На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Литературная страница - Критика  

Версия для печати

Поговорим о странностяx любви

О новой книге Владимира Сутырина

 «О Бальзаке сказано всё!» – заявил его биограф А. Моруа   пятьдесят лет назад. Он ошибся. О Бальзаке не перестанут говорить никогда…

Екатеринбургский писатель Владимир Сутырин написал книгу  «БАЛЬЗАК. Русские дюймы шагреневой кожи». Эскизно, энергичными штрихами набрасывается им портрет «еще одного», «своего Бальзака».Чтобы  взяться за такой труд, нужен запас творческой дерзости. Какие козыри на руках у современного русского писателя?

Козыри есть: великий француз провел в России в общей сложности два года – здесь жила его любимая Эвелина. Из-за неё в одном только провинциальном Житомире Бальзак побывал аж три раза!

«Он свернул на Большую Бердичевскую  и, следуя по ней до конца, в районе нынешней улицы, носящей его имя, переехал вброд реку Тетерев, – пишет автор. – Спустя  162 года, так же в сентябре, я отправился той же дорогой…»

Паломничество по следам французского гения состоялось «на дребезжащем, но добротном микроавтобусе, за окном которого замелькало одно сплошное село. Надписи слились воедино: Скоморохипескимлынищи… Потом указатели исчезли. Видимо, местные и так знают, а чужие  тут «не йиздять». Но, перефразируя известное изречение, для Бальзака все дороги вели в Верховню.

Верховня  (ударение на последнем слоге,  подсказывает автор) – поместье  в Сквирском уезде Киевской губернии. Въезжая в него в 1847-м году, Бальзак увидел «некое подобие Лувра, озолоченное солнечным закатом», место обитания его возлюбленной. Позади  долгий путь через всю Европу и восемнадцать лет ожидания этой встречи…

Авторский тон в отношении главного героя выбран безупречно.В. Сутыринсловно бы вручает читателям особый бинокль, чтобы они увидели Бальзака «в приближении». Легендарная фигура возникает как реальная. Невероятный трудяга, достигший литературного Олимпа (а в жизни форменный неудачник – «ни в депутаты, ни в Академию не попал»), амбициозный соискатель, он в качестве потенциальной невесты видел только умную красавицу, богатую аристократку, которой он мог предложить, кроме своей гениальности, разве что сто  тысяч франков долга… Нои, разумеется, свои чувства!

Любовь к Бальзаку и любовь Бальзака переплелись в книге В. Сутырина. Исследователь он зоркий и дотошный. Когда в приливе профессионально   й гордости автор восклицает: «Никто нигде об этом ранее не упоминал», – ему веришь безусловно. Многостраничные изыскания В. Сутырина о польских дворянах Ржевуских,  а потом о Ганских, достойны уважения. Правда, называя род Ржевуских «исключительным», он, на мой взгляд,  всё-таки преувеличивает. Род как род – бывали и более исключительные… Ноавторское преувеличение оправдывается уважительным, прямо рыцарственным отношением к главной героине  этого повествования, её корням, её среде.

            Так на сцену выступает Эвелина Констанция  Ганская, урожденная графиня Ржевуская, во втором браке де Бальзак. Идеал. Сбывшаяся мечта французского романиста. Апофеоз: «Бальзак венчался в Бердичеве» – вспомним   Чехова. У апофеоза,однако,горький привкус: венчаются два немолодых человека, оба с одышкой. Жениху осталось жить меньше года. Истаивает последний  клочок шагреневой кожи – неизбежная плата за сбывшееся желание…

             Мотив шагреневой кожи проходит через всю книгу. Цитаты из бальзаковского шедевра образуют важную ось повествования. Они – пунктир для догадок и озарений, которых автору посчастливилось сделать немало.

Что хотелось бы отметить особо – живой, непринужденный язык и общий стиль, приближенный к разговорному. Он необычен и воспринимается как намеренный бросок из 19-го века в 21-й, навстречу современному читателю.

Ох уж этот читатель…

Мы попали в странную историческую полосу малочтения. Бальзак совершил свой подвиг, сотворив на века многотомную  эпопею.  А в наши дни прочесть её считается почти что подвигом. Между тем читателя, каков он ни есть, надо любить. Делать шаг ему навстречу. Каким образом – каждый писатель решает по-своему. В.Сутырин выстраивает книгу как раскованную беседу. Он написал исследование, но избавил его от скучной наукообразности.К примеру, он намеренно осовременивает  старинные термины и понятия. Дюка Решилье, Ланжерона  и де Рибаса зовет топ-чиновниками. Поместье Ганских измеряет не в десятинах, а в га. Графского отпрыска непочтительно называет графёнком. А о первых письмах Эвелины к Бальзаку говорит категорически: «По-моему, это флирт».

На пути столь резкого сближения с читателем неминуемы огрехи. Увлечение разговорной  интонацией порой граничит со стилистической небрежностью. Тем не менее, налицо случай, когда недостатки стали продолжением достоинств. Которых гораздо, гораздо больше. Они и придают книге «необщее выражение лица».

Всё повествование, помимо восхитительных  врезок на чистом украинском языке, пересыпано еще разными забавными словечками, очень к месту. Местные крестьяне любовно именуются так: «мирные гречкосеи».Симпатичную научную сотрудницу музея автор от души называет «честной сельской женщиной, влюбленной в Бальзака». И вообще ничто так не красит произведение, как темперамент и искренность  автора.

Если же говорить о самом путешествии его в сторону Бальзака, то оно закончилось прекрасным  аккордом – возникновением перед  глазами путешественника верховенского дворца – точь-в-точь, как и перед глазами самого Бальзака! «Можно же что-то сохранить  вопреки историческим  бурям!» – восклицает современный писатель. В товремя как побывав в Париже, российский почитатель французского гениянаверняка огорчится: просто-напросто избушка  «с убогой, без преувеличения, обстановкой» – и  это их национальный музей Бальзака!.. А у нас – дворец, в прекрасной сохранности. То есть, конечно, нынче не совсем у нас – у соседей, на незалежной Украине. Но всё равно – дворец. Памятник великому писателю и его «великой драме сердца» – его любви, которая  волнует при каждом новом к ней приближении.

 

* Владимир Сутырин. Бальзак. Русские дюймы Шагреневой кожи. – Москва – Екатеринбург: Кабинетный ученый, 2019.

Надежда Плаксун


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"