На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Литературная страница - Поэзия  

Версия для печати

Братья

Драматическая поэма

Мой отец вырос в селе неподалёку от Овруча. Когда вместе со мною приезжал в родные места, непременно рассказывал об истории этого древнего города, ныне небольшого украинского райцентра. Отец объяснял, где находился княжеский замок, показывал сохранившийся доныне ров, тот самый ров, в котором погиб древлянский князь Олег. Останки его были перенесены в Киев, но в Овруче, между небольшим магазинчиком и хатой, стоит чёрный гранитный камень с надписью: «Здесь похоронен в 977 году удельный князь древлянской земли Олег Святославович». С другой стороны камня надпись: «Се повести временных лет, откуда есть пошла Русская земля, кто в Киеве начал первее княжити и откуда Русская земля стала есть».

Когда я писал поэму, приходилось порой сутками искать нужную строчку, а то и одно-единственное слово. Очень ответственным казалось обращение к столь давней эпохе. И всё-таки работалось мне легко. Потому что перед глазами были не шаблонные иллюстрации из учебников истории, а живые люди. Моя поэма прежде всего о драме обычных людей, а не «исторических персонажей», хотя волей судьбы некоторые из них такими персонажами стали.

Стремление подобным образом обратиться к былинным временам повлекло за собой и то, что поэма написана современным языком. Я использовал лишь отдельные старославянские слова и обороты речи. Из пантеона славянских богов (кумиров)в поэме упоминаются три: Перун (бог-громовержец, покровитель князи и дружины), Велес (бог скотоводства, плодородия, торговли, богатства) и Мокошь (богиня, чей образ связывают с ремёслами, а также с судьбой).

Если события, предшествовавшие тем, которые описаны в поэме (походы Святослава) и последовавшие за ними (княжение Владимира в Киеве) практически общеизвестны, то десятилетие с 970 по 980 год изучено и известно гораздо меньше. Я опирался на «Повесть временных лет», пытаясь не только пользоваться содержащимися в ней сведениями, но и восстанавливать пробелы в этих сведениях. Отсутствие упоминания имени Свенельда после 977 года я счёл свидетельством его смерти. Исчезновение из летописи имени Блуда – при всех тех почестях, которые сулил ему Владимир – на мой взгляд, убедительно говорит о его судьбе.

Русское море – так в Х – ХIII веках называли Чёрное море.

Херсонес Таврический византийцы (ромеи) называли Херсоном, а славяне – Корсунем.

 

Поляне сеют пшеницу

 

Солнце, свети!

Дождь, заряди!

В землю зерно

Щедро лети!

 

Хоть и мало

Кроха-зерно,

Станет потом

Хлебом оно.

 

В поле иди,

Землю буди,

Песню протяжную

Заведи.

 

Хоть и мертво

Кроха-зерно,

Станет потом

Жизнью оно.

 

Колос, взойди,

Смерть победи!

Сердце, сильней

Бейся в груди!

 

Хоть и легко

Кроха-зерно,

Тяжким трудом

Станет оно.

 

Пот оботри,

Сор отряхни.

Людям в глаза

Прямо смотри.

 

Хоть и молчит

Кроха-зерно,

Станет потом

Словом оно.

 

Станет расти

Речью оно.

Слово в горсти –

Словно зерно.

 

970 год

 

Святослав

 

Кровь льётся повсюду, и не укрыться

От битв, что жаждут крови людей,

Как звери хищные. Я сразиться

Хочу с самою смертью своей.

Пусть смерть выбирает любое оружье -

Тяжёлый меч не изменит мне.

Могу я пешим сражаться, коль нужно,

Могу на верном своём коне.

И место для схватки со смертью любое

Годится мне – велика земля.

Везде найдётся место для боя:

Для конницы быстрой ровны поля,

Для пеших дозоров густы чащобы,

Для строя ладейного широки

Просторы Русского моря. Не в злобе –

В восторге сжимаю я кулаки,

Коль враг силён и коварен. Хочет

Он встречи со мной – не заставлю ждать.

Навеки закрыв свои грозные очи,

Меня покинула моя мать,

Сыны подросли. Оставаться в Киеве

Мне незачем. Войску пора в поход.

Сынам скажу я слова такие:

«Пусть старший из вас – Ярополк – берёт

Киев себе, полянские земли,

Олег же – Овруч, земли древлян.

Но помните: в неге князья не дремлют,

Власть ваша – на острие копья!»

Вот мой завет – и его довольно.

Лишних слов бесполезен груз.

Сюда, где плещут днепровские волны,

Я с великою славой вернусь.

Войско моё ждёт приказа.  Дорога

Ложится под ноги и ведёт

Равниной, лесом, краем отрога -

Вперёд дорога ведёт, вперёд!

С дружиной моей я раздвину горы,

Реки и море перешагну.

Встреться вся тяга земная – потрогаю

Копьём – и ввысь рукой подниму!

 

Добрыня

 

А Владимир-то? Э? Владимир!

Чай, до трёх умеет считать

Светлый князь! У него родимых

Трое сынов – не двое, не пять!

Ярополку – Киев. Это понятно.

Олегу – Овруч. И это пойму.

Но негоже третьему брату

Слепого калики сулить суму!

Дал бы хоть что-нибудь! Не обеднел бы.

В княжьей руке городов не счесть.

Небось и не знает, какие земли

В его подчинении нынче есть.

Ясно, что сыновей Предславы

С сыном Малуши князь не сравнит.

Но – по праву, иль не по праву –

Что-то ж Владимиру принадлежит?

          Вся надежда на новгородцев -

Ищут князя, говоруны.

На вече блеют громко, как овцы,

Но не зубасты, как и они.

Если знать, кому сунуть гривну,

Если знать, кого припугнуть,

То можно заткнуть за пояс и Киев,

Тем более – Овруч за пояс заткнуть.

Сядем в Новгороде пока что.

Махнём рукой Святославу вслед.

 

Возликуем, когда вернётся однажды.

Но – может вернётся – а может и нет…

 

Пять лет спустя

Византийские купцы в ладье на Днепре

 

Молодой купец

В Херсоне слушая россказни вздорные

О реках славянских, я и не знал

Что они и вправду огромные!

 

Пожилой купец

Ты ещё их лесов не видал.

 

Молодой купец

Какие пространства! Мне неуютно

Даже от мысли о том, чтоб жить

Здесь, где покажется годом минута,

Где о порядке нужно забыть,

В дикость, привычную тут, впадая.

Впрочем, Киев вполне терпим.

Торговцы местные дело знают

Своё неплохо. Как видно, им

Кто-то внушение строгое делает,

Вот сноровки и набрались…

Эй, а кто это там на дереве?

Вон, на берёзе у мыса?

 

Пожилой купец

                                           Рысь.

 

Молодой купец

Дикий край! Как приятно будет

Вернуться в Константинополь, где

Вокруг тебя приличные люди,

И сам ты один из этих людей,

А не дикарь бородатый.

 

Пожилой купец

                                            Голое

Лицо отнюдь не признак ума.

Даже если обреешь всю голову,

Работать лучше не станет она.

Ну, да, дикарей неприятно видеть.

Гораздо приятней видеть рабов.

Нам русича есть за что ненавидеть,

Да и ему нас любить – за что?

Но здесь не дикарская тупость: сила

Себя осознавшая восстаёт.

Немало хлопот она приносила

Нам – и много ещё принесёт.

Однако есть и на Русь управа.

Велик корабль, да сидит на мели.

Слышал, как князя их Святослава

Печенеги в засаде подстерегли?

 

Молодой купец

Кто же не слышал об этом! Слышал

Я и иное. Когда Святослав

Из Доростола с дружиной вышел

Малой, о том печенегам послав

Весть, мы выиграли эту битву,

Воина единого не потеряв.

 

Пожилой купец

Бог услышал наши молитвы –

Вот что случилось. А у тебя

Язык длинноват. Прикуси покрепче,

Чтоб не болтался и не болтал.

К тому же – к чему о минувшем речи?

Важнее век, который настал.

Актёров бродячих я видел в Киеве –

Их скоморохами здесь зовут.

Как бесы насмешливы и ловки они,

На дудках играют, пляшут, поют

А среди песенок – о медведе

Есть одна у них. Тот медведь

Правил в лесу. Боялись соседи

Его, как огня. Но подкралась смерть

К лесному владыке. И медвежатам

Трём он роздал владенья свои.

А те были разумом небогаты,

Только играться пока что могли.

Много в той песенке было ража,

Слушать бы дальше – да вот беда -

Кто-то в толпе рявкнул громко: «Стража!» -

И скоморохов нет и следа.

Понятна песенка?

 

Молодой купец

                                  В ней поётся

О сыновьях Святослава?

 

Пожилой купец

                                              Да.

Чем игра медвежат обернётся?

Дружба ждёт их, или вражда?

Если дружба – то братья силы

Смогут объединить свои.

А представь – сыновей взрастили,

Внуков в крепкой дружбе они?

          А вот если вражда… Цепочка

Зла потянется сквозь года.

Нам уже не опасная, прочно

Русь увязнет в грязи тогда.

Спущусь к себе: пора помолиться,

Об этом нельзя забывать нигде.

Ну, а ты оставайся дивиться –

Вон олени вышли к воде.

 

Олег охотится в древлянских лесах

 

Первый дружинник

Князь, гроза собирается…

 

Олег

                                               Я ведь

Не отрок, чтобы бояться грозы!

 

Первый дружинник

Ты, может, и рад грудь грозе подставить,

Да только звери попрячут носы.

Что за охота под ливнем? Горе,

А не охота. Предупреждали волхвы,

Что, в лес сегодня отправившись, вскоре

С пустыми руками вернёмся мы.

 

Олег

Хватит ворчать! Ну, не спи же, Перстень!

Не плётка нужна на тебя, а кнут!

То ль скачешь ты, то ль стоишь на месте –

Конечно, какая охота тут!

Быстрей, быстрей! Мне тропы известны,

Где слой за слоем – следы зверья.

 

Не будет такого, чтобы из леса

Хоть раз без добычи вернулся я!

 

Первый дружинник

Голову сломишь с таким пострелом.

 

Второй дружинник

А ты руками её придержи,

Или сними потихоньку с тела,

Да и за пазуху положи.

 

Первый дружинник

Гляди, тебе не до шуток будет,

Когда начнёт нас гроза трепать.

Скоро дождь княжий пыл остудит.

 

Третий дружинник

Вот и гром громыхнул опять!

 

Второй дружинник

Как ты - на Перуна, на гром похоже…

То рог охотничий прогремел.

 

Третий дружинник

Здесь князя угодья нашего! Кто же

Дерзко на них посягнуть посмел?

 

Второй дружинник

Недолго тайною оставаться

Этому...

 

Олег

                  Слышали?!

 

Второй дружинник

                                         Повезло

Зверям - теперь не стоит бояться.

 

Третий дружинник

Снова, снова рог донесло!

 

Второй дружинник

Всё ближе… Меч-то легко из ножен

Выходит? Проверь, пока время есть.

 

Олег

Кому охота жизни дороже?!

 

Первый дружинник

Князь, погоди, на рожон не лезь.

Здесь мы чащей укрыты надёжно,

А впереди редеет она.

Пусть те охотники неосторожно

Из леса выйдут, покажутся нам.

 

Олег

В своих владениях мне таиться?!

 

Первый дружинник

Имей терпение, светлый князь.

Сейчас незнакомцы должны появиться

Прямо пред нами.

 

Третий дружинник

                                    Сейчас…

Второй дружинник

                                                     Сейчас…

 

Олег

Я вижу их! Киевляне, конечно.

Гляди - на охоту, словно на пир

Разодеты, а копья держат небрежно.

Мокошь, а не Перун кумир

Этих нахалов! Их слишком много

Нынче в Киеве развелось.

Надо, чтобы сюда дорогу

Они забыли!

 

Второй дружинник

                                     Ага – началось!

 

Первый дружинник

Князь, твой гнев справедлив, но всё же

Пусть живыми они уйдут.

Прежде, чем меч вынимать из ножен,

Взгляни, кто с ними.

 

Олег

                                       И кто же?

 

Первый дружинник

                                                            Лют.

 

Олег

Не знаю такого.

 

Первый дружинник

                                      Зато ты знаешь

Свенельда, что славой себя покрыл.

 

Лют – сын Свенельда. Старший.

 

Олег

                                                           Пугаешь?                                                                                

 

Первый дружинник

Светлый князь, ведь ты не забыл,

Что Свенельд – воевода брата

Твоего…

 

Олег

                    Но не брат.

 

Первый дружинник

                                             Твой пыл

Для охоты хорош, но…

 

Олег

                                               Хватит!

Ничего ваш князь не забыл

Из того, о чём должен помнить,

И о чём крепко помню я:

Власть травинке не уподобить,

Власть моя – остриё копья!

 

 

 

Олег и Лют

 

 

Лют

О, гости у нас, да какие!

 

Олег

                                              Давно ли

Хозяином этих земель ты стал?

 

Лют

Там мои земли, где моя воля.

 

Олег

Не слишком ли много ты воли взял?

 

Лют

Не слишком ли много вопросов?

 

Олег

                                                  Столько

Вопросов задам, сколько нужно мне.

 

Лют

В вопросах глупца я не вижу толка.

 

Олег

Наглец здесь есть, а глупцов здесь нет.

 

Лют

Случись мне в этакой глухомани

К несчастью князьком быть – я бы молчал

Пред голосом Киева!

 

Олег

                                        Киевляне

Не заколдованы от меча.

 

Лют

От твоего? Но ты ведь не можешь

Бросить вызов владыке полян!

 

Олег

К чему ты имя брата тревожишь?

 

Лют

Его ничуть не тревожу я.

Пусть брат сопливый твой в люльке дремлет,

Ему ли Киевом управлять?

Всем известно – полянские земли

В руке Свенельда!

 

Олег

                                    Когда отнять

Он их успел у брата?

 

Лют

                                       Зачем же

То отнимать, что и так твоё?

Любому ясно, кто верх одержит

В споре пардуса с муравьём.

 

Олег

Спор не был начат. Отцова воля…

 

Лют

…для скоморохов, для баек их.

Власть Святослава развеяна в поле

У Доростола.

 

Олег

                           В руках живых

Может быть мёртвых оружье сжато.

 

Лют

Один лишь Свенельд достоин его,

А не задравшие нос княжата!

 

Олег

Нос задран бахвалисто у того,

Кто языком без разбора мелет,

Кто славой чужою, стыд потеряв,

Словно своею гордиться смеет,

Кто, меч блудливо в руках теребя,

Грозным воином хочет казаться,

Кто ложью имя позорит своё!

                 

Лют

Спеси ты у древлян набраться

Успел? Видно, мало рубил и жёг

Их мой отец! Неплохо бы снова

Этот сброд поучить уму!

 

Олег

Мерзко смердит от каждого слова.

 

Лют

Так нос заткни!

 

Олег

                              Лучше я заткну

Глотку тебе – вот так!

 

Лют

                                           Так лучину

Щепят.

 

Олег

                 А так?!

 

Лют

                                    Так почёсывают собак.

 

Олег

А так?!            

 

Лют

                 А так смерды месят глину.

 

Олег

А если вот так?! А если вот так?!..

 

 

 

 

Волхвы

 

Будь ты старик, или юнец,

Нам поклонись, жалкий слепец!

 

Думаешь, ты – зряч, а не слеп?

Жаб отличить сможешь от реп,

 

Мох отличить сможешь от туч –

Ох, ты и мудр! Ох, и могуч!

 

Хлеб прожуёшь – полон живот.

День проживёшь – и нет забот.

 

Жизнь без забот древом цветёт,

Радость в ветвях птицей поёт.

 

Но не она – древа судьба.

Корень под ним – плеть для раба.

 

Толща земли корни таит.

Корень ползёт, корень не спит.

 

Истина – там, в гуще корней.

Истины нет в мире верней.

 

Нам, только нам сила дана

Ведать её, знать, где она.

 

Нас не страшит молнии блеск.

Молнии нить - корень небес!

 

Грянул Перун громом – слились

Тёмная глубь – тёмная высь!

 

Корень другой корень найдёт.

Древо – гляди! - молния жжёт.

 

Где его мощь? Где его стать?

Больше с земли древу не встать,

 

          Тело отдав телу земли,

К небу подняв корни свои.

 

Два года спустя

Ждан на тропе в тумане

 

А если крикнуть? Что же крикнуть?

                                                                – Ждан!

Я – Ждан! Я – человек!

                                       …Никто не слышит.

Всем миром нынче завладел туман,

Нет разницы теперь меж тем, что ближе

И дальше: растворились в пелене

Белесой все окрестные приметы.

Расправив саван на сырой земле,

Накрыла осень умершее лето.

Да я и сам-то умер, или жив?

Живое есть со мною рядом, нет ли?

Идёшь и обмираешь – тянет див

К тебе ручищи! А всего лишь ветви

Корявые свои раскинул дуб.

Быть может, у него спросить дорогу?

Скажи-ка, дуб, до Овруча дойду

Тропинкой этой?.. Даже лист не дрогнул.

Вам, листья, скоро падать день и ночь,

Скользить к земле, таящейся в тумане…

Зря, дуб, не захотел ты мне помочь,

Мы всё же земляки с тобой. Древляне.

Когда туман рассеется, тебя

Я вновь, земля древлянская, увижу.

 

Царьградские диковины любя,

Тебя небрежным словом не обижу.

          Там, на краю изнеженной земли,

Которую вовек не тронет осень,

Я не забыл беспомощность осин,

И озорство берёз, и стойкость сосен,

И мягкий мох задумчивых дорог,

Что путника к ручьям лесным выводят,

И под ногой податливый песок

На неглубоком безымянном броде,

И бора шум, и торжество вершин

Его, что вознеслись меж облаками,

И папоротник, в сумрачной глуши

Хранящий клады пращуров веками…

Поклон тебе, древлянская земля! –

Я говорю – иль это сердце бьётся?

Туман редеет. Обогрей меня

И укажи мне путь на север, солнце!

 

 

 

 

Киев, торговище на Подоле

 

- Такой цены не бывало раньше!

- Иди, ищи свою цену дальше.

- Велес свидетель – никто не купит!

- С ним и торгуйся, авось, уступит.

          - Торговля нынче идёт на диво!

          - Всех побросаю сейчас с обрыва!

          - Что там за давка у коновязи?

- Слышь - готовят удавку на князя!..

- Олег древлянский, небось, не дремлет!

- Олег свои потеряет земли.

- У Ярополка ума палата!

- У Ярополка кровь жидковата.

- Чего отведаем – мёда? Пива?

- Всех побросаю сейчас с обрыва!

- Ладьи плывут, я видел с угора!

- Лошадь взбесилась! – Держите вора!

- Вор на воре сидит и им погоняет.

- Святослава, вот кого не хватает!

- Святославу, поди, и в земле неймётся.

- Слышь - к зиме Святослав вернётся!..

- Что, леп ли Киев? – О, та, красифо!

- Всех побросаю сейчас с обрыва!

- Древляне нынче все при оружье.

- Глаз да глаз за Олегом нужен.

- Свенельд припомнит Олегу сына.

- Свенельд на себя не возьмёт почина.

- Ярополк кровь брата пролить не сможет.

- Ярополк со дня на день занеможет.

- Олег не жилец, вот-вот околеет!

- Слышь – Олег вот-вот одолеет!..

- Всех побросаю сейчас с обрыва!

- Дайте кто-нибудь ему в рыло!

- Янтари у нас – загляденье!

- Глухари у нас – объеденье!

- Корку хлеба малую бросьте…

- К псам ползи – там найдутся кости!

 

На окраине Овруча

 

Кузнец

Дельно. Вижу, знаком ты с ковкой

Не понаслышке. Рука тверда.

Где такой набрался сноровки?

 

Ждан

В дальних краях.

 

Кузнец

                                  Оттуда сюда

Что привело тебя?

 

Ждан

                                  Южный ветер

Гнал меня к северу, как ладью.

 

Кузнец

Ты не ответил мне.

 

Ждан

                                     Нет, ответил.

Было так, как я говорю.

 

Кузнец

Хоть ты и ловок, да ведь безроден.

Коль в подмастерья тебя возьму,

Где поселишься – в огороде?

 

Ждан

Я видел дом брошенный. Почему

Он пустует?

 

Кузнец

                         Там хворь скосила

Всех, и дом такой не один.

 

Ждан

А давно ли хворь отступила?

 

Кузнец

Лет пять минуло.

 

Ждан

                                  Поглядим,

Как примет дом путника.

 

Кузнец

                                              Переступишь

Порог?

 

Ждан

                 Уверен, что не запнусь.

 

Кузнец

И ночью спать без опаски будешь?

 

Ждан

Глупых сказок я не боюсь.

Мне ночевать в местах доводилось,

Куда стерегутся и днём ходить,

И ничего со мной не случилось.

А здесь всех страхов - печь протопить.

 

Весняна

 

 

Весняна

Ай, кто ты?! Прочь! Сейчас мои родные

Придут! Их очень много у меня!

 

Ждан

И все - придут?

 

Весняна

                             Свирепые, шальные!

Тебе не поздоровится! Родня

Моя не терпит наглецов охальных!

 

Ждан

Я распоясных тоже не терплю.

 

Весняна

Забудешь об улыбках зубоскальных,

Когда родню на помощь позову!

На помощь!

 

Ждан

                       Что ж так тихо?

Весняна

                                                      Крикну громче,

Коль шаг хотя бы сделаешь ко мне!

Родня уже спешит ко мне на помощь!

 

Ждан

Не нужно больше баек о родне.

Здесь мыши и лягушки, а не люди,

Как видно, припеваючи живут.

Но если мы с тобою дров добудем,

Затопим печь, то им другой приют

Придётся поискать. Возьми мой посох

И от него лучины нащепи

Моим ножом. Держи. Он очень острый,

Будь осторожней, рук не зацепи.

 

Весняна                    

Дал мне свой нож, чтоб заслужить доверье?

У самого второй, наверно, есть!

 

Ждан

Не хочешь мне довериться – вот двери.

Но прятаться тебе удобней здесь,

Чем где-нибудь в лесу. Сейчас ведь осень,

Не лето. Человеку нужен кров.

 

Весняна

Ни от кого я здесь не прячусь вовсе!

Я просто… я…

 

Ждан

                             Мне из людских зубов

Вот так же приходилось вырываться,

Как и тебе. Страх преодолевать,

По землям неприветливым скитаться,

И обретать надежду, и терять,

И снова обретать. К чужим страданьям

Свои нас зорче делают.

 

Весняна

                                             Обман!

Везде обман! Что мне твои скитанья,

Тать безымянный!

 

Ждан

                                   Моё имя Ждан.

 

Весняна

Сейчас придумал? Своё имя в тайне

Хранят от незнакомцев.

 

Ждан                                        

                                            Значит, мне

И дальше зваться татем безымянным?

 

Весняна

Зовись хоть коромыслом.

 

Ждан

                                                Болтовне

Нас не согреть. Кузнец мне дров, надеюсь,

Даст. Но вначале дымоход

Проверить нужно – если я сумею

В пыли там разглядеть хоть что-то… О!..

Здесь птица…

 

Весняна

                           Это ласточка! Бедняжка…

 

Ждан

Почти не весит тельце ничего.

Как биться ей о камни было тяжко!

Она искала выход – но его

Не отыскала… Паукам, мокрицам

Легко живётся в пыльной тесноте,

Но если окружают камни птицу,

Крылатую певунью – быть беде…

Похорони её.

 

 

Весняна

                         Найдёшь берёсты?

 

Ждан

Найду.

 

Весняна

                   Берёстой обернули мать,

Когда она ушла туда, где звёзды

Не светят. Слишком долго горевать

Отец не стал. А мачеха подавно

Хотя б одну слезинку мне пролить

Не позволяла. Было ей забавно

Мне об руку лучину потушить,

А после говорить, что я разиня.

Отец во всём ей верил.

 

Ждан

                                            И тогда

Бежать, куда глаза глядят, решила

Ты от злодейки ненавистной.

 

Весняна

                                                      Да.

Ждан

Теперь тебя бродяжкой безымянной

Те назовут, кто сыт и обогрет,

Чей многочислен род…

 

Весняна

                                             А ты Весняной

Зови – до остальных мне дела нет.

     

 

                           

Ярополк и Свенельд

 

 

Свенельд

Князь, скажи, почему мы медлим?

Каждый этот вопрос задаёт.

Боязливость пристала смердам,

А не воинам. Скоро пойдёт

Ропот явный уже, опасный.

Ты услышишь себе вослед,

Что тебе не к лицу плащ красный,

Что и стати-то княжьей нет,

Что ты ростом стал ниже вроде…

 

Ярополк

Что я мал, а Киев – велик…

 

Свенельд

Князь, отдай приказ о походе –

Всем гугнивцам ответишь вмиг!

Если туго, до хруста пальцев,

Ты натягиваешь тетиву,

Сколько этому продолжаться?

Долго лук не сдержит стрелу.

Если ты на коня садишься –

А твой Огненный, ох, горяч! –

Разве хоть на миг усомнишься

В том, что он понесётся вскачь?

Если сорвано с девы платье,

Разве долго промедлишь ты

Перед тем, как стиснешь в объятьях

Жар трепещущей наготы?

Страсть любовная, страсть сраженья,

Скачки бешеной, долгой страсть

Презирают тягость сомненья.

Сбрось с себя эту тягость, князь!

 

Ярополк

Не избавлюсь от тяжких дум я.

 

Свенельд

Из трухи огонь не возжечь.

Не добудут славы раздумья -

Но добудут копьё и меч.

 

Ждан и Весняна

 

Весняна

Ты слышишь?

 

Ждан

                          Что?

 

Весняна

                       Там ходят под окошком.

 

Ждан

Злодеи груды злата отобрать

Явились к нам.

 

Весняна

                               Мне боязно немножко.

Ты слышишь? Вот опять прошли, опять…

 

Ждан

Не бойся. Это дождь по листьям бродит

Опавшим. Он нам зла не причинит.

Он вечно себе места не находит

И сам с собой о чём-то говорит,

О чём-то, что никто понять не может…

Весняна

Волхвы всё могут.

 

Ждан

                                    Многое – ещё

Не всё. Когда, моей коснувшись кожи,

Слезами тихо дождь течёт со щёк,

Мне чудится – я плачу вместе с миром,

Иль, одинок, оплакиваю мир.

 

Весняна

 Почаще жертвы приноси кумирам.

 

Ждан

А дождь осенний – разве не кумир?

 

Весняна

Ему не поклоняются.

 

Ждан

                                       Лишь люди.

Но каждый лист трепещет перед ним.

Вот так и смерть, придя в свой срок, остудит

Жар жизни, что в сердцах своих храним.

 

Весняна

Ты думаешь о смерти?

 

Ждан

                                           Нет, о жизни.

Бывают мысли горькие, но все

Они о жизни. Почему на тризне

Не только слёзы льются, но и смех

Звучит? Мы так напоминаем смерти,

Что не всевластна над людьми она

И может иногда отведать плети,

Как скверная, сварливая жена.

 

Весняна

Сварливой поделом! Зачем браниться?

Какой жене и мужу в злобе прок?

Ждан, я…

 

Ждан

                   Что?

 

Весняна

                               Принесу тебе напиться.

Ты хочешь пить?

 

Ждан

                                Я сделаю глоток

          Воды из черпачка за нас с тобою,

Как будто бы из чары на пиру

Ромейского вина.

 

Весняна

                                 А что такое

«Вино»?

 

Ждан

                Вино? Работа гончару,

Доход торговцу и кумир гуляке.

Из винных ягод делают его,

Хранят в красивой глиняной корчаге

И пьют, как мы мёд или пиво пьём.

И грозди, грозди этих ягод винных,

Созревшие, свисают тяжело

В садах ромейских на побегах длинных

И светятся ночами под луной,

Как камни самоцветные. А травы

Неведомые колдовской ковёр

Сплетают под ногами, укрывая

Обломков скал причудливый узор.

И многое предивное иное

Там, у ромеев, можно увидать…

Князь Святослав ходил на них войною.

 

Весняна

Зачем?            

 

Ждан

               Ну, надо ж с кем-то воевать

Князьям! Иначе силу не покажешь.

А войско у ромеев…

 

Весняна

                                       Может ты

Мне лучше про ромейских дев расскажешь?

Они ведь тоже дивной красоты

Наверное?

 

Ждан

                    Красивы, даже слишком.

 

Весняна

Глаз слепят, словно солнце?

 

Ждан

                                                   Солнце, но

Закатное. Я знаю понаслышке,

Что не волнуют их уже давно

Ни волосы взметнувший вольный ветер,

Ни зябкая предутренняя рань.

Их лица то улыбкою осветит,

Что заключили в камень или в ткань,

Как будто бы в темницу. И в темнице

Своей красы заключены они.

Их жизнь томит. Они подобны птице,

Которая проводит в клетке дни

Бесчисленные… Но в одном я буду

Завидовать всегда им. Каждый день

Пред их глазами сказочное чудо -

Мозаика!

 

Весняна

                   Мозаика?

Ждан

                                       Нигде

Я ничего прекраснее не видел.

Создатели мозаик их творят 

В трудах упорных, вдохновенных, сидя

Пред грудами чудных каменьев – смальт. 

Те смальты всех цветов, что есть на свете.

Они синеют небом на заре,

И зеленеют смутным сном о лете,

И багровеют угольком в костре,

И лунными лучами серебрятся,

И блещут солнцем… В необъятный мир

Мозаичники погружают пальцы.

Пир этот – всем пирам на свете пир!  

Непросто смальты подобрать по цвету

Друг к дружке, но, когда они легли

Все на свои места, творенье это

Как будто отрывает от земли

Того, кто смотрит на него, внимая

Волненью сердца, полнящего грудь,

И с трепетом душевным постигая

Отличный от земного долгий путь,

Который обещает бог ромеев

Им после смерти.

 

Весняна

                                 После… смерти…

 

Ждан

                                                                     Сон

Тебя сморил, ты засыпаешь?

 

Весняна

                                                       Нет, я

Не сплю… Я слышу… Обещает он

Им после смерти… С трепетом душевным…

Путь долгий… Всем пирам на свете пир…

Подобные мозаикам волшебным…

Сиянье солнца… Необъятный мир…

 

Олег и гонец

 

Гонец

 

Нет, не слухи, князь. Тут ошибки

Быть не может. Я видел сам

Наших воинов злые сшибки

С киевлянами по лесам.

Это их дозоры. Дружина

Расчищает пути себе.

 

Олег

Хоть и злобится из-за сына,

Но хитёр, как всегда, Свенельд.

Ни бока не подставит, ни спину.

 

Гонец

Слышал я…

 

Олег

                        Говори! Что смолк?

 

Гонец

Слышал я, что, будто б, дружину

Не Свенельд ведёт – Ярополк.

 

Олег

Брат. Как камнем ударить словом

Можно. В детских играх шальных

Не один был меч нами сломан

Деревянный – но мы в живых

Оставались, конечно. Что же –

Он решил – снова будет так?

Он решил – на игру похожим

Будет взрослый бой, на пустяк?

Он решил, что Овруч – игрушка?

Что древлянские земли – сор?

Он решил, что со мною нужно

Свысока вести разговор?

Не получится. Он вознёсся

          В высь такую, собой гордясь,

Словно с небом главою сросся -

Как же – князь! Но я тоже – князь!

Пусть дружина его сильнее,

Пусть гордыня застит глаза,

Но и наши мечи сумеют

О древлянской силе сказать!

 

Гонец

Князь, засаду нужно устроить,

Рядом с Овручем затаясь.

Хитрость силу может удвоить.

 

Олег

И предстанет трусом ваш князь!

Брат меня видеть трусом рад бы.

Помню, он говорил отцу,

Что я слишком дерзок. Он прав был.

Будем биться лицом к лицу.

 

Ждана приводят к Олегу

 

Первый дружинник

Во какая птица попалась:

Одёжей смерд – да боярская стать!

 

Второй дружинник

Многим лицо его примелькалось.

 

Третий дружинник

Лазутчик полян, чего тут гадать!

 

Первый дружинник

Взялся в кузне быть подмастерьем:

Сядет – и шепчет что-то огню.

 

Второй дружинник

Какая такому может быть вера?

 

Третий дружинник

Лазутчик, лазутчик, я ж говорю!

 

Олег

Лазутчик ко мне бы стал подбираться,

Лелея умысел подлый свой.

Зачем ему в кузне с огнём шептаться?

Что-то иное тут.

 

Второй  дружинник

                                            Колдовство!

 

Ждан

Я не колдун.

 

Олег

                           Значит, ты – лазутчик?

Ждан

Нет, не лазутчик.

 

Олег

                                   Быть может, ты

Слабый умом? Непохож. Получше

Думай, не то подбодрят кнуты.

 

Ждан

Слышал ты про Мшицы – селенье

Южнее Овруча?

Олег

                                   Мшицы? Нет.

 

Первый дружинник

Немудрено. Сжёг отряд Свенельда

Его - уж минуло двадцать лет.

 

Ждан

Там род мой полёг, а меня хазарам

Продали. Не затянулся торг,

Им я достался почти что даром.

От них – ромеям дороже потом.

 

Олег

Значит, ромейский раб предо мною?

 

Ждан

В рабстве я был, рабом – никогда.

Ремёсла сделали сытой неволю,

Но я бросил всё – и пошёл сюда.

Я шёл через земли болгар и угров,

К родной древлянской земле стремясь.

 

Олег

Что же тебя так манило – угли?

 

Ждан

И угли тоже манили, князь.

 

Олег

Ты сказал, что в ремёслах искусен.

 

Ждан

В стекольном особенно. А ещё…

 

Олег

Довольно. С клещами управился в кузне –

Сумеешь управиться и с мечом.

Перун тебе милость свою являет:

Те, кто род погубили твой,

Те, кто Мшицы сожгли – поляне –

Скоро явятся пред тобой.

Радуйся! Славя волю Перуна,

Сможешь жестоко им отомстить.

 

Ждан

Много ли радости в том, что будут

В Киеве матери слёзы лить?

 

Олег

Так мир устроен. Мужам сражаться,

А матерям оплакивать их.

 

Ждан

К чему же детям тогда рождаться?

 

Олег

Чую подвох в вопросах твоих.

Глупость ты городишь на глупость:

Наверное, попросту трусоват.

Недруга бей – вот и вся премудрость!

 

Ждан

Даже если это - твой брат?

 

Первый дружинник

Прощайся, буестный, с головою!

 

Олег

Не троньте его! Он, вижу, не трус,

Коль мне решился сказать такое.

Да, я с братом моим сражусь!

Из-за того, что… Из-за того, что

С ним не могу не сразиться я!

Иначе будет слишком непрочной

Власть моя на острие копья.

Брат мыслит так же – что же – пусть копья,

Сшибшись в битве, рассудят нас!

 

Ждан

В сердце неужто ничто не дрогнет?

 

Олег

В сердце моём - то, что князь я! Князь!..

Ступай. Тебе доспех и оружье

Дадут. Моли Перуна. Постой.

Скажи – зачем в кузне было нужно

Шептаться с огнём?

 

Ждан

                                     Лишь ему я свой

Замысел мог поведать – украсить

Овруч мозаикой, как Царьград.

 

Я знаю секреты красок и масел,

Я знаю секрет мозаичных смальт,

Я знаю…

 

Первый дружинник

                                      Знать теперь тебе надо

Только место в дружинном строю.

 

Второй дружинник

Придумал! Овруч – подобье Царьграда!

 

Третий дружинник

Лазутчик всё ж, я вам говорю!..

                                          

 

Олегу не спится

 

Лес застыл в ожидании снега.

Иней лёг на днища телег.

Чей-то голос позвал Олега:

«Эй, Олег!..»

 

Чей-то голос? Олег проснулся.

Тёпл был шкуры медвежьей мех,

Но почудилось - прикоснулся

К телу холод злой без помех.

 

Холод злой. Беспощадный. Лютый.

Холод ста клинков ножевых.

Холод глаз насмешливых Люта,

Холод глаз его неживых.

 

Леденил этот холод сердце

И тревожил, стужей дохнув.

Мёрз Олег и не мог согреться,

Груду шкур на себя стянув.

 

А дружина брата всё ближе

В предрассветной суровой мгле,

Словно тяжкое небо ниже

Опускают снега к земле…

 

 

И воззвал Олег к Святославу.

И сказал Святослав: «Дерись!».

От отца слов других не ждал он -

От того, кто бился всю жизнь.

 

И воззвал юный князь к дружине.

И сказали воины ему:

«Если мы мечи не поднимем,

То мечи нам тогда к чему?»

 

И к кумирам воззвал он. Смутен

Был ответ, но силу таил -

Силу ту, с которой не шутят,

Силу тёмных глубин земли.

 

И уснул Олег, успокоясь,

В кулаке зажав оберег.

Но всё звал, звал негромкий голос:

«Эй, Олег!..»

 

Воины поют у костра

 

- Что ты, лес, шумишь,

Что качаешься,

Головою вниз

Наклоняешься?

 

Видно, ветер злой

Тобой тешится,

Видно, лист тяжёл,

Не удержится?

 

- То не ветер злой

Меня раскачал,

То не лист тяжёл

Непомерно стал.

 

Я к земле клонюсь,

Чтоб тебе сказать –

Скоро в мох густой

Ляжешь крепко спать.

 

Ляжешь крепко спать

Беспробудным сном.

Будешь ночью спать,

Будешь ясным днём.

 

 

Станет звать отец – не пробудишься.

Станет плакать мать – не пробудишься.

Станет сын будить – не пробудишься.

Станет брат будить – не пробудишься.

 

Только я будить

Не надумаю.

Песню долгую

Заведу мою.

 

Чтоб под шум ветвей

Тебе крепче спать

И ни радости,

Ни беды не знать.

 

Ждан в передовом отряде

Что это – копья?! К нам подкрался враг

Так близко – а никто и не заметил?!

Нет, просто ветер шевельнул ивняк.

Всего лишь ветер, Ждан, всего лишь ветер…

Как лёгок путь его по свету! Он

Здесь ивы покачал – и уж далече.

На Волхове срывает пену с волн,

Иль дев варяжских трогает за плечи,

Смеясь над их суровостью, иль бьёт

В лицо гребцам ромейского дромона,

Иль в Диком Поле, воя, снег несёт,

Подняв его, как белые знамёна.

Он мчится над землёй – а человек

Прибит к земле костей своих гвоздями

Навек. А если… Если не навек?

Что если над лесами и полями,

Покинув тело, воспарит душа,

Как говорят священники ромеев?..

Как ветер, эта вера хороша,

Но разве я принять её посмею?

Отец мой, дед и прадед – и его

Отец, и дед, и прадед – их унижу,

Отринув веру предков. Ничего

Я кроме их презренья не увижу,

Хотя б открылись мне небесных сфер

Громадные сияющие выси.

 

К тому же – сколько иноземных вер

Готовы ежечасно путать мысли!

Бог у хазар, и у варягов бог,

И у булгар… Не счесть богов на свете,

А я, как лист осенний, одинок,

И никого со мною – только ветер.

Ночь позади, а холод всё сильней.

Я словно в лёд вмерзаю. Тень на склоне

Напоминает всадника… Коней

Я различаю! Всё быстрее кони

Ко мне несутся. Копий острия

Ко мне всё ближе. Лица злобой дышат.

Но почему? Послушайте меня!

Я – Ждан! Я – человек!

                                          Никто не слышит…

 

Битва

 

- Бей их,

                  выродков бей древлянских!

- Втопчем в землю!

                                    Сотрём в золу!

- Чужеядов круши полянских!

- Бей копьём, что вцепился в лук?!

- Р-р-раз!

                  А вот тебе угощенье!

- Р-р-раз!

                  А вот оно и тебе!

- Сгиньте, киевские кощеи!

- Стервь древлянскую бей!

                                                 Бей!!

                                                             Бей!!!

- Рука, ох, рученька!..

                                        - Мой – высокий,

Твой – тот, что рядом! Рази его!

- Ы-ы-х!

                 - Хрясь!

                                 -Подохни!

                                              - А-а-а-а!

                                                             - Сбоку!

          - И вон того ещё, вон того!!

          - Не удержаться нам! – Напирают!

          - В Овруч!

                                - Держаться!!

          - Держись здесь сам!

           - Об Овруч зубы они обломают!

           - Там ров!

                               - Там мост!

                                         Спасение там!

- Ко рву, скорее!

                                  - Вот мост-то, вот он!

- Бежим!

                  - Скорее!

                                     - Куда с копьём?!

- Пусти!

                 - С дороги!

                                       - Куда с конём-то?!

- Коли кинжалом!

                                    - Топчи конём!

- Мы тут под стрелами – как на ладони!

- Дави вперёд!!

                              - Нет, назад, назад!!

- Все сгинем здесь – и люди и кони!

- Перун!

                - Отец!

                               - Ненагляда!

                                         - Брат!..

 

Ярополк в Овруче

 

Где мой брат?  Что?  Добыча?  Спросите

Свенельда.  Да, добыча богатая.   Рад

Я.  Коня моего примите.

Иди с ними, Огненный. Где мой брат?

Брат должен быть здесь. К мосту отступавшим

Я видел его, значит, здесь он, здесь!

Я должен мириться. Но как с пропавшим

Мириться? Немедленно Овруч весь

Перетряхните. Где-то таится

Мой брат, в каком-то укромном углу.

Я победитель.  И брат боится

Меня. Он всегда был глуп.

Сидел бы тихо в Овруче с хилой

Дружиной беспомощною своей.

Чего надумал! Меряться силой

С моей богатырской дружиной... Эй!

Разбоя явного не чините!

Скажу Свенельду – лишитесь рук.

Пока не стемнело, брата ищите,

Всё обыщите здесь, всё вокруг!

Коль пред мои не предстанет очи

Брат немедленно – не беда.

Готовьте факелы. Будете ночью

Овруч обыскивать вы тогда.

Весь город – хоромы, клети, подклети!

Хоть за пазухой здешних дев

 

Ищите! Времени не жалейте,

Не то испытаете княжий гнев,

Мой гнев испытаете!.. Солнце меркнет.

Глаза кинжалом режет закат.

Мне страшно, брат. Вот рука моя! Где ты?

Где рука твоя? Где мой брат?!

 

Женщина-древлянка

 

Хочешь, князь, увидеть сову?

Отправляйся скорей ко рву!

 

Там идёт небывалый пир,

Пир идёт на весь совий мир.

 

Слеп для света совиный глаз,

А для пиршеств ночных как раз.

 

Остр клюв у совы, как нож,

Для кровавого яства гож.

 

Честь по чести совы сидят:

Там сова-гусляр для услад,

 

Там сова-скоморох для потех –

Далеко слышен совий смех!

 

Служат совы одни другим,

Кус получше подносят им.

 

А ещё – всему голова -

Есть и старшая там сова.

 

Золотой на сове венец,

А сама-то она – птенец,

 

          А глаза-то её горят,

          А в когтях её – мёртвый брат.

 

Отведите князя ко рву,

Покажите князю сову!

 

Много князь видел сладких снов –

Наяву пусть увидит ров.

 

Дружинники Ярополка во рву

 

- Сказали – не наступать на мёртвых,

                     а тут больше не на что наступать.

- Скользко-то как! В сапогах неудобно…

                                 - Ну, не лапти же смердов нам обувать!

- Смердов сюда бы послать копаться,

                                  вот от этого был бы толк.

- Сказали – найти пропавшего князя

                                  должны дружинники. – Чудит Ярополк!

- Ладно, найдём, не иголка в стоге.

                                  Примета верная – красный плащ.

           - Примета – когда летящ перед строем,

                                             а не в кровавой грязи лежащ.  

- Да уж, красного тут хватает,

                                   вон – кровь, как ягоды, по кустам.

- Своих положили, словно хазары,

                                    иль печенеги… - Молчите там!

- Закрой глаза вон тому – жутковато,

                                     будто глядит на нас из-под ног.

- Мороз по коже. А я в проклятом

                                     рву и так до костей продрог.

- А мне – вот он лежит – мой попался!

                                    Я точно в шею стрелу вогнал!

- Нашёл, дубина, чем похваляться –

                                     тем, что в спины бегущим стрелял…

 

- Смотрите-ка - конь поднимает голову!

                                         - Кость торчит из ноги – а жив.

- За что страдает? За что сгубили,

                                         вместе со всадником положив?

- Конь-то красавец! Случайно, не княжий?

                                         - У княжьего серая масть была…

- И этот серый! - Поближе надо

                                         глянуть, раз уж такие дела.

- Копытом не вдарит? – Ослаб, не вдарит.

                                         - Мечом по горлу ему резануть!

- Тебе лишь бы резать.  И так здесь крови

                                          столько, что впору в ней потонуть.

- Коня не поднять нам, а сдвинуть – сдвинем.

                                          - Рукава засучивайте. - Навалясь,

Разом! – Вижу! – Вижу! – Плащ красный!

                                          - Красный, княжий плащ!

                                                                         - Вот он - князь!

 

 Ярополк над окровавленным телом Олега

Что, Свенельд, теперь ты доволен?

Брат не уполз мой, не улетел.

Лёг мёртвым, твоей покорившись воле.

Радуйся – этого ты хотел!

Шептал, что гордыня брата безмерна,

Что надобно ей положить предел.

Брата хотел ты смирнее сделать?

Нет – этого, этого ты хотел!

Прельщал меня чужими богатствами,

Вертел мною, отроком, как хотел.

Хотел, чтобы я научился властвовать?

Вот этого, этого ты хотел!

Предков моих поминал воинственных,

Мол, воевать – это мой удел.

Войны, войны ты хотел неистово –

И – этого, этого ты хотел!

Умом своим похвалялся змиевым,

Крутил ус грозно, от злобы потел,

Твердил, что блага хочешь для Киева…

Нет – этого, этого ты хотел!

Шипел, что древляне – почти что звери,

И вера не та, и кумиры не те.

Хотел учить их полянской вере?

Нет – этого, этого ты хотел!

Брат мой! Прости меня! Невиновен

Я в свершении страшных дел.

 

Вот им я опутан был, околдован!

Вот он, он смерти твоей хотел!

Я был слепцом. Как змею у ложа

Я ядовитую не разглядел?

Неужто я сам… Неужто я тоже…

Нет! Я этого не хотел!..

 

Весняна на краю рва

 

Ты говорил про чудную небыль,

А вышла быль, да совсем простая.

Отняли жизнь, как краюху хлеба,

Мне ни крошечки не оставили.

В доме было тепло, как в тереме,

А теперь подкрались морозы.

И в углах какие-то тени.

Я моргнула – а это слёзы

На ресницах висели. Градом

По щекам покатились… Послушай,

Если ты не со мною рядом,

Кто же слёзы мои осушит?

Кто посмотрит так долго в глаза мои?

Кто одарит мудрёной речью?

Кто расскажет мне про мозаику,

Обнимая крепко за плечи?

Снова тени меня окружили,

Пляс во рву затевают страшный.

Вот какую мозаику сложили

          Люди вместо смальт изукрашенных!

Подобрали цвет лютой боли

К цвету долгих стонов предсмертных,

Цвету чёрному дали волю,

А цвет дум и чаяний светлых

Прочь отбросили. Мёртвым снегом

Заметает мёртвые лица.

 

Цвет один останется – белый,

И другому не появиться.

Если б сил у меня хватило

Выжить, кинувшись на копьё,

Я б сердце своё сюда положила.

Какого цвета сердце моё?

 

Киевский боярин Блуд

 

Сколько возможностей! Возможностей сколько!

Глаза разбегаются – ах и ох!

Брат княжий правил вчера ещё только -

Сегодня собакой во рву подох.

Святослав гордился делами своими,

В походах верной смерти искал.

Сказал - мол, мёртвые сраму не имут,

Но про живых ничего не сказал.

А я – живой! Что мне гордость княжья,

Что  их  красивые  словеса!

Вот  земли  в  киевском  заовражье –

Вот  это  истинно  чудеса!

Но – нет, заовражье теперь забудем.

Иные соблазны со всех сторон.

Смеялся Киев, слыша о Блуде -

Склонится завтра пред Блудом он.

Свенельд в опале. Свенельд хворает.

Недолго землю ему топтать.

Князь советника выбирает?

Надо помочь ему выбирать!

Мне голова моя пригодится

Не для того, чтобы шлем носить.

Глупо с одним недомерком биться,

Чтоб за другого её сложить.

Я головой рисковать не буду

Своей. Разумней рискнуть чужой.

 

Пусть хоть бы палец протянет Блуду

Князь – а там – с потрохами мой!

Только б не выдать себя слишком рано,

Только б не упустить ничего…

Велесу нужно снести барана.

Нет, лучше курицу: хватит с него.

 

Три года спустя

Владимир и Добрыня ведут варягов на Киев

 

Добрыня

Ай да молодцы, погляди-ка!

Кто сумеет остановить

Эту силу, прущую дико?

Сразу видно, привыкли жить

От набега и до набега.

 

Владимир

Но ведь и Ярополк силён,

Коль сумел одолеть Олега.

 

Добрыня

А не надо лезть на рожон

Тому было! Хитрость явил бы

Вместе с храбростью – и войти

Мог, побив Ярополка, в Киев,

Нам туда заступив пути.

 

Владимир

А коль их Ярополк заступит?

 

Добрыня

Сколько б жерех ни бил хвостом,

Он не станет подобен щуке.

Сила Киева крылась в том,

Что тень грозного Святослава

Рядом с князем была – Свенельд.

Нет Свенельда – ан нет и славы.

Славы нет – ан и силы нет!

Ярополку б сейчас войною

Хоть на вятичей, что ль, сходить.

У него ж на уме иное –

Он о мире готов твердить

День и ночь. Послов принимает

Чуть ли ни из заморских стран,

А о том, что рядом, не знает

Ничего. Опутал обман

Княжий терем.

 

Владимир

                              В такой водице

Рыбе снулой долго не жить!

 

Добрыня

Постараемся исхитриться

И за жабры её схватить.

А сейчас вид прими суровый

И поводья зажми в кулак:

На своём жеребце соловом

Сигурд скачет к нам.

 

Владимир

                                       Сей варяг

Камни в трепет ввести сумеет.

Глыба льда, а не человек.

Но мне служит. Значит, сильнее

Я?

 

Добрыня

                  Сильнее будешь вовек

Всех вокруг, пока видеть будут

Твою силу, помнить о ней.

Камни в трепет ввести нетрудно -

Людям трепет внушить трудней.

 

Варяги

 

Сделаешь шаг –

Делай ещё.

Встретился враг -

Рубишь мечом.

 

Сверху – руби!

Снизу – коли!

Тын – перелезь!

Дом – подпали!

 

В руки идёт-

Не прозевай.

Злато блеснёт –

Злато хватай.

 

Мягкое – мни!

Жёсткое – режь!

Жидкое – пей!

Твёрдое – ешь!

 

Женщин тела

Ох, горячи!

Кожа бела

В чёрной ночи.

 

 

Жизнь – это миг.

Смерть – это миг.

Празднуешь – крик!

Падаешь – крик!

 

В небо дракар

Взмыл над волной.

Мёртвый упал -

Весел живой.

 

          Свой – обними!

          Враг – прокляни!

          Вождь – преклонись!

          Меч – подними!

 

          Вечный верши

          Жизненный круг.

          Если есть сын –

          Будет и внук.

 

          Злата ему

          Горсть покажи

          И в колыбель

          Меч положи!

 

Ярополк и воевода Блуд

 

Ярополк

Ещё одно зарево. Я со счёта

Сбился. Да стоит ли и считать?

Добро губя без пощады чьё-то,

Огонь всюду рыскает, словно тать.

Брат вкруг Киева жжёт селенья,

Смердов побив, иль в леса прогнав…

 

Блуд

Думаю, не по его веленью

Это творят. Варяги свой нрав

Тешат.

 

Ярополк

                  Но смердам не всё ль едино –

Тешат варяги нрав буйный свой,

Или про жалость забыл Владимир –

Если дома их стали золой,

Если их дети стали рабами,

Если их кровь, как вода, течёт?..

 

Блуд

Князь, полянки исправно рожают.

Смердов нам много новых ещё

Они нарожают. Что сокрушаться

О тех, кто умер? Тебе о живых

Нужно думать.

 

Ярополк

                               Я должен сражаться.

 

Блуд

Что? Разве рык Свенельда не стих,

Князь, в твоём тереме?  Только это

Слово - «сражаться» - Свенельд и знал.

Давал свои дерзостные советы,

Будто двуручным мечом махал.

Иное скажу я. Будь острожным

Всегда, а коль враг у ворот – вдвойне.

Сейчас с варягами мы не можем

Тягаться. Но минет десяток дней,

Ещё десяток, ещё – угаснет

Их пыл. Начнутся свары, раздор.

Тогда Владимиру станет ясно,

Что зря завёл он с тобою спор,

И он начнёт пути к примиренью

Искать. А коль не начнёт – тогда,

Только тогда начинай сраженье,

И победишь его без труда.

 

Ярополк

Ты мне советуешь затвориться

От брата в Киеве и смотреть

Как полянская будет литься

Кровь?

 

Блуд

               Коль ты не в силах терпеть –

Что же, в бой отправляй дружину,

Как овцу под жертвенный нож.

Мой совет сгоряча отринув,

В сто раз больше крови прольёшь!

 

Ярополк

Кровь – как топь. Забредёшь, и ногу

Уже не выдернешь: засосёт…

 

Блуд

И через топь можно понемногу,

По шажочку идти вперёд.

Выжди, князь. Представится случай

Дать достойный отпор врагу.

А до тех пор себя не мучай,

Будь покоен - я начеку.

 

Блуд тайно встречается с Владимиром

 

Владимир

Из могучих киевских воинов

Верно, главного вижу я?

Сыплет так, что аж глазу больно,

Блеск кольчужная чешуя!

А где ж конь богатырский?

 

Блуд

                                                   Пешим

Я к тебе пробирался, князь.

 

Владимир

Что же путь твой был так неспешен?

 

Блуд

Я в него пустился таясь

От всех тех, кому не пристало

Между мной и тобой встревать.

А таких найдётся немало…

 

Владимир

Ярополка могу ль назвать?

 

Блуд

Можешь, князь. Его безрассудство

Я не в силах боле терпеть.

Это ведь прямое безумство -

То, что он на верную смерть

Отправляет меня с дружиной

Под мечи варягов твоих!

 

Владимир

Святослав гордился бы сыном.

 

Блуд

Твой отец был в сраженьях лих,

Да бессилен против коварства

Оказался. И слух идёт…

Говорить об этом опасно,

Но, известно, на каждый рот

Не накинешь платок… Слушок есть,

Что о малой дружине отца

Ярополк печенегам послал весть,

Тайно к ним отправив гонца.

 

Владимир

От кого же ты слышал это?

 

Блуд

Я уж и не припомню, князь.

 

Владимир

Воевода, в твои-то лета

Рано память терять!

 

Блуд

                                      Но связь

Своих мыслей я не теряю.

Святослава со света сжил,

Может, не Ярополк. Не знаю.

Но Олега-то он сгубил –

Это знаю. И ты, князь, знаешь

Кто о братской любви забыть

Первым смог. Ты меч обнажаешь

Для того, чтобы месть свершить

Справедливую. И к тому же

Где один брат, там и другой.

Ярополку ты мёртвым нужен,

Чтобы жить, обретя покой.

 

Владимир

Да. Всё так. Не я начал братьев

Убивать. Я лишь месть вершу.

Киевлянам о том сказать бы…

 

Блуд

Я скажу, светлый князь, скажу.

 

Владимир

Славный дар преподнёс мне Киев!

Знал я - здесь мудрецы живут,

Но, что здесь мудрецы такие

Есть, как ты, я не знал. Будь, Блуд,

Другом мне! Нет, вместо отца мне

Будь! Большую получишь честь

От меня, коли до конца мы

Доведём желанную месть.

 

Блуд

У тебя слуг надёжных много?

 

Владимир

Самых верных получишь ты.

 

Блуд

И в решающий миг не дрогнет

Их рука?

 

Владимир

                         Варяги в кусты

Не попрячутся.

 

Блуд

                           Что ж, несложно

Ярополка будет унять.

Говорил ему – осторожней

Надо быть - не слушал меня!

 

Ярополк и дружинник Варяжко

 

Варяжко

Князь, не ходи к Владимиру. Вместо

Него с тобой речь вести мечи

Будут. Разве тебе не известно,

Что было в Полоцке, князь?

 

Ярополк

                                             Молчи.

Мне всё известно.

 

Варяжко

                                И ты спокойно

Отправишься на поклон к нему?

 

Ярополк

Спокойно – нет. Но пойду достойно,

Чтобы сказать: «Что ни дашь – приму».

 

Варяжко

Достойней было б ринуться в битву

И то принять, что она сулит!

 

Ярополк

Так говоришь, пока не убит ты.

А что скажет тот, кто в бою убит?

 

Варяжко

Но мёртвые…

 

Ярополк

                         Не говорят? Бывает

Что говорят. И их голоса

Я не хочу слышать… Рассветает…

Какая яркая полоса

Между землёю и небом! Солнце

Встаёт над сонным миром, смеясь.

Ходил к кумирам – молчат. Смеётся

Над нами солнце…

 

Варяжко

                                  Опомнись, князь!

Возглавь дружину!

 

Ярополк

                                  Мой брат сильнее.

Биться с ним – тьму накликать бед.

 

Варяжко

Тогда к печенегам пошли скорее

Гонца. Степняки нам помогут…

 

Ярополк

                                                        Нет!

Довольно крови. Неужто братьям

Узел этот не развязать?

Должен Владимиру то сказать я,

Что не сумел Олегу сказать.

 

Блуд и убийцы

 

Блуд

С оружьем будет, иль без оружья –

Не знаю. Но будет в кольчуге он.

Поэтому выпадов длинных не нужно,

Бейте в голову с двух сторон.

 

Первый убийца

А если шлем?

 

Блуд

                          Тогда в ноги бейте.

Упал – не поможет и шлем ему.

Я отвлеку его, не робейте,

Момент упустили – конец всему.

 

Первый убийца

Не то, чтоб сомненья меня одолели,

Не то, чтоб трясся, чего-то боясь –

Мечом рубану, раз такое дело,

Но…

 

Блуд

             Что за «но» ещё?

Первый убийца

                                         Всё же князь!

 

Второй убийца

А мне что князь -

Что харкнуть в грязь.

 

Ярополк

Всё то, что нас разделило, когда это началось?

Кто нам сказал, что братьям нужно всё делать врозь?

 

Никто не сказал. Мы сами выбрали этот путь.

Ступить на него оказалось легко – тяжело свернуть.

 

Отроки! Мы мечтали свершить много славных дел,

Но каждый хотел быть первым, вторым никто не хотел.

 

Отец свою власть нам передал на острие копья,

Словно мясо зверёнышам, а не хлеб сыновьям.

 

Власть эта пахла кровью. И мы вцепились в неё

И рвали её на части.  И каждый твердил: «Моё!».

 

«Моё!» А про слово «наше» не вспомнил никто из нас.

Ждала Русь единства нашего, но так и не дождалась.

 

Отец был один. Нас трое. Но мы не втрое сильней,

А втрое слабей оказались в гордыне слепой своей.

 

Послы речь ведут учтиво, но мне в глаза не глядят.

С запада, иль с востока стервятники налетят?

 

Откуда придёт расплата за то, что ослабла Русь?

Поймёт ли меня Владимир, когда пред ним преклонюсь?

 

Терем шагами меряя, тщетно я сон зову.

Глаза закрываю – вижу в венце золотом сову.

 

«Совы, - она сказала. – Совы во рву сидят».

Сон мой сова схватила, сжала в кривых когтях.

 

И жизнь мою тоже намертво сжала в когтях сова.

Не вырваться из когтей мне. Не выбраться изо рва.

 

Владимир отдаёт приказы Добрыне

 

Владимир

Отправишься в Новгород: там мне нужен

Хитрый, как лис, и лютый, как волк,

Посадник… Но прежде развей досужие

Слухи о том, что жив Ярополк.

 

Добрыня

Мертвее мёртвого. Ты сам мог бы

Увидеть его охладелый труп.

 

Владимир

Не княжье дело глазеть на мёртвых.

 

Добрыня

Тогда поверь, что тебе не лгу.

 

Владимир

Молча он умер?

 

Добрыня

                              Нет, не смолчал - но

Выдумкой был не слишком богат.

Пока рубили его мечами,

Одно лишь слово твердил он: «Брат!»

 

Владимир

Вымолить милость мою пытался,

Видно, да только пытался зря.

В прошлом обычай дурной остался,

Когда под каждым кустом – князья,

И все – великие. Только Киев

Теперь великим будет вовек!

Здесь соберу богатства такие,

Каких не видывал человек

Ещё ни один. Дружину усилю,

Чтобы моя простиралась длань

До Лукоморья…

 

Добрыня

                                Варяги просили

Плату, а нынче уже про дань

Речь завели.

 

Владимир

                         Вот подлые тати!

Привыкли порядки свои наводить

Везде! Придётся тебе сказать им –

Я вдвое больше готов заплатить,

Чем обещал.

 

Добрыня

                          А на самом деле?

 

Владимир

Скоро измыслю я что-нибудь.

Мне изрядно уж надоели

Их спесь и буйство. Пора вздохнуть

Спокойно Киеву. Пусть все знают:

Силён властитель, и он – один.

 

Добрыня

Как солнце в небе!

 

Владимир

                                   Пусть почитают

Меня по достоинству. Воздадим

Мы по достоинству и кумирам.

Поставлю побольше в Киеве их.

Волхвы им вымажут губы жиром

И кровью. А чтоб подольше не стих

Гул восхищенья – Перуна покрою

Златом, иль серебром!

 

Добрыня

                                          Всего?

 

Владимир

Пока красуется пусть с главою

Украшенной – так я почту его.

Сделать это будет несложно,

А всё ж приятней дружине молить

Перуна с главой серебряной.

 

Добрыня

                                                    Можно

И Мокоши что-нибудь посеребрить.

 

Владимир

А-ха-ха-ха! Не худо б, не худо

Деву Мокошь увидеть такой!..

Да, и ещё: пусть удавят Блуда.

Не место предателю рядом со мной.

 

Варяжко в степи

 

Вот, Буян, мы и в Диком Поле.

Не горячись, не грызи удила!

Можно теперь не бояться погони,

Да и вряд ли погоня за нами была.

Киев сейчас – самобранная скатерть,

Там пир не день и не два пойдёт.

Нет у Владимира больше братьев,

И брат Владимира не убьёт.

Но, чаю я, сыновья родятся

С отцовским нравом наверняка.

Снова князю придётся бояться,

Чтоб меч не взяла родная рука.

Пропадите вы пропадом с вашей злобой,

С вашей волчьей грызнёй за власть!

Подальше, подальше от вас – так, чтобы

Дорога лентой вилась и вилась.

Хоть в лес к лешакам, хоть в пасть к печенегам,

Хоть к песьеглавым на край земли!

Зима придёт – и засыплет снегом

Следы мои и раны мои.

Смотри, Буян, как воздух струится,

Нагретый солнцем, над морем трав!

Нет у степей никакой границы,

Нет у князей никаких здесь прав.

Воля, Буян, понимаешь – воля!

Как мёд хмельной можно воздух пить.

Лучше сгинуть здесь, в чистом поле,

Чем в душных хоромах заживо гнить.

Есть лук – дичина будет на ужин.

В степном ручье омою чело.

К седлу приторочено то, что нужно,

И больше не нужно мне ничего.

Домом станет Дикое Поле…

Я закричал бы, голос сорвав,

Если б молчать не поклялся. Воля -

          Это молчание в волнах трав…

 

Много лет спустя

 

…Как далеко в осенней тишине

несутся звуки! Словно не в пространстве –

во времени… Чем вечера темней,

тем жизнь и смерть в извечном постоянстве

яснее предстают. И слово «меч»

услышим мы в негромком разговоре

про появленье установок «Смерч»

в краю, где воцарились рознь и горе.

И снова весть к нам горькая придёт

о том, что Полю Дикому на радость

на брата брат славянский восстаёт:

опять князья не поделили малость

какую-то… Осина на ветру

взметнётся, словно красный плащ пред строем,

и снег густой повалит поутру

и скроет всё – и ничего не скроет.

Обнажено движение планет,

нет тайны в сочлененьях микромира.

Зачем же людям нужен ты, поэт?

Затем, что, взяв вина и хлеба с сыром,

ты сядешь на закате у Оки,

иль у Днепра, иль овручской Желони,

и отразятся в зеркале реки

сквозь жизнь и смерть несущиеся кони.

Никто не видит их – но видишь ты,

поэт, братоубийства ненавистник.

О вечном мире все твои мечты,

О вечных войнах сумрачные мысли.

Зима всё ближе… Лебеди летят

Над Поонежьем, Ладогой, Полесьем,

И в голосах их отзвук слова «брат»

Чуть уловим в осеннем поднебесье.

 

8 августа 2015 – 8 ноября 2016

Валерий Чубар


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"