На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Православное воинство - Публицистика  

Версия для печати

Дед Иван и Баба Вера

Вера и верность

Празднование 65-летия Победы в Великой Отечественной войне вернуло память мою в далекое детство, к тому, что казалось прочно забытым.

Вернуло на улицу Совхозную в Тюмени, в те места, которые тогда назывались Крестьянские. Жили мы в половинке одноэтажного деревянного домика, в котором были сени, маленькая кухня с кирпичной печью и одна комната. Мы – это прабабушка, бабушка Вера, моя мама, ее младшая сестра Надежда и я.

Из живности были корова Милка и поросенок, самое ценное движимое имущество.

Бабушкина история похожа, наверное, на миллионы других. Дед Иван Петрович Вычугжанин в 1942 году был в командировке в Ярково и домой в Тюмень уже не вернулся. Из Ярково его призвали в армию, и бабушке удалось ненадолго увидеть мужа только на тюменском вокзале. Она настолько сильно переживала эти проводы, что, дойдя до дома, упала в обморок прямо в сенях.

Дед, вятский уроженец, хотя и был крестьянином, ко всему подходил основательно, в том числе и к военному делу. Видимо, определенную военную подготовку имел, поскольку в его анкете кандидата в члены ВКП(б) имеется строка: «С августа 1921 по май 1924 гг. – старший разведчик 3-го отделения тяжелого артиллерийского дивизиона 3-го армейского корпуса, Рязань». В боевой характеристике по случаю вступления в партию в 1944 году короткие строки: «За время пребывания в батарее показал себя как лучший командир, пользуется авторитетом среди подчиненных, требовательный, стойкий командир.

За проявленную доблесть в борьбе с немецким фашизмом награжден правительственными наградами.

В архивных документах сказано, что медалью «За отвагу» деда наградили как ездового батареи за то, что он «в боях за Киев, находясь в составе расчета, действующего в боевых порядках стрелковых рот, участвовал в отражении контратак противника, уничтожил при этом восемь вражеских солдат, чем помог продвинуться нашим подразделениям вперед». Ныне здравствующие ветераны, сами в прошлом артиллеристы Н. Г. Курятников и Н. М. Суровцев рассказали мне, что 45-миллиметровую пушку, которая была в батарее деда, называли на фронте «Прощай, родина». Получила она такое название за то, что стрельбу приходилось вести в пределах прямой видимости, и шансов выжить в таких дуэлях с танком было немного.

Медалью «За боевые заслуги» деда удостоили за то, что он «во время боевых действий полка в тылу противника в январе 1944 года под сильным артиллерийским обстрелом и налетами вражеской авиации беспрерывно держал связь между командиром батареи и командирами взводов, чем способствовал успешным действиям батареи в боях».

Скупые строки архивных документов легко оживляют картины давно минувших дней, и ратные дела русского крестьянина впечатление производят более сильное, чем киношные подвиги Рембо.

В наградной характеристике по случаю награждения орденом Отечественной войны II степени сказано: «В бою в районе населенного пункта Глинна 19 июля 1944 года, когда противник превосходящими силами, поддержанный танками, неоднократно контратаковал наши подразделения, огнем из пушки с открытой позиции подбил самоходную пушку, уничтожил наблюдательный пункт противника и 40 человек вражеской пехоты».

Последний бой деда случился уже в Польше, недалеко от Кракова. Пытаюсь представить себе ту пору – начало сентября в Европе, как и у нас, благодатная пора бабьего лета. Но было не до любования красотами природы, хотя в другое время дед, человек равнинный, наверняка бы оценил карпатские пейзажи.

В наградном листе к приказу № 107 стрелкового корпуса № 041/н от 22 октября 1944 года, по которому дед награжден орденом Отечественной войны I степени, записано: «В наступательных боевых действиях части южнее г. Санок с 9 по 13 сентября 1944 года, находясь с оружием в боевых порядках стрелковых подразделений, вел точный огонь по противнику, обеспечивая продвижение вперед батальонов. При выбытии из строя командира взвода принял на себя командование, в трудных условиях горно-лесистой местности под непрерывным обстрелом противника, с боем продвигаясь вперед, взвод под его командованием уничтожил до двух взводов вражеской пехоты, восемь пулеметов, разбил два наблюдательных пункта, чем обеспечил продвижение вперед батальонов. В бою за овладение господствующей высотой в районе населенного пункта Небещаны 12 сентября 1944 года пал смертью храбрых…». Этот архивный документ дополняет рассказ моей сестры Любови со слов ее мамы, средней дочери деда: «Мама работала в часовой мастерской и ее разыскали дедушкины однополчане, они были в его отделении, и по ранению лечились в Тюмени. Они и рассказали, как воевал ее отец. Бойцы держали высотку, когда наступали немцы. Деда ранили в ноги и руку. Зарыв свои документы, он приказал товарищам отступать, сам же остался на позиции, чтобы прикрыть своих бойцов. Однако, когда пришло подкрепление и высотка вновь перешла к русским, ни живого, ни мертвого деда на том месте не оказалось – все вокруг было в воронках.

Похоронка стала для бабушки тяжелейшим ударом. Потрясение было настолько сильным, что от переживаний у нее выпал здоровый передний зуб.

Из справки Министерства обороны известно, что деда похоронили в братской могиле в селе Небещаны, в районе города Санок, Жешувского воеводства. С помощью интернета удалось узнать, что возле города Санок имеется братская могила, где в 1944 году было захоронено 2969 советских воинов, из них известных только 627.

Моя мама вспоминала: «Объявили Победу, все радостные, а мы вчетвером идем по улице и плачем».  

Однажды бабушка сказала: «Был бы жив – вырвался бы хоть откуда». Бабушка безропотно несла свой вдовий крест. Чтобы накормить всю семью, работать ей пришлось день и ночь. Днем – в зависимости от времени года – заготавливать сено или дрова для базы Заготлен, ночью – сторожить ту же самую базу. Утешение нашла в чтении Библии и общении с небольшой группой таких же, как она, обездоленных войной женщин. Сватались к ней несколько человек, несмотря на ее единственное приданое – трех дочерей. Но все получили отказ.

В 1946 году ее наградили медалью за доблестный труд во время войны, но получать эту награду она не торопилась. В итоге даже получила напоминание через газету «Тюменская правда». Больше ее заботило оформление пенсии, которую так и не удалось получить. По законам того времени, поскольку она переехала из другой области, собесу необходимы было три свидетеля, а у нее было только два. Видимо, от общения с подобными госучреждениями у нее, имеющей образование на базе церковно-приходской школы, однажды вырвалось: «Что же у нас законы такие несознательные?».

Запомнились мне руки бабушки, к концу жизни уже обезображенные артритом, выполнявшие всю работу по домашнему хозяйству: и мужскую, и женскую. Бабушка пекла на удивление вкусные рыбные пироги, и чувство юмора имела отменное: «Саша, что же это мужчины так себя распускают – животы как у беременных женщин».

Вера и верность – хотя она никогда не говорила таких слов – помогли, несмотря на мизерные доходы, преодолеть все житейские трудности и поднять на ноги трех дочерей.

Именно сейчас вспоминается мне одна деталь в доме австрийского фермера, живущего в горах. Как только заходишь в жилище, взгляд падает на стенд со множеством фотографий – нечто вроде доски почета. Когда приглядишься, то увидишь, что доска разделена на две части, а на фотографиях – мужчины в форме военнослужащих вермахта. Хозяин объяснил, что это люди, которые призывались с округи на восточный фронт – против СССР. Слева те, кто погибли или умерли уже после войны, справа те, кто еще жив. Такому уважению к памяти воевавших, хотя и не победивших, стоит учиться.

Александр Вычугжанин


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"