На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Православное воинство - Публицистика  

Версия для печати

На поле славы и печали

Окропиши мя иссопом, и очищуся

Не знаю как вас, а меня почему-то сильные морозы и ясные зимние дни возвращают в детство. Вспоминаются озябшие после катания на горке руки в промокших насквозь рукавицах, обледенелые валенки с неизменными черными галошами и весело постреливающая дровами беленая печка в бабушкином деревенском доме. И сама   бабушка – в наброшенной на плечи коричневой пуховой шали, наливающая мне горячий крепкий чай и угощающая горьковатым на вкус рябиновым вареньем.

За окнами сугробы и темно, из сеней, когда кто-нибудь распахивает дверь, вместе с клубами морозного пара просачивается терпкий запах квашеной капустой и моченых яблок.

Но моя родимая землица

Надо мной удерживает власть, –

Память возвращается, как птица,

В то гнездо, в котором родилась…

(Николай Рубцов)

Я пью с бабушкой чай,   согревшись, слушаю ее рассказы   о Тайной Вечере и   предательстве Иуды, об Иоанне Крестителе и страшном царе Ироде, приказавшем отрубить голову Предтече. Эти библейские имена я впервые услышала от нее. И еще слова молитв: «Окропиши мя иссопом, и очищуся; омыеши мя, и паче снега убелюся». Уже став взрослой, я узнала, что это слова   покаянного псалма царя Давида.

Как глубока человеческая память, и   как причудливо в ней порой соединяются и деревенский дом под Москвой, и зимние забавы, и   нераскаявшийся, жестокий Ирод, и оплакивающий свой грех Давид…

В зимнюю пору    хочется побыть дома и побольше поспать – как медведям в берлоге, потому нас, наверное, и сравнивают до сих пор с ними,   уже исчезнувшими в подмосковных лесах их прежними хозяевами.

  Но вместо зимней спячки в эти студеные дни мы с нашей воскресной школой отправились в свою первую в наступившем   году паломническую поездку.   Признаться, думалось перед отъездом, что желающих поехать будет немного, – уж больно крепкие морозы завернули, да и масленица в самом разгаре – но нет, оказалось, что на положенных в автобусе 42-х местах каким-то непостижимым образом разместилось 50 паломников.

Помолившись, мы отправились в путь и приготовились слушать нашего экскурсовода Анну   Яковлевну.

Она рассказывала о священном городе Можайске, куда лежал наш путь,   о западном рубеже, не единожды в многовековой истории России встающим щитом перед захватчиками: литовцами и поляками, французами и немцами.  

Я слушала ее рассказ об иконе Николы Можайского,   общерусской святыне, смотрела в окно на заснеженный   лес, освещенный кротким утренним светом, – нарождающийся день обещал быть морозным и ясным, –   и думала: как прекрасно и гармонично устроен мир природы, потому и ощущает человек в нем покой и умиротворение.

А что же наш мир, мир людской? Разве он не был создан таким же прекрасным и покойным? Но сколько в нем поселилось жадности и злобы, вражды и тщеславия, приводящим к войнам и убийствам. И сколько потребуется от нас усилий, чтобы изжить эти пороки, – для начала   в своей душе,   и   вернуть в мир утраченные им   упорядоченность и гармонию

  Из-за сильных морозов и краткости нашей поездки на само поле Бородинское решили не выходить, – проехали прямо к Спасо - Бородинскому монастырю. Он был построен Маргаритой Тучковой   на предполагаемом месте гибели ее мужа – генерала Александра Тучкова. Получив известие о смерти мужа, она долго пыталась найти его тело среди останков погибших, – но   тщетно. Здесь, на левом фланге, у деревни   Семеновской, где были выстроены укрепления – флеши, полегла 26 августа 1812 года почти вся 2-я армия, вместе со своим командующим генералом Багратионом.   Но эта жертва спасла от разгрома русскую армию в целом, и позволила в итоге избежать катастрофы и одержать победу в войне с Наполеоном.

Само сражение, по словам очевидцев, воскрешало в памяти картины древних битв времен Римской империи, а   поле боя после его окончания являло вид ужасный: «Истребление человеческого рода на сем месте изображалось во всей полноте, ибо   ни одного целого человека и необезображенной лошади тут не было видно».

Не найдя останков мужа, вдова строит сначала часовню,   затем храм   Спаса Нерукотворного прямо внутри Багратионовой флеши, – отныне он станет усыпальницей Тучковых. А сама Маргарита через несколько лет, после смерти своего единственного сына, примет постриг   в монастыре под именем матушки Марии.

Печально место воинской славы, ибо оплачено гибелью многих воинов. И печальна участь живых, оплакивающих утрату близких и дорогих сердцу людей. Но тот, кто несет в своем сердце любовь, тот светел и притягивает этим светом других. Поэтому стали   со временем в монастырь собираться насельницы, жертвовались средства, – и вот уже вознесся ввысь многими главами Владимирский собор. Для нас посещение таких мест особенно отрадно, – наша воскресная школа создана при строящемся храме Владимирской иконы Божией Матери.

Недалеко от стен монастыря расположилась часовня, где почивают мощи преподобной старицы Рахили. Она была современницей многих событий XIX века и удостоилась долгой жизни.   Дни ее окончились уже в прошлом,   XX столетии. Говорили, что отличалась она умением необычайно вкусно готовить и проявляла бесконечную любовь и доброту ко всем, кто приходил к ней. «На что призван, то и исполняй. Все земное заманчиво», – написано на иконе старицы Рахили. – «Над голубым сводом есть еще Небо, куда должны стремиться все живущие». Помолившись у часовни, где упокоилась преподобная старица, мы отправились   на окраину Можайска, в Лужецкий   Ферапонтов монастырь.

Вот так бывает подчас в нашей жизни, идем   мы длинными и обходными путями к тому, что совсем недалеко от нас пребывает. Долгим оказался и мой путь к преподобному Ферапонту, одному из учеников Сергия Радонежского.

В 70-е годы, с рюкзаком за плечами отправились мы веселой студенческой компанией в поход в северные края. Побывали в Вологде, Белозерске. Как были эти места глухими и непроходимыми во времена инока Кирилла,   такими они и остались. Легкой прогулки по лесу не получалось. Устав часами продираться сквозь бурелом, мы   выходили   на безлюдную дорогу и подолгу ждали    попутную машину, чтобы добраться до   ближайшей деревни, где никто и не жил. Заброшенные дома с заколоченными ставнями угрюмо встречали нас из деревни в деревню.

Наконец, пришли на озеро Паское, что в 15 верстах от Кирилло-Белозерского монастыря, да так там и остались. Нигде потом, ни в каких краях не приходилось мне   встречать присутствия неброской красоты и   величия безмолвного покоя одновременно. Не мудрено, что именно здесь, на озере, преподобный Ферапонт, искавший уединения, построил храм Рождества Богородицы, который распишет позже прославленный иконописец Дионисий.

Неделю простояли мы лагерем в тех местах, потрясенные то ли открытием   места необыкновенного, то ли в душе своей    происшедшей переменой. Так, незаметно для себя, в один день из праздно шатающихся туристов превратились мы в паломников.

Когда князь Андрей Можайский, младший сын святого благоверного князя Дмитрия Донского, пригласил Ферапонта к себе в княжество, наверное, нелегко было преподобному расставаться с милой его сердцу обителью. Но князь звал, и старец выбрал   место для нового монастыря на   берегу Москва-реки, заложив    в 1408 г. здесь деревянный храм Рождества Богородицы, в память об оставленном им в далеких северных лесах.

В   XVI - XVII вв. монастырь отстроился, вместо деревянного появился пятиглавый каменный собор Рождества Богородицы, Святые врата с надвратной церковью Преображения Господня, храм во имя св. Ферапонта, Введенская церковь с трапезной и высокая колокольня.

В войне 1812    года войска просвещенной Франции осквернили и разорили монастырь: в храмах устроили конюшни и мастерские, в крепостной стене пробили амбразуры, а перед уходом едва не взорвали древнюю обитель. Вовремя подоспевший прихожанин храма потушил горящий фитиль и разбросал приготовленные к взрыву мешки с порохом.

Приложили руку к разорению монастыря и наши предки в безбожные времена – в XX веке здесь разместили фабрику.

Сегодня монастырь заново отстраивается. Восстановлен собор, в котором покоится рака с мощами преподобного Ферапонта. Трудник монастыря, проводивший   экскурсию, указывает на сохранившиеся в оконных проемах   древнего храма фрески, рассказывает об обретении святых мощей преподобного, более 500 лет хранившихся под спудом.

Наши ученики один за другим прикладываются к мощам, ставят свечи перед иконами. Прикладываюсь к мощам преподобного и я, – завершая свой путь к нему, начатый более 30 лет назад в Белозерском крае. Преподобный отче Ферапонте, моли Бога о нас!

Мы выходим за ограду монастыря. Он стоит на высоком месте, внизу течет Москва-река, но сейчас ее   заснежило, и угадывается она   лишь по прибрежным зарослям сухой замершей травы. Мимо монастырских стен, по узкой, вытоптанной в глубоком снегу тропинке спускаемся мы   вниз, к источнику преподобного Ферапонта. Тихо и просто вокруг. Наверное,   и во времена французского нашествия, и в Смутное время, и при Грозном Иване   также спускались по тропке к источнику за водой иноки из монастыря и мирские из окрестных деревень.

Рядом с источником купальня, – можно бы и окунуться. Подшучивая друг над другом, и подбадривая, мы набираем воды в источнике, осматриваемся. Но уж сильно крут мороз сегодня, и на купание отваживается лишь директор нашей воскресной школы, Виктор Олегович.

Напившись в автобусе горячего чаю, отогревшись, снова отправляемся в путь. На сей раз в женский монастырь, что располагается на реке Колочь, в 22 километрах от Можайска.

История основания монастыря, построенного в начале XV в.,   весьма поучительна. Некий человек по имени Лука обрел, то есть нашел в лесу на дереве, икону Божией Матери, у которой   начали совершаться чудеса исцеления. Лука поначалу вел себя «яко прост человек». Но со временем возгордился, разбогател от приношений и вскоре вовсе потерял рассудок, – стал обижать и обирать служилых людей    князя Андрея Можайского. Одним словом, «к неполезному мирскому житию сшел еси».

Но Господь «не хотяй смерти грешника» и потому через болезни   вразумил Луку и привел к покаянию. По его просьбе и на отданные им средства князь Андрей Можайский, получив благословение у Кирилла Белозерского, основал обитель.

В Смутное время монастырь был разорен польско-литовскими войсками, и позже, в XVIII веке, основательно перестроен.   В центре его возвышается Успенский собор, за ним в отдалении – настоятельский корпус, над въездными воротами – высокая четырехъярусная колокольня.

С нее в августе 1812 года М.И. Кутузов осматривал местность, выбирая поле будущего сражения, здесь же, в монастыре, первоначально располагался его штаб. Участник Бородинского сражения вспоминал позже, что Успенский собор не закрывался весь день перед битвой,   в стенах обители молилось русское воинство перед решающей схваткой. А уже на следующий день, 24 августа, арьергард русского войска первым вступил в сражение у стен монастыря с авангардом французской армии. Здесь же, как сообщает нам мемориальная доска на стене колокольни, Денис Давыдов принял командование над армейским партизанским отрядом.

После отступления нашей армии к Бородину свой штаб в монастыре расположил уже Наполеон, а по окончании сражения французы обосновали в обители   госпиталь.   Вторично Наполеон останавливался в монастыре уже в октябре, отступая из Москвы, или как он писал в своих приказах, не желая употреблять слово «отступление», во время «марша на Смоленск». Покидая монастырь,   французское войско, уже мало напоминавшее армию,   больше походившее на сборище мародеров, разграбило и сожгло обитель.

  А в XX в. исчезла   чудотворная Колочская икона…

Но Божия Матерь вновь явила Свою милость к нам, грешным, и один из списков чудотворной иконы XIX в., хранящийся в монастыре, по молитвам верующим приносит сегодня исцеления. Сейчас в обители в восстановленном соборе ведутся богослужения. Поднялись кельи, отстраивается настоятельский корпус. Сестры налаживают хозяйство,    приветливо рассказывают о своих заботах: содержат корову, телочек, в башне ограды   виднеется сложенное сено.

Мы входим в храм, отряхиваем с сапог снег, снимаем рукавицы. Топится железная печь, потрескивают дрова. Начинается вечерняя служба. И слышатся будто издалека, из   детства слова покаянного псалма царя Давида: «Окропиши мя иссопом, и очищуся; омыеши мя, и паче снега убелюся»…

  Можайский край провожал нас в дорогу   пламенеющим закатом – и виделись в нем отблески пожарищ Бородинского поля, сохраненные в   памяти древней обители. Иным предстало сегодня перед нами поле воинской славы, не в грохоте пушек и   разрыве   снарядов, не в треске оружейной пальбы и исступленных криках идущих в штыковые атаки бойцов, но в тишине и печали окружающих поле брани монастырей, будто свидетельствующих, что не одной силой оружия решаются исходы сражений, но в первую очередь правдой и силой духа, молитвами и заступничеством святых угодников и праведников земли русской.

Что-то останется в памяти наших маленьких паломников: рассказ о Бородинском сражении, поучительная история о Луке Колочском, огромные – выше их роста, копьеподобные сосульки на крыше монастыря или ледяная вода из источника? – Бог весть. Глубока и причудлива человеческая память, но хочется верить, что посеянное прорастет и даст со временем плоды.

Наталья Петрова


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"