На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Православные обители  
Версия для печати

Упраздненный женский

Троицкий девичий монастырь под Борисоглебском

В двух верстах к югу от Борисоглебского монастыря расположена местность, называемая в народе "Троица на Бору". Она издавна была известна существованием там Троицкого девичьего монастыря. Даже сегодня, несмотря на значительные разрушения, местность эта сохранила своё очарование.

Первые упоминания о Троицком монастыре встречаются во "Вкладных и кормовых книгах" Борисоглебского монастыря, где сообщается о вкладе Ивана Грозного за насильственное пострижение княгини Фотинии, вдовы князя Даниила Пронского. Основываясь на этом, ростовский краевед А. А. Титов, в конце прошлого века, предполагал, что монастырь был устроен самим Иваном Грозным "как своеобразная тюрьма для неугодных ему вдовиц".

Во времена польско-литовской интервенции начала XVII между Троицким и Борисоглебским монастырями стояли лагеря польского воеводы Лисовского. В народной среде долгое время сохранялась легенда о разорении девичьего монастыря польскими отрядами (об этом есть упоминание у местного краеведа Н.В.Варламова). Однако ярославский краевед Ф.Я..Никольский, еще в 1850 году, в "Ярославских Губернских Ведомостях" писал, что "целостность и многочисленность памятников старины в Троицком монастыре, можно принять за ручательство того, что сильный лагерь Лисовского столько же был не опасен для монастыря Троицкого, как и для Борисоглебского, сильных только молитвами иноков и заступлением чудодейственной святыни, в особенности заступлением Преподобного Иринарха".

Описание Троицкого монастыря есть и в Писцовых книгах 1629 -- 31 годов. "Приписной девичий монастырь, а в нём церковь Живоначапьной Троицы, деревянная клецки, строение монастырское..."

Монастырь был невелик. Деревянная ограда в виде частокола огораживала небопьшую территорию, куда вмещались Троицкая церковь с пределом архистратига Михаила, церковь святителя Николая, монашеские келии и кладбище. Шириною ограда 40, а длиною 53 сажени (то есть 84х108м). Ветхая, деревянная ограда сохранялась до 1820-х годов, когда общественным старостой Борисоглебских Слобод крестьянином Иваном Васильевичем Щепетиловым была устроена ограда с 7 башнями и 2 воротами с западной и восточной стороны (ограда находится сейчас в руинированном состоянии).

Троицкий монастырь был не просто подведомственным, он полностью зависел от Борисотебского монастыря. Например, в расходной книге монастыря начала XVIII века сообщается о том, что игуменья не никакой фактической власти, осуществляя лишь моральное руководство над монахинями. "Строительство и ремонт в Троицком монастыре также производились силами Борисоглебского монастыря".

В 1708 году Святителем Димитрием Ростовским был освящен первый во имя Живоначапьной Троицы по просьбе благодетельницы монастыря Параскевы Алексеевны Нарышкиной, ближайшей родственницы Петра I. До 1920-х сохранялась икона Знамения Божией Матери, считавшаяся среди местного населения чудотворной. (По указу Ростовского митрополита Арсения Мациевича был учрежден с этой иконой крестный ход в Спасо-Яковлевский монастырь. По упразднении монастыря был прекращён и крестный ход.) В попытке отыскать эту икону нами были просмотрены запасники музеев, где, более всего, вероятно, могла находиться эта икона (Ростовский, Ярославские музеи, Третьяковская галерея). Однако найти её не удалось. Но, как выяснилось, в запасниках Третьяковки хранятся три древние иконы из Троицкого монастыря: икона "Спас в силах" конца XV века, икона "О тебе радуется" (вторая половина XVI века) и икона XVII века "Спас Нерукотворный".

Возвращаясь к строительству каменного храма, надо сказать, что имело оно как бы государственный статус, то есть проводилось под контролем Петра I. Это доказывает уникальный документ, хранящийся в Российском архиве древних актов, указ Петра I, датируемый 1707 годом. "...Из Борисоглебского монастыря, что в Ростове, за строением остаточного прошлых лет кирпича и извести, про которые в доноситепьном письме в прошлом году заявил эконом Илия, перевесь к церковному строению того Борисоглебского монастыря в приписной девичь монастырь на монастырских подводах...".

В 1717 году 11 монахинь из Троицкого монастыря были переведены в Спасскую пустынь (около с. Вески), которая в том же году была преобразована из мужского Спасского монастыря; в Троицком монастыре оставалось 28 монахинь во главе с игуменьей Ириной. Просуществовала женская Спасская пустынь около 5 лет, всё это время она числилась приписной к Троицкому монастырю. Главным занятием её насельниц было рукоделие. Об этом находим косвенные сообщения в архиве графа Б.П. Шереметева, в чьих владениях располагалась эта Спасская пустынь.

На обучении в этом монастыре находились его крепостные девки, которые затем отвозились для работ в мастерских подмосковных владений Шереметевых. В письме Б.П. Шереметева к своему управляющему Ивану Кострову читаем: "Девкам, которые в монастыре девичьем учатся искусству шитья, ежели по-прежнему моему указу шубы не сделано, то сделать, а тех девок прислать к Москве". В переписке упоминается и имя главной золотошвеи Надежды Алексеевой, которая "девок плохо учит и всегда бьёт их безвинно и с прочими монахинями бранится..." (Кстати, сохранение после пострига права носить в монастыре фамилию своего рода говорит о высоком, социальном статусе в миру этой монахини). В 1723 году Спасская пустынь была упразднена, а всё имущество её передано в Троицкий, а часть -- в Борисоглебский монастырь. До середины XIX века в архиве Борисоглебского монастыря хранились уникальные документы по истории этих монастырей. В 1857 году они были взяты известным историком протоиереем о. Иоанном Троицким, который трудился над описанием Ярославской епархии, после его смерти рукописи были утеряны. Об этом факте сообщают краеведы В.И. Ивановский и А.А. Титов.

Троицеборский монастырь был упразднён после известной реформы Екатерины II в 1764 году. Монахини были переведены в Ростовский Рождественский монастырь. Однако первый приходской священник Иоанн Иванов, прослуживший на этом месте около 50 лет, вспоминал, что монахини ушли из монастыря только лишь в 1766 году, когда его рукополагали во священники. Возможно, насельницы не сразу покинули обитель. Страшная своими последствиями реформа приводила к затуханию духовной жизни в святых, веками намеленных местах, зарастала тропа к исцеляющим святыням. Невольно вспоминается стихотворение А. Майкова "Упразднённый монастырь":

"Всё тихо валится кругом,
Ещё пройдёт немного лет
И стены предадут на слом,
И старины пройдёт и след..."

Но велико было духовное противостояние народа этим разрушающим реформам. Интересно, что же происходило на месте упразднённого Троицкого монастыря, помимо существования там прихода. По официальной версии, после упразднения монастыря "находящиеся там монахини и белицы (то есть не принявшие ещё постриг, послушницы) были распределены по здешним монастырям". На самом же деле, белицы воспротивились указу консистории и не захотели уходить из монастыря. Мало того, ими на собственные средства были построены новые кельи, на месте ветхих, разрушенных, в коих жительствовали монахини, когда существовал монастырь. Жили они независимо от прихода, на свои средства, как говорили, "собственным своим коштом" (кошт -- содержание, иждивение). На место умерших и выбывших поступали новые насельницы. Так постепенно сложилась полулегальная сестринская община. Лишь в 1811 году благочинный священник с. Вощажникова Михаил Горский представил доклад архиепископу Антонию о незаконном проживании этих сестёр, он же составил и ведомость "имеющих жительство в с. Троица на Бору вдовам и девкам с показанием их звания". Основываясь на этой ведомости, можно дать характеристику состава общины. К тому времени там проживали 43 сестры. Основу общины составляли представительницы крестьянского сословия, в основном крестьянки Борисоглебских Слобод (Новой, Плотины, Селища, Кокуйки, Долгой, Кунидовки), а также окрестных сёл и деревень -- Денисьева. Горшкова, Старово-Смолино, Сабурова и так далее. Исключение составляли лишь "боярыня сельца Голубкова Ярославского уезда девица Александра Григорьевна Щетнева", 31 года и солдатка Авдотья Андреева, 57лет из Бежецкого уезда Тверской епархии. Средний возраст насельниц составлял 46 лет. Все они не имели никаких "письменных видов" на увольнение и "жили только лишь "со словесного позволения своих вотчинных начальников". Узнав об этом вопиющем факте, губернское правление в Ростовский уездный суд определило капитан-исправнику, чтобы "тот тотчас же отправился на место и исследовал, кто проживает на месте упразднённого монастыря и притом пусть суд объяснит губернскому правлению, как он мог такое число жёнок упустить...".

'Капитан-исправнику на месте давали показание самые старые насельницы, крестьянки Борисоглебских Слобод Федора Никитина -- 66 лет, Дарья Бочарова -- 70 лет и Федора Грановитова -- 70 лет. Они сообщили, что "живут они на этом месте лет 40 из-за усердия и для спасения души с таким условием, что при вступлении в общество каждая по возможности должна вносить деньги на улучшение церкви, а если кто волею Божиею помрёт, то оставшийся дом и имение отдать в церковь, что без всякого отрицательства ими и выполняется...".

Губернское и епархиальное руководство усмотрело в этом нарушение духовного регламента, ибо "проживали они, не имея смотрительницы как за поведением, так и за порядком". В резолюции духовной консистории говорилось: "Человеку невежливому такое житие опасно и душе пагубно". Единственным заступлением за этих сестёр был голос священника, ростовской Кретовоздвиженской церкви Михаила Владимирова. В своём рапорте к Владыке он писал, что "целью сего общества есть богомолье, а упражнения заключаются в трудах их тяжких". Однако решением консистории было "выселение означенных сестёр из помянутого села и снос их келий с церковной земли". По воспоминаниям священника церкви с.Троица на Бору о. Иоанна Смирнова, отшельницы вынуждены были поселиться на окраине Борисоглебских Слобод. Поэтому не с 1764, а скорее с 1811 года с выселением престарелых сестёр, продолжавших молитвенное дело своих предшественниц, может считаться история монастыря законченной.

С. Лапшина, сотрудник Борисоглебского музея


 
Ссылки по теме:
 

  • Раздел "Монастыри" православного каталога "Русское воскресение"

  •  
    Поиск Искомое.ru

    Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"