На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Информация  
Версия для печати

Фронтовые сводки

Ливия и Сирия. 5 октября 2011

Отвыкли

США заявили, что возмущены наложением вето на резолюцию Совета Безопасности ООН, призванную остановить подавление несогласных в Сирии. Ранее формулировки резолюции были смягчены в надежде избежать вето. С пояснениями наш корреспондент Ричард Рот.

РИЧАРД РОТ, старший корреспондент CNN в ООН: Дипломатические усилия, направленные на принятие первой резолюции, которая осудила бы режим Асада за нападение на собственных граждан, длились месяцами. Но все эти усилия благодаря Китаю и России закончились громким провалом.

Рукопожатие в начале заседания сказало само за себя. Посол Сирии в ООН поздравил российского представителя. Несмотря на сообщения о 2700 убитых в Сирии, Россия и Китай наложили вето на резолюцию Совбеза ООН. Еще четверо воздержались. Сторонники резолюции были разочарованы и рассержены этим.

СЬЮЗАН РАЙС, постпред США при ООН: Соединенные Штаты возмущены тем, что Совет Безопасности абсолютно не справился с решением неотложной нравственной проблемы и не разобрался с растущей угрозой для мира и безопасности в регионе.

ЖЕРАР АРО, постпред Франции при ООН: Пусть это будет ошибкой. Это вето не остановит нас. Никакое вето не может дать карт-бланш властям Сирии, которые полностью лишились легитимности, убивая собственных граждан.

По мнению России и Сирии, резолюция односторонняя и создает предпосылки для эскалации насилия.

ВИТАЛИЙ ЧУРКИН, постпред России при ООН: Мы не можем согласиться с этим односторонним обвинительным уклоном в адрес Дамаска. Считаем неприемлемой ультимативную угрозу применения санкций в отношении сирийских властей.

БАШАР ДЖАФАРИ, постпред Сирии при ООН: Поспешно принятые положения не должны использоваться как прикрытие для оказания политического давления, направленного на поддержку вооруженных экстремистских группировок.

РИЧАРД РОТ: Споры в Совете Безопасности достигли критической отметки. Когда постпред Сирии раскритиковал американскую политику и наложение вето на решения по Ближнему Востоку, постпред США Сьюзан Райс покинула зал вместе со своей делегацией. Однако перед этим она огласила причины, по которым Россия могла наложить вето на резолюцию.

СЬЮЗАН РАЙС, постпред США при ООН: Путь у вас не будет никаких сомнений. Это не связано ни с военным вмешательством, ни с Ливией, это дешевые уловки тех, кто скорее продаст оружие сирийскому режиму, вместо того, чтобы поддержать народ Сирии.

ВИТАЛИЙ ЧУРКИН, постпред России при ООН: Наше решение не имеет к этому никакого отношения. Особенно с учетом того, что подобные обвинения прозвучали от страны, которая засылает в этот регион оружие и военную технику стоимостью в сотни миллиардов долларов, а речь идет именно о таких цифрах.

РИЧАРД РОТ: Защитники прав человека раскритиковали двойное вето, заявив, что это приведет к новым репрессиям против сирийского народа. Российский постпред, однако, подчеркивает, что его страна не поддерживает режим Асада. Постпред США при ООН Сьюзан Райс заявила, что это печальный день для сирийского народа. Ричард Рот, CNN, ООН.

Материал предоставлен CNN International.

Перевод выполнен RT.

 

Магриб и Сахель. Краткий ввод

Вести речь о ситуации в Алжире в разрезе исламистского фактора невозможно, не учитывая обстановку в соседних странах. В первую очередь это касается Мали, Нигера, Нигерии и Чада. Проницаемые и абсолютно прозрачные границы делают возможным практически беспрепятственное проникновение исламистских групп АКИМ на территории этих стран.

Происходит постепенное сближение и структурирование национальных групп и группировок исламского радикального направления по всей Зелёной Африке. Радикальная "Умма-ньюс" на днях сообщила о создании союза между АКИМ, нигерийским "Боко Харам" и сомалийской "аш-Шабааб". Интерес исламских радикалов Зеленой Африки и Ближнего Востока к АКИМ совершенно оправдан – сегодня АКИМ и ЛИБГ являются владельцами крупнейшего арсенала, который когда-либо был сосредоточен в руках террористических группировок.

Даже моджахеды Афганистана и афганские талибы в свою бытность внегосударственных структур не обладали возможностями, которые предоставлены АКИМ и ЛИБГ  разрушенной военной машиной Ливии – склады, склады и еще раз склады. Именно они стали предметом тщательного осмотра и вывоза наиболее ценных образцов и видов вооружения. Совершенно неизвестна судьба огромной партии химического оружия – в первую очередь иприта, которая была вывезена колонной неопознанных грузовых джипов в самом начале мятежа из-под Бенгази. Недавно выданное сообщение о неисчислимом пятизначном количестве переносных зенитных комплексов, бессчетное количество стрелкового оружия, танки, бронемашины, артиллерия, возможно – летательные аппараты... В общем, сейчас АКИМ и ЛИБГ – завидные женихи. И обручиться с ними есть желание у очень многих.

Прямо сейчас ничего критического и катастрофичного не происходит. Хотя, безусловно, есть неприятная текущая информация по различным событиям в окружающем Ливию и Алжир пространстве. Скажем, буквально недавно был убит очень видный вождь малийских туарегов аг Баханга, который контролировал пограничный участок территории между Мали, Ливией и Алжиром, охотясь за караванами исламистов. Собственно , "...По версии алжирской газеты "Аль-Ватан", он был убит при попытке перехвата каравана из машин с оружием, следовавшего из Ливии в район города Томбукту, известного оплота боевиков АКИМ."

Умма-Ньюс по той же ссылке сообщает об участившихся случаях захвата иностранцев, за освобождение которых структуры исламистов требуют выкуп. Это свидетельствует о накоплении финансовых средств этими структурами. Так, "...в частности, только за освобождение итальянцев около месяца назад было выплачено $50 млн. Сумма для Сахеля, где большинство населения живёт на €1 в день, огромная. И это не единственный эпизод..."

Эксперт Института Ближнего Востока А.Быстров, рассматривая ситуацию в регионе стран Сахеля (это регион, в который входят страны, охваченные Сахарой), пишет: "...гражданская война в Ливии естественным образом резко усилила приток в регион оружия всевозможных модификаций, что само по себе резко осложняет криминогенную ситуацию. Как следствие, многие туарегские племена в результате событий в Ливии вынуждены покидать "насиженные" места в том же Мали и уходить в Мавританию..." Уход крупных групп людей всегда сопровождается приходом на их место других – по сути, целые регионы Сахеля таким образом освобождаются для приема масс боевиков-исламистов.

Тем не менее, несмотря на относительно привычную текущую информацию, динамика массива даже открытой информации заставляет настораживаться.

Еще месяц-полтора назад, практически перед взятием Триполи, я взял паузу, которую теперь истолковывают как поездку к некому мифическому руководству, после которой я как бы изменил свое восторженное мнение о Каддафи и Ливии. Это не так. У меня его никогда не было – я несколько раз говорил об этом. Однако я использовал это время в том числе и для того, чтобы рассмотреть обстановку в окружающих и не фигурирующих в информационных потоках странах, окружающих Ливию. Естественно, открытую информацию.

Тем не менее, уже тогда общая обстановка показалась мне крайне тревожной – сейчас же на мой взгляд, она близится к угрожающей. Очевидно, что бравурные отчёты о мифических победах в ситуации, когда знания говорят о прямо противоположных тенденциях, были бы глупостью и прямым враньём.

Надеюсь, что пока в Ливии общая обстановка временно стабилизировалась – я полагаю, примерно на неделю – я постараюсь более подробно остановиться на ситуации в собственно Магрибе и Сахеле. С уходом – а никуда не денешься – в регион Африканского Рога, так как сомалийские пираты – это ньюсмейкеры разудалых новостей, а вот сомалийская "аш-Шабааба" – значительно менее видимый и гораздо более серьёзный персонаж.

Эль Мюрид

 

Надо помочь Асаду

Россия и Китай заблокировали принятие в Совете Безопасности ООН резолюции по Сирии, прибегнув к праву вето, сообщает Лента.ru . Резолюция, против которой выступили РФ и КНР, предусматривала введение санкций в отношении Сирии, если власти этой страны в течение 30 дней не выполнят требование о прекращении насилия в стране. Такой вариант проекта резолюции был вынесен на голосование Совбеза ООН европейскими странами.

Заблокированный проект резолюции, пояснил постпред России при ООН Виталий Чуркин, отражал конфронтационный подход. По его словам, в нем, в частности, «не были учтены формулировки о недопустимости внешнего вооруженного вмешательства». Посол США в ООН Сьюзан Райс, в свою очередь, выразила возмущение в связи с наложением вето на проект резолюции. «Кризис в Сирии будет продолжаться до тех пор, пока Совбез не сделает то, что он должен сделать», – заявила Райс.

Между тем, сирийский президент Башар Асад выступил с предупреждением, что нанесет массированный ракетный удар по Тель-Авиву, если НАТО введет свои войска в Сирию, сообщает ИТАР-ТАСС . «Если против Сирии будут применены "сумасшедшие" меры, мне понадобится не больше шести часов, чтобы выпустить сотни ракет по Тель-Авиву и Голанским высотам», – сказал Асад во время встречи с министром иностранных дел Турции Ахметом Давутоглу. Он также сообщил, что в случае нападения сил НАТО, поддерживающий сирийский режим Иран «атакует военные корабли США в Персидском заливе».

Прокомментировать решение российских властей и угрозу Асада мы попросили известного израильского писателя и публициста Исраэля Шамира.

Это очень хороший и правильный шаг. Россия еще раз показала, что она не поддерживает агрессию против суверенной страны, уважая и признавая суверенитет всех стран. США же и их европейские союзники исходят из понятия "ограниченного суверенитета". Они считают, что только они сами суверенны, а другие страны таким суверенитетом не обладают, поэтому против них можно применять любые санкции. Пример Ливии и ранее Ирака наглядно показывает, что даже резолюция, в которой ничего не говорится о вооруженном вторжении в суверенную страну, очень быстро начинает истолковываться как разрешение делать в ней всё что угодно.

С другой стороны, наложение вето на резолюцию явно недостаточно. Есть грустный пример Югославии, которую развалили и без всякой резолюции. Поэтому возможно понадобятся и ещё какие-то шаги. Ведь не стоит забывать, что в Сирии находится военно-морская база России. Так что России придется удвоить свои усилия, чтобы помочь Сирии во главе с Башаром Асадом и помочь последнему провести реформы, которые снимут общественное напряжение в этой стране. Потому что недовольство режимом в Сирии на самом деле весьма распространено, это объективный факт. Поэтому надо помочь Асаду, который получает сейчас дипломатическую передышку, договориться со своим населением.

Замечу также, что отношения России с Сирией и России с Ливией не похожи друг на друга. Сирия традиционный, давний, верный и надежный союзник России. В Сирии много православного населения, которое традиционно смотрит на Россию с надеждой и полагает, что она за него заступится. В Сирии единственная русская военно-морская база на Средиземноморье. Сирия пользуется российскими ПВО. Дружба между странами выстроена за много лет, она пережила и развал СССР, это очень прочная связь. Отношения же с Ливией были очень неровными, тут были и подъемы и спуски, ведь сам Каддафи был человеком очень ненадежным. Он очень яркий человек и правитель, но на его слово никто никогда не мог положиться. Если посмотреть дипломатическую переписку России, Франции и Англии, то можно увидеть, что договориться с Каддафи всегда можно было легко, но также легко он мог все достигнутые договоренности не исполнить. Кроме того, России очень трудно было идти против всеобщего согласия. Раз уж все арабские страны выступают против режима Каддафи, то России трудно его поддерживать.

В Сирии же другая ситуация, хотя многие и недовольны Асадом, но говорят при этом, что интервенция недопустима. Сирия – это страна, которая несет на себе очень большую нагрузку. С одной стороны это Ирак, который охвачен гражданской войной и где находится американская оккупационная армия, с другой стороны – Израиль, давний враг арабских народов, с третьей – это Ливан с неустойчивым режимом. В общем Сирии не позавидуешь, положение у нее очень сложное. Поэтому России надо вступать в дополнительные переговоры не только с Сирией, но и с Турцией, которая играет все большую роль в этом регионе и занимает особую позицию по Сирии. Видимо, пора России заняться разруливанием ситуации с учетом взглядов Турции.

Прямой опасности ударов Сирии по Израилю, в случае нападения на неё сил НАТО вроде как нет, но возможность этого надо учитывать, поскольку Сирия союзница Ирана, а в последнее время происходит обострение антииранских чувств, как в Израиле, так и в Америке. На этом фоне израильская провокация против Сирии представляется очень возможной. Нападение НАТО может быть начато Израилем. В этом смысле предупреждение о контратаке на Тель-Авив вполне уместно. Но насколько это вероятно трудно сказать. Я не очень верю, что на сегодняшний день Израиль захочет открыть северный фронт, потому что в самом Израиле положение очень неустойчивое. Не думаю, что он сделает что-то, кроме бряцания оружием. Но предупреждение Сирии тоже идет на пользу. Будем надеяться, что всё обойдется одними предупреждениями. А чтобы НАТО начало вторжение без затравки Израиля, это технически сложно представить. Если и начнется агрессия против Сирии, то при участии Израиля. Вмешательство же Турции возможно только в случае полного развала Сирии, поскольку Стамбул по отношению к Сирии чувствует себя так, как Россия, например, по отношению к Казахстану или Киргизии. То есть войти, конечно, можно, но не очень хочется, и сделают это, только если другого выхода не будет.

Исраэль Шамир

Если гора не идет

Более суток практически не мог войти в Сеть. Чинили какие-то неполадки на линии. Но у каждой монеты, кроме реверса, есть и аверс. Отлученный от блога, изыскал, наконец, время порыться в заготовках к ликбезам и кое-что довести до ума. Вернее, даже не «кое-что», а то, о чем меня давно уже просили рассказать: вслед за понравившимся многим «Еврейским вопросом» изложить краткую и связную историю сионизма. Если совсем честно, я от этой темы, хотя материал и подбирал, но уклонялся. Не хотелось опять дразнить гусей, которые на такие темы набегают мгновенно. К сожалению, судя и по моему блогу, и по многим другим, они (вероятно, в связи с осенним обострением) все равно набегают стаями. И не устеречься. А банить как бы и не за что. То есть, есть, за что, но ведь не расстреливают же, допустим, даунов только за то, что дауны. К тому же, среди тех, кто задавал вопросы, этих водоплавающих петухов нет, им и так все ясно. А спрашивал народ вменяемый, действительно, старающийся разобраться, а если кому-то евреи (вариант: сионисты) не по нраву, так ведь ни те, ни другие не пятьсот евро, чтобы нравиться решительно всем.

Такова, собственно, вся преамбула. Добавить остается немногое.

Во-первых, впервые в практике ликбезов, данный материал начинается не с начала, как принято, а со второй части, посвященной вопросу о сотрудничестве сионистов с нацистами, которое – факт. Только потому, что именно вторая более прочих готова. Первая (где будет рассказано, что такое «сионизм» и с чего он начался), соответственно, будет следующей, а далее пойдет по порядку.

Во-вторых, всем, кто не знает принципа написания ликбезов, напоминаю: это не исследования, я не открываю никаких Америк, а всего лишь пересказываю общеизвестные факты, взятые из куда более солидных исследований (имена авторов при первой просьбе будут названы). Пересказываю максимально кратко, без ненужных подробностей и деталей, но при этом полностью, – именно в этом, строго говоря, и вся фишка, – отрешившись от каких-либо негативных или позитивных оценок. Только то, что было, плюс собственные соображения, почему было именно так, и никак иначе, основанные на элементарной логике и более ни на чем.

Прежде всего. Прочитав на эту тему практически все, что можно было раздобыть, причем во всех вариациях, я убежден: массовое физическое уничтожение евреев в планы нацистов не входило. Не любили? Да. Считали чуждой расой и вредным элементом? Безусловно. Стремились ограничить в правах и обобрать? Бесспорно. Но не более того. Расскажи кто-то в 1933-м даже Гиммлеру или Штрайхеру, – не говоря уж о Гитлере, который был при необходимости совершенно беспощаден, но по натуре не жесток, – о расстрельных рвах и лагерях уничтожения, лидеры НСДАП покрутили бы пальцем у виска. Для них было принципиально только одно: избавиться любой ценой, и создание евреям невыносимой жизни на тот момент считалось ценой максимальной. В этих намерениях они были тверды, предупреждали обо всем заранее, ничего не скрывая, и что с их приходом к власти немецких (о других в тот момент никто еще и не думал) евреев ожидают непростые времена, тайной не было. Однако сами немецкие евреи осознали всю сложность ситуации далеко не сразу, – что, кстати, вполне понятно, – а лидеры еврейских организаций, привыкшие к порядкам Веймарской Республики, исходили из того, что далеко не все предвыборные речи после выборов становятся руководством к действию, а следовательно, к новым условиям вполне можно так или иначе приспособиться.

При этом руководители «традиционных» (религиозных) общин, как ни странно, приняли новую власть даже с некоторым удовлетворением: раввинам очень не нравился процесс ассимиляции, зашедший уже очень далеко и выведший из сферы их влияния немалую часть паствы, в том числе и финансово состоятельной. Их вполне устраивало возрождение своего рода «гетто», резервации, где вынужденно вернувшиеся к религии евреи жили бы тихо, варясь в своем соусе, никуда не высовываясь и ни в чем не участвуя. Примерно в этом ключе они и работали, общаясь с новыми властями, а пиком их деятельности в данном направлении стал Меморандум 4 октября 1933 года, посланный от имени религиозных общин Германии на имя фюрера и рейхсканцлера. Суть документа заключалась в том, что иудаизм – всего лишь религия, не имеющая к марксизму никакого отношения, что коммунизм – «изобретение кучки изгоев», порвавших с традицией, а евреи-ортодоксы в целом – категорически против «отвратительной антинемецкой пропаганды». Следовательно, – просили раввины, – евреям нужен только «свой скромный уголок», где они могли бы молиться и работать на пользу Германии, за которую (это подчеркивалось особо) многие тысячи религиозных иудеев пали на фронтах Первой мировой войны, «о чем прекрасно известно рейхсканцлеру, который и сам фронтовик». А если новые власти хотят уничтожить всех евреев, так пусть прямо об этом скажут, чтобы люди могли подготовиться к встрече с Богом. Этот, последний, абзац меморандума был сугубо риторическим, и адресат воспринял его именно так. Самому Гитлеру документ на стол, конечно, не положили. Ответ пришел из намного более низких инстанций, и хотя был выдержан в подчеркнуто холодных, с оттенком презрения тонах, в тексте указывалось, что уничтожать никто никого не собирается, куда девать евреев, власти думают, а пока пусть живут в соответствии с обещаниями – тихо и незаметно.

Такой ответ авторов меморандума на тот момент успокоил и, в целом, устроил, – в отличие от лидеров организаций, объединяющих евреев, в той или иной степени эмансипированных. Они искренне считали себя «немцами Моисеева закона», очень многие честно прошли войну, имели ордена и медали, и, точно так же, как раввины, надеясь, что «и это пройдет», предполагали тем или иным путем доказать руководству НСДАП, что оно не совсем право и они тоже любят Фатерланд. Уже в январе 1933 года было официально зарегистрировано «Имперское представительство немецких евреев» во главе с авторитетными общественными деятелями, в том числе и вполне светскими, практически порвавшими с традицией, типа некоего Отто Хирша. Они изо всех сил доказывали новым властям, что «готовы быть полезны Германии в любом качестве», на что власти отвечали корректным, но категорическим «вы ни в каком качестве не нужны». Естественно, обо всем этом Хирш и его коллеги писали за рубеж, естественно, еврейские общины США, Британии, Франции и других стран нервничали, и достаточно скоро дело вылилось в бойкот германских товаров по всему миру, быстро набравший такие темпы, что руководство Рейха встревожилось. Формальных свидетельств причастности к акции «Имперского представительства» не имелось, однако власти обратились к этой и прочим организациям с требованием «разъяснить международному сообществу смысл изменений, происходящих в Германии», на что герр Хирш и его люди как бы и откликнулись, но без особого энтузиазма (скорее всего, надеясь, что заграница поможет). Зато сионисты заняли позицию совершенно иную: они включились в борьбу с бойкотом мгновенно и от души.

По сути, ничего ни удивительного, ни предосудительного. Сионисты, во-первых, ни во что не ставили «традицию», – напротив, они хотели быть, «как все», во-вторых, в основном, скептически относились к религии, и в-третьих –   не считали себя немцами ни в каком смысле. Их сверх идеей и сверхзадачей было «изготовление народа из имеющегося материала». То есть, вывоз как можно большего количества (в идеале всех) европейских евреев в Палестину, где определенный задел для воплощения мечты о еврейском государстве был сделан, а в смысле фанатизма эти ребята мало отличались от тех же нацистов. Светлая цель оправдывала любые средства. Так что, теория и практика НСДАП («Выгнать во что бы то ни стало!») вполне коррелировала с их собственной теорией и практикой («Забрать во что бы то ни стало!»), а коль скоро намерения, по большому счету, совпадали, расклад лидеров сионизма не пугал. Они, собственно, и раньше серьезно присматривались к заявлениям Гитлера и, ничуть не скрывая того, старались наводить мосты. Пиком этой работы стало приглашение видному соратнику будущего фюрера, барону Леопольду Иц Эдлеру фон Мильденштайну посетить Палестину и ознакомиться с жизнью «новых евреев». Барон (к слову сказать, в будущем – глава «еврейского отдела» СБ, заместитель Гейдриха и начальник знаменитого Эйхмана) предложение принял и, вместе с супругой и в сопровождении одного из ведущих германских сионистов Курта Тухлера, с которым по ходу даже подружился, почти полгода приятно странствовал по Святой Земле, посещая кибуцы и знакомясь с активом ишува (еврейская община). Итогом поездки стала серия путевых заметок «Путешествие национал-социалиста в Палестину», опубликованная в издаваемом Геббельсом журнале «Ангриф» («Атака»). Барон высочайше оценил увиденное, указав, что «увидел истинные чудеса» и что «еврей, своими руками возделывающий землю, становится совсем иным, новым евреем». По его мнению, «дружественное содействие переезду» могло быть лучшим решением «еврейского вопроса». Более того, решением, «в равной степени полезным, как германской нации, так и евреям, нуждающимся в преображении», и даже еще более того, писал барон, «такое решение с течением времени, разумеется, в отдаленном будущем, могло бы стать основой для построения новых отношений между двумя нациями, которые, нельзя отрицать, связаны многими нитями».

Не замедлили и ответные визиты. По воспоминаниям современников, уже в начале лета 1933 года в учреждениях Берлина было не протолкнуться от гостей из Палестины, многие из которых встречались и нашли общий язык с бароном фон Мильденштайном. А у некоторых имелись и другие контакты, так сказать, особого рода. Например, Хаим Арлозоров, виднейший социал-сионист и даже «глава отдела внешней политики» (почти что министр иностранных дел) Еврейского Агентства (пред-правительство будущего еврейского государства) даже попытался проникнуть в ближний круг фюрера через свою бывшую любовницу и невесту Магду Геббельс, в девичестве Фридлендер. Особого успеха не случилось – фрау Магда, по общему мнению, «растворялась в своих мужчинах» и в браке с Йозефом была уже не ярой сионисткой, как в эпоху любви с Хаимом, а столь же ярой нацисткой, но заверения в желании сотрудничать Арлазоров все же получил. Правда, вскоре он погиб в Тель-Авиве (был застрелен, по сей день неведомо, кем), но поток гостей из Палестины это не остановило. Люди ехали знакомиться с обстановкой, а пиковым, расставившим все по полочкам визитом стал приезд о лидера самого высшего уровня, Артура Руппина, получившего приглашение от самого Ганса Гюнтера, йенского профессора, считавшегося ведущим теоретиком расового учения (ему было даже доверено философски обосновывать тезисы Гитлера по этому вопросу). Встреча прошла в крайне теплой обстановке: как отметил по итогам сам Руппин, «Профессор выглядит вполне дружественно. Он говорит, что евреи – не низшая раса по отношению к арийцам, а просто другая, несовместимая в общежитии. Отсюда следует, и мы на этом сошлись, что для решения еврейского вопроса нужно всего лишь найти новое, честное решение».

В конечном итоге, стороны нашли общий язык. «Все в Германии знали, – вспоминал позже один из тогдашних лидеров германского сионизма Иоахим Принц, – что только сионисты могли ответственно представлять евреев в отношениях с нацистским правительством. Мы все были уверены, что однажды правительство сядет с сионистами за круглый стол, за которым, после того, как все беспорядки и насилие революции улягутся, новый статус германского еврейства будет рассмотрен. Правительство объявило, весьма торжественно, что нет ни одной страны в мире, которая столь серьёзно хотела бы разрешить еврейский вопрос, как Германия. Решение еврейского вопроса? Но это же наша сионистская мечта! Мы никогда не отрицали существования еврейского вопроса! Де-ассимиляция? Мы к этому призывали!.. В письме, написанном с гордостью и достоинством, мы предлагали конференцию». Речь идет о меморандуме, 22 июня 1933 года отправленном на имя Гитлера. Суть заключалась в том, что националист националиста всегда поймет, и если не переходить друг дружке дорогу, то сионизм, как национальная теория, «звучит в унисон» национал-социализму. То есть, ничто не мешает найти общий язык на основе «взаимного признания важности отказа от эгоистического индивидуализма либерального времени и замены его общей и коллективной ответственностью». Этот документ, в отличие от меморандума «ревнителей традиции» был прочтен непосредственно рейхсканцлером. Однако, слова словами, а делались и дела. Параллельно с визитами, немецкие, – а особенно, палестинские, – сионисты развернули самую активную борьбу против любых проявлений критики национал-социализма, в первую очередь, – против изрядно мешающего Германии бойкота, причем, борьбу столь действенную, что мероприятие начало быстро сходить на нет. Рейх, со своей стороны, не оставался в долгу. Уже в конце августа все того же 1933 года министерство экономики Германии, с одной стороны, и официальные представители сионистских организаций Германии и Палестины заключили официальное соглашение, вошедшее в историю как «Haavarah-Abkommen». И на немецком, и на иврите это означает одно и то же – «перемещение», а смысл состоял в том, что национал-социалисты взяли на себя обязательства всячески содействовать выезду немецких евреев в «Землю Обетованную».

Заинтересованность властей Рейха была так велика, что правительство пошло не только на многочисленные политические, но даже на экономические поблажки. Чудовищный и в Веймарской Республике налог на вывоз капитала за границу, при Гитлере ставший вообще грабительским, для евреев, выезжающих в Палестину (и только в Палестину) был сильно уменьшен, а экспорт туда товаров из Германии переведен на льготную основу. Разрешено также было вывозить движимое имущество. Кроме того, власти создали сеть ремесленных и сельскохозяйственных училищ, где все желающие потенциальные иммигранты могли получить специальность, востребованную на новом месте жительства. Но, кроме того, совместными усилиями была разработана и еще одна умная идея. Англичане (об этом подробнее позже) десятью годами ранее установили «лимит» на въезд евреев в Палестину, однако сделали исключение для т.н. «владельцев капитала», определив этот самый «капитал» в одну тысячу фунтов. Поскольку речь шла о «Третьей Алии» (что это такое, расскажу в следующей, первой по номеру части), прибывавшей из Восточной Европы и состоявшей, в основном, из бедноты, «капиталистов» было мало и они картины не меняли. Однако для немецкого среднего класса такая сумма непосильной не была, и «лимит» можно было, ничуть не нарушая закон, превысить почти вдвое.

В общем, все было предельно чисто и открыто. Никто никого не пытался кинуть, и дела шли как нельзя лучше. Примерно в это время Геббельс, курировавший программу, и распорядился отчеканить ту самую памятную медаль, – с изображением звезды Давида на аверсе и свастики на реверсе, – которую так любят поминать некоторые специфически мыслящие, но мало что знающие персонажи. Тогда же изменилась и тональность прессы Рейха. Мало того, что теплые материалы о «наших покидающих Германию соседях» частенько появлялись в «Фёлькишер Беобахтер», причем авторами выступали такие лидеры нацистов, как Гейдрих, – даже в непримиримом штрайхеровском «Штюрмере» многое смягчилось. На его страницах «еврей вообще» по-прежнему изображался максимально омерзительным, толстым, носатым и с пейсами, однако возник и образ «нового еврея». Тоже, конечно, носатого, но мускулистого, подтянутого, с мотыгой, молотом и орлиным взором, гордо расправляющего широкие плечи на фоне рукотворного оазиса. Плакаты примерно такого же типа красовались и на территории «подготовительных лагерей», где, – разумеется, под флагом сионистов, реявшем на немецких ветрах вполне невозбранно (но, конечно, только на территории этих лагерей), – шли практические занятия и тренинги по начальной военной (на всякий случай) подготовке.

Кое-кто, правда, ставил палки в колеса. Лидеры религиозных общин крайне скверно относились к охмурению паствы «безбожными атеистами», а руководство «Имперского представительства» ревновало. Оно, собственно, тоже не особо возражало против переселения, но требовало претворять его в жизнь не ранее, чем в Палестине «будут созданы цивилизованные условия жизни» и, разумеется, под его началом. Стратегию же конкурентов именовали «поспешной», «преждевременной» и даже «преступлением против сионизма», а некоторые особо прозорливые даже требовали свернуть проект, поскольку «новая Германия рано или поздно скорректирует свою позицию». Заодно, разумеется, пугали еще не принявших решение всякими ужасами. Во всех видах, от «малярии» и «непосильного труда» до «страшных арабов» (которые, по ходу, и в самом деле начали волноваться). Люди были авторитетны, их мнение принимали к сведению многие, и программа в 1934-м начала буксовать, а это никак не могло понравиться властям. Видимо, их ответом и стали пресловутые Нюрнбергские законы 1935 года, откровенно расистские и крайне унизительные для евреев, которым уже вполне открыто указывали, что за Германию лучше не цепляться и надеяться не на что. Некоторые исследователи полагают, что к их принятию так или иначе причастны и сионисты, однако реальных подтверждений этому нет. А вот что знали заранее и приняли без возмущения, это факт. Причем, факт, вполне понятный и объяснимый: типа, если не мытьем, так катанием. Еще до принятия законов, в их изданиях начали появляться очень жесткие, на грани критики нацизма статьи, смысл которых сводился к тому, что сматывать удочки надо как можно скорее, а кто не успел, тот опоздал. Более того, читателей вполне честно предупреждали, что успевших сионисты спасают, а за опоздавших сионисты ответственности не несут, и если что, так пусть пеняют на себя. Вышла даже целая книга на эту тему, где автор, некто Георг Карески, писал о «возможных массовых убийствах». Но, что интересно, власти Рейха, на любые проявления неуважения (а уж со стороны «низшей расы», так и тем более) реагировавшие очень жестко, на такого рода публикации внимания не обращали, и вообще, по отношению к сионистам вели себя мягко. Даже обычные семьи, подавшие заявление на эмиграцию (но только в Палестину) под раздачу попадали нечасто и, в основном, случайно, – и не приходится удивляться, что проект вновь начал набирать обороты. Причем, круто. «Чтобы поток эмигрантов, – докладывал все тот же Артур Руппин, – не захлестнул, как лава, существующие поселения в Палестине, число приезжающих должно быть в разумном процентном отношении к числу уже живущих».

Короче говоря, все шло по плану и ко взаимному удовольствию. Без любви, разумеется, но с полным пониманием пользы от сотрудничества. За шесть лет, до начала большой войны в Европе, по взаимно согласованной квоте (не менее 15 и не более 20 тысяч человек в год, – больше было просто не потянуть в смысле интеграции, а всю программу рассчитывалось завершить примерно к 1960-му) успели благополучно выехать более 60 тысяч желающих. И ехали они отнюдь не нахлебниками. На обустройство выезжающих было переведено порядка 100 миллионов рейхсмарок, что само по себе приводило руководство ишува в экстаз. «Улицы здесь вымощены деньгами, как мы в истории нашего сионистского предприятия и мечтать не могли, – докладывал в Тель-Авив из Берлина некто Моше Белинсон, один из ответственных за проект. – Здесь есть предпосылки для такого блестящего успеха, которого мы никогда не имели и иметь не будем». Человек ликует, и человека можно понять: для реализации мечты, – независимого государства, – необходимы были деньги и люди, а денег до того было маловато, да и люди ехали не очень охотно, а теперь все изменилось.

Справедливости ради, не все, конечно, было вовсе уж лучезарно. Планомерная эмиграция окончательно испортила некогда вполне приличные, но к моменту ее начали очень сильно испортившиеся отношения ишува с арабами, и полилась серьезная кровь (об этом подробнее в другой части). Вокруг денег, как водится, закрутились деляги, – как еврейские, так и немецкие, – учинявшие первостатейные аферы с участием весьма ответственных лиц. Случались и другие недопонимания, порой весьма досадные, особенно на низах. Человеческий фактор есть человеческий фактор. Но в целом, костюмчик сидел ко всеобщему удовлетворению. И, главное, ничто никого не шокировало. В конце концов, Гитлер во всем цивилизованном мире считался слегка чудаковатым, но респектабельным деятелем, радеющим за свое государство (ему еще предстояло стать и «Человеком Года» по версии Time, и гостеприимным хозяином Берлинской Олипиады), Нюрнбергские законы рассматривались, как "издержки роста", национал-социализм вообще – как «интересный эксперимент», а проект «Haavarah-Abkommen», – как не предосудительная часть этого, многим цивилизованным людям вполне симпатичного эксперимента...

Начало и продолжение следуют

putnik1 ЖЖ

Соб.информ.


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"