На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Православное воинство - Публицистика  

Версия для печати

Парад победы

Очерк

Завершилась война. Никогда не забыть мне всенародного ликования 9 мая 1945 года. Радость Победа смешалась с горем миллионов матерей и вдов, оплакивавших гибель близких им людей. «Прошла война. А ты все плачешь, мать», – писал А. Твардовский.

Война явилась испытанием на прочность для нашей страны и ее многонационального народа. Она выдержала это испытание. Победа далась нам большой кровью, огромными жертвами, принесенными на алтарь Отечества, поэтому и цена ее так валика. Сказанное Борисом Пастернаком о героическом Ленинграде, о прорыве блокады можно отнести к великому подвигу всего нашего народа, совершенному в Великой Отечественной войне:

 

Как он велик! Какой бессмертный жребий!

Как входит в цепь легенд его звено!

Все, что возможно на земле и в небе,

Им вынесено и совершено.

 

Отдавая должное всем народам Советского Союза, грудью вставшим на защиту Родины, нельзя в то же время не отметить, что основная тяжесть войны легла на плечи русского народа, русского солдата, удивившего мир своей неистовой стойкостью, мужеством, массовым героизмом. Эти качества наших соотечественников нашли яркое воплощение в литературе и искусстве. Поэтому-то не устаревают давно созданные кинофильмы, защищая своим возвышенным гуманизмом и высокой нравственностью наш экран от дешевого американского ширпотреба. «Летят журавли», «Баллада о солдате», «А зори здесь тихие», «Отец солдата», «В окопах Сталинграда», «Офицеры», «В шесть часов вечера после войны», «Торпедоносцы», «Ленинградское небо» и многие другие. Поэтому мы продолжаем перечитывать книги о войне Г. Бакланова, Ю. Бондарева, К. Симонова, В. Быкова, В. Астафьева, В. Кондратьева, В. Богомолова, помним многие стихотворения А. Твардовского, О. Берггольц, Н. Тихонова, М. Исаковского, А. Фатьянова. Поэтому мы и сегодня сопереживаем искусству Утесова, Шульженко, Бернеса, любим и поем песни советских поэтов и композиторов о войне. Очень многие из них стали шедеврами отечественного искусства прежде всего потому, что в них отражена правда о войне, о том, что нам пришлось испытать и вынести в те трудные годы. Оставившие память об этой героической, трагической эпохе в истории нашей страны, они и сегодня пробуждают у нас чувства любви к Родине, гордости за великий подвиг, совершенный народами нашей страны в годы войны.

Для меня, как и для множества моих сверстников, прошедших войну, День Победы – самый светлый, самый дорогой праздник. День Победы – это день нашей гордости, день славы русского оружия. Это день памяти о всех тех, кто отдал жизнь в священной войне. Это день благодарности всего человечества народам нашей великой страны, столь большой ценой заплатившим за разгром фашистских агрессоров. День Победы – это праздник единства всех народов нашей страны, объединенных в дни лихолетья в борьбе против общего врага, посягнувшего на честь, свободу и независимость нашей Родины. Это день напоминания, что в единстве народов нашей страны – наше сила. «И пусть в душе до дней моих скончанья живет, гремит торжественный салют Победы и великого прощанья», – эти слова Твардовского выражают чувства тех наших соотечественников, того поколения, кого опалила пламя войны…

 

Парад Победы, ставший апофеозом Великой Отечественной войны, я помню так, словно это событие произошло не больше полувека назад, а совсем недавно. Память хранит его мельчайшие детали, чувства и переживания, которые я испытал в те мгновения.

24 июня 1945 года день выдался дождливый, и поэтому воздушный парад был отменен, что меня огорчало, так как в этом параде должны были принимать участие лучшие экипажи самолетов «Пе-2» из моего родного 1-го Гвардейского бомбардировочного авиационного корпуса.

В ожидании начала парада я вспоминал другой парад на Красной площади 7 ноября 1941 года, в воздушной части которого принимал участие и наш 140-й скоростной бомбардировочный полк, на вооружении которого тогда были самолеты «СБ». В составе 5-й эскадрильи этого полка в экипаже младшего лейтенанта Николая Гудкова, вместе со штурманом младшим лейтенантом Умаром Сейдаметовым летел стрелком-радистом и я. Мне тогда было 18 лет, а в этом возрасте все воспринимается особенно ярко и отчетливо. Помню чувство ликования и восторга, когда наш самолет пролетал над Красной площадью. Был яркий солнечный день, и как раз в это время мимо Мавзолея проходил сводный духовой оркестр. То, что это был оркестр, я понял по сверканию медных труб, отражавших яркие лучи солнца. С интересом я рассматривал сверху Кремль, древние соборы, сверкавшую на солнце Москву-реку и старался найти родной дом, который был почти на берегу реки около Устьинского моста.

Мои воспоминания прервал бой часов на Спасской башне. Ровно 10.00. На трибуне Мавзолея, приветствуемый зрителями появляется Сталин. Из Спасских ворот на белом коне, уверенно держась в седле, выезжает Маршал Советского Союза Г.К. Жуков. Собравшиеся на трибунах встречают его громкими аплодисментами. С огромным уважением и восхищением отношусь я к Георгию Константиновичу Жукову не только потому, что считаю его самым выдающимся из славной плеяды полководцев Великой Отечественной войны, но еще и потому, что моя личная военная судьба связана с его именем. Мне пришлось принимать участие в сражениях на дальних подступах к Москве, на Калининском и Западном фронтах, побывать в Сталинграде, участвовать в боях на Таманском полуострове, завершивших битву за освобождение Кавказа и, наконец, в операции «Багратион», завершившийся освобождением Белоруссии. Как известно, все эти важные этапы войны связаны с именем Маршала Жукова, все они озарены славой его военного гения. Я видел, с какой верой относились к великому полководцу участники военных операций, которыми он руководил, как вдохновляло их одно то, что идут в бой под его началом.

Летом 1990 года я отдыхал в подмосковном санатории, где встретился с моим добрым знакомым Владимиром Карповым, бывшим в то время Первым секретарем Союза писателей СССР. Он только что завершил труд о маршале Жукове и готовил его к публикации в «Роман-газете». Когда он рассказал мне об этом, я заметил, что опубликованная в начале 1980-х годов его книга «Полководец» была встречена с таким большим интересом прежде всего из-за новизны темы и, конечно, потому, что он раскрыл в ней долго скрываемую правду о генерале И.Е. Петрове, о его нелегкой жизни и фронтовой судьбе. О маршале Жукове же написано довольно много, опубликованные его мемуары, что, конечно, и облегчает и в то же время затрудняет работу писателей.

«Писать о Жукове – это значит писать о войне, о Сталине. Пришлось затронуть много острых общественно-политических, военно-теоретических, международных вопросов, которые находят далеко неоднозначное освещение в нашей и зарубежной печати», – говорил Владимир Васильевич. Многие из таких вопросов мы горячо обсуждали с Карповым, гуляя по парку, и меня не могла не поразить глубина и оригинальность его суждений, знание множества фактов, которые в то время были еще неизвестны. В.В. Карпов, по словам маршала Куликова, постарался показать Жукова «таким, каким в действительности был этот неординарный и удивительно яркий человек, щедро одаренный мудростью и талантом». Он «никогда ни в большом, ни в малом не грешил против совести и порядочности». Имя Жукова, как справедливо пишет В. Стрельников, «стоит рядом с именами русских полководцев А.В. Суворова и М.И. Кутузова».

Мне трижды приходилось видеть его. В первый раз – осенью 1943 года на полевом аэродроме под Калугой. Нам сообщили тогда, что прилетает маршал Жуков. Для встречи его на аэродроме прибыл генерал-лейтенант авиации В.А. Ушаков, который командовал тогда авиационным корпусом, дислоцировавшимся на Калужском аэродромном узле. В сопровождении звена истребителей транспортный самолет «Ли-2» совершил посадку, и из него вышла группа генералов, среди которых я узнал маршала Жукова. Запомнились волевые черты его лица, статная фигура, серый макинтош, белые перчатки. Держался он уверенно, как человек, привыкший повелевать. Генерал Ушаков подошел к маршалу, доложил ему и спросил, не будет ли каких распоряжений. Жуков поздоровался с ним, потом, улыбнувшись, приветливо махнул рукой собравшейся неподалеку группе летчиков, среди которых был и я. Мне приходилось иногда участвовать в такого рода акциях, наверное потому, что отличался я хорошей строевой выправкой, умел носить военную форму и был достаточно образован для того, чтобы соответствующим образом отвечать на вопросы начальства. К сожалению, никаких вопросов Жуков нам тогда не задал. Затем Жуков сел в «виллис», сопровождавшие его генералы разместились в других автомашинах, и кортеж направился по дороге к фронту. «Раз приехал Жуков – жди на нашем фронте наступления», – говорили между собой встречавшие его летчики.

Второй раз я видел маршала на Параде Победы, и в третий, последний раз – в октябре 1957 года в Белграде. Вместе с маршалом Тито, в ослепительно белых кителях, они приезжали по главному проспекту столицы Югославии. Улицы были полны народа, радостно приветствовавшего своего вождя и прославленного советского полководца. Визит в Югославию был его лебединой песней. Известно, что вернулся Жуков в Москву уже не министром обороны. Я слышал несколько версий о том, почему Н.С. Хрущев снял его с занимаемой должности. Какая из них верная, сказать трудно. Но все они в конечном счете сводятся к одному – 1-ый секретарь ЦК КПСС побаивался Жукова, несмотря на то, что маршал помог ему занять его пост, сыграл решающую роль в ликвидации готовившегося заговора Берия. Хрущев, видимо, верил наговорам на Жукова своих подхалимов, которые ненавидели прославленного полководца, завидовали ему и строили против него всякого рода козни. Да и через год после Парада Победы из-за подозрительности и коварства Сталина Жуков попал в опалу, был снят с должности военного министра и вынужден был покинуть Москву.

Сколько пришлось пережить незаслуженных обид и унижений великому полководцу, имя которого навсегда войдет в историю России! Ни Сталин, ни Хрущев, ни Брежнев не могли смириться с поистине всенародной любовью, которой пользовался Жуков в нашей стране, с тем огромным уважением, которое испытывали к нему военные и политические лидеры многих стран. Судьбой Жукова, как и судьбами многих других выдающихся деятелей в нашей стране, к сожалению, распоряжались коварные, завистливые интриганы, в чьих руках была власть. Но печально и то, что в наших средствах массовой информации проходили материалы, в той или иной степени порочащие маршала Жукова, являющегося нашей национальной гордостью. Как горько осознавать все это сейчас.

Но вернемся на Красную площадь. Командующий парадом Маршал Советского Союза К.К. Рокоссовский на вороном коне докладывает Жукову о готовности построенных войск к параду. Жуков в его сопровождении объезжает парадные расчеты, здоровается с войсками, приветствует участников парада. В ответ на его приветствия гремит громкое “Ура!”. Объехав войска, построенные на Красной площади, Жуков спускается вниз и здоровается с парадными расчетами, расположенными на Манежной площади. Оттуда несутся крики “Ура!”, звучат звуки оркестра.

Много лет спустя Г.К. Жуков так описал этот знаменательный день в своей жизни: “Без трех минут десять я был на коне у Спасских ворот. Отчетливо слышу команду: “Парад, смирно!”… Что тут говорить, сердце билось учащенно… Послал вперед коня и направился на Красную площадь… Грянули мощные и торжественные звуки столь дорогой для каждой русской души мелодии “Славься!” Глинки. Затем сразу воцарилась абсолютная тишина, раздались четкие слова командующего парадом Маршала Советского Союза К.К. Рокоссовского, который, конечно, волновался не меньше моего. Его рапорт поглотил все мое внимание, и я стал спокоен.

Боевые знамена войск, под которыми был завершен разгром врага, опаленные войной мужественные лица воинов, их восторженно блестевшие глаза, новые мундиры, на которых сверкали боевые ордена и знаки отличия, создавали волнующую и незабываемую картину.

Как жаль, что многим верным сынам Родины, павшим в боях с кровавым врагом, не довелось дожить до этого радостного дня, дня нашего торжества!”

Именно эта мысль, которая тогда волновала маршала, резкой болью полоснула меня. Я не знаю, текли ли по моим щекам капли дождя, проникая за воротник мундира, или они смешивались со слезами. Стоя по команде “Смирно!”, я мысленно повторял имена дорогих мне людей: боевых друзей. Близких родных, кто не вернулся с войны, кто пал смертью храбрых. Как будто бы они стояли со мной рядом в одной шеренге. Но не дожили они до великого праздника Победы жизни над смертью, добра над злом. Вечная всем им память!

“Во время объезда и приветствия войск я видел, как с козырьком фуражек струйками сбегала вода, но душевный подъем был настолько велик, что никто этого не замечал”, – продолжал Г.К. Жуков.

Объезд построенных для парада войск окончен. Маршал Жуков ловко соскакивает с коня и поднимается на трибуну Мавзолея. Звучат звуки фанфар. Он произносит речь. Каждое слово его словно проникает в душу.

Гремит артиллерийский салют, который сливается с криком “Ура!” участников парада. Звучат хорошо знакомые команды: “Парад смирно! К торжественному маршу! Побатальонно! На одного линейного дистанция! Первый батальон прямо, остальные напра… – командующий парадом делает выдержку, потом резко обрывает: – …во!” Команду Рокоссовского повторяют командиры парадных расчетов. Затем звучит команда: "На пле-чо!” Наконец: “Равнение направо! Шагом… – и снова выдержка и, наконец, резкое: – Марш!”.

Впереди на гарцующем вороном коне открывает парад маршал Рокоссовский, за ним марширует свободный батальон юных барабанщиков. По площади рассыпается барабанная дробь, которую подхватывает сводный духовой оркестр, состоящий из 1400 человек. Им дирижирует генерал Чернецкий.

“Особенный восторг охватил всех, когда торжественным маршем двинулись полки героев мимо Мавзолея В.И. Ленина, – пишет Г.К. Жуков. – Во главе их шли прославившиеся в сражениях с фашистскими войсками генералы, маршалы родов войск и Маршалы Советского Союза”.

Знаменщики с ассистентами несли по 36 боевых знамен наиболее отличившихся в боях соединений и частей каждого фронта. Во время торжественного марша впереди на специально оборудованном автомобиле везли Знамя Победы.

В нашей литературе есть немало ярких страниц, описывающих чувства участника военного парада. Вот как пишет, например, А. И. Куприн об офицере Ромашове: «Красота момента опьяняет его. На секунду ему кажется, что эта музыка обдает его волнами такого жгучего, ослепительного света и что медные, ликующие крики падают сверху, с неба, из солнца,… – сладкий дрожащий холод бежит по его телу и делает кожу жесткой и приподымает – и шевелит волосы на голове».

Вот и мне кажется, что оглушительные звуки духового оркестра проникают в каждую частицу, и ощущаешь себя словно плывущим по волнам бравурного марша. Лишь держать равнение и выше, выше ногу – так, как много дней ходили на тренировках. А взор твой устремлен не только на грудь четвертого по шеренге для соблюдения равнения, но одновременно смотришь и на трибуну Мавзолея, где рядом со Сталиным стоит Жуков. Сколько думал о нем, сколько говорили о нем с великой верой и надеждой! А теперь вот он стоит и строго смотрит, и кажется, что именно на тебя. Не подведем, товарищ маршал, на параде, как не подвели на войне…

«Ни с чем не сравнимым был момент, когда двести бойцов – ветеранов войны под барабанный бой бросили к подножью Мавзолея В. И. Ленина двести знамен немецко-фашистской армии», – пишет Жуков. Навсегда врезался в память этот незабываемый момент, ставший кульминацией парада, апофеозом славы русского оружия, яркой демонстрацией мощи и воинской доблести вооруженных сил нашей страны.

Я благодарю судьбу за то, что мне посчастливилось быть участником этого исторического парада. Уверен, что не только для меня это событие стало «звездным часом во всей моей жизни». Все мы, маршировавшие в 1945 году по Красной площади, были переполнены чувством гордости за нашу армию, за наш народ, за нашу Родину, мы одержали великую победу, спасли не только нашу страну, но и все человечество от фашизма.

Как горько и обидно сегодня слышать разглагольствования различного рода фальсификаторов истории, осквернителей прошлого, которых нередко можно встретить не только за рубежом, но, что самое прискорбное, и в нашей стране. Одни пытаются исказить истинные цели Великой Отечественной войны, «доказать», что ее освободительный характер ограничивался освобождением территории Советского Союза, а затем, чтобы не превратиться в оккупантов, надо было якобы не освобождать народы Европы от фашизма, а ограничиться вытеснением фашистов из Советского Союза и ожидать, когда гитлеровские войска снова оправятся, соберутся с силами и предпримут вторичную попытку совершить поход на Восток. Другие пытаются доказать, что главной силой, разгромившей немецкую армию, были не советские войска, а войска союзников. Ни в коей мере не приуменьшая роли стран антигитлеровской коалиции в разгроме фашистской Германии, мы в то же время хорошо знаем, что главную лепту в достижении победы во Второй мировой войне, конечно же, внес Советский Союз, его вооруженные силы, весь советский народ, ковавший победу в тылу. Все те, кто пытается приуменьшить значение великого подвига советского народа, должны сопоставить ту цену, которую заплатили за достижение победы народы нашей страны, с теми жертвами, которые понесли союзные державы в войне, и посчитать, сколько фашистов было на советско-немецком фронте и сколько их воевало против союзников.

И, наконец, как горько видеть сегодня попытки дискредитировать нашу армию, возлагать на нее ответственность за просчеты политиков, унижать честь и достоинство русского солдата, офицера и генерала!

Когда я встречаюсь с такого рода злопыхательством, с ложью, выдаваемой за истину, я вспоминаю друзей моей военной молодости, отдавших жизнь за Родину, за всех нас, оставшихся в живых, я вспоминаю могилу моего лучшего друга на берегу Березины, обозначенную стабилизатором сгоревшего самолета «Пе-2».

В годы войны и после нашей Великой Победы мы с гордостью носили военную форму, знаки отличия и боевые награды. Хотелось бы верить, что празднование в России пятидесятилетия Великой Победы, возведение монумента воинской славы на Поклонной горе, парады ветеранов войны, проведенные на Красной площади 24 июня 1995 года и 24 июня 2000 года, вручение участникам Парада Победы 1945 года специального знака и награждение ветеранов войны медалью Маршала Жукова, сооружение великому полководцу памятника в Москве хоть в какой-то степени помогут восстановить справедливость, возродят в сердцах россиян чувство гордости за великий подвиг, совершенный их отцами и дедами, восстановят любовь и уважение к российской армии, являющейся преемницей и продолжательницей славных боевых традиций не только суворовских «чудо-богатырей» или победителей Наполеона, но и солдат Великой Отечественной.

Ведь с каждым годом все меньше и меньше остается их вокруг нас. И все чаще уходят из жизни ветераны, как правило, незаметно, как и подобает солдатам на войне. Лишь немногие, уходя в мир иной, оставляют несколько прощальных строк, как сделал это поэт-фронтовик Михаил Дудин:

 

Прощайте! Со временем вместе

Накатом последней войны

Уходим дорогою чести,

Дорогой пришедших с войны.

Уходим… Не хлебом насущным

Великой Победы венец.

Идем, салютуя живущим,

Разрывами наших сердец.

 

Но самое, конечно, тяжелое чувство испытываешь, когда узнаешь, что разочарование доводит ветеранов до самоубийства. Я хорошо знал поэтессу Юлию Друнину, которая в семнадцать лет ушла на фронт, став медсестрой в пехоте. Как верила она в идеалы чести и правды, в идеалы Великой Победы, когда писала в послевоенные годы:

 

Я принесла домой

с фронтов России

Веселое презрение

к тряпью –

Как норковую шубку,

я носила

Шинельку обгоревшую

свою.

Пусть на локтях

топорщились заплаты,

Пусть сапоги потерлись –

не беда!

Такой нарядной и такой

богатой

Я позже не бывала никогда.

 

Тяжело и горько переживала русская женщина унижения и разочарования сегодняшних дней, фальшь, беззаконие, которые она видела вокруг себя. И она не выдержала…

 

…Как летит под откос

Россия,

Не могу, не хочу смотреть!

 

Так звучит заключительная строфа ее последнего стихотворения. Каждый делает выбор по собственной воле. Видимо, слишком болезненно Юлия Друнина переживала разочарования в жизни. Бог ей судья. Но ведь ей принадлежат и такие строки:

 

Я люблю тебя, Армия,

Юность моя!

Мы – солдаты запаса,

Твои сыновья.

 

И я хочу в своих очерках о войне обратиться к «солдатам запаса», к коим себя причисляю. Прошедшие через все военные испытания во имя нашей любимой Родины, во имя счастья и радости людей на земле, как бы тяжело не приходилось, мы не должны терять веры в бессмертие России, так же как мы никогда не теряли веры в нее в годы Великой Отечественной войны.

Мы не должны сегодня терять веру в победу жизни над смертью, в победу правды над ложью, в победу чести над бесчестьем, бесстыдством, в победу справедливости, доброты и милосердия над эгоизмом и жестокостью, мы должны верить, что Россия снова станет великой, процветающей страной, а ее многонациональный народ будет жить в мире и согласии, что он обретет, наконец, счастливую, радостную жизнь.

Долг старшего поколения россиян, одержавшего победу в Великой Отечественной войне, передать эстафету беззаветного служения Родине молодым, которым предстоит одержать победу в нелегкой борьбе за возрождение и обновление России, такой России, которой можно гордится и, если нужно, отдать жизнь за нее.

Евгений Челышев, академик РАН


 
Поиск Искомое.ru

Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"