На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Православная ойкумена  
Версия для печати

Покровские храмы Москвы: история и смыслы

Доклад на научно-практической конференции «Сорок сороков: град Москва под Покровом Богородицы»

Русская духовно-политическая и религиозно философская традиция имеет одну интересную черту: смыслы многих важнейших идейных комплексов не раскрываются в вербальной форме, т.е. они никак не объясняются словесно, но при этом очень глубоко и тонко воспринимаются на уровне веры и чувств. К примеру, в русской духовно-политической традиции заметную роль играли такие понятия как «Третий Рим», «Новый Иерусалим», «Новый Израиль», «Святая Русь», но при этом вы нигде не найдете точного и однозначного определения этих понятий. Более того, некоторые из этих понятий вообще кажутся случайными. Так, знаменитое рассуждение старца Филофея о «Третьем Риме»— это всего лишь очень малая часть, буквально одна фраза в посланиии, главным содержанием которого было осуждение астрологии. Больше того, собственно словосочетания «Третий Рим» и тем более выражения «Москва — Третий Рим» нет ни в текстах старца Филофея, ни в посланиях ему приписываемых. Остальные понятия тоже рассыпаны по разным текстам конца XV — XVII вв., при этом нигде нет каких-то глубоких и пространных размышлений об их содержании. Судя по всему, нашим предкам не нужно было тратить лишние слова на объяснения смыслов, ибо они понимали и знали их без слов, видимо, благодаря постоянной молитвенной практике, а также более глубокому развитию именно чувственной сферы освоения действительности. Мы, их потомки, во многом утеряли подобные способности, ибо в нас с детских лет развивали, прежде всего, рациональные способы познания мира. Соответственно, нам, во-первых, довольно-таки сложно понять собственных предков, осознать смыслы их бытия, и, во-вторых, для освоения этих смыслов нам нужно очень много слов, чтобы на рациональном языке попытаться хотя бы частично выразить, раскрыть или реконструировать эти смыслы. В этом отношении, попытка реконструкции смыслов, которые наши предки закладывали в праздник Покрова Пресвятой Богородицы и, как следствие, в созидание Покровских храмов, представляется очень интересной исследовательской задачей. Ведь этот праздник уже давно является одним из самых почитаемых в русской духовной традиции, а число Покровских церквей — одно из самых больших среди всех российских храмов вообще. Во всяком случае, по данным сайта «Храмы России», сейчас известен 1141 русский православный храм, посвящённый Покрову Пресвятой Богородицы (учитывались все храмы: действующие, закрытые, несохранившиеся; принадлежащие как РПЦ, так и старообрядческие). При этом больше известно только число храмов в честь Николая Чудотворца — 3542, а на третьей позиции находятся храмы в честь Живоначальной Троицы — 1125 (1). Но при этом история праздника также как и история поставленных в его честь храмов, полна проблем, загадок и неясностей.

Как известно, праздник Покрова Пресвятой Богородицы связан с памятью о чуде во Влахернском храме Константинополя, свидетелем которого стал Андрей Юродивый, сподобившийся видения Богородицы: Она простерла над верующими белый покров (мофорий, омофор) и вознесла молитву о спасении мира от невзгод и страданий. Точное время этого видения неизвестно, но все церковные историки связывают его с 910 или 911 г. В XII веке в честь этого события в русских землях и был установлен праздник Покрова Пресвятой Богородицы, который стал отмечаться 1 (14) октября.

И сразу же начинаются загадки. Прежде всего, давно уже отмечен тот факт, что праздник Покрова Пресвятой Богородицы, установленный на 1 октября — это исключительно русское явление. Конечно, традиция почитания одеяний Пресвятой Богородицы к тому времени уже существовала в христианском мире, как в православном, так и в римско-католическом. Но вот особый Покровский праздник именно 1 октября нигде, ни на Востоке, ни на Западе не отмечался и не отмечается по сию пору.

Так возникает ещё загадка-проблема: когда и кто установил праздник Покрова Пресвятой Богородицы? Конечно, введение собственных, так сказать, «национальных» церковных праздников — это распространённое явление в Христианской Церкви. Но в каждом конкретном случае есть какие-то свои причины, есть исторические персонажи, которые проявили особое рвение, руководствуясь некими вполне определёнными мотивами. В данном случае, казалось бы, ответ прост: согласно преданию, это сделал великий князь Андрей Юрьевич Боголюбский во второй четверти XII столетия. Само установление Покровского праздника объясняется его особым личным почитанием Пресвятой Богородицы, ибо князь Андрей Юрьевич не только искренне верил в Её покровительство, но и был свидетелем множества чудес, Ею свершённых. Кроме того, именно при жизни Андрея Боголюбского Богородица не раз являла заступничество за Русскую землю и русских людей в различных ситуациях, в том числе в походе на волжских булгар в 1164 г. Однако, оказывается, не всё так просто. Многие исследователи считают, что праздник Покрова появился несколько раньше — в первой четверти XII века, а некоторые из учёных предполагают: инициатором установления праздника был не Андрей Боголюбский, а его дед Владимир Всеволодович Мономах (2).

С именем Андрея Боголюбского обычно связывают и строительство первой на Руси Покровской церкви — знаменитого храма Покрова на Нерли. Впрочем, сегодня некоторые исследователи высказывают определенные сомнения относительно изначального посвящения этого храма именно Покрову. Они указывают на тот факт, что в письменных источниках XII–XV вв. церковь на Нерли именуется просто Богородицкой, а Покровской называется только в текстах XVI в. Кстати, такая же запутанная история с Покровским храмом Новгородского Зверина монастыря — в 1148 г. эта церковь упоминается как Богородицкая, но в 1398 г. уже называется Покровской (3). Конечно, это вовсе не означает, что оба храма изначально не были посвящены празднику Покрова Пресвятой Богородицы, но определённые загадки эти факты порождают.

Проблематично-загадочна и дальнейшая история праздника Покрова Пресвятой Богородицы и храмов, поставленных в его честь. Так, в 1308 г. упоминается Покровский монастырь в Хотькове, и это первое свидетельство о существовании Покровской церкви уже собственно в московских землях (4). А самые ранние сохранившиеся рукописные списки Службы Покрову относятся к середине и концу XIV в. (5) И в тоже время, современные историки отмечают, что в начале XIV века этот праздник был ещё малоизвестен как в целом по Руси, так и в Московском княжестве. Например, его нет в месяцеслове Евангелия московского князя Симеона Гордого (на 1 октября здесь упоминается только св. апостол Анания), как нет его и в псковском месяцеслове XIV века (6). Нет праздника Покрова и в подавляющем большинстве других месяцесловов на период до начала XV в. (7) В XII — первой трети XVI в. весьма небольшим было и число Покровских храмов, упоминаемых в древнерусских летописях (8).

Но, судя по всему, уже в XV в. почитание праздника Покрова на Руси расширяется. Особенно заметным этот праздник стал в северо-западных русских землях. В частности, именно в новгородских и псковских землях было наибольшее число Покровских храмов, а большинство рукописных текстов, посвященных Покрову, имели новгородское происхождение. Считается, что эта особенность была вызвана бытовавшим тогда мнением о новгородском происхождении Андрея Юродивого, которому было видение Покрова Богородицы во Влахернском храме (9). Но более широко начинает почитаться праздник Покрова и в московских землях. Именно к этому времени относятся первые свидетельства о Покровских церквях в Москве: в 1479 г. упоминается Покровский монастырь «в Садех» (в начале совр. ул. Маросейки), в 1488 г. — приходская церковь Покрова «в Садех» (на месте совр. д. 2 по ул. Маросейка), а в 1504 г. — Покровский монастырь на Лыщиковой горе (левый берег р. Яузы, между совр. Таганской площадью и Курским вокзалом), на месте которого в XVII веке уже стояла обычная приходская церковь.

Ранняя история этих четырёх Покровских храмов крайне бедна фактами, но полна противоречий. Наиболее взвешенное мнение, думается, высказывает Е. Лебедева: «Покровский монастырь в Садех… дал имя Покровке. Чуть позже его перевели в Лыщиково, но от него осталась приходская церковь Покрова, впервые упоминаемая в 1488 году, — она простояла до конца XVIII века… Тогда старую, ветхую Покровскую церковь разобрали, и из её камня построили местный храм Спаса на Глинищах…

Примерно в то же время, на рубеже XV–XVI веков, на Лыщиковой горе появился другой великокняжеский Покровский монастырь — близ пересечения Николоямской улицы и Земляного вала. (Почему-то до сих пор из книги в книгу кочует расхожая легенда, будто в нём ещё в 1392 году принял иноческий постриг брат преподобного Сергия Радонежского, Стефан, хотя на самом деле он принял монашество в Хотьковом Покровском монастыре, к тому же намного раньше). Этот монастырь тоже стоял на землях московских великих князей, и в 1504 году Иван III завещал его своему сыну Василию III. Здесь и начинается разноголосица. Одни считают, что это и был тот самый, древний Покровский монастырь, располагавшийся в Старых Садех, и монастырей было не два, а один; да и расстояние между территориями обоих монастырей было невелико. Другие полагают, что все же это два разных монастыря, но одновременное существование двух великокняжеских одноименных обителей, поставленных столь близко друг от друга, кажется странным. И существует третья, самая убедительная версия, высказанная академиком Г. Мокеевым, по которой в самом конце ХV века Иван III перевел свой Покровский монастырь, что в Садех, на Лыщикову гору за Яузу, отчего монастырь стал именоваться «Лыщиковым». Вероятно, это произошло после 1488 года, когда сильный пожар на Покровке уничтожил старый монастырь. Предлагают и такую версию: монастырь в Заяузье был основан частным лицом, возможно по фамилии Лыщиков, и великий князь взял его к себе, чтобы перевести братию из Покровского монастыря в Садех.

По мнению Г. Мокеева, Лыщиков монастырь сгорел в нашествие на Москву крымского хана Девлет-Гирея в 1571 году… и вскоре был упразднен. Большинство же исследователей считают, что его упразднили несколько позднее и по другой причине. После набега крымского хана Казы-Гирея в 1591 году было решено выстроить вокруг Москвы новое кольцо крепостных укреплений — Земляной вал. При его возведении срыли часть высокого холма, на котором стоял монастырь, и в начале XVII века обитель была упразднена… После упразднения Покровского Лыщикова монастыря… осталась деревянная церковь, упоминаемая как приходская в 1625 году» (10).

Кроме названных храмов, под 1531 годом в источниках можно найти «церковь Покрова Святей Богородицы» «на Новом» (совр. площадь возле м. «Кропоткинская», начало ул. Пречистенка и Остоженка). Ныне этой церкви не существует, но, как отмечают исследователи, «поблизости от неё были две церкви: одна — Сошествия Святого Духа с приделом Покрова, каменное здание которой возведено было в 1699 г., иначе её называли церковью Покрова на Грязех; другая — церковь Воскресения Христова, «что слывёт Новое», на Остоженке в Киевцах на Грязи, с приделами Покрова и великомученицы Варвары, известна с 1625 г. … Вероятно, прежде на месте этих церквей были деревянные Покровские храмы, память о которых сохранилась в посвящении придельных престолов и один из которых определенно подразумевается в приведенной летописной записи» (11).

Наконец, в некоторых публикациях указывается на то, что в разных сёлах, ныне расположенных на территории современной Московской области, было несколько Покровских храмов, основание которых возводится к XV в. и к первой половины XVI в. (12) Правда, в большинстве случаев делается оговорка о том, что точные документальные свидетельства об этих церквях относятся к более позднему времени (13).

И все же, в XV — начале XVI в. почитание праздника Покрова на Руси и в Москве ещё не носило столь особого характера, какой он обретёт позднее. Как отмечает В.М. Кириллин, этот праздник ещё в 60-е гг. XV в. воспринимался как «новый», а «единого отношения к нему не было ещё и в первой половине XVI в.», поэтому праздник Покрова, «широко известный на Руси», минимум, с XII в., «всё же в разных регионах отмечался по разному, а то и вовсе не отмечался» (14).

Окончательное оформление праздника Покрова Пресвятой Богородицы, как одного из самых почитаемых в русской православной традиции, происходит уже в XVI в. Скорее всего, решающую роль в этом сыграли святитель Макарий, митрополит Московский и всея Руси (ок. 1482–1563) и первый русский царь Иван IV Васильевич (1530–1584). Ведь именно они были, наверное, главными инициаторами и организаторами величайшего духовно-политического процесса — «собирания святости» под омофором Русской Церкви (15).

Как известно, ещё пребывая на кафедре Новгородского архиепископа, святитель Макарий руководил созданием и составлением первого свода Великих Миней Четьих, получившего именование Софийского. Уже в этом своде присутствует указание на празднование Покрова Пресвятой Богородицы 1 октября. Естественно, что указание на праздник Покрова есть и в двух последующих сводах Великих Миней Четьих, Успенском и Царском, созданных уже в бытность святителя Макария главой всей Русской Церкви.

Возможно, здесь сказалось влияние того факта, что на северо-западе Руси уже существовало особое отношение к этому празднику. И все же, главная причина возвышения праздника Покрова Пресвятой Богородицы имеет более глубинные духовно-политические и религиозно-философские причины. Стоит напомнить, что XVI–XVII вв. — это кардинальный период во всей русской истории, когда формулируются и раскрываются основные смыслы существования России, российского государства, Русской Православной Церкви и православного русского народа. Причём эти смыслы определяют и формируют не только внешнюю и внутреннюю политику Русского государства, но и становятся определяющими во всех областях жизни всякого русского человека: в быту, в труде, в семье. Своё выражение эти смыслы находят в создании выдающихся и, так сказать, «главных текстов» русской жизни (Степенной книги, Лицевого летописного свода, Сказания о князьях Владимирских, Стоглава, Домостроя, наконец, Великих Миней Четьих), в «идейных программах» храмового строительства, храмовых росписей и икон, в направленности канонизации русских святых и прославлении икон и др.

Основной смысл всех этих деяний и «программ» состоял в подготовке православного люда к возможному скорому «скончанию времён» и Второму пришествию. Напомню, что в 1492 г. закончилась седьмая тысяча лет от Сотворения мира и началась восьмая тысяча лет, которая воспринималась современниками как время прихода антихриста в мир. Поэтому Россия, как единственное на тот исторический момент независимое государство, хранящее правую веру, должно было стать основой воинства Христова, когда Спаситель во Второй раз придет в земной мир и призовет всех верных на Последнюю битву с антихристом. Больше того, у русских жителей теплилась даже горделивая надежда на то, что Христос сойдет вовсе не в Палестину, не в исторический Иерусалим, а собственно на Русскую землю, почему для встречи Сына Божия в XVII веке даже готовился свой, «доморощенный», Новый Иерусалим под Москвой…

В такой напряженнейшей атмосфере высочайших духовных ожиданий, в XVI–XVII вв. в Московском государстве начинается вполне целенаправленная деятельность не только по концентрации и сбору различных общехристианских святынь, но и по выделению и определению собственных святынь, подчеркивающих святость всей Русской земли. Недаром именно в XVI в. впервые происходит столь «массовая» канонизация десятков русских святых, множество чудесных обретений и прославлений чудотворных икон, наконец, появляются сами понятия «Святорусская земля», «Святорусское царство», «Святая Русь».

Именно в XVI–XVII вв. окончательно определяется круг двунадесятых и великих праздников Русской Православной Церкви, причем во второй половины XVII в. появляется и само понятие «двунадесятые праздники» (до этого основные праздники церковного годового круга именовались «Господскими», чуть позже «Господскими и Богородичными» (16)). В число великих, в этот период, видимо, включается и праздник Покрова Пресвятой Богородицы. Интересно понять причины, которые послужили основанием для включения этого праздника в состав великих, ведь, стоит напомнить, что праздника Покрова не было, допустим, в греческой традиции. Думается, в этом отношении можно выделить три основных фактора. Два из них относятся, так сказать, к факторам общего значения. Прежде всего, XVI — начало XVII вв. — это время окончательного утверждения в Русской Церкви тех специфических правил и традиций, которых не было в других Православных Церквях и которые сформировались за время некоторой отделённости русской церковной жизни от жизни восточноправославной, в частности, греческой (многие из этих правил будут утверждены на Стоглавом Соборе 1551 г.). И недаром ещё в начале XVI века Максим Грек, приехавший в Россию с Афона, очень удивлялся этой русской специфике, предлагал её исправить, за что, во многом, и пострадал, будучи дважды осуждён церковным судом. Во-вторых, уверенные в духовной «изрушенности» всего остального мира, в том числе и греческого (за что Господь покарал греков, отдав Константинополь в руки турок-осман), и столь же уверенные в собственной духовной правоте, русские книжники, церковные и государственные деятели не собирались ни у кого учиться и испрашивать каких-то советов, тем более, указаний. Они утверждали духовное величие и неповторимость именно русской церковной традиции, не только как единственно верной, но и как вселенской, ибо ничего другого правильного в духовном смысле для них просто не существовало. И, наконец, третий фактор, имеющий непосредственное отношение к празднику Покрова Божией Матери: именно в дни этого праздника в 1552 г. была одержана первая победа первого русского царя над первым вражеским царством — было покорено Казанское ханство. Все современники, и сам государь Иван Васильевич, рассматривали эту победу как величайшее достижение не столько русского оружия, сколько русского православного духа, как победу Истины над Ложью. И все понимали, что именно с этой победы началось утверждение России в качестве единственного в мире оплота Христовой веры, Нового Иерусалима, и, одновременно, величественное шествие Российского православного царства к Небесному Иерусалиму, в Господние чертоги (об это свидетельствует написанная вскоре икона «Благословенно воинство Небесного Царя»).

По убеждению митрополита Макария и царя Ивана Васильевича, православной России нужен был зримый символ её величайшего духовного призвания, её величайшей духовной миссии. Этим символом и стал вновь устроенный Покровский собор на Красной площади, или, как его начали вскоре именовать, «собор Покрова, что на Рву» (позднее, с кон. XVI в., ещё и «собор Василия Блаженного»).

Новый собор строился на месте, где стояла небольшая Троицкая церковь, в которой, возможно, к тому времени уже был похоронен известный московский юродивый Василий Блаженный. Первый, временный, деревянный Покровский собор поставили осенью 1554 г. и простоял он, примерно, полгода, пока не был разобран перед началом строительства каменного собора, сохранившегося до наших дней. По мнению некоторых исследователей, одновременно с деревянной Покровской церковью были возведены еще четыре обетные деревянные церкви: в честь Александра Свирского, Григория Армянского, Киприана и Иустины, а также Трёх Патриархов Константинопольских. Все эти храмы были освящены во имя святых, в день памяти которых произошли важные события Казанского похода. Так, 30 августа (12 сентября н.с.) 1552 г., в день памяти Александра Свирского, состоялась одна из важных битв Казанского похода — разгром конницы царевича Япанчи на Арском поле. Этому же событию посвящена была церковь Трёх Патриархов Константинопольских (Александра, Иоанна и Павла Нового), память которых отмечается тоже 30 августа (12 сентября н.с.). Накануне решительного штурма, 30 сентября (13 октября н.ст.) 1552 г., в день памяти Григория Армянского была взорвана Арская башни г. Казани. Наконец, 2 (15 н.ст.) октября 1552 г., когда Церковь отмечает память мучеников Киприана и Иустины, войска царя Ивана IV взяли штурмом Казань.

В 1555 г. началось строительство уже каменного собора, которое продолжалось шесть лет и закончилось в 1561 г. Нам известна точная дата окончания строительства: 29 июня (12 июля н.ст.) 1561 г., её содержит храмозданная летопись, сохранившаяся на стенах Покровского собора. С момента освящения и до надстройки в 1600 г. колокольни Ивана Великого, Покровский собор был самым высоким сооружением Москвы.

Результатом шестилетнего строительства стало уникальное храмовое сооружение, объединившее на одном основании (фундаменте) девять храмов: центральный храм во имя Покрова Пресвятой Богородицы, прославляющий Богоматерь и её заступничество за род христианский; четыре храма — Трёх Патриархов Константинопольских, Киприана и Иустины, Александра Свирского и Григория Армянского — во имя святых, в день памяти которых произошли важные события Казанского похода; и ещё четыре храма, связанные с различными важнейшими событиями русской церковной истории и церковными праздниками — во имя преподобного Варлаама Хутынского (почитавшегося заступником царского рода), Великорецкого образа Николая Чудотворца (этот образ в 1555 г. привозили в Москву, его поновлял лично митрополит Макарий), в честь Святой Троицы (в том числе, и память о стоявшем на этом месте Троицком храме) и в честь праздника Входа Господня в Иерусалим. В 1588 г. после официальной канонизации Василия Блаженного, к собору была пристроена церковь над его захоронением.

В итоге, всему свету явился храм, смысл и значение которого во множество раз превосходят смысл и значение обычного обетного царского храма в память и благодарение о Казанской победе, каковым иногда называют Собор Покрова. Многопридельный Покровский собор храм воплотил образ Небесного града Иерусалима и, в свою очередь, стал его зримым земным отражением, Новым Иерусалимом, вобравшем в себя всю благодать Святой Руси, пребывающей под омофором Пресвятой Богородицы. И недаром позднее, уже в XVII веке Покровский храм многие иностранцы именовали Иерусалимским. В частности, Адам Олеарий в «Описании путешествия в Московию сообщает: «1 октября у русских справлялся большой праздник, в который его царское величество со своими придворными и патриарх со всем клиром вошли в стоящую перед Кремлем искусно построенную Троицкую церковь, которую немцы зовут Иерусалимскою» (17). Более того, по свидетельству Павла Алеппского, во время праздника Входа Господня в Иерусалим (т.е. за неделю до Пасхи) пространство между Покровским собором и Кремлём приобретало символическое значение Святой Земли, сам собор олицетворял собой Вифанию, ибо имел престол Входа Господня в Иерусалим, обращённый к Спасским воротам Кремля, в свою очередь сам Московский Кремль уподоблялся Иерусалиму (18). Поэтому современный исследователь древнерусских символов и смыслов М.Б. Плюханова вполне обоснованно заключает: «Покровский собор и "Степенная книга" — идеальные изображения Московского царства как царства-града Иерусалима, скопления святости, святых и святынь. Над градом, созерцаемая блаженным юродивым, простирает Свой Покров Богородица» (19).

И тогда получается, что установление особого почитания праздника Покрова Божией Матери, так же как и созидание Покровских храмов — это ещё одно важное свидетельство устремлённости Руси к Небесному Иерусалиму, выражение надежды искренне верующих в собственное предназначение русских сердец на особое заступничество Божией Матери за Русскую землю не только в земной жизни, но и на Страшном суде Господнем. Отсутствие же подобного праздника и храмов в его честь в греческих землях лишний раз подчеркивало исключительность, особую избранность именно русского народа и России.

После создания Покровского собора в Москве во второй половине XVI в. более не строили церквей, посвящённых празднику Покрова, зато несколько храмов появились в подмосковных сёлах: в Черкизово, Кудиново, Княжево, Нахабино, Гавриловское и др. (20) В дальнейшие века число Покровских церквей в Москве и Подмосковье заметно увеличивается, а география их расположения всё больше расширяется. При этом если смотреть на хронологию устройства церквей во имя Покрова Пресвятой Богородицы, то можно увидеть определенную периодичность в их возведении, некие «строительные волны».

«Первая волна» строительства Покровских церквей в Москве относится к 20–30-м гг. XVII века. Начало ей положил первый государь из рода Романовых — Михаил Фёдорович. И связано это было с событиями, приведшими в окончанию Смутного времени. Как известно, Смута не окончилась с избранием в 1613 г. нового государя, но продолжалась ещё более пяти лет. В 1618 г. поляки совместно с запорожскими казаками предприняли новый поход на Москву, которым руководили польский королевич Владислав, польский гетман Я. Ходкевич и запорожский гетман П. Сагайдачный. 1 октября 1618 г. (в праздник Покрова) они с двух сторон атаковали валы Земляного города. Но в жестоком уличном сражении в Земляном городе русские войска под водительством Д.М. Пожарского остановили поляков, не пустили их в Белый город, более того, отбросили интервентов за пределы Москвы. Вскоре после этого, в ноябре в деревне Деулино возле Троицкого монастыря начались мирные переговоры, которые завершились 24 декабря 1618 г. подписанием знаменитого Деулинского перемирия на четырнадцать с половиной лет. Смутное время закончилось.

И вот спустя всего лишь год, в 1619 г. царь Михаил Фёдорович основал в своём подмосковном селе Рубцове Покровский храм — в благодарность Божией Матери за Её заступничество и в память о чудесном отражении от Москвы войск казачьего гетмана Сагайдачного, воевавшего под началом польского королевича Владислава. Строился храм несколько лет и был освящён в 1626 г. Одновременно и вслед этому в черте города и в ближних подмосковных селах начинают строиться другие Покровские церкви: в 1619 г. — в сёлах Фили и Измайлово; в 1620 г. — в дворцовом Красном селе, а также на Воронцовом поле в Земляном городе (была известна как церковь иконы Божией Матери Грузинская, уничтожена в 1932 г.); в 1625 г. — на Лыщиковой горе в Земляном городе (на территории бывшего Покровского собора Лыщикова монастыря) и в Голиках (в Замоскворечье, уничтожена в 1930 или 1931 г.); в 1627 г. — в Покровском на Городне; в 1628 г. — в Покровском-Стрешневе; в 1634–1635 гг. — в Медведкове. В 1634 г., по некоторым данным, строится Покровский храм в Высокопетровском монастыре. В 1635 г. в районе Таганки возникает Покровский мужской монастырь на Убогих домах (ныне — женский), основанный царём Михаил Фёдорович, по преданию, то ли в память своего отца Патриарха Филарета, скончавшегося на праздник Покрова 1633 года, то ли честь всё той же победы 1 октября 1618 г., одержанной над войском польского королевича Владислава (21). И, может быть, некоторым отголоском этой «первой волны» стал тот факт, что в 1657 или 1658 г. была заново выстроена в камне известная с середины XV в. церковь Георгия Победоносца на Псковской горке (ул. Варварка), главный престол которой теперь освятили во имя Покрова Богородицы, почему и сама церковь, помимо старого названия, начала именоваться церковью «Покрова на горе» или «Покрова на Псковской горке». Наконец, в первой половине XVII в. в дальних подмосковных сёлах, входящих ныне в состав разных районов Московской области, разные источники называют более десятка Покровских храмов (22).

Как видно, всего за 15 лет (с 1619 по 1635 гг.) собственно в Москве и ближайшем Подмосковье, вошедшем позднее в состав современной Москвы, было основано 11 новых Покровских храмов и один Покровский монастырь (возможно, это была перенесенная на новое место Покровская Лыщикова обитель). Интересно, что 7 церквей из этого числа строятся, во-первых, в дворцовых сёлах и слободах (Красное село, Рубцово, Лыщикова гора), и, во-вторых, в сёлах родственников Михаила Фёдоровича Романова и самых близких к нему бояр: Ивана Никитича Романова (в Измайлове), бояр Милославских (в Филях), Д.М. Пожарского (в Медведкове). Думается, царь Михаил Фёдорович и его ближайшие сподвижники таким образом благодарили Богородицу за заступничество и за спасение страны от Смуты.

Но, кажется, был в этом и более глубокий смысл. Дело в том, что в 1620-е гг. положение государя Михаила Фёдоровича не было ещё устойчивым, ведь он оставался таким же «избранным царём», каковым был и «несчастливый» Борис Годунов. И, следовательно, ещё неизвестно, чем могло закончиться пребывание на престоле первого государя из рода Романовых. Поэтому Михаилу Фёдоровичу предстояло ещё много потрудиться, чтобы утвердить в глазах подданных свой образ, как царя «истинного», избранного не только людьми, но, главное, Самим Господом. В этом смысле, конечно, огромное значение приобретали какие-то победные события, напрямую связанные с традиционными церковными праздниками. Разгром врага на поле битвы в праздник Покрова, конечно же, свидетельствовал о том, что благодатный Покров Богородицы, утерянный, как считали современники, по причине всеобщей греховности русских людей и русских царей на рубеже XVI–XVII вв., вновь укрывал Москву и всю Россию от бед. И возвращение благодатного Покрова теперь напрямую связывалось с именем первого государя из рода Романовых.

Кроме того, эта победа напоминала современникам о великой Казанской победе, произошедшей тоже 1 октября, а это уже свидетельствовало о непосредственной связи двух династий — Рюриковичей и Романовых. Ведь в русской духовно-политической традиции только Рюриковичи признавались «истинными государями». События Смутного времени во многом были вызваны поисками такого «истинного царя», почему множество людей со столь искренней верой кидались то под власть одного царевича Димитрия, то другого, то третьего — всё искали настоящего царя, того, кому благоволит Сам Господь, но все претенденты на столь ответственную роль оказывались самозванцами. Теперь же победа под Москвой 1 октября 1618 года прямо указывала: Божия благодать пребывает с Михаилом Фёдоровичем также как пребывала до того с «истинными» государями из рода Рюриковичей.

Подобный довод, объясняющий столь массовое строительство Покровских храмов в 1620–1630-е гг., обосновывается и общей политикой первых Романовых, направленной на утверждение прямой генеалогической связи их рода с предшествующей династией Рюриковичей. Так, несколько лет спустя Михаил Фёдорович пока неофициально, но настойчиво станет именоваться «внуком» царя Ивана Васильевича, а Алексей Михайлович, позднее, уже вполне официально назовется «правнуком» Ивана Грозного. При этом все символические сочинения, созданные для обоснования особых прав Рюриковичей на обладание царским титулом, теперь будут использоваться для обоснования таких же прав Романовых (например, текст и идеи «Сказания о князьях Владимирских» в Чинах венчания на царство царей Алексея Михайловича и Фёдора Алексеевича) (23).

Таким образом, особое упование царя Михаила Фёдоровича и его ближайшего окружения на Покров Пресвятой Богородицы свидетельствует об их искренней вере в то, что Смута в России прекратилась теперь окончательно, а Божия Благодать и Покров Богородицы вернулись в русские пределы вместе с установлением новой «истинной» династии. И эта вера должна была, по их убеждению, распространиться среди всех подданных первого царя из рода Романовых.

Видимо, именно особым вниманием, которое первые Романовы уделяли образу и празднику Покрова Пресвятой Богородицы, можно объяснить и «вторую волну» строительства Покровских храмов в Москве, менее «бурную», но более продолжительную, охватившую собой всю последнюю четверть XVII столетия и даже первые годы XVIII века. Инициатором этой волны выступили вновь государи: в 1673–1675 гг. на средства царя Алексея Михайловича была построена Покровская церковь в Новоспасском монастыре, а 1683–1688 гг. по инициативе царевны Софьи Алексеевны был устроен надвратный Покровский храм в Новодевичьем монастыре. Кроме того, 1670-е гг. впервые упоминается храм Покрова Пресвятой Богородицы в Левшине в Земляном городе у Большой Смоленки (уничтожен в 1930 г.), а в ближнем Подмосковье были возведены две Покровские церкви — в Братцево и Акулово. Кроме того, многие Покровские храмы, ранее бывшие деревянными или даже каменными, в этот период заново отстраиваются в камне, а некоторые из них позднее были признаны истинными произведениями искусства. Среди них — Покровские церкви в Филях (1690–1693 гг.) и в Высокопетровском монастыре (1690–1696 гг.), отстроенные новыми родственниками царствующей фамилии Нарышкиными в стиле «московского (нарышкинского) барокко», и Покровский собор в Измайлове (1680 г.), перестроенный стараниями Алексея Михайловича и Фёдора Алексеевича. Своеобразным завершением «второй волны» стало возведение около 1701 г. церкви Покрова в Андреевским монастыре (впоследствии разобранной) и Покровского храма в Кудрине (1714 г., разрушен в 1930-е гг.).

В итоге, как подсчитал В.М. Кириллин на основании «Росписи московских церквей соборных, монастырских, ружных, приходских, придельных и домовых, внутрь и вне града стоящих» 1778 года, всего к 1778 г. вслед за собором Василия Блаженного в Москве в пределах Земляного города (современного Садового кольца) и близлежащих районов возникло 17 приходских и монастырских Покровских храмов, а также 9 придельных храмов (24). Кроме того, более полутора десятка Покровских церквей в этот период были поставлены в ближних и дальних подмосковных сёлах (25).

И здесь хотелось бы поделиться одним интересным наблюдением. Если найти на карте Москвы и Московской области Покровские храмы, построенные в XVI–XVII вв., и соединить их воображаемыми линиями по кругу, то результатом такого воображаемого художественного творчества станут несколько окружностей овальной формы, диаметр которых увеличивается по мере их отдаления от общего центра, Московского Кремля и Покровского собора на Красной площади. Иначе говоря, оказывается, что Покровские храмы в XVII веке окружили историческую Москву (в пределах Земляного вала) несколькими защитными поясами, т.е. укрыли российскую столицу своеобразным Богородичным омофором. Случайно ли это? Или наши предки вложили в это явление некий потаённый смысл? А может, это всего лишь игра нашего прихотливого воображения? Вот и ещё одна загадка, которую нам дарит Покров Божией Матери.

Во второй половине XVIII — начале XIX вв. строительство храмов Покрова Пресвятой Богородицы в Москве если не прекратилось вовсе, то заметно уменьшилось. Наверное, это было связано с тем, что к тому времени во второй российской столице стояло уже достаточно много Покровских церквей. Подсчёты показывают, что с конца XVIII в. и до начала века XX-го в Москве было основано всего 6 церквей, при этом в большинстве своём они были больничными, приютскими, а одна и вовсе тюремной: церкви при Бутырской тюрьме (1780-е гг.), при Александро-Мариинском институте (1869 г.), при Внуковской богадельне (1886 г.), при Доме призрения бедных им. Т. Г. Гурьевой (1893–1896 гг.), при Пожарном депо на Пречистенке (1917 г.) (26). Лишь один из шести Покровских храмов обозначил своё заметное присутствие в духовной и культурной жизни нашей страны. И вновь он был основан представителем семьи Романовых — великой княгиней Елизаветой Федоровной в Марфо-Мариинской обители (1908–1912 гг.). Прежде всего, этот Покровский собор, выполненный А.В. Щусевым в формах новгородского и псковского древнерусского зодчества, стал одним из самых ярких произведений московского модерна (причём в разработке внешнего декора и внутреннего убранства собора принимали участие выдающиеся русские мастера С.Т. Конёнков, М.В. Нестеров, П.Д. и А.Д. Корины). Во-вторых, восстановление Покровского собора и Марфо-Мариинской обители в конце XX — начале XXI в. стало одним из важнейших символов возрождения духовной жизни в России вообще.

Но «третья волна» строительства Покровских церквей всё же прокатилась по московским землям в конце XVIII — начале XX в. Эта «волна» тоже имела ряд особенностей. Во-первых, Покровские церкви строились прежде всего в подмосковных сёлах, городах и монастырях (Высоцком в Серпухове и Троицком Новоголутвинском в Коломне), при этом в г. Павловский Посад был основан новый женский Покровско-Васильевский монастырь (ныне восстановлен как мужской). Во-вторых, эта «волна» была более продолжительной по времени, но примерно равной по числу построенных храмов в в разные временные отрезки. Наконец, третья особенность состояла в том, что в это время многие древние, каменные или деревянные церкви, перестраивались, а то и вовсе строились заново. Всего со второй половины XVIII в. и до начала XX в. в Подмосковье появилось более 100 новых каменных Покровских церквей, значительное число среди них составляли вновь основанные (27).

Нужно отметить, что в начале XX в. в Москве и Подмосковье заметно активизировалось строительство старообрядческих Покровских церквей. Вообще, первый Покровский храм старообрядцам в Москве разрешили поставить ещё в конце XVIII в.: собор Покрова Пресвятой Богородицы на Рогожском кладбище (1790–1792 гг.), который принадлежал Древлеправославной Церкви Христовой (ныне — Русская Православная старообрядческая Церковь (Белокриницкое согласие)). Затем в XIX в. возникла церковь Покрова Пресвятой Богородицы Таганской старообрядческой общины того же Белокриницкого согласия. А вот в начале XX в., когда был снят существовавший до того запрет на строительство старообрядческих храмов, в Москве возвели 5 церквей, принадлежавших разным старообрядческим общинам. Так, в короткие сроки были основаны церкви Покрова Пресвятой Богородицы общин Белокриницкого согласия: Каринкинской старообрядческой общины (1902 г.), Остоженской старообрядческой общины (1907–1910 гг.), Покровско-Успенской старообрядческой общины (1909–1911 гг.). Кроме того, в 1907–1908 гг. построили храм Покрова Пресвятой Богородицы 2-й Московской общины старообрядцев Поморского законобрачного согласия, а в 1908–1910 гг. — собор Покрова Пресвятой Богородицы Русской Древлеправославной церкви (Новозыбковская архиепископия) (28).

В Подмосковье две старообрядческие церкви Покрова Богородицы, принадлежавшие общинам Белокриницкого согласия, была построены ещё в XIX в.: в Верее (1816 г.) и Лопатинском (1881 г.). А в начале XX в. возникло сразу 12 старообрядческих храмов, стоявших в разных городах и сёлах Подмосковья, и принадлежавших различным старообрядческих согласиям (29).

В конце XX — начале XXI в., после возрождения в нашей стране церковной и духовной жизни, началась «четвёртая волна» созидания храмов Покрова. Во-первых, огромное число Покровских церквей были возвращены к церковной жизни, а некоторые буквально восстановлены из небытия. Во-вторых, начались строиться новые храмы во имя Покрова Пресвятой Богородицы. В Москве их пока шесть (храм при Российской детской клинической больнице (1994 г.), храм-часовня в Раменках (2000 г.), храмы в Толстопальцево (2004–2005 гг.), Южном Орехове-Борисово (2009–2010 гг.), в Митино (2011–2012 гг.) и в Ясеневе (строится с 2008 г.)), а на территории Московской области — 20. Всего же, на начало 2013 г. в Москве насчитывается 23 действующих и 9 придельных Покровских храма (30), а на территории Московской области — 98 действующих и 36 придельных Покровских церквей (31). Кроме того, в Москве есть 4, а Московской области 3 действующих старообрядческих Покровских церкви.

И в заключении об одном интересном и даже удивительном факте: многие Покровские церкви, устроенные в XVIII–XXI вв., с достаточной точностью вписываются в линии воображаемых окружностей, которые, возможно, составляли в XVII веке храмы Покрова вокруг Москвы, т.е. оказываются включёнными в уже существующие защитные Богородичные пояса. Случайно ли это? Снова загадка…

 

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. См. статистику наиболее часто встречающихся названий (посвящений) русских православных храмов: http://temples.ru/names_stat.php. Собственно в Москве, по данным сайта «Храмы России», число храмов, посвящённых празднику Покрова, стоит на четвёртом месте (49), после храмов во имя св. Николая Чудотворца (209), преп. Сергия Радонежского (67) и Живоначальной Троицы (61), а в Московской области — на втором месте (243), после храмов во имя св. Николая Чудотворца (672), на третьем месте — храмы во имя Казанской иконы Божией Матери (211). См.: http://temples.ru/names_stat.php?mode=2&TreeID=41; http://temples.ru/names_stat.php?mode=2&TreeID=42. (Число храмов по регионам подсчитано по той же методике, что и в целом по стране).

2. Проблема истории и причин установления праздника Покрова Пресвятой Богородицы давно привлекает исследовательский интерес. Историографию вопроса и различные точки зрения на эту тему см. в кн.: Плюханова М.Б. Сюжеты и символы Московского царства. СПб., 1995; а также в ст.: Кириллин В.М. Похвальное слово празднику Покрова Пресвятой Богородицы неизвестного автора: особенности, времени и места составления // Древняя Русь: вопросы медиевистики, 2012, №3. С. 5–20; №4. C. 13–27.

3. Кириллин В.М. Похвальное слово празднику Покрова Пресвятой Богородицы неизвестного автора // Древняя Русь: вопросы медиевистики, 2012, №4. C. 21.

4. См.: Покровский Хотьков девичий монастырь. 8-е изд. Сергиева-Троицкая лавра, 1896. С. 4.

5. См. Кириллин В.М. Ук. соч. С. 16–17; а также: Юсов И.Е. Службы Андрею Юродивому и Покрову Пресвятой Богородицы: историко-культурные и межтекстовые связи // ДРВМ. 2008. № 2 (32). С. 86; Горский А.В., Невоструев К.И. Описание славянских рукописей московской Синодальной библиотеки. Отдел третий: Книги богослужебные. М., 1869. Ч. I. С. 554–555, 567.

6. Борисов Н.С. Иван Калита. М., 1995. С. 38.

7. Лосева О.В. Русские Месяцесловы XI–XIV веков. М., 2001. С. 122–126.

8. Кириллин В.М. Ук. соч. С. 21.

9. См. об этом: Кириллин В.М. Ук. соч.

10. Лебедева Елена. Под Покровом Божией Матери // http://www.pravoslavie.ru/put/4514.htm.

11. Кириллин В.М. Ук. соч. С. 23. Прим. 85.

12. Видимо, самым ранним Покровским храмом на территории Московской области была церковь в с. Пехра-Покровское (или с. Пехорка, ныне в Балашихинском р-не), которая, согласно Житию св. Серапиона Новгородского, существовала в середине — второй половине XV в. См.: Моисеева Г.Н. Житие новгородского архиепископа Серапиона // ТОДРЛ. М.; Л., 1965. Т. 21. С. 153.

13. См. об этом на официальном сайте Московской епархии РПЦ: http://www.mepar.ru/eparhy/temples/; а также на сайте «Храмы России». См.: http://temples.ru/names.php?ID=295&RegionID=42&Count=50&nopage=1

14. Кириллин В.М. Ук. соч. С. 20.

15. См. об этом: Перевезенцев С.В. Святорусское царство. Арзамас, 2005. С. 164–180; Перевезенцев С.В. Духовно-политическая концепция царя Ивана IV Васильевича Грозного // Вестник Московского университета. Серия 12. Политические науки. 2006, №4. С. 88–97.

16. См. об этом ст. «Двунадесятые праздники» в Православной энциклопедии: Православная энциклопедия. Т. 14. М., 2006. С. 266–269.

17. Олеарий Адам. Описании путешествия в Московию. М., 2003. С. 62.

18. Путешествие антиохийского патриарха Макария в Россию в первой половине XVII в., описанное его сыном, архидиаконом Павлом Алеппским // ЧОИДР. Кн. 3. 1898. С. 178–179.

19. Плюханова М. Б. Ук. соч. С. 336.

20. По данным, представленным на официальном сайте Московской епархии РПЦ: http://www.mepar.ru/eparhy/temples/; а также на сайте «Храмы России». См.: http://temples.ru/names.php?ID=295&RegionID=42&Count=50&nopage=1

21. Лебедева Елена. Под Покровом Божией Матери // http://www.pravoslavie.ru/put/4514.htm.

22. По данным, представленным на официальном сайте Московской епархии РПЦ: http://www.mepar.ru/eparhy/temples/; а также на сайте «Храмы России». См.: http://temples.ru/names.php?ID=295&RegionID=42&Count=50&nopage=1

23. См. в кн.: Самодержавное царство первых Романовых / Сост., авт. вст. ст., комм. Г.В. Талина / Под ред. С.В. Перевезенцева. М., 2004; а также: Русская социально-политическая мысль. XI—XVII вв. Хрестоматия / Сост. С.В. Перевезенцев, подг. текстов: С.В. Перевезенцев, Г.В. Талина, Д.В. Ермашов, А.С. Ермолина, В.С. Зубова; под ред. А.А. Ширинянца, С.В. Перевезенцева. М., 2011. С. 386–432.

24. См.: Кириллин В.М. Ук. соч. С. 26. Прим. 112. Автор, опять же со ссылкой на «Роспись московских церквей…», называет придельные храмы: в Кремлевском Архангельском соборе, в церкви св. Иоанна Богослова «под Вязом», в церкви Николы Чудоявленного на Арбате, в церкви св. Иоанна Предтечи у больших Колымажных конюшен на Ленивом Торжке, в церкви Живоначальной Троицы в Зубове на Пречистенке, в церкви Воскресения Христова на Успенском вражке, в церкви Живоначальной Троицы у Сухаревой башни, в церкви Сошествия Святого Духа в Толмачах, в церкви Живоначальной Троицы на Шаболовке. Правда, при перечислении собственно Покровских храмов г. Москвы, В.М. Кириллин, кажется, допускает одну ошибку: как два храма он называет церкви Покрова «в Левшине» и «в Земляном городе у Большой Смоленки», однако это был, судя по всему, один Покровский храм — «в Левшине у Большой Смоленки».

25. По данным, представленным на официальном сайте Московской епархии РПЦ: http://www.mepar.ru/eparhy/temples/; а также на сайте «Храмы России». См.: http://temples.ru/names.php?ID=295&RegionID=42&Count=50&nopage=1

26. Подсчёты проводились на основе данных сайта «Храмы России». См.: http://temples.ru/names.php?ID=295&RegionID=41

27. Подсчёты проводились на основе данных сайта «Храмы России». См.: http://temples.ru/names.php?ID=295&RegionID=42&Count=50&nopage=1

28. Подсчёт проводился по данным сайта «Храмы России». См.: http://temples.ru/names.php?ID=295&RegionID=41

29. Подсчёт проводился по данным сайта «Храмы России». См.: http://temples.ru/names.php?ID=295&RegionID=42&Count=50&nopage=1

30. Подсчёт проводился по данным сайта «Храмы России». См.: http://temples.ru/names.php?RegionID=41&ID=295

31. Подсчёт проводился по данным, представленным на сайте «Храмы России». См.: http://temples.ru/names.php?ID=295&RegionID=42&Count=50&nopage=1

* . Российский православный университет, 8 января 2013 г.

Профессор МГУ Сергей Перевезенцев


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"