На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Экономика и промышленность   
Версия для печати

Небо, которое мы потеряли

Очерк

Задайте себе вопрос, уважаемый читатель: давно ли вы пользовались услугами авиации, поднимались в небо? Жители крупных городов, особенно активная молодёжь (так называемые «белые воротнички» из различных офисов) и немногочисленный пока «средний класс», не говоря о более состоятельных согражданах, ответят, что летают довольно часто, несколько раз в год. По делам в обе столицы, за рубеж, в командировки внутри страны. Ну, а уж в отпуск, на экзотический курорт – тем паче…

Но большинство даже архангелогородцев и северодвинцев, а особенно – живущих в районных центрах, летают крайне редко, по большой необходимости, раз в несколько лет. Основная же часть жителей райцентров, а также посёлков и деревень областной «глубинки» не летает нынче вовсе, и не была в небе с советских времён. За два десятка реформенных лет здесь (сужу по своей родине – Онеге) выросло целое поколение, не испытавшее чувство полёта, самолёты или вертолёты видевшее только с телеэкрана…

А в 80-х прошлого теперь уже века, всё обстояло иначе. Маленький эпизод из моего детства: пришли с бабушкой Верой на Пасху к её сестре, тёте Шуре Каменевой. Путь недалёкий, километра два: перейти по льду реку Онегу, чтобы попасть на левобережье Онеги, в рабочий посёлок Поньга. Конец апреля, на реке много воды. Но добрались, вроде, нормально. А, когда настала пора возвращаться, сын тёти Шуры – Николай предложил: «Чего вам ноги-то мочить, айда на стадион, сейчас прилетит вертолёт, на нём и отправитесь домой»… Винтокрылый Ми-4 возил с правого берега на левый в распутицу хлеб и другие продукты, приземляясь на поньговском стадионе, а обратно улетал пустым. И, если кто просился подвезти до города – вертолётчики не отказывали. Взяли и нас...

Я летал в детские годы с родителями в Архангельск и по стране, к бабушке и дедушке в Чекуево, что в 80 километрах от райцентра. В аэропорту Онега, да и архангельском Кегострове, а позднее – в Васьково, было тогда не протолкнуться. В погожий летний день из Онеги выполнялось по 12-14 пассажирских авиарейсов в Архангельск и с десяток – в деревни, посёлки района. Все рейсы по району – ежедневно, кроме воскресенья, в крупные посёлки – до четырёх раз в день. Ярнема, Прилуки, Ковкула, Чекуево, Пурнема, Золотуха – в этих населённых пунктах Прионежья действовали аэропорты, принимавшие самолёты Ан-2. Трёхместные «воздушные такси» Як-12 в 60-70 годы летали также в Клещёво и Малошуйку. В 1990-м году был построен аэродром в Усть-Коже, но открыть регулярный рейс помешал развал СССР. По этой же причине не вступил в строй и оказался разграблен военный аэродром Ватега, находившийся в 12 километрах от Онеги. А именно туда предполагалось перевести гражданский аэропорт, чтобы онежане могли пересесть с бипланов Ан-2 на более вместительные и комфортабельные самолёты, получив возможность беспересадочных полётов в Москву и Питер…

 Впрочем, грех было жаловаться в советские времена людям: расписание и интенсивность полётов позволяли жителю всякой деревни утром вылететь в райцентр, а вечером вернуться домой. За два-три часа тот же самый житель мог, при желании, оказаться в Архангельске, а во второй половине дня – уже в Москве, Ленинграде, курортных городах Союза и даже за Уралом…

Да и внутри области – многие районы связывали друг с другом местные авиалинии, а кроме того, имелся воздушный выход на Карелию, Коми, Вологодскую область, другие регионы... Так, из Каргополя можно было улететь прямыми рейсами в Петрозаводск, Вельск, Котлас и Пудож; из Мезени – в Лешуконское, Пинегу, Карпогоры и Нарьян-Мар; из Верхней Тоймы – в Красноборск, Котлас, Пинежский район; из Вельска – в Каргополь, Котлас, Москву и Ленинград; из Березника – в Верхнюю Тойму, Красноборск; из Котласа – в Вельск, Красноборск, Октябрьский, Верхнюю Тойму, а также в Москву и Ленинград, Куйбышев, Мурманск, Челябинск, Уфу, Пермь, Свердловск, Вологду, Никольск...

А то, насколько было развито авиасообщение внутри районов, могу показать на примере Верхней Тоймы. Из этого райцентра выполнялись регулярные полёты в Горку (восемь рейсов!), Черевково (пять рейсов), Елюгу, Шошельцы, Усть-Выю, Осяткино, Северный (по три рейса), Ухменьгу, Топсу, Сойгу, Красное, Лахому, Афанасьевскую, Пучугу… Может, и упустил ещё что-то.

Зачастую продолжительность полёта между соседними деревнями или до «уездного» пункта не превышала 15-20 минут на Ан-2 (это примерно 40-50 километров), а были даже рейсы, которые длились всего… пять минут (например, Березник-Осиново, Каменка-Мезень), или десять минут (Котлас-Сольвычегодск). Смешной, по тогдашним, а уж тем более по нынешним временам, была и стоимость авиабилетов на подобных авиалиниях: один рубль или два рубля, максимум – четыре, в зависимости от расстояния… Практиковались и такие рейсы, в которых трудяга Ан-2, словно курочка по семечку, «собирал» ежедневно по 2-3 пассажира сразу из нескольких аэропортов, производя пять, а то и шесть промежуточных посадок. Например, рейс №835 Котлас-Красноборск-Синицкая – Квазеньга-Бестужево-Октябрьский; или №1137 Мезень-Несь-Вижас-Ома-Снопа-Нижняя Пёша. Воистину, всё делалось тогда во имя и для блага человека!..

 Аэропорты в районных центрах области начинали рабочий день в пять часов утра. Авиатехники прогревали двигатели самолётов и вертолётов, трактористы чистили и укатывали снег, готовя аэродромы. Обычно, первый (почтовый) рейс из Архангельска приземлялся в Онеге или, скажем, Мезени, уже в шесть утра, привозя свежие областные и центральные газеты. Так что жители каждой деревни могли читать прессу в день её выхода в свет. А продолжались полёты до позднего вечера, срочные вылеты, санитарные задания – и в ночное время. Поэтому аэродромы в райцентрах имели тогда светосистемы (посадочные огни), приводные радиостанции связи ОПРС, всю необходимую технику для подготовки взлётно-посадочных полос: катки, гладилки, трактора, роторные снегочисты, топливозаправщики, бензовозы…

В 90-х и «нулевых» львиная доля этой техники была списана и утрачена, светосистемы тоже сохранились не везде, и ряд действующих на тот момент аэропортов (в том числе Онега) превратились, по сути, в посадочные площадки, принимающие самолёты только летом, в светлое время суток, а зимой – лишь вертолёты. И для расчистки подъездных путей к вертолётной площадке мне, например, приходилось, за неимением своей техники, просить трактор у онежских коммунальщиков. А иначе «скорой помощи» с больным было бы не пробиться через сугробы к санитарному вертолёту…

Помимо пассажирских, очень много было в «хорошие годы» и грузовых авиарейсов. Едва ли можно найти в любом районе такое предприятие, которое не заказывало бы тогда самолёты или вертолёты для доставки тех или иных грузов. Аэропорт Онега перевозил их в конце 80-х свыше 500 тонн ежегодно, то есть, примерно по два грузовых рейса в день. А бывало и больше. Так, в сезон вывоза мороженой рыбы, только из Кянды или Пурнемы на Онегу приходило по три-пять ежедневных рейсов наваги или камбалы. И ещё в соседний Пертоминск, где работал тогда рыбокомбинат, летал Ан-2 четырежды в день, за мороженой рыбой «в плитах», или пресервами – эта продукция не залёживалась на прилавках онежских магазинов.

Ну, а в Мезени, в ту же пору вывоза мороженой рыбы да оленины, своими силами не справлялись, вызывали на подмогу самолёты из… Магадана, Новосибирска, Москвы и других управлений гражданской авиации. Двадцать Ан-2 одновременно работало там на грузовых линиях, и вертолёты, конечно…

Каких только видов работ не выполняли в те годы пилоты «малой авиации»! Вертолёты завозили на озёра бригады Гослова, выгружая им продовольствие, топливо и всё необходимое, а обратно везли богатый улов щуки, леща. Винтокрылые доставляли в лесные делянки запчасти к тракторам и вездеходам, тянули к стройплощадкам (часто на внешней подвеске) опоры ЛЭП, технику, стройматериалы, а на севере – трубы для прокладки нефте-и газопроводов.

Именно вертолёты перевозили с рыбзаводов к нерестовым рекам области мальков ценных пород рыб (сёмги, сига, пеляди и других), икру рыб и самцов-производителей на те же рыбзаводы; вели гравиметрическую съёмку местности и аэротаксацию лесных угодий, помогали разведывать недра геологическим партиям, имевшим тогда базы почти в каждом районе области; работать в тайге сборщикам живицы (в народе их называли «химдымом»), обитателям удалённых кордонов и труднодоступных метеостанций (ТМС). Вертолёты аккуратно несли на подвеске бытовки-балки для строителей и лесников, брёвна разобранных реставраторами храмов из районов в музей Малые Корелы. С конца 60-х до недавних пор ни одна зверобойная кампания также не обходилась без их услуг. В последние годы зверобойный промысел в Поморье не ведётся…

Незаменимые труженики Ан-2 в советские годы вполне оправдывали «перекочевавшее» на них с По-2 прозвище «кукурузник». В нашей области они тоже были заняты в сельском хозяйстве, опыляя химикатами против сорняков и насекомых-вредителей поля и луга, внося в почву минеральные удобрения. После развала СССР эти работы в нашем регионе прекратились, так о каком же повышении плодородия почв и урожайности культур можно говорить?

Ан-2 распыляли химические препараты и над лесами, спасая их от болезней и нашествия короедов. В апрельские дни самолёт с форсунками под фюзеляжем, нередко работал и в устьях северных рек – Онеги, Двины, Ваги, Мезени. Он сыпал на лёд сажу, делая так называемое «чернение». Зачем? Да чтобы лёд быстрее таял, ведь каждый день навигации был так важен для сплавщиков, капитанов судов и барж. Нынче на реках – тишь и пустота…

Ещё с военных лет, да и в послевоенное время, вплоть до конца 80-х, в области летали гидросамолёты. В 70-80 годы это – гидровариант Ан-2В, на поплавках. В Онежском районе они посещали все крупные озёра, вывозя оттуда рыбу. Недалеко от Онеги, на Андозере, имелся плавучий причал для разгрузки и швартовки этих самолётов. Всё, увы, тоже кануло в Лету…

А что же осталось? Жалкие крохи. На порядок уменьшилось количество действующих аэропортов и авиаплощадок (в хорошие годы их работало более двухсот). Регулярные круглогодичные пассажирские авиарейсы из архангельского аэропорта местных воздушных линий Васьково, где базируется ОАО «Второй Архангельский объединённый авиаотряд», есть теперь лишь в труднодоступные и бездорожные сёла и посёлки Приморского (Летняя и Верхняя Золотица, Лопшеньга, Пертоминск), Мезенского районов (Ручьи, Койда, Мосеево, Сафоново, Мезень) и НАО (Несь, Ома, Нижняя Пёша, Шойна), а также на Соловки. Периодичность рейсов – от двух раз в неделю до одного раза в месяц – в зависимости от количества пассажиров, желающих летать. Летом, конечно, полётов больше, ибо возрастает пассажиропоток. На Мезень и Соловки самолёты тогда курсируют почти каждый день, по Летнему и Зимнему берегам Белого моря в июле-августе – трижды в неделю, в Верхнюю Золотицу – дважды в неделю, по остальным площадкам – еженедельно. Появляются в расписании сезонные рейсы, организуемые из аэропорта Васьково только летом и осенью – на Пурнему, Койнас и Лешуконское, Вожгору, Олему, Ценогору, Сояну и Долгощелье; вводятся прямые рейсы из Архангельска в некоторые заполярные посёлки – Вижас, Чижу, Индигу, Белушье, Волоковую…

Стоимость авиабилета – от двух с половиной тысяч рублей до четырёх – пяти, а в дальние посёлки Заполярья – до девяти тысяч рублей. Действуют льготы для пенсионеров, студентов и учеников, детей 2-12 лет, а младенцы до двух лет летят бесплатно. Малоимущие граждане, живущие в этих сёлах и посёлках, пользуются правом летать по требованиям соцзащиты, и для них билет выходит бесплатным.

В летнюю пору прибавляется работы у Ан-2 и вертолётов Второго авиаотряда и потому, что наступает пожароопасный период в лесах. Авиалесоохрана заказывает крылатые борта для лесооблётов и десантирования своих парашютистов-пожарных к очагам лесных пожаров. Необходимы крылатым огнеборцам и тренировочные прыжки. А с потушенного пожара на базу, или к другому очагу этих смелых ребят вывозит вертолёт. Авиалесоохрана родилась ещё в довоенную пору, и продолжает беречь русский лес от огня в наши дни, пройдя через все пертурбации и реорганизации.

С довоенных времён поныне работает санитарная авиация. В любое время дня и ночи, споря с капризами погоды, васьковский вертолёт вывезет тяжелобольного или пострадавшего человека, роженицу с какой-либо патологией беременности или недоношенного младенца из любого уголка области в Архангельск или в ближайшую районную больницу, либо доставит бригаду архангельских врачей на операцию… Летают санитарными рейсами также самолёты – туда, где остались действующие аэродромы. Честь и хвала лётчикам и медикам, спасающим жизни!

Поиск пропавших в лесу грибников или оторванных на льдине рыбаков, людей с исчезнувшего в морской пучине судна или лодки – тоже работа вертолётчиков. По потребности и желанию клиентуры, осуществляются заказные рейсы, грузовые перевозки, различные облёты, а также аэросъёмка. Заказывают воздушные суда учёные, метеорологи, нефтяники и геологи, связисты и почтовики, представители экстренных служб, предприятия и организации, турфирмы и частные лица. Количество таких заявок, конечно, не сравнить с тем, что было в советские годы, но и вовсе сойти на нет они тоже не должны. Ведь в России, а на Севере – тем более, прожить без неба нельзя.

Слава Богу, что остался в нашей области Второй Архангельский объединённый авиаотряд, который, пройдя через все тяготы и лишения 90-х, через процедуру банкротства, не погиб, как сотни иных авиакомпаний по стране, да и некоторые в нашем регионе, а живёт, работает, содержит в исправности парк самолётов Ан-2, Л-410, вертолётов Ми-8 и Ми-26, находит заказчиков не только в России, но и в мире. Во многих странах Африки трудились в 90-х и «нулевых» архангельские авиаторы, а в 2009-м два наших борта – Ан-2 и Ми-8 – летали даже в Антарктиде!

Появляется в стране, в поморском крае и частная авиация, но говорить о её доступности для широкого круга людей, не приходится. Да и о приемлемой цене на её услуги, о безопасности полётов – тоже…

А вывод, пожалуй, такой: если государство, власть не повернётся лицом к возрождению на просторах страны большой и малой авиации, то в ближайшие годы, десятилетия, небо так и будет удаляться от русского человека, а нищета народа продолжит способствовать снижению пассажиропотока, следовательно, сокращению количества рейсов на местных воздушных линиях, закрытию ещё живых аэропортов и авиаплощадок. Прежних объёмов, конечно, никогда не возвратить, но страшно – терять то, что ещё осталось. А ведь теряем, несмотря на заверения властей о процветании всего и вся в нашем Отечестве.

Так, весной прошлого года в аэропорту Онега (где я провёл, можно сказать, всю жизнь, с раннего детства, да и отработал немало лет, начиная ещё с 90-х), был ликвидирован объект аэронавигации – отдельная приводная радиостанция связи, сокращён персонал. Восемь человек для страны, даже для области – не цифра. Но после закрытия объекта, вывоза рабочих модулей и дизельной электростанции, обрушения мачт-антенн, прекратилось дежурство специалистов на аэродроме, и аэропорт окончательно опустел. И умерли надежды на возрождение не сезонного, а круглогодичного авиарейса из Архангельска в Онегу. И не встанет больше в жаркую пору на базировку лесопатрульный Ан-2 – да её и не было уже прошлым летом. И вряд ли вернутся онежане на самолёты при нынешней власти. В планах которой, вместо возрождения аэропорта – только одно чаяние: на месте аэродрома она видит две-три улицы коттеджей для состоятельных горожан. Благо, рядом трансформаторная подстанция, водопровод, бетонная дорога, да и грунт – песок, а не болотный торф, как на соседних соргах… Об этом же написано в Генплане Онеги, одобренном ещё три года назад онежскими депутатами, при одном (моём) голосе против…

Илья Иконников, начальник авиаплощадки Лопшеньга


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"