На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Национальная идея  
Версия для печати

Защитникам Дома Советов

Стихотворения

Виктор Кочетков

Белый дом

 

Белый дом. Мавзолей демократии русской. Президентского воинства главный трофей. —

Россиянин, внемли, а не семечки лузгай! —

Как советовал в песне таганский Орфей.

 

Белый дом. Почерневший от дыма и сажи. Осыпается многооконностью всей.

Бьет со знанием дела омоновец ражий

Всякородных избранников, словно гусей.

 

На наборном паркете валяются трупы.

Все раскатистей рвется в проходах шрапнель.

Под конвоем бредут депутатские группы,

Не хватает знакомого окрика: «Шнель!»

 

И старуха руками в отчаянье машет: —

Что ж своих-то, как фрицев, ведете вы в плен?

И главу за главою трагедию нашу

Равнодушно показывает Си-Эн-Эн.

 

Белый дом. Отгороженный белой стеною,

Подойди, гражданин, помолчи, пожалей.

Подыши грозовою его тишиною.

Помечтай. Только допуска нет в Мавзолей.

 

Больше флагу над башней

крылами не хлопать.

Этот белый собор онемел на года.

Можно стены отмыть.

Можно выскрести копоть, Но попробуйте совесть отмыть, господа.

 

Деловитость бредет озабоченно мимо.

Любопытство выглядывает из-за спин.

И Посланник Печали витает незримо...

Неужели и это мы тоже заспим?

 

 

Иеромонах РОМАН

 

***

О время! О смятенье без конца!

И стыд, и честь! Позорища и храмы.

Все выше, выше пьедестал тельца.

Все четче зрак насильника и хама!

 

И многие у гроба Твоего

Хотят застыть в почетном карауле.

И злобствуют, не ведая того,

Что в слепоте на Божье посягнули.

 

Да судит Бог! Не указую нань.

Речь не о них. Не об иудах слово.

Кто пышет злобой — пожинает брань.

Все было ране, ничего не ново.

 

Россия—Русь! Куда б ты не неслась.

Оборванной, поруганной, убогой,

Ты не погибнешь! Ты уже спаслась.

Имея столько праведных у Бога.

 

И мой черед (прошу меня простить,

Я не достоин этого почета)

Для Церкви и России покорить

Желанную вершину эшафота.

 

Неизвестный автор

 

Защитникам Дома Советов

 

В моем сердце пылают костры

Под ночным моросящим дождем.

Не слепой мимолетный порыв

Заставляет идти в «Белый дом».

 

Не минутная детская страсть

Побуждает людей голодать,

И стоять за законную власть,

И на Божий покров уповать.

 

И молиться, и ждать до поры.

Когда НАШИХ поддержит страна.

В моем сердце пылают костры.

Я надеюсь, что я не одна

 

28.09.93

День Первомученика

Архидиакона Стефана

 

Геннадий ИВАНОВ

 

ВОСПОМИНАНИЕ О ПАРАДЕ

 

Как не заплакать, глядя на парад,—

Какие парни, сыновья Отчизны!

Как будто бы и не было утрат,

Таких утрат, что все не кончим тризны.

 

Какие лица! Свет в них и добро.

И мужество, и доблесть, и волненье!

Кто ни готовил рабское тавро.

Кто ни искал России униженья.

 

Враги и многочисленны и злы,

И Русь не раз была огнем объята.

Идут! Чем не Суворова орлы!

Идут! Чем не Кутузова ребята!

 

За строем строй! А дальше — танков дым,

Они всю площадь занимают с ходу...

Никто еще не ведает, что им

Стрелять придется скоро по народу.

 

Какие лица! Свет в них и добро.

И мужество, и доблесть, и волненье!

Еще на них не выжжено тавро

Трагического их паденья.

 

5 декабря 1993 г.

 

Николай КОТЕНКО

 

***

Мне так легко сейчас от вас уйти,

Земную жизнь пройдя почти до края,

Из трех путей уже не выбирая, —

Последнее «прости» произнести.

 

Плывет над Русью траурный мотив.

Она сынов своих не погребая,

Вручила Сатане ключи от рая...

Кто нынче встанет бесов супротив?

 

Уже в Москве Россию расстреляли...

Что ад? Я видел, как в огне сгорали

Последние наивные бойцы.

Я видел... И не вытекли глазницы.

И мозг кровавой ржавчиной росы

Не пал на голову наемного убийцы...

 

Игорь ЛЯПИН

 

* * *

России больше не осталось.

Осталась вялость и усталость.

Осталась горечь и вина.

И эта темная страна.

 

Она бесстыжа и цинична,

Продажна и порнографична.

Огонь в груди ее зачах

И свет потух в ее очах.

 

Страна распутства и разврата

Уже беззуба и горбата.

Влачит позорную судьбу

С наклейкой фирменной на лбу.

 

В делах ни норова, ни нрава,

В речах картава, шепелява.

Куда ни кинься в ней — она

Насквозь нерусская страна.

 

Она убога и бездарна.

Она 6ypбулисна, гайдарна.

И нужно махом все менять,

Чтоб снова ей Россией стать.

 

Валентин СУХОВСКИЙ

 

То ветер вырывает вдруг у кровли скрежет.

То скрип березы слышится как стон.

И над туманом рыхлым еле брезжит

Молоденькой зарею небосклон.

 

И клочьями тумана или дыма

Соседнюю деревню занесло.

И крышами серебряно-седыми

Среди лугов виднеется село.

 

Какое время движется по тракту,

Не раз спросонья путал человек.

Но только кашлянет соседский трактор,

Так сразу вспомнишь, что двадцатый век.

 

Эфир гремит о смерти, о подранках...

ИI Ленин вечность кровью оросил.

Но чтоб стреляли в свой народ из танков—

Такого не бывало на Руси.

 

Село Пешма,

Архангельская обл.

 

 

Иван ЛОЩИЛИН

ТЮРЕМНЫЕ МОЛИТВЫ

 

***

Затеплю мысленно лампадку.

Представлю образа святых

И растворюсь в молитве сладкой

За всех усопших и живых,

И голоса вокруг поющих

Молитву вознесут мою

К Тебе, по правде Воздающий,

К Тебе, кого я так молю.

И за Тобой дорогой крестной

Влачусь, Защитник и Судья...

И мнится: не в темнице тесной,

А в Божьем храме плачу я.

 

***

Потерявший всякую надежду.

Брошенный в темницу, как злодей,

Умоляю Господа по-прежнему:

«Ты меня прости и пожалей.

В суетность и праздность погруженный,

Думал я всегда лишь о земном.

Весь в грехах, как в струпьях прокаженный,

Нынче горько плачу о былом.

Я к Тебе взывал во дни печали,

Забывая в радости молить,

И теперь услышишь Ты едва ли,

А услышав, сможешь ли простить?

Но еще надеясь, что не поздно

(Так средь хмари вдруг пробьется синь),

Умоляю вновь и вновь я слезно:

Господи, прости и не отринь!»

 

«Матросская тишина»,

октябрь—декабрь 1993 г.

 

Наталья Егорова

***

Чья-то кровь на подорожнике,

А до рая — не дойти.

Все мы — Бомжи заложники

Невозможного пути.

 

Тихо спит Москва убитая,

Обмотав бинтами ширь,

Как во поле после битвы

Васнецовский богатырь.

 

Не тщеславься, не предсказывай.

Быть — неведомо чему.

По-над бездной огнеглазою

Мы опять прошли во тьму.

 

Но над тайной бездорожия,

Над молчанием окрест

В черном небе Матерь Божия

Начертала алый крест.

 

Леонид Звягинцев

 

***

...Инея страна создается.

В эфире — чесоточный зуд.

Все черное — белым зовется,

Все белое — черным зовут.

 

Октябрь. Черно-белая слякоть.

Взбешенность неясных идей.

А я только в силах заплакать

над кровью невинных людей.


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"