На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Литературная страница - Библиотека  

Версия для печати

Василий – Павка – Анатоль…

К 80-летию Василия Ланового

Народный артист СССР Василий Лановой в день своего рождения 16 января выйдет на сцену родного Театра имени Вахтангова, где он неизменно трудится с 1957 года (!), чтобы вдохновенно сыграть в спектакле «Посвящение Еве» роль знаменитого писателя Абеля Знорко, уединившегося  на острове в норвежском море, но волею судьбы снова вспоминающего любовь, освятившую полученные письма и всю его жизнь. Этому спектаклю четверть века, но всё так же хорош и убедителен на подмостках главный герой.

Мы хорошо знаем, как трагически складывались судьбы знаменитых творцов на переломе эпох – и артистов, и писателей, как исчезали они не просто с экранов и сцен, с книжных прилавков в стихии безумного рынка, а просто ломались творчески и граждански, уходили в полосу забвения. Василий Семенович Лановой оставался всегда на свету и на коне. Кстати, таким мы его увидели в долгие и праздные новогодние дни: в уходящие часы старого года Президент России Владимир Путин вручил в Екатерининском зале Кремля государственные награды выдающимся деятелям культуры и науки, военным и космонавтам, спортсменам и работникам сельского хозяйства. Лауреат Ленинской премии Василий Лановой был награжден орденом Александра Невского за заслуги в развитии отечественного театрального и киноискусства.

А после всё более бездарных поп-шоу и «огоньков» на экранах пошла новая версия «Трех мушкетеров», где роль кардинала Ришелье, иногда скачущего в седле, блистательно сыграл Лановой. Премьера многосерийного фильма Сергея Жигунова не вызвала особого желания смотреть его еще на рекламной стадии, когда появлялся вялый и инфантильный д’Артаньян, а в анонсе можно было услышать реплику короля, обращенную к русопятой королеве: «Что-то не вижу на вас Подвесков». Господи, столько фамилий ваятелей в титрах, а не мог никто расслышать! Но главный вопрос: если не знаете грамматики, почему не спросили у Василия Ланового? Ведь он почти тридцать лет работает на кафедре сценической речи в Театральном училище имени Щукина. Сначала преподавателем, а затем профессором и заведующим этой кафедрой.

Особо подчеркиваю сей факт, потому что образцовый московский выговор давался ему непросто: в театре уже известному киноактеру (фильм «Аттестат зрелости» сделал его первым красавцем страны) лет пять не давали ничего играть, потому что у него был украинский акцент. Ведь крестьянская семья Лановых переехала в Москву из села в Одесской области из-за голода в 1931 году, и мама Агафья Ивановна разговаривала с Васей только на украинском языке. Он пришел расстроенный из театра и говорит: «Мама, дуже вас прошу, размовляйте со мной на русской мове, бо вже мне в театре каждая собака кажет, что у вас из каждой юрки вылетает украинска мова». Она подумала немного и сказала: «Нехай привыкают». Вот так она сохранила актеру второй родной язык, он сейчас им пользуется, когда приезжает на Украину (так и говорит «на» – по-шевченковски) и читает там вдохновенно строки Кобзаря. Совсем недавно был в Черкассах, но многое из того, что творится на своей прародине, да и на москальской родине, не принимает.

В 1983 году актер, который после школы поступил на факультет журналистики МГУ, но всё-таки ушел в театральный, написал книгу «Счастливые встречи», а в 2004 году – книгу «Летят за днями дни» (издательство «Алгоритм»), переиздав ее к 75-летию. И вот о чем рассуждает он с высоты прожитых лет и 150 ролей (и каких!), сыгранных в театре и в кино: «Перелистывая страницы своей первой книги, я как-то вдруг неожиданно для себя самого обнаружил, что прошло двадцать пять лет после ее выхода. Тогда я отмечал пятидесятилетний юбилей, и это казалось много. Сейчас страшно подумать – семьдесят пять. Два с половиной десятилетия, а – другое время, другая жизнь, иные духовные ценности исповедуют идеологи нового устройства общества, – другая страна.

Что такое двадцать пять лет в масштабах истории – миг. А для жизни моего поколения – уже другая эпоха. То, что при нормальном течении событий может совершаться столетиями, у нас произошло в несоизмеримо короткое время. На наших глазах и в какой-то степени при нашем участии… Да, при нашем участии или же молчаливом согласии в моей стране произошел еще один переворот. И, к великому сожалению, опять с кровью, насилием, разбитыми человеческими судьбами, разгулом коррупции, воровства в масштабах, каких не знала страна, да, пожалуй, и мир, обнищанием подавляющей части населения, искусственным разъединением целых народов. Я сам по национальности украинец, родился и живу в Москве. Корни и здесь, и там, как и родные в России и на Украине. Как прикажете себя ощущать в этой жизни сегодня, при этом искусственном возведении границ и между кем? Братьями по крови, испокон веков жившими рядом, перемешавшимися родственными связями, кровными отношениями.

То же самое могу сказать и о моей жене Ирине Петровне Купченко. В самом начале перестройки у нас с ней бывали целые политические баталии. Тогда я очень скоро понял, куда клонят новоиспеченные демократы, решившие поделить огромную страну на отдельные «княжества», а она думала, что красивые лозунги о капиталистическом процветании – это правда. Только когда Ирина, как и я, лишилась своей родины и превратилась на Украине в иностранку, тут-то и поняла, что ее жестоко обманули, как обманули весь народ, не спросив у него, как он желает жить, в какой стране – вместе или раздельно.

Я ненавижу любой национализм, как российский, так и украинский. Поэтому, когда почувствовал на съемках фильма «Богдан Хмельницкий» в Киеве, куда меня приглашали на главную роль, что могу стать проводником украинского национализма, – немедленно отказался от съемок. Как же я мог после этого фильма, где русские выглядят варварами, завоевателями, людям в глаза смотреть? Ведь с художника многое спросится. И об этом нам, артистам, забывать нельзя. Как, впрочем, политикам тоже. С них тоже спросится. Им бы тоже об этом не мешало подумать…».

Согласитесь, как злободневно на фоне всех майданов звучит эта развернутая цитата, которую я не хотел пересказывать, теряя авторскую интонацию. Провидение судьбы еще и в том, что именно на съемках давнего фильма про Богдана Хмельницкого – героя и нынешнего января (360 лет Переяславской рады, ненавидимой националистами) и был замечен актер в павильоне создателями фильма «Как закалялась сталь». Режиссеры Александр Алов и Владимир Наумов намеревались снимать в главной роли Георгия Юматова – актер успешно прошел пробы, но его Корчагин был слишком простоватым парнем, который ввергается в революцию легко и бесшабашно. А режиссерам чего-то не хватало, они вспоминали слова французского писателя Андре Жида, который, пообщавшись с Николаем Островским, сказал: «Павел Корчагин – коммунистический Иисус Христос». Вот режиссеры и мечтали передать драму человека, принесшего себя в жертву общему делу – преобразованию затхлого мира. Однажды они заглянули в соседний павильон, где 21-летний Василий Лановой снимался в фильме «Триста лет тому…» о Богдане Хмельницком и Раде. Понаблюдав за молодым актером, предложили ему попробоваться на роль Павки и приняли окончательное решение – он! Так ворвался в сердца зрителей образ скачущего в будущее Павки. Где же прервался сегодня его галоп, так что даже копыт и шелеста знамен не слышно?

Недаром еще в предисловии книги 1983 года, когда не было модно всем узнаваемым персонам поголовно писать книги, Сергей Бондарчук сказал: «Очень трогает его рассказ о создании образа Павки Корчагина. Он привлекает размышлениями о судьбе поколений, о связи времен, которая так необычно прошла через его жизнь. Мальчишкой в оккупированном фашистами селе, в холодном классе, он впервые знакомится с романом Н. Островского «Как закалялась сталь». Учителя, который им его читал, могли за это расстрелять. Но он пошел на риск. А затем, став уже ровесником Павки Корчагина, Василий будет его играть в фильме».

Да, под немецким сапогом узнал Василий про Павку. Ведь он родился 16 января 1934 года в Москве, но войну встретил 7-летним мальчишкой на Украине, куда был отправлен к родителям отца с двумя сестрами 21 июня. На станцию Абамелково, что в четырех километрах от деревни Стрымба, они приехали рано утром 23 июня. Встречал их дедушка, и едва они сошли с поезда, первый сказал, что началась война… Мать с отцом должны были приехать к ним через неделю, но война разлучила их почти на три года страшной оккупации, когда ни родители, ни дети ничего не знали друг о друге.

В деревне Стрымба остановилось фашистское подразделение. Немец, который жил в доме Лановых, умилился и подарил Василию свой ремень, который чуть не стоил ему жизни. Другой немец подъехал к току и, увидев форменный ремень на мальчишке, приказал подойти, а потом показал: отдавай! «Не дам, мой ремень», – запротестовал Василий. Тогда фашист снял автомат и над самой головой мальчика дал очередь по дуге. Пули просвистели у самого уха, бабушка сразу упала в обморок, а дед застыл в оцепенении. После этого побелевший Василий молча снял ремень и протянул его немцу. Внешне все это он перенес спокойно, но долго еще продолжал заикаться и после с большим трудом избавился от недуга. Вот еще какой неизгладимый след могла бы оставить война в судьбе этого выдающегося мастера художественного слова.

Фильм «Павел Корчагин» сделал Василия Ланового невероятно популярным. Потом, работая над фильмом «Офицеры», Лановой подружился с отставленным из-за него Юматовым, который сыграл Алексея Трофимова. Георгий забыл старые обиды и больше не переживал, что Лановой «увел» у него роль Павки Корчагина. Актеры дружили много лет, хотя во многом их взгляды на творчество не совпадали. Например, когда Лановой приглашал Юматова на спектакли, тот отвечал отказом: «Я не люблю театр. Люблю только кино, а эти ваши театральные условности не для меня...»

Фильм «Офицеры» стал культовым или знаковым, пользуясь сегодняшними определениями. Сам Лановой невероятный успех фильма объяснял примерно так: «Популярность «Офицеров» мистическая, наверное, режиссерская. Это не самый высокий литературный материал, но как-то всё в фильме сложилось. Сам для себя долго анализировал причины его популярности. Логически объяснить трудно. У зрителя вызывается ассоциативный ряд – у каждого свой. У кого-то это эхо войны, у кого-то старая любовь, у кого-то любимые песни. После фильма люди подходили ко мне и говорили: «Благодаря вашей роли я стал офицером»… Хочу добавить к раздумьям актера – это излюбленный жанр русского, советского зрителя – семейная эпопея, переплетение биографий на фоне общенародных свершений и трагедий, ну, а к режиссерским удачам добавлю: отличный выбор актеров, начиная с суворовца Вани. Именно этому ансамблю и был поставлен недавно памятник на Фрунзенской набережной, у величественного здания штаба, возле которого высокопоставленный герой Ланового срывает, как мальчишка, скромные цветы на клумбе.

А что касается фразы: «Из-за вашего фильма я стал офицером» – сам услышал ее зимой 2000 года, когда мы проводили выездной (вылетной) пленум Союза писателей России в воюющей Чечне. Мы вместе с актером и телеоператором «Русского Дома» полетели на вертолете в разрушенный Гудермес. Впечатался в мою память символ той жестокой, немыслимой в прошлой державе войны: искореженное колесо обозрения над городом в парке без культуры и отдыха. Василий Семенович читал стихи нашим солдатикам, я снимал интервью с местной учительницей, страдающей за детишек и ненавидящей боевиков, а потом пошел с гитарой в клуб. И услышал у крыльца, что саперы обезвредили взрывное устройство, прикрепленное к грузовику возле нашей машины. Так что нас там ждали… А потом, на встрече в Моздоке, генерал Виктор Казанцев – Герой России, командующий Объединенной группировкой федеральных сил на Северном Кавказе при сохранении должности командующего Северо-Кавказским военным округом – повторил эту сакраментальную фразу: «Если бы не фильм «Офицеры»…»

Не забуду встречу на Клязьме, на Фатьяновском празднике в 2006 году, когда мы отмечали на Солнечной поляночке Вязников 70-летие Николая Рубцова. Василий Лановой, приехавший как самый звездный гость, читал не стихи из обширного и проверенного репертуара, а проникновенные строки самого Фатьянова, пусть и заглядывая в текст. Но меня поразило со сцены, насколько он окунулся в атмосферу праздника, как слушал в первом ряду замечательно. Талантливо, можно сказать, слушал! Мыслящий, всё принимающий к сердцу актер – какая это редкость сегодня…

Накануне рокового дня дуэли Пушкина, которая прошла 8 февраля 1837 года на Чёрной речке, мы в Союзе писателей России провели к 175-летию гибели светлого гения торжественное открытие не бюста великого поэта, а гармоничной скульптуры в полный рост, с книгой в откинутой руке. Автор памятника – Николай Кузьмин-Муромский, который совместно с нашим Союзом открыл авторские памятники Пушкину во многих странах мира. И Василий Семенович вдохновенно прочитал строки из «Андрея Шенье»:

Я скоро весь умру. Но, тень мою любя,

Храните рукопись, о други, для себя!

Когда гроза пройдет, толпою суеверной

Сбирайтесь иногда читать

            мой свиток верный,

И, долго слушая, скажите: это он…

Гроза над Россией не прошла, а может, только еще снова собирается, но мы продолжаем читать верный, то есть необманный, свиток Пушкина и платить ему взаимной любовью, опираться на его твердую уверенность патриота-государственника. Накануне юбилея Лановой, играющий три спектакля-бенефиса, особенно не общается с журналистами, но несколько интервью по поводу выхода «Трех мушкетеров» дал и снова излучал эту пушкинскую уверенность.

Кстати, в то время, когда в Париже происходили описанные Александром Дюма события, кардиналу Ришелье было не более 40 лет. Но Василия Семеновича этот факт не смущает: «Да какое значение тут может иметь возраст! – ответил он. – Важно, что кардинал Ришелье – фигура мощная. Я всегда любил «Трех мушкетеров» – замечательный роман! По-моему, нет на земле человека, который не любовался бы этой историей и ее героями. Ведь обучение великому принципу «Один за всех и все за одного!» начинается именно с этой книги». Однако актер признался, что предложение Жигунова стало для него неожиданностью: «В свое время я хотел сыграть д’Артаньяна, но об этом уже точно поздно мечтать». О жаль, что не сыграл, он, по-моему, и в свои 80 переплюнул бы по темпераменту своих более молодых, но вялых коллег! Почему? Из-за внутреннего горения и стержня. Журналистка говорит: «Василий Семенович, ваш кардинал – персонаж не то что неоднозначный, а склизкий даже, вечно плетет интриги...»

Он отвечает: «Послушайте, что говорят о Сталине или Иване Грозном, о других правителях, для которых интересы государства первоочередные. Держава для лучших людей страны всегда была самой главной заботой. И мой ваше высокопреосвященство из таких, из государственников. Для него главное – величие страны. Мне кажется, если бы Ришелье жил в XX веке, то был бы, как Сталин. Держал бы страну вот так (сжимает кулак)! Государственник должен быть у руля!

– То есть, по-вашему, цель оправдывает средства?

– Абсолютно! Руководители-державники понимают: если распустить либеральные течения, дать полную и иногда бессмысленную свободу, то всё распадется. Это в Люксембурге можно быть очень демократичным или в Швеции. В любой стране вот такусенькой величины (показывает крохотный кружок). А если это Россия, трудно себе представить, что станется, если немножко отпустить вожжи! Через два дня государства не будет! Негативное отношение к диктаторам, говорите? Это у кого?! У тех, кто хотел бы полную расхлябанную свободу?! Именно с ней Иван Грозный боролся своей железной рукой. Иначе бояре растащили бы страну (и растаскивали!). Вон главный враг Курбский либеральничал (очень иронично). Желал свободы, вольности! Ну и чем кончилось? Уехал, удрал на Запад! Так что я за сильную государственную руку. Иначе... Столько ртов открывалось на Россию за ее историю! Если правителю не быть жестким, сильным, то сожрут страну в два счета! А как только напускают сопли наши либералы, всё, привет!.. Я дитя войны, и меня уже трудно переубедить в обратном.

Для нас держава важнее частных успехов. Мое поколение военное. Помните, как у Карамзина? «Дети войны быстрее взрослеют и быстрее различают ложь и истину». И в годы войны, и позже главной заботой людей было поднять страну. Поэтому очень быстро восстанавливались многие производственные сферы, продовольственные карточки уже через два года отменили. А в Европе, кстати, еще долго по ним отоваривались. В 1957-м у нас уже паритет с Америкой по оружию был. Невиданно, фантастика – после того как страна была разрушена до руин!.. А всё потому, что люди тогда были государственники. Патриоты. А демократия ваша...

Да, сегодня не то что многим журналистам, а даже и обласканным государством деятелям культуры не понять этой фразы: «Держава важнее частных успехов». Потому Лановой, создавший яркие образы и офицеров, и сыщиков («Огарёва, 6», и аристократов (Вронский в «Анне Карениной» или Анатоль Курагин в «Войне и мире»), и романтических влюбленных («Алые паруса»), даже в близких по тематике многосерийных телефильмах из-за денег и популярности не снимается. У него и так есть общенародная любовь и уважение как к не разменявшему по дешевке свой дар мастеру. Председатель Пушкинского комитета Владимир Костров посвятил соратнику, другу – спутнику по высокой стезе служения Поэзии точные строки:

Вас любить – не надобно усилий,

Есть другой предмет для разговора:

Для меня, признаться, друг Василий,

Вы – театр из одного актера.

Вы без театрального геройства

В наше время острое, как сабля,

Сохранили золотое свойство –

Выпадать из общего ансамбля…

Василий Лановой, несмотря на бесчисленные награды и премии, в этой перетасовке-тусовке не участвует и гордо несет со своим чеканным профилем и проникновенным голосом звание народного актера.  

Александр Бобров, секретарь Союза писателей России


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"