На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Интервью  
Версия для печати

Жизни чистый смысл…

Поэтический разговор

Имя выдающегося поэта Владимира Кострова давно известно читателям. Профессор Литературного института им. А.М.Горького, председатель Международного Пушкинского комитета, он живёт и работает сегодня, отражая российскую действительность в слове, не боящемся правды века сего. Снова и снова с нравственной отвагой он следует заветам классиков, «чтоб   жизни чистый смысл отпарить в чёрной бане» и «светлый храм увидеть впереди».

Владимир Костров со вниманием и трепетом относится к русскому слову, в каждой из его многочисленных книг вы найдёте и близкое сердцу простодушие скитальца, и глубокую мысль учёного, и дерзкую любовь поэта.

Многие известные композиторы написали песни на его стихи. Он является лауреатом ряда Литературных премий. А совсем недавно Владимир Костров удостоился звания лауреата премии Правительства России за значительные достижения в области культуры.

Член-корреспондент РАН Н.Н.Скатов, говоря о «конструктивном» поэтическом принципе, который с наибольшей полнотой воплотил Пушкин, совершенно однозначно высказывается о поэзии Владимира Кострова: «Само пушкинское творчество есть некий плод общенационального коллективного усилия. Именно такой традиции — быть «эхом русского народа» — наследует поэзия Кострова. Поэтому же она, как правило, избавляет себя от того, что можно было бы назвать поэтическим экспериментаторством: это вступило бы в противоречие с самой сутью костровской поэзии».

Его стихи объясняют смысл движений души, подобно тому, как ясно и точно передают известняки следы древних существ. Отрадно, что эти «слепки», сгустки духовной энергии можно читать и перечитывать, находя в слове, в «чистом-чистом русском звуке» новые силы для будущей жизни, для горького и радостного познания мира.

Отвечая на вопросы, Владимир Костров поделился своими размышлениями о сути происходящего со всеми нами и о судьбе русской поэзии в новом столетии.

 

— Вот уже полвека ваше имя широко известно в нашей стране. А для людей моего поколения вы были наставником в поэтическом деле. Как вы сегодня определяете место поэта в жизни? Изменилось ли что-либо за последние годы в вашем мироощущении как человека и поэта?

— В последние годы сама форма жизни стала иной, изменившись не в лучшую сторону. Уходят многие вещи, которые казались нам само собой разумеющимися. Тогда как на первый план выдвигаются такие понятия, которые были всегда для нас неприемлемыми.

Наша задача — сохранить и передать дух русской литературы, восходящий к нам от девятнадцатого столетия, через век двадцатый, через советскую поэзию.

Значение поэта в наши дни, думаю, не менее важно, чем в годы расцвета интереса к рифмованному слову. Ведь поэтическое мироощущение, поэзия как таковая — это один из способов переориентировать общество. Всё-таки не деньги движут человечеством, хотя они, конечно, важная часть жизни, но не главная. Есть вещи, которые важнее, чем чисто материальные и технические приобретения. Вот это, собственно, и есть завет наших классиков.

Я считаю, что большие беды грозят стране, если государство не пересмотрит некоторые постулаты, предъявленные в годы перестройки.

— Вот вы говорите о заветах классиков. Пушкин, конечно, всегда остаётся с нами. А что происходит с другими величинами девятнадцатого века. Взять, к примеру, Н.А.Некрасова — сегодня это почти забытый поэт. Даже его «Деда Мазая» убрали из школьной программы…

— Некрасов, действительно, очень большой поэт. Он был подлинным демократом, так как писал на языке народном и для народа.

  Я думаю, что из школьной программы его произведения убирают люди, которым мешают те идеи, что лежат в основе его творчества. Некрасов никогда не проповедовал обогащение, наоборот, он постоянно призывал к самоотречению во имя Отечества, во имя народа, вообще, во имя человечества. Как раз об этих принципах некоторые сегодня хотят умолчать, отодвинуть с поля зрения читателя. Может быть, им легче таким образом выдвинуть на первый план себя. Но у них ничего не выйдет, т.к. великое творчество всегда связано с великими идеями. Одна из таких идей — народность.

— И ваши стихи наполнены такой народной красотой.

— Это ведь главное качество русской литературы — внимание к человеку труда. Стремление, чтобы этот человек понял поэта. Не «кудреватые мудрейки» нужны, а прямой разговор с народом о главных ценностях жизни.

Великим пророчеством Пушкина я считаю его «Сказку о Золотом петушке». Свободу человека, безопасность его, духовную жизнь нельзя купить. Ведь Золотой петушок так и клюнул царя, в конце концов. Это предостережение на века.

— В своё время Я.Смеляков, сопроводивший предисловием первую большую подборку ваших стихов в журнале «Юность», обратил внимание на сочетание в них лирического и аналитического начал. Быть может, действительно, открытия в поэзии происходят на таком стыке «лирики» и «физики»? Да и в науке на вашем счету есть изобретения. Например, получившая широкое применение сегодня поляризационная плёнка…

— По образованию, я инженер-химик. Наука мне не чужда. В 58-ом году мне удалось синтезировать новый ряд веществ — дитретично-алкилметаны с тремя четвертичными атомами углерода.

Наука и искусство переплетены очень органично: для того, чтобы литература осталась в памяти народа мы создаём художественный образ, который отвечает чаяниям человека, связанным с его конкретной жизнью. Учёный же, для того, чтобы понять процесс, прибегает к художественным метафорам. В сущности, большие теории — это большие метафоры, которые потом могут корректироваться. Ведь если вы не можете чего-то объяснить, то этого открытия как бы и не существует. Метафора должна отвечать действительности. Поэтическая действительность проверяется во мнении народа. Научная действительность проверяется в практической деятельности.

Известно, что Пушкин был учёным, членом общества русской словесности, академиком. Его исторические работы по своему значению — дай Бог, многим знатокам истории.

Поэтическое открытие — это нечто, что вскрывает некоторые положения, некоторые отношения между людьми, некоторые отношения в природе. Основа у науки и искусства примерно одна и та же. Атомы Бора — ведь это красивая метафора. Но как она проясняет суть явления!

— Когда-то вы, мальчик из далёкой провинции, из крестьянской семьи, поступили в МГУ без всякой протекции. Сейчас это кажется почти сказкой. Вы не жалеете, что не оказались тогда в Литературном институте, например?

— Нисколько не жалею. Полученные знания и опыт всегда помогают мне в осмыслении того, зачем я пишу, для кого я пишу.

— Владимир Андреевич, вам, выросшему на русском поле, с детства знакомому с нашей «розой ветров», конечно, много приходилось размышлять о непростых судьбах крестьян, что отразилось во многих ваших стихах. Проходят годы, десятилетия, а мы о сельских жителях всегда говорим с грустью. Огромное пространство России пустеет или заселяется пришлыми людьми. Что делать?

— Не могу сказать точно. Знаю одно — надо не отступаться. В масштабах страны создавать условия, чтобы люди могли жить в деревне. Придётся заново осваивать наши территории.

Большинство великих писателей и художников в детском возрасте могли созерцать природу. И Пушкин — не городской мальчишка. Он наблюдал закат, любовался восходом… В природе огромный эстетический и этический заряд. Уход в бетонный город страшен для человека. Природа на несколько порядков   разнообразнее и поучительнее, чем городские конструкции. То, что построено нами — «вторая природа» — часто некачественно, примитивно, машиноподобно. Я против «глобального города», против того, чтобы человек порывал с природой.

— Вы говорите «не отступаться». Но писатель, подчас, не только не может влиять на умы политиков, но даже книгу издать не может достойным тиражом.

— Это наша боль. Нужна государственная политика поддержки художественного начала. Даже в Америке писатели закреплены за колледжами, университетами. Существуют благотворительные фонды. А ведь там, также как и в других странах запада, поэтов в нашем понимании мало. Большей частью, это маргинальные люди, полностью оторванные от общества.

Поддержка писателей — большое государственное дело. Во всех крупных монархиях поддерживали материально какую-то часть художников, писателей, музыкантов.

— У нас тоже, случается, поддерживают. Только зачастую, не ту часть…

— Согласен, что иногда на первый план выходят люди, которые запросто   эксплуатируют авторитет русской литературы. Называется «русским писателем» — а посмотришь, словарный запас у него не превышает 1000-1500 слов. Тогда как в   арсенале Пушкина было 15000, Тютчева — 6000!

Можно представить, как обедняется лексика такого «писателя». В большинстве своём он оперирует словами-терминами. И если в науке с этим ещё кое-как смириться можно, то для литературы это губительно. Русский язык — синонимический язык. Есть масса слов, которые дают живую окраску. Вместо «идёт» скажите «бредёт» — и термин обретает эпитетную окраску. Или вместо «охлаждать» я применяю «остужать». Чувствуете, какие разные оттенки.

— Ваши творческие открытия в поэзии были отмечены многими премиями. Думается, вам удалось «расщепить литературный атом». И вот в этом году вы получили Государственную премию России. Значит, всё-таки государство обратило свои взоры к народному поэту.

— Для меня это было несколько неожиданно. Может быть, и в руководстве страны оказались любители моей поэзии.

Если у меня есть дар, я не считаю его «частным делом». Дар нужно возвратить своему народу. Ему надо служить. Как говорил Франциск Ассизский — надо суметь то, что простые люди не сознают, но чувствуют, выразить во внятном слове. Порой и афористично, точно. Словно бы дать им голос. Об этом же и Пушкин высказывался.

— В одном из частных писем Пастернак писал, что не согласен наблюдать как можно «больше поэтов, хороших и разных», поэтов должно быть мало, а лучше всего — вообще один. Как вы считаете, имеют ли право на существование микроталанты?

— Они просто и не спросят нас. Существуют и всё. Крупный талант всегда является результатом серьёзной литературной волны. Создаётся некая среда, в которой и появляется гений. Ни Данте, ни Овидий, ни Гёте не были одиночками. Большая поэзия — всегда выражение серьёзных сдвигов в стране.

Вот говорят — «графоманы». Послушайте, например, музыкальные радиопередачи. Туда пишет вся Россия. Если человек сочиняет стихи, не требуя для себя каких-то суперусловий, то это только хорошо. Все дворяне когда-то писали стихи. Можно и рисовать, и музицировать. Уж это лучше, чем пить водку…

— Вы много пишете о любви, а ведь сегодня любить — это роскошь, иногда не подвластная самому богатому из богатых. Но вы утверждаете непреложно, что мы «прохрипим не проклятья — о любви разговор поведём. Мы — последние века. Мы — братья по ладони, пробитой гвоздём». И это есть тот ветер, что дует в наши паруса. Большая поэзия не терпит «маленьких любовей».

— Человек знает хорошо только то, что любит. Ведь если не любишь — не понимаешь. Творчество всегда диктуется любовью. Нельзя стать поэтом на одной публицистике.

Но и уповать на одну поэзию примитивно. Это только бикфордов шнур. Она поджигает общественное сознание и, таким образом, может совершать перемены. Сейчас я вижу очень много молодых литераторов, прилично пишущих и тонко чувствующих слово. Время постмодернистской эклектики уходит. Читатель начинает понимать, что ему нужна благородная поэзия, ищущая правды, Бога, если хотите.

— И всё же, как сберечь живое слово?

— Один из способов — писать, находить такие слова, которые рождали бы отклик в сердцах простых людей. Повернуть искусство к человеку, а не удаляться в дебри «космизма», делая миру «одолжение».

Сегодня среди серьёзных писателей много тех, кто отстаивает тезис: «Добро есть красота». А ведь нас заверяют, что и отвращение, например — тоже чувство, достойное внимания. Прочитав иной роман, весь содрогаешься от отвращения. Здесь уж не до искусства!

— Во многих литературных изданиях сегодня звучит призыв объединиться всем писательским союзам. Как вы к этому относитесь?

— Конечно, во всех союзах есть талантливые писатели. И я вижу некое объединение в форме конфедерации. Как известно, «в одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань». Поэтому, нам объединяться надо, не меняя своих идеологических установок и эстетических предпочтений. А отстаивать свои профессиональные интересы мы должны все вместе. Это уже будут заботы единого писательского профсоюза.

— Расскажите о своей работе в качестве председателя Пушкинского комитета.

— Моя главная работа была в начале этой самой «катастройки». Вот тогда много трудов стоило найти возможность финансирования и организации проведения Пушкинских праздников. Нам удалось добиться Указа о Пушкинском дне России. Приходилось очень много работать. А сейчас частично финансирует праздники министерство культуры.     

— А что намечено Пушкинским комитетом в связи с Годом русского языка?

— Чудовищно то, что в состав комитета по празднованию Года русского языка в России не включён ни один писатель! Пушкин, конечно, как никто выразил русскую идею и воплотил великие возможности русского языка. Есть сегодня некоторые надежды на поддержку нас на местах губернаторами.

— Многие ваши стихи положены на музыку. Мелодия и душа — они слиты воедино…

— Действительно, мои стихи поются. Замечательную музыку написала А.Н.Пахмутова. Её «Золотой диск» открывается песней «Мы — последние».   Написан целый ряд романсов, песни для некоторых кинофильмов. Известным композитором Романом Леденёвым созданы хоровые произведения.

В своё время мы дружили семьями с Георгием Свиридовым. Это философ русской культуры. Его книгу нам стоит читать и перечитывать в самые трудные моменты нашей жизни.

— Что вам сегодня хотелось бы сказать современному российскому писателю, поэту?

— Меня беспокоит (это трагедия), что из поэзии уходит этика, представление о справедливости отношений между людьми. Без этики, без высоких смыслов поэзия станет просто филологической игрой. Утратит свою суть.

Многое из нашей жизни ушло, мы становимся не людьми высокого закона правды, а какими-то уголовниками в обществе, где «закон-тайга». Абсолютная свобода художника представляет из себя разложение. «Разлагается» не только сам художник, но и читатель. Иногда, кажется, лучше бы этот человек не был талантлив…

  — Или не был бы абсолютно свободен?

— Возможно, и так. В природе существуют некие константы — скорость света, квант действия. Такими же константами должно быть добро и зло. Вечная борьба поэзии — борьба со злом. Бог и дьявол борются за душу человека, и кажется, последний побеждает. Но всегда проигрывает в главном. Что-то последнее у нас остаётся. Быть может, совесть… Будить совесть — задача поэзии. Поэт — «он весь — дитя добра и света». Он во все века   «милость к падшим призывал». Эти заветы классиков мы и должны передать следующим поколениям.

Беседовала Елена Сапрыкина

 

Владимир Костров


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"