На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Экономика и промышленность   
Версия для печати

Дорога к первому зимовью

Записки лесоустроителя

Россия владеет огромными лесными богатствами, составляющими четверть всех лесов мира. При их, казалось бы, необозримых просторах, кто  хоть раз был в лесу, то сразу обнаруживал, что эти зелёные массивы разделены просеками на кварталы, на пересечении которых стоят столбы с  номерами, строго ориентированных по сторонам света. Каждый из находящихся в лесу замечал, что он представляет собой совершенное разнообразие участков, различающихся по древесным породам, их возрасту, высоте, густоте. Такие участки называются лесными выделами. Задача таксатора (оценщика) состоит в разделении этих выделов по древесным породам, возрасту, высоте, диаметру, полноте (густоте), классу бонитета (производительность), товарности, подробному описанию почв, на которых произрастает лес, напочвенного покрова, подлеска, подроста  и другим показателям. На основании полевых описаний составляются многочисленные тематические карты и аналитические таблицы, характеризующие лесной фонд. Итоговым результатом лесоустроительных работ до недавнего времени являлся проект  организации лесного хозяйства и лесопользования с обоснованием всех необходимых лесохозяйственных мероприятий от посадки леса до его вырубки.

Организация лесных территорий путём прорубки просек, сбор многочисленной информации о лесах, обработка этой информации и разработка проекта ведения лесного хозяйства и лесопользования – это основные задачи лесоустройства. 

Обычно, при работе в отдалённых и таёжных лесах, лесоустроителям приходилось жить в палатках. Их труд всегда сопряжён с тяжёлыми климатическими и бытовыми условиями, другими жизненными ограничениями. Вот этому, мало знакомому для большинства наших людей, но так необходимому труду и рассказывается в «Записках». Автор этих очерков – профессиональный лесоустроитель, прошедший все ступени профессии от техника до начальника Всесоюзного объединения «Леспроект», в настоящее время Заслуженный лесовод РФ Нефедьева В.В. является сотрудником Центра по проблемам экологии и продуктивности лесов РАН.

 

Дорога к первому зимовью.

 

Весь день пятого мая перевозили от склада экспедиции к железнодорожному тупику и грузили в два товарных вагона имущество, на платформу по сооружённым мосткам загнали и закрепили две автомашины. Командовал погрузкой Борис Александрович Костолындин. «Старички» – Виктор Сазыкин, Виктор Эммерих, Володя Николаев не давали ни минуты простоять нам молодым, пришедшим после демобилизации в Первую лесоустроительную экспедицию. Слишком дорого стоит каждый час простоя вагонов. Все, конечно, здорово устали, тем более что сейчас сотрудники экспедиции в основном в отпусках и погрузкой занималось не много людей. После завершения устроили «отвальный» ужин. Сопровождать вагоны ещё в конце апреля назначили нас троих техников и двух водителей.

 Ехать от Щербинки до Петровск-Забайкальского суток десять, поэтому один вагон загружен на половину, и во второй половине оборудовано место для нашего проживания – стол и спальные места. Для приготовления пищи  взяли с собой две паяльные лампы и запас бензина.

Рано утром 6 мая, пройдя две сортировочные станции, выехали из Москвы. В 12 часов прибыли во Владимир. Пока поезд стоял, ожидая отправки, мы искупались в Клязьме. Конечно, вода ещё холодная, но солнце греет как летом, трава зеленная, деревья распустились. Благодаря такой погоде перебрались из  душного вагона на платформу, где в кузове автомашины под тенью срубленной молодой берёзки, резались в «козла». Дорога предстоит длинная!

7 мая.  Кировская область. Целые города из дерева. Очень холодно.  Зелёные листочки на нашей берёзке почернели, и на платформу нас уже не тянет. Сидели в вагоне, натянув на себя тёплые вещи, которые достали из рюкзаков. Большую часть времени вообще проводили в спальниках, лёжа, продолжая горячие «козлиные» битвы.

8 мая. Урал. В лесу много снега. В десять часов проехали знаменитую границу «Европа-Азия». Очень много рыбаков на берегу реки, наверное начался нерест. Обедали сухим пайком, так как одна паяльная лампа так и не разожглась, а вторая вышла из строя. Без горячего будет тяжеловато. Пока стояли в Свердловске на сортировочной станции искупались в Лисьем пруду. Так нам железнодорожники назвали озеро рядом с дорогой. Вода холодная, но уже порядочно испачкались. Зимой в общежитии все молодые ребята каждое утро у колонки обливались холодной водой по пояс. Большинство недавно демобилизовались, а другие уже в экспедиции не первый год, так что закалка у всех хорошая. Бегали к колонке по несколько человек. Один нажимает на ручку, другие моются. Только Юра Алимов – высокий, несколько замкнутый ходил на колонку один. Он, благодаря своему росту, одной ногой нажимал на ручку колонки и наклонялся под холодную струю всем телом. Это гимнастическое упражнение не мог повторить ни кто. Но лучше него  никто и на баяне не играл.

9 мая. Очень холодно. Мороз градусов под десять. Сегодня день Победы. С утра выпили по потребности, вроде потеплело. Вечером проезжали Омск. Видели красивый салют. На многие километры на фоне тёмного неба видна цифра XXV, которая изображена прожекторами.

10 мая. Новосибирск. Стояли полтора часа. Город очень чистый. Вдвоём с Мишей Александровым пошли на вокзал за горячей пищей. Конечно, учитывая, что нам даже  умыться было сложно, наш вид был не особенно презентабельный. Милиционер остановил, проверил документы. В привокзальной столовой взяли в ведро пятнадцать порций горячего борща и свежего хлеба. Праздник!

Проехали Обь. Вечером стало ещё холоднее. Идёт сильный снег. Теперь я представляю, что такое «теплушки» не только теоретически. Жаль, что нет никакой «буржуйки».

11 мая. Везде снег. Третий час стоим в Чернореченске. Ходили в столовую и по вокзальным магазинам. Скоре бы приехать в Красноярск, а там на юго-восток. Даже не верится, что в первый день изнывали от жары.

12 мая. Проехали Красноярск. Идёт снег. Станция Зима. Уже теплее. Втроём  ходили в столовую. Зашли в зал ожидания – на нас пассажиры оглядываются. Один какой-то помятый, заметно припухший принял за своих, направил за угол вокзала, где продают  «на разлив».

13 мая. Ночью приехали в Иркутск, простояли семнадцать часов. Я сегодня ночью дежурю. Холодно. На соседних путях стояло много товарных вагонов, ждали отправки. А в одном вагоне ехали трое грузин, которые везли в Читу вино и коньяк. Их загнали в тупик и уже почти неделю не отправляют. К этому вагону активным посещением как местных, так и таких же, как мы сопровождающих, была уже протоптана «народная тропа». Конечно, мы не остались в стороне. Напитки были по качеству очень хорошие и не дороги. Вино– два рубля за литр, коньяк – три рубля за пол-литра. За пять рублей наливали из особой бочки. Этим напитком мы наполнили наши походные фляжки – для встречи с коллегами в Ямаровке – нашем конечном пункте сбора.

Ночью проезжали Байкал. Опять стояли один час. Пока ждали, когда прицепят второй тепловоз для одоления перевала с многочисленными туннелями, сходили к Священному Морю умылись и бросили по монетке. Проехали два больших тоннеля.

14 мая. Улан-Уде. Здесь значительно теплее. Пока стояли  на станции смогли, наконец, впервые за несколько последних дней  помыться по пояс.  Здесь нам с Берёзкиным пришлось задержаться. На предыдущей станции в соседнем поезде обокрали перевозимые на экспорт грузовые автомашины. Милиция долго разбиралась, кто мы и куда едем. Наш состав ушёл и нам пришлось догонять своих на другом «товарняке». Доехали до Петровск-Забайкальского  –  конечной станции нашего пути. Нашли свои вагоны, которые встретил Гаврилыч – заведующий всем экспедиционным складом. Он прилетел сюда раньше и заказал автомашины для дальнейшей перевозки имущества.  Сразу направились в привокзальную столовую. Уже двадцать один час, а мы за весь день ничего ни ели. Потом наняли несколько рабочих, которых на вокзале было достаточно, и до пяти часов утра разгружали вагоны. Ну и барахла же у нас!

15 мая. Вокруг городка сопки. В пятидесяти метрах от вокзала речка.  Мы, ожидая машины, загораем на своём имуществе, теперь будем добираться в Ямаровку. Стоит жара. Ветер очень сухой.  Наблюдали два лесных пожара. Вечером сходили  в баню. Парилочка! Веничек! Горячая вода!

16 мая. Сегодня ночью не дежурю, поэтому ночевал в гостинице, расположенной в историческом доме, о чём поведала мемориальная доска.  Этот дом построила в 1832 году жена декабриста Трубецкого.

В конце 1826 года уже на следующий день после отправки мужа на каторгу Екатерина Ивановна Трубецкая собралась за ним и, получив разрешение властей, отправилась в путь. Вначале на Нерчинские рудники. Затем в Читу. В  1830 году  в Петровском заводе  (Петровск – Забайкальский) была возведена специальная тюрьма для декабристов, куда из Читы переведёны Трубецкой, Бестужев, Муравьев, Розен  и другие декабристы.  Двадцать восемь  лет провела Екатерина Ивановна  в Сибири, всего два года не дожив до амнистии и возвращения домой. Судьба Екатерины Трубецкой, её самоотверженная любовь, доброта и стойкость вдохновили Н.А. Некрасова на создание поэмы «Княгиня Трубецкая».

За сто сорок лет дом прекрасно сохранился. У заведующей я узнал, что дом не перестраивался, только обновлены крыша и крыльцо. Умели строить!

17-20 мая. Перевозили имущество на нанятых автомашинах на Стеклозавод, что рядом с Ямаровкой  – здесь наш штаб. В последующем, напряжённые будни – закупка продуктов, наем рабочих, коллективная тренировка. Наконец «отвальная» и ожидание заброски на участок.

29 мая. Отъезд на участок нашей таксаторской группы опять отложен. Плохая погода – дожди. А перед этим стояла жара. Дождались!

 6-е июня.  На автомашинах доехали до устья реки Обшивковой, которая впадает в Чикой. Дальше дороги нет. Отсюда группы забрасывается на свои участки на лодках или  на лошадях.  

 Наша таксаторская группа отправляется на свой участок, который находится в верховьях речки Аленгой – притока Жергея, впадающего  в реку Чикой. До участка около шестидесяти километров. Группу возглавляет таксатор Петровичев, я – помощник таксатора, с нами трое рабочих. Заброска будет производиться на лошадях. Раскладываем имущество, увязываем в отдельные вьюки. Это мой первый полевой сезон, если не считать работы во Владимирской области в ноябре – декабре прошлого года сразу после демобилизации. Петровичев тоже первый раз в экспедиции. До этого он работал в лесхозе, а потом преподавателем в техникуме Тульской области.

 7-е июня. Пока завтракали, грузили на лошадей имущество, наступил полдень. Медленно, растягиваясь по тропе, уходящей в сопки, двинулись в путь. Ночь провели у места впадения Жергея в  Чикой. Только поужинали и растянули большую палатку, как началась буря. Хорошо, что мы надёжно закрепили палатку. Вся тайга ревела. Среди раскатов грома слышно было, как под напорами ветра падают деревья. Всё промокло насквозь. Утром не стали даже сушиться, быстро собрались и длинным караваном двинулись дальше. По дороге на одном из ручьёв лошадь провалилась в какую-то заболоченную промоину. Долго вытаскивали. Потом рассыпали на брезент сахар и муку, которые были навьючены на лошадь. Выбрали то, что ещё можно было использовать в пищу, переложили в чистые бумажные мешки и дальше. Сахара у нас осталось очень мало. Ещё не начали работать, а вот уже и не предвиденные расходы.

Долина реки Аленгой в нижнем и среднем течении представляет собой довольно большие луга. Сюда, как нам пояснили лесники, на лето из-под Красного Чикоя пригоняют бычков на откорм. Идти здесь легко. Но последние шесть километров идём по едва видимой тропе. Лиственничный лес сменяется участками густых зарослей кустарниковой берёзы (ерника), среди которой группами растут чахлые ёли, обросшие почти до вершины лишайником и длинным мхом. «Ерник – кустовой берёзовый лес (Betula nana) по тундрам и безлесью». Даль В.И. «Толковый словарь живого великорусского языка».  Нередко тропу перегораживают поваленные сухие деревья или кусты с переплетёнными  ветками до такой степени, что для лошадей приходится разрубать проход. Уже вечереет, все устали, целый день идём на подъём. 

 Как-то сразу вышли на поляну, в дальнем углу которой у подножия сопки стояло невысокое, чёрное зимовье с одним маленьким окошком, покрытое лиственничным корьём. Дверь, открывавшаяся во внутрь, что бы при снежных заносах можно было выйти наружу, привязана верёвкой за сделанную из обрубка толстой ветки деревянную ручку и  к забитому в косяк большому гвоздю, загнутому в виде скобы. На поляне старые пни деревьев, которые видимо и послужили строительным материалом. Более свежие, указывали, что заготовка дров происходит здесь же рядом с жильём. Поляна и образовалась в результате вырубки этих деревьев. По её краю стояло несколько уже высохших деревьев, кора которых была стёсана вокруг всего ствола – заготовки на  дрова. У толстой сосны на части ствола кора оставлена. Высохшая древесина вся пропитавшаяся обильно выступающей из раны смолой, срублена топором, как видно на растопку.

 Внутри зимовья, стены которого обильно закопчены, очень сумрачно. Сильный  запах сырости показывал, что оно давно не посещалось – не сезон. Несколько длинных почти белых из-за недостатка света с чуть зеленоватым оттенком травинок проросло в земляном полу. На маленьком окне много пыли и паутины. Вдоль двух стен были сделаны небольшие топчаны из жердей. Под одним из них запасённые сухие дрова. У окна стол со следами активного посещения мышей, на котором стояло несколько пустых стеклянных банок из-под консервированной каши и огарок свечи в одной из них. На тонкой стальной проволоке, привязанной к сучку, воткнутому в щель между корьём на потолке, небольшой мешочек с чёрными сухарями. Над столом сделана  полочка, где лежали обтрёпанная общая тетрадь и огрызок простого карандаша, несколько коробков спичек, в двух закрытых металлическими крышками, придавленных небольшими камнями, стеклянных банках соль и перловая крупа, рядом пузырёк йода и, завёрнутые в газету, два достаточно запылённых бинта. В правом углу стояла ржавая «буржуйка» вся  заложенная камнями, которые, нагреваясь, долго отдают тепло этому тесному убежищу в зимние ночи. 

Открыл тетрадь. Разные почерки. Записи охотников, геологов, рыбаков с указанием количества улова и применяемых насадках, просто туристов. Первым надписям уже больше десяти лет. Одна давняя запись с извинениями, что все продукты съедены, а он не может ничего оставить и подпись – «Беглый». Последнюю запись в январе  месяце сделали охотники, промышлявшие  белку в верховьях Аленгоя, а здесь ночевали, возвращаясь по окончанию сезона домой. Сколько же за эти годы видело своим единственным глазом – окном это зимовье!

Лесники быстро разгружают весь груз и верхом отправляются назад. Им нужно доехать до лугов, где есть трава для лошадей. Дня через три-четыре они привезут остальное имущество. Мы разбираем наши пожитки,  укладываем и закрываем брезентом, оставляя только спальные мешки. Сегодня палатки ставить уже некогда. Рабочие разводят костёр и начинают готовить ужин. Присаживаюсь на пень, положив на него телогрейку. Наконец-то можно оглядеться.

Сразу вокруг поляны, раскидистые сосны и тёмные с седыми бородами из длинного мха насупившиеся кедры. Склон высокой сопки, уходящей вверх за этим зелёным занавесом,  покрыт светлыми лиственницами с примесью берёз, слегка освещёнными отражением последних лучей заходящего солнца. Вправо и влево от поляны среди сопок большие распадки, в которых уже сгущаются сумерки. Вниз по речке просматривается просторная долина реки Аленгой. Достаю свой дневник и делаю очередную запись.  

«8 июня. Верховья реки Аленгой. Зимовье. Вот и начался мой первый полевой сезон».

(Продолжение следует)

Виктор Нефедьев


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"