На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Национальная идея  
Версия для печати

Historia magistra vitae?

Некоторые размышления об историческом образовании в школе

Проработав некоторое время учителем истории и обществознания и соответственно, окончив среднюю школу еще до перестройки, невольно сравнивая системы исторического образования бывшую и настоящую, действительно начинаешь задумываться над тем, а может ли быть история, как говорили древние, учителем жизни. Historia magistra vitae?

И понимаешь, что нет.

 Иногда на телеэкранах мелькают возмущенные лица политиков, представителей научной и культурной общественности, да и вообще людей неравнодушных, но при этом далеких от школы, с возмущением говорящих, что современным выпускникам совершенно незнакомы такие имена как Матросов, Мересьев, Гастелло, Павлов. В своем возмущении они правы и, как правило, винят школу и учителя, видя в них причины всех бед. Но при этом не задумываются о том, что историческое и филологическое образование подверглось наиболее мощной реформации за последние десятилетия, начиная с «перестройки». Ведь неспроста сейчас заговорили о падении уровня знаний русского языка, о сокращении количества часов преподавания, о не умении школьника самостоятельно мыслить, делать анализ прочитанного текста и письменно оформлять его в виде сочинения.  При этом, что интересно, каждому очередному министру образования России покоя не давали и не дают лавры Столыпина, как великого реформатора. Каждый считает, что без его очередных преобразований школа в стране просто погибнет. Хотя при этом учителя безмолвствуют, да и родители не вопиют, подняв руки к небу, когда же, наконец, начнутся настоящие реформы, а что касается учеников, то им, как говорится «по барабану». Не так давно в одной из телепередач прошла такая информация, что жители Израиля, считают престижным отдать своего ребенка для обучения в так называемые «русские школы». «Русские», не в плане того, что все предметы изучаются на русском языке, а в том, что они сохранили традиции старой русской классической гимназии, а за тем и советской школы, как правопреемницы лучшего в мире образования.

Что касается истории, то ее завели в такой тупик, что об этом заговорил даже Президент страны. Общественность при этом, конечно же, всколыхнулась. Надо что-то делать. И первое, что пришло в голову, что бы дети хорошо знали предмет, необходимо создать единый учебник истории. В чем-то это конечно хорошо - это как единая школьная форма, не дающая возможности выделиться и социально уравнивающая всех. Так и учебник по единой для всей страны программе, в соответствии со стандартами образования, ставит всех учителей и учеников, независимо обычная это сельская школа или престижная городская гимназия, как бы в равные стартовые условия, а уж кто придет первым, это зависит не от учебника, а от таланта педагога с возможностью использовать какие то свои собственные авторские наработки.

Опять же,  единый учебник, как сделать его единым при неоднородности политических, общественных взглядов внутри страны, если одни и те же события трактуются по-разному. Так для либералов присоединение Крыма, путем единогласного волеизъявления жителей полуострова, оказалось аннексией, да и не хотелось бы вернуться к аналогу печально известного в 90-е годы учебника Кредера «Новейшая история зарубежных стран», изданному на средства Фонда Сороса, вычеркнувшего из наиболее важных событий Второй мировой войны наши величайшие сражения под Москвой, в Сталинграде и на Курской дуге. Здесь хотелось бы упомянуть одну из немногих Воронежскую область, Законодательное собрание которой в 1997—1998 годах приняло решения о запрете преподавания по учебнику Кредера на своей территории. С другой стороны,  коммунисты, оправдывающие репрессии, и для которых крестьянские бунты, потрясавшие империю, масонские заговоры, деятельность людей подрывавших основы страны путем пропаганды, а иной раз и террора – все это освободительное движение, а не случись октябрьской революции, то мы до сих пор бы, наверное, были безграмотны и пахали бы сохой, зная о тракторе только лишь из зарубежной кинохроники. Как создать такой учебник, который устраивал бы всех учителей, родителей и учеников зачастую с диаметрально противоположными взглядами даже на ближайшие к нам события, начинавшиеся с 1991 года, что бы он был интересен, понятен, вселял бы в душах детей гордость за нашу страну и наш народ.

Даже если и удастся создать такой универсальный учебник, то проблема на этом решена не будет, необходимо менять всю систему исторического образования. Если вдаваться в историю, то до 1992 года в СССР существовали две системы исторического образования концентрическая и линейная, которые периодически пеняли друг друга, по линейной ученик, начиная с четвертого класса, изучал историю с  древнего мира и постепенно к десятому классу подходил к существовавшей в то время современности. Эта же система существовала и в классических дореволюционных гимназиях. В СССР она была принята по одной простой причине, что с 1965 года среднее, десятилетнее образование было обязательным для всех. Не говоря о сельских школах, вечерние школы были даже в колониях, которые обязательно посещали осужденные до 30-летнего возраста. В 1992 году в связи с распадом СССР, в РФ был принят новый закон об образовании, по которому произошел переход от линейной системы к концентрической, по которой история России с древнейших времен и по настоящее время изучается с 4-го по 9-й класс. Девятилетнее образование является основным и после него ребенок имеет полное право или работать или просто сидеть дома на шее родителей. Т.е. дается как бы полный курс исторического образования, при этом полнота образования, делая историю ущербной, не касается никаких других предметов, ни химии, ни алгебры, ни литературы, ни географии, а, в общем всех. Для тех детей, которые решили продолжить образование, и пошли в 10 класс, а это в той или иной форме 99%, включая сюда техникумы, училища, колледжи, начинается повторение за два предстоящих года истории России  с древнейших времен по настоящее время практически заново, хотя и по новой программе. В итоге, в предложенных на различных сайтах рабочих программах, считающихся лучшими и представленными как образец для подражания в 2013-14 учебном году в 9 классе на изучение истории Великой Отечественной войны отводилось в среднем 6 часов или уроков по 40 – 45 минут, из которых половина времени уходит на опрос учащихся по пройденному материалу и в 11 классе при повторении всего лишь 4 часа. Возможно, ли за это время учителю рассказать о Матросове, Гастелло и других? Конечно, нет. Получается, что при линейной системе на ту же самую тему учитель мог говорить в течение примерно 10 уроков, а отсюда и знания учеников. Конечно, это касается изучения всех значимых событий страны, которые учитель физически не успевает дать, а ученик получить. Можно ли после этого обвинять школу, в том, что она не дает исторических знаний. Т.е. из-за ничтожного количества детей не способных или не желающих учиться, а об этом знает каждый родитель выпускника, да и каждый выпускник, в 1992 году была сломана система исторического образования, дающая право считаться нашей стране самой читающей и самой грамотной в мире.

Владимир Ряполов

 

От редакции.

Единство истории, единство народа, единство России

 

Подчеркивая важность и актуальность поднятой автором проблемы,  мы напоминаем читателям, что именно этой теме был посвящен прошлогодний XVIII Всемирный  Русский  Народный  Собор. На форуме, посвященном  теме «Единство истории, единство народа, единство России» со вступительным словом к собравшимся обратился Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл, который предложил объединяющую формулу толкования и понимания  истории России. Ниже мы публикуем его речь с небольшими сокращениями.

 

Единство народа неразрывно связано с единым пониманием его истории: с почитанием общих героев, с сохранением общих памятников, с общим торжеством в годовщины побед и с общей печалью в годовщины трагедий. При этом мы также признаем необходимость поиска и дискуссий для достижения согласия в интерпретации тех или иных событий прошлого, оценки исторических фигур.

Народ, разделившийся в понимании своей истории, становится неспособным сохранить единство. Единство и традиция как сила, передающая, в том числе, ценности и культурный код нации, являются непременным условием того, чтобы общество в любой исторический период сохраняло свою целостность и единство. Такое трагическое разделение, происходящее тогда, когда люди теряют общее понимание своей истории, ведущее к расколу и провоцирующее гражданский конфликт, мы наблюдаем сегодня на Украине. Поэтому вопрос единого подхода к истории, вынесенный в название нашего Собора, надо рассматривать не как частный вопрос, не как проблему одной из научных дисциплин — как преподавать историю в школе, но как чрезвычайно важный вопрос государственного и национального бытия. Давайте все об этом задумаемся. Это проблема, которая должна решаться не только в рамках Министерства образования. Мы все должны принимать участие в обсуждении этих решений, чтобы не нанести через систему образования такой ущерб народной жизни, который потом будет очень тяжело и, может быть, даже невозможно исцелить.

Сегодня нередко слышатся голоса, призывающие принять как некий эталон какой-либо один период нашей истории, одновременно принижая, умаляя и всячески критикуя значение других периодов. Кто-то идеализирует дореволюционное прошлое, не видя в советской эпохе ничего кроме гонений на Церковь и политических репрессий. Другие утверждают, что именно советский период был нашим золотым веком, за пределами которого — лишь социальное неравенство, коррупция и технологическая отсталость.

На самом деле описание прошлого России требует сложной, многоцветной палитры. Черно-белой схемы здесь явно недостаточно. Более того, упрощения создают искаженную и разорванную картину истории, распадающейся на отдельные куски, подобно разбитому зеркалу. Нельзя повторять ошибки тех, кто по меткому выражению Александра Зиновьева, «целился в коммунизм, а попал в Россию».

В любые времена, несмотря на все реформы, революции, контрреволюции, Россия сохраняла свою цивилизационную основу. Менялись модели государственного устройства, титулатура правителей, привычки правящих классов, но русское общество, русские люди сохраняли свою национальную идентичность.

Любовь к родине, чувство братства и чувство долга, готовность положить «душу свою за други своя» одинаково характерны для героев Куликова поля, Бородина и Сталинграда. Эти же свойства национального характера отличают большинство русских людей сегодня. Именно благодаря этим свойствам, как писал социолог Питирим Сорокин, «русская нация смогла защитить себя, свою независимость, свободу и другие великие ценности».

Единство исторического сознания должно поддерживать стремление преодолеть социальные распри. Навсегда должна остаться в прошлом имущественная пропасть между «барином» и «мужиком», как бы барин и мужик не назывались сегодня. Это та пропасть, которая до начала ХХ века отличала дореволюционную Россию и становилась источником социального напряжения. Точно также недопустимо и повторение антирелигиозных гонений, преследование людей за мирно выражаемые убеждения, подавление гражданских свобод.

Однако нельзя соглашаться с теми, кто сводит нашу историю к одним лишь тяжелым и мрачным страницам. Подобные эпизоды были и в истории соседних цивилизаций. Даже такой радикальный западник как Петр Чаадаев, видевший в нашем прошлом только «тусклое и мрачное существование», говорил, что «у России не одни только пороки, а среди народов Европы — не одни только добродетели».

Великий же русский писатель и религиозный мыслитель Федор Михайлович Достоевский писал: «Чтоб судить о нравственной силе народа и о том, к чему он способен в будущем, надо брать в соображение не ту степень безобразия, до которого он временно и даже хотя бы в большинстве своем может унизиться, а надо брать в соображение лишь ту высоту духа, до которой он может подняться, когда придет к тому срок».

Что же можем сделать мы, чтобы подняться к этим духовным высотам? Думаю, что мы должны взять из различных исторических периодов все по-настоящему значимое и ценное. Нам нужен великий синтез высоких духовных идеалов древней Руси, государственных и культурных достижений Российской империи, социальных императивов солидарности и коллективных усилий для достижения общих целей, определявших жизнь нашего общества большую часть века ХХ-го, справедливое стремление к осуществлению прав и свобод граждан в постсоветской России. Синтез, который лежит за пределами привычной дихотомии «правые-левые». Синтез, который можно описать формулой «вера — справедливость — солидарность — достоинство — державность».

Государство, созданное на базе такого синтеза, в полной мере будет отражать идеалы библейских заповедей, лежащих в основе всех истинных представлений об этике, о должном и не должном. Опираясь на заповеди «не убий», «не укради», «не лги», «не прелюбодействуй», оно сможет решительно подавить организованную преступность, коррупцию, индустрию разврата и растление молодежи. Оно будет способствовать укреплению связи между свободой личности и ответственностью, гражданской самоорганизации народа, построению солидарного общества, о котором много говорилось с трибуны Всемирного русского народного собора. Оно обеспечит гражданам максимум социальных гарантий, создаст пространство равных возможностей для людей из разных регионов, социальных слоев и профессиональных групп. Добьется стремительного развития науки, передовых технологий даст второе дыхание тем сферам, где мы традиционно лидировали. Наконец, такое государство создаст оптимальные возможности для жизни традиционных религиозных общин, для передачи духовного наследия наших предков будущим поколениям.

Платформой для упомянутого синтеза должно стать единство культуры, непрерывно и преемственно развивавшейся на протяжении всей тысячелетней русской истории. Впитанные русской культурой христианские идеалы светили на всех крутых поворотах нашего исторического пути, как путеводная звезда перед волхвами. Они не дают сбиться с дороги и сегодня. Поэтому важнейшим залогом сохранения единства нашей страны и нашего народа необходимо признать сохранение базовых и объединяющих нас ценностей классической русской культуры и укрепление ее духовного первоисточника — православной веры.

Говоря о духовных скрепах нашего единства, мы не имеем право забывать, что главным творцом отечественной культуры является русский народ. При всей открытости нашей культуры, при всей разумной готовности принять в наши ряды человека любого происхождения, нам следует всегда помнить, что без существования русского народа и без Православия наша отечественная культура не могла появиться на свет и не имеет перспектив в будущем. На осознании этого факта должна строиться культурная политика государства, стремящегося к сохранению своего единства.

Очень важным также является поддержка традиционных религий России и существующих в стране национальных меньшинств, представители которых вносят свой значительный вклад в общенародное дело — укрепления экономического, политического и культурного процветания нашей страны. Для всех народов России их страна — это их родной дом, другого нет. А потому каждый народ должен чувствовать себя по-настоящему дома, в безопасности, в доброжелательном окружении многонационального общества.

Судьба же русского народа, его благополучия, его целостность, зрелость его самосознания должны быть признаны ключевыми факторами в сохранении духовного и политического единства России. Пренебрегать этим сегодня — значит разрушать государство, закладывать под него мину замедленного действия.

Между тем, именно это происходило в сфере национальной политики в 1990-е годы, когда группой ученых и политиков постулировалось искусственное противопоставление «русского» и «российского». В то время чиновники получали не афишируемые указания не использовать в публичных выступлениях и официальных документах слово «русский», как якобы ослабляющее единство нации.

И сегодня, к сожалению, можно слышать заявления о том, что русский народ неоднороден, что его единство является фикцией, а также о существовании новых, не известных ранее наций, таких, к примеру, как «поморская», «казачья» или «сибирская».

За попытками исключить употребление слова «русский» просматриваются идеи, которые уже давно показали свою безжизненность на Западе, где все сильнее звучат голоса, призывающие отказаться от мультикультурализма и теории «плавильного котла». Напротив, необходимо утверждать право народов и религиозных общин на свою идентичность. Таким правом, безусловно, обладает и русский народ, вокруг которого формируется российская нация, российская цивилизационная общность. При этом все народы страны должны иметь возможность раскрывать свою самобытность и мирно договариваться о правилах совместной жизни в рамках общей многонациональной русской цивилизации.

Наш великий мыслитель Николай Яковлевич Данилевский, основатель цивилизационного подхода к изучению истории, писал: «Народности, национальности суть органы человечества, посредством которых заключающаяся в нем идея достигает в пространстве и во времени возможного разнообразия, возможной многосторонности существования». Необходимо еще раз ясно и четко обозначить принципиальный момент: для того, чтобы граждане России жили в мире и согласии друг с другом, они вовсе не должны отказываться от своей национальной памяти.

Но и на пути сохранения этой памяти могут возникать и, к сожалению, возникают достаточно болезненные и опасные явления. К таковым относятся попытки конструировать псевдорусские языческие верования. С одной стороны, это крайне низкая оценка религиозного выбора русских людей, тысячу лет живущих в лоне Православной Церкви, а также исторического пути, пройденного православной Русью. С другой стороны, это убежденность в своем личном и узкогрупповом превосходстве над собственным народом. Это очень опасное заблуждение, потому что человек, подчинившийся гордыне, готовит себе личную трагедию. Вместе с тем мы должны понимать, что корни описанного явления произрастают не только из внутренних особенностей отдельных личностей, но имеют общественные причины.

В этом случае приносит свои печальные плоды тенденция игнорирования значения русского народа, ревизия русской истории, пик которой пришелся на те же самые 90-е годы прошлого века, и которая сумела если не подорвать окончательно, то серьезно расшатать веру в свой народ и в свою страну у многих соотечественников. Эти люди были вынуждены искать новое мировоззренческое пристанище: либо за границей, либо в фантастических мирах, связанной с заново выдуманной национальной или религиозной группой. Насколько надорвано должно было быть национальное сознание, в каких пещерах мысли и духа оно должно было оказаться, чтобы кто-то, считая себя носителем русской национальной идеи, отказался от святых и героев родной истории, от подвига своих предков, и сделал своими кумирами нацистов и их приспешников?

В связи с этим очевидно, что должны измениться подходы к молодежной политике. Не стоит исключать из нее русского и православного фактора. При этом нужно работать не только с богатыми и благополучными юношами и девушками, проживающими в мегаполисах и ориентированных на карьеру и успех. Нужно искать методы взаимодействия с так называемой «уличной» молодежью. С теми, кто отличается юношеским максимализмом, кто тяготеет к сплоченным подростковым сообществам, кто остро переживает дисбаланс в вопросах социальной политики и в межнациональных отношениях. 

Владимир Ряполов


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"