На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Статьи  
Версия для печати

Философия веры из Томска

Пепел сожженных стучит до сих пор в сердцах у кого-то в Томске

Моноспектакль «Господин Ибрагим и цветы Корана» Томского областного драматического театра на Всероссийском фестивале-лаборатории «Школа Леонида Хейфеца» в Омске. Автор пьесы Эрик-Эмманюэль Шмитт, режиссер Наталья Корлякова.

Спектакль рассказывает о бедном еврейском мальчике Моисее, оставленном матерью и живущем в Париже с отцом, не уделяющим ему достаточного внимания. Отец к тому же кончает жизнь самоубийством, бросившись под поезд, и сыну предлагают приехать на опознание тела погибшего. Моисей не в состоянии это сделать, и его выручает хозяин бакалейной лавки араб Ибрагим, у которого он подрабатывает. Причина самоубийства отца была связана с тем, что родители отца были расстреляны нацистами и его почему-то мучил комплекс неполноценности. Он винил себя в том, что остался жить. Поезд разлучил его с родителями, под поезд бросился и он, спустя много лет.

Моноспектакль есть форма самовыражения артиста и, конечно, позиции театра. В данном случае повествование ведется от лица заслуженного артиста РФ Евгения Казакова. Его первые слова были такие: «В 11 лет я разбил свинью и пошел к проституткам на улице Райской». Мне показалось, что я ослышался, не поняв связи между разбитой свиньей и проститутками. Подумалось, что он сказал: «Разбил семью», но и это не подходило: как он мог разбить семью? Однако артист еще пару раз повторил, что он «разбил свинью» и лишь затем разъяснил, что он разбил фарфоровую свинью-копилку, в которую ребенком собирал утаенные от отца и Ибрагима деньги. Такова интрига.

Насобирав 200 франков, малыш отправился к жрицам любви, которые вначале отказались сотрудничать с ним по причине его малолетства, но он соврал, что ему уже шестнадцать, и одна из них охотно произвела его в мужчины. Подобное посвящение повторялось еще не раз, как только у Моисея накапливалось 200 франков, но вскоре он за особые заслуги стал получать сексуальные блага улицы Райской задаром – таков герой! Критики ждут положительных героев на сцене, так чем же совсем юный Моисей, имея такое символическое имя, не герой? Он не просто герой, а сексуальный гигант большого города!

Ибрагим узнавал о его проделках, но любовно, по-отечески всё прощал. Он и сам был не прочь сходить к тем же самым девочкам на улицу Райскую, т.е. старый араб и ребенок еврей в каком-то смысле были побратимы.

Шло время, старый араб и Моисей всё более сближались. У них было много общего, в частности, в склонности к воровству и обману. Господин Ибрагим «был экспертом в том, как объегорить кого угодно», например, подменить паштет собачьими консервами, которыми Моисей угощал и своего отца. Полное сближение, однако, произошло после того, как Моисей случайно увидел в ванне, что Ибрагим тоже обрезан, хотя и по мусульманскому обычаю. Значит у них полное духовное родство, решил он, и араб усыновляет Моисея с именем Мохаммед.

Ибрагим покупает авто, и они едут в путешествие из Парижа в Стамбул, посещая по пути все храмы подряд и молясь в них – какая разница где? Ибрагим научил Моисея-Мохаммеда определять храмы зачем-то с завязанными глазами, по запаху: пахнет свечкой – храм католический, ладаном – православный, ногами, носками – мусульманский. В равном интересе их ко всем конфессиям и религиям отражается, конечно, точка зрения самого автора Шмитта, который считает, что «все реки впадают в одно и то же море», что «единственная вера делает людей счастливыми – любовь», и что «евреи, мусульмане и даже христиане имеют кучу общих предков», так что жить им следует в мире. Мысль, разумеется, благая, но практически она как-то не складывается.

В дороге Ибрагим погибает, но печаль о нем светла, потому что усыновленный получает в наследство имущество Ибрагима и становится арабом Мохаммедом в той же самой лавке, где он прежде прислуживал и подворовывал. Ему настолько по душе быть арабом, что когда вдруг является мать, разыскивая его, то он не желает открыться ей и заявляет, что он Мохаммед, а Моисей куда-то уехал. Он идентифицирует себя арабом.

Играет артист вдохновенно. Он в белоснежных брюках и такой же свободной рубахе, как вестник мира. Притча об усыновлении арабом еврейского подростка Моисея весьма гуманна. Спектакль этот полезно было бы показать в Палестине и Израиле, чтобы арабы и иудеи не бросали друг в друга ракетами. Пусть бы арабы усыновили и удочерили всех детей Израиля, и навсегда был бы решен еврейский вопрос, наступили бы мир и благодать. Наполеон решал его там же, в Париже, и не решил, Сталин заботился создать комфортные условия для страдающего народа, но и его Биробиджанский проект оказался не совсем удачным.

Знаменательно и символично то, что оригинальная и трогательная фантазия о братстве народов Ближнего Востока исходит из Томского театра (ТТ), где 20 октября 1905 г. православные защитники самодержавия заперли на митинге в театре революционеров и заживо сожгли их, не пожалев театра. Лишь в 1978 г. в Томске построен новый театр, где и был поставлен спектакль «Господин Ибрагим и цветы Корана». Пепел сожженных, вероятно, стучит до сих пор в сердцах у кого-то в Томске, как в романе Шарля де Костера «Легенда об Уленшпигеле». Там подобная навязчивая идея мести за сожженного инквизиторами отца проходит через всю жизнь бродяги, мошенника и стихийного революционера Тиля Уленшпигеля.

Спектакль выдержан в строгом соответствии с кредо Шмитта: «Никакая религия не должна ставиться выше других», реальная, однако, историческая картина далека от этого. Религиозная нетерпимость и ненависть всё более захватывают мир.

Содержание спектакля следует принять всерьёз еще и потому, что автор повести Эрик-Эмманюэль Шмитт (1960 г. рождения) является писателем и философом с мировым именем, одним из самых читаемых сегодня французом. Пьесы Шмитта переведены и поставлены в более чем тридцати странах мира.

Лев Степаненко


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"