На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Статьи  
Версия для печати

Русское золото

Документальная правда

ЧАСТЬ I.

СЕКРЕТНАЯ КОНВЕНЦИЯ

Золотые слитки Золотой запас царской России не канул в Лету, не сгорел в пламени гражданской войны и даже не был «проеден» большевиками. Во всяком случае, далеко не весь. Он спокойно лежал в заграничных банках, принося доход всем, кроме России. Долгое время русское золото за рубежом считали просто легендой, красивой и таинственной, выдуманной белоэмигрантами, развенчанной позже большевиками и вновь подхваченной и взлелеянной горбачевской пропагандой. Оказалось, что «легенда» имеет такое документальное обеспечение, от обыкновенных расписок до полнокровных статей международных договоров, которому может позавидовать иной самый реальный и современный проект.

Однако в течение 80 лет на правительственном уровне наблюдалось полное или почти полное невнимание к этой проблеме. Потому и возвращение золота России «из дальних странствий», равно как и переговоры вокруг несметных сокровищ сопряжены с небывалыми трудностями. Царская Россия с трудом расставалась со своим золотым запасом, отправляя его в Европу и Азию. Во сто крат труднее будет обратный путь золота. Об этом свидетельствует, например, раунд российско-французских консультаций по «золотой» проблеме.

Французские авуары, впрочем,— не самый большой кусок российского золотого пирога. Не хватает еще как минимум пяти — английского, японского, чешского, словацкого и шведского. Из них первые два — самые крупные и аппетитные.

ЛиверпульскиЙ конвой

История английского золота восходит к Первой мировой войне, в частности, к октябрю 1914 года. Именно в этом месяце из Архангельска в Англию на британском военном транспорте в сопровождении крейсера «Дрейк» отправился таинственный груз. Это и была первая партия русского залогового золота стоимостью в 10 миллионов фунтов стерлингов.

В основе этой посылки или, как тогда писали, коносамента лежала секретная русско-английская конвенция, заключенная при участии Франции и предусматривающая закупку вооружений в Великобритании. Как ни странно, при всех ссылках на богатый и удачный для России 1913 год, к началу войны страна, по сути, оказалась не готовой и, прежде всего в области вооружений. Частный сектор, охвативший многие крупнейшие заводы-производители оружия и боеприпасов, не справился с госзаказом, и Россия оказалась в ситуации, метко определенной поговоркой: на охоту идти — собак кормить.

Итак, первый конвой должен был отправиться курсом на Ливерпуль с соблюдением всех мер предосторожности и секретности, что абсолютно не помешало германской разведке скрупулезно проследить весь его маршрут. У берегов Великобритании крейсер «Дрейк» напоролся-таки на щедро расставленные германскими подлодками мины и получил пробоину, серьезную, но не смертельную. Чудо или провидение позволили транспорту, имевшему в трюмах бесценный груз, в одиночку добраться до порта. Первый коносамент в пункт назначения прибыл.

Приключения, выпавшие на долю ливерпульского конвоя, были признаны и в России и в Англии нежелательными, а весь путь чрезвычайно опасным и рискованным. Поэтому следующие партии золота решено было отправлять кружным путем. Из Санкт-Петербурга на поезде золото шло до Владивостока, затем грузилось на японские военные транспорты и плыло в США или Канаду. Там снова перегружалось на поезд и пересекало Американский континент с запада на восток, где во второй раз грузилось на корабли и через всю Атлантику направлялось в Англию.

После ливерпульской было отправлено еще 4 партии золота: одна в 1915 году, две — в 1916 и последняя — в январе 1917 года буквально накануне Февральской революции. Все пять золотых коносаментов тянули по тем временам примерно на 80 миллионов фунтов стерлингов.

Время в пути одной посылки, если она шла вокруг света, растягивалось чуть ли не на год. Поэтому весь заказ на английское оружие, боеприпасы и амуницию не был ни оплачен, ни выполнен до октябрьского переворота. На деньги же, достигшие Англии вовремя, Россия просила, требовала (даже Великие князья лично побывали в Англии по решению тогдашнего «политбюро» — семьи Романовых), умоляла прислать оружие срочно, немедленно, в авральном порядке.

Английский рабочий в отличие от русского авралить не привык и не научен. Его не заставишь за просто так выточить 101 патрон вместо положенных 100. Поэтому заказ выполнялся в сроки, удобные для английского ВПК. Первая его часть пошла в Россию через Швецию, где и осела на складах на неопределенное время. Всю гражданскую войну большевики пытались забрать у шведов эту партию военного имущества, состоявшую из винтовок, патронов, пресловутых «буденовок» и кожаных курток. Частично это удалось. Так что именно в английской коже, предназначенной для танкистов, щеголяли в гражданку советские комиссары, а головные уборы красноармейцев с английским клеймом, но вполне революционным названием надолго вошли в российскую историю.

Две России на одно золото

Ситуация с английским золотом оказалась очень схожей с будущим японским вариантом проблемы: золото отправлено под военный заказ, заказ не выполнен или выполнен на смехотворную маленькую сумму, а деньги не возвращены под самыми разными предлогами.

В Великобритании все русское золото под военные заказы принял так называемый Английский банк. До установления дипломатических отношений между Россией и Англией в 1924 году этими авуарами распоряжался посол Временного правительства Набоков. Практика, распространенная в то время. Например, имуществом России во Франции распоряжался после революции посол Маклаков, а в США до 1933 года — тоже посол Временного правительства Бахметьев, под чьим началом был создан за рубежом Союз послов России, поддерживавший в определенной степени эмиграцию и явившийся своего рода воплощением концепции двух России — красной и белой. Помощь эмиграции была, впрочем, несущественной.

Доподлинно известно лишь, что на «грант» от русского золота за рубежом Деникин написал свои знаменитые «Очерки русской смуты».

Надо отдать должное большевикам: на переговорах в Генуе в 1922 году они поставили вопрос о русском золоте, перекочевавшем в Англию, Японию и Францию. На требование возвратить чужое Запад выдвинул контрпретензии: вернуть или компенсировать национализированное в результате революции 1917 года имущество. В ответ на эти претензии большевики потребовали возместить ущерб, нанесенный России интервенцией, выставив сумасшедший счет на 50 миллиардов долларов США. В итоге так и не договорились, кроме как о выплате части царских долгов по ценным бумагам и то — только государственным и только до 1914 года...

Николаевский коносамент

5 упомянутых выше золотых посылок не исчерпывают всего количества золота, ушедшего из России в Великобританию накануне революции. В одном из конвоев находился еще и личный коносамент Николая II и его жены Александры Федоровны. Он содержал 5,5 тонны золота.

По традиции царская семья имела личные золотые рудники. В царской России не было частных золотых рудников — была государственная монополия, как и на водку. Делалось единственное исключение для дома Романовых. Государь имел рудники на Алтае и даже когда передал весь Алтай в 1909 году под реформы Столыпину для переселения туда тогдашних «фермеров», рудники все же оставил за собой.

Ситуация 1916 — 1917 годов была крайне сложной для царской семьи, из-за чего отнюдь не спонтанным следует считать отречение Николая от престола 2 марта 1917 года. Не революция свергала царя. Против него выступала вся семья, вся иерархия русской православной церкви, все командующие фронтами и большинство сановников. Ему фактически был предложен путь английской королевы: царствовать, но не управлять. Самое же главное обвинение состояло в том, что Николай II начал в 1916 году сепаратные переговоры с Германией о мире. В Швецию отправились широко известные тогда в финансовых кругах России Рубинштейн и Симонов и начали готовить почву для подписания мирного договора. Кстати, и Распутин поддерживал этот мир, из-за чего его и убили, то есть, не за блуд, а за то, что влез в большую политику.

Весь мирный процесс был подготовлен в 1916 году, а Ленину позже осталось лишь подписать Брестский мирный договор. Именно об этой политической кампании Николая II Милюков в Думе сказал: это трусость или измена!

Сложившуюся ситуацию понимала значительно лучше своего мужа императрица Александра. В мемуарах Вырубовой, дамы, близкой в то время к царской семье, упоминается один разговор, в котором она говорит о необходимости иметь на всякий случай какой-то запас денег за рубежом. С этой целью решено было направить в Англию золото, которое осело не в Английском банке, а в небольшом банке братьев Беринг. Оно было отправлено с самой последней партией в январе 1917 года и добиралось в Англию почти 12 месяцев.

Примерно так выглядит сегодня ситуация с английским золотом российского происхождения. Что касается чисто царских 5,5 тонны, то, по некоторым данным, именно от него в пользу Англии отказались Шеварднадзе с Горбачевым. Вернее, не отказались, а расплатились им за царские акции, родив таким образом столь любимый всеми в советское время очередной «нулевой вариант» в политике.

Однако до сих пор не убывает претендентов на Николаевский коносамент. Среди них — растущие как грибы после дождя наследники царского престола. На это же золото претендовала очередная лже-Анастасия, якобы оказавшаяся в живых дочь Николая II. Она была хорошо подготовлена к суду. Единственное, в чем ошиблась дама, выступая перед английским правосудием, так это название банка, хранящего по сей день в своих подвалах неброские желто-красные слитки в стандартных ящиках по 60 килограммов каждый с клеймом государственного казначейства Российской Империи.

ЧАСТЬ II.

МЫ С ЯПОНИЕЙ ДРУЗЬЯ

Японское золото, колчаковское, семеновское, «белое», омское — все это говорилось в течение долгих лет Советской власти про одно и то же царское, вернее принадлежавшее и принадлежащее царской России ценное имущество, оказавшееся в Японии и мирно пролежавшее в банках Страны восходящего солнца более 80 лет. Срок — колоссальный. Проценты даже с одного золотого царского червонца, а также проценты с процентов и так далее за это время могли бы серьезно поправить финансовое положение любого нуждающегося гражданина. А если этих червонцев миллионы, то можно уже накормить досыта хлебом с маслом страну с многомиллионным населением.

«Подтягинский» контракт

Причина попадания в Японию солидного по тем временам куска золотого запаса России проста и понятна. 1916 год, Первая мировая воина в полном разгаре, успех сторон — переменный. В никому не известном бельгийском местечке Ипр немцы готовятся впервые в истории войн применить боевое отравляющее вещество в виде газа, который получит название иприт — эффект ошеломляющий. Талантливый русский генерал Брусилов уже вошел в историю своим знаменитым прорывом. А Япония сохраняет нейтралитет и готова помочь любой из сторон, например, оружием. Поиски Россией рынков вооружений пересеклись с японским предложением, и могучая восточная держава обратилась к своему еще более восточному соседу.

Совершенно официально был сделан заказ на большую партию пулеметов, артиллерийских орудий и боеприпасов. Заказ был вполне по силам японской промышленности, что и оформилось в соответствующее соглашение от 4 сентября 1916 года.

В качестве оплаты Россия посылала в Японию не золото в слитках и драгоценностях, а ценные бумаги — векселя и облигации, так называемое «бумажное» золото. Специальный пункт соглашения гласил: в случае невыполнения обязательств японской стороной она возвращает назад ценные бумаги либо их эквивалент в золотых японских йенах, долларах или другой валюте.

Благодаря большой работе, проведенной Международным экспертным советом по российскому золоту и недвижимости за рубежом, возглавляемым профессором Владленом Сироткиным, удалось с документальной точностью установить общую сумму соглашения: 70 миллионов золотых японских йен.

Ситуация далее как две капли воды похожа на английскую. Заказы были сделаны на 300 тысяч, доставлены на склады, но не отправлены. Итог: деньги Япония получила, заказ формально выполнила на совершенно мизерный процент от общей суммы соглашения, но остаток «забыла» возвратить по разным причинам. Это золото часто называют «подтягинским» по имени царского военного атташе в Японии в то время генерала М. Подтягина.

Колчаковские миллионы

Долгое время ходили легенды о том, что весь золотой запас России достался адмиралу Колчаку, что он его прятал-перепрятывал на необъятных просторах Сибири, что его то находили, то опять теряли. В общем — детектив. Но доля правды в этом есть, хотя и значительно меньшая, чем вымысел.

Считается, что адмирал захватил около половины оставшегося к 1918 году золотого запаса России. Не лично, хотя был Колчак храбр и хладнокровен в бою. Это сделали 6 августа 1918 года в Казани отряды полковника Каппе-ля, известного в советской истории в основном по фильму «Чапаев» и леденящей душу «психической» атаке каппелевских офицеров, сорванной Анкой-пулеметчицей да стремительным броском чапаевской конницы.

Каппель, получивший позже генеральские погоны (не за золото, кстати сказать, а за умелое руководство войсками), передал свой трофей формировавшейся тогда в Самаре Народной армии Комитета членов Учредительного собрания. Но Красная армия наступала, поэтому золото сначала перекочевало из Казани в Самару, затем через Уфу в Челябинск и Омск. Там в ноябре того же года оно и досталось Колчаку. Общий объем — примерно 500 тонн.

На вторую половину царской казны, которая осталась в Нижнем Новгороде и досталась ленинскому правительству, большевики успешно прожили всю гражданскую войну вплоть до нэпа, а также успели немного прикормить союзников, в частности, Германию.

Как ни странно, но, распоряжаясь доставшимся ему золотом, Колчак избрал путь, аналогичный большевистскому, то есть решил направить часть золота за границу для подкупа союзников. Ленин делал ставку на Германию, а Колчак — на Японию. Каждый хотел отправить «своим» по 4 эшелона. Ленин успел отправить в Германию 2 эшелона (около 93,5 тонны), которые достались французам. Колчак сумел отправить все 4 эшелона, 3 из которых дошли до Владивостока, а 4-й захватил атаман Семенов.

Во Владивостоке представители Колчака распродали все 3 эшелона на бирже цветных металлов по бросовым ценам. Но это было не все золото омского правителя. Вторая часть была отправлена уже непосредственно в Японию в качестве золотого депозита в Иокогамский банк, который в то время единственный занимался в Японии валютными операциями.

Считается, что колчаковского золота попало в Японию примерно 200 тонн плюс то, что захватил атаман Семенов, то есть еще примерно 60 тонн. Таким образом, актив можно оценить в 260 тонн.

Полюбовно или по-другому

Золото — металл презренный, но одновременно очень уважаемый. Поэтому претензии по золоту можно предъявлять всегда. По японскому золоту они обязательно, как считают представители Международного экспертного совета, будут выдвинуты. Есть все документы, все таблицы расчетов, учтены все счета соответствующих банков. Именно эти банки снимали с колчаковского золота каждые 10 лет проценты в сумме приблизительно 62 миллионов золотых йен, которые прямиком направлялись в казну Страны восходящего солнца.

Сами же японцы в течение долгого времени делали вид, что ничего о золоте не знают. Какой Колчак? Какая гражданская война? Первый раз слышим! Но, оказывается, с 1924 по 1941 год бывшие белые генералы, счастливо избежавшие за границей большевистских репрессий, судились с японским правительством, которое на процессе официально завило: золото есть, но не знаем, кому его отдать,— нет хозяина. Генерал Петров, начальник тыла армии атамана Семенова, выиграл процесс, но золота не получил, так как не имел доверенности от правительства России. И вряд ли Сталин дал бы ему такую доверенность.

Сегодня всеми документами и доверенностями для того, чтобы оспаривать имущество России у Японии, обладает Международный экспертный совет. Но не суд и даже не требование вернуть царское золото является главной его задачей. Мы, говорил председатель совета Владлен Сироткин, хотим для начала доказать японцам, и если надо, то через суд, что российское золото и сейчас находится в подвалах входящего в десятку крупнейший банков мира «Токио Мицубиси банка» — преемника Иокогама-банка. Что касается требований золота назад, то возможен так называемый «индонезийский» путь. Во время Второй мировой войны Япония захватила золотой запас Индонезии и даже вывезла его из страны. Индонезийцы сразу после войны предложили японцам переговоры по двум вариантам: полюбовно или по-другому. По-другому — значит со скандалом, шумом в прессе, судами и прочим. В итоге все обговорили полюбовно.

С российской стороны тоже пока выдвигается предложение рассмотреть проблему «полюбовно». Например, золото не вывозится, а на проценты от него создается, скажем, совместное предприятие или несколько, которые могут выпускать ценные бумаги, реализовывать всевозможные контракты, осуществлять инвестиции.

«Другой» путь, по мнению членов экспертного совета,— публикация архивов в прессе и суд, где будут расставлены все точки на «I». И в том и другом случае шансов у России достаточно много. Прецеденты были и не один. Кроме индонезийского золота, известны истории с золотыми запасами Эстонии, Литвы, Албании. Все они имели непростую судьбу, но желтые слитки вернулись на родину.

ЧАСТЬ III.

В ПАРИЖ ПО ДЕЛУ

В конце ноября 1996 года господин Черномырдин, он же бывший премьер, он же ЧВС и, как сегодня известно,— тяжеловес, собрался в Париж. Ровно на три дня, по делу. Его там ждали. Свой визит Виктор Степанович предварил очередным гениальным афоризмом: «Долги надо платить!» По окончании визита появился документ с длиннющим названием: «Меморандум о взаимопонимании между правительствами Российской Федерации и Французской Республики относительно окончательного урегулирования взаимных требований между Россией и Францией, возникших до 9 мая 1945 года». Эти требования — не что иное, как царские долги России. Виктор Черномырдин с суворовской стремительностью за три дня решил проблему с 80-летним шлейфом споров и дискуссий. Хотел, видимо, как лучше.

При всем уважении к международному документу словосочетание «окончательное урегулирование» легко можно подвергнуть сомнению. По разным причинам. Все рассмотреть достаточно трудно. Попробуем проанализировать такую: принципиально различный подход России и Франции к понятию «царские долги».

С французским максимализмом

В самом начале 1918 года ВЦИК РСФСР декретировал совершенно официально отказ от выплаты долгов «проклятого царского режима». Не понравилось это многим. В том числе французам. И в 1919 году они предъявили претензии, причем по максимуму. Во-первых, вернуть стоимость 10 миллионов русских государственных облигаций и акций частных русских компаний, банков и 147 городов Российской империи, проданных с 1880 по 1914 год во Франции на Парижской бирже ценных бумаг по средней цене около 500 золотых франков (около 100 долларов США в сегодняшнем исчислении) за штуку. Во-вторых, возвратить или компенсировать недвижимость в Москве и Петрограде, нефтяные разработки в Баку и Грозном, угольные и железорудные копи в Кривом Роге и Донбассе, а также инвестиции (Транссибирская магистраль, трамвай в Москве, Киеве, Одессе и др.).

Требуемая сумма общей компенсации непрерывно росла все 80 лет. Потомки держателей ценных русских бумаг и потомки владельцев недвижимости в России называют просто фантастическую цифру в 50 миллиардов долларов плюс еще120 миллиардов долларов процентов.

Заметим, что претензии «общественности» значительно, на несколько порядков выше, чем претензии французского правительства, которое практически сняло требования по недвижимости и инвестициям, оставив только ценные бумаги, и то не все, а лишь государственные облигации. Поэтому согласие Алена Жюппе, подписавшего Меморандум, довольствоваться лишь 400 миллионами долларов, да еще в рассрочку на четыре года, вызвало целую волну негодования лидеров общественных ассоциаций потомков держателей ценных бумаг и недвижимости. Господину Жюппе даже пригрозили судом. Действительно, 400 млн. трудно сравнить со 170 млрд.

Защита Чичерина

Российская сторона циркулярной нотой наркома иностранных дел Георгия Чичерина отказалась от своей непримиримой позиции не платить царские долги вообще, но согласилась обсуждать эту проблему, ограничившись историческими рамками 1880 — 1914 годов. Этот подход был в принципе принят Антантой.

Однако «красные» дипломаты не преминули на переговорах в Генуе, Гааге и Париже в 1922 — 1927 годах вычесть из суммы государственных долгов России 25 процентов, приходившихся на отделившиеся Польшу, Финляндию, Прибалтийские страны и Бесарабию. Это также было принято Францией и ее союзниками по Антанте.

То ли дипломаты тогда были великодушнее, то ли курс доллара выше и стабильнее, недоговариваться в 20-х было легче и быстрее, чем в 90-х годах. Факт выхода из СССР Украины, Молдовы, Азербайджана и других республик бывшего «великого и неделимого» сегодня во внимание почти не принимается. А зря, так как до 60 процентов французских ценных бумаг и инвестиций до 1914 года приходилось именно на южные регионы Российской империи.

Претензии по французской недвижимости и инвестициям были в определенной мере нейтрализованы в 20-х годах встречным иском России на 340 морских судов, угнанных бароном Врангелем в ноябре 1920 года из Крыма. Переговоры о возврате судов велись в течение 20-х годов. Но не принесли результата. В итоге около 70 процентов русских кораблей было просто продано французами на металлолом, а наиболее боеспособные суда оказались зачисленными в состав Средиземноморской военно-морской эскадры.

Молчание — золото

Меморандум был важной, но совсем не главной целью парижского визита бывшего премьера России в Париж. Во-первых, нужно было добиться снятия эмбарго на распространения на французской территории «еврооблигаций» Российской Федерации. Условием и было подписание Меморандума. Вторая цель — отсрочка по текущим платежам. Цифры там и там очень значительные. Кто ж тут будет вспоминать пикантные моменты вроде «ленинского золота», отправленного Владимиром Ильичом по Брестскому миру германскому кайзеру. В ноябре 1918 года после капитуляции Германии оно было захвачено французами в качестве военного трофея, трофея богатого и завидного — 93,5 тонны в слитках. Золото было вывезено во Францию с оговоркой в виде 256 статьи Версальского договора 1919 года. Это золото, говорилось в договоре, находится на временном хранении во Франции. Оно там так и находится по сей день. Потому что нет ничего более постоянного, чем временное хранение чужого золота. Сколько процентов «набежало» с той поры на столь почитаемый металл желтого цвета и как их использовали французы — речь на переговорах Черномырдина с Жюппе не шла. Промолчал Виктор Степанович ровно на 93,5 тонны, потому что хотя и был в Париже по делу, но совсем по другому.

ЧАСТЬ IV.

АПЕЛЬСИНОВЫЙ ГЕШЕФТ

1964 год в жизни Никиты Сергеевича Хрущева один из самых памятных. Широко по-русски отпраздновав семидесятилетний юбилей, он стал наконец Героем Советского Союза, добавив четвертую Золотую Звезду к своему необъятному орденскому иконостасу.

Октябрьский пленум ЦК КПСС того же года, таинственный и молниеносный, отлучил Хрущева от власти, поставив у руля Советского государства на 18 последующих лет Леонида Брежнева. Тогда же произошло еще одно событие значительно меньшего масштаба, если сравнивать с эпохальным пленумом, но более важное для России с точки зрения культуры и истории страны.

Грузите апельсины баржами

Это событие стали комментировать значительно позже, а тогда, в середине 60-х, просто не доходили руки, да и мало кто о нем знал. Суть его в следующем. Два замминистра правительства Хрущева — иностранных дел и финансов — подписали с полномочными лицами Израиля соглашение, уникальное по своей сути и не имевшее аналогов в истории дипломатии и торговли. Советская сторона продала израильской стороне недвижимость, находившуюся на территории Израиля, но принадлежавшую царской России.

Сумма сделки не имела серьезного значения для экономики СССР и была смехотворна по тем временам для межгосударственных отношений — 4,5 миллиона долларов. Изюминкой этого «гешефта» было то, что Израиль выплатил лишь малую часть стоимости контракта и то не золотом, не долларами и даже шекелями, а... апельсинами.

Старожилы помнят, что именно в том году ленивые южные российские порты чуть не захлебнулись от солнечных красивых и безумно вкусных плодов с малознакомым средиземноморским ароматом. Апельсины съели быстро, еще далеко на подходе к суровым северным широтам немереного Союза... Здания, к счастью, не все, перешли под юрисдикцию израильских властей.

Вторым пикантным моментом этой сделки является одна международная юридическая тонкость. Все проданные здания и, разумеется, земля не принадлежали Советскому Союзу, а являлись собственностью Российской империи, так как строились и покупались на деньги царского правительства, а часто и на личные пожертвования семьи Романовых. И уж кто-то, но не Никита Хрущев — мастер международных кризисов и виртуоз-селекционер от сельского хозяйства имел право распоряжаться этой недвижимостью.

Комплекс проданных зданий включал больницу, школу, несколько церквей и подворий (гостиниц), а также ряд других культовых и хозяйственных сооружений. Продана была лишь часть из примерно 40 объектов, возводившихся в Святой земле с середины XIX века при активной поддержке царского правительства, которое и субсидировало строительство. В Иерусалиме, а большая часть установленной собственности царской России обнаружена именно в Иерусалиме, находится собор Св. Троицы, церковь во имя Св. Царицы Александры и Дом духовной миссии. Принадлежность этих объектов императорскому правительству подтверждена «Списком русских учреждений в Палестине и Сирии», датированным 1903 годом и найденным в архивах внешнеполитического ведомства России при содействии историко-дипломатического департамента МИД РФ.

В той же позиции Списка значатся 3 подворья: Елизаветинское, Мариинское, Николаевское, 1 больница большая, 1 малая больница для заразных болезней, здание Генерального консульства. Управлялись эти объекты Императорским православным палестинским обществом и имели ту же принадлежность—правительственную. Список 1903 года был впервые опубликован в российской печати лишь в 1992 году. Он включает 37 позиций.

Частную собственность на Западе чтут

Когда речь заходит о русской недвижимости за рубежом, Израиль упоминается чаще всего потому, что все эти объекты расположены там компактно и более заметно. Но ведь есть еще, например, собор Св. Николая Угодника на юге Италии, который также является местом паломничества. Прекрасно сохранился до наших дней Свято-Пантелеимонов монастырь в Греции. В свое время там проживало до 12 тысяч монахов. Он вообще бесценен. И речь идет не только о земле и зданиях. До наших времен чудом буквально дошла богатейшая церковная утварь и гигантская библиотека, собиравшаяся с XII века.

Главный вопрос: что делать с русской недвижимостью за рубежом — стоит нынче, как ни странно, на втором плане. На первый план выдвигается проблема восстановления юрисдикции России над этой недвижимостью. Отказавшись в 1918 году платить царские долги и возвращать конфискованную недвижимость, Советская Россия автоматически отказалась от всего, что имела за рубежом. Об этом наследии вспомнили, как было сказано выше, лишь на Генуэзской мирной конференции в 1922 году. Но Ленин предпочел заключить сепаратный договор с Германией в Рапалло, хотя Чичерин уже был готов подписать Генеральное соглашение, то самое, которое, спустя почти 70 лет, подпишет Горбачев. В 1992 году это соглашение подтвердил во франко-российском договоре президент Ельцин.

Кстати, тем же французам хорошо известно, что дом под Парижем философа Николая Бердяева был завещан великим мыслителем Российскому государству. Там же, в окрестностях французской столицы, находится толстовский дом престарелых, принадлежавший княгине Мещерской. А в центре Парижа стоит пятиэтажный особняк, купленный в 70-е годы уже советским правительством. Или еще пример. Когда ушел в отставку премьер-министр царского правительства Сергей Вит-те, он получил высший орден государства — Св. Апостола Андрея Первозванного. В дополнение к ордену за счет государственной казны ему купили дачу в Ницце.

Можно быть уверенным, что на Западе хорошо помнят, что кому принадлежит, и просто боятся предъявления претензий. Потому что уважают частную собственность!

Будем надеяться!

Решение проблемы юрисдикции России над всей этой массой недвижимого имущества предполагает очень широкий подход. Помимо дореволюционной собственности, которая делится на церковную и светскую, есть ведь еще советская и российская. Увы, для решения вопроса в России никакого органа не создано. Серьезным прорывом в этой области могло стать принятие закона, проект которого под названием «О собственности РФ, находящейся за рубежом» несколько раз уже должен был обсуждаться в Думе. Обсуждение пока отложено.

Шаг вперед, пусть не самый значительный, сделало правительство Евгения Примакова, включив в антикризисную программу отдельный пункт: «... выяснить и доказать права собственности России на имущество СССР и Российской империи за рубежом».Что ж, как говорится, будем надеяться!

Но если все же предположить, что вопрос этот будет решаться в ближайшее или не совсем ближайшее время в пользу России, вот тогда и станет насущным второй вопрос, он же главный: что делать со всеми этими постройками, зданиями, земельными участками? Одна независимая американская риэлтерская компания решила то ли простого интереса ради, то ли будущей корысти для подсчитать, сколько же стоит то, что на Западе неразрывно связывают с домом Романовых, Русской православной церковью, одним словом, с Россией. Компьютер выдал: по нынешним ценам земля и здания, правопреемником и собственником которых — при определенных обстоятельствах — может считаться Россия, оцениваются в 300 миллиардов долларов. Сумма фантастическая. Собственность необъятная. Продать ее? Сдать в аренду иностранцам? Переселить туда российские учреждения? Открыть новые? Вариантов масса, увы, далеких от воплощения. Российская недвижимость из-за рубежа двигается к России пока очень медленно.

Владимир Щедрин


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"