На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Литературная страница - Поэзия  

Версия для печати

В сердцах надежда есть...

Из весенней тетради

***

В разоренной Отчизне,

Бытия на краю,

Отдыхаю от жизни,

Но как птаха пою.

Пусть не громок мой голос –

Грех иного просить –

Я стою, словно колос,

Что забыли скосить.

Принимаю покорно

Все, что надо снести.

В землю падают зерна,

Чтоб стихами взрасти…

 

***

                    «Зато я такого язя

               Сегодня поймал на рассвете…»

                Николай Старшинов

 

Когда порою невезение

Вас не обходит стороной,-

Перемените угол зрения,

И жизнь покажется иной,

И потускнеет непотребное,

И превратится враз в ничто,

Едва вы вспомните заветное,

Непобедимое «зато»!

 

 

ПО ЧЕХОВУ

 

В душе минувшее несу,

Мне виды Мурманские снятся:

Деревья в северном лесу

Стоят спокойно – не теснятся;

Друг к другу приторно не льнут,

И шепчут ветви: «Не касайтесь…».

Они по Чехову живут,

Ведь завещал он – «Не толкайтесь!..»

 

***

От грязи никуда не денешься,

Но вдруг среди поклонниц чтива

Мелькнет «тургеневская девушка»,

Все как серебряная ива.

И познакомиться захочется,

Но чудо в жизни не случается:

Ведь за такими не волочатся,

А лишь безмолвно восхищаются…

 

***

Примерно так, как пчелы строят соты,

Он строил и свои произведенья:

Из воска слов, слепляя оболочку

И медом смысла наполняя их.

А после соты выносил на Площадь,

И мед, который собирал с трудом он,

Раскладывал на столике опрятном,

И прямо в сотах людям раздавал.

 

***

На кресло, высшее в судьбе,

Воссел из грязи князь.

Палаты царские себе

Возвел он, торопясь.

И тут же челядь развелась,

Как в лихолетье вши,

Куда ни глянь – повсюду мразь,

И ни живой души.

О привилегиях орал,

Хоть их имел всегда.

И нагло нищих обирал,

Не ведая стыда.

Ему как жертва на крыльцо

Страна принесена.

…У правды страшное лицо

В лихие времена.

 

***

Надавили на плечи года,

Как нужды непосильное бремя;

Путешествую я иногда,

Рассекая пространство и время;

И спеша, улетает душа,

А за нею и бренное тело,

В те края, где в продаже лапша

От «застойных времен» уцелела;

Там за грош можно квасу испить,

Вечерами гулять без опаски,

И за двадцать копеек купить

Можно Ханса Великого сказки…

 

***

Вода не плещет; отрешенно

Блестят замерзшие пруды.

На ветках гроздьями вороны

Как поздней осени плоды.

Я им ничем не угрожаю,-

Бреду, выхаживая стих;

И рад такому «урожаю»

Пернатых родичей своих.

Наплыло небо снеговое

Равно на них и на меня:

Как ни крути, а все живое,

Пусть и далекая – родня.

Я их с приязнью наблюдаю

Среди безлиственных ветвей

И крики «карр» воспринимаю,

Как часть фамилии своей…

 

***

Мне интересна иногда

Во время праздничных скитаний

«Архитектурная среда» -

Монументальный лес из зданий.

Меж потолков и стен лепных

Теперь узнаем мы едва ли:

Какие люди жили в них,

Какие страсти бушевали!

И все ж представить можно бал,

Где все сверкает и сияет,

И тот изысканный скандал,

Каких сегодня не бывает.

Пришли иные времена

И в разгороженных квартирах

Лелеет новая страна

Людей расхристанных и сирых…

 

***

За остатками заборов

Одичавшие деревья,-

Там пока еще не город,

Но уже и не деревня…

Но расширится столица,

Станет страшной и иной,

И на пепле воцарится

Мир бетонный и стальной;

И над таволговым долом,

Над кладбищенским крестом,

Вознесут зеленый доллар

Вместо молота с серпом…

 

ПРЕЖДЕ И ТЕПЕРЬ

 

Бывало, развернув полотнища,

И громко лозунги крича,

Мы строем шли по Красной Площади

Близ Мавзолея Ильича.

Но комсомольцы, ныне «светские»,

Отбросив красный свой билет,

Теперь мы крестим лбы советские,

Хоть веры не было и нет.

У нас всю жизнь мозги запудрены

И на ушах висит лапша.

Теперь шагаем мы к заутрене,

Не мельтеша и не спеша.

В сердцах надежда есть ничтожная:

Ценой ошибок и потерь

Мы перемелем все безбожное,

Что было прежде и теперь…

 

***

                       Дочери Вере

 

Сверкают низменные нивы,

Водой захваченные в плен.

Стоят стеснительные ивы,

Подняв подолы до колен.

Картинка будто бы из детства,

И в жизни видана не раз,

А все глядеть – не наглядеться,

Не отвести печальных глаз,

Поскольку видимые дали,

Когда вглядишься не спеша,

Полны пленительной печали,

Как наша русская душа…

 

ТОГДА И СЕЙЧАС

 

Жизнь текла от зарплат до зарплат:

Их делили на разные нужды,

Чтоб хватало, причем в аккурат,

Чтоб и праздники были не чужды.

И когда доставало на хлеб,

Покупали какие-то вещи.

Ширпотреб – он и есть ширпотреб,-

Обозвать его можно и хлеще.

Только это одна сторона

Той медали, что жизнью зовется,-

Нас хранила родная страна

От «ковбоев», которым неймется!

Наши не были дни сочтены,

Не грозили нам рано могилы,-

Мы избегли последней войны

Лишь при помощи собственной силы!

Это было тогда, а сейчас

Нас нахально и грубо пинают,-

Даже мелкие шавки на нас

По приказу «хозяина» лают!

Но у нас не иссякли умы

И способны на дело любое,

И воспрянем когда-нибудь мы,

И хвостом завиляют «ковбои»!

 

***

Смотрите, как по улице мы ходим,-

Все время беспокойно озираясь,

Как будто не хозяева, а гости,

Незваные, нежданные никем.

Как тяжело дается нам сознанье,

Что улица сверкающая – наша,

Что город – наш, и наше – государство

Уже тысячелетие с лихвой!

Но много надо сил еще потратить,

Чтоб видно было – вот идет хозяин,

Чтоб оглядеть неравнодушным взором

Любимую, бесхозную страну;

Заметить нелады и непорядки

В запутанном, запущенном хозяйстве,

Чтоб как всегда «Вначале было Слово»,

А дело плодотворное – потом!..

 

***

Не разменяв идеи на идейки,

Работая за совесть, не за страх,

Поэзия должна быть в телогрейке,

В ушанке и кирзовых сапогах!

Когда страна, уже едва живая,

Хватает воздух пересохшим ртом,

Ей предстоит работа черновая,-

«Изящную» оставит на потом…

 

***

Холодный, грохочущий май на исходе,-

Порою озноб пробегает по коже,-

Царит возбуждение в русской природе,

И дни друг на друга ничем не похожи:

То  солнце снопами вонзается в землю,

То гаснет мгновенно сиянье, и рядом

Суровая туча, полнеба объемля,

По крышам ударит холодным зарядом;

И в сердце смешались тревога и радость,

Что скоро прощанье, но есть еще время,

И, может быть, ждет еще где-то награда:

Иль в сердце «заноза», иль «голубь на темя»!

Всего-то и надо, что встать с петухами,

В удачу грядущую веря наивно,-

Согреться чайком, и – айда за стихами,-

В лесу их полно после сильного ливня!

 

***

Мне в наказанье и в укор

Смотреть назначено при свете,-

Как неумело ищут корм

Мои взрослеющие дети;

Среди потемок и светил

Они с дороги могут сбиться,-

Я их, увы, не научил

В эпоху дикости внедриться;

Теперь надеюсь на авось,

Что их дела не будут плохи,

Ведь самому мне жить пришлось

В скупой, но праведной эпохе…

 

***

Голос из Мирозданья

Слышу как Благодать:

«Хочешь ли три желанья

Главные загадать?»

Заколотилось сердце…

Я перевел дух:

«Господи, Милосердный,

Хватит с меня и двух! –

Пусть, как в осеннем поле,

В мерзости «перемен»,

Будут Покой и Воля,

А остальное – тлен!»

Николай Карпов


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"