На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Православные обители  
Версия для печати

Рукописные столбцы Юхновской обители

Новые исследования

Юхновский Казанский Мужской монастырь, или Юхнова пустынь, стоял на правом берегу р. Угры, при впадении в неё р. Кунавы. Его территория до конца XVIII в. находилась в Мещовском уезде, с 1777-78 гг. – Юхновском уезде Смоленской губернии, с 1940-х гг. и до сегодняшнего дня – в Юхновском районе Калужской области. В настоящее время монастырь относится к Песоченской епархии Калужской митрополии.

Сейчас место бывшей обители на окраине Юхнова находится в запустении. От четырёх каменных храмов, разрушенных в 1920-30-е гг., остались лишь основания с небольшими фрагментами стен. Монастырские иконы, богатая утварь в годы советской власти были уничтожены или «исчезли» в неизвестном направлении. Из множества строений целым сохранился только двухэтажный кирпичный братский корпус, давно нежилой, и фрагменты кирпичной стены по периметру монастырской территории. Рядом с братским корпусом расположены городские очистные сооружения; сильный неприятный запах свидетельствует о том, что они плохо справляются со своей задачей.

Известный исследователь истории Смоленского края И.И. Орловский писал, что «монастырь существовал в XV веке… Назван, вероятно, по имени основателя: в XV в. встречаются имена Юхны Защитовского, земянина Луцкого, Юхны Семашковича, бояр. Городенского и проч.» [1]. Народное же предание связывает его основание с именем раскаявшегося разбойника Юхны или, попросту, Юшки-Кудеяра, грабившего купцов и богатеев и помогавшего бедным. В описании монастыря 1864 г. приводится местное устное предание: «Некто Юхна, атаман шайки разбойников, называвшийся и Евфимом и Юшкою, своими грабежами и убийствами, наводившими ужас и отчаяние на прибрежных жителей реки Угры, проживавший здесь долгое время в недоступных дремучих лесах, в одно время был вразумлён силою Божиею свыше, которая заставила его положить конец его злодеяниям. Юхна покаялся, подобно благоразумному разбойнику. На добытое сокровище он основал здесь небольшую пустынь, которую и назвал по своему имени: «Юхнова пустынь»; монастырь сей долгое время так и именовался» [2]. А логово этого страшного разбойника, по той же легенде, было совсем недалеко от созданной им впоследствии пустыни – в семи верстах вниз по Угре, близ города Опакова (ныне с. Палатки), где высокая гора на берегу Угры с остатками каменной литовской сторожевой башни, со всех сторон окружённая глубокими оврагами, в народе называется Кудеяровым Яром.

Первое документальное упоминание о Юхновском монастыре найдено в писцовой книге Опаковского стана Мещовского уезда 1626–1628 гг. Тогда, после польско-литовского разорения, монастырские церкви (их было две) «стояли пусты без пения». По описаниям 1770-х гг. в монастыре имелись уже четыре каменные церкви, в их числе – Соборная во имя Казанской Пресвятой Богородицы, кельи для монашествующих также были каменные; а вокруг монастыря – каменная ограда с четырьмя башнями по углам [3].

В XIX в. описания Юхновского монастыря составили игумен Савва в 1851 г. (опубликовано в 1864 г.) [2] и игумен Петр в 1896 г. [4]. Обе эти статьи переизданы в 1995 г. [5].

Краткие сведения о Юхновском монастыре имеются в изданиях краеведов В.Е. Маслова и В.И. Пляшкевича. Большую работу по обнародованию историко-краеведческих материалов, связанных с окрестностями р. Угры, проводит ныне краевед К. Александров, на его сайте «В среднем течении реки Угра»[1] имеется подборка старинных фотографий монастыря. Попытка обобщения собранного материала об этой обители предпринята автором настоящей статьи.

Настоящая статья посвящена сохранившимся старинным документам Юхновского монастыря, находящихся ныне в Российском Государственном Архиве Древних Актов (РГАДА) в Москве). Она является продолжением работы автора по обобщению собранных материалов об этой обители [6], [7]. Сохранности указанных документов во многом способствовала деятельность Смоленского церковно-археологического Комитета, созданного в конце 1890-х гг. Ценный вклад в его работу внесли игумен Пётр и монахи Юхновской обители, горячо взывавшие к отцам и братии Смоленской епархии поддержать новое важное учреждение: вступать в ряды Комитета и отдавать туда на хранение старинные вещи, имеющие историческую ценность. Сам игумен Пётр, среди прочих древностей, передал ему монастырские рукописи, о которых говорил: «В нашем монастыре имеется много древних рукописей, которые здесь лежат без пользы и тлеют, а некоторые из них и совсем были выброшены вон и, лишь благодаря одному из вас, а именно о. Дионисию, они сохранились, потому что он, как сам говорит, подобрав их некогда, сохранил у себя, и по прибытии моём в монастырь, представил их мне. Читать нам оные трудно, а в Комитете их разберут и, быть может, отпечатают в Епархиальных Ведомостях, что, может быть, окажется полезным и для монастыря» [8], [9]. Всего в Комитет было передано 49 рукописных столбцов XVII-XVIII вв., большая часть их до сих пор не прочитана и не опубликована[2].

И.И. Орловский, один из главных сотрудников Комитета, «расшифровал» несколько записей – «Столбцов Юхновского монастыря», всего 14 документов [10]. Там есть описание одной из церквей и монастырского имущества, записи о разбойных нападениях на монастырь и его слободку, о межевании монастырских земель.

Но И.И. Орловский разобрал и напечатал далеко не все «Столбцы» Юхновского монастыря,

В настоящей статье приводятся впервые разобранные и ранее нигде не публиковавшиеся монастырские документы из фонда 1455, где рассказывается о взаимоотношениях монастыря с помещиком и крестьянами соседнего села Опакова: дело № 487: «Челобитная игумена Юхновского Казанского монастыря Иосифа о захвате соседними помещиками старинных монастырских земель в Опаковом стане Мещовского уезда» (между 1687-1693 гг.) и № 490: «Судное дело Юхновского Казанского монастыря с помещиком с. Апокова Мещовского уезда стольником Василием Васильевичем Семеновым и его крестьянами о нападении на монастырь, избиении и убийстве монастырских рабочих, свозе сена с монастырских пожень» (1694-1698 гг.).

По просьбе автора 3 листа из дела № 490 разобраны О. Крашенинниковой, старшим научным сотрудником Института Мировой Литературы. Они опубликованы в «Приложении 6» к исследованию о Юхновском монастыре [6]. Ещё 10 листов из этого Дела (листы №№ 9, 11-16, 24-26) были «расшифрованы» автором настоящей статьи и озвучены в докладе «Юхновский Казанский мужской монастырь: этапы изучения его истории, новые находки и исследования, возможные пути дальнейшего изучения и благоустройства» на X Всероссийских краеведческих чтениях в Москве (13 мая 2016 г.), доклад должен быть опубликован в соответствующем сборнике. К настоящему времени разобраны почти все листы указанных дел.

Чтобы лучше понять содержание публикуемых документов стоит напомнить, что уже Соборное уложение 1649 г. – свод законов Русского царства, принятый в годы правления Алексея Михайловича Романова, частично ограничивало притязания духовенства: прекращается дальнейший переход земли в собственность духовенства; суд над духовенством по всем гражданским делам передаётся в руки нового учреждения – Монастырского приказа.

В 1680-1690-е годы, когда были написаны исследуемые «столбцы» Юхновского монастыря, на Российском престоле находились одновременно два государя – сводные братья Романовы: Иван V Алексеевич (1666 – 1696) и Пётр I Алексеевич (1672-1725), оба венчались на царство в 1682 г., но до 1689 г. фактически власть осуществлялась их старшей сестрой – регентшей царевной Софьей Алексеевной (1657-1704). С 1689 г. Пётр I фактически стал властвовать единолично. Русскую Православную Церковь в эти годы возглавляли Патриарх Иоаким (с 1674 по 1690 гг.) и Патриарх Адриан (с 1690 по 1700 гг.), с 1700 г. начался многолетний (до 1917 г.) Синодальный период.

В апреле 1698 г. Пётр I издаёт указ «О запрещении Енисейского уезда ссыльным и пришлым монахам строить вновь монастыри, и о недавании им никаких земель без указа», обосновывая запрещение тем, что «в Сибири мужеских и женских монастырей, где всякого чина православным Христианом постригаться и спасаться, довольное число есть» [11]. А после смерти Патриарха Адриана в 1700 г. церковные реформы пошли «полным ходом»: все дела, находившиеся в ведении Патриарха, кроме «дел веры», распределены по Приказам; Патриарший разряд уничтожен; в начале 1701 г. восстановлен Монастырский приказ, в его ведение отошли, в том числе, монастырские земли и хозяйства. Один за другим следуют указы, сокращающие самостоятельность духовенства и ставящие его в зависимость от светской власти. Указом от 30 декабря 1701 г. определено «давать монашествующим денежное и хлебное жалование из доходов монастыря, а вотчинами и угодьями монахам впредь не владеть» [12]. Наконец, в 1721 г. Пётр I издаёт Духовный Регламент – закон, определяющий правовое положение Православной Церкви в Российской империи. В мае 1722 г. издано «Прибавление» к Духовному Регламенту – «О правилах причта церковного и чина монашеского», во вступлении к которому сказано: «Чин наипаче монашеский, который в древние времена был всему Христианству аки зерцало и образ покаяния и исправления, во времена сия во многая безчиния, развратился. Того ради ко исправлению оного последующие служат правила» [13]. В феврале 1724 г. появляется указ «О соединении малобратственных монастырей и пустынь с другими монастырями».В результате Петровских реформ права духовенства и, в особенности, монастырей, значительно ограничены.

История страны в полной мере отразилась на истории Юхновского монастыря. Проследим хронологию событий и увидим это явственно:

– в 1611 г., в годы Смуты, монастырь разорён польско-литовскими войсками;

– в 1626–1628 гг., Юхновские монастырские церкви, как и большинство Божиих храмов Мещовского уезда, «стоят пусты без пения», однако монастырское кладбище действует, о чём свидетельствуют сохранившиеся белокаменные надгробные плиты (надпись на одной из них «АЛГ лета» – 1625 г.)

– в 1653 г., по благословению Серапиона, митрополита Сарского и Подонского, Юхновский монастырь восстановлен иеромонахом строителем Иосифом, бывшим экономом архиерейского дома. Построена новая деревянная церковь во имя Покрова Пресвятой Богородицы;

– в 1657 г. игумен Иосиф обратился к патриарху Никону с просьбой о возвращении монастырю земель, исстари принадлежавших ему, так как вся земля перешла во владение разных помещиков. Патриарх Никон исходатайствовал у царя Алексея Михайловича грамоту на имя Калужского воеводы Михаила Еропкина, в которой приказано было: «Сыскать большим повальным обыском монастырскую землю, и по сыску отказать к Юхнову монастырю всё то, чем владел он исстари». Летом 1657 г. воевода Еропкин писал патриарху, что «по писцовым книгам пашню и сенные покосы и всякие угодья он отказал к Юхнову монастырю, а про неописанные пашни, сенные покосы и всякие угодья сыскивал и по сыску за ругами прислал в Москву в патриарший разряд»;

– к началу XVIII в. на новое строительство и капитальный ремонт зданий у монастыря средств не хватает. Несмотря на поправки, здания ветшают и клонятся к разрушению;

– в 1724 г. Юхновский монастырь по указанию Св. Синода приписан к Мещовскому Георгиевскому монастырю и вскоре упразднён;

– в 1726 г., после смерти Петра I, монастырь восстановлен вновь по просьбе многих благотворителей и вкладчиков, называвших Юхновскую обитель «душевным своим жилищем». (В числе просителей были вице-президент Берг-коллегии Алексей Зыбин и Никита Зыбин, Гжатской пристани компанейщик с товарищами).

Приведённые исторические факты делают более понятными принятые властями в конце 1690-х годов решения в отношении Юхновского монастыря, о которых сообщают монастырские рукописи.

Ниже приводятся тексты рукописей Юхновского монастыря полностью или дается краткое их содержание.

 

Дело № 487 (включает в себя только один лист).

Лист 1.

«Бьют челом богомольцы ваши Мещовского уезду Опоковского стану Юхнова монастыря игумен Иосиф с братиею по Указу блаженныя памяти отца Вашего Великого Государя Царя и Великого Князя (Алексея) Михайловича всея Великия и Малыя и Белыя России самодержца. В прошлом, Государи, во (7166=1658)-м году бывший Никон Патриарх по нашему, богомольцев ваших, челобитью про старинную нашу монастырскую вотчинную прописную землю посылал из Патриаршия разряду в Калугу и Мещовск грамоты к воеводам, чтоб про ту нашу прописную землю монастырскую старинную землю сыскать накрепко, и про ту нашу монастырскую старинную землю из Калуги и Мещовска воеводы послали сыскнова большим повальным обыском всяких чинов многими людьми старожилыми, и ту нашу монастырскую старинную землю по тем обыскам и по старым межам и граням отмежевали, и те межи быти взе книги в Патриарший разряд присланный за руками окольных людей и старожилов, и на ту нашу монастырскую старинную землю даны бывших патриархов Никона[3] и Иоакима[4] грамоты с прочетом впредь для спору и владения велено нам, богомольцам вашим, тою землею владеть по-прежнему нашему монастырю. Ан не, Государи, тое нашею монастырскою межеванною старинною землею (пашнею, сенными покосами и всякими угодьи) завладели насильством смежные помещики и вотчинники (*) чрез те межи и грани по тое нашей само монастырской (П) а то, Государи, наш монастырь в Поместном приказе в писцовых книгах письма и меры Тимофея Звени(горо)дского да подъячего Дружины Огаркова[5]». (конец листа).

На обороте – сноски:

(*) – «Стольники Федор Самсонов сын да Федор Емельянов сын Бутурлин, Да стольник ж Василий Васильев сын Семенов».

Внизу: «Челобитная Черная Юхнова монастыря» (Т.е., по-видимому, «черновик»).

 

Дело № 490 (включает в себя 33 листа).

Лист 6-8 и 6-8 оборот.

Запись 1696 г., о том, как приказчик помещика соседнего села Опакова, стольника Василия Васильевича Семенова, «с товарищи» приезжал «под монастырь», разбойничали, грабили монастырское добро, били и увечили монастырских «бобылей», их жён и детей: «Под монастырем пожали и потолочили жатой всякой хлеб и бобыльское и стогов сена, что было, всё к себе повозили и бобылей смертным боем перебили, и бобыльских жен, бив и изувеча, наругались, вязаных простоволосых перед собою гнали до деревни Пречистенской и держали у себя до полночи». 18 августа – новый разбой: «Подъехав под монастырь, бобыльских жен с детьми (всего перечислено 8 имён), загнав к монастырскому и бобыльскому яровому хлебу, неволею бьючи, заставили жать тот наш яровой хлеб на себя и к себе повозили». 26 августа тот же приказчик «с товарищи» снова «бьючи, неволею заставили» бобыльских жен с детьми (всего 10 человек) «достальной наш монастырский и бобыльский яровой хлеб весь пожать» и «горохи изрвать и повыбрать», а потом «повозили все к себе в деревню Пречистенскую». А потом вывели женщин «на Щолкиновскую дорогу к монастырской меже с его, Василия Семенова, землею, к гранному столбу и, обнажа их, нагих на той меже били, наругаючись, дубьём и батоги и плетьми смертным боем и, бьючи, приговаривали: то де вам, Юхновским, межевание, и впредь всем вам от нас то ж будет, скажите де своим начальникам. И от того их бою те вышеписанные монастырские наши бобыли и жены их и дети изувечены, и доныне лежат при смерти, а приказчик собранием по вся дням под монастырь подъезжаючи и, съехав, бьют и увечат и грабят и боровыми всякими угодьи монастырскими на себя берут и сторонним людям на явку отдают, а монастырских бобылей за монастырь ни по что не выпущают, и учинили всех без хлеба и безо всякой пищи, и скотину без корму, и похваляются они монастырь и слободу разорить всех без остатку… а строителя старца Трифилия – убить до смерти». Были с приказчиком из Опакова и «приезжие люди», которые также разоряли монастырское добро. Приказчик Ивашко и другие называли их «людьми боярина Князя Бориса Алексеевича Голицына».

На обороте листа 6-8 – продолжение этой записи, о том, что строитель Юхновского монастыря с братией послали челобитную о разорении монастыря, вследствие чего Митрополит Сарский и Подонский Преосвященный Тихон написал некий Указ. По этому Указу архимандрит Мещовского Егорьевского монастыря Серафим со «сторонними людьми» были в Юхновом монастыре и видели, как в августе прошлого (1695) года приказчик стольника Василия Семёнова «Ивашко собранием приезжал под Юхнов монастырь, и из ружья стреляли, и рожь и яровой хлеб пожали и толочили, и лошадьми топтали, серпами под колос подсекали и сено покосили, и все к себе повозили, и бобылей и жен их били и всякое ругачество чинили».

На обороте листа 6-8 есть и более поздняя запись (отрывок), сделанная другим почерком, более чёткая, написана «вверх ногами» по отношению к первой, датируется 1702 г. В ней рассказывается о том, как некие «посыльные люди» приехали в Серпейский уезд, у «поповского старосты, Спасского попа Прокопия» взяли провожатого и отправились в Городеченскую пустынь, где игумен Игнатий взял у них «Великого Государя Указ и наказную память», после чего стал ругать «Юхнова монастыря игумена Трифилия» и «хотел посыльных людей бить смертным боем», и говорил игумен Игнатий, что «в Юхнов монастырь он не поехал и учинился Указу Великого Государя силе», а наказной памяти он посыльным людям не отдал. Потом посыльные люди «старому строителю Иосифу и братии являлись».

Лист 10 и 10 оборот.«Опись насилий и грабежа монастырских крестьян» (указано на обороте).

Здесь сообщается о том, что именно забрали грабежом «Василия Васильева сына Семенова приказные люди» у монастырских крестьян в прошлых годах. Например, «Приказчик Бухаров грабил Филипка Карпова, взял кафтан да хомут, косу да топор, да триста драниц, да лошадь» или «У Анисимка Лукьянова отнял две лошади приказчик Демешка Зверев, да бабу его ж ограбил. А снял с неё паневу и рубаху и счиню и серьги, и бил, и увечил смертным боем». Из этой записи можно заметить, что приказчиков-грабителей было несколько: Бухаров, Демешка Зверев, Ивашка Петров, Яким Петров, Юрас(?)[6] и Сидорка Кирилов (Кривой). Ограбили они 16 монастырских крестьян и одну крестьянку, некоторых грабили не один раз, при этом иногда «били и увечили смертным боем». В общей сложности забрали: 14 лошадей, 8 хомутов, 8 телег, 12 топоров, 8 кос, 1 серп, 1 нож, 1 чёлн с рыбными снастями на реке Угре, 1 мешок ржи, 1 соху, 20 алтын денег, 7 кафтанов, 4 шапки, 2 пояса, паневу, рубаху, серьги и 1800 драниц.

На обороте листа 10 есть ещё одна записьдругим почерком и более чёткими чернилами, «вверх ногами» по отношению к первой – это «Черная записка», по-видимому, «черновик», где сообщается, что «приказчик Ивашка Чекушка с товарищи» взяли старицу Марфу и других «ее стариц у пашни у ярового ее хлеба», и стали их бить плетьми толстыми, и за собою тащить и мучить, «чтобы она указала строителя Трифилия (т.е. Игумена Юхновского монастыря) и сына его Егорка, и похвалялись всех убить до смерти, увели их за речку к Юхнову на меже к гранному столбу».

Листы 17-19.

«Список». (Вероятно, список с подлинника).

Лета 7205 (1697) года мая в день Преосвященный Тихон митрополит Сарский и Подонский и боярин князь Борис Алексеевич Голицын, посоветовав между собою, приговорили по челобитью Мещовского уезда, Юхнова монастыря строителя старца Трифилия с братией да стольника Василия Васильева сына Семенова об …них, и о всяких древних ссорах, которые меж ими ссоры преж сего были, …в Мещовском уезде в Опаковском стану, о всем розыскать». По этому «приговору» положено было домовому архиерейскому (т.е. митрополита Сарского и Подонского) Казенного приказа дьяку Ивану Зиновьеву «ехать в Мещовский уезд в Опаковский стан, в вотчину Юхнова монастыря в подмонастырную слободу, да стольника Василия Семенова в вотчину в село Опаково с деревнями». В прошлом, 1696-м, году Преосвященный Тихон, Митрополит Сарский и Подонский, уже посылал туда «о том же земляном деле и о всяких ссорах розыскать домового своего архиерейского сына боярского Михайла Дмитриева, а боярин Князь Борис Алексеевич Голицын снарядил Ивана Федотова сына Елагина, чтоб ту многу меж ими монастырем и Василием Семеновым земляные и всякие ссоры по розыску прекратить», а также разобрать дело «о беглых монастырских крестьянах» и «учинить отдачу» крестьян тем, кому они «по крепости» принадлежат. Кроме того, надлежало посланным в Опаковский стан Ивану Елагину и Михаилу Дмитриеву «отмежеванной монастырской земле, что межевал Михайло Гурьев, учинить им чертеж вопще со всякою подлинною опискою», «для общего чертежу» надо было им взять и досмотреть «все крепости Юхнова монастыря у игумена с братьею» и крепости стольника Василия Семенова «у человека его, который для того дела с крепостьми посылан был с посторонними людьми». После «межеванного досмотра» и составления «общего чертежа» требовалось от посыльных «по розыску учинить во всему роздельна». Но дела не получилось, потому что игумен «Юхнова монастыря с братией с крепостьми на межу да общего чертежа» пришли, а человек стольника В.В. Семенова – Андрей Савельев – «для земляного розыску крепостей Михайлу Дмитриеву и посторонним людям для подлинного уверения не объявил и общего чертежа чинить не стал. И с земли, на которую было съехались общий чертеж учинить, долой сослал; и земли помещика своего с посторонними людьми для розыску осматривать не пустил», и к составленным чертежам «руки не приложил». Поэтому «и привезли они, Иван Елагин и Михайло Дмитриев, чертежи разные, несхожие, и не за руками». Поэтому и пришлось Преосвященному митрополиту и боярину Князю Борису Алексеевичу, договорясь между собою, на следующий год посылать в Опаковский стан дьяка Ивана Зиновьева. Дали ему «за руками сей приговор», положили «верить ему, дьяку Ивану Зиновьеву, во всем», и велели ехать «на спорную землю Юхнова монастыря и стольника Василья Семенова» и «принять крепости» на ту землю у строителя Юхнова монастыря и у человека стольника В.В. Семенова, и «по тем крепостям и по сказкам старожилов, ближних окольных людей, тое спорную землю розвести ему, Ивану Зиновьеву, против указу Великого Государя», чтобы впредь у «властей Юхнова монастыря со стольником Василием Семеновым, и у людей их, и у крестьян о той земле ссор и спору никакого не было». «А про грабеж и про прежние крестьянские ссоры ему ж, Ивану, розыскать подлинно посторонними людьми или кем прилично будет»; и по розыску «учинить роздел в правду», и «на обе стороны отдачу», а «виноватым людям, от которых такие ссоры учинились, учинить наказание, чтоб впредь им так ссориться было неповадно». Что касается беглых монастырских крестьян, которые живут «за Василием Семеновым», Ивану Зиновьеву требовалось досмотреть монастырские и В.В. Семенова крепости, и «коим те крестьяне по крепостям крепки, то им теми крестьяне и владеть». Завершив порученное дело, или, в случае невозможности его завершения, Иван Зиновьев должен был «все подлинно на письме в правде подать Преосвященному митрополиту и боярину Князю Борису Алексеевичу за своею рукою». К сему подлинному приговору Преосвященный Тихон, митрополит Сарский и Подонский, «велел печать свою приложить», и боярин Князь Борис Алексеевич Голицын «руку приложил».

Лист 20.

Запись сделана игуменом Юхновского монастыря Иосифом, по-видимому, это обрывок его «челобитной». Здесь рассказывается о разбойном нападении на монастырь людей из села Опакова и беглых монастырских крестьян, среди которых был один «смертный убийца». Говорится о краже и бое «старца нашего монастыря Иосия». Хотели украсть, а, может быть, и украли, «списки земленых и крестьянских крепостей». Игумен Иосиф пишет: «…И бив меня смертным боем, замертво вытащили на двор к старосте Филимошке, и на дворе надо мною …ругались всячески и, завязав руки назад вожжами, цепями били и наругались от раннего обеда до вечерней». Вечером приезжали «на двор к Филимошке из села их Опокова староста Якошка Киреев, да беглые наши монастырские крестьяне», среди которых был «сторож наш церковной Ивашка Бутырка», и многие крестьяне Василия Семенова «с пищалями, и с бердыши, и с рогатины, и с дубьем, и бив меня, Игумена Иосифа, дубьем и плетьми, и бердыши рубили, и замертво потащили, …бьючи меня и наругаючись по дороге, через пустошь Савонина в село Опаково. И от той деревни в 6 версте на дубраве прибежали встречу приказчик Гришка Калмык…» (обрыв).

Лист 20 (оборот).

Здесь перечисляются имена и фамилии 32 крестьян разных владельцев Мещовского уезда, а также двух владельцев Мещовского уезда – Микифора и Ивана Хамовых, которые здесь (видимо, под челобитной игумена Иосифа) подписались. «А Микифора и Ивана Хамовых и крестьян их руку приложил села Чемоданова Никольской поп Иван да Вяземского уезду боярина Князя Якова Куденетовича человек Черкасского вотчины села Бутурлина староста Федька Данилов». Запись оборвана.

Лист 21.

Маленький обрывок – начало челобитной: «Государю Преосвященному Е(вфим)ию, Митрополиту Сарскому[7], Мещовского уезда Юхнова монастыря игумен Иосиф с братиею, благословения у тебя, Государя архиерея Божия, прося, челоб(итье)…» (обрыв).

Лист 22.

Маленький обрывок, где перечисляются имена крестьян, которые, скорее всего, поставили свои подписи под челобитной, написанной на обороте: «Села Чемоданова вдовы Варвары Архиповской жены Савина крестьяне староста Аврашка Яковлев» и ещё 4 человека, «да Григорьевы крестьяне села Стышна(?) староста Осташка Фомин» и ещё 3 человека, «да церковной дьячок» (обрыв).

Лист 22 (оборот).

Маленький обрывок, где игумен Юхновского монастыря сообщает, как люди и крестьяне из села Опакова напали на него «и уче меня, игумена, своими руками смертным боем». В нападении участвовал и беглый монастырский крестьянин, «смертный убийца».

Лист 23.

Челобитная, в начале которой сообщается, что в 1694 г. 19 мая, в Мещовске «из приказной избы по приказу стольника и воеводы Филипа Хрисанфовича Якимова отданы с роспискою стольника Василия Васильева сына Семенова приказные его человек Григорий Казмин» и ещё 3 человека «Мещовскому пушкарю Стенке Фолимонову», чтобы по указу Великих Государей вернуть их владельцу, стольнику В.В. Семенову, «безо всякого розыску». Вместо «пушкарей Стенки Филимонова да Степки» к бумаге «руку приложил Димка Иванов».

«Великим Государям и Великим Князьям Ивану Алексеевичу, Петру Алексеевичу Великия и Малыя и Белыя России Самодержцам бьет челом богомолец ваш Мещовского уезду Юхнова монастыря келарь черной дьякон Трефилий в Мещовску. Государи, в 1694-м году, апреля в день, по вашему Великих Государей Указу, посыланы из Мещовска служивые люди, по челобитью игумена нашего Иосифа с братьею, в дневном надо мною разбою в вотчину стольника Василия Васильева сына Семенова в деревню Пречистенскую по старосту Фолимошку Мокеева с товарищи. Из села Опокова приказной его, Васильев, человек Гришка Калмык, укрываючи в том в дневном разбое его, старосту Фолимошку с товарищи, и стал ругаться надо мною, богомольцем вашим, тех дневных разбойников, старосты Фолимошки с товарищи, посыльным людям не дал и, их укрываючи, в город в Мещовск в приказную избу не ставил».

Лист 27.

«Да в 1694 году июля в 27 день по Указам Великих Государей и по наказной памяти стольника и воеводы Василия Федоровича Стремоухова, по челобитью стольника Василия Васильева сына Семенова человека его Гришки Калмыкова», Калужский подъячий Ерошка Ефтифеев да трое калужские стрельцов, взяв с собою сторонних людей, поехали в Мещовский уезд на вотчинную и помещичью землю стольника В.В. Семенова, «в село Опоково с деревнями: на пустошь Дернову, да на пустошь Никитину, а Колышманово тож, для досмотру сенных покосов и пожатой ржи, и сколько десятин сенных покосов покошено и ржи пожато»; и для досмотру людей стольника В.В. Семенова (крестьян, их жён и ребят), и для взятия монастырских служек и крестьян Юхнова монастыря. По досмотру указанных пустошей было выявлено, что на пустошах Дерновой и Никитинской (Колышманова тож) «сена покошено и сметено двенадцать стогов, по смете сторонних людей – копен со двести, да пожатой боярской ржи В.В. Семенова девяносто копен». При этом сторонние люди сказали, что крестьянскую рожь сжали старец Никандр со служками и крестьянами Юхнова монастыря, а сколько копен – неизвестно. Да по досмотру битых людей стольника Василия Семенова обнаружено, что у приказного его человека Гришки Калмыка левая рука из плеча вышиблена и вся опухла, у крестьянина Дорошки Герасимова голова в двух местах разбита, и правая рука покалечена, из плеча вышиблена…» (обрыв).

Листы 28 – 29.

«Список. (Видимо, список с подлинника, приводится полностью – М.Б.).

В Мещовск стольнику нашему и воеводе Филипу Крисанфовичу Якимову. В прошлом в 1694-м году июня в день по нашему Великих Государей Указу и по челобитью стольника нашего Василья Васильева сына Семенова послана к тебе наша Великих Государей грамота. А велено челобитье Юхнова монастыря келаря старца Трифилия и челобитье стольника нашего Васильева человека Семенова Гришки Калмыка и все подлинное дело прислать к нам Великим Государям к Москве в приказ Казанского Дворца для того, что от Василия и люди его и крестьяне судом и расправою во всяких делах ведом в приказе Казанского Дворца, и впредь людей его и крестьян судом и расправою во всяких делах ведать тебе не велено, а ведать их судом и расправою в Калуге, и о том в Калугу к воеводе нашему Великих Государей грамота послана. Ин нем (?) бить челом нам, Великим Государям, стольник наш Василий Васильев сын Семенов в прошлом в 1694-м году, по Нашему Великих Государей Указу против его челобитья послана наша Великих Государей грамота к тебе в Мещовск, велено челобитье человека его Гришки Калмыка в приказе … Юхнова монастыря с келарем старцем Трифилием того ж Мещовского уезду в деревню Пречистенскую и все подлинное дело прислать к Москве в приказ Казанского Дворца. А людей его и крестьян в Мещовску тебе за недружбою ведать не велено, и ты де Нашему Великих Государей Указу учинился не послушать, того дела в приказ Казанского Дворца не присылаешь, и по се время дружа и норовя Юхнова монастыря келарю старцу Трифилию против его ложного челобитья ин нех (?). Ты чрез Наш Великих Государей Указ и грамоты против ложного челобитья по согласию Юхнова монастыря с келарем старцем Трифилием да со старцем Никандром из Мещовска по людей его и по крестьян посылаешь посыльных людей беспрестанно, и людей его и крестьян волоча в город служками монастырскими и со крестьяны, и лошадей у людей его и у крестьян отнимают насильством. И деревни его от тех посылок разорились в конец, и нам, Великим Государям, пожаловать бы его велеть то вышеписанное челобитье, и все подлинное дело и ложное челобитье келаря старца Трифилия и старца Никандра из Мещовска по прежнему Нашему Великих Государей Указу взять к Москве в приказ Казанского Дворца, и о том к тебе в Мещовск дать Нашу Великих Государей грамоту с прежнего отпуску людей его и крестьян в Мещовску тебе иным воеводам по прежнему Нашему Великих Государей Указу не ведать. И как к тебе сия Наша Великих Государей грамота придет, и ты по прежнему и по сему Нашему Великих Государей Указу то вышеписанное подлинное дело и челобитье келаря старца Трифилия и старца Никандра прислал к Нам Великим Государям к Москве, не дожидаясь о том к себе иного Нашего Великих Государей Указу и нарочной присылки, да о том …, а отпиши и дело велел подать в приказе Казанского Дворца боярам Нашим Князю Борису Алексеевичу Голицыну с товарищи, а что ты по прежнему Нашему Великих Государей Указу к Нам Великим Государям не писывал и того дела к Москве не присылал и то ты дело еще не гораздо. Писан на Москве лета (7203 =1695) октября в 17 день.

У подлинной Великих Государей грамоты припись дьяка Макара Полянского смотрел Степан Гордеев».

Лист 30. (Приводится полностью – М.Б.)

«Челобитная

Великих Государей…

Сына Семенова Ивашка…

Юхнов монастырь подал челобитную, а в челобит…

Написано в… 1696 году сентября в 4 день

Юхнова монастыря келарь Трефилий с братиею и служками и с крестьянами, приехав помещика в деревню Клусову(?) Пречистенскую тож и, собрав той деревни крестьян помещика его Сенку Козла, Елисейку Иванова, Оску Скорняка(?), Фомку Левонова, Ивашку Тоношева с женами их и с детьми их до… с монастырских …

Тех крестьян взяли в Мещоской в приказную избу, неведомо для какого дела да, с ними ж де взяли десять лошадей с хомутами и с телегами, пять топоров, пять ж кафтанов, сермяжных белых и серых, пять шапок овчинных серых, а тебе, Государь, на спорные их земли за челобитьем его за ручным и спорным Келарь Трифилий для сжатой ржи и покошенного сена для своих посыльных людей посылать не велено и тех крестьян принимать … у него Келаря в Мещовске в приказную избу и держать их не доведетца, для того что по Указу Великих Государей и по грамоте за недружбою с помещиком его и крестьян помещика его не… судом и росправою ведать тебе не велено для взятия и освобождения тех крестьян и лошадей и всякой рухляди. Послатя к тебе, Государь, в Мещовску из Калуги калу(ж)ского подъячего Ерофея Евтифеева стрельцов и как, Государь, он подъячий в Мещовск к тебе приедет и тебе от велит тех вышеписанных крестьян и жонок и детей свободить и лошадей сум…отдать» (конец листа)

Листы 31-33.

«1695 года июля в 7 день. Роспись, что взято в Юхновом монастыре на пустоши Никитинской, Колышмановой тож, грабежом крестьянских лошадей и телег, котла, и топоров, и всякой рухляди села Опокова». Далее идёт подробная поимённая роспись, что именно у какого крестьянина взято грабежом. В общей сложности, ограблены 44 крестьянина (в том числе крестьяне деревни Пречистенской, когда туда «приезжал келарь Трефилей с подъячим и пушкарями»). У крестьян было взято: 23 лошади, 1 жеребёнок, 57 телег, 61 хомут, 19 топоров, 60 серпов, 10 кафтанов сермяжных и 1 шубный, 15 зипунов, 1 котёл путной, 42 ужища (в т.ч. 6 ужищ воровинных), войлок поярчетый тройной – 2 шт., 3 седла с потниками, 2 узды, гужи и шлея ременные и с кольцами, 1 бурка, 1 шапка, 3 дерюги, 3 сукни женские суконные синие, 2 мешка холстинных, да сошники с полицею.

Из всех листов, составляющих Дело № 490, не удалось до конца разобрать только Лист 5, написанный очень неразборчивым почерком, но можно понять, что это – запись «в доклад и с челобитья и с досмотру города Мещовска Юхнова монастыря строителя с братиею» на людей его и крестьян стольника В.В. Семенова, которые приезжали «с ружьем под монастырь», и «били и увечили» монастырских бобылей и жен и детей в августе прошлого 1697 г. Возглавлял нападавших приказчик Василия Семенова – Ивашка Чекушка, и они много монастырского хлеба «пожали и потолочили», и к себе повозили.

Из прочитанных документов можно почерпнуть немало интересных сведений о жизни монастыря и его ближайших соседей: о местонахождении и межевании монастырских земель в 1658 и 1692-1693 гг., о наличии у монастыря больших сенных покосов, поля, где сеяли рожь, яровой хлеб и горох, больших конских стад и яблоневого сада, о датах и подробностях разбойных нападений на монастырь дворовых людей и крестьян стольника Василия Семенова из соседнего села Опакова.

Следует учитывать, что согласно Соборному Уложению 1649 г., за «бесчестие», нанесённое игумену монастыря или другому «иноческому чину», полагалось «по суду или по сыску платить» и «класть за бесчестье»: «Игуменам по осьми рублев; келарям и Казначеям по шти (шести) рублев, а рядовым старцам всех монастырей за безчестье – по пяти рублев» [15]. Поэтому, не исключено, что Юхновская братия иногда могла и преувеличивать нанесённый ей ущерб в надежде получить хорошую компенсацию «за бесчестье». Этим отчасти можно объяснить скептическое отношение и недоверие Великих Государей Иоанна V и Петра I к челобитным Юхновского игумена и братии (см. листы 28-29).

Из документов видно, что сам стольник В.В. Семёнов, владелец села Опакова во второй половине XVII в., находясь «на Москве», что называется, «даром времени не терял» и своих Опаковских людей «в обиду не давал», а послал Великим Государям «встречную» челобитную на Юхновский монастырь, что якобы монастырские люди нападают на его крестьян, грабят и обижают их. И Великие Государи в этом деле приняли сторону не монастыря, а стольника В.В. Семёнова.

Приведем несколько документов из ранее опубликованных листов Дела № 490.

Лист 1 – челобитная Юхновского игумена Макария с братией Великому государю Царю о вооруженном разбойном нападении на монастырские табуны, краже 96 лошадей и убийстве и увечье нескольких сторожей. Одного из нападавших монастырские бобыли сумели поймать, и тот сообщил о себе, что он – Аношка Иевлев, крестьянин стольника В.В. Семенова, его вотчины села Опакова, и что нападавших с ним было ещё 26 человек… «Все подлинное розыскное дело из Вереи прислано к Москве в Стрелецкой приказ». Аношку пытали, и он признался в прежних разбоях и кражах. «По тому розыскному делу велено стольника Василия Семенова тех всех оговорных людей всех поставить в стрелецкий приказ к розыску и он, Василей Семенов, тех оговорных людей укрывает и к розыску в стрелецкой приказ тех оговорных людей не поставил и то розыскное дело перенес в приказ Казанского дворца для того, что он, стольник Василей Семенов после смерти отца его с домом и вотчинами приказан боярину князю Борису Алексеевичу Голицыну во оберегательство, и во всем к нему Василею Семенову боярин князь Борис Алексеевич милостив и в приказе Казанского дворца за тем делом ходит» …

Лист 3 –челобитная Юхновского игумена Иосифа на приказных людей стольника В.В. Семенова, Мещовских его вотчин, «Сидарку Кирилова сына и на присыльных ево с Москвы людей на Петрушку Михайлова сына да на Юрку Федорова сына и на Трифонку Левонтьева и на сына Ивашку с товарищи». Здесь сообщается о нескольких беглых монастырских крестьянах, которые, «учиня в монастыре смертное убийство», бежали и теперь живут в вотчине стольника В.В. Семенова. А в июле 1693 г. указанные присыльные из Москвы люди с беглыми монастырскими и дворовыми людьми села Апокова «приезжали под наш монастырь на монастырскую нашу землю и скотину нашу и бобылишкову отгоняли и пастухов перебили смертным боем», да в том же месяце «в самую глухую полночь воровские люди приезжали к монастырю и у монастыря задние ворота и калитку отбили», и о том есть монастырское челобитье в Мещовске. Также сообщается о межевании монастырских земель, которое в 1692 г. вел стольник и воевода Михаил Степанович Гурьев. Но люди из села Опокова, во главе со старостой, этой межи и межи 1658 г. не соблюдают, и на монастырской вотчинной земле сено покосили и рожь пожали, к 1694 г. «насильством рассеяли яровой хлеб, пожали и к себе повозили» и похвалялись «против вашего Великого Государя указу и впредь тою монастырскою землею владеть бы». А монахов и монастырских крестьян «на той отмежеванной земле били и грабили», да ещё приезжали в монастырскую слободу, «озорничеством розодрали нас и били и увечили старцев и бобылишков и служебников и монахов и казначея старца Евфимия били и увечили смертным боем», об этом было послано челобитье в Мещовск. «А казначей старец Евфимий от того боя и ран скорбел и умре». Также сообщается о вооруженном нападении на монастырь, когда Опаковскими людьми было уведено много монастырских лошадей.

Лист 4 оборот – сообщается о монастырском челобитье, что находится в Мещовске; что двое из нападавших на монастырь людей были допрошены, и «в тех дневных приездех запирались», а про беглых монастырских крестьян, среди которых есть смертный убийца Трифанка Левонтьева с товарищи, допрошенные сказали, что живут они за стольником Васильем Семеновым.

Лист 9 – не ранее 1697 г. – «О захвате монастырских земель» и о разбойных нападениях на монастырь людей и крестьян из с. Опакова, принадлежащего стольнику В.В. Семёнову. Из-за этого отмежеванные в 1693 г. монастырские «добрые земли» по берегам рек Угры и Кунавы (47 десятин) «стоят пусты».

Лист 11 – Роспись грабежу Юхнова монастыря, монастырскому и бобыльскому, что грабили «прикащики со крестьяны» стольника В.В. Семёнова в прошлых годах.

Лист 12-14 – «Выписано в приказе Большого Дворца из Мещовского Юхновского дела с Василием Семёновым». Перечисляются преступления, совершённые людьми В.В. Семёнова в 1682, 1693, 1694 и 1696 гг. Сообщается об отмежевании земель к монастырю в 1658 г.

Лист 15 – рассказывает о семи монастырских крестьянах, числящихся «за Юхновым монастырём по записным полонным книгам в крепости», но которые живут в Мещовском уезде за стольником В.В. Семёновым. А также сообщается о разбойном нападении в 1696 г. людей и крестьян В.В. Семёнова на монастырский табун лошадей и пастухов.

Лист 16 – Челобитная 1698 г. строителя Юхновского монастыря старца Трифилия с братиею князю Михаилу Яковлевичу о буйстве в монастыре крестьян его Вяземской вотчины села Бутурлина. (Эта челобитная оказалась в числе документов, опубликованных И.И. Орловским [10]). Здесь, в числе прочего, сообщается о монастырском саде, где было много «прививочных яблонь».

Лист 24 – сообщает о «досмотре» в сентябре 1693 г. отмежеванной монастырской земли. (Вотчинная монастырская земля была отмежевана в 1693 г. по старой меже 1658 г.).

Лист 25 – сообщает о «досмотре» убытков, понесённых монастырем из-за людей стольника В.В. Семенова.

 Лист 26 – Отрывок приказа Великих Государей в Мещовск стольнику и воеводе Филипу Крисанфовичу Якимову, где сообщается о посланных воеводе в 1694 г. грамотах Великих Государей с приказом Казанского Дворца по челобитью стольника В.В. Семёнова, где велено было «всё подлинное дело об избиении келаря старца Трефилия прислать к Москве, в приказ Казанского дворца».

 

 

Список литературы:

 

  1. [1] Орловский И.И. Краткая география Смоленской губернии. (Г. Юхнов) // Памятная книжка Смоленской губернии на 1908 год. Изд. Смол. ГСК. Смоленск: Тип. П. А. Силина. 1907. С. 176.
  2. [2] Юхновский Казанский заштатный мужской монастырь // Историко-статистическое описание Смоленской Епархии. СПб. 1864 г. Сост. Н.В. Трофимовский. С. 338–342.
  3. [3] Александров К. (9 л.) Описание г. Юхнова (70-е годы XVIII в.) // Край Смоленский. 2012 г. № 12 (декабрь). Л. 10 – 11. (То же см.: РГАДА. Ф. 1355. Оп. 1. Д. 1435;
  4. [4] Юхновского Казанского монастыря игумен Петр. Краткое описание Юхновского Казанского заштатного мужского монастыря // Смоленские Епархиальные Ведомости. № 3 от 1–15 февр. 1897 г. C. 153– 161. 
  5. [5] Юхнов и его достопримечательности. По материалам церковно-краеведческих разысканий. [Сборник]. М., 1995. 23, [1] с.
  6. Бирюкова М.А. Юхновский Казанский мужской монастырь. Страницы истории // http://www.proza.ru/2015/07/30/93
  7. [7] Маргарита Бирюкова. Чудотворная Юхновская икона Казанской Божией матери. // Проза 2015. Книга шестая / Российский союз писателей. М.: Литературный клуб. 2016. С. 166 – 182.
  8. [8] Смоленские Епархиальные Ведомости. № 4 от 16–28 февр. 1897 г. С. 190–192.
  9. [9] Смоленские Епархиальные Ведомости. № 7 от 1–15 апреля 1897 г. С. 371–372.
  10. [10] Орловский И.И. Столбцы Юхновского монастыря // Смоленская Старина. Вып. первый. Ч. II. Издание Смоленской учёной архивной комиссии. Смоленск: Губернская Тип. 1911 г. С. 59–73.
  11. [11] Указ Петра I от 18 апреля 1698 г. – Именный, объявленный Сибирскому Воеводе Глебову. – «О запрещении Енисейского уезда ссыльным и пришлым монахам строить вновь монастыри, и о недавании им никаких земель без указа». // Полное собрание законов Российской Империи. Т. 3. (1689 – 1699). СПб. 1830. С. 450. № 1629.
  12. [12] Указ Петра I от 30 декабря 1701 г. – Именный, объявленный Боярином Мусиным Пушкиным, Монастырскому приказу. – «О выдаче монахам денежного и хлебного жалованья по единообразному окладу; о сборе доходов с монастырских вотчин в Монастырской приказ, об оставлении в монастырях токмо нужного числа служек, и об употреблении остаточных монастырских доходов на содержание бедных монастырей и богаделен». // Полное собрание законов Российской Империи. Т. 4. (1700 – 1712). С. 181 – 182. № 1886.
  13. [13] Мая 1722 г. – «Прибавление к Духовному Регламенту». – «Прибавление о правилах причта церковного и чина монашеского». // Полное собрание законов Российской Империи. Т. 4. (1700 – 1712). СПб. 1830. С. 708 – 715. № 4022.
  14. [14] Сироткин С.В. Землевладение Стрешневых в Мещовском уезде в 20-е гг.XVII в. // У истоков российской государственности. (Роль женщин в истории династии Романовых): Исследования и материалы. Сборник № 5. Книга 1. СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс». 2012. С. 366 – 381.
  15. [15] Уложение Алексея Михайловича. 1649 г. Глава. X. О суде, а в ней 287 статей. // Полное собрание законов Российской Империи. Т. I. (1649 – 1675). СПб. 1830. С. 21 – 24. Пп. 81, 82.


[2] Краевед К. Александров разместил на своём сайте http://www.ugra.alexandrovi.ru/ список из 40 дел, относящихся к периоду 1657-1744 гг., хранящихся в РГАДА в Фонде 1455 «Государственные и частные акты поместно-вотчинных архивов ХVI-XIX вв.», Оп. 4. «Юхновский Казанский монастырь», и относящихся к периоду 1657-1744 гг.

[3] Патриарх Никон – годы Патриаршества 1652-1666 гг.

[4] Патриарх Иоаким – годы Патриаршества 1674-1690 гг.

[5] «В первой половине XVII в. описание Мещовского уезда проводили несколько раз, в т.ч. в 1625-1628 гг. – уезд описали писцы Кн. Т.Н. Звенигородский и подъячий Дружина Огарков. Сохранился подлинник и копия с подлинника в двух книгах.Писцы неоднократно отмечали литовское разорение, многочисленные пустоши и малодворные поселения. Многие храмы, по валовому письму, стояли запустевшими».

Подлинник – «Книги Мещесково уезда писма и меры князя Тимофея Никитича Звенигородцково да подъячего Дружины Агаркова 134-го и 135-го, и 136-го году» – за скрепами Федора Васильевича Шушерина и подъячего Дружины Огаркова хранится в РГАДА (Ф. 1209. Оп.1. Кн. 249. Л. 1 – 881 об.). Земли Опоковского стана описаны на следующих листах:поместья – 394-438, вотчины – 439-445, вотчины монастырские – 445об.-446, порозжие земли – 447-458, итоги по стану – 458об.-460, погост на «государеве» земле – 460об. Межевые книги вотчинной земли с поместной – 785-881.

«Список с Мещовской писцовой книги писца князь Тимофея Звенигородского да подъячего Дружины Огаркова 134 и 135, и 136 году. 2-й половины»; «Мещовск. 2-й половины» – список 1670-х гг. за скрепой дьяка Ивана Протопопова, также хранится в РГАДА (Ф. 1209. Оп. 1. Кн. 11589. Л. I, I-а, II, 1 – 679об.). Земли Опоковского стана описаны здесь на следующих листах: поместья – 63-106, вотчины – 106-112об., вотчины монастырские 112об. – 113об., порозжие земли – 113об.-126, итоги по стану – 126об.-128, погост на «государеве» земле – 128-128об. – по материалам статьи С.В. Сироткина [14].

[6] Знак вопроса (?) – здесь и далее по тексту означает, что автор не до конца уверена в правильном прочтении помеченного вопросительным знаком слова, из-за нечёткого написания его в рукописи; возможно, 1-2 буквы читаются по-другому, но большая часть букв в слове прочитана правильно. Там, где много букв в слове были написаны нечётко и нельзя было догадаться по смыслу, ставился пропуск – многоточие. – М.Б.

[7] Митрополит Сарский и Подонский Евфимий (Рылков) управлял митрополией в период с 12.08.1688 г. по 14.04.1695 г.

 

Маргарита Бирюкова, краевед


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"