На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Православная ойкумена  
Версия для печати

Песчанская икона Божией Матери и судьба Российской Империи

Рассказ о таинственном событии 100 лет назад

До недавнего времени, из Москвы в Донецк ежедневно отправлялся поезд “Донбасс”. Он останавливался в городах: Тула... Орел... Курск... Белгород... Харьков... через 2,5 часа Изюм... через полчаса Славянск... Краматорск... Дружковка... Ясиноватая... Донецк.

Как только весной 2014 года в Славянске и Краматорске вспыхнула война, в мировых новостях появился и Изюм, где с самого начала стоят украинские войска нацгвардии и находится штаб-квартира так называемой АТО.

Изюм – живописный городок на границе Харьковщины и Донбасса, в 16 часах езды от Москвы. Он стоит на горе Кремянец, упомянутой в “Слове полку Игореве”. «О Русская Земля! Ты уже за холмом!» – сказал князь Игорь, когда его дружина перешла эту гору и пошла навстречу своей судьбе.

Там, где вьется река Донец, камень-памятник возвещает о победе Владимира Мономаха над половцами.

Золотое Евангелие – подарок Петра Великого – хранится в изюмском музее. Во время азовских походов и войны со шведами царь три года прожил в Изюме.

Когда Россия отвергла двухглавого орла, именно в Изюме отливались звезды на башни Московского Кремля.

Во время Великой Отечественной войны Изюм являлся ареной жесточайших боев. С октября 1941 года на протяжении восьми месяцев здесь проходила линия фронта. Во время Курской битвы осуществлялась Изюмо-Барвенковская операция, которая сковала силы противника. По рассказам ветеранов, это сыграло решающую роль в победе на Курской дуге.

В Изюме, на Кремянце, знаменитому советскому физику Льву Ландау пришла в голову мысль о том, как осуществить расщепление атома, что в итоге привело к созданию ядерного щита СССР и потом России.

Изюм. Что же это за весь, которая играет таинственную роль в судьбах нашего многострадального Отечества, и в то же время остается практически неизвестной?

100 лет тому назад произошла таинственная история, которая была связана именно с Изюмом, и была призвана сыграть решающую роль в судьбе Российской Империи. Ею начинаются “Воспоминания Товарища Обер-Прокурора Св.Синода князя Николая Давыдовича Жевахова”. (http://krotov.info/history/20/1910/zhevahov1.html)

 

БАРИ-ИЗЮМ. Италия, начало 1920-х годов. В городе Бари, при русском храме Николы Угодника, живет русский беженец, который лет за двадцать до революции принял самое живое участие в строительстве этого храма. Отсюда, из Италии, он неотступно уносит свои горькие мысли в Изюм.

В условиях скудной беженской доли, он ищет возможность напечатать то, что считает жизненно важным знать всем русским людям – таким же, как он, потерявшим родину беженцам, которые в великой скорби рассеивались тогда по всему свету. Из Парижа и Белграда, из Берлина и Харбина, он влечет внимание русских к Изюму.

Почему к Изюму – уездному городку Малороссии, с которым он никак лично не связан? Вся жизнь князя Жевахова связана с Киевом, С.-Петербургом и родовым полтавским имением Линовица, где, пользуясь его гостеприимством, писал свои творения Сергей Нилус.

В 1923 году в Берлине выйдет книга Жевахова. С первых страниц она уведет читателя в Изюм; свяжет Изюм с царским дворцом, с Царской Ставкой в Могилеве, с именами царя и царицы, и целым рядом славных и бесславных исторических лиц.

Он назовет виновников катастрофы, и некоторые из них в эмиграции ответят ему, стремясь опорочить князя Жевахова и дискредитировать то, во что он свято верил. Это его не остановит. Всю свою оставшуюся жизнь он будет влечь внимание русской эмиграции к Изюму.

 

ЖИВОЕ СЕРДЦЕ. Изюм, слобода Пески, Свято-Вознесенский собор. Сюда приехал князь Жевахов “послом по особому поручению” в 1915 году.

В этом храме бьется живое сердце. Оно чутко слышит и отзывается на всякого рода беды, на неисцельные болезни, особенно детей. В благодарность за непостижимые исцеления, люди везут ему цепочки, крестики и простые местные цветы: гладиолусы, георгины и астры. Даров за помощь стало так много, что из них вылили ризу из серебра и золота.

Чутким сердцем является старинный образ Песчанской Божией Матери. Это казачья икона, словно тронутая степным солнцем, неизвестно кем и когда принесенная в Изюм, на берег Северского Донца, забытая и, по особому откровению, обретенная в 1754 году Святителем Иоасафом Белгородским.

Святитель Иоасаф Белгородский был прославлен императором Николаем II. Самодержавный голос за его прославление прозвучал впервые от Александра III, который считал спасение царского поезда в Борках в 1888 г. помощью свыше, а именно – заступничеством Святителя Иоасафа.

Как в 1903 году Царская Семья прибыла на прославление преподобного Серафима, так и в сентябре 1911 года намеревалась приехать на канонизацию Святителя Иоасафа, в подготовке которой приняла самое сердечное участие. Царская Семья уже собиралась выехать из Киева в Белгород, как вдруг произошло убийство премьер-министра П.А.Столыпина. Царь остался на похороны, назначенные на те же самые дни, что и торжества в Белгороде.

Через год после прославления, Святитель Иоасаф явился некоему военному доктору, полковнику О. Взяв этого верующего человека за руку, Святитель повел его на гору, откуда открывалась залитая кровью Россия.

“Я содрогнулся от ужаса, – рассказывал полковник членам Братства Святителя Иоасафа Белгородского. – Не было ни одного города, ни одного села, ни одного клочка земли, не покрытого кровью... Я слышал отдаленные вопли и стоны людей, зловещий гул орудий и свист летающих пуль, зигзагами пересекающих воздух; я видел, как переполненные кровью реки выходили из берегов и грозными потоками заливали землю... Картина была так ужасна, что я бросился к ногам Святителя, чтобы молить Его о пощаде. Но от трепетания сердечного я только судорожно хватался за одежды Святителя и, смотря на Угодника глазами, полными ужаса, не мог выговорить ни одного слова. Между тем Святитель стоял неподвижно и точно всматривался в кровавые дали, а затем изрек мне: “Покайтесь... Этого еще нет, но скоро будет”... После этого дивный облик Святителя, лучезарный и светлый, стал медленно удаляться от меня и растворился в синеватой дымке горизонта”.

Шел 1912 год. Россия, казалось, благоденствовала. Проходили блестящие парады императорской гвардии. Царь производил юнкеров в офицеры. В дворянских усадьбах пели под рояль романсы о белой акации. В селах крестьянские девушки водили хороводы. Кутили на ярмарках купцы. Все шло установленным веками порядком.

Кто бы мог поверить, что пройдет всего два-три года, и на полях войны сложит головы кадровая императорская армия. В Киеве в 52 чрезвычайках начнутся террор и убийства. Поставят в очередь на смерть: впереди стоящему ломом проломят голову, а следующего заставят съесть мозги. В Казанской губернии чекисты ради “разнообразия” живых людей будут жарить в русских печах. В Гос.Исторической библиотеке можно познакомиться с “Еженедельником чрезвычайных комиссий” революционных лет, на страницах которого какие-нибудь саратовская и одесская, тверская и харьковская чрезвычайки со знанием дела обмениваются “опытом”. Там можно встретить и по злому умные статьи о целесообразности массового террора относительно индивидуального, и проч., c целью изменения облика православно-христианского государства.

Не внимали праведному отцу Иоанну Кронштадскому, который призывал: “Кайтесь! Кайтесь! Приближается ужасное время, столь ужасное, что вы и представить себе не можете!” Что же удивительного, что никто не поверил военному врачу.

В 1914 году, когда уже бушует война, полковнику О., уже на фронте, на его горячую молитву о спасении России, снова является Святитель Иоасаф.

Поздно, – сказал Святитель, – теперь только одна Матерь Божия может спасти Россию. Владимирский образ Царицы Небесной, которым благословила меня на иночество мать моя и который ныне пребывает над моею ракою в Белгороде, также и Песчанский образ Божией Матери, что в селе Песках, подле г.Изюма, обретенный мною в бытность мою епископом Белгородским, нужно немедленно доставить на фронт, и пока они там будут находиться, до тех пор милость Господня не оставит Россию. Матери Божией угодно пройти по линиям фронта и покрыть его Своим омофором от нападений вражеских... В иконах сих источник благодати, и тогда смилуется Господь по молитвам Матери Своей”.

И снова полковнику никто не поверил. За попытку привлечь внимание к явлению Святителя Иоасафа, его упекли в сумасшедший дом.

Полковнику О. поверил священник, который принял большое участие в прославлении Святителя Иоасафа Белгородского. Это он, – отец Александр Маляревский, маститый петербургский протоиерей и личный друг о.Иоанна Кронштадского, – дал ход этой истории и сам пришел к князю Жевахову.

“Сделать это придется Вам, – благословил он князя Жевахова. – Так и смотрите на это дело, как на миссию, возлагаемую на Вас Святителем, Вашим Покровителем... Отказываться Вам нельзя... Дело это деликатное, и браться за него нужно с осторожностью... Здесь еще мало верить, а нужно суметь передать свою веру другому. Не всякий это сделает, да не всякому можно и поручить такое дело... У Вас есть придворные связи; подумайте, поищите путей, но мысли сей не оставляйте, ибо дело это Ваше”...

Жевахов был ключевым лицом в подготовке канонизации Святителя Иоасафа. В Гос.Исторической библиотеке хранится его скурпулезный труд: 4 тома материалов к канонизации Святителя Иоасафа, над которыми он трудился шесть лет. Поэтому поездка в Ставку с Песчанской иконой явилась духовно закономерным событием в его жизни.

По дороге в Ставку князь Жевахов узнает от изюмского священника о.Александра Яковлева, что Святитель Иоасаф также явился одному блаженному старичку на Песках, “крепко пенял за грехи людские”, и велел скорее везти Песчанскую икону к царю на фронт...

 

ВЗБРАННАЯ ВОЕВОДА СВЯТОЙ РУСИ. Жевахов не знал того, что на фронт Первой Мировой войны, к царю, который только взял на себя командование армией, и воинству, идет не просто сельская икона.

В 1754 году, смертельно больной епископ Иоасаф Белгородский объезжает на лошадях свою епархию – от Курска до Мариуполя – в поисках иконы, явленной ему во сне. И находит ее в Изюме, в местечке Замостье, в ветхом казачьем храме на берегу Донца.

Что это за место, где стоял этот храм?

Храм в честь Св.Вознесения был возведен казаками на том самом поле, где в 1111 году Владимир Мономах одержал победу над половцами. На этом поле князь Игорь со своей дружиной стоял лагерем. Не под Полтавой, а именно здесь, на этом самом поле, Петр Великий (три года он прожил в Изюме во время Азовских походов) думал дать битву шведам.

 

Песчанская икона Божией Матери была обретена на ратном поле древней Руси.

Уже после обретения Песчанской иконы в Изюме сформировался знаменитый полк императорской армии – изюмские гусары. Они отличились и при взятии Измаила, и в наполеоновских войнах. Полк был награжден серебряными трубами с надписью “Изюмскому полку за оказанную храбрость в 1807 году против французов”, и георгиевскими штандартами с надписью: "За отличие при поражении и изгнании неприятеля из пределов России 1812 года".

В помощь царской армии в 1915 году спешила Взбранная Воевода.

Но от внимания князя Жевахова это было как бы сокрыто.

 

“ИСТОЧНИК ВЕЛИКОЙ БЛАГОДАТИ ДЛЯ ЦЕЛОЙ СТРАНЫ”. До назначения на Белгородскую кафедру, Святитель Иоасаф исполнил важнейшее государственное дело – восстановил после пожара Троице-Сергиеву Лавру, которой был настоятелем. Страшный пожар обители преподобного Сергия – Дома Живоначальной Троицы на русской земле, куда даже цари ходили пешими, – имеет глубоко символическое значение. Тогда, в середине XVIII века, на русскую почву сеялись зерна вольтерьянства и крамолы, которые так обильно проросли в начале XX века.

Вторым делом государственного значения было установление благопорядка в обширном краю, который простирался от Курска до Мариуполя и назывался Белгородской епархией.

Третьим державным делом Святителя Иоасафа было обретение Песчанской иконы Божией Матери. После трех дней молитвы пред только обретенной иконой, Святитель Иоасаф слышит голос:

“Сей образ является источником великой благодати для веси сей и для целой страны”.

 

В 1800 году у Песчанской иконы произошло воскрешение мертвого ребенка на глазах его родителей и множества людей. Это событие засвидетельствовано духовенством храма и вошло в акафист Песчанской иконе. Возвратив мальчику жизнь, Божия Матерь наградила его крепостью тела и духа. Он вырос и стал императорским военным. Живым свидетельством чуда воскрешения из мертвых, полковник Петр Степанович Гелевский дожил в С.-Петербурге до глубокой старости.

Чудотворениями и исцелениями Песчанская икона явила себя “источником благодати для веси сей”.

В державном же смысле, как “источник благодати для целой страны”, Песчанская икона впервые открылась в 1915 году, придя в Ставку к Государю, который за месяц до того принял на себя командование армией.

Песчанская икона и Государь были связаны незримой нитью. В честь коронации Николая II жители Изюма установили Крестный ход с Песчанской иконой. Каждый год, как бы благословляя путь будущего царя-мученика, Песчанская икона возвращалась Крестным ходом на место своего обретения – из слободы Пески в Замостье. Это километра два пути. Старенький казачий храм в Замостье был разобран, а на его месте, на берегу Донца, возведена часовня в честь коронации Николая II. Большевики ее разрушили до основания. Но до сих пор в Свято-Вознесенском храме хранится старинный список Песчанской иконы – подарок Царской Семьи, вероятно, к канонизации Святителя Иоасафа.

 

РОКОВОЕ СОВПАДЕНИЕ. Шла осень 1915 года, когда Крестный ход с Песчанской иконой по боевой линии не состоялся. Даже несмотря на то, что Песчанская икона была доставлена в могилевскую Ставку при участии Императрицы Александры Федоровны. И даже несмотря на то, что Песчанская икона незапланированно прибыла в Ставку ко дню именин Наследника.

В недопущении Крестного хода с Песчанской иконой по линии фронта участвовали те же лица, которые через два года дезориентировали и опутали заговором царя.

Будучи отвергнутой, Песчанская икона незаметно покинула Ставку 15 декабря 1915 года. Жевахов приехал и отвез икону обратно в Изюм.

Внимательное исследование вопроса указало на роковое совпадение. Известный “план Парвуса” по финансированию революции в России колебался целый год, не имел определенности, и то приближался к цели, то расстраивался. Как будто история выжидала, куда повернуть.

Парвус был приглашен на важную встречу в Берлине во второй половине декабря 1915 года. В МИДе и ведомстве Государственного казначейства Парвусу дали широкие финансовые гарантии для подрывной работы в России.

 

29 декабря 1915 года, начинается масштабное финансирование государственной катастрофы в России и агрессивная компания по деморализации армии. Парвус делает ставку на Ленина.

Едва Песчанская икона покинула Ставку, “красное колесо” истории закрутилось...

Через полгода после отъезда Песчанской иконы в Ставку прибыла Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора Московского Кремля. Она побывала на фронте и находилась в Ставке во время отречения Государя.

Сколько в Российской Империи было чудотворных икон, тогда еще не тронутых безбожной рукой, но именно Песчанской иконе было предназначено удержать Россию от гибели.

Владимирская икона, стоявшая у колыбели Руси, прошедшая с Россией весь ее исторический путь, пришла, когда судьба страны окончательно определилась. России предстояло взойти на Голгофу...

 

УХОД ИКОНЫ. Краеведческое расследование судьбы Песчанской иконы в XX веке опровергло утверждение князя Жевахова об уходе иконы с афонскими старцами.

Жевахов пишет о том, что икона таинственными путями ушла из Изюма в Европу к неким богоизбранным людям, и явится в свое время...

Как и многие русские беженцы первой волны, Жевахов считал, что они “Россию в дорожном унесли мешке”. А если вся русская правда ушла с ними, то и невольное рождение мифа, в который Жевахов искренно верил, логично: Песчанской иконе тоже путь за ними на чужбину.

Ему было тяжело даже мысль допустить о том, что судьбоносная для России икона может погибнуть от рук большевиков.

Если бы Николай Давыдович Жевахов узнал о реальной судьбе Песчанской иконы, он не смог бы сдержать слез. Он воскликнул бы: “Дивны дела Твои, Господи!”

Икона действительно ушла. Но ушла она сокровенно, никогда не покинув Изюм, и не сдвинувшись с того места, которое было определено ей Святителем Иоасафом Белгородским. Она ушла из памяти людей как великая святыня. И вернулась – целым потоком чудесных исцелений – уже в 1980-е годы.

Святитель Зарубежной Руси, архиепископ Иоанн Шанхайский (Максимович), с детства хорошо знал Песчанскую икону. От его родной Адамовки (под городом Славянском) до уездного города Изюма – 32 километра. Его отец, Борис Иванович Максимович, состоял выборным предводителем изюмского дворянства. Семья Максимовичей жила то в Харькове, то в родовом имении Адамовке. Святитель Иоанн Шанхайский был тогда еще студентом Харьковского Императорского университета.

С высокой долей вероятности можно предположить, что в октябре 1915 года семья Максимовичей провожала Песчанскую икону, которая уезжала в Ставку, в Изюме. Или же в Харькове, где, при огромном стечении народа, Песчанской иконе служили прямо на вокзале всенародный молебен.

В проводах Песчанской иконы в Ставку участвовал и харьковский архиепископ Антоний (Храповицкий) – будущий глава Русской Зарубежной Церкви. Это он отправит будущего Святителя Иоанна Шанхайского, которого знал еще в Харькове юным Мишей Максимовичем, из Югославии в Китай.

Объехав со своей святительской миссией полмира, имея духовных чад по всему свету, неужели Святитель Иоанн Шанхайский никогда бы не узнал о том, что его родная Песчанская икона таинственными путями ушла из Изюма и находится где-то в Европе?

 

ПЕСЧАНСКОЕ ЗНАМЕНИЕ. Ни на пядь не сдвинувшись со своего места, Песчанская икона явила более, чем чудо. Дерзаю помыслить, что Песчанская икона явила знамение о несбывшемся с царской Россией.

Это знамение явлено в судьбе Свято-Вознесенского храма, для которого словно и не было совсем разрушительного, кровавого, безбожного XX века.

Чтобы осмыслить это, нужно ознакомиться с историей Изюмщины в XX веке. Что происходило в Изюме после возвращения иконы из Ставки в 1915 году? И иностранная интервенция; и гражданская война; и голодомор 1930-х; и тотальное разграбление и уничтожение храмов.

Когда все вокруг было разрушено, разграблено, разбомблено, разнесено по клочкам, которых не сыщешь, Свято-Вознесенского храма не коснулся ни штык, ни пуля, ни бомба, ни безбожная рука. И даже в самые тяжкие годы “безбожных пятилеток” и войны в храме никогда не прекращалась Божественная Литургия.

Великая Отечественная война буквально кровавой рекой прошла по этому краю. В 200 метрах от Свято-Вознесенского храма проходила линия фронта.

Свято-Возненский храм, возведенный для Песчанской иконы в 1826 году, с его высокой колокольней, являлся самым высоким сооружением в Изюме. Он использовался обеими воюющими сторонами для корректировки огня (линия фронта постоянно менялась, здесь были то наши, то немцы). Храм неоднократно бомбили, но ни одна бомба не достигла цели.

Песчанская икона была реальной участницей боевых действий. Когда немцы шли в наступление, Песчанскую икону выносили и несли по линии фронта. Старожили свидетельствовали о том, что после Крестного хода немцы отступали и линия фронта отодвигалась.

Один раз, во время сильной бомбежки, Песчанскую икону пытались вынести из храма, но она вдруг стала такая тяжелая, что не смогли ее поднять. Когда же бомбежка кончилась, храм остался целым и невредимым, а вот дом, куда хотели унести икону ради ее спасения, оказался разбомбленным.

Когда немцы закидали камнями чудотворный Песчанский источник, неподалеку от храма, святая вода раскидала камни...

Родной дом Песчанской иконы, со всем его внутренним убранством, остался нетронутым островком “России, которую мы потеряли”. Царская Россия до сих пор в нем сокровенно жива. Как это произошло – непостижимо уму.

 

БЛАГОСЛОВЕНИЕ О.НИКОЛАЯ ГУРЬЯНОВА. Еще до того, как в России были опубликованы воспоминания князя Жевахова, всеми почитаемый старец о.Николай Гурьянов открыл России Песчанскую икону.

В 1990-е годы к о.Николаю Гурьянову из Канады приехал некий человек со списком Песчанской иконы. В те же годы в Изюм, настоятелю Свято-Вознесенского храма на Песках, пришло письмо из Канады, что дедушка наш был священнослужителем вашего храма, большевики ему ноги обрубили и живым закопали... Связаны ли эти два факта, неизвестно.

Именно с Песчанской иконой, скажет отец Николай Гурьянов, надо облететь границы России. Нужно обходить Россию с Песчанской иконой крестными ходами. Песчанский образ нужно иметь в каждом доме. И обязательно найти подлинник.

В 1999 году Песчанская икона (список из Канады) специальным рейсом облетела границы России. После совершения этого крестного хода закончились годы разрухи, в Россию пришла стабильность на много лет. Россия как бы обрела силу, стала крепнуть, подыматься.

 

Возможно, это совпадение, но в тот воздушном крестном ходу самолет миновал Чечню, где вскоре вспыхнула война. Также миновал Мурманск, где вскоре произошла трагедия с подлодкой “Курск”. Но священник, настоятель одного из московских храмов, восемь раз возил список Песчанской иконы в Чечню во время войны.

Во исполнение благословения о.Николая Гурьянова, начиная с Волгограда, в России стали совершаться крестные ходы с Песчанской иконой.

Однажды, когда крестный ход приближался к Иоанно-Богословскому монастырю в Рязани, некоей женщине был сон. Она увидела, что идет крестный ход с удивительной иконой, которую несут военные, но военные не нашего времени. Икону Божией Матери несут офицеры и солдаты императорской армии. Женщина ничего не знала ни о Песчанской иконе, ни об истории князя Жевахова, и ни о том, что крестный ход действительно идет сейчас по их рязанским дорогам... .

Где же подлинник Песчанской иконы?

Песчанская икона Божией Матери в г.Изюме – не список, не копия, а подлинник. Это та самая икона, которая была предназначена остановить Первую Мировую войну и сохранить Российскую Империю от катастрофы 1917 года.

И вот, через 100 лет, снова смута стоит на пороге русской земли. И также, как и 100 лет назад, Песчанская икона Божией Матери стоит на страже духовного единства Святой Руси. Она ждет наших молитв к ней.

Москва-Изюм, 18 октября 2014 г.

Ника Юферева, участница изюмского краеведческого поиска о судьбе Песчанской иконы


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"