На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Статьи  
Версия для печати

Мы научились плакать тихо, без звука...

Свидетельства пострадавших от войны на Донбассе

Такое выдумать невозможно, такое можно только пережить. Хотя и пережить – очень сложно. Многие наши соотечественники не пережили этот страх и невыносимую боль войны. А она, злодейка, гуляет по южным просторам земли русской.

Война закончится, но боль останется в душах и сердцах многих поколений. Пройдет немало времени, пока зарубцуются раны душевные.

 

ОЛЬГА:

Повезло, из Мариуполя выехали всей семьей. О том, как и что за это время пережили, даже вспоминать страшно. Такое было! Живого места нет в городе. Все школы, садики, магазины, аптеки, дома… Всего этого нет! Везде свисают провода, кругом неразорвавшиеся снаряды. У нас в районе двадцать девятиэтажек и частный сектор вокруг. Все разрушено. Мы жили в Ильичевском. Сначала между перегородками спасались, в коридоре, а потом мы в подвале ютились под магазином. Повезло, что под землей сидели, но все равно все ходуном ходило.

Мы решились выскочить из этого ада, получилось! Но везло не всем. Уезжала моя знакомая Наташа на машине – дорога заминирована, они пошли пешком. Украинские вояки начали стрелять по машине. Падают живые на колени, спрашивают: «Что ж вы делаете? Мы – люди!» А они матом: «Давай отсюда…» Вот такие дела…

Мы приехали в Донецк, теперь все позади, слава Богу!

 

Беженка из Мариуполя Татьяна:

Я пешком вышла из Мариуполя и попросила помощи у военных ДНР.

Когда начались боевые действия, думала, что зачистка города от украинских оккупантов закончится быстро и этот период, пока Мариуполь не освободят, я смогу переждать дома. Такой надеждой себя тешили многие горожане. Я до последнего оставалась дома. Связи все это время не было. Электричества, газа и воды – тоже. В подвал не спускалась, поскольку он был ненадежным. В случае попадания в него боеприпаса из-под завалов могла не выбраться. Стало очень опасно. По моему переулку начали ходить танки, снесли угол забора. Загорелся один дом, второй, третий…

31 марта рискнула уйти из города. Около суток добирались до места, где были военные ДНР.

 

Евгений из Ильичевского района Мариуполя:

1 марта я лишился квартиры в районе металлургического комбината имени Ильича. Украинские боевики разрушили ее крупнокалиберными снарядами. Хотел перебраться в поселок Каменск в отчий дом, но националисты не пропустили. Они заминировали дорогу, чтобы жители не могли покинуть город. Нас держали в качестве живого щита. Когда сильно обстреливали, приходилось прятаться в подвале многоэтажки. Но уже скоро от артударов и сам подвал стал обваливаться. Потом пришли украинские солдаты и сказали, что заминируют нашу многоэтажку. Кто не уйдет, тот погибнет…

Все это время приходилась голодать, пили одну воду…

 

Мария:

Повсюду страшная вонь и антисанитария, потому что вокруг сотни разлагающихся тел. Время кажется бесконечным, когда ты прикрываешь рот своему ребенку, а ему страшно, он кричит, но ты ничего не можешь сделать. Жутко и днем, и ночью. Мы научились плакать тихо, без звука, но все также содрогаемся от каждого выстрела или взрыва.

В подвале мы прятались более 20 дней,рядом с нами умер человек. Детям сказали, что он спит, но когда из трупа начала выделяться жидкость, мужчины все же вытащили тело на поверхность. Больше я их не видела. Хочу верить, что их эвакуировали.

Дети постоянно видят разлагающиеся трупы людей, дышат трупным ядом — это реалии города в полной блокаде. Мертвые повсюду, могилы повсюду…

Страшные дни моей жизни. Все, что бабушка рассказывала о войне, оказалось правдой — но в десятки раз страшнее. Дети искалеченные и физически и морально. Невыносимо жить. Я не могу спать. Я видела смерть собственными глазами...

 

Светлана:

Я вместе с 14-летним сыном провела под обстрелами в Мариуполе три недели.

Город окутал мрак нечеловеческого безумия. На глазах люди переставали быть людьми. Грабили магазины. У меня была истерика, сын меня успокаивал. На второй неделе остались вообще без возможности достать еды. Нам грозила голодная смерть или быть убитыми под обстрелами.

На центральный рынок привезли фуру картошки, собралось много людей. Прилетел снаряд от нацистов прямо в эту фуру, ее разнесло, несколько человек погибли. Люди с задних рядов очереди лезли по мертвым телам и разгребали картошку…

Рыскающими людьми часто становились все мы. Искали все – воду, еду, дрова, связь. Мы начали ходить по разбитым магазинам, чтобы собирать картон, поддоны, коробки на растопку. Готовили во дворе на костре. Соседи-мужики поставили кирпичи, на них положили железную решетку. Они разводили костер, один на всех из нашего подъезда, можно было ставить до восьми кастрюль за раз. В других дворах, я видела, бывало, каждый себе разводил костер. Но мы решили, что вместе экономнее, с точки зрения расхода дров и сил. Хотелось не только выжить, но и остаться людьми.

Первое время привозили воду во дворы, я так понимаю, что это никакая не организация, сами люди, сотрудники предприятий, у которых был доступ к воде и транспорт, развозили воду в бочках.

С 10 марта обстрелы становились все ближе. Связь практически пропала тогда же, когда и продукты. Когда нет связи, ты не знаешь, что происходит даже в соседнем дворе, ты не знаешь, куда можно двигаться, где искать еду, выход, родных. Нет связи – есть ощущение, что ты остался совсем один, и помощи уже не будет.

С середины третьей недели с нашего двора, те, у кого были машины, начали пытаться уезжать. Автобусов эвакуации я не видела нигде ни разу. Мне казалось, что я умирала с каждой машиной, которая уезжала из города…

Я не понимала, что делать. Появился некий таксист и предложил вывезти из города за 100 долларов с каждой семьи, в машине, если плотно набить, могло поместиться две семьи. Таксист обещал приехать в семь утра. Таксист был слабой надеждой, но он приехал. Мы вылетели со двора, чтобы успеть в паузу между обстрелами. Я не знаю, сколько времени мы выезжали из Мариуполя, казалось, быстро, как стук сердца...

 

* * *

28 апреля из Попасной были эвакуированы 30 гражданских, которых два месяца насильно удерживали в подвалах солдаты ВСУ.

 

Пенсионер Иван Ильич, эвакуированный из Попасной, ЛНР:

Украинские нацисты закрыли нас в подвале, два месяца мы там сидели. Два месяца. А за это время спалили наш дом. Нам вообще не помогали. Еще повезло, что не трогали. Хоть так.

В наш подвал наведывался украинский военнослужащий. Я его называл «политинформатором». Придет такой «вояка» и давай полчаса читать лекцию, что в Донбассе живут деграданты, что мы все живем в глиняных хатах. Мол, посмотрите, как мы живем на Западной Украине. Никто ему уже ничего не отвечал. Постоянно был выпивший и под какими-то препаратами.

Помимо бесчеловечного отношения к людям, находящимся в подвале, националисты расстреливали жилые дома из танков в самом городе. Из-за одного из таких ударов погибла знакомая женщина. 8 марта националисты решили «поздравить жителей Попасной с праздником»: ездили по улице, расстреливая дома из автоматов…

Для эвакуированных из Попасной все беды и ужасы уже позади. 29 апреля, после оказания медицинской помощи, спасенных расселили в населенных пунктах, которые уже не подвергаются обстрелам. Важный со стратегической точки зрения город Попасная в ЛНР был взят 9 мая.

 

Анатолий, житель Попасной:

В начале марта по Первомайской улице ездили БТР и танк с красно-черным флагом «Правого сектора» (организация запрещена в России) и стреляли по частным домам. Одноэтажный дом складывался от одного попадания. За ним шли солдаты и стреляли. Я выскочил на улицу и получил пулю. Слава Бог, ранение оказалось легким… Бои в Попасной продолжались около двух месяцев. Город находится на высоте, и ВСУ не хотели его отдавать, так как после его падения союзнические силы могли развить наступление на Лисичанск и Северодонецк.

Весь частный сектор изрыт окопами и ходами сообщений. Линии обороны – через каждые 100 метров. В их глубине – ходы, соединяющие между собой подвалы домов. В наиболее крепких из них нацисты делали убежища для личного состава и склады. Огневые точки часто обустраивали на первых этажах. Они обкладывались мешками с песком и тщательно маскировались.

Украинские подразделения в частном секторе активно поддерживали снайперы. Они оборудовали позиции на верхних этажах девятиэтажек в центре города, а в подвалах держали мирных заложников. Весь город был «пристрелян». Снайпера стреляли и по мирным людям…

 

Валентина Ивановна, пенсионерка, г. Попасное:

  • Мы покинули квартиру и пришли в частный дом дочери. Дочь с семьей эвакуировалась. В доме есть печка и подвал с «закрутками» – мы ими все время и питались. Хлеба мы не видели месяца два… К грохоту разрывов привыкнуть можно. Без хлеба жить невозможно, но мы выжили…

  •  

Римма из г. Счастье, ЛНР:

Зверства немецких фашистов меркнут на фоне «подвигов» украинской армии. Я не могу молчать о беспределе, который все эти годы совершался укронацистами. Я хочу быть услышанной и донести правду до всех, кто верит украинской пропаганде. Украинское телевидение регулярно выпускало сюжеты об обстрелах подконтрольных им территорий, заявляя, что это делалось подразделениями Луганской Народной Республики. Но все местные жители точно знали, что обстреливают их те, кто обещал счастливую и спокойную жизнь, те, кто обещал защищать их все это время. Рассказывать об этом страшно. Националистические батальоны, укрепившиеся в каждом захваченном городе Луганщины, чувствовали свою безнаказанность и вседозволенность, прикрываясь фразой «война все спишет». Все эти годы мы жили в страхе и не знали, когда наступит долгожданный мир. Спустя долгих восемь лет мы, жители освобожденных территорий, не сдерживаем слез от радости освобождения!

Сейчас в моем доме из 20 жителей осталось шестеро. Шесть человек за время войны умерли, остальные разъехались в надежде на лучшую жизнь. Многие дома война вообще стерла с лица земли. В каждой семье поломанные судьбы… Люди были вынуждены жить в холодных сырых подвалах, постоянно болея. На месте некоторых домов остались лишь пустыри с кучей строительного мусора или небольшие фрагменты стен. В лучшем случае полуразрушенные пустые коробки без крыши. Перед окончательным отступлением украинская армия сосредоточила огонь на электростанции и организовала жесточайший обстрел мирного населения. Это был ад! Все вокруг взрывалось, гремело, образовались мощнейшие пожары. Снаряды летели со стороны Старого Айдара и Трехизбенки. То есть, город целенаправленно обстреливали со всех сторон. В результате город оказался на грани гуманитарной катастрофы: отсутствовал свет, газ, отопление и водоснабжение. Не было хлеба и хоть каких-то продуктов. Вся инфраструктура была полностью разрушена. Многие люди остались без жилья. И вот настало долгожданное освобождение!

Мы искренне верим, что уже совсем скоро, благодаря мужеству наших солдат, жители городов Луганщины и всего Донбасса будут освобождены от гнета киевской нацистской власти, и мы сможем вернуться к спокойной, мирной жизни. Каждый житель будет уверен в завтрашнем дне, находясь под надежной защитой Луганской Народной Республики и России, с которой можно счастливо жить и созидать, а не бояться и разрушать, как это было последние восемь лет. Русский мир на нашей земле будет восстановлен!

Подготовил Владимир Казмин


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"