На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Литературная страница - Поэзия  

Версия для печати

Ночью не спишь, всё думаешь

Из новой книги

Приплыву к тебе в лодочке синей...

                                          Мезенской земле

 

Гаснет лампа заката над пожней,

Белой ночью сменяется вечер.

До свидания, Лáмпожня! Сложно

Жить в разлуке, от встречи до встречи!

Мы увидимся, знаю, не скоро.

Это счастье и просто везенье:

Побродить по высоким угорам,

Искупаться в холодной Мезени.

Зачарованный песнею длинной,

Край глухой, заповедный, чудесный:

И река, что так выгнула спину,

И дома на угорах отвесных.

Здесь приветливость в людях – издревле.

У домов не обсохли колодцы,

И хвоя лиственничных деревьев,

О которую – не уколоться.

Я приду с головою повинной,

Словно с самой причиною веской,

И, наверное, ты отодвинешь

Кружевное шитьё занавески, –

И, во власти знакомых предчувствий,

На высокое выйдешь крылечко,

Чтоб моею проникнуться грустью,

И поверишь, что время не лечит.

Я пройду от Мезени до Сёмжи,

Приплыву к тебе в лодочке синей.

Всё о том я, родная, о том же:

Как люблю тебя нежно и сильно.

 

Горше полыни

 

А дом мой стоял на угоре,

На том, на крутом берегу…

Приедёшь ли, дефка, вдругоредь?»

…А что я ответить могу?

 

Кузнечик серебряно-тонко

Поёт, как ручей в полусне...

И снова, глазами ребёнка

Та встреча увидится мне,

 

Забродит в душе и нахлынет

Всё то, что забыть не могу:

И взгляд её, горше полыни,

И ветра осенний разгул…

 

«Что камень, на сердце обида:

Есть дети, да где они, где?

Отправили в дом инвалидов!..

Как встрече-то не обрадеть?»

 

И пряди пригладит седые…

«Ах, годы – что дым на ветру…

Живите, покуль молодые!..»

И слышится снова: «Помру,

Никто хоронить не приедёт…

А ты передай-ко, быват,

Хошь кто-то из бывших соседей

Заглянёт меня повидать…

А дом-от стоял на угоре,

Я карточку – вот, берегу…

Приедёшь ли, дефка, вдругоредь?»

 

…А что я ответить могу?

 

Рыбак

 

Обрывист берег. Жухлая трава.

Сухие ёлки ёжатся, сутулясь.

По-щучьи лодки к берегу приткнулись

И так остались после Покровá.

 

В избушке доживает век рыбак,

Он ловит звёзды тальниковой сетью,

Он за водою ходит на рассвете

И топит печь, и кормит двух собак.

 

Ещё не стало время, словно лёд,

Но видит он, склоняясь над рекою,

Как по теченью к вечному покою

Он на дырявой лодочке плывёт.

 

Над ним встают опавшие года,

Ему уже не страшно и не больно:

Он видит, как уныло и спокойно

Над головой смыкается вода…

 

Но где-то там, за кромкой дня и льда,

Где льдом ещё не тронуло фарватер.

Реки небесной алая руда

С водой сольётся и его подхватит.

 

На распутье

 

Нет утешенья в цветенье июльских даров.

Лист подорожника – не панацея от боли.

Вправо посмотришь – бурьяном заросшее поле,

Влево – развалины жалкие скотных дворов.

 

Вправо пойдёшь – там пустые деревни стоят.

Влево свернёшь – там лесные дымят пепелища.

Ветер чужой над родными просторами свищет.

Где же она – полевая Россия твоя?

 

Может, пора искупить перед нею вину –

Дать по рукам разорившим страну лиходеям?

Сколько потерь, но ещё остаётся надея

Хлебом засеять поля, распахав новину…

 

Птиц не слыхать, и, до звона в ушах – эта тишь…

Прямо иди – к обмелевшим, отравленным рекам.

Стать ли мутантом – иль жить на земле человеком?

Ты на распутье… пока ещё… молча стоишь.

 

Полушалок

                               З.П.Сосниной

 

– Да ведь нынче такие не носят! –

И старинный откроет комод,

И достанет – тот беленький, в розах

Плат с кисьём, что она бережёт.

 

Ахну я:

– Да в Москве они в моде!

Дочка просит найти да купить.

Может, зря он пылится в комоде? –

Я могу хорошо заплатить!

 

Гладит бабка цветастое диво

От труда огрубевшей рукой:

«Сколь была боева да красива,

Не знавала я слова «покой»!

 

Ты ведь знаешь работу доярки:

Утром к дойке бежишь на заре,

Да не шибко оденешься ярко –

Не до шалей на скотном дворе…

 

Не скажу, что совсем не надёван, –

Лишь о празднике…

Сколь ни живу,

Помню: были такие надои,

Что коров повезли мы в Москву –

 

Показать их на Выставке главной.

Знайте наших, мол: всем нос утрут!

Наградили меня полушалком

И медалью «За доблестный труд»…»

 

...А потом – не дыра, так прореха,

Зарастали поля лебедой,

Забывались былые успехи,

Всё сильней засквозило бедой...

 

Стало ясно: пришло оно, лихо:

Ни коров, ни дворов, ни полей...

 

И вздыхает бабуленька тихо:

«Не вернёшь, сколько слёзы ни лей».

 

И добавит внезапно и глухо,

На коленях раскинув зарю:

«Ни к чему полушалок старухе.

Коли надо, бери – подарю!»

 

* * *

Лесной тропою уходя с болота,

остановись, послушай сказку леса!

Вбирай мгновенья тающего лета

перед зимой, пока ещё безвестной.

 

Пока исходит жаром жаровица

и осени костёр дымит лениво,

как чудно сбором ягод насладиться!

Не иссякала б клюквенная нива.

 

Неси домой тяжёлые корзины,

сдашь ягоды – накормишь домочадцев.

И ты бредёшь, устало сгорбив спину,

боясь на тропке с лешим повстречаться.

 

Поставь корзину, отдохни – как славно:

вот паучок на паутине тонкой

летит – куда? Над этим духом травным

летит, чудак, за осенью вдогонку.

 

Багульник пахнет остро, поневоле

вдыхаешь аромат его тягучий. 

Вот переход по  жёрдочкам за рУчей.

Наверх поднимешься – и выйдешь в поле.

 

И выйдешь в поле, где трава густая

и пух осота солнышком просвечен,

и мятлика соломка золотая –

всё  светится… Пока ещё не вечер…

 

И тем осенним светом осиянно

всё поле... поле, ставшее поляной:

горит брусничник и осинок поросль –

поляна эта лесом станет скоро.

 

Ещё не вечер... Может быть, однажды

на этом месте снова будет пашня.

Пусть отдохнёт земля от человека.

Деревня, осень, лес, начало века.

 

* * *

Ночью не спишь, всё думаешь: «Боже мой,–

Думаешь: – Господи, только бы не война!»

Как родила дитя, так и страх со мной,

с каждым ребёнком – всё больше в душе вина

 

в том, что бессильна их оградить от зла,

хоть и берёшь, и носишь в себе их боль...

Только б ещё и к нам война не пришла,

да чтоб жилось нам дружно между собой!

 

Я посадила сосенки во дворе,

каждому по одной – целый сосновый бор,–

вот соберутся дети о летней поре,

будем сидеть в тени, вести разговор,

 

чай станем пить со смородиновым листом,

а из созревших ягод варенье варить,

утром подсолнухи будут заглядывать в дом,

будет играть в окольницах сполох зари,

 

будут резвиться внуки, скрипеть качель

(верится, что для счастья им жизнь дана)...

Только не спишь потом – не от света белых ночей,

а лишь от мыслей, что рядом идёт война!

 

В юности ездила в Харьков, в Красный Лиман,

в Коробов хутор как-то судьба завела,

помню, девчушка училась русским словам,

на украинском я с ней разговор вела.

 

Как мы играли с Марусенькой: то "покачай",

то "догоняй", сама же со смехом прочь.

После сидели под вишнями, пили чай,

а на лиман опускалась южная ночь...

 

Что там сейчас? Вертолётов, снарядов вой,

танки грохочут, рушатся города…

Чувствую и ненавижу бессилье своё

и понимаю: общая это беда.

 

Вот и взошло, что посеяли – эта война,

их не простить и не умалить вину!

Знаю, и ты, Маруся, лежишь без сна,

с думой о детях.

                               И я до утра не усну…

 

Здесь тоже Русь

 

Здесь тоже Русь. Пусть глуше и скромней

пейзажи наших северных окраин.

Живу в глубинке (то есть в глубине

России, с детства русское вбирая).

 

Спешу, лечу за временем в сугонь

на родине своей, большой и малой,

что с детских лет затеплила огонь

в душе

             и чувства в нём переплавляла!

 

Живи, мой Север, песнями звени,–

любимый край, я здесь не на постое,

и мне так важно это сохранить:

родной язык, обычаи, устои.

 

Как много солнца в говоре твоём,

как много самобытного, живого!

Стелю на снег весенний суровьём

родное, не отбеленное слово.

 

* * *

Север. Русло холодной реки.

Здесь неволи душа не приемлет.

Здесь и чудь уходила под землю,

Оставляя свои городки

 

Там, где ты принимал в свой чертог

Новгородцев – ушкуйников ушлых.

Если кто и хранил твою душу,

То какой-то языческий бог.

 

Север. Глушь староверских скитов:

Не свобода – так самосожженье.

Здесь и речки уходят под землю,

Чтоб укрыться от зимних оков.

 

Здесь свобода от царских вериг,

Здесь и пристань отступникам Божьим –

Средь лесов, средь холмов бездорожных,

Что когда-то оставил ледник.

 

Ты куда нас, судьба, завела?

Кто владеет сегодняшним миром?

Не остаться б на карте пунктиром…

Здесь вот речка… когда-то была…

 

Север, звучен ветров твоих зык!

Ни к чему тебе самосожженье, –

Начинай же своё возрожденье,

Крепни духом, храни свой язык!

 

* Галина Рудакова родилась 16 апреля 1956 г. в с. Кургомень Виноградовского района Архангельской обл. Живу в Холмогорском районе.

Член АРО СП России с 2007 г.

Член редколлегии литературного журнала "ДВИНА" с 2015 г.; ведущая мастер-класса в ЛИнтО "Брусника" с 2014 г.

Лауреат премий им. Николая Рубцова в 2005 г., им. М.В. Ломоносова и Международной литературной премии "Имперская культура" им. Э.Володина -  2015 г.

Автор сборников стихов: «Созвездие любви» 2002 г., «В памяти сердца» 2005, «Даль синеокая» 2007, «Цветок лазоревый» 2011, "Когда цветёт светлынь трава" 2015 и краеведческих книг: "Слово старого реченья" 2013, "Бабушкины обереги" 2013 и "Кургомень" 2014 г.

Автор публикаций в журналах "Наш современник", "Молодая гвардия", "Форум" (Москва), "Север", "Двина", "Новая Немига литературная" (Белоруссия), "Бег", "Русский писатель", "Невский альманах" и "Парадный подъезд" (СПб), э/ж любителей русской словесности "Парус", "Европейская словесность" (Кёльн), "Новая книга России", "Плавучий мост" (Германия-Россия); в газетах "Интеллигент" и "Слово" (Москва), в сборнике научных статей "Семантика и прагматика слова и текста. Поморский текст" 2010 г., в альманахе "Петербургские строфы" и др.

Редактор-составитель нескольких сборников стихов и прозы.

Галина Рудакова (Холмогоры)


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"