На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Православная ойкумена  
Версия для печати

Чудо в Борках

Заметки православного паломника

В Рождественский сочельник мы отправились на автомобиле вшестером из Харькова в поселок Борки, куда мою куму пригласил настоятель Свято-Успенского храма иерей Сергий Стешенко. Кум — за рулем, мы ехали в приподнятом настроении, особенно его дочь, моя крестница, год проработавшая в Арабских Эмиратах и прервавшая контракт из-за тоски по всему родному.

Как и предупреждал метеопрогноз, была метель, гололедица, автомобиль иногда «соскальзывал», мы пронеслись по скользкой трассе через райцентр Мерефа, отметив указатель на Озеряны, вспомнили, как ездили сюда на Пасху, в храм в честь чудотворной иконы Богородицы Озерянской, повернули на Борки. Как и упреждал батюшка, мы не заметили развилки и проскочили (хорошо, что проскочили!) до Спасова скита — так теперь снова называется железнодорожная платформа, располагающаяся на 865 км к югу от Москвы, — на месте, где 17 (29) октября 1888 г. произошло крушение Императорского поезда. Сначала сверкнул в ночи ее золотой куполок, а потом нам явилась за ветвями деревьев в лучах прожекторов и сама белостенная часовня, видная даже из окон пролетающих поездов…

* * *

История с крушением — поразительна. Стоит ли говорить, что вся Россия восприняла спасение Царской семьи как чудо. По великой Империи в честь чудесного спасения возводились храмы, собирались пожертвования на постройку близ харьковских Борков огромного храма Христа Спасителя и часовни Спаса Нерукотворенного, что и было осуществлено в 1891—1894 гг. по проекту академика архитектуры Р. Марфельда.

Царский поезд шел из Севастополя в Москву. Официальной причиной крушения были признаны технические нарушения — превышение численной нормы вагонов и скорости движения состава, приведшие к качке и сходе с пути на изгибе трассы.

Есть также описанная позднее версия, что крушение было вызвано взрывом бомбы, заложенной помощником повара императорского поезда, человека, связанного с террористами-революционерами (он впоследствии скрылся за границей).

В результате катастрофы 21 человек погиб, 35 получили ранения. Вагон с царской столовой, в которой находились Александр III и его супруга Мария Федоровна с детьми и свитой, был искорежен, фактически разрушен полностью, но никто из членов Императорской фамилии, по счастью, не пострадал. Большинство пассажиров этого вагона отделались легкими ушибами, ссадинами и царапинами. К слову, в нем находился и будущий российский император Николай II Александрович, старший сын Государя, тогда двадцатилетний цесаревич. Рассказывали, что Александр III, человек богатырского телосложения и незаурядной силы, удерживал на себе крышу сошедшего с колеи и разбившегося вагона, пока пострадавшие выбирались из него.

В вагоне царских детей в момент крушения находилась лишь Великая княжна Ольга Александровна, впоследствии известная художница, выброшенная вместе со своей няней на насыпь, и малолетний Великий князь Михаил Александрович, вынутый из обломков охраной, при помощи самого Государя.

Величественный храм Христа Спасителя был построен в русско-византийском стиле XVII века в 60 м от железнодорожной насыпи и вмещал до 700 человек.

Часовня Спаса была воздвигнута на том месте, где сошел с насыпи вагон-столовая, и состояла из пещерной части, расположенной в железнодорожной насыпи, и четырехгранной башни с золотой главой. Тут же был разбит парк. Некоторое время Спасов скит находился под эгидой Святогорской Свято-Успенской обители (с 2004 г. — пятой русской Лавры).

На деньги железной дороги и добровольные пожертвования здесь были построены больница и дом для престарелых железнодорожников, открыты церковноприходская школа, народная бесплатная библиотека. Спасов скит как место явленного чуда спасения Императорской семьи привлекал паломников, несколько раз приезжал сюда и Император.

Увы, храмовый комплекс был полностью разрушен в годы Великой Отечественной войны. В безбожное время платформа называлась Первомайской. Но Бог сохраняет все, и народная память, к счастью, не всегда бывает затемнена окончательно, а потому в новейшие времена, спустя десятилетия, в 1992 г. силами местных жителей началось восстановление часовни на прежнем месте. К лету 2003 г. при активном участии ЮЖД реконструкцию часовни завершили. Крест с Распятием Спасителя поставлен в 2007 г. — на месте алтаря разрушенного храма Христа Спасителя, и изготовлен из дуба, поднятого со дна р. Десна в Черниговской обл. Утверждают, что дуб пролежал в воде более 1000 лет.

Теперь в воскресенье и праздничные дни все электрички, идущие из Харькова на юг, в сторону станции Лозовой, делают короткую остановку у платформы Спасов скит, и православные могут поклониться святыне.

* * *

Мы повернули назад, наш кормчий включил систему GPS, которая женским строгим голосом объявила, что связь со спутником установлена, а потом рассказала и показала, куда ехать. Ну не сказка ли XXI века, в ночь перед Рождеством, в самом-то деле! Через 15 минут мы оказались в поселке Борки, у нового, красно-кирпичного Свято-Успенского храма, в тишине, заснеженной настолько, что ветви деревьев казались выгнутыми изобильной белой ношей. Тиха украинская ночь!.. Луны, конечно, было не видать. Ау, Вакула!

А мы были почти как волхвы, которые тоже прибыли к вертепу Богомладенца издалека, хоть и без спутниковой системы GPS, ведомые одним ориентиром: «Иисусу же рождшуся в Вифлееме Иудейстем, во дни Ирода царя, се, волсви от восток приидоша во Иерусалим, глаголюще: где есть рождейся Царь Иудейский? видехом бо звезду Его на востоце, и приидохом поклонитися Ему». (Мф. 2, 1-2).

В уютном небольшом храме с красивым черным одноярусным иконостасом и низким потолком, где потом собралось три-четыре десятка молящихся, было натоплено, уютно, радушно, отрадно. Нам улыбнулись три инокини, а также служившие в храме местные женщины, обрадовавшиеся нам как родным и поздравившие нас со Святым вечером. Удивительно: от праздничной иконы, радостный, ко мне подошел чтец, несший послушание на клиросе, и это был мой ученик по семинару русской поэзии, которого я не видел, пожалуй, года два. Воистину: «Днесь благодать Святаго Духа нас собра», знакомых и незнакомых, постившихся и непостившихся…

Было уже почти девять часов вечера, иерей Сергий, настоятель храма, отпускал последних исповедовавшихся.

«…Не заботьтесь, как или что говорить, ибо Святый Дух научит вас в тот час, что должно говорить» — сказано в Евангелии (Лк.12:11-12).

И ты, ставя свечи и подавая записки, именно здесь находишь свои в самом деле главные слова, вдруг восходящие в твоем сердце словно ниоткуда.

Началось чтение, а за ним Рождественская служба. В небольшом пространстве храма, где все видят и слышат друг друга, всякое слово читающего и оглашающего внятно слуху и сердцу, тихой благодатной радостью изливается в душу. Это же происходит сейчас, здесь, с нами; и опять, как каждый год, вживе, через всю Вселенную, Иосиф Обручник и Пресвятая Дева Мария спешат в Вифлеем на перепись населения, объявленную кесарем Августом; и не находят места в Вифлееме, и вынуждены провести ночь за городом в вертепе, то есть, в пещере для загона скота, и «Дева днесь Пресущественнаго рождает, и земля вертеп Неприступному приносит; Ангели с пастырьми славословят, волсви же со звездою путешествуют: нас бо ради родися Отроча младо, Превечный Бог». И нам, как и пастухам, пасшим стада недалеко от пещеры, являются ангелы с благой вестью о рождении Спасителя, и мы, как пастухи и прибывшие издалека персидские мудрецы, уже — свершается! — поклоняемся чудо-Младенцу, Который есть источник и жизни податель — Сын Божий, восприявший плоть и кровь нашу, чтобы обновить и спасти человечество.

Сказано: именно сейчас рождается Христос — славьте! И оживают непреходящие, пронзительные, слова древних авторов, оставивших нам Рождественские песнопения: «Сегодня пусть веселятся небо и земля! Да играют и ликуют горы, холмы, долины, реки и моря! Да торжествуют ангелы и люди, ныне Христос пришел для обновления и спасения наших душ».

И хлеб, и пшеница, и вино, и елей, благословленные после литии, — для нас всех. Пять хлебов — в воспоминание насыщения Спасителем пяти тысяч пятью хлебами. Они в алтаре поделены на кусочки, политы вином и поданы каждому после помазания, также в память древнего обычая раздавать пищу молящимся, приходившим иногда издалека, чтобы они могли подкрепиться во время продолжительного Богослужения.

Ногам ломко, телу тяжело, спина занывает, а отец Сергий с личным и в то же время горним волнением читает знаменитые, а для нас сызнова новые строки: «Радуются ныне бодрственные, потому что пришел Бодрый (Дан. 4: 10) воздвигнуть нас от сна…». Это «Песнопения на Рождество Христово» преподобного златоуста Ефрема Сирина; батюшка читает, словно впервые, и мы с изумлением вслушиваемся в новизну этих поразительных слов, где Господь именуется Бодрым, открываем их для себя: «…Будет ли кто спать в эту ночь, в которую бодрствует вся тварь? Поскольку Адам грехом ввел в мир смертный сон, то нисшел Бодрый, чтобы возбудить нас от глубокого греховного сна…».

Добрый батюшка снисходительно к нашей слабости мягко говорит тем, кто слаб, что можно во время чтения Часов даже выйти на морозец, в сияние снегов, пройтись, размяться.

Именно тут в трех шагах от западной стены храма, уже полвека, а то и более того, стоит у памятных гранитных плит скульптура скорбной Матери; здесь братская могила советских воинов, павших при освобождении Борок в Великую Отечественную войну.

Эти вечно живые (ибо «нет больше той любви, как если кто положит душу свою за други своя», нет жертвы выше, чем подвиг солдата, защитившего Родину от врага) в Рождественскую ночь тоже встречают вместе с нами Младенца Спасителя.

И с полуночи — идет литургия Василия Великого, венчаемая Причащением Святых Таин. Отец Сергий прочитывает Рождественское послание Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла, адресованное, как водится, не только архипастырям, пастырям, диаконам и монашествующим, но и всем верным чадам Русской Православной Церкви. В центре послания — такие слова: «Подобно тому, как Христос явил нам подлинную милость, безмерное снисхождение к нашим недостаткам, так и мы должны быть милосердны и снисходительны к людям. Следует заботиться не только о наших родных и близких, хотя о них нужно заботиться в первую очередь (см. 1 Тим. 5:8), не только о наших друзьях и единомышленниках, но и о тех, кто пока еще не обрел единство с Богом. Мы призваны подражать в любви Спасителю, молиться за притесняющих и обижающих нас (см. Мф. 5:44), постоянно иметь в своем помышлении благо всего народа, Отечества и Церкви».

Можно остаться в храме на ночлег, даже провести остаток ночи в беседе и праздничной трапезе, однако нам — в путь.

* * *

И снова метет метель, швыряя в лобовое стекло крупой, на пустынной трассе изредка, раз в десять-пятнадцать минут возникает встречное авто, заснеженные деревья озаряются светом фар. И как только я произнес вслух: «Ночь Рождественской сказки. А где же сказочные феи?», на обочине засветились две флуоресцирующие зеленым фигуры сотрудников дорожно-патрульной службы. «Ну вот и феи!» — почти в один голос воскликнули мои спутники. Сказочность заключалась в том, что гаишник поздравил с Праздником, попросил у водителя документы и, не учуяв преступных алкогольных паров, на которые в три часа праздничной ночи вполне мог рассчитывать, поинтересовался, откуда едем («На службе были». — «В Озерянах?» — «Нет, в Борках».), не вздыхал разочарованно, голову в салон не вставлял, а, еще раз поздравив, пожелал счастливого пути и острожной езды по гололедице.

И снова неслись в Рождественской ночи, словно включенные в треугольник Слобожанских православных общерусских святынь, которые в эту ночь и всегда рядом, спасительные, — Богородичные Иконы в Озерянах и Изюмских Песках, Спас Нерукотворенный в Борисоглебском монастыре в с. Водяное, где назавтра службу будет править архиепископ Изюмский и Купянский Елисей (Иванов). Ведь храм в Борках с 2012 г., после кончины митрополита Никодима, относится не к Харьковской и Богодуховской епархии, а к ее бывшей части, ныне епархии Изюмской и Купянской. Не нашего ума дело размышлять — хорошо это или плохо, что такую мощную епархию, всегда стоявшую столпом единой Церкви, нынче разделили на две, но мы знаем и помним, что это та самая епархия, и это тот самый Изюм, в котором святителем Иоасафом Белгородским была в 1754 г. обретена знаменитая чудотворная икона Богородицы «Песчанская». Это произошло в слободе Пески Харьковской губернии, в двух верстах от уездного города Изюма, в местном приходском храме.

Но как ни дроби епархии и не тасуй между ними районы области (что уже происходит), но святыни — пребудут в едином лоне матери-Церкви, останутся светильниками единого Русского Православия.

Помним, что святитель Иоасаф был епископом Белгородским и Обоянским, и православные Харьков и Изюм тогда окормлялись его кафедрой.

И легче лететь сквозь снег во вселенском холоде и черноте, когда в сердцах — словно «ангели поют на небесех» — ирмос 1-й песни Рождественского канона, вдохновляющий радостью: «Христос раждается, славите! Христос с небес, срящите. Христос на земли, возноситеся. Пойте Господеви, вся земля, и веселием воспойте, людие, яко прославися!» 

*Специально для Столетия

Станислав Минаков


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"