На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Литературная страница - Поэзия  

Версия для печати

Слова

Из новой книги

СЛОВА

Я жил как жил. Не важно, что неважно,

А важно, что душа была чиста.

Всё начиналось с белого листа

И трепетно, и честно, и отважно.

Бумага под рукой меняла виды

И обретала нерв, рисунок, звук.

Переплетались в них от сладких мук

Восторг, благодарение, обида.

Слова шли горлом…

                    Робко, как невольник,

Я постигал   туманный   белый Свет,

Опасный, как Бермудский треугольник,

Загадочный, как женщина, как смерть.

МЫ

Возвышенный,

            не вознеси гордыни! –

Упавший рядом –

                    да не разобьется!..

Даруется и саду и пустыне,

  Равно как всем, одно и то же солнце.

Нам удержать бы только равновесье,

Земное притяженье пересилить! –

Не зря с тоской глядим мы в поднебесье,

Слепые дети смутных лет России.

Мы позабыли за тщетой великой

Отца и мать… долги свои и нищих,

И лишь во снах, бездомные калики,

Мы горько плачем и кого-то ищем.

А утром вспоминаем наконец-то

Далеких дней и запахи и звуки,

И солнца свет над отчим домом детства,

И лунный свет на пустырях разлуки.

Кто в этой жизни скоротечной мы?-

Вихрь тленных листьев на ветрах суровых,

Иль древо жизни над ущельем тьмы,

Где ветка лавра вся в шипах терновых?..

Что слава нам? –

           Она, как дым миражный.

Богатство – пыль,

             А доля – ветер в поле,

А надо жить…

            Один мудрец однажды

Сказал, что счастья нет, но есть покой и воля.

Нам удержать покоя б равновесье,

Вдохнуть бы волю поднебесной сини –

И путь распахнут –   вечности, и песне,

Кресту и жизни…Звездным дням России.

КРЕСТ КАРАМЗИНОЙ

Он умирал – опальный гений,

Простивший каждому вину.

Пылали свечи, жались тени:

– Зови, проси Карамзину…

С мороза тихой и печальной,

Она вошла в его покой,

Коснулась бережно очами,

Коснулась бережно рукой

Его кудрей, лица и шеи

И ослабевших смуглых рук:

– Люблю тебя, Катрин, с лицея!

– Ах, Пушкин, полноте, мой друг!

– Дай руку, Катя, в путь недлинный

Перекрести…пришел черед.

От рук твоих, от губ невинных

Покой, смирение идет.

Теперь прощай!.. Не помни лихом…

  ……………………………………...

Высок порог. Жуковский, Даль…

Как жарко в комнатах, как тихо!

Толпа. В снегах горит февраль.

На Мойке тягость ожиданий.

Она бредет сквозь суету.

И долго, будто в дни свиданий

Стоит на Певческом мосту.

Кругом жандармы, экипажи,

Столичный свет и темный люд.

Забиты все проезды…даже

И пешеходам тесно тут.

Петра творенье – сплетник старый!

Перемешав хвалу и боль,

Следит как тяжко умирает

России первая любовь.

– Огонь в груди…Хочу морошки.

Ты кто? Ах, да, прости, ты – Даль…

Какая темень за окошком!

Жизнь кончена, мой друг… а жаль!

…Он умирал – российский гений,

И уходила не спеша,

Уставшая от вдохновений

Его свободная душа.

Она не плакала, не пела.

Она безмолвно шла к Нему,

Оставив песни, славу, дело,

Глаголы вечные в дому.

И чуя даль и песнопенье

Несла в себе, как свет земной,

Его тяжелое смиренье,

И   легкий   крест Карамзиной.

НОЧНОЙ ВСАДНИК

            Николаю Перовскому

Предгрозовья   ночного дыханье,

Задремавшая в поле река,

Трав, лесов и небес колыханье,

И над всем мировая тоска.

В эту ночь со смиреньем молитесь,

Чтоб не стать после ночи золой,

Потому что заоблачный витязь  

Поднял огненный меч над землей.

Он разбудит всю твердь и разрушит

Этот мир – от небес до цветка.

Да услышит имеющий уши

Ниспадающий гул свысока!

Это витязь суровый несется

На коне вороном –

                    небыль, быль…

Всё к чему его меч прикоснется –

Обращается в звездную пыль.

Шар разверзнется, земь среди ночи

Вместе с черной и белой травой.

Да увидит имеющий очи

Крест вселенский во тьме мировой!..

В эту жуткую ночь помолитесь

И за бедную душу мою,

Потому что заоблачный витязь

Бросил меч. Дал мне руку свою.

РАННИЕ ЗВЕЗДЫ

             Выходя на дорогу, душа оглянулась…

                                                   Ю.Кузнецов

Не поздно, не поздно, не поздно

Душой   оглянуться назад,

Увидеть как ранние звезды

Глядят на осенний закат.

Как свет их, далекий и грустный,

Струится над далью полей.

Услышать, как ветер над Русью

Развеял печаль журавлей.

Как звук их высокой молитвы

Звучит еще в сонной тиши,

Вещая далекие битвы

Во имя славянской души.

Не поздно, не поздно, не поздно

Еще оглянуться назад…

Мы тоже, как ранние звезды,

Глядим на осенний закат.

Мы светим и падаем тоже

В осеннюю стылую тьму

По дьявольской воле и Божьей

И таем как искры в дыму.

Но видим за далью долины

И слышим небесную речь,

И легкая тень паутины

Над нами проходит, как смерч.

***

И было слово Русь. Оно

Являло жизнь, презренье к смерти.

Как ни душил его Лаврентий –

Оно осталось всё равно.

И во дворе пустой тюрьмы,

Где клети камер, как конверты,

Оно пробило твердь из тьмы,

Как полынок и как бессмертник…

Глухая скифская трава,

Скупой, печальный знак разлуки.

Букет живым… от тех, кто в муках

Обрел свободные слова.

Их храмы белые парят,

А слово вольное гуляет.

Но кто-то в Русь опять стреляет,

И кровь пускает брату брат.

Монета мелкая звенит –

Учитель стоит очень мало…

Зачем ты плачешь горько, мама?-

Твоя любовь меня хранит.

И слово Русь звучит во мне,

Как Бог в российской круговерти…

Давно в аду сидит Лаврентий,

Да всё неймется сатане.

Пылит еще чертополох

И семена летят по свету,

Но возвращаются поэты

Со словом Русь… Храни их Бог!

ТЕРПЕНИЕ

А печали у русского нет.

Нет и горя –

         давно притерпелось:

И война, и сума, и навет,

Да и прочая пакость и ересь.

В русском доме застолье и смех,

Льются громкие речи в светлице.

Лето жарит ли, падает снег –

Не робеет мужик, веселится.

Утром встанет и посох возьмет,

И уйдет во широкое поле,

А на поле пластом упадет,

И как волк зарыдает на воле.

По судьбе перекатной своей,

По земле, по ее убиенным…

Он простит за измену друзей,

Но себе не простит он измены.

Хлынет темная кровь к голове.

Вскинет к небу он жаркие очи,

И уснет, словно скиф, среди ночи

На воскресшей из мрака траве.

Черный ворон его облетит,

Зверь не тронет, пройдет стороною,

И над спящим –

под низкой луною

Мертвый ветер во тьме прогудит.

КРЕМЛЬ

Свят русский Кремль! –

            За ним века… И пусть

Переживет он тысячи Америк!

Ты по вечерью не надейся, Русь –

Не станет утром тише шумный Терек.

И над Казанью не взойдет звезда

В честь взятия её царем Иваном…

Не в этом дело. И не в том беда,

Что Русь уснет или проснется рано.

Она, как встарь, осталась за холмом –

Не Азия и, благо, не Европа!..

Блажен наш Кремль –

                     С мечом и куличом,

С царь-пушкою, шутом и кумачом,

Хранимый Богом, но особь –   холопом.

КРЕЩЕНИЕ

Гадать нелепо в дни сквозные.

Нелепо слушать горожан:

– Россия гибнет. Нет России!..

Мороз. Крещение. Туман.

Свети водицу вместе с людом,

И пей… и с небом говори,

Но что за женщина? Откуда?

Зачем зовет в поводыри?

Я сам незряч. Я сам потерян.

В те   окаянные года!..

Я не приду в высокий терем,

Не брошусь в ноги никогда.

Что в нем?

          Забыл я постепенно

Её глаза, её лицо,

       Но имя мягкое – Елена

Во мне живет, как грусть лесов,

Как горький дым от листьев сада,

Как убежавшая волна…

Вы тоже Лена?.. Что ж, присядем

И выпьем красного вина:

– За светлый праздник! За крещенье!

Дай Бог, Елена! Дай вам Бог!..

Какое странное скрещенье

Имен и судеб, и дорог!

В них столько общей есть печали,

Что глаз померкнет водоем.

Как пассажиры на вокзале

Мы все, мы все чего-то ждем.

Но ожидание опасно –

Земное время как вода –

Мы вдруг поймем, что ждем напрасно –

Ушли все наши поезда.

Гадать нелепо в дни сквозные.

Нелепо слушать голос зла.

Она жива! Жива Россия! –

Снега. Крещенье. Купола…

Стою один в просторном храме.

Небесный хор сошел с высот.

О них: о Еве и Адаме

Печально девочка поет.

Креститесь, русичи!

Крестите

    Детей для жизни и любви…

  …Моя душа – моя обитель,

Высокий храм мой на крови.

Святую воду пью смиренно,

Беру её в поводыри,

И настежь дверь:

        – Пошли, Елена,

На снег, где ветр да фонари!

Смотрите, что за ночь над нами! –

Шагну, замру, чтоб не вспугнуть,

И слышу – в е ч н о с т ь   под ногами –

Не снег скрипит, а Млечный путь.

ЛЮБОВЬ

Ночь стоит сухая, осыпая

Звездную окалину, как прах.

Что ты бродишь, девочка слепая,

С красной розой в тоненьких руках?

Говорят, что годы, как метели,

Над твоей мелькали головой.

Мамонты рождались и старели,

Камни тлели, становясь золой.

Вымирали варвары и гунны.

Остывал Везувий,

Но во мгле,

Словно чудо, всё такой же юной

Девочка бродила по земле.

И была она сильнее денег,

И царей, и ватиканских слуг.

Хохотала бледная   Медея,

Плакал Демон – злой и гордый дух.

По этапу русские княгини

Шли в Сибирь сквозь тюрьмы, грязь и кровь,

Сквозь стенанья, что слышны доныне:

– Грешница, безумица – Любовь!..

А любовь смеялась только звонко,

Оставляя ругань за плечом,

И в руке ее горела тонкой

Роза, как светильник, горячо.

Что ты бродишь, девочка слепая? –

Ночь суха. Далеко-далеко

В поезде московском засыпает,

Молодая женщина   легко.

Наведи ты на нее глубокий

Сон… и в сердце светлое войди.

Женщине приснится недалекий

Вечер, что растаял позади.

Ей приснится омут синий-синий,

Белые как гуси облака,

Девочка над омутом в осинах

С красной розой в тоненьких руках.

ЗА ХОЛМОМ

Что за белым тем холмом? –

Горы меловые,

Или Белый город-дом,

Или клад России?..

Сердце дрогнет и замрет

Перед вольной волей.

Ах, как жалобно поет

Жаворонок в поле!

А за белым тем холмом,

Словно в сказке древней –

Три березы над прудом,

Тридцать три деревни.

Три тропы наискосок,

Камня три горючих,

Да играет пастушок

На дуде у кручи.

ПАМЯТЬ

Когда я брожу по священным

Местам за старинной рекой –

Во мне происходит смещенье

Далеких и близких веков.

О недругов жгучая ярость,

Ты память во мне укрепи !–

Я вижу над Русью пожары,

Над городом Белым в степи.

Я слышу табунное ржанье

Степных кобылиц по ночам,

И пленных славянок рыданье,

И бойкую речь половчан.

Я чувствую запах полыни

И гарь пригоревших кусков

Тяжелой и сладкой конины

В горячей золе угольков.

…   Рукой отстраняю видений

Тяжелую мрачную цепь,

И тьма надо мною редеет –

Покойна и солнечна степь.

Алеют цветы у курганов,

И травы шумят как прибой.

Пропали, как не были ханы,

Растаяли в дымке степной.

Лишь ветер, как всадник, со свистом

Промчится вдруг…сгинет вдали,

И долго дорога пылится,

И долго шумят ковыли.

ПОЛОВЕЦКОЕ ПОЛЕ

Изострил он мужеством сердце.

Ратным духом исполнился

И навел храбрые полки свои

На землю Половецкую за землю Русскую.

«Слово о полку Игореве»

1

– Так вот оно какое, Порубежье!..

Князь осадил горячего коня.

Зеленым морем, вольным и безбрежным,

Сверкала степь посередине дня.

Пьянили травы, и звенели птахи,

Переливались радужно цвета.

Никто, пожалуй, после Мономаха

Не приходил из русичей сюда.

Здесь только хан один гулял и правил.

Отсюда он тревожил Русь зело.

Сюда он гнал – в густые эти травы –

Славянских жен, чтоб надругаться зло.

– Земля такая щедрая здесь, княже!

Брось горсть зерна – и зашумят хлеба…

– Ты, сотский, прав. Здесь мертвый камень даже

И тот цветет… Земля эта – судьба!..

Хотел коней я повернуть, но краше

За эту землю, други. в землю лечь!

Пусть осенят её хоругви наши,

И русский щит, и грозный русский меч…

Стояли посредине дня у Поля,

На порубежной вековой меже,

И не было назад дороги боле,

И синий Дон им виделся уже.

2

Всю ночь за Ворсклой лебеди кричали,

Свистел Овлур, тревожа сторожей.

Не спал Кончак… и молча половчане

Седлали настороженных коней.

Впервые князь навел свои дружины

На край Руси, где ветр да ковыли,

Впервые хан, не ведавший кручины,

Почуял – дни раздольные прошли.

Не мять травы на Ворскле и Осколе,

Не пировать с друзьями у реки…

Уже стоят на Половецком поле,

Раскинув лагерь, русские полки.

Бежать подальше от дружины Игоря,

Не приняв бой, чтобы собрать орду,

И степь поджечь. Пускай дотла вся выгорит

И наведет на русичей беду.

Еще узнает Ольгович о силе

Его степных могучих батырей,

И станет Поле Игорю могилой

И неприступной для других князей.

…А месяц плыл, таинственный и красный,

И был, как сабля ханская, остер,

И каждый куст таил в себе опасность,

И каждый насторожен был костер.

И лебеди тревожные кричали.

Не знал Кончак, и не его вина,

Что Русь на этом Поле не кончалась,

А только начиналась здесь она.

КАЗНЬ

Возведите меня на костёр,

Если предал я русское дело –

Пусть услышит славянский простор,

Как гудит сумасшедшее тело.

Как орет, закипая, толпа

И бросает в лицо мне каменья,

Как всё смолкнет… И в это мгновенье

Тело выдохнет душу раба.

Поплывет средь ночной тишины

Только треск, только шелест соломы,

Да паскудный смешок сатаны,

Да плач девочки тихий за домом.

В предрассветной больной полумгле

На горячем ещё пепелище

Нищий только подкову отыщет

На сожженной славянской земле.

РУССКИЕ КОЛОКОЛА

               Ивану Пашкову

Какая в сердце музыка возникла

У звонаря из древнего села?..

Вновь заиграли по Руси великой

Молчавшие досель колокола.

В их перезвоне было меньше горя,

Чем радости, надежды, торжества…

И музыка плыла над Белогорьем

И извещала: «Родина жива!»

Жива святая Русь! Жива Россия!

Горят её, сияют купола,

От моря и до моря с новой силой

Звонят, звонят её колокола.

И кланяясь малиновому гуду,

Я слышу голос свыше у плеча:

– Молись за Русь!.. пока горит свеча,

Пока звонят колокола повсюду.

Игорь Чернухин


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"