На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Православное воинство - Публицистика  

Версия для печати

Конкретизация

по книге Александра Дюкова

Познакомившись с моим отзывом о монографиях двух историков «Нюрнберг ХХI столетия», один читатель попросил разъяснить происхождение гитлеровского термина «война на уничтожение». Фактически этому посвящены все 25 страниц второго раздела «Подготовка геноцида» исследования А. Дюкова. Процитрую лишь небольшой отрывок (с. 63-64): «В воскресный день 30 марта 1941 года фюрер выступил перед командованием вермахта. Он говорил о целях и задачах Восточного похода.

 Стенограммы этого совещания не сохранилось: возможно, как и в случае с указаниями рейхсфюреру СС, Гитлер счел полезным обойтись без письменных документов. Тем не менее мы имеем вполне исчерпывающее представление об основных положениях речи фюрера. Начальник генштаба ОКХ генерал Гальдер во время совещания делал записи, которые потом привел в своем дневнике. Записи Гальдера дополняются воспоминаниями начальника ОКВ генерал-фельдмаршала Вильгельма Кейтеля и генерал-майора Вальтера Варлимонта. Благодаря этим источникам известны основные тезисы речи Гитлера». И уже в первом представляемом документе, а все они пронизаны истребительным духом, есть фраза:

«Речь идет о борьбе на уничтожение».

 ***

«Война против России является важнейшей частью борьбы за существование немецкого народа. Это – давняя борьба германцев против славян». Она «должна преследовать цель превратить в руины сегодняшнюю Россию» и «вестись с неслыханной жестокостью». «Никакой пощады прежде всего представителям сегодняшней русской» системы. Такие выражения (с. 18) содержал приказ командующего 4-й танковой группой генерала Эриха Геппнера, зачитанный подразделениям вермахта в ночь перед наступлением на СССР. Яснее ясного видно, что нацистские убийцы и грабители начинали агрессию за существование германской нации , а не для того, чтобы в «спасенной» ими «Русской державе» наши граждане благоденствовали. Как о том создают миф современные прогрессисты от отечественной демократии.

***

В ту же ночь командирам рот дивизии личной охраны фюрера – Лейбштандарт СС «Адольф Гитлер», – входившей в состав 1-й танковой группы генерала фон Клейста, зачитывали заповеди истребительной войны:

«Проломи русскому череп, и ты обезопасишь себя от них навек!

Ты безграничный властелин в этой стране! Жизнь и смерть населения в твоих руках!

Нам нужны русские пространства без русских» (с. 24).

***

Гитлеровцы сразу же приступили к погублению любого подозрительного по их людоедским понятиям гражданина в городах и весях Советского Союза. Так, в Риге в первую же ночь, вместе с местными коллаборационистами, «врывались в еврейские и русские кварталы, грабили, избивали, иногда расстреливали на месте. Обыкновенно же забирали с собой мужчин и женщин в тюрьму или префектуру, – вспоминал один из чудом выживших очевидцев. – Там их избивали до полусмерти, издевались самым рафинированным образом» «и после этого убивали, так что из тюрьмы, а чаще всего и из префектуры никто живым не возвращался». Расстреливать увозили в Бикернский лес. «Таким образом в течение 2 – 3 недель было уничтожено около 12000 евреев и примерно столько же главным образом русских» (с. 30).

***

Из приказов германского командования на Восточном фронте, воспоминаний хваленых вояк с безоружными и беспомощными, из дневников:

«Следует воспитывать у немецких солдат чувcтво беспощадности. Никакие проявления мягкотелости по отношению к кому бы то ни было, независимо от пола и возраста недопустимы. Всемерно следует поощрять и развивать инициативу каждого солдата, вызывающего своими действиями страх перед германской расой» (с. 33).

 «25 августа. Мы бросаем ручные гранаты в жилые дома. Дома очень красиво горят. Огонь перебрасывается на другие избы. Красивое зрелище! Люди плачут, а мы смеемся над слезами. Мы сожгли уже таким образом деревень десять.

29 августа. В одной деревне мы схватили первых попавшихся двенадцать жителей и отвели их на кладбище. Заставили их копать себе просторную и глубокую могилу. Славянам нет и не может быть никакой пощады. Проклятая гуманность нам чужда»

(с. 35).

«Вся война на Востоке ужасна, всеобщее одичание. Один молодой офицер получил приказ уничтожить согнанных в большой сарай 350 гражданских лиц, среди которых были женщины и дети, сначала отказался это делать, но ему было сказано, что это

невыполнение приказа, после чего он попросил десять минут на размышление и, наконец, сделал это, направив совместно с некоторыми пулеметные очереди в открытую дверь сарая в толпу людей, а затем добивая еще живых из автоматов» (с. 39).

 «Русские – только для уничтожения» (с. 42).

***

Под Тихвином, в Подмосковье, вообще повсеместно, выбивая немцев из очередного населенного пункта, красноармейцы встречали следы преступного полоумия захватчиков. Вот лишь некоторые свидетельства (с. 47). «Я от ужаса попятился назад. Сердце защемило, в лицо ударил жар, кажется, я зашатался. Передо мной лежало огромное, еще не погасшее пепелище, на котором фашисты заживо сжигали военнопленных красноармейцев и мирное население». «В Волоколамске повесили 8 человек, их не разрешали снимать, и они висели 52 дня, до прихода наших частей. Недалеко от Ржева в одной деревне загнали почти всю деревню и пленных в церковь и потом зажгли ее. Всего ужаса не опишешь. При продвижении вперед каждый день встречаем неслыханные издевательства над жителями». «Вот, что мы наблюдаем. Женщина лежит посреди улицы. У нее отрезаны уши, глаза выколоты, живот вспорот. Рядом лежит группа бойцов и командиров, у них нет носов, ушей, на лице рубленные раны».

 

ПО КНИГЕ ЕГОРА ЯКОВЛЕВА

 

В томе «Английские корни немецкого фашизма» его автор М. Саркисянц называет известный комплимент Гитлера, «одобрительно» сказавшего еще в 1928 году, за пять лет до прихода к власти, о британском расизме в колониальной Австралии, и делает вывод: «Этот пример был настолько впечатляющим, что, пожалуй, именно он… мог послужить прецедентом для освоения Гитлером … «пространства на Востоке», послужить моделью для германизаации земель – после геноцида и низведения оставшихся жителей до статуса «недочеловеков». Вдохновило негодяйскую персону на высокую оценку англосаксонских оккупантов черного острова последнее массовое убийство полицейскими мирного племени. Когда аборигенов захватили, сковали и лишили жизни выстрелами в затылок (с. 44-45).

***

Важный идеологический инструментарий захвата чужих земель взяли на вооружение немецкие фашисты и у колонизаторов Америки. Его использовал в полную меру еще в 1936 году министр сельского хозяйства Германии Рихард Дарре, говоривший: «Регион, предназначенный самой природой для поселения немецкого народа, – это область от восточных границ нашего рейха до Урала… Мы поселимся в этом регионе в соответствии с законом, что более способный народ всегда имеет право захватить земли менее способного и владеть ими» (с. 78).

***

О настоящих невольничьих рынках в середине ХХ века в самом центре Европы дает яркое представление даже кусочек воспоминания Веры Фроловой, остарбайтера из Стрельны. Вместе с такими же несчастными из Петергофа, Орла или Киева она, угнанная из отчего дома на принудительные работы в рейх, испытала в полной мере расовое унижение. И рассказывает: «Остаток ночи мы провели в холодных сырых бараках. Мы сидели на полу, на грязной вонючей соломе, и, конечно, никому из нас было не до сна. А утром загремели засовы, распахнулась дверь и два охранника по очереди стали вытаскивать нас по крытым ступеням на улицу». «Как стадо баранов» пригнали их на так называемую «биржу труда». Вокруг площади «стояли подводы и неторопливо прохаживались взад и вперед какие-то «господа». Ожидающие люди (мне тошно называть их людьми!) – и были теперешними нашими хозяевами.

И началась церемония купли-продажи «живого товара» с Востока. Я не могу без чувства отвращения и гадливости

вспоминать все то, что происходило там, на этой площади, в тот день.

Они набросились на нас, как стервятники, выхватывали из толпы, щупали, мяли, открывали рты, считали зубы. Да, да, в просвещенной, цивилизованной Германии они считали у нас зубы, как на ярмарке лошадей!» (с. 135-136).

***

«Лидия Осипова 20 декабря 1941 года отметила в своем дневнике обыденный для оккупированных территорий случай: «На днях одна женщина против управы собирала щепки… Напротив квартируется команда СС. Часовой что-то кричал этой женщине, но ни она, ни кто другой не могли понять, чего же он хочет. Тогда он приложился и застрелил ее. Днем. На глазах у всех» (с. 308).

 

***

«Насилие как форма развлечения часто применялось без скидок на пожилой возраст. Жительница Подмосковья Анна Новикова рассказывала, что однажды немцы зашли на кухню к ее бабушке, «где на столе стояли крынки с молоком. Выпив молоко, они надевали крынки на руку и, уходя, каждый наносил бабушке удар по голове. Бабушка потеряла сознание, а после этого ее парализовало» (с. 308 – 309).

***

«Большое удовольствие нацистам доставляла травля детей собаками. Так, вдоволь поиздевавшись над матерью, фашисты напустили овчарок на маленькую Галю Змитрович. «Те принесли ее по кусочку, – рассказывала ее сестра. – Мама еще была живая, мама все понимала… На ее глазах…». Видеть подобные сцены приходилось и узнице концлагерей, повару Анне Павловой: «Собаки рвали детей… Сядем над разорванным дитяткой и ждем, когда сердце у него остановится… Тогда снегом прикроем… Вот ему и могилка до весны…» (с. 309-310).

***

 «81-летний житель Подмосковья В. Гладышев сообщил на конференции, посвященной сожженным деревням и городам Европы, ужасные подробности детоубийств, которые он видел собственными глазами:

«Помню, как фашисты в десяти метрах от меня утопили девочку 3-4 лет, она шла в колонне узников и была очень измождена и уставшей. Ноябрь был очень холодным, ребенка утопили в проруби только что замерзшей реки. На моих глазах в замороженном помещении девочку 2-3-х лет проткнули штыком, а потом ее убийца, проходя мимо меня и других, лежащих и замерзающих от холода, вытер кровь со штыка о нашу одежду. Я был свидетелем убийства двух мальчиков-братьев, они были чуть-чуть постарше меня и моего брата, они погибли за то, что решили поднять печенье со снега, которое только что уронили фашисты. И когда голодные дети вместе со снегом стали запихивать печенье в рот, их сразу расстреляли» (с. 312). 

Владимир Фомичев


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"