На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Славянское братство  
Версия для печати

Начинает дни гудок

Стихи

Напомним: на исходе текущего года – 26 декабря – исполнится 115 лет со дня рождения Евгена (Евгения Павловича) Плужника. Уроженец края Воронежского стал классиком украинской литературы двадцатого столетия. Всего лишь десять лет ему выпало поработать на ниве славянской словесности. В тридцатые годы он был незаконно осуждён и умер в лагерном лазарете на Соловках.

Спустя десятилетия, слово Плужника зазвучало вновь –  как на украинском, так и на русском языках. «Русское воскресение» уже знакомило читателей с переводами стихотворной лирики, романа «Недуг», пьесы «На дворе, в предместье». Продолжим также «путешествия» в творческое наследие поэта, прозаика, драматурга, которого стоит «не просто читать, но и перечитывать неоднократно».

 

Сборник «Дни»

(1926)

 

*  *  *

Де коноплi були, – батарея.

За клунями – чати.

          Може, «Портрет Дорiана Грея»

          Почитати?

 

О, майбутнє моє! Для тебе –

Тисячi слiв подужав! –

       Нащо ж вiлись до самого серця

                                                            мiж ребер

Кули та нужа?

 

***

Где конопля росла – батарея,

За клунями – настороже рать –

Может, «Портрет Дориана Грея»

            Почитать?

О, будущее моё! Открывая дверцу, –

Тысячи слов отыщи! –

Зачем же впились меж рёбер

            в самое сердце

            пули да вши?

 

***

Розпочинає днi гудок о шостiй,

Коли роси ще вiтер не допив,

А там, вгорi, такi яснi i простi,

Пливуть рожевi зграi голубiв…

 

Ще пiшоходи холодком укритi, –

На передмiстi десь iрже лоша…

! хочеться сказати кожнiй митi:

Не поспiшай!

 

Але вже в’ється порох над базаром,

I синьоокий ранок мов заслiп…

! закиплять, я знаю, незабаром

Купiвля й продаж – боротьба за хлiб!

 

I я iду, щоб десь продати м’язи,

Ще вiд учора стомленi напiв…

I гаснуть, блiднуть вiдблиски топазiв

На крилах голубiв…

 

*  *  *

Начинает дни гудок в час шестой,

Когда росы ветры ещё не допили,

В небе, как в картине – ясной и простой,

Стаи голубей розовокрылых плыли.

 

Ещё приятна прохожему прохлада,

Где-то жеребёнок ржёт в тиши…

Ты, мгновенье каждое – отрада,

Не спеши!

 

Увы, поднимается пыль над базаром, –

И синеокий мир будто ослеп…

Ведь закипает, я знаю, недаром

Купля-продажа – борьба за хлеб?

 

И я иду туда, продать себя у перелаза,

Хоть не прошла вчерашняя усталость.

Иду быстрей…

И гаснут, блекнут отблески топаза

На крылах голубей…

 

***

Долi моєй цiна –

У повiтовому мiстi осiнь,

А вона витягла серце, – на!

      – Нецiловане й досi!

 

От i упала на неi тiнь!

От i знесилiв,

Мало, мало хотiнь!

– Сили!

 

А коли ж сила уся –

Шклянка насiння?

Хоч б вже спокiй менi засяв,

Весно моя осiння!

 

*  *  *

Доли моей цена –

В уездном городке осень,

А она вытащила сердце, – на!

     – Нецелованное вовсе!

 

Вот и упали на неё тени!

Вот и лишился сил.

Мало, мало одних хотений!

       – Силы!

 

А коли же сила всея –

Стакан семечек? Одни невезения.

Хоть бы уж покой мне засиял,

Весна моя осенняя!

 

***

Майже рiк сиджу, мов крiт, на хуторi.

Вже й листiв твоiх не вiдбираю.

Iнколи копаюся у Мутерi

Та в пiкет з одним знайомим граю.

 

От книжок коли б хоч з пуд одержаты!

Все ж не Мутер цей! Та карт колоду…

Тихий я. Навiть не знаю, де вже ти…

Вiдчинив я осенi Господу!

 

Мертвий я. Це добре, ясно вiдаю.

Та i як, скажи, себе обдуриш!

А проте живу. Журюсь, обiдаю…

О, – болить менi, єдина! Чуєш?

*  *  *

Едва не год сижу, что крот, на хуторе.

И писем я твоих не разбираю.

Копаюсь изредка в изданьях Мутера

Да в пикет с приятелем играю.

 

От книжек взять бы – не на скорый глаз!

Не Мутер этот! Карты – не дорога…

Не знаю, тихий я, где ты сейчас…

Осени всё подчинил я Богу!

 

Мертвый я. И это ясно ведаю.

Себя не обхитришь, не перепишешь.

Но – живу. Печалюсь и обедаю…

           Больно мне, единственная! Слышишь!

***

 

…I oсь ляжу, – родючий гнiй, –

На скривавлений перелiг…

           – Благословен єси, часе мiй!

           – Навчи мене заповiтiв своiх!

 

Розцвiтайте, новi жита!

…А на кожному колосi – мука моя…

О, воiстину час ратай!

Славословлю його ім’ я.

 

Благословен єси, часе мiй!

О, жорсткий! I весь в кровi!

– Це нiчого, що я мов гнiй –

Пiд посiви твоi новi!

 

– Бо ось вiрю: зросту колись, –

I до когось вiтрами: – Жни!-

…Серце, серце моє! Навчись

Тишини…

*  *  *

…И вот лягу – родючий перегной, –

На окровавленную пажить, в дым…

– Благословен еси, час ты мой!

Научи меня заповедям своим!

 

Красуйтесь новые жита у нас!

…А в каждом колосе – мука моя…

О, воистину пахаря час!

Славлю имя его, не тая.

 

Благословен еси, час мой!

О жестокий! И весь в крови!

– Это ничего, что я перегной –

Под посевы новые твои!

 

– Ведь вот верно: взрасту когда-нибудь, –

Ветром попрошу: – Жни! Не ставь себе в вину.

…Сердце, сердце моё! Глухим не будь!

Постигни тишину…

 

Сборник «Ранняя осень»

(1927)

 

***

Сiра мжичка за вiкнами. Нiч. Кiмната.

I сьогоднi таке, як вчора…

Перегортаю Рабiндраната

Тагора.

 

Крiзь щiлини вiконницi нiч знадвору:

Доле людська, чудна яка ти, –

На сторiнках чужого твору

Правду свою шукати!

 

***

Серая морось. Ночь. Безмолвия вата.

Тоскливо без горя…

Перелистываю Рабиндраната

Тагора.

 

Ночь тебе в душу вползает ржой.

Доля людская: не нищий, –

А на страницах в мысли чужой

Всё правду свою ищешь!

 

 

***

Мудрiсть мудрих… За грiх який

Марнiсть всю її мушу знати?

О, проклята звичка руки

Сторiнку перегортати!

 

Може, й справдi вся правда – мить,

Мертвi факти й безсмертнi мiти…

О, коли б себе пережить,

Щоб все зрозумiти!

 

***

Мудрость мудрых… За какие грехи

Тщетность всю её должен знать?

О, проклятая привычка руки

Страницы старых книг листать!

 

Может, и верно, вся правда – миг,

Мёртвые факты бессмертных мет…

О, если б себя пережить в них,

Чтобы все понять-разуметь!

 

***

Минувшину вивчавши, зрозумiв

Красу подiй, що сталися допiру.

Iсторiє! з твоїх важких томiв

Крiзь давнини завiсу димно-сiру

Майбутнє  дивиться.

                                 Поете, припади

До джерела пророцтв, сухих анналiв:

Чимало слiв покладено туди,

Що процвiтуть надалi!

 

***

Былое открывая, в фактах-словах

Вижу красу текущего дня. Верую:

История! В твоих тяжёлых томах

Сквозь старины завесу дымно-серую

Грядущее смотрится.

                                  Припади, поэт,

К источнику пророчеств, сухих анналов;

Букеты цветистых слов через столько лет

Обязательно вспыхнут, как маки, ало!

 

***

Критики, навчаючи поета,

Залюбки розводяться про те,

Як писати мусить вiн, щоб Лета

Рокiв з п,ять промiння золоте

На трунi у нього не змивала;

 

Та чомусь iсторiя не знала

Прикладу, щоб критики колись

На собi доводити взялись

Силу ту, що їх наука мала.

 

***

Критики и наставники поэта

Не жалеют вещих слов:

Как писать он должен, чтобы Лета

Золотых лучей покров

С его гроба скоро не смывала;

 

Отчего ж история не знала

Факта, чтобы критики когда-то

На себе пытали таровато

Правду ту, что их науки мало.

 

***

Де забарився ти, вечоре милий?

Очi в журi за тобою,

Груди без тебе спочити не вмiли,

Думи юрбою…

 

Кожна з них ятрить негоїстi рани, –

Тiльки в менi себе вилий!

…Де забаривсь ти, спочинку жаданий,

Вечоре милий?

 

***

Где запропастился, вечер милый?

Ждешь в кручине, не дождешься,

Сердце истомилось. А постылый

Сон не дозовешься.

 

Мысль терзает душу – долгожданный, –

Только ты – возьми меня и милуй!

…Где запропастился ты, желанный,

Вечер милый?

 

***

Ах, яка це невгамовна пташка –

В грудях серце! Все спiвати б їй!

То пусте, що грудям часом важко,

Не до спiвiв головi твоїй…

 

Бо стають такi порожнi груди,

Так бездумно никне голова,

Як майне, що вже тебе не буде,

Коли пташка та – не заспiва!

 

***

Ах, какая неуёмная пташка –

В груди сердце! И все петь бы ей!

То пустое, что когда душе тяжко,

Не до песен голове твоей…

 

Ибо кто тебя ещё разбудит,

Кто в душе твоей растопит лёд,

И поверь, тебя уже не будет,

Если пташка та – не запоёт!

 

***

Мудростi не вивчитись чужої, –

Треба помилятися самим.

…Скiльки слiв лишилося вiд Трої,

Що забрав собi на оди Рим?

 

А проте вчитайся в кожну кому, –

Всякий промовлятиме рядок:

Краще помилятися самому,

Нiж чужих навчившись помилок!

 

***

Мудростью нам не прожить чужою, –

Нужно постигать её самим.

… Сколько слов осталось ведь от Трои,

Что забрал себе на оды Рим?

 

Столько мудрых книг! А посему –

Пусть это не вызовет улыбки:

Лучше заблуждаться самому,

Чем чужие повторять ошибки!

 

***

Яка нудьга мережити рядки…

Дарма що жар думок у них розлитий!..

Поетiв дар (як всi дари, гiркий) –

Всю недоцiльнiсть вiршiв розумiти.

 

Вiзьмись вогнем – i раптом прохолонь,

Засхни чорнилом на якомусь вiршi…

Чудний вогонь! –

Щоб не сказати гiрше…

 

***

Кому нужны твои стихи,

Хоть жар души в строке разлит!

Поэта дар (за чьи грехи) –

Всё понимать. А сам горит…

 

Сгорает… А огонь

Застыл чернилом в новом вирше…

Чудесный див-огонь!

Хотя? Назвать бы его горше…

 

***

В гiмназiї, де я кiнчав науку,

Один довговолосий гiмназист

До вiршiв так – з нудьги – наважив руку

(За форму дбаючи та нехтуючи змiст),

 

Що довго я, за римами у тузi,

На нього заздрим оком поглядав;

Якої муки вiн менi завдав,

Шанований вiд ворогiв i друзiв!

 

Але ще дужче заздрю я на нього

Тепер, коли довiдавсь вiд людей,

Що вiн, змужнiвши, вiршика й малого

Не написав нiколи i нiде!

 

***

В гимназии, где грыз науку,

Один длинноволосый гимназист

В стихах со скуки набил руку

(Лишь формы ради, не жалея лист),

 

Что долго я, над рифмою в потуге,

Корпел. И не без зависти страдал;

Какие муки он мне передал,

Не пожелаешь ни врагу, ни другу!

 

А ещё больше злюсь я на него

Теперь, когда узнал, прослышал от людей,

Что он потом стиха и малого

Нигде и никогда не написал, злодей!

 

***

Немає сумнiву: менi щораз нуднiше

У товариствi друзiв-юнакiв;

Їх дотепи могли б звучати тихше

I навiть теми бути не такi…

 

Та в той же час кортить мене додому

З поважних бесiд про минулi днi…

…Бути самому

Хочеться менi.

 

***

Нет сомнения: мне тоскливо

В кругу товарищей-друзей;

Острить могли бы незлобиво,

Вести беседы помилей…

 

Встретились-свиделись – не рад никому.

Домой тороплюсь, лечу, как во сне.

…Побыть одному

Хочется мне.

 

***

Розгорну ввечерi атлас Петрi*,

Четверту, здається, мапу…

Доле! З буденних нетрiв

Не поїдеш нiкуди, мабуть…

 

Подивлюсь стомлено правдi в вiчi:

Лiжко знайоме, книжки у шафi…

Годi! Не всiм же личить

Пiдручник з географiї.

 

***

Раскрою вечером атлас Петри*,

Голубая поманит даль…

Горечь доли! Жилплощади метры,

Не уйти никуда. Печаль…

 

Гляну устало правде в глаза:

Диван да книжки и ступени к крыльцу…

А может, хватит себя терзать,

Не всякому география к лицу.

 

*Э.Ю. Петри (1854 –1899) – выдающийся российский географ, известен его «Большой всемирный настольный атлас».

 

***

Мрiї вiд серця вiдтяв, –

Корiнь виснажують вiти.

…Мало прожити життя, –

Треба життя зрозумiти.

 

Може, й поети лиш тi,

Що за юнацтва вже сивi…

…Мрiї ж мої золотi,

Мрiї ж мої нещасливi!

 

***

Мечты отсёк, им сердце не сушить, –

Так ветви истощают корень древу.

…Совсем не просто, мало жизнь прожить, –

Найти б в ней смысл. Не для утехи чреву.

 

Не потому, поэты совестливые,

Вы с юности уже седые…

Мечты ведь мои золотые,

Мечты ведь мои несчастливые!

 

***

Мале хлоп’я, доки старенькiй нянi

У холодку дрiмалось над шитвом,

Жило в лiсах, було на океанi,

I вже землi новi значило гранi

На стежцi, де… не розминутись двом.

 

Стара ж, на час забувши про дитину,

Що серед скверу снила наяву,

Теж мандрувала в чарiвну країну

I бачила ввi снi м’яку перину,

Тепленький чай, цитринку i халву.

 

Воiстину життя не знає спину!

 

***

В саду дитя, пока старушке-няне

Дремалось сладко над шитьём своим,

Брело тайгой и плыло в океане

И землям новым отчертило грани

На тропке, где… не разойтись двоим.

 

А старая, на миг склонивши спину,

Забыв дитё, плыла, как наяву.

И видела во сне чаривную краину,

Под покрывалом мягкую перину

И тут же – чай, лимоны и халву.

 

Воистину мечту я не отрину!

 

***

Дiвчинку здибав колись маленьку

Там, де землю Днiпром розколото:

Вибирала з води у жменьку

Синє золото…

 

I таке тодi небо було безкрає.

Поможи менi, дядю, трошки!..

…А в самої очей немає, –

Волошки.

 

Гей,дiвчатко! Найкраща з моїх химер!

Чи далося ж тобi те золото?

…Вже менi не смiятись тепер

По-старому, безглуздо-молодо…

 

***

Девочку встретил однажды в пути

Там, где земля Днепром расколота:

Черпала из воды в горсти

Синее золото…

 

Небу нет края, зелень-лоза.

– Помоги мне, дядя, немножко!

…А у самой не глаза, –

Волошки*.

 

Лучшее – из моих потерь.

И далось же тебе то золото?

…Уж мне не смеяться теперь

Как тогда – безрассудно-молодо…

 

 *Волошки – васильки.

 

***

Ракетою пiднiсся i упав,

Широким ревом прокотивсь додолу

Гудок останнiй. Рушив пароплав,

Кормою повертаючись до молу.

 

П’ять-шiсть хвилин шамкої метушнi,

Гарячий вибух рухiв, слiв i лiнiй, –

I знову сонце в синiй вишинi,

I друге сонце у безоднi синiй…

 

Юрба на молi рiдшає, i тi,

Що залишились, встигли вже забути,

Що в безбережнiй свiтлiй самотi

Йде корабель, щоб, може, не вернути.

 

***

Ракетою вознёсся, сбавил лёт,

Широким рёвом прокатился к долу

Гудок последний. Подал пароход,

Кормою поворачиваясь к молу.

 

Пять-шесть минут в подарок суете,

Горячий взрыв движений, слов и линий, –

И снова солнце в синей высоте,

Другое солнце в бездне синей…

 

Морской причал враз опустел.

Окутан дымкой берег дальний.

Плывёт корабль, его удел

Невозвратимый и печальный.

 

***

Хай чужина комусь вбирає очi,

Нехай про неї навiть мрiє хтось

(До перемiни мiсць такi охочi

Всi тi, кому в життi не повелось).

 

Для мене ж досить – певне, до загину –

Кiлькох губерень чи округ тепер,

Що на землi становлять Україну –

УСРР.

 

Бо що менi та слава галаслива

Про всi дива за тридев’ять морiв,

Коли я досi i малого дива –

Землi своєi ще не зрозумiв!

 

***

Пускай чужбина кому-то застит очи,

Пусть о ней мечтают мне назло

(К перемене мест лишь те из нас охочи,

Кому в жизни круто не везло).

 

Я же рад тебе, пока не сгину, –

Сбор губерний, иль округов теперь,

Что явили миру Украину –

УэСээРэР.

 

Ведь что мне слава та шумливая

О чудесах за тридевять морей.

Вовек ведь не постигну диво я –

Родимой красоты земли своей.

 

***

Де ви тепер, давно змужнiлi,

Товаришi юнацьких лiт, –

Хто з вас почує цей привiт,

Хто спить, забутий, у могилi?

 

Як першi павутинки бiлi

У чуб почне вплiтати час,

Так хочеться зiбрати вас

До серця ближче…

Друзi милi!

Так хочеться почути знов,

Коли зневiра серце ранить,

Юнацьких запальних розмов

Про те, що мужнiсть не обманить…

 

***

Где вы теперь, давно ведь в силе,

Друзья далеких юных лет, –

Кто вдруг услышит мой привет,

Кто спит, забытый уж, в могиле?

 

Да, паутины седые

В чуб нам вплетает час,

Вот бы увидеть вас,

Други мои вы, родные!

Так хочется услышать вновь,

Когда неверие сердце ранит,

Наш жаркий спор, играла кровь,

О том, что жизнь нас не обманет!

 

***

Цвiтуть думки, а на слова скупiше…

Я знаю сам, – росту. Мiняю лист.

…Нехай, кому не лiньки, пише,

Що от, мовляв, запеклий песимiст…

 

Я ж почуваю так: скажу – бо мушу! –

Хоч щось своє, не казане нiким;

Коли рядкам якимсь звiряти душу, –

Тiльки таким!

 

А там нехай, кому не лiньки, пише,

В словах нудьгу розводячи густу…

Цвiтуть думки, i на слова скупiше…

Росту.

 

***

Цветут мысли, а на слова скупее…

Я знаю сам, – расту. Меняю лист.

…Пускай, кому не лень, отметит, не жалея,

Вот что сказал заклятый пессимист…

 

Я понимаю так: скажу – как мне дано уже –

Только своё, сработанное лишь тобой;

Если строкой какой понравиться душе, –

Только такой!

 

А там пускай, кому не лень, отметит, не жалея,

В словах тоску разлив густую…

Цветут мысли, и на слова скупее…

Расту я.

 Перевод П.Чалого.

Россошь Воронежской области

Евген Плужник


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"