На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Славянское братство  
Версия для печати

О хуторянских корнях украинского национализма

Рецензия на сборник «Украинский вопрос в русской патриотической мысли»

Российская читающая публика весьма слабо знакома с историей так называемого «украинского вопроса» (а таковой, увы, является подавляющее большинство читателей). Несмотря на то, что украинская проблематика как минимум с 2004 года (время первой «оранжевой» революции) привлекает самый повышенный интерес в России, о территории, именуемой Украиной, и об истории населяющего её народа мы знаем поразительно мало. Вдвойне прискорбно, что с весны-лета 2014 года, когда на Украине началась и ведётся гражданская война у нас не предпринято практически ничего для сокращения постыдного дефицита научных знаний об украинстве. Если в нашей стране и имеются центры украинистики, то, как правило, они имеют тесные связи с бандеровским и, вообще, националистическим движением на Украине и спонсируются украинским государством (таковы «культурно-просветительские организации» украинцев на Дону, на Кубани, в Москве, в Сибири и др. регионах страны). Таково более чем печальное положение дел с украинскими штудиями в России.

 Даже у патриотического читателя знакомство со сборником статей и эссе, озаглавленному «Украинский вопрос в русской патриотической мысли» вызовет настоящий культурный шок. Думаю, не ошибусь, сказав, что большинством нашего общества Украина и украинцы воспринимаются братской страной и народом, временно заблудшими в результате злокозненной пропаганды. Тем удивительней будет узнать, что корни украинской проблемы гораздо глубже, а причины — сложнее. Генезис и развитие украинофильства (позже эволюционировавшего в разные версии украинского этнонационализма) происходило двумя параллельными и оппонирующему друг другу путями. Первой, наиболее известной, было галицкая версия, активно поддерживаемая польскими кругами Австро-Венгрии (теме, коей в сборнике посвящен ряд публикаций, в частности, статья известного деятеля и теоретика славянского движения В.И. Ламанского). Другая версия раннего украинофильства — малороссийская (надднепрянская), то есть, возникшая в малорусских губерниях Российской империи в 40-е годы XIX века, известными представителями которой были такие деятели, как поэт Тарас Шевченко, историк Николай Костомаров, писатель Пантелеймон Кулиш. Российскому читателю мало известно, что обе эти версии украинофильства находились друг с другом в откровенной вражде, во многом объяснявшейся различными политическими и церковными ориентациями (австрийская ориентация у галицких украинцев, греко-католиков по вероисповеданию и более сложная политическая ориентация у православных малороссийских украинцев — от идеи автономии Украины в составе Российской империи до «воссоздания» независимого  украинского государства). Позднее, в годы Гражданской войны в России эти идеи получат недолгое воплощение в виде Украинской народной республики и Западно-Украинской народной республики. Причем УНР откровенно предала ЗУНР ради заключения союза с Пилсудским, позволив тому поглотить галицкую республику — факт, о котором очень не любят вспоминать на Украине, где насаждается мифология «акта Злуки», то есть, соединения УНР ЗУНР в единую соборную украинскую державу.

Но сколь бы глубоко не различались по генезису и важным деталям две версии украинофильства (украинского этнонационализма), они едины в одном. Как ни парадоксально это звучит, эта общая — и главная, на наш взгляд, их черта — отнюдь не русофобия. Точнее, русофобия является одной из общих фобий, разделяемой западно– и восточноукраинской версиями украинского национализма. К примеру, галицкий (западноукраинский) национализм на первом этапе своего существования (примерно до начала 1940-х гг.) главного своего врага видел в Польше и поляках. А сичевые стрельцы из Украинской Галицкой армии в годы Гражданской войны на Украине одно время даже воевали в составе Добровольческой армии генерала Деникина. Поэтому русофобия — лишь одна, на данный момент, правда, наиболее осязаемая фобия украинского этнонационализма, наряду с исторически укорененными и «спящими» до поры до времени видами фобий: полонофобией, семитофобией, мадьярофобией. Украинский национализм видит врагов по всему периметру границ «соборной Украины».

Пожалуй, главное впечатление от украинофильства, которое создаёт ознакомление со сборником «Украинский вопрос в русской патриотической мысли» заключается всё же в другом. Корень украинофильства — в его крайнем провинциализме, точнее, деревенскости. Представляю, как забавно было читать Белинскому, критику, популяризировавшего Пушкина и открывшего России Достоевского безграмотные вирши «кобзаря» Шевченко. Возникшее как политический инструмент раскола Российской империи изнутри в рамках австро-немецкой и австро-польской партий (галицкая версия) и как общая мода на местечковость (на волне общеевропейского увлечения романтическим национализмом) в его малороссийской версии украинофильство поражало своей интеллектуальной и культурной убогостью. В самом деле, смешно сравнивать певцов немецкого или даже польского романтичного национализма, за которыми стояли века культурной работы и государственного строительства, с «иконой» украинского национализма Тарасом Шевченко. На мой взгляд, акцент на культурной и политической вторичности (или даже третичности) украинофильства – большая заслуга  составителей сборника. Украинское национальное сознание так и не избавилось — и вероятно не в силах избавиться — от хуторского мышления. Поэтому культурные украинцы становились культурными русскими (то есть, возвращались в единую русскую семью), либо поляками, если соображения культурной близости преобладали над фактором этнического единства.

Читатель, впервые взявший в руки сборник об истории украинского вопроса, будет поражен. И вместо зомбированного своего (либо злокозненного русофоба — в зависимости от представления о сути украинства) он увидит дикаря, варвара. Не варвара Тацита в зените своей первобытной силы, а скорее, хуторянина, обделенного доступом к материальным благам цивилизации, и испытывающим жгучую ненависть ко всем, более него преуспевшем в получении земных благ. Украинский национализм — это вовсе не бунт против русскости; в той же мере это бунт и против польскости. Это бунт хуторянина против городской культуры и цивилизации. Архетип украинского националиста – «резун»-гайдамак или резун-бандеровец. Но корни того и другого лежат в политической и культурной порабощенности Юго-Западной Руси. Лишенный подлинной элиты (ибо князья-рюриковичи, населявшие Западную и Юго-Западную Русь, сплошь окатоличились и ополячились), народ Малой Руси сражался против Речи Посполитой имея в качестве вождей казацкую старшину, полюса которой – героизм и предательство, а часто то и другое вместе. Зато попадая в разряд элиты подлинно имперской (будь то в Речи Посполитой или в Российской империи) малороссы становились подлинными строителями Империи. Наверное, не случайно, что одним из самых выдающихся певцов Империи в России был (наряду с Пушкиным) малоросс и потомок казацкого рода Гоголь. 

В качестве небольшого замечания (или пожелания на будущее) хотел бы отметить слабую представленность в сборнике работ авторов малорусского и галицко-русского происхождения. Ибо именно эти авторы в силу лучшего знания предмета первыми начали культурную и политическую борьбу против хуторского по сути и разрушительного по последствиям украинофильства. Интересным поворотом темы могла бы стать реконструкция образа Тараса Бульбы в творчестве Н.В. Гоголя. Проследить трансформацию этого образа от вполне себе «украинского», то есть, хуторского к русскому и имперскому — это проследить культурную эволюцию самого Гоголя. «Украинского» автора, переведенного на украинский язык в 2005-м году.

Выражаем признательность составителям и издателям интереснейшего сборника, и желаем им продолжить работу над столь плодотворной нивой.

* Сборник «Украинский вопрос в русской патриотической мысли». Составление, предисловие, послесловие и примечания: д-р ист. наук, проф. Минаков А.Ю. – М.: Книжный мир, 2016. – 800 с.  

Эдуард Попов, доктор философских наук (Ростов-на-Дону)


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"