апельсины, киви, мандарины… Голос его слаб, но иногда становится, кажется, упруг до звонкости. Жестикуляция рук его неспешна и значительна, так и вижу его длинные пальцы на фоне окна, вознесённые выше уровня лица.

Отвлекаясь, он вдруг говорит о вере, о благодати Божией, без которой мир и мгновения не простоит. Он повторяет: у человека для спасения два крыла – труд и молитва. А в игры играют маленькие дети, взрослым играть не надо. «Дьявол говорит: я вам дам игру, только чтобы не молились Богу: телевизор, компьютер, футбол, теннис…» И опять старец повторяет: «Труд и молитва спасают человека… Мне в тридцать шестом году было 11 лет, я был младшим, девятым в семье, и нам школе говорят: зачем молиться, мы сделаем машины, сделаем Днепрогэс и будет коммунизм, все будут равны, все в достатке…» Я прихожу домой и говорю: «Мама, в школе говорят не надо молиться». Она: «Дети, не слушайте безбожников, надо молится! Рай на земле не будет, рай на небе будет…»

И слышится в словах его матери мудрый голос верующего народа, голос, который донёс до нас старец. Он повторил нам, сказанное народом. Его речь так организована, что каждый может услышать – это сказано о тебе, о страстях твоих, о грехах твоих и печалях. Слова его как бы зёрнышки каких-то дивных цветов, которые потом начинают цвести в душе твоей, меняя строй мыслей, фокусные расстояния, аромат атмосферы.

Сказал он зачем-то и о политике, о недавних украинских выборах: «Янукович был у меня три раза. Он – православный человек». Впрочем, знаю, зачем сказал. Некоторые из присутствующих считают, – нечего поддерживать их в их демократических играх, обманут.

В интернете есть сайт «Старец Иона» http://www.oiona.ru/ , там я нашёл слова: «...это первый человек, который показал мне, что чтобы быть в этой жизни, БЫТЬ с большой буквы, чтобы быть счастливым, иметь спокойствие в душе – для этого не нужно иметь идеальное здоровье, карьеру, кучу денег, успех…»

В нынешнем году, на святого Владимира, схиархимандриту Ионе (Игнатенко) исполняется 85 лет.

Олег Слепынин


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"