На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Интервью  
Версия для печати

Защиты прав и достоинства

Беседа с воронежским писателем и адвокатом Михаилом Федоровым

Михаил ФедоровКорр.: Михаил Иванович, вы приняли участие в работе Десятого Всемирного Русского Народного Собора, который проходил с 4 по 6 апреля 2006 года в Москве. Расскажите, какое впечатление произвел на вас Собор?

М.И.: Впечатление хорошее потому, что наши сограждане способны собраться и обсудить важнейшие для нашей жизни вопросы. Если вы обратили внимание, то в числе участников Собора оказались, можно сказать, все группы нашего населения: от мирян из глубинки до столицы, от архипастырей из Оренбурга до священников из Вашингтона, от жителей Чечни до Ямала, вы могли увидеть и министра культуры Соколова, и генерального прокурора Устинова, и уполномоченного по правам человека Лукина, и писателя Валентина Распутина, и ламу из Бурятии, и муллу из Санкт-Петербурга и многих-многих других. Это впечатляюще. И темы то, рассмотренные на Соборе – от добрых людей на доброй земле до прав человека и достоинства личности. Думаю, важнейшие вопросы нашей современной жизни.  

Корр.: Михаил Иванович, вы по профессии адвокат. Видимо, у Вас было, что обсудить на Соборе?

М.И.: Конечно, я ехал на Собор с определенными вопросами. Дело в том, что в юридической практике, как думаю, и любому моему коллеге-адвокату,   часто приходится сталкиваться с защитой прав верующих. И самое удивительное, что подчас они ведут себя в понимании юриста странно. Для ясности приведу пример. В прошлом году я защищал в суде интересы семинариста, на которого напали хулиганы и пытались отобрать книги (он нес Библию - М.И.), сотовый телефон. И этот семинарист, который занимался боксом, когда его сбили, не стал защищать себя. Сжался и уже, по его словам, готовился к уходу в иной мир. Это меня поразило. И вот на Соборе мне посчастливилось обсудить это с Митрополитом Смоленским и Калининградским Кириллом.

Корр.: И что же ответил владыка?

М.И.: Он ответил однозначно, что семинарист неправ. Ему следовало защищать себя и дать отпор напавшим хулиганам.

Корр.: Удалось ли вам еще что-нибудь обсудить с митрополитом?

М.И.: Да. Хотя он и был до предела занят, он разъяснил мне и подход Церкви по другому вопросу. Дело в том, что многих верующих батюшки ориентируют к, мягко говоря, пассивной позиции в судах. Приведу пример. В том же, прошлом году я консультировал родителей одного молодого человека, который попал на скамью подсудимых. Родители его оказались людьми верующими и во всем следовали советам священников. Когда же я предложил им занять активную позицию в суде, представлять доказательства, оправдывающие подростка, характеризующие его, как личность, они предпочли молиться, ездили к старцам в монастыри и уклонились от отстаивания интересов сына в суде. И знаете, что мне на это ответил Митрополит?

Корр.: Что?

М.И.: Что эти родители не правы. Им также следовало активно вмешиваться в процесс суда и защищать интересы сына.

Корр.: На Соборе были и служители других конфессий. Удалось ли вам с ними пообщаться?

М.И.: Мне глубоко врезался в память разговор с муллой Рамилем. Эта беседа состоялась во второй день Собора 5 апреля 2006 в рамках пленарного заседания в секции «Права человека и достоинство личности. Церковно-общественный взгляд». Дело в том, что мне приходилось участвовать в уголовных делах, где я отстаивал интересы мусульман. В последнем уголовном деле на моего подзащитного-азербайджанца, двое русских пытались свалить вину в убийстве. И понадобилось много труда, чтобы и на предварительном следствии и в суде отстоять интересы азербайджанца – за убийство осудили тех, кто старался свалить вину на «мусульманина». Уверенность в правильности моей позиции в меня вселили слова муллы о единой справедливости, которая для православного, мусульманина, иудея едина. Это может показаться элементарным. Но когда знаешь, что в мечети мулла, который окармляет верующих-мусульман, учит подобному, это вселяет уверенность, что ни в коем случае нельзя становиться на безнравственные позиции.

Корр.: Конечно, вы говорите о важном. Права верующих следует защищать, а не уклоняться, уходя от мирской жизни. А как обстоит этот вопрос в части действий церковных иерархов.

М.И.: Вы затронули важнейший вопрос. В 1993 году на Пасху было совершено убийство трех монахов в Оптиной пустыни. Тогда я оказался в Оптиной на третий день после трагедии, следил за ходом расследования. Всячески уговаривал тогдашнего игумена Мелхиседека вмешаться в ход расследования. Но игумен Мелхиседек всячески убеждал, что во всем разберутся без их вмешательства. И разобрались… Во всем обвинили Аверина Николая, он был признан невменяемым и направлен на принудительное лечение.   А уже через несколько лет выпущен и теперь снова проживает в 10 километрах от пустыни, и, как мне рассказали соборяне-хоругвеносцы, торгует водкой. Ведь до сих пор многие сомневаются в его невменяемости, в том, что он не был исполнителем чьего-то заказа. Многие бы сомнения сейчас не имели бы место, если бы тогда иерархи вмешались в защиту прав монахов, а не пустили дело на самотек. Тема защиты прав верующих, как впрочем, и всех россиян, как никогда своевременна, требует осознания верующими и иерархами изменения отношения к защите прав от отрицания, отстраненности до активного отстаивания позиции. Об этом я дал пространное интервью на радио «Радонеж», которое освещало работу Собора.

Корр.: Какие еще вам памятны встречи?

М.И.: С министром культуры Соколовым. С владыкой Митрополитом Воронежским и Борисоглебским Сергием, с ламой из Бурятии…

Корр.: Думается, вы многое почерпнули на Соборе и многое почерпнули съехавшиеся на него соборяне.

М.И.: Конечно. Теперь я обязан с новыми силами включиться в борьбу   защиты прав россиян.

Корр.: Благодарим Вас.

С Михаилом Федоровым беседовал С. Кондратенко


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"