На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

История  
Версия для печати

Вологодская губерния

Очерк

В 1836 году за публикацию «дерзкой» статьи П.Я. Чаадаева журнал «Телескоп» был закрыт, а его издатель Николай Иванович Надеждин (1804 – 1856) отдан под следствие. На долю выдающегося филолога, талантливого профессора Московского Университета по суду выпало жестокое наказание: ему определили ссылку в Устьсысольск, в самый северо-восточный угол Вологодской губернии. Крайняя неустроенность в краю стуж и болот, безотрадное общество туземных жителей, казалось, могли бы волю человека из ученого мира сломить, но не таков был этот деятельный и жизнестойкий эрудит. Он нашел путь для продолжения своего исследовательского поприща. Надеждин собирает краеведческий материал по Вологодской губернии, обдумывает пути обогащения скудных статистических данных, включая лично добытые сведения. Предпринята важная инициатива собрать крупицы творчества местных зырян (коми), научиться их живому разговорному языку. В результате удалось то и другое. Энциклопедическая статья «Вологодская губерния» - факт беспримерный, как по широте, глубине и новизне охвата исследования, так и по красоте подробностей, в ней заключенных. О зырянском поэтическом видении окружающего мира получится другая статья. Надеждин буквально фонтанировал эрудицией и был вне подражания в изяществе изложения. Но ссылка, суровый климат и тяжелый быт подорвали здоровье изгнанника, в дальнейшем он до конца жизни будет страдать от ревматизма ног.

Ключевая энциклопедическая статья «Вологодская губерния» написана Николаем Ивановичем Надеждиным в 1838 году, помещена им вскоре в «Лексиконе» Н. Греча.

Публикация библиографов Маргариты Бирюковой и Александра Стрижева.

 

Вологодская губерния занимает огромное пространство на северо-востоке Европейской России, между 580 25´ и 640 30´ северной широты и между 560 и 770 восточной долготы. Расстилаясь длинным и неправильным многоугольником от юго-запада к северо-востоку, она касается западною оконечностью Череповецкого и Кириловского уездов Новгородской губернии, в расстоянии не более 400 верст от Москвы и около 700 верст от Петербурга; но зато восточным своим краем упирается в Уральский хребет, за которым начинается Березовский уезд Тобольской губернии. С севера опоясывает ее губерния Архангельская уездами Мезеньским, Пинежским и Шенкурским, а потом Олонецкая – Каргопольским. По южной границе тянутся губернии Пермская, Вятская, Костромская и Ярославская, из которых первая прикасается к ней Чердынским, вторая – Слободским, Орловским и Котельницким, третья – Ветлужским, Кологривским, Чухломским, Солигалицким и Буйским, последняя – Любимским и Пошехонским уездами. Поверхность всего этого пространства не вычислена с точною определенностью: одни сокращают ее до 6 890 (Брусилов), другие распространяют до 8 406 (Шуберт) квард. геогр. миль; среднее число, принимаемое Арсеньевым, 7 187 кв. миль, что составляет 352 163 кв. версты. Как бы то ни было, Вологодская губерния, обширнейшая в Европейской России после Архангельской, равняется объемом почти целой Испании. Наибольшая длина ее простирается из юго-западного угла, образуемого прикосновением Вологодского уезда к Пошехонскому и Черповецкому, в северо-восточный, происходящий из соприкосновения Устьсысольского уезда с Мезеньским и Березовским, что составляет летними дорогами более 2 000, прямо около 1 200 верст. Наибольшая ширина от северо-западной оконечности Яренского уезда, примыкающейся к Мезеньскому и Пинежскому, до юго-восточной Никольского, вдающейся в Котельницкий уезд, содержит в прямом направлении более 500, дорогами более 1 000 верст. Окружность, которая не была и не может быть обойдена, можно положить примерно в 5 000 верст.

Это неизмеримое пространство замечательно с первого взгляда тем, что почти все расположено в гидрографической области одного бассейна, именно Северо-Двинского. Река Северная Двина, собирая в себя воды со всех четырех концов Вологодской губернии, почти в самой средине ее свертывается в ту колоссальную трубу, которая под Архангельском поглощается Белым Морем. Начало ее обыкновенно полагают в точке слияния рек Сухоны и Юга под Устюгом, от чего будто она и названа Двиною, то есть «двойною» или «сдвинутою» рекою (см. Двина Северная).Но если рассудить, что между Сухоною и Югом нет соразмерности, потому что Юг даже при устье во всех отношениях уступает Сухоне и имеет все признаки ее притока (см. Сухона); если взять во внимание, что настоящая величина главной трубы бассейна начинается уже по соединении с нею Вычегды, которая сообщает ей свое постоянное направление к северо-западу и господствует в ней характером своих вод и берегов (см. Вычегда), то справедливее признать Северную Двину если не продолжением Вычегды, то, по крайней мере, плодом слияния этой реки с Сухоной, которой последней имя должно бы, следовательно, простираться не до Южского, а до Вычегодского устья, верст 60 ниже Устюга. Начиная отсюда, ширина Северо-Двинской трубы, часто прерываемая островами, обыкновенно простирается до 500 сажень, а в весенние разливы от 4 до 5 верст и более; глубина, в полную воду возвышающаяся до 7 и 8 сажень, вовремя летних засух упадает местами до  1½ аршина. Если по этой трубе провести прямую линию поперек всей Вологодской губернии от северо-запада к юго-востоку, то губерния разделится на две половины, соответствующие гидрографическим областям двух главных ветвей бассейна, Сухоны и Вычегды. Первая из них, юго-западная, займется уездами Устюжским, Никольским, Тотемским, Грязовецким, Вологодским, Кадниковским и Вельским; вторая, северо-восточная, заключит три остальные, то есть: Устьсысольский, Яренский и Сольвычегодский, за исключением западной оконечности последнего уезда, которая узкою полосой переходит по сю сторону Двины, и южного угла в первом, который по Лузе, притоку Юга, относится к системе вод Сухонских. При всем том, первая половина все еще будет гораздо меньше последней; потому что один Устьсысольский уезд, которого по-Лузье составляет весьма малую долю, занимает до 15 000 000 десятин поверхности, следовательно, чуть не половину всего пространства губернии. Река Сухона начинается у самых краев западной оконечности губернии. Туземцы различают в верховье ее две Сухоны, Рабанскую и Окольную. Первая выходит из Кубенского озера, которое, упираясь северо-западным концом в Новгородскую губернию, лежит в пределах Вологодской, на меже Кадниковского и Вологодского уездов. К ней приливает Окольная, верстах в 50 от истока, в точке соприкосновения двух помянутых уездов с Грязовецким. Эта последняя есть собственно нижняя часть реки Вологды, протекающей мимо главного города губернии (см. Вологда), и, судя по составу и главному направлению своего бассейна, должна быть признана продолжением реки Лежи, важнейшей в Грязовецком уезде, которая часть вод своих почерпает речкою Комелою из Никольского озера, находящегося в черте того же уезда. Имя Окольной дано ей, очевидно, по крутой, почти кольцеобразной излучине, верст в 20 длиною, которую она дает вокруг Рабанской Сухоны, приблизясь к ней не больше как на 256 сажень, при окончании реки Вологды. Происходящий отсюда узкий перешеек исстари перекопан судоходным рвом, который приписывается Белоозерскому князю Глебу Васильевичу, внуку князя Константина Всеволодовича Ростовского, современнику Калиты (около 1340 года), и поэтому есть один из древнейших памятников искусственного сообщения вод в России. Замечательно, что Рабанская Сухона весною, перед вскрытием воды, в продолжение двенадцати дней и более, имеет обратное течение в Кубенское озеро, что, конечно, должно объяснять перевесом напора со стороны Окольной; поэтому едва ли не эту последнюю надо считать главною нитью Сухонского бассейна, тем более что и длина ее, особенно по реке Вологде, гораздо больше Рабанской, а ширина при слиянии равная. Как бы то ни было, уже по соединении этих двух истоков, общая труба называется собственно Сухоною, и под этим именем продолжает свое течение верст около 600 через Тотемский и Устюжский уезды, направляясь постоянно к северо-востоку. Ширина ее в это время колеблется от 90 до 150 сажень; глубина держится между 4 и 1½ саженями. Под Устюгом, от запора вод натиском Юга, который падает в нее почти перпендикулярно, на крутом, чуть не прямоугольном, изломе, река возвышается иногда до 5½ и до 6 сажень глубины, что, по замечанию жителей, случается периодически лет через десять и сопровождается вредными для берегов последствиями. Течение вообще излучисто, впрочем, не слишком крупными коленами. (см. Сухона).  Бассейн Сухоны питается с обеих сторон множеством притоков, но особенно с правой стороны. Между левыми длиннее прочих Царева, Коченга и Уфтюга, из которых, впрочем, только Царева, образуемая соединением двух порядочных речек Тафты и Вожбала, способна весною к сплаву. В числе правых замечательны: Шуя, Толшма, Печенга, Леденга, Старая-Тотьма и, наконец, Юг; впрочем, и из них только Старая Тотьма, сливающаяся также из двух речек Илезы и Водчи, в весеннее время бывает сплавною; собственно же судоходен Юг, который, начинаясь внутри Никольского уезда, сам, со всеми излучинами, имеет течения около 400 верст, при 80 саженях ширины, и сверх того, принимает много значительных притоков, из которых могут быть замечены: с левой стороны – Кипшенга, Шаршенга и Кичменга, с правой  - Андрога, Пушма и, наконец, Луза; последняя сама судоходна и имеет собственной длины до 300 верст (см. Юг). Река Вычегда зарождается в средине Устьсысольского уезда из болот, откуда, протекая через Яренский  и Сольвычегодский уезды, всего течения имеет до 700 верст. Сначала она направляется от северо-запада к юго-востоку, до принятия левою своею стороною реки Немы; здесь поворачивает круто на юго-запад, до слияния с Северною Кельтмою; отсюда принимает обратный путь к северо-западу, до встречи с Вишерой, приливающею с правой стороны; тут снова берет юго-западное направление, до устья Сысолы; потом бросается почти прямо на север, с небольшим изломом к западу, и почти прямолинейно сшибается с Вымом; после этого, обогнув не очень крутую дугу вокруг Яренска, решительно поворачивает на запад с легким склонением к югу, до окончательного поглощения Северною Двиною. Кроме этих больших колен, течение ее беспрестанно ломается мелкими излучинами и притом часто меняет русло. Несмотря на то, очевидно, что она постоянно стремится от юго-востока к северо-западу, следовательно, имеет направление решительно противоположное Сухоне. Ширина ее в Устьсысольском уезде простирается от 100 до 200, а потом нередко до 400 и 500 сажень; впрочем, часто прерывается островами и песчаными косами. Глубины имеет в обыкновенное время от 1 до 3 сажень (см. Вычегда). В нижней части бассейна, правый берег Вычегды на всем пространстве Сольвычегодского уезда не открывается почти ни для каких значительных притоков; но выше прорезывается Яренгою, Вымом и Вишерою, из которых Вым сам имеет длины до 300 верст (см. Вым). Самое большое число рек вливается в нее с левой стороны, где особенно достойны замечания Вилядь, Сысола, Локчим, Северная Кельтма, Нема и Южная Мылва: между ними Сысола протекает сама около 400 верст. Замечательно, что эта последняя река одна только выходит своим верховьем из пределов Вологодской губернии (см. Сысола); кроме этого исключения, воды Вычегды, также как и Сухоны, все решительно заключаются в ее пределах. Сверх того, в северо-западной части губернии образуется бассейн Ваги, который принадлежит также к гидрографической области Северной Двины, но поглощается ею уже в Архангельской губернии. Сама Вага, начинаясь в Тотемском уезде, протекает по губернии до 200 верст, разрезывая поперек Вельский ее уезд (см. Вага). Из впадающих в нее рек замечательны: с левой стороны – Пежма и Вель, с правой – Кулой, Кокшенга и Устья; две последние, впрочем, только по верхним частям своим Вологодские. В за-Двинской части Сольвычегодского уезда есть также реки, непосредственно вливающиеся в Северную Двину, как то: Уфтюга, имеющая длины 180 верст и способная к сплаву; две Тоймы, Верхняя и Нижняя; наконец, верховье Пинеги, которая, пробежав по Вологодской губернии 140 верст, уходит в Архангельскую (см. Пинега). К той же Северо-Двинской системе вод можно отнести и реки, поглощаемые Кубенским озером, истоком Сухоны; они орошают преимущественно Кадниковский уезд; главнейшая из них Кубена, начинаясь в Вельском уезде, имеет течения около 200 верст и принимает много побочных речек (см. Кубена). Остальные воды губернии принадлежат к трем бассейнам, отдельным от Северо-Двинского, именно: Мезеньскому, Печорскому и Волжскому.  Мезень сам проникает в Яренский уезд крутою дугою и принимает здесь левою стороною, кроме других мелких притоков, значительную реку Вашку, имеющую длины до 300 верст (см. Вашка). Печора разрезывает поперек самый восточный край Устьсысольского уезда на перепутье своем из Пермской губернии в Архангельскую. Несмотря на свою огромную ширину и глубину, эта река имеет здесь физиономию горного потока; бассейн ее, продолжающийся в черте Вологодской губернии по крайней мере на 400 верст длины, принимает правою стороной побочные реки Илыш, Лягу, Подчирью и Щугорь, левою – Северную Мылву, Вельву, Лембу и Соплес; тут же, в соседстве с истоком Вычегды, зачинается важнейший  левый приток ее Ижма, раскрывающийся вполне уже в Архангельской губернии (см. Ижма). Наконец, воды системы Волжской в несметном количестве ручьев и рек сливаются с южной границы губернии во всю длину ее. Замечательнейшие из них – Южная Кельтма, Лупья и Весленга, непосредственные притоки Камы; Молома, приток той же Камы через Вятку; Вохма приток Ветлуги, которая сама частью верховья касается Вологодской губернии в Никольском уезде; наконец, Унжа, непосредственный приток Волги.

Явно теперь, что главную, наибольшую часть пространства, занимаемого Вологодскою губерниею, должна составлять впадина, промытая слиянием вод со всех четырех концов в общую трубу Северной Двины. Эта впадина, простирающаяся почти через всю длину губернии от юго-запада к северо-востоку, ограждается со всех сторон более или менее возвышенными окраинами, которые, однако, не везде совпадают с губернскими границами, но иногда из них выдвигаются, чаще же вдвигаются внутрь их так, что вся поверхность губернии рельефом своим представляет род кольца, разорванного только в одном пункте, почти на самой середине длины, широкою пастью Двинского русла. Существование этой кольцеобразной опушки вокруг внутренней впадины губернии не везде обнаруживается приметными для глаз выпуклостями. В этом последнем отношении очевидное первенство принадлежит восточному краю губернии, где, как было уже сказано, проходит исполинский хребет Урала. В черте Вологодской губернии гребень этого хребта во многих местах покрыт вечным снегом. Сверх того, он отбрасывает от себя далеко на запад массивные выпуклости, которые имеют всю физиономию «гор» в собственном смысле слова. Таков, например, «Камень-Толпас», или правильнее «Тоу-пас», что значит по-Зырянски «Сигнал ветру», из-под которого выходит река Подчирья, впадающая в Печору; такова «Гора Сабля», вечно снеговая, находящаяся верстах в 40 от деревни Оранец на самой Печоре, последнего предела обитаемости в Устьсысольском уезде к северу. Вообще весь правый берег Печорского бассейна есть Альпийская область Вологодской губернии, и ее-то исстари туземцы называли «Каменным Поясом», или иначе «Камнем Павдинским», что, последнее, должно производить совсем не от По-Двинского, то есть лежащего по ту сторону Двины, как догадывались некоторые, а от реки Павды. Впрочем, продолжение этого пояса не оканчивается руслом Печоры. Конечно, по сю сторону Печоры скоро начинается ложбина Вычегды, составляющая восточную половину внутренней впадины губернии. Но эта ложбина с обеих сторон ограждена стенами, имеющими очевидную связь с Уралом (см. Вычегда).  Стена южная не только провожает Вычегду во всю длину ее течения, но и продолжается непрерывною полосой через всю Вологодскую губернию, составляя правый берег Сухонского бассейна. Ею делятся воды Северной Двины, стремящиеся на полночь к Ледовитому океану, от вод, увлекаемых Волгою на полдень к Каспийскому морю. Гребень этой стены идет по самой почти границе Устьсысольского уезда, Никольский разрезывает пополам, в Тотемском опять отступает к самому краю, в Грязовецком снова врезывается внутрь уезда. Высота его упадает по мере отдаления от основного Уральского хребта, так что в двух последних уездах он едва обозначается для глаз небольшими угорами. Но зато в двух первых, Устьсысольском и Никольском, вся эта полоса обрисовывается резкими выпуклостями, особенно по берегам двух главнейших рек, Сысолы и Юга. Река Сысола, зачинаясь в соседстве Камы, на кряже, которого горная натура слишком очевидно изобличается железными рудниками, провожается ощутительным отпрыском этого кряжа по левому своему берегу, который с тем вместе служит чертою раздела между ней и рекой Лузой. Он сопутствует Сысоле до самого впадения в Вычегду; и ему-то эта река обязана тем, что непосредственно до принятия Сысолы ломается крутым коленом и, вместо прежнего направления с востока на  запад, устремляется к северу, так что вытягивается в одну нить с Сысолой (см. Вычегда). Главнейшее возвышение этой береговой гряды уже вскрай Вычегды находится в Коквицах, селении Яренского уезда, которое возвышается на крутом, холмистом мысу, заставляющем Вычегду обогнуться вкруг него замечательною лукою, имеющею не больше 2 или 3 верст поперечника на 15 верст окружности. Она скрывается потом в суземе, обозначаясь только разделом вод, из которых одни текут в Лузу, другие в Вычегду. Уже по впадении в эту последнюю реки Виляди в Сольвычегодском уезде, этот отпрыск южной стены Вологодской губернии снова придвигается к руслу Вычегды, грядою возвышенностей, которые туземцы называют «Едома-Гора», без сомнения от Зырянского «ю-дом», что значит «узда реки», то есть «предел займища», или «граница бассейна, разлом вод». Здесь, наконец, этот отпрыск пересекается общею трубою Сухоны и Юга. Между тем, главный кряж, который от самой Печоры имеет западное, слегка наклоняющееся к полудню, направление, после Сысолы, дав начало Лузе, заворачивается и сам на север вслед за этою последнею рекою; но, встречая Юг, в который Луза вливается, опять отгибает назад, так что образует острый угол, почти соответствующий углу, под которым две эти реки соединяются. Из расщепа этого угла в противоположную сторону сбегает река Молома, уже Волжской системы, по которой угол этот в своей вершине называется «Моломским волоком». По левой стороне Юга возвышенный кряж опять устремляется к северу, преимущественно обрисовываясь берегами Кичменги. Он подступает к самой Сухоне неоднократно вдоль Устюжского уезда, именно, высоким Гледеньским мысом над самым впадением Юга, где стоял древний город Устюг, крутыми угорами по обеим сторонам устья реки Стрелицы, где также находятся следы древнего городища, и наконец, правым берегом реки, которая сама называется Городищною. Здесь на границе Тотемского уезда, он опять возвращается на полдень, образуя новый угол, извнутри которого заграждается река Унжа, стремящаяся в противоположную сторону к Волге. Небольшой отросток отбрасывается от него снова на полночь, между реками Старою Тотьмою и Леденгою. Но главная гряда по всему Тотемскому уезду сохраняет прежнее юго-западное направление, вдали от Сухонского русла, по самой границе Вологодской Губернии. В Грязовецком уезде находится последний перелом всей этой возвышенной полосы. Она поворачивает здесь решительно на север, вдоль реки Шексны, струящейся уже вне Вологодских пределов. Отсюда берут свое начало реки Вологда и сама Сухона, имеющие уже направление от запада к востоку. В самой Вологодской губернии эта новая гряда возвышений обозначается слабо, за исключением холмистой опушки Кубенского озера, источника Сухоны, с юго-западной стороны, на границе Вологодского и Кадниковского уездов. Но далее к западу она постепенно вырастает, и раскидывается высокою террасою под Белым-Озером, которое уже – не что иное, как продолжение цепи Финляндско-Олонецких гор, отрывающейся от колоссального Скандинавского хребта. Эта-то терраса, продолжающаяся с одной стороны по Шексне, с другой по Кеме, прикрывает Вологодскую губернию во всю ширину западной оконечности, и таким образом вне пределов ее составляет западный бордюр ее внутреннего  углубления. От ней, между озерами Кубенским и Воже, прокрадывается опять внутрь губернии, по северо-западному углу Кадниковского уезда, неприметная для глаз перемычка, которая составляет левый берег Сухонского бассейна и черту раздела между ним и водами реки Ваги. Эта перемычка весьма узкою нитью проходит между истоками Кубены и Вели, из которых первая течет на полдень в Кубенское озера, последняя уносится на полночь Вагою. В уезде Вельском она обозначается довольно резкими возвышениями вокруг рек Важского бассейна. Но наиболее ощутимою становится она в Тотемском уезде, где придвигается вплоть к самому руслу Сухоны и с ним вместе выходит в уезд Устюжский. Здесь левый Сухонский берег представляет ряд живописных холмов, которые отличаются высотою и крутизной преимущественно в так называемых «Безумной Слуде» и «Опоке». Так как с другой стороны здесь же подступают к самой Сухоне отростки южного возвышенного кряжа из Никольского уезда, то отсюда происходят «переборы», запирающие течение этой реки. За «Опокою», которая находится верстах в 70 от Устюга, против самого устья реки Стрелицы, левый кряж высот снова отступает от русла Сухоны на север и уже прямо, по меже Устюжского и Вельского уездов, пробирается к трубе Двины, где своею плотною массою преломляет почти под прямым углом напор Вычегды. Таким образом, и северо-западный угол Вологодской губернии оказывается прикрытым во всю длину свою, только что не по самой границе. В Задвинье, по правую сторону Вычегды, широко простирается долина самой Двины. Но постепенное возвышение поверхности к северо-востоку доказывается зарождением больших рек в суземе Сольвычегодского уезда, каковы Уфтюга, две Тоймы и, наконец, Пинега, стремящиеся к Двине отдельными от Вычегды токами. Особенно замечательно здесь течение Пинеги, которое на всем пространстве Вологодской губернии, и даже в Архангельской до разделения своего на два распашные рукава (см. Пинега), параллельно Двинской трубе, то есть, имеет северо-западное направление; следовательно, предполагает покатость восточной части Сольвычегодского уезда к западу и к северу. Это именно не что иное, как северная стена Вычегодской ложбины, которая на смежности Сольвычегодского и Яренского уездов подступает к самому руслу Вычегды нагорным берегом. При устье Яренги она обозначается высоким амфитеатром, во глубине которого находится нынешний город Яренск; западная оконечность этого амфитеатра, по сю сторону Яренги, называется «Никшина-Гора». Непрерывное продолжение этой стены вытягивается узкою нитью между истоками Яренги и Вашки, из которых последняя стремится в совершенно противоположном Яренге направлении к северу. Но потом внутри Яренского уезда стена эта раскидывается обширною выпуклостью, которая одним краем составляет правый высокий берег Вычегды от Яренги до Выма, другим заставляет Мезень делать то странное колено, которым он заходит ненадолго в Вологодскую губернию. Там, где зачинается Вым, ближайший сосед Мезени, эта выпуклость опять стесняется в узкий перешеек; но высота ее тем более возрастает, как доказывает что слишком ощутительно чрезвычайная быстрота Выма и каскады его верховья (см. Вым). За Вымом, в Устьсысольском уезде, она снова разрастается обширною пуповиною, с которой в одну сторону сливаются Вишера и сама Вычегда, в другую притоки Ижмы, принадлежащие уже к Печорской системе. Между Вишерой и Вымом длинный язык высовывается опять до самой Вычегды, и почти встречается с отростком южной стены ее, провожающим течение Сысолы, так что Вычегда едва находит себе путь между горами Часовскою с правой и Коквицкою с левой стороны. По ту сторону Вишеры, эта выпуклость направляется к юго-востоку, и вкруг ней-то описывается огромная лука Вычегодского верховья (см. Вычегда). Небольшой волок между Мылвами, Южной и Северной, из которых первая идет на Вычегду, последняя в Печору, соединяет эту выпуклость с южным возвышенным кряжем Устьсысольского уезда, который в свою очередь пробирается к ней узким волоком между Кельтмами, Северной и Южной, из которых первая идет опять в Вычегду, последняя в Каму. Но главный стрежень ее отдается на север и, меж истоками Ижмы и Вельвы, подступает к Печоре высокою «Брусяною Горою», почти насупротив исполинской «Горы-Сабли». Так замыкается со всех сторон внутренняя впадина Вологодской губернии. Глубочайшее дно этой впадины, очевидно, находится на смежности Устюжского и Сольвычегодского уездов, где все главные воды Северо-Двинского бассейна сливаются в общую трубу: это выражается и именем двух рек Уфтюг, одной в Устюжском, другой в Сольвычегодском уезде, которое происходя от Зырянского «увт-ю», значит «низменную реку». Кроме того, наиболее обширную низь в Вычегодской ложбине составляет гидрографический отдел реки Локчима, внутри Устьсысольского уезда, промеж Сысолы и Северной Кельтмы; в Сухонской, вся верхняя часть ее до Тотьмы, заключающая западную половину Тотемского уезда, и почти все пространство уездов Грязовецкого, Вологодского и Кадниковского. Вне этой внутренней впадины углублены юго-восточная часть Никольского уезда, которая спускается на полдень по рекам Волжской системы, и почти весь Вельский уезд, в северо-западном углу губернии, который есть также обширная низь, но вымытая отдельным бассейном Ваги. Наиболее обширными выпуклостями губернии, кроме Альпийского Печорского края, представляются уезды Никольский и Яренский, с прилежащими к ним частями огромного Устьсысольского уезда, с одной стороны меж Лузой и Сысолой, с другой в верховьях реки Вишеры. Впрочем, так как все эти выпуклости, за исключением Уральских предгорий, не имея значительной высоты, слабо оттеняются на поверхности, то всю Вологодскую Губернию можно назвать вообще обширною низью. Слово «горы», хотя часть употребляемое туземцами, имеет здесь самое ничтожное значение: оно синоним «берегам речным», которые одни в самом деле и имеют ощутительную для глаз высоту; «ехать горами» значит в Вологодской губернии «ехать берегами рек». Самые возвышенные и круто обрывающиеся берега отличаются еще местным названием «слуд». Настоящие горы, каковы Уральские, называются вообще «камнями».

Такое наружное однообразие поверхности, занимаемой Вологодскою губерниею, естественно предполагает и внутреннюю одинаковость геологического строения. Только выпуклые полосы прикрыты сверху твердым, каменистым черепом. Такова преимущественно вся Альпийская область Печорского бассейна. Южная опушка Устьсысольского уезда также камениста, особенно по левому берегу Сысолы и впадающей в нее веки Визенги. Выпуклость Никольского уезда имеет то же свойство, преимущественно по берегам Юга и Кичменги. Холмистая рама Кубенского озера отлагает каменистые пласты по Вологодскому, Кадниковскому и Вельскому уездам; единственный, находящийся посреди озера лоскуток земли, где теперь Белавинская пустынь, некогда знаменитый Спасо-Каменный монастырь, состоит из твердого щебневатого хряща, по которому и получил название Каменного. Левый берег Сухоны в Устюжском уезде взгроможден из каменных слоев, которых настилка друг на дружке обрисовывается живописными жилами Опоки, имеющей вид разноцветной мраморной стены. В северной части того же уезда, где этот возвышенный кряж отступает от Сухонского русла, есть замечательная полоса, вся закиданная валунами, которые местное предание называет каменною тучею, отвращенною от Устюга молитвами чудотворца Прокопия Юродивого. Наконец, Удорская выпуклость Яренского уезда, особенно в верховье Выма, имеет также горное, каменистое образование: важнейший левый приток этой реки называется Иолва, что по-Зырянски значит «Молово-Вода» или «Белая Река», от белизны своего каменного дна; другой правый приток ее, Ухта Южная, соприкасающаяся верховьем с Ухтой Северной, которая принадлежит к бассейну Ижмы, выстлан особого рода окаменелою корою, которая у туземцев известна под именем «доманика». Все эти пласты должны быть намывные, отложенные на выпуклых ребрах поверхности спуском вод, частию с Уральского хребта, частию с цепи гор Олонецких. Вообще же все пространство Вологодской губернии есть сырая, болотная топь, зачерствелая в иных местах глинистым, в других песчаным грунтом, редко где покрытая черноземом. Берега Сухоны, Вычегды и Двины, там где наиболее плотны и возвышенны, упитаны солью, которая нередко сама выбивает на поверхность соляными фонтанами. Все это заставляет предполагать с достоверностью, что процесс образования планеты здесь еще не совершился, что это пространство есть не что иное, как дно моря, которое не совсем еще просохло и затянулось. В соседстве Урала первоначальное обнажение дна из-под вод должно было произойти не без насильственной катастрофы. Это доказывается берегами Печоры, которые истерзаны множеством ущелий и нор, наполненных разными животными окаменелостями, в числе их слоновыми костями. Подобные остатки находятся раскиданными и по другим возвышениям губернии, особенно в восточной половине; большая часть их принадлежит морским животным, погребенным в известковом грунте берегов речных, преимущественно вокруг Выма; многие имеют тип и колоссальные размеры допотопной природы. Внутренность губернии просыхала медленно, мало-помалу; она и теперь порядочно не высохла. Стоит только всмотреться пристальнее в ее гидрографическую сеть, которой нити переплетаются меж собой чудными узорами. Все здешние реки почти соприкасаются одна с другой своими истоками. Отдельные бассейны чуть не цепляются друг за друга своими побочными ветвями. Река Сухона посредством Кубенского озера прикасается с одной стороны Порозовицею к Белоозерской системе вод, изливающихся Шексною в Волгу, с другой Кубеною к Вели, уносимой в Двину уже Вагою. В дальнейшем течении она, с левой стороны, через Цареву, непрерывною цепью проточных озер, соединяется с Кокшенгой, притоком Важским; с правой, почти всеми главными побочными нитями касается Волжской системы, именно, опять Шексны, через Лежу, Комелу и Никольское озеро, в соседстве которого зачинается Ухтома, вливающаяся в Шексну через Согож; потом Унжи, через реку Старую Тотьму, которой один исток находится подле истока Юзы, побочной ветви Унженского верховья; далее, Ветлуги, с притоком которой, Вохмою, соседит опять та ж самая Тотьма и Юг через Кичменгу; наконец, Моломы, опять через Юг и, отчасти, через Лузу. Река Вычегда не менее соприкосновенна с Волгою через Каму, эта последняя сама начинается в одних болотах с Сысолой; дальше к северу, две Кельтмы представляют новый узел соединения ее с Вычегдою. С правой своей стороны, Вычегда примыкает к Мезеньскому бассейну чрезвычайно близким соседством Яренги с Вашкою, Иолвы (притока Вымского) с Ирвою. Потом, она связывается с Печорою, во-первых, через Вым и Ижму посредством двух Ухт, во-вторых, через близкое соседство истоков Ижмы  с ее собственным, в-третьих, через две Мылвы. Замечательно, что Печора и на правой Альпийской стороне своего бассейна не остается совершенно уединенною; Урал не мешает ей находиться почти в непосредственной связи с системою вод Обских; сквозь выемки Каменного Пояса ее притоки Щугор и Илышь примыкают своими верховьями к верховьям Сосвы и Тавды. Между Сухоною и Вычегдою находится тройственный узел сцепления, в соседстве истоком Виляди, Лалы и Визенги. Река Вишера, касаясь Нившерой, своим притоком, Воли, другого притока Вычегды, образует род острова из возвышенного бугра, вкруг которого обвивается Вычегодское верховье. Невозможно исчислить всех подобных соприкосновений через речки и ручьи меньшего размера; здесь упомянуты только главнейшие, которые находятся и на картах, а эти карты очень недостаточны: на них нет и сотой доли всех водяных нитей, испещряющих Вологодскую губернию, которых, впрочем, большая часть не имеет и названий. Так как все эти нити во внутренности губернии начинаются из сырых, топких трясин, которые во многих местах налиты водою, то пространство ее и теперь еще в мокрое лето представляет род грязного, болотного архипелага, из которого места самые возвышенные, «едомы», принадлежащие к кольцеобразной опушке Двинского бассейна, торчат плавучими оазисами. Другое очевидное доказательство, что поверхность Вологодской губернии есть еще спорное поприще между водою и землею, находится в характеристическом свойстве речных нитей, из которых самые главные не установились до сих пор в своем направлении. В этом отношении замечательна особенно Вычегда, которая почти ежегодно переменяет русло, кидается то в ту и в другую сторону по своему широкому займищу (см. Вычегда). Не отстает от ней и Сухона, там, где ложе ее просторно. Долины этих обеих рек изрыты так называемыми «полоями»: имя, которое туземцы дают новым каналам, прорываемым ими в замену старых, которые затем или вовсе пересыхают, или остаются длинными побочными заливами нынешних русл, или даже, отделясь от них вовсе, покоятся уединенными озерами. Вообще на пространстве Вологодской губернии озер находится чрезвычайное множество. Главнейшие из них по обширности – Кубенское, Никольское и Синдорское. Кубенское, на границе Вологодского и Кадниковского уездов, имеет в длину, от устья Порозовицы до истока Сухоны, около 60 верст, ширину разную, от 5 до 12 верст, увеличивающуюся постепенно от запада к востоку. Если теперь сообразим это последнее обстоятельство и то, что Кубенское озеро, опушенное с юго-запада холмистым берегом, на северо-восток врывается множеством заливов в низкую равнину, составляющую Кадниковский уезд, то увидим, что оно произошло из выбоины, образованной сливом вод с Белоозерской террасы, во время отделения Двинского бассейна от Волжского. Это заметили туземные старожилы, когда назвали его «Кубина», что можно производить от Зырянского «гу-пи-ин», по-Русски «яма в яме». В старинных записях Русских владельцев оно называется «задворною лужею», именем не приличным его нынешнему состоянию, но которое дает повод предполагать, что оно в прежние времена, уже на памяти нашей истории, не ограничивалось нынешним северо-восточным берегом, а точно лелеяло «лужею» по Кадниковскому уезду, который потому и назывался в старину «Заозерьем» (см. Заозерское княжество). Следами продолжения его на северо-восток остаются доныне озера, сопутствующие Сухоне, особенно по левому ее берегу, почти до Тотемского уезда: в весеннее время эти озера и теперь сливаются с Сухоной, так что водяной путь из Вологды к Тотьме, до так называемого Шуйского Городка, идет не трубою реки, а широким половодьем. Если припомним здесь, что перед вскрытием воды, как было замечено, Рабанская Сухона имеет несколько дней обратное течение в Кубенское озеро, то очевидно, что яма, которая служит ему водоемом, простирается, по крайней мере, до слияния Рабанской Сухоны с Окольною. Самое наименование Окольной Сухоны показывает, что уже во время населенности края, этот побочный рукав главного русла, который теперь остается заливом, был другою проточною трубою Сухонских вод из Кубенского озера, так как нынешний Пучкас (см. Сухона). Без сомнения, по воспоминанию об этой трубе названа Окольною Сухоною и «Святая Лука» Рабанской Сухоны при теперешнем истоке ее из озера: она также была перекопана предприимчивым князем Глебом. Никольское озеро, находящееся в Грязовецком уезде, в 8 верстах от уездного города, имеет в длину до 15, в ширину до 3 верст. Оно одного происхождения с Кубенским. На средине его, как и на Кубенском, есть небольшой островок, где некогда также находился монастырь, нынче приходская церковь. Озеро Синдор лежит на пределах Яренского и Устьсысольского уездов. Оно имеет длины до 15, ширины до 5, всей окружности до 40 верст. Из него выходит речка Озерская, которая впадает в Вишеру. Само оно принимает порядочную реку Цымьяворын, которой верховье соприкасается с одной стороны с верховьем Номыча, притока Выма, с другой с верховьем Тобыса, притока Ижмы. Это дает повод к предположению, что оно некогда составляло узел бассейнов Вычегды и Печоры, может быть даже и Мезени. Кроме этих главных, бесчисленное множество мельчайших озер разбросано по всему пространству губернии. В одном Яренском уезде насчитывают их до 111. Многие из них остались памятниками прежнего течения больших рек, замененного впоследствии новыми полоями; таковы, например, по Вычегде озеро Дон в Устьсысольском уезде, внутри луки, описываемой Вычегдою против устья Северной Кельтмы; озеро Светик в Сольвычегодском уезде; и т.п. Другие служат истоками рек и речек, например, озера Ледовитое и Гудей, оба выливающиеся в Печору. Из таких озер, особенно в западной половине губернии, многие окружены болотными топями, показывающими, что они прежде были гораздо обширнее; так, озеро Кондас в Устюжском уезде, изливающееся в Сухону через Поршу и Уфтюгу, теперь имеет в длину только 300, а в ширину 200 сажень, но находится среди болота, которое простирается в длину на 20, в ширину на 8 и более верст. Есть еще много особенного рода бочагов, которые не впускают и не выпускают из себя вод, между тем, чрезвычайно глубоки и нередко имеют порядочную окружность. Таковы, например, два озера в Вологодском уезде, называемые Пятигорскими: они имеют в окружности только от 3 до 4 верст, но в глубину простираются от 12 до 16 сажень. Само собою разумеется, что это были омуты в массе вод, покрывающей некогда не только Вологодскую губернию, но и весь Русский Север, в то время как, по древним преданиям, Скандинавия была островом, а Каспийское море заливом Северного Океана.

При таком недоконченном устройстве материка, еще не высвободившегося вполне из-под власти нептунического хаоса, минералогический состав его, конечно, не может отличаться разнообразием и богатством. В Вологодской губернии почва суходолов состоит из окреплой болотистой земли, с примесью глины или песку. Возвышения, особенно по берегам рек, составлены из настланных друг на друга слоев глины, шифера, извести, мергеля, песку и песчаного камня. Белый известковый камень выламывается в большом количестве по берегам Вели, Сухоны, Юга, Вычегды, Сысолы, Выма и Печоры: его называют здесь «опокою». Брусяная гора на Печоре дает прекрасный точильный камень, которого ломка предоставлена древними грамотами царей крестьянам Печорской волости в награду за их верность и усердие во время смут междуцарствия. Полевой шпат встречается в пригорках Вологодского и Грязовецкого уездов. Жернова добываются в окрестностях Кубенского озера и по Устьсысольскому уезду. В некоторых глинистых буграх попадается мягкий шифер со слепками раковин, которые известны под именем аммоновых рогов. По Двине находят кремнистые камни, имеющие внутри пустоту, наполненную хрусталями бледно-фиолетового цвета. Ближе к Уралу, в возвышенностях Яренского и Устьсысольского уездов, попадается сердолик, silexcarneolus. Любопытное ископаемое вещество, так называемый «доманик», bitumensuillum, выламывается в Южной Ухте, которой, как уже было замечено, оно служит дном на расстоянии нескольких верст; туземцы делают из него столы, доски, линейки, коробочки и другие подобные изделия, которые выходят очень красивы и продаются довольно дорого. Это дно отлагает на поверхности реки особенного рода жидкость, которую называют здесь «доманиковым маслом» и употребляют, как лекарство. Самое важное богатство минералогического царства в Вологодской губернии есть, покуда, соль, вывариваемая в значительном количестве из соляных ключей. Теперь находятся здесь три главные соляные завода в полном действии. Первый, Леденгский, принадлежит к государственным имуществам: он находится на реке Леденге, в Тотемском уезде, в 35 верстах от Тотьмы; здесь четыре соляные колодезя, в 70 сажень глубины; рассол густ и силен; он бьет естественным фонтаном, без пособия насосов; количество его так обильно, что, по недостатку варниц, большая часть его спускается в реку; соли вываривается от 74 до 100 тысяч пудов, но могло бы вывариваться, по крайней мере, втрое больше. Второй, Тотемский, находящийся верстах в двух от Тотьмы, на реке Кавде, с недавнего времени перешел из казны в частное владение купца Кокорева; это древнейший из соляных заводов Русских; он состоит из двух усольев, нового и старого; старое принадлежало некогда Вологодскому Спасо-Прилуцкому монастырю, от которого в начале второй половины XVI века был там приказчиком преподобный Феодосий Суморин, основатель нынешнего Тотемского Спасо-Суморина монастыря (1554): здесь много колодцев, вырытых в разные времена; один из них, по имени «Дедичный», имеет глубины 95 сажень; теперь на всем заводе вываривается до 75 000 пудов соли. Третий, Сереговский, в Яренском уезде, в 20 верстах от Усть-Вымского селения, на правом берегу Выма, принадлежит Вологодским почетным гражданам братьям Витушешниковым: здесь работают три трубы, из которых одна глубиною до 94 сажени; соли вываривается от 220 до 230 тысяч пудов. Кроме того, находились некогда варницы в усолье Пускинском, на левом берегу Двины, в Устюжском уезде, верстах в 50 от Устюга, и в нынешнем Сольвычегодске, который прежде назывался просто Усольем и Солью: он и теперь так зовется в просторечии у туземцев. Варницы Сольвычегодские принадлежали знаменитым Строгановым; от них остается теперь несколько труб, торчащих из средины соляной лужи внутри города. Близ ключей Пускинских находится большое озеро, которым они теперь поглощаются, и которое называется Соленик; здесь, когда производились работы, добывалось до 8 000 пудов соли. На Выму, выше Серегова, есть много усольев, где ключи сами собой выбивают на поверхность; за отдалением от жилых мест они никогда не подвергались разработке. Но на восточной половине губернии в недрах земли таятся драгоценнейшие сокровища ископаемого царства, - руды, отбрасываемые Уралом. Теперь пока добывается одно железо; в Устьсысольском уезде вдоль правого берега реки Сысолы работают три завода: Нювчинский, Нючпанский и Кажемский, принадлежащие Бабарыкиным. Но из самородков, попадающихся нередко, как и из других геогностических примет, очевидно, что по Сысоле и Вишере должны находиться медные, и даже серебряные руды. В прошлом 1837 году в Устьсысольский Уездный Суд поступило объявление от одного Екатеринославского мещанина, где поименовано несколько урочищ на реке Вишере, с просьбою о предоставлении их в разработку открытелю, на основании существующих законов. В этих местах и прежде неоднократно были находимы самородки серебра. Руды железные встречаются гораздо ближе, например, в Сольвычегодском уезде, в суземе, где начинается Пинежский бассейн; тут они попадаются в болотном виде; образчик железа, выкованного из этой болотной руды простым крестьянским молотом, представлен был Удельною Конторою на Вологодскую губернскую выставку в прошлом 1837 году. В изобилии по тем же местам находятся белые колчеданы, в слоях которых встречаются окаменелости, напоенные колчеданным веществом. Не исследован еще в этом отношении Вологодский скат самого Уральского хребта, но бывалые люди уверяют, что он по наружным признакам сходен с противоположным Сибирским скатом, который кипит металлами. Заметим еще, что на самом юго-западном краю Вологодской губернии, в Вологодском уезде, верстах в 30 от губернского города, на левой стороне речки Лумбовца, впадающей в Тошню, находятся два минеральные ключа, железный и сернистый. О таких ключах много есть местных слухов по всему пространству губернии. Синдорское озеро и доныне у туземцев считается целебным: они верят, что купанье в нем – лучшее лекарство от сыпи, нарывов и других накожных болезней тела, даже от пореза и поруба.

Если неорганическая природа Вологодской губернии так скудна разнообразием, тем менее можно ожидать от ней роскоши высших органических произведений, которые, сверх удобства почвы, зависящего от геогностических условий, требуют еще содействия климата. Уже самое географическое положение достаточно показывает, каков должен быть климат этого северо-восточного угла, лежащего под одною широтой с Землей Эскимосов. Притом поверхность его, как видно из предшествовавшего описания, весьма слабо защищена со стороны Ледовитого Океана, так что дыхание полярной стужи не находит никаких препон. Напротив, с южной стороны она столько закрыта, что единственная теплота, которая могла бы отогревать ее в летнее время, не имеет в нее свободного доступа. Отсюда происходит, что средняя температура Вологодской губернии гораздо суровее других областей Русского севера, например, Олонецкой губернии и великого княжества Финляндского, которые лежат еще полярнее, но заслонены от полюса высокими горами. Как ни маловажна, по-видимому, южная опушка Двинского бассейна, но ее влияние на климат очевидно из резкого различия между растительностью смежных в Вологдою краев Ярославской губернии; не дальше, как за 70 верст от самого края Вологды, в Пошехонском и Любимском уездах, на открытом воздухе зреет яблонь, поспевают огурцы, - растения, которые не могут акклиматизироваться в Вологде. По той же причине южный край Никольского уезда представляет ощутительное изъятие из общего климата Вологодской губернии. За этой опушкой холод не одинаково распределяется по губернскому пространству, но возрастает по мере протяжения его к северо-востоку, так, что восточная половина губернии вообще студенее западной. Ртуть почти ежегодно замерзает в Устьсысольске; в Вологде это случается реже. В Устюге, который занимает середину губернии во всех отношениях, морозы нередко продолжаются до июля и начинаются с августа; совершенно летних бывает только по нескольку дней; реки иногда вскрываются уже в мае, останавливаются в начале октября. Этот порядок реже бывает в Вологде, чаще в Устьсысольске, и почти всегда на Удоре и на Печоре. Впрочем, по общим законам природы на севере, короткость лета вознаграждается необыкновенною быстротою растительности. В несколько теплых дней все распускается и зеленеет, что только может зеленеть и распускаться. Отсюда происходит, что на таком обширном пространстве, какова Вологодская губерния, нет большого различия в плодородии земли, кроме зависящего от местных условий почвы: западная половина нисколько не богаче восточной относительно растительного царства. Вся губерния покрыта лесом одинаковой породы и свойства. Это лес хвойный, состоящий преимущественно из сосны, ели, пихты и лиственницы. Два последние дерева свойственнее восточной половине губернии, где на предгориях Урала присоединяется к ним и кедр, впрочем, не в значительном количестве. Замечательно, что этот лес вообще редко имеет твердость и прочность, вероятно, по причине сырой, болотистой почвы. Кроме того, везде находится береза, ольха, осина, клен, ива; по южному краю губернии попадается и липа; дуб встречается в верховьях Сухоны, но не иначе как мелким кустарником. Между тем, в Грязовецком уезде, по берегам реки Комелы, это последнее дерево выламывается из земли большими бревнами, каких нет и следу теперь на поверхности во всей окружной стороне. По берегам Кубенского озера растет в изобилии мелкий ивняк, называемый ракитником, кору которого туземцы употребляют на плетение лаптей. Вообще, под лесом в Вологодской губернии считается до 30 000 000 десятин, принадлежащих казне, и до 500 000 десятин помещичьих. Корабельные рощи заказаны в соседстве больших рек, преимущественно в восточной половине губернии. Леса Вологодские изобилуют множеством ягод и грибов; между первыми замечательная так называемая «поляника», отличающаяся особенным ароматическим букетом в вареньях; из грибов славятся рыжики, которые бывают отменно мелки вкусны. Достойно примечания, что малина и смородина даже в Устьсысольском уезде попадаются дикорастущими. Среди этого моря лесов, по займищам рек стелются оазисы лугов, покрытых сочною травою. Всей земли в губернии под лугами, способными к сенокосу, считается до 380 000 десятин: самое большое  количество находится в Сольвычегодском уезде по Двине. Флора их не блестяща, впрочем, они пестреют довольно ярко разного рода колокольчиками, лесными гвоздиками, дикими розами. Между прочими растениями заметим только те, из которых жители извлекают для себя пользу. Таковы красильные: марена, воробьиная греча, толокнянка (в Устюжском уезде, откуда отправляется даже в Казань для употребления на кожевенных заводах); лекарственные: попутник (plantagomajor), прикладываемый к ранам и нарывам; дикая заря (symphitumofficinale), пригодная от лихорадки; трилистник или трефоль (menyanthestrifoliata), от одышки и болезни легких; белена (hyosciamusniger), семя которой употребляется в зубной боли; дягиль (angelicaarchangelica), сок которого впускается в глаза от бельм; заячьи ягоды (convallariabifaria), от грыжи; чистотел (rumexcrispus), от шелудей и чесотки; багульник (epilolobiumangustifolium), корень которого помогает в скотских болезнях; коневий щавель (poligonum bistoria), болотный багул (andromedacalyculata), почечуйная трава (poligonumpersicaria), столистник (potentillaanserina), все пригодные от поносов; подкопытник (pyrolarotundifolia), от ушибов; дрема (lychnusfloscuculi), от бессонницы, и прочая. Разумеется, большая часть этих последних считается целительными по преданию. Почему же забудем «плакун-траву» (lytrumsalicaria)? Корню ее простонародное предание приписывало чудодейственную силу, прогонявшую домовых. Огородною зеленью Вологодская губерния очень скудна: мы уже заметили, что огурцы – растения экзотические в самом городе Вологде; капуста есть, но в жалком виде; свекла, репа и редька родятся; картофель разводится, но еще нужно содействие духовенства для преодоления странных предрассудков простонародия против этого полезного растения. В отношении к растениям хлебным, вся Вологодская губерния принадлежит к ячменной полосе, впрочем, и рожь сеется везде, даже на Удоре и на Печоре, и в хорошие годы, когда не прозябнет, дает плод; овес удается в западной половине; пшеница есть роскошь земледелия, которую позволяют себе только на самых южных оконечностях губернии, и то больше на авось. Всей земли под пашнями и селениями считается до 760 000 десятин, наиболее в уездах Вологодском, Кадниковском и Никольском. К числу нивяных растений причислим еще лен, который в Устюжском уезде по берегам Сухоны разводится в отличной доброте и идет в Архангельск под именем «Сухонского». Частные опыты доказывают, что даже в восточной половине губернии может быть разводим табак, разумеется, в грубом северном виде, именно в городе Устьсысольске, где также в последние годы с неимоверным успехом удался Гималайский ячмень, которого разведение обещает самые благоприятные последствия.

Так как сенокосы и пашни составляют едва тридцатую часть всего пространства губернии, покрытого дремучими, непроходимыми лесами, то животные, очевидно, должны иметь здесь простор и приволье. И в самом деле, Вологодская губерния есть пока звериное царство, особенно в своей восточной половине. Было время, когда она в этом отношении не уступала Сибири: здесь живали соболи и бобры. Теперь остаются волк, медведь, красная и чернобурая лисица, рысь, росомаха, выдра, куница, песец, хорек, язвик, норка, горностай, белка, заяц. В наибольшем количестве находятся два последние зверя. В иные годы зайцев ловится до 700, белок до 600 тысяч. Изобильнейшие уезды Устьсысольский и Яренский; беднейшие Вологодский и Грязовецкий. Белка Печорская имеет преимущество добротою и цветом шерсти, которая подходит к Сибирской. Замечательно, однако, что число диких зверей с года на год уменьшается, без сомнения, от истребления лесов. Домашним скотом губерния снабжена в изобилии; Яренский уезд и часть Устьсысольского даже славятся своею породою лошадей и коров (которые все комолы). В уезде Вологодском, в имении князя Горчакова, есть образчик заведения тонкошерстных овец, которое обещает укорениться. Домашнее животное Архангельской губернии, олень северный, скитается здесь диким, и нередко по Сухоне пробирается до западных оконечностей губернии, до  Вологодского и Грязовецкого уездов. Из птиц водятся орлы, коршуны, цапли, журавли, лебеди, морские гагары, гуси разных пород, утки (между которыми есть особенная порода, свойственная только Вологодской губернии anasvologdensis), кулики, тетерева, куропатки, и, наконец, рябчики главнейшее богатство восточной половины губернии, где они называются «кедровиками». Всех пород птиц насчитывается здесь до 86. Реки изобилуют рыбою, которой считается до 24 видов. Кроме обыкновенных пород, стоит заметить нельму, лох и семгу, которые живут в водах Вычегодского бассейна: последняя особенной доброты и вкуса находится в Печоре. В Двине есть осетры, которые иногда заходят в Сухону; впрочем, это может быть поколение тех, которые, по преданию, были сажены Петром Великим в Кубенское озеро. С недавнего времени начала попадаться в Сухоне и Вычегде стерлядь, жительница Волжского бассейна: это приписывают сообщениям, открытым через Каналы Герцога Виртембергского и Северо-Екатерининский. Пресмыкающихся животных немного, в особенности, змей. Насекомых замечено 58 родов и 193 вида. Червей 7 родов или 16 видов. В весеннее время во всех местах губернии появляется такое несметное множество комаров и мошек, что нет способа защититься иначе, как маскою и так называемым «дымокуром», то есть постоянно разложенным куревом. Не привыкшие сначала очень терпят от их неопасного, но едкого жала, так что лицо и руки бывают покрыты опухолями. Новое доказательство, что и органическая жизнь находится здесь еще на первоначальной стадии развития, обнаруживающейся изобилием низших пород животного царства.

Перейдем теперь к людям. Народонаселение Вологодской губернии очень еще скудно. На этом огромном пространстве всего-навсего, по последней, осьмой ревизии, считается 823 598 душ, в том числе мужеского пола 345 583, женского 378 015. Это составляет около 105 душ на квадратную милю, или 2 на квадратную версту. Жители помещаются в 12 городах, из которых 1 губернский, 9 уездных, 2 безуездных (Красноборск и Лальск), в 1 посаде (Верховажском) и в 10 448 селениях. По сословиям народонаселение Вологодской Губернии состоит, считая оба пола, из 3 760 личных и наследственных дворян, 6 000 духовных, 2 000 разночинцев, 42 почетных граждан,  1 809 купцов, 21 720 мещан обыкновенных, 651 мещан, состоящих на льготе, 489 мастеровых и рабочих, приписанных к Леденгскому казенному заводу, 945 приписанных к частным заводам, 416 910 крестьян казенных, 198 619 помещичьих, 67 174 удельных, 6 665 свободных хлебопашцев, водворенных на собственных землях, 5 294 половников и 441 черносошных. Помещичьи крестьяне находятся только в уездах Вологодском, Грязовецком и Кадниковском, отчасти в Вельском, и в весьма небольшом количестве в Тотемском. Половники, работающие на землях горожан или посадских людей по добровольному согласию «из полу» (см. Половники), существуют и в уездах Устюжском, Сольвычегодском и Никольском; впрочем, последние постановления об их отношении к владельцам земель неминуемо окончатся тем, что они водворятся самостоятельно и войдут в порядок обыкновенных казенных поселян.

В этнографическом отношении Вологодская губерния вся Русская в западной своей половине, в восточной представляет любопытный остаток особенного племени, известного под именем Зырян. Здесь не место распространяться об этом примечательном народе, который, очевидно, принадлежит к Чудскому первобытному населению всего Европейского севера (см. Зыряне); довольно заметить, что, судя по названиям рек и урочищ, которые легко изъясняются из нынешнего Зырянского языка, народ этот должен был в старину занимать не только все нынешнее пространство Вологодской губернии, но и смежные с нею, по крайней мере, до Волги. Он-то, наверное, означается в наших старинных летописях именем Заволочской Чуди, напоминающим и Волгу и Вологду. В XIV веке, когда Св. Стефан явился у них апостолом христианства, Зыряне господствовали еще до самого устья Вычегды. Теперь они исчезли совершенно из Сольвычегодского уезда и даже из западной части Яренского. Их селения начинаются с Межоги, первой деревни по ту сторону города Яренска. Отсюда распространяются они по Вычегде и Выму до Удоры, во всей восточной половине Яренского уезда и по всему огромному Устьсысольскому уезду, за исключением одной Лоемской волости на Никольской границе, которая уже решительно обрусела. На большой дороге, пролегающей по Яренскому и небольшой частичке Устьсысольского уезда, слышен еще испорченный Русский язык, но дальше господствует  исключительно язык Зырянский. Всех Зырян обоего пола в Вологодской губернии считается до 60 000; в этом числе есть купцы, разночинцы и духовные. Не зная Русского языка, Зыряне ощутительно русеют обычаями и нравами. Самый язык их испещрен множеством Русских слов, относящихся к образованности, которая у них вся Русская; даже песни поются всё Русские, хотя поющие часто не разумеют в них ни одного слова. Русское народонаселение Вологодской губернии состоит частию из обруселых Зырян, частию из коренных Русских выходцев, сначала из Новгорода, потом из Ростовской области. Колонизация Новгородская, кажется, не простиралась дальше Двины: пределом ее по Сухоне был Устюг, по Ваге – Устьянские волости в Вельском уезде; во времена ужасов царя Грозного, горсть Новгородцев укрылась в верховье Пинеги, где находится доныне так называемая Мало-Пинежская волость, чисто Русская. Колонизация Ростовская начала проникать позже и проникла дальше, до самого Урала: ею предводительствовали благочестивые отшельники, постриженцы Сергиева, Кирилова и других внутренних монастырей; под сенью креста они строили церкви и обители, вокруг которых собирались села, расчищались леса, осушались болота, возникали земледелие и промышленность. В языке, которым говорят теперь жители Вологодской губернии, кроме Зыряно-Чудского выговора, ощутителен характер Новгородско-Ростовского наречия. Многие за-Двинские жители по Сольвычегодскому и Яренскому уездам до сих пор с гордостью называют себя Новгородцами: это подтверждают их фамильные прозвища, которые напоминают известнейшие дворянские фамилии, доныне в империи существующие. Притон, который Строгановы открыли в Сольвычегодске всякому сброду, зазвал сюда даже выходцев Украйны, которые, разумеется, смешались впоследствии с Велико-Руссами; однако, и теперь слышатся еще в народном языке некоторые Малороссийские звуки, а в Сольвычегодске подгородное урочище, где, говорят, был прежде самый город, называется довольно странно – Чернигов. Замечательно, что у этих выходцев, затерянных среди Чуди, не только не утратилась национальность, но еще сохранилась гораздо целее и чище, нежели как в сердце России, где образованность постепенно сглаживает народные особенности и подводит их под общий уровень; так, что теперь в Вологодской Губернии, в отдаленнейших ее уездах, между Зырянами, больше находится остатков Русской самобытной народности, чем даже вокруг Москвы. Здесь сохраняются до сих пор во всей своей чистоте древние предания, поверья, обычаи, забавы, игрища; особенно в Устюге, кажется, живешь еще в блаженные времена Русских сказок.

Любопытно топографическое размещение народонаселения в Вологодской губернии. Оно еще сохраняет характер первобытных расселений рода человеческого. Усадьбы гнездятся по берегам рек, которые и до сих пор еще служат единственными путями сообщения. Главная полоса населенности идет во всю длину губернии по течению Сухоны и Вычегды; по ней пролегает и главная почтовая дорога губернии от Вологды до Устьсысольска, которая проходит через Кадников, Тотьму, Устюг, Сольвычегодск и Яренск. Другая почтовая дорога, проходящая из Москвы в Архангельск через Вологду, пересекши Сухону, подходит к Ваге и следует по ее течению до Двины: она захватывает Грязовец и Вельск. Третья, не почтовая, но также большая, из Вятки в Архангельск идет через Устюг по течению Юга и потом Двины; она проходит через Никольск и Красноборск. Вокруг этих поперечных дорог более всего и скучены жилья. Особенно три западные уезда: Грязовецкий, Вологодский и Кадниковский, где пересекаются две главные почтовые дороги губернии, отличаются густотою народонаселения, во всех направлениях разлитого. Остальные уезды не таковы.  Вельский заселен преимущественно в западной своей части, по Кубене, Вели и Ваге; в восточной стороне его едва мелькают оазисы по реке Устье, разделенные друг от друга длинными волоками. Уезд Тотемский населен ровнее; однако, и в нем есть промежутки; Кокшенгские волости лежат далеко на отлете, до них надо добираться сорокаверстным волоком. В уезде Никольском селения скучены преимущественно к Югу и Кичменге; последняя река ведет по себе дорогу из Никольска в Тотьму, но от них далеко отброшены селения Вохминские и Моломские. В Устюжском уезде населенность представляет две узкие полосы, крестообразно пресекающие друг друга в самом Устюге: они образуются реками Сухоной, Югом, Лузой и Двиной; только берега этих рек заселены, углы креста совершенно пусты. Уезд Сольвычегодский состоит из двух главных полос, образуемых Двиной и Вычегдой: от последней отделяется на юг небольшая жила на юг по Виляди; несколько селений вдается в сузем по Уфтюге и Тоймам; совершенно отброшены  к северу Мало-Пинежские волости. Уезд Яренский состоит собственно из одной непрерывной полосы, которая тянется по Вычегде; к ней примыкается Вымская полоска, заселенная только по правому берегу до устья реки Пажи, где находится Туринская волость: отсюда стоверстный волок до Удоры. Наконец, Устьсысольский уезд состоит, во-первых, из длинной Вычегодской полосы, заселенной до Помоздинской волости при устье реки Вели; к ней примыкается другая полоса, образуемая Сысолою, которая дает от себя небольшой отпрыск населенности по Визенге: Локчим и Вишера заселены только вблизи устьев; верховье Лузы составляет третью полосу, которая от Сысольской отделяется сорокаверстным волоком; и здесь-то пролегает кратчайшая дорога из Устюга в Устьсысольск, которая захватывает Лальск; она же сообщает эти города и с Вяткою. Мы не говорим уже о Печорской стороне, где находится всего-навсего одна волость, простирающаяся в длину по Печоре больше, чем на 600 верст: от Вычегодских селений она отделяется Мыелдинским волоком почтив 200 верст. Мы заметили уже, что «волоками» в Вологодской губернии называются пустынные, необитаемые пространства, которые находятся между бассейнами рек, где и доныне переволакивают суда, в летнее время служащие единственно возможными средствами сообщения. Зимой на этих волоках путешествующие принуждены бывают давать передышку коням и сами отогреваться в холодных лачужках, нарочно выстроенных для этой цели среди дремучих лесов. Кажется, по ним-то и вся эта сторона называлась некогда Заволочьем. На языке туземцев все населенные местности означаются и доныне именем рек; говорится: «еду на Печору, на Вагу, на Лузу, на Кокшенгу, с Виляди, с Выма, с Визенги, с Вашки» и т.п. Еще недавно в актах писались «Вологжане, Двиняне, Южане, Вычегжане, Сысоличи, Вымичи» и т.п. Живой ключ к объяснению древних этнографических наименований, которые иногда разнообразием своим ставят в тупик исследователей и заставляют предполагать разные племена там, где только показаны разные селения и волости!

При такой разорванности населения, Вологодская губерния не может работать дружно для своего внутреннего благосостояния. Отсюда происходит, что жители ее, не терпя нищеты, не могут, однако, хвалиться и богатством, которое есть плод труда благоустроенного, совокупного, основанного на экономическом разделении работ и взаимном вспоможении друг другу. Вообще, хозяйство Вологодской губернии, как сельское, так и городовое, стоит еще на низкой степени развития. В западной половине есть некоторые признаки промышленности, которая ведет за собою довольство и роскошь; но на востоке до сих пор царствует патриархальная простота, граничащая с дикостью. Зыряне, рассеянные по беспредельному пространству, не имеющему ни внутренних, ни внешних сообщений, принуждены довольствоваться сами собою. Они мало занимаются земледелием, еще менее ремеслами и искусствами; их главный промысел есть звероловство. Для этого Зырянин сам снабжает себя и всеми нужными орудиями. Простым топором и кузнечным молотом он приготовляет себе пищаль, которая на расстоянии 60 шагов попадает в голову белке и рябчику; у этой пищали курок из палочки спускается посредством ремешка. Прочие охотничьи приборы, равно как обувь, платья и домашняя утварь, тоже своего домашнего рукоделия. Белкой и рябчиком оплачиваются государственные повинности, обеспечивается годовое продовольствие всей восточной половины губернии. На землю надежды мало. В хорошие годы в Устьсысольском уезде родится на удобренных полях сам-десять и сам-двенадцать; но таких годов бывает немного. Один дурной год делает расстройство на несколько лет; он истребляет все, так что в следующий год нечего посеять. Из других плодородных краев привоз крайне затруднителен, по причине дальности и неудобства дорог. От того в Сольвычегодском уезде на Пинеге, в Яренском уезде на Удоре, в Устьсысольском на Верхней Вычегде и Печоре нередко случается, что жители в продолжение нескольких лет сряду питаются пихтовою корою вместо хлеба. В прежние времена, когда не воспрещалось делать подсеки, то есть выжигать леса для новей, Устьсысольский уезд отпускал даже свой хлеб к Архангельску; потому что новь без всякого удобрения дает урожаи сам-пятьдесят и более. Теперь дошло до того, что в последние годы один зажиточный крестьянин Печорской волости проложил дорогу через Урал к Березову, чтобы оттуда вывозить хлеб своим землякам; и это обходится гораздо дешевле, чем привоз по Каме из Волжских губерний. В западной половине Вологодской губернии земледелия достает на собственное продовольствие жителей, особенно во владениях помещиков, между которыми есть усердные и умные хозяева. Сверх того, здесь занимаются гонкою смолы, дегтя, пеки, гарпиуса, скипидара, добыванием сажи, рубкою леса, сплавляемого к Архангельскому порту в брусьях и досках. Отлично устроено хозяйство удельных крестьян, которое представляет образец, как можно пользоваться трудом и в этом неблагодарном краю: крестьянки ткут холст отменной доброты, делают разные шерстяные вещи для домашнего обихода, как то пояса, тесьмы, кушаки; крестьяне занимаются всеми родами сельской работы с успехом, - плотничают, слесарничают, кузнечничают, даже выделывают руду на простой наковальне в домашнем горну. Как необыкновенное явление, заметим «сканную» серебряную работу, род филограмовой, которая с давних времен производится крестьянами Черевковской и Кивокурской волости в Сольвычегодском уезде; тут же, простыми деревенскими орудиями, без пособия стекол, делаются стальные цепочки, все из замочков такой мелкой дробности, что на один золотник бывает их до 60 и до 100, и все эти замочки отделаны чрезвычайно тонко, все легко отпираются и запираются. Эта работа, вместе с Устюжскою чернью (см. Великий Устюг), составляет любопытную особенность Вологодской губернии. Вообще, Вологодский крестьянин, за исключением отдельных пустошей Печоры, Удоры и Пинеги, при небольшом трудолюбии, живет безбедно, но при усилении порядка в домоводстве может жить отлично. И теперь селения Вологодской Губернии по наружности представляют образец довольства, какому должны завидовать внутренние области России. Живя в вольном лесу, крестьянин строит себе не дом, а город. У него все домашнее строение под одною огромною крышею, точно, как у Швейцарских поселян, с хижинами которых Вологодские избы имеют поразительно сходство. Редко бывает, чтобы крестьянин не имел у себя двух жилых изб, одну совершенно чистую и содержимую в замечательной опрятности. Во глубине Яренского и Устьсысольского уездов случается часто находить отлично светлые, просторные и уютные горницы, с прекрасным видом на окрестности, с печатью вкуса во внутренней, хотя простой и грубой работы меблировке. Нельзя сказать того же о городах Вологодской губернии. Начиная с губернского, все они похожи на большие деревни, от которых отличаются только многочисленностью домов и церквей. Городовое хозяйство еще менее развито, чем сельское. Многие города занимаются земледелием наравне с деревнями; например,  в Устьсысольске каждый огород внутри города есть пашня. Фабрики и заводы существуют только в Вологде и Устюге, и то не многие. Число их по всей губернии простирается до 96: в наибольшем количестве находятся кожевенные заводы; редкостью должно считать сахарный, который существует в Вологде. Заметить должно, что в последнее время число заводов и фабрик в Вологодской губернии не возвышалось, а упадало. Это должно приписать упадку торговли, которая некогда шла вдоль и поперек губернии. Уже давно прошло то время, когда Вологодская губерния была единственною дорогою из Москвы в Сибирь; то был золотой век для Устюга, Тотьмы и Сольвычегодска; ему обязана своей именитостью фамилия Строгановых, некогда царьков За-Двинского края, Русских Ротшильдов XVI и XVII века. Впрочем, это давнопрошедшее время оставило следы, не изгладившиеся поныне. Предприимчивейшие из жителей Тотьмы, Устюга, Сольвычегодска, Никольска, Устьсысольска  отправляются доныне в Сибирь искать счастия и наживы; служат приказчиками, комиссионерами, или сами торгуют в Якутске, в Омске, на Кяхте. Но торговля давно уже взяла другое направление из Сибири в сердце России, по исполинским артериям Камы и Волги. Все усилия сохранить для ней путь Вологодской губернии остались тщетны: Северо-Екатерининский Канал, назначенный служить сообщением Двинского бассейна с Сибирью, в начале нынешнего года закрыт, по причине своей бесполезности. Торговля Архангельская, проходившая некогда через Вологду и Устюг, держалась долее, она еще держится и теперь, но становится все слабее и слабее с каждым годом. Канал Герцога Виртембергского имел целью дать ей новую силу; но его влияние простирается только на западные уезды губернии, которые через посредство его отпускают свои избытки в Петербург и Нижний Новгород. Наибольшее количество товаров идет в Архангельск мимо Устюга по Лузе, где Ношульская пристань (в Устьсысольском уезде) служит складочным местом, из которого отпускаются хлеб, сало, кожа и щетина Вятским и Слободским купечеством. Богатейшие купцы Вологодской губернии находятся в Устюге, самой Вологде и Верховажском посаде. Вообще, богатство губернии может быть выражено следующими официальными цифрами. В 1836 году в городах и уездах всех казенных и земских сборов было 5 745 306 р. 86 ¼ к.; собственно городских доходов до 98 000 р. Тогда же насчитано по всей губернии: лавок 960, трактиров 22, питейных домов 252, выставок 235. Число хлебных магазинов простиралось до 649. Важнейшие ярмарки бывают в Вологде в продолжение января и в Устюге около Прокопьева дня, 8 июля. Любопытны, по своей оригинальности, Самоедские ярмарки на Вашке в Яренском уезде, 6 января, и в Небдине Устьсысольского уезда, 12 февраля. Сюда съезжаются Ижемские Зыряне, за которыми Самоеды прикочевывают целыми «чумами». Иногородние купцы бывают только на Вологодской ярмарке.

Народное просвещение в губернии ограничивается только публичными казенными заведениями. Главное место между ними, как и везде, по многочисленности учащихся, занимают духовные училища: они состоят из 1 семинарии и 14 низших, уездных и приходских заведений; в них обучается до 1 700 учеников. Училища светские состоят из 1 губернской гимназии (при которой находится благородный пансион) и 16 низших заведений; в них учится до 550 юношей. Один только частный пансион для девиц существует в Вологде. По училищам светским Вологодская губерния принадлежит к С.Петербургскому, по духовным – в Московскому учебному округу.

В отношении духовном, Вологодская губерния составляет Вологодскую епархию третьего класса, находящуюся под управлением епископа Вологодского и Устюжского. Нынешнее иерархическое образование она получила с 1786 года, по упразднении епархии Устюжской (см. Великий Устюг). В древности она частью принадлежала к Новогородской, частью к Ростовской епархии. Св. Стефан основал особенную епископскую кафедру в восточной ее половине на Усть-Выми, которая называлась Пермскою (см. Пермь). В начале XVI века Пимен, восьмой епископ после Стефана, именовался Пермским и Вологодским; он и перенес свою резиденцию  в Вологду (около 1503). С Пимена до Антония I († 1588), епископы назывались Вологодскими и Великопермскими. Преемник Антония, Иона, возведенный в сан архиепископства при учреждении патриаршества (1589), стал писаться Вологодским и Белоозерским. Архиепископство прекратилось в начале XVIII века, в лице Иосифа I (1716). Вологодским и Устюжским епископом первый начал писаться Ириней Братанович (1788). Из числа Вологодских иерархов замечательны Антоний I Святый (1586 – 1588), которого мощи почивают в Вологодском кафедральном соборе; Афанасий II Кондоиди (1726 – 1736), ученый Грек, любимец Петра Великого, который основал Вологодскую семинарию и сам был в ней преподавателем; наконец, знаменитый наш современник Евгений Болховитинов, скончавшийся в прошлом 1837 году Киевским митрополитом. В Вологодской епархии считается теперь до 1 009 церквей, из которых 572 каменные; впрочем, это число не означает числа приходов, которое должно полагать меньше, по крайней мере, третью: здесь, по древнему обычаю, каждый приход имеет две церкви, летнюю и зимнюю. Некогда Вологодская епархия была чрезвычайно богата монастырями, которые простирались до самой Печоры. При учреждении штатов, в 1762 году, показано было в двух епархиях, составляющих нынешнюю Вологодскую, 73 монастыря, именно, в Вологодской 48, в Устюжской 25; за ними находилось крестьян мужеского пола 55 186 душ. Теперь всего-навсего находится 19 мужских и 2 женских монастыря. Замечательнейшие из них Спасо-Прилуцкий, Корнилиев Комельский и Спасо-Суморин Тотемский. Старинная Русская набожность оставила здесь глубокие следы: не только города, но и многие волости имеют своих местных Святых, которых мощи благоговейно чтятся в окрестностях; число их по губернии простирается до 73. Местами особенно священными считаются Устюг и Усть-Вым, где почивают Устюжские чудотворцы, Прокопий и Иоанн (юродивые), и Усть-Вымские святители Герасим, Питирим и Иона.

Вологодская губерния открыта первоначально под именем наместничества в 1780 году. Тогда она состояла из трех областей, собственно Вологодской, Архангельской и Велико-Устюжской. В скором времени Архангельская область сделана самостоятельным наместничеством. Разделение областей Вологодской и Велико-Устюжской уничтожено Императором Павлом в 1797 году; тогда же упразднены города Лальск и Красноборск, бывшие уездными в Устюжской области. Ныне считается 10 уездов в Вологодской губернии. Герб ее представляет в красном поле щита выходящую из облаков руку, которая держит золотую державу с серебряным мечом.

Николай Надеждин


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"