На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Статьи  
Версия для печати

Свет немеркнущей звезды

К 90-летию Евгения Кибкало

Как хочется вернуться в оптимизм давно ушедшей эпохи, окунуться в песенную её стихию! Одним из символов того времени – детства, юности, молодости – была песня Соловьёва-Седого на стихи Долматовского «Если бы парни всей земли» в исполнении Евгения Кибкало, которая часто звучала по радио…

Мои воспоминания о Евгении Гавриловиче относятся не только к Большому театру, где он был со школьных лет любимым Онегиным и Елецким, Андреем Болконским и Фигаро… В музыкальной школе имени Дунаевского, когда я училась классе в пятом, следом за мной на занятия по специальности (фортепиано) приходили маленькие девочки-двойняшки с крылатыми белыми бантиками в коротких косичках. А приводил их папа – Онегин Большого театра… И я ждала, когда к концу урока приоткроется дверь, и в класс заглянет этот необычайно красивый, тогда узнаваемый тысячами,   человек с ослепительно солнечной улыбкой… Ведь широкая популярность пришла к певцу не только по радио – Евгений Кибкало выступал на «Голубых огоньках» и в праздничных концертах, которые транслировались по телевидению, первым исполнил «Подмосковные вечера», а значит, его знала вся страна, и запевала вслед за ним пахмутовскую «Песню о тревожной молодости», «Вальс о вальсе» Колмановского, «Что так сердце растревожено» или «Шёл ли дальней стороною, плыл ли морем я…» Хренникова из «Верных друзей»… Спутать его мягкий задушевный лирический баритон особенного, только ему присущего тембра, было невозможно.

По благородным манерам, умению вести себя в любых самых тонких сценических ситуациях многие считали, что певец не иначе как из интеллигентной столичной семьи, «голубых кровей». Нет, среди его предков ни артистов, ни дворян не находилось. Родился он 12 февраля 1932 года в семье железнодорожника, и его биография начиналась в селе Знаменка под Киевом. Совсем мальчишкой пережил оккупацию – ему было девять, когда началась война. А любовь к пению передалась от матери, Евфросинии Дмитриевны, у неё был хороший голос. Увлекался рисованием и фотографией, пел в школьном хоре, занимался в хоровом кружке Дома культуры. Но с заветной мечтой – стать лётчиком – не расставался.

В 1949-м, после семилетки, Женя поступил в спецшколу ВВС. Через год способного курсанта назначили старшиной роты. Конечно, он стал запевалой в своём подразделении. Но, как и большинству артистов советского времени, дорогу к искусству Евгению Кибкало проложила самодеятельность. Городские, областные, республиканские смотры Украины – везде он выходил победителем. А после республиканской олимпиады художественной самодеятельности, где на поющей-то Украине безоговорочно занял первое место, в авиационную школу пришла телеграмма: «Срочно направить Кибкало в Московскую консерваторию для прослушивания голоса». Так и предстал перед приёмной комиссией в лётной форме – другой одежды не приобрёл, да и мечта о небе по-прежнему не отпускала – и был принят. Причём, сначала как бас. «Это было просто объяснить – у него был потрясающий низ, – впоследствии комментировал этот факт биографии певца один из его учеников. – Так иногда на уроках он демонстрировал нам свободно берущуюся ноту «ля» контроктавы – не всякий бас может добраться до такой ноты».

Лётчиком он станет на сцене – Алексеем Мересьевым в «Повести о настоящем человеке» Прокофьева (в оперном либретто легендарный герой не Маресьев, а Мересьев), к тому времени, обретя славу как певец. «Мой Алексей не мог остаться и погибнуть во вражеском тылу, он должен был добраться до своих, он должен был бороться за возвращение в строй. Он мой ровесник, мой друг, которому я даже немного завидую, – говорил артист о своём герое. – Ведь я еще с детских лет мечтал стать лётчиком. Осуществить эту мечту мне помешала случайность – в аэроклуб, созданный при нашей школе, принимали только восьмиклассников. А я ещё не дотянулся до этого «почтенного» возраста. Зато старшие товарищи охотно брали меня пассажиром в свои воздушные путешествия, и я, замирая от восторга, проделывал с ними все фигуры высшего пилотажа… Я и сейчас ещё, когда приходится лететь в самолёте, всегда прошусь в кабину лётчика с таким же трепетным чувством, как в детстве».

Вышло так, что в спектакле оперной студии Московской консерватории «Царская невеста» Кибкало услышал в партии Грязного дирижер Евгений Светланов и посоветовал пробоваться в Большой театр. Так на 4-м курсе он был принят в стажёрскую группу, в том же году победил на V Всемирном фестивале молодёжи и студентов в Варшаве, а вскоре занял в оперной труппе положение ведущего баритона. Первая его зарубежная гастрольная поездка состоялась в США (1959) с группой советских артистов в дни фестиваля, посвященного советской выставке в Нью-Йорке, приуроченного к визиту Н.С. Хрущёва. А в самом начале 60-х, по инициативе министра культуры Е. Фурцевой, с первой группой молодых советских певцов (Тамарой Милашкиной, Александром Ведерниковым, Нодаром Андгуладзе…) он поедет на стажировку в миланский театр Ла Скала. Чуть позже, во время гастролей оперной труппы Большого театра в Милане, Евгений Кибкало выйдет на сцену Ла Скала Андреем Болконским в опере Прокофьева «Война и мир». Артист был первым исполнителем этой роли в эпохальной постановке Б.А. Покровского. Приступая к партии Болконского, певец признавался, что опера поначалу показалась ему сложной, необычной, но после занятий с концертмейстером музыка буквально захватила его. Это была этапная работа Кибкало, в которой он раскрывал своего героя как человека глубокой души и ума, достигая высоты трагизма в сцене смерти.

Выдающийся бас Артур Эйзен, с которым они вместе учились в консерватории у великолепного певца Владимира Михайловича Политковского (он-то и «перевёл» Кибкало со второго курса в баритоны), а потом встретились на оперной сцене, вспоминал о своём друге: «Вот человек, которого природа словно создала для того, чтобы вывести на подмостки Большого театра неотразимым, обаятельным Героем. И если можно говорить о таком понятии как стихийное обаяние, то оно относится к Евгению Кибкало в полной мере… В любом спектакле, даже имеющем уже длительную историю, он выглядел так, будто именно на него этот спектакль и рассчитан. Так было в «Свадьбе Фигаро», где он пел заглавную партию, так было с Евгением Онегиным, Мизгирем в «Снегурочке», Елецким в «Пиковой даме» и Грязным в «Царской невесте»…

Разнохарактерные, запоминающиеся образы, созданные артистом на сцене, остались творческими достижениями в истории музыкального театра. Среди его лучших работ – шекспировский Петруччио из «Укрощения строптивой» В. Шебалина в дуэте с Галиной Вишневской. Именно на этих исполнителей ставил спектакль режиссёр Г.П. Ансимов. «Герой Кибкало был мужественным и по-мальчишески наивным, дерзким и восторженным, и всё это – с огромным чувством юмора, – таким видел Петруччио в исполнении Е. Кибкало Артур Эйзен. – На «Укрощение строптивой» ходила вся Москва, восторгались зрители и артисты драматических театров, у нас на сцене филиала (имеется в виду филиал Большого театра, который находился в здании нынешнего Театра оперетты – Т.М.) родилась новая традиция интерпретации образов популярной шекспировской комедии».

Самому артисту Петруччио был наиболее близок из всех ролей, равно как и Онегин, в котором, считали коллеги по сцене, во всей своей полноте и красоте раскрылась природа его голоса. Духовное перерождение Онегина, вспыхнувшая любовь к Татьяне в последнем действии оперы у Кибкало не воспринимались случайностью, в его романтичном, поэтичном герое за внешней холодностью угадывалось богатство души. Для режиссера Романа Тихомирова, снимавшего в 1959 году фильм-оперу «Евгений Онегин», в выборе певца на озвучание заглавной партии альтернативы не было – только Кибкало (драматический образ создал популярный в то время артист Вадим Медведев).

Зрители любили его Мизгиря в «Снегурочке» с неподражаемым в исполнении Евгения Кибкало ариозо «На тёплом синем море, близ острова Гурмыза...», которое он часто включал и в свои концертные программы.

Его мечтой остался Яго в «Отелло» Верди – спеть эту партию артисту так и не пришлось. В 1977 году он расстался с Большим театром, которому прослужил более двадцати лет. Ему было всего 45. Случилось несчастье: после неудачной операции на связках певец потерял голос.

Покинув сцену, Евгений Кибкало руководил оперной труппой Московского музыкального театра имени К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко. Преподавал в Московской консерватории. Среди его учеников – известные тенора: солист Мариинского театра Ахмед Агади, солист Большого театра Роман Муравицкий, солист «Геликон-оперы» Василий Ефимов… По словам одного из студентов Кибкало, Евгений Гаврилович старался предостеречь своих учеников от ошибок, сделанных им самим и научить петь так, чтобы при полной отдаче сохранить голос здоровым и свежим до конца карьеры.

Партнёр Ирины Архиповой и Галины Вишневской, Александра Огнивцева и Артура Эйзена, один из лучших наших баритонов оставил свой великолепный голос в «золотых» записях Большого. Коллеги вспоминают о Кибкало как о прекрасном партнере – отзывчивом, контактном, чутком. В звукозаписи запечатлены такие его партии, как Андрей Болконский, Елецкий, Евгений Онегин, Рангони («Борис Годунов»). В 2002 году британская фирма «Chandos» выпустила CD «Повесть о настоящем человеке» с Кибкало в главной партии.

 В фильм-оперу «Хованщина» (1959) режиссёр Вера Строева пригласила артиста на роль Шакловитого. Голос Евгения Кибкало звучит в фильмах-операх «Пиковая дама» (Елецкий), «Царская невеста» (Грязной), а также в кинофильмах «Верные друзья», «Карьера Димы Горина» и других.

Много выступал певец с концертами по нашей огромной тогда стране. Приезжал и на Украину, в свою родную Знаменку. Иногда пел вместе с женой – солисткой Москонцерта Мариной Алексеевой (лирико-колоратурное сопрано), ныне профессором Московской консерватории.

Народный артист РСФСР Евгений Кибкало умер в день своего рождения – 12 февраля 2003 года. Похоронен на Ваганьковском кладбище.

Артист неповторимого обаяния, тонкий художник, он оставил в отечественном искусстве свет немеркнущей звезды.

Татьяна Маршкова


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"