На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Информация  
Версия для печати

Слово Николая Гоголя

Резолюция расширенного Секретариата Союза писателей России, посвященного юбилею писателя

Два столетия назад в селе Великие Сорочинцы Миргородского уезда Полтавской губернии впервые прозвучало и было вписано в книгу живых это имя – Николай Гоголь. Имя, никому тогда неведомое кроме родителей, восприемников и церковного притча. А спустя всего двадцать два года Николай Гоголь вдруг становится известен всей читающей России. Радость и ошеломление при явлении нового небывалого таланта едва ли не первым выразил Александр Пушкин: «Сейчас прочёл «Вечера близ Диканьки». Они изумили меня. Вот настоящая весёлость, искренняя, непринужденная, без чопорности. А местами какая поэзия, какая чувствительность! Все это так необыкновенно в нашей литературе, что я доселе не образумился». И в том же письме, несколькими строками ниже Пушкин приводит подробность, ставшую с тех пор хрестоматийной: «наборщики помирали со смеху, набирая его книгу».

Если бы только смех, только весёлость… Гоголь с первых же своих малороссийских рассказов и повестей озадачивал неожиданными возможностями своей словесной палитры. Он явно не собирался задерживаться на одних только простонародных анекдотах, байках и притчах, чудесных и фантастических бывальщинах, на одной лишь этнографической фактуре. Он порывался куда-то ещё – за пределы малороссийских своих, с детства и отрочества любимых пейзажей. Едва ли не первый из таких его порывов запечатлён в «Страшной мести»: «За Киевом показалось неслыханное чудо… вдруг стало видно во все концы света. Вдали засинел Лиман, за лиманом разливалось Чёрное море. Бывалые люди узнали и Крым, горою поднимавшийся из моря, и болотный Сиваш. По левую руку видна была земля Галичская».

Гоголь ищет героев, достойных не только улыбки или смеха, но и сострадания, великого душевного, даже духовного соучастия, слёз, восторга. И новых слов ищет, а вернее, старых, полузабытых миром высоких и мощных слов, достойных героического начала жизни. И такое открытие состоялось – в его гениальном «Тарасе Бульбе». «… далеко разносится могучее слово, будучи подобно гудящей колокольной меди, в которую мастер много повергнул дорогого чистого серебра, чтобы далече по городам, лачугам, палатам и весям разносился красный звон, сзывая равно всех на святую молитву».

Вот где в полной мере раскрылась эпическая мощь гоголевского слова, его проникновеннейший лиризм, его сыновняя любовь к древней и общей родине восточного славянства – к Руси, России. Невозможно и в самом коротком слове о Николае Гоголе не вспомнить праведную речь его любимого героя – старого полковника Тараса, обращённую к боевым друзьям:

«– Хочется мне вам сказать, панове, что такое есть наше товарищество. Вы слышали от отцов и дедов, в какой чести у всех была земля наша: и грекам дала знать себя, и с Царьграда брала червонцы, и города были пышные, и храмы, и князья, князья русского рода, свои князья, а не католические недомерки. Всё взяли бусурманы, всё пропало; только остались мы, сирые, да, как вдовица после крепкого мужа, сирая, так же как и мы, земля наша! Вот в какое время подали мы, товарищи, руку на братство; вот на чём стоит наше товарищество! Нет уз святее товарищества! Отец любит своё дитя, мать любит своё дитя, дитя любит отца и мать, но это не то, братцы, любит и зверь своё дитя! Но породниться родством по душе, а не по крови, может один только человек. Бывали и в других землях товарищи, но таких, как в русской земле, не было таких товарищей. Вам случалось не одному помногу пропадать на чужбине; видишь: и там люди! Также Божий человек, и разговоришься с ним, как с своим,; а как дойдёт до того, чтобы поведать сердечное слово, – видишь: нет! Умные люди, да не те; такие же люди, да не те! Нет, братцы; так любить, как русская душа, любить не то, чтобы умом или чем другим, а всем, чем дал Бог, что ни есть в тебе – а!..... Нет, так любить никто не может! Знаю, подло завелось теперь в земле нашей; думают только, чтобы при них были хлебные стоги, скирды да конные табуны их, да были бы целы в погребах запечатанные меды их; перенимают, черт знает, какие бусурманские обычаи; гнушаются языком своим; свой со своим не хочет говорить; свой своего продаёт, как продают бездушную тварь на торговом рынке… но у последнего подлюки, каков он ни есть, хоть весь извалялся он в саже и поклонничестве, есть и у того, братцы, крупица русского чувства; и проснётся он когда-нибудь, и ударится он, горемычный, об полы руками; схватит себя за голову, проклянёт громко подлую жизнь свою, готовый муками искупить позорное дело. Пусть же знают они все, что такое в Русской земле товарищество».

Читая такое, мы отчётливо видим, слышим: слово Гоголя обладает необыкновенной духоносной силой. Это поистине провидческое слово. Гоголь здесь смотрит не только в историю, он духовным своим взором проницает в будущее. Он взывает и к нам, к своим уже отдалённым потомкам. И надеется на ясный и твёрдый ответ.

В великом художественном наследии Николая Гоголя не так-то просто выделить главную тему. Кажется, их сразу несколько. Это и сострадание к маленькому человеку, к несчастному существу, раздавленному жизнью, так проникновенно выраженное в петербургских повестях, особенно в знаменитой «Шинели». Это и беспощадное осмеяние язв отечественного чиновничества – в «Ревизоре». Конечно, это и назидательные в своей гротескности карикатуры людских пороков, гоголевский плач по недюжинным силам, растраченным на бесплодное мечтательство, патологическое накопительство, бездарное прожигание жизни, шулерство и плутовство, – в «Мёртвых душах». А какой свежий заряд высоких нравственных назиданий получает человек, перечитывая «Выбранные места их переписки с друзьями» или «Размышления о Божественной литургии»!

Гоголь всегда необыкновенно современен, он и сегодня готов преподать нам свои уроки, укрепить дружеским советом, предостеречь от пагубных шагов. Не случайно именно сегодня с особенным волнением перечитываются страницы «Тараса Бульбы». Николай Васильевич здесь будто воочию сокрушается по поводу наших затянувшихся неустройств в общем доме восточного славянства. Вновь в полную силу звучит тема измены вековым заветам славянской, изначальной семьи братских народов.

Самой живой плотью своего слова, в котором так гармонично переплелись русская и украинская стихии, наш великий соотечественник, художник с мировым именем, показывает всем нам пример мощнейшей духовной скрепы, неколебимой верности родной земле, её вековечным святыням.

Соб.информ.


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"