На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Статьи  
Версия для печати

Прощание с Суворовым

Мечта Запада в том, чтобы Россия ушла из днестровско-дунайско-карпатского региона

За событиями на южных рубежах России как-то потерялся из виду юго-запад. А ведь сегодня на фоне кавказских событий реализуется давно лелеемое и не раз откровенно высказанное желание Запада: Россия должна окончательно и полностью уйти из днестровско-дунайско-карпатского региона, что после событий в Косове превращает всю Юго-Восточную Европу в зону стратегического доминирования НАТО. России же перекрывается доступ в юго-западное Причерноморье, к устьям и лиманам Днепра, Днестра, Дуная.

Выход нашего государства в этот регион навеки связан с именем Суворова, не только взявшего Измаил, но и основавшего Тирасполь, где и доныне легендарный генералиссимус вздымает своего коня на центральной площади города - ныне столицы Приднестровской Молдавской Республики. Только этот крошечный клочок некогда великой Российской державы остался верен ему и по праву клянется его именем. Нынешняя же Россия, во исполнение решений Стамбульского саммита ОБСЕ добровольно уходя отсюда, по сути, уже потеряла право апеллировать к памяти великого полководца - ведь все плоды его тяжких героических трудов оказались в мгновение ока растрачены. Понимают ли это наши политики, наши военные, покидающие берега Днестра?

Что же до действий нашей армии в Чечне, то, боюсь, все ее успехи, будучи изъяты из той геостратегической, системной целостности, в которой Россия определяла свое поведение по меньшей мере со времен Суворова, приобретают краткосрочный, "не эшелонированный" характер, не обеспечены на флангах.

Несколько лет назад был озвучен план "балканского Версаля", иначе говоря, проект "кооперации стран Юго-Восточной Европы: республик бывшей СФРЮ, Венгрии, Болгарии, Греции и Турции" и объединения их в союз, страны которого вовлекаются в НАТО без оформления членства в нем, что мы и наблюдаем сегодня. Тогда же бывший посол США в Югославии Д. Андерсон выступил с предложением провести "балканскую версальскую конференцию, на которой и связать воедино членов сою за". Развивший эту идею директор Американского института безопасности Дж. Фридман пришел к выводу о необходимости создать ось Загреб - Белград - Афины, которая, добавлю, продолжается на север тоже давно проработанной осью Белград - Будапешт.

Вот для чего необходимо прозападное руководство в Белграде, и вот что имеет в виду осуществляемый ныне Пакт стабильности в Юго-Восточной Европе (горячо поддержанный Германией, которая, по некоторым сведениям, его инициатор). Именно эту реструктуризацию Балкан была призвана обеспечить военная акция НАТО, а "план, - откровенно заявил Дж. Сорос, - завершил бы то, что не сумели сделать бомбардировки". Конечный же смысл всего проекта в том, чтобы с учетом изоляции Ирака и давления на русско-иранские связи окончательно оформить охват России со стороны Юго-Восточной Европы и передней Азии широким фронтом, выходящим к ее границам (Сорос включает в Пакт и Молдавию, разумеется, с Приднестровьем).

Отступление на юго-западе делает реальностью замыкание Балто-Черноморской дуги. Но ведь последняя на западном рубеже функционально соотносится с той южной, тюркской или исламской, "от Адриатики до Китайской стены", о которой почти одновременно говорили, хотя и делая разные акценты, лидер боснийских мусульман Алия Изетбегович и президент Турции Сулейман Демирель. Именно их, этих дуг, сочетание и необходимо для успешного завязывания России в "геополитическом мешке". И чем больше мы отступаем, чем больше демонстрируем свою слабость, тем успешнее реализуется этот глобальный план.

Его истоки берут начало в столетней давности концепции американского адмирала Мэхена о противостоянии Континента и Океана. Именно Мэхен настойчиво подчеркивал, что оплот континентальной мощи, подлежащий сокрушению, - Россия. Германия же включалась им в Океан. В соответствии с этим формулировалась долгосрочная стратегия и выстраивалась схема долгосрочных союзов. Здесь в зародыше и заключалась та идея, которая легла в основу НАТО и всей системы блоков, создававшихся США после 1945 года.

Но уже в годы войны (начиная с 1942 года) вышел ряд работ (Н. Макнейл, Р. Стра-усс-Хьюппе и др.), где четко формулировалась главная цель: создание после войны нового планетарного миропорядка, который обеспечит глобальная американская империя - Pax Americana (по аналогии с Pax Romana, как именовалась Римская империя), и разрушение мощи СССР - России посредством создания "поясов сдерживания". Так что Бжезинский, дав своей книге подзаголовок "Господство Америки и его геостратегические императивы", лишь следует в русле этой давно разработанной генеральной стратегии. Как следует ей он и тогда, когда заявляет: "Главный геополитический приз Америки - это Евразия".

После ухода российских кораблей из Измаила, сдачи Россией Крыма, и особенно Севастополя, на фоне однозначно враждебной позиции стран Прибалтики и растущей прозападной - впрочем, теперь можно уже говорить о прямо пронатовской - ориентации Киева и Кишинева, лишь Белоруссия и крошечная ПМР не позволяют окончательно защелкнуть капкан. Отсюда - жесткое давление победителей в "холодной войне" на Лукашенко. И отсюда же - травля Приднестровья, положение которого как непризнанной республики особенно тяжко и которое одно, самим фактом своего существования, сохраняет для России возможность возвращения ее влияния на балкано-дунайском направлении. Смыкание дуги немедленно повлечет и усиление давления на Калининградскую область (бывшую Восточную Пруссию) с целью если не полного возвращения ее Германии (хотя и такие голоса раздаются), то, во всяком случае, полной демилитаризации. Тогда Россия полностью утратит свои военные позиции на Балтийском море, а реальностью станет то, что еще в 1992 году с присущей ему откровенностью обозначил 3. Бжезинский: "Я надеюсь, что Европа станет реальностью, то есть расширится и включит и Центральную, и Восточную Европу".

Необходимое пояснение: современные западные политики и политологи именуют Центральной ту часть Европы, которую у нас принято именовать Восточной. Восточной же теперь именуются бывшие западные республики СССР, и такая "смена имен" (а они не бывают случайными) как нельзя более емко выражает самую суть произошедшего после распада СССР огромного геополитического сдвига. Россия, отказавшись от наследственных исторических земель, сама открыла путь Западу за пределы той черты, на которой остановились еще римские легионы и за которую он прорывался лишь спорадически с Речью Посполитой, Наполеоном и Гитлером, всякий раз бывая отброшен.

Границу, за которую в свое время не пришел Рим, отмечают знаменитые "лимы" - валы, насыпанные, как было принято считать до недавнего времени, императором Траяном на стыке владений "цивилизованного" Рима и "варварских" скифо-славян-ских земель. Недавние археологические раскопки, проведенные в Приднестровье, дали жизнь другой весьма обоснованной гипотезе, согласно которой укрепления были воздвигнуты не римлянами для защиты от скифов, но как раз наоборот - славянами для защиты от римлян. Как бы то ни было, но эти территории издревле были населены протославянскими и славянскими племенами, и еще "Повесть временных лет" сообщает: "Уличи и тиверцы жили по Днестру вплоть до Дуная. Было их много. Жили они по Днестру вплоть до моря".

В XI-XII веках территория, ныне именуемая Приднестровьем, входила в состав Древнерусского государства, а после его распада оказалась на стыке Речи Посполитой и Крымского ханства, частично войдя в состав первой, а частично образовав так называемое "дикое поле" - землю без общепризнанного суверена и с чрезвычайно пестрым по этническому составу, редким, но очень воинственным населением, которое уже в XVII веке именовали "казаками". Однако земля эта никогда не входила ни в состав Молдавского княжества со времени его образования в 1359 году, ни тем более в Румынию.

В результате русско-турецких войн конца XVIII века, итоги которых были закреплены международно признанными договорами, приднестровские земли вернулись в состав Русского государства (Российской империи), казалось, навсегда. В СССР они, входя ранее в состав Подольской и Херсонской губерний, формально изменили свою принадлежность, войдя вначале в состав УССР, а затем МССР. Но именно формально, так как речь шла о едином государстве.

1991 год стал роковым рубежом. Передача Приднестровья теперь уже независимой Республике Молдова, совершившаясявопреки воле абсолютного большинства населения Приднестровья, да еще в период резкого подъема в Молдове настроений присоединения к Румынии, означала не просто отказ России от своего законного исторического достояния. Она означала резкую перемену всей геополитической линии, которой наша страна следовала на протяжении веков, не просто отказ от Суворова и Жукова, но прямую им измену.

Посол Румынии в России г-н Василе Шандру в январе 1992 года заявил в интервью "Независимой газете": "Воссоединение (Румынии и Молдовы. - К. М.) естественно. И оно должно когда-нибудь произойти". Вопрос об объединении Румынии и Молдовы не снят и сегодня. Однако после вторжения НАТО в Косово и "балканского Версаля" лидерам Запада эта идея, возможно, не столь уж интересна, как тогда, при распаде СССР, когда она играла роль детонатора - такую же, как проблема Карабаха в Закавказье. Распад уже стал свершившимся фактом, и так ли уж драгоценна для НАТО территориальная целостность Азербайджана, Грузии, Молдовы?

Их интересует прежде всего овладение геостратегическими плацдармами. И здесь уход России - теперь вот уже и с берегов Днестра - практически решает задачу. Ради закрепления успеха разве не могут стратеги Pax Americana пойти в Приднестровье на ту же игру, на которую уже пошли в Карабахе и Абхазии, то есть посулить достаточно автономный статус в обмен на полный отказ от пророссийской ориентации?

Да, Приднестровью сделать это труднее, нежели Карабаху или даже очень пророссийской Абхазии. Здесь, где все дышит Суворовым, подавляющее большинство людей независимо от их национальности не имеет иной идентичности, кроме российской, и любит называть свою маленькую родину"форпостом России". По сути, так оно всегда и было. Но сегодня, когда Россия откровенно продемонстрировала, что форпост этот, подарок, некогда преподнесенный стариком Суворовым, ей вовсе не нужен, Приднестровье может быть вынуждено "изменить душу" - в противном случае оно будет безжалостно раздавлено. Пример Югославии слишком красноречив.

Да, на ответный "отказ от России" уйдут годы, но сегодня он может даться уже гораздо легче, чем десять лет назад. Годы потерь, блокады, унижений, грубого давления - и все это только за верность России! - не прошли даром. Люди устали, да человеку и вообще не свойственно жить без перспективы. А потому, начинают рассуждать они, если мы России и впрямь не нужны...

И вот уже лидеры приднестровской обороны в Бендерах говорят: "Мы не можем заставить Москву защищать ее собственные геостратегические интересы в этом регионе. Если Россия вознамерилась отсюда уйти и вывести армию, Приднестровью лишь остается позаботиться о своей безопасности". В этих обстоятельствах у России нет никакого права возражать против ввода в Приднестровье украинских миротворцев, о котором Игорь Смирнов договорился с Леонидом Кучмой во время своего визита в Киев. Ведь он, несомненно, прав в том, что Приднестровье будет чувствовать себя спокойнее, если уход российских солдат компенсируется украинскими МС, а не "голубыми касками" ОБСЕ. Однако необходимо отдавать себе отчет в том, что это, с учетом нынешней ориентации Украины, в долгосрочной перспективе будет означать неизбежную утрату российского влияния, самого присутствия России на этой, так долго и безответно стремившейся к ней, земле.

Соответственно представители Запада сейчас активно зондируют почву для укрепления сотрудничества с приднестровской стороной. Еще немного - и ситуация может стать необратимой. Еще сегодня Россия могла бы легализовать свое военное присутствие здесь. Однако ход событий приобретает какой-то роковой характер. И русская армия, зачехляя оружие, покидает Суворова.

И как знать, не станут ли несколько лет спустя натовцы, уже утвердившись на этой древней славянской земле, с любопытством рассматривать сей реликт былой, но уже поверженной русской славы? Быть может, они даже пощадят памятник, как не тронут и усыпальницу четырех адмиралов в Севастополе. Но все равно, спустя десятилетия это уже будет нечто вроде Аляски, где весьма бережно сохраняются приметы русского присутствия.

Вот только сомнительно, что можно выиграть битву за Кавказ, полностью проиграв ее на Балканах и в Карпатах.

Ксения МЯЛО, политолог


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"